Текст книги "Техасские ведьмы (ЛП)"

Автор книги: Розмари Клемент-Мур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

Наконец успокоившись, мы пошли дальше к дому. Козы ждали свой завтрак, а мне еще предстояло провести расследование.

Вдруг я замерла.

– Я сейчас вспомнила, что сказала мама.

– Что сегодня приезжает Дейзи? Я помню, поверь.

– Нет. – Я дождалась, пока Фин тоже остановится и обернется. – Она сказала: мое сознание под контролем тройного обещания. Что на меня наложен… – Как же она это назвала?

– Гейс, – подсказала Фин. В ее устах слово прозвучало как «геш». – Мама права. Вот почему клятву нельзя нарушить. Сила воли может перекрыть подсознание – или сознание. Особенно у тех, кто весь из себя сознательный.

– Я не такая. – Я уперла руки в бока, точно так же, как Фин ранее. – Но вот в чем загвоздка: если все дело в моем сознании, почему клятва не работала, когда я думала, что речь о фауне? По идее, я должна была как ненормальная чистить стойло, кормить коз и… – Я осеклась, заметив взгляд Фин. – О. Наверное, так я себя и вела.

– Да уж. Но с другой стороны с призраком все просто. Твое подсознание знало, что надо делать. Ты по сути знала, что надо разобраться с призраком.

– Бессмыслица какая-то, – возразила я, но в глубине души засомневалась.

Фин вздохнула и пошла дальше.

– Знаю. Потому и не люблю психологию.

Труся за ней следом, я заговорила с отчаянием человека, пытающегося убедить себя самого:

– Для меня это все совершенно нелогично, против здравого смысла, саморазрушающе… Фин, да я же именно из-за призраков отказалась от всего сверхъестественного.

Сестра резко остановилась и обернулась.

– Ами, призраки – это же твое. Твоя специализация. Ты что, не помнишь? Разве не видела, сколько книг и видео в той коробке, что прислала мама? Взрослых книг – а ты читала их в десять лет.

– Извини, не соглашусь, – возразила я. Безумие какое-то. – Сначала Ла Йорона пыталась меня утопить, теперь эта штуковина морозит меня до смерти, а сама одновременно хочет, чтобы я искала…

На этот раз, когда Фин уперла руки в бока, она не шутила.

– Да ты вообще помнишь, что там было с Ла Йороной? – обрушилась она на меня, точно на дитя неразумное.

– Помню, как нас нашли насквозь промокшими у реки. – Куда нас пытались утянуть холодные мерзкие руки. Как вода сомкнулась над нашими головами…

– Ами. – Голос Фин выдернул меня из воспоминаний. – Ты меня спасла.

Я непонимающе уставилась на сестру:

– Что?

– Призрак оказался совсем как в легендах. Женщина с вуалью. Она схватила меня, потащила в реку, вуаль обмоталась вокруг меня, утаскивая вниз. А ты заставила Ла Йорону уйти.

Я порылась в памяти, но не нашла никаких ответов.

– Но почему я ничего не помню? Может, это папа и смотритель парка ее спугнули?

Фин бросила на меня рассерженный взгляд:

– Я уж, наверное, помню, кто меня спас. Хоть не видела и не слышала, что ты делала, но это была ты. Именно ты заставила ее меня отпустить.

Высказавшись, Фин развернулась и не оглядываясь пошла к дому.

Моя сестра никогда не бредила. Эксцентричная, не замечающая одного и раздражающе зацикленная на другом – да. Но никогда она ничего не выдумывала и не перевирала.

Кроме этих воспоминаний. Потому что такого просто не может быть.

Глава 28

Я слегка волновалась, как нас примут на барбекю у Маккаллохов – кто-то же оставил мне записку с угрозами, – но, увидев масштабы вечеринки, немного расслабилась, надеясь, что мы просто затеряемся в толпе.

Ну… кое-кому это удастся. Увидим, сколько продлится наша анонимность, когда приедет Дейзи.

Марк остановил машину позади конского стойла на импровизированной стоянке. Оттуда открывался такой вид, что я просто рот разинула: мы оказались на самой высокой точке местности, и на мили вокруг простирались лишь холмы, река и пастбища.

Гигантский дуб – да ему лет сто точно – укрывал двор между вытянутым зданием с ухоженными деревянными стенами и огромным загоном с приспособлениями для объездки лошадей. Сама вечеринка проходила под специально натянутым здесь тентом. На длинных сдвинутых столах стояли угощения, а на сцене перед танцполом играла какая-то группа.

Еще там были большой огороженный бассейн, песчаная площадка для волейбола и колодец в форме подковы. И еда. С парковки виднелись коптильни, грили, буквально ломящиеся от угощений столы и бочонки с пивом.

Марк посмотрел на меня в зеркало заднего вида:

– Наверное, когда уже сотню лет закатываешь такие вечеринки…

– Это точно. – Я выбралась из машины в полуденную жару и почувствовала запахи пыли, жареного мяса и немножко хлорки от бассейна. – Ладно, вот план на сегодня, – начала я, когда остальные ко мне присоединились. – Попытайтесь выяснить о предыдущих появлениях Безумного Монаха. Есть ли совпадения в месте, времени или сопутствующих обстоятельствах. А я проверю, кто водил дизельные грузовики…

– Эй, Нэнси Дрю, поесть-то нам сперва можно? – перебил развеселившийся Марк. – Тяжко вести расследования на пустой желудок.

– Ну если так хотите, то да. – Я посмотрела на сестру, беспокойно разглядывающую людей. Толпа – одна из немногих вещей, способных привести Фин в замешательство. – И запомни, Фин, никаких разговоров о магии или настоящих призраках. По крайней мере, с незнакомцами.

– Ладно. Постараюсь, – вздохнула сестра.

– Тогда пошли. – Нацепив солнечные очки, я подтолкнула ее к Марку, который понял намек – или воспользовался шансом, – обнял Фин за талию и повел за собой.

– Ами! Фин! – Дженни помахала нам с песочной площадки, где она и Кейтлин играли с ребятами в волейбол. Лукас тоже помахал, отвлекся и получил мячом по голове с подачи Эмери. Я сочувственно поморщилась.

Мы подождали, пока команда с раскопок отряхнется от песка и присоединится к нам.

– О Боже, Марк рассказал нам о твоей машине, – начала Дженни. – Рада, что ты в порядке.

Я беспечно фыркнула. Единственный способ не поддаться волнению – сосредоточиться на цели. Наверное, поэтому Нэнси Дрю спокойно раскрыла дело даже после того, как ее ударили по голове и бросили связанную на чердаке. Невозможно одновременно истерить и заниматься расследованием.

– Вы все собрали на раскопках? – спросила я.

Они хотели, да, но Марк так и не сказал, успели ребята закончить или нет. Дельгадо отвлекся, поддразнивая Фин, что она со своим рыжевато-белокурым хвостом, обрезанными шортами и топом с рукавами-фонариками похожа на Гиджет. Сестра намек не поняла, поскольку большинство фильмов в глаза не видела – не говоря уже о лентах пятидесятых годов. А мне шутка понравилась.

– Да, все, – ответила Кейтлин. – Эти ублюдки… – Конец фразы потонул в грохоте музыки, но, пожалуй, я готова была согласиться. Я стала лучше относиться к Кейтлин с тех пор, как Бен объяснил, что их «свидание» на самом деле таковым не являлось.

– Думаете, вандалы забрали что-то ценное? – спросила я.

– Согласно доктору Ди, «истинное сокровище заключается в исторической ценности объекта». – Кейтлин нахмурилась. – Но что бы они ни нашли, надеюсь, выгоду от этого не получат.

Подошел Лукас – разумеется, с пивом.

– Офигенная вечеринка, да?

– А где Дуэйн? – спросила я, поняв, что одного из ребят не хватает.

– Мы составили график и по очереди приглядываем за раскопками на случай, если грабители вернутся.

Я посмотрела на Марка:

– Это из-за тебя Дуэйн пропускает вечеринку?

– Мы потом сочтемся, – ответил тот. – Я составлял расписание.

– А нас ты в него включил? – спросила Фин. – Мы тоже можем присматривать на случай каких-нибудь паранормальных происшествий.

В воздухе вдруг словно похолодало. Я знала, что нам придется вернуться на раскопки и, возможно, снова увидеть призрака. Но от слов Фин отдаленная перспектива перестала быть такой отдаленной, чтобы я уже сейчас могла попереживать по этому поводу.

– Включу, – с легкостью согласился Марк.

Похоже, он верил в призрака, но, насколько я знала, Фин еще не рассказывала ухажеру, что приведение стало моим пожизненным извечным спутником до тех пор, пока я не разгадаю его тайну. Как-нибудь.

– Вы же не думаете, что это Безумный Монах там все разворотил? – спросил Эмери, взяв прозвище призрака в «кавычки».

– Ни в коем случае, – не купилась на приманку Фин.

– Тогда кто? – спросила Дженни.

Лукас наклонился поближе, чтобы не перекрикивать музыку:

– Да кто угодно. Небось, уже весь город знает про золотую руду. Мы тогда в баре не очень-то таились.

Повисло неловкое молчание, когда наш кружок понял, что мы обсуждали находку на публике – и не в первый раз. Затем Марк рассмеялся, снимая напряжение.

– Да, паршивые из нас агенты под прикрытием.

– А знаете, – продолжил Лукас, глотнув пива, – за такую сумму мы и сами могли бы подвизаться.

Марк пробормотал что-то про еду, а я посмотрела на стол, стоявший неподалеку от сцены. Музыка была неплохой, что-то вроде смеси инди с кантри. Судя по надписи на ударных, группа называлась «Гараж Рея». Играли только парни, все ровесники ребят с раскопок… «И всем им неплохо бы постричься», – произнес голос папы у меня в голове.

Всем, кроме того, что играл на ритм-гитаре.

Мама дорогая. А я его знаю. Вернее, думала, что знаю. Гитарист оделся в джинсы и футболку – свой нерабочий вариант, а солнце золотыми искрами сияло в его светло-каштановых волосах.

– Это что, Бен Маккаллох?

– Ух ты, – воскликнул Марк. – А я и не знал, что Бен играет в группе.

– Они создали ее вместе с Реем, – ответила Кейтлин. Похоже, речь шла об их общем друге. – Но Бену пришлось уйти, когда выступления стали отнимать больше времени, чем он мог себе позволить в связи с ситуацией в семье.

Маккаллох перебирал лады одной рукой, а другой наигрывал заводную мелодию. Он почти не смотрел на гитару, прикрыв глаза, то ли концентрируясь, то ли просто наслаждаясь ритмом, музыкой и тем, как извлекаемый им мотив соединяется с другими, создавая нечто большее, чем просто набор звуков.

Именно такого Бена я иногда видела мельком – того, кого я никак не могла вывести из себя. И если совсем по-честному, другой Бен мне тоже нравился – колючий и нетерпимый, однако ответственный и надежный. Но узнать, что внутри него таилось еще и это? Приятное открытие.

И как же нечестно, что Маккаллох прятал это от меня! Вот Кейтлин знала о группе, о его друзьях, о хорошей стороне характера. А мне не дозволялось даже спросить о пресловутой «ситуации в семье».

Ситуации, которая не становилась лучше от соседства с призраками – настоящими и, возможно, ненастоящими, – шастающими там, где Маккаллохи хотели построить мост. Может, Бен и не собирался просить у меня помощи, но он ее все равно получит.

А ведь это отличная возможность. Нэнси Дрю не стала бы сидеть и пускать слюнки по Неду Никерсону (тот, по крайней мере, хоть двери иногда классно вышибал), а воспользовалась бы тем, что главное препятствие к расследованию сейчас занято выступлением на сцене, а рядом целое поле пикапов – и у некоторых просто наверняка обнаружатся дизельные двигатели.

Я пошла к парковке, немного чересчур радуясь своей блестящей идее. Приглашенные, видимо, хорошо знали владения Маккаллохов. Рабочие, местные, подрядчики, соседи, друзья семьи. Сделав вид, будто набираю сообщение, я сделала фото каждого встречного дизельного грузовика. Не знаю, как именно я собиралась выяснить имена владельцев. Наверное, с помощью магии интернета.

Загвоздка в том, что, когда чувствуешь себя умным, обычно действуешь глупо. Я услышала, как где-то в ряду машин и грузовиков хлопнула дверь, почувствовала запах травки, а затем экран камеры загородила чья-то футболка.

Джо Келли, разливатель пива, потомок скотокрадов, родственник местного полицейского. А, и еще любитель марихуаны и редкостный придурок.

– Привет, – поздоровался он.

– Эм, привет, – ответила я. Совсем забыла про вчерашнее заклинание. Скрепленная воском бумага осталась в кармане моей перепачканной в помете одежды. Я так и не сломала печать.

– Слушай, по поводу вчерашнего, – начал Джо. Я подняла брови, готовясь услышать, что у него глаукома или что-то наподобие. Похоже, Келли понял, что чем меньше он скажет, тем лучше, и сменил направление. – Ты убежала прежде, чем я понял, кто ты. Я хотел извиниться. Не стоило кричать, что ты расплескала пиво. Я слишком много его тогда выпил.

Его физиономия напоминала мне боксера – собаку, не спортсмена, – а льстивая улыбочка в стиле «только не рассказывай моему папочке» лишь усиливала сходство. Я его пиво не расплескивала, но благодаря его доброй подруге марихуане сильно подозревала, что придурок имеет какое-то отношение к записке на стекле и, возможно, к ножу в шине, поэтому не стоит его заводить.

Нож в шине. Желудок словно упал, а толпа у барбекю вдруг показалась жутко далекой.

«Не паникуй». Может, он только записку писал, а могилы грабил кто-то другой. В конце концов, Келли не единственный в мире любитель травки.

– Да ничего страшного, – пожала я плечами с деланым равнодушием.

– Маккаллох тебе, небось, про меня все уши прожужжал, – так же льстиво продолжил Джо. – Мы не очень-то ладим.

– Да? – Я притворилась, будто ничегошеньки не знаю. Раз уж я буквально притягиваю неприятности, можно воспользоваться случаем и раздобыть информацию.

– Я – Келли. Он – Маккаллох. – Джо сделал вид, будто старая вражда его не волнует. Но в голосе чувствовался яд, от которого у меня мурашки по спине побежали. Затем тон собеседника просветлел, и Келли резко сменил тему. – А ты – Гуднайт. Та самая, да? Которая нашла скелет Безумного Монаха и сокровища?

Ну раз он сам поднял тему, нет смысла ходить вокруг да около.

– Что ты знаешь про Безумного Монаха?

Похоже, Келли вопрос не удивил.

– Его видел мой дядя. Он сегодня здесь. Тебе стоит спросить его о призраке. Рассела Спаркса, дядиного друга, покалечили прямо у него на глазах. Он ждал скорую, а сам чертовски боялся, что сукин сын вернется и прикончит их обоих.

– Рассел Спаркс? – переспросила я. – А он не родня Стиву Спарксу?

– Его брат. – Джо сунул пальцы за ремень, точь-в-точь как отец. – Спроси дядю Майка. Живо отобьет тебе охоту копаться там.

Ну очень слабенькая угроза, однако ни с чем другим ее не спутаешь. Только я решила прислушаться к тревожно сжимавшемуся желудку, как к нам присоединились дружки Келли.

Та самая парочка, что стояла с ним у бара. Обычные сельские парни, несмотря на футболки с логотипом колледжа. Ничего страшного, если не считать, что их трое, а я одна.

– Ух ты! – Один из «Лонгхорнов», увидев меня, просиял так, будто я местная знаменитость. – Ведь ты та девчонка, что нашла сокровище?

– Я… – Вот дерьмо. Как бы ответить? – Мы с сестрой помогли выкопать несколько артефактов. Не очень-то ценных.

– Но ведь золото там было. – Его приятель в ярко-оранжевой кепке разглядывал меня, точно инопланетянку. – Слышал, вы, Гуднайты, ведьмы. Ты колдовала, чтобы найти сокровище?

– А можешь поколдовать и найти еще? – добавил Лонгхорн.

– Чувак, – остановил его Оранжевая Кепка. – Дай ей ответить.

Они замолчали и уставились на меня слегка красными в уголках глазами. Под кайфом, оба.

– Вы что, верите в магию? – спросила я, чувствуя себя как канатоходец, пробирающийся над головокружительным обрывом и пытающийся сделать вид, что это просто прогулка по парку.

Лонгхорн поднял Кепку на смех, Джо Келли тоже фыркнул.

– Нет, – ответил Кепка голосом пятилетнего мальчишки.

– Ну вот, вы сами и ответили на свой вопрос.

Тупой и еще тупее пялились на меня до тех пор, пока Джо не отвесил им по подзатыльнику.

– Она хотела сказать «нет», придурки.

– Ладно, – снова начал Лонгхорн, – но если бы магия существовала, ты могла бы найти заброшенную шахту…

– Парни!

Услышав за спиной новый голос, я аж подпрыгнула, затем обернулась и увидела мужчину, ровесника моего отца, хмуро глядящего на трех салаг. Крепко сбитый, в бейсболке, похожий на бульдога. Держу пари, еще один Келли.

– Вы что, пристаете к этой юной леди?

– Да мы просто болтаем, дядя Майк. – Судя по взгляду Джо, мне лучше не опровергать это утверждение. Я вспомнила о шине бедной Стеллы и кивнула.

– Ну так идите болтайте куда-нибудь в другое место, – парировал Майк Келли. – Похоже, девушка хотела бы вернуться на вечеринку.

Джо ударил по плечу Кепку, а тот в свою очередь Лонгхорна.

– Пошли, – сказал Джо, и троица поплелась прочь, болтая о чем-то совершенно другом.

Я повернулась к «бульдогу». Все-таки полезно было наткнуться на Джо Келли. В итоге я столкнулась именно с тем, с кем хотела поговорить.

– Спасибо, – поблагодарила я, указав вслед трем балбесам.

– Без проблем. – Он посторонился, намекая, что мне лучше вернуться к барбекю. – Ребята просто немного развлекаются. Но, наверное, тебе лучше не бродить тут одной.

Я пошла обратно, надеясь, что Келли составит мне компанию. Так и вышло.

– Значит, вы дядя Джо, Майк? А мы как раз о вас говорили.

– Не верь всему, что слышишь. – Его поведение сложно было понять. Не враждебный, но и далеко не приветливый. Но я нуждалась в информации, поэтому решила рискнуть.

– Люди мне многое про вас рассказывали. Все эти слухи про Безумного Монаха… – я умолкла, позволяя спутнику закончить мысль.

– О, это правда. Самая жуткая ночь в моей жизни. Пятнадцать швов. Бедняга Рассел с сотрясением лежал там, в темноте. Тогда, знаешь ли, сотовых еще не было.

– Это случилось там, где нашли кости?

– Примерно. – Майк пожал плечами. – Всегда говорил людям: лучше держаться оттуда подальше.

– Так вы были на земле Маккаллохов? – я тактично умолчала о гонках на машинах.

Реакция оказалась сильнее, чем я ожидала.

– Земле Маккаллохов? – Оправившись от изумления, Майк невесело рассмеялся. – Совсем забыл, что ты не местная. Та земля, где строится мост, и к северу оттуда до шоссе принадлежала Келли. Мы там гоняли на вездеходах. Дэн Маккаллох частенько зависал со мной и моими братьями. Мы были приятелями, что не сильно радовало Мака Маккаллоха. Потом они пришли и выкупили нашу землю у моего отца. А теперь выходит, что там сокровище. Как удобно, да?

Слыша неприкрытую желчь в голосе Келли, я порадовалась, что она направлена не на меня и немного отодвинулась в сторону. Словно поняв свой промах, Майк попытался сгладить резкость:

– Просто хочу, чтобы ты понимала, с кем водишься. Маккаллохи все из себя такие добрососедские, но они как крупная корпорация, скупают бизнес всех, кто помельче. И ферму Гуднайтов купили бы, если б могли. Так что… просто знай, кто твои приятели на самом деле.

Слова Майка Келли вызвали у меня просто ледяное возмущение безо всякого участия призрака. Наверное, эмоции отразились у меня на лице, потому что собеседник рассмеялся и сказал:

– Вижу, они тебе уже наплели чуши. «Никогда не верь Келли», так?

– Ну… – С тем же успехом я могла просто подтвердить его догадку. – Кажется, я что-то такое слышала.

– Ну так не торопись верить Маккаллохам. – Он посмотрел поверх меня и сказал: – Похоже, это твоя сестра. Возвращайтесь на вечеринку и поешьте и попейте вдоволь. Все за счет Маккаллохов.

Кивнув напоследок Фин, Майк пошел прочь. Сестра, нахмурившись, посмотрела ему вслед.

– Кто это?

От встречи у меня осталось противное послевкусие. Полное подтверждение фразы «Бойтесь своих желаний».

– Долгая история.

– Тогда оставь ее на потом. Тебя ищет миссис Маккаллох. И если ты закончила свои шпионские делишки, пойди поздоровайся с дедушкой Маком.

Глава 29

У большого шатра на правах хозяйки меня поприветствовала миссис Маккаллох:

– Ами, какая ты красавица! В этом сарафане просто вылитая Одри Хепберн! А какие великолепные волосы! – Она по-матерински ласково потрепала упавшую мне на плечо прядь. – Я так рада, что вы с Фин пришли на вечеринку. Видели Бена с группой?

– Да. Я и не знала, что он умеет играть на гитаре.

Это не передавало и толики того, как меня захватило и взбесило его выступление на сцене.

– Его отец научил. – Миссис Маккаллох жестом пригласила нас с Фин следовать за ней. – Мы так рады за Рея, группа набирает обороты. И Бен с удовольствием сегодня к ним присоединился.

Выступление началось уже давно, так что, скорее всего, близилось к завершению, а миссис Маккаллох никуда не спешила. Я понимала, что Бен не обрадуется, заметив, как я беседую с его дедом. С другой стороны, Мак сам попросил меня подойти.

– Как сегодня самочувствие мистера Маккаллоха? – спросила я.

– Зови его, как все: дедушка Мак. Сегодня он в хорошей форме, хоть и не любит толпу. – Хозяйка провела нас мимо шведского стола и бассейна в тень дворика между постройками. – Девочки, а Гиацинта рассказывала вам, что случилось в прошлом году? Об отце Бена?

Джессика поведала совсем немного, но Фин я об этом не сообщила.

– Я лишь знаю, что он не так давно скончался. Примите мои соболезнования.

Миссис Маккаллох кивнула.

– С Дэном произошел несчастный случай, и Бен вернулся домой из колледжа, чтобы помочь. А месяц спустя мой муж скончался, и... боюсь, это к лучшему. Он сильно пострадал.

То, что она не стала вдаваться в печальные подробности, лишь подчеркивало всю глубину трагедии. Могу себе представить, что бы я чувствовала, случись нечто подобное с моим отцом, а ведь мы даже не близки.

Дедушку Мака я заметила под сенью громадного дуба – со стволом метра три в обхвате да несколькими столбиками, что удерживали ветви от соприкосновения с землей.

– Эй! – едва меня заметив, окликнул старик. – Ты ведь девочка Гуднайт?

Я помахала рукой, а миссис Маккаллох, судя по всему, очень удивилась. Дедушка Мак спрашивал обо мне, но она наверняка не ожидала, что тот узнает меня в лицо.

– Здравствуйте, Мак, – поздоровалась она преувеличенно жизнерадостно, как обычно говорят со стариками и немощными людьми. – Вам здесь нравится?

Мак Маккаллох сердито посмотрел на сноху и пожаловался:

– Высший класс. Но лучше бы эта рукодельница разрешила мне выпить пива.

И ткнул пальцем в сторону испанки средних лет, сидящей за столом напротив. Та, продолжая ловко вязать, ответила:

– Дедушка Мак, пиво плохо сочетается с лекарствами.

– Миссис Альварес помогает присматривать за дедушкой Маком, – представила «няньку» миссис Маккаллох.

Старик фыркнул:

– Держит меня на коротком поводке.

Ну, похоже, не на таком уж и коротком, раз он умудрился прискакать ко мне верхом.

Рукой, такой же шишковатой и потрепанной, как и дуб, он отстукивал в одном ритме с группой.

– Тебе нравится вечеринка? Музыка вполне приличная. Мой мальчик Дэн – замечательный гитарист.

Мать Бена слегка напряглась и поправила:

– Это не Дэн, Мак, это друзья Бена.

На лице старика промелькнуло недоумение, быстро сменившись раздражением и смущением.

– Я знаю.

Фин, до сего момента, как ни странно, помалкивающая, быстро сменила неловкую тему:

– Мы тоже друзья Бена. С Ами вы уже знакомы, а я – Фин Гуднайт.

Старик усмехнулся, вдруг воспряв духом:

– Мне всегда нравилась эта фамилия, так просто запомнить. – Мак сначала помурлыкал себе под нос, а потом запел приятным баритоном, слегка сиплым, как скрип старой кожи: – «По пути Гуднайта, в поисках любви…»

Мак затянул куплет и припев старой песни о тропе скотоводов под названием «Гуднайт». Это, конечно, совпадение, но приятно послушать такую серенаду. Миссис Маккаллох хотела прервать свекра, но Фин подвинула стул и села, а я последовала ее примеру.

Дедушка Мак закончил на пронзительной долгой ноте, которую заглушила музыка группы. Минуту он сидел и постепенно перестал улыбаться.

– Какого черта я помню все слова этой песни, но забыл, что сегодня ел на завтрак?

Я посмотрела на Фин, которая тоже не знала, что делать. На мгновение я увидела ее страх и сочувствие. У всех нас есть свои личные кошмары.

Дедушка Мак снова сменил тему и добродушно спросил:

– Ну так что, как поживает ваша тетя? Она все еще морочит Берту голову? Ему удалось уговорить ее выйти за него замуж?

Фин без запинки ответила:

– Да, ему удалось. Они были счастливы вместе больше тридцати лет.

– Замечательно. – Мак кивнул, погружаясь в счастливые воспоминания. – Знаете, мы ведь с Бертом учились в одной школе.

– Да неужели? – заинтересовалась Фин.

– Да, точно, в маленькой школе в Барнетте. Пара комнат и учитель с лицом кислым, как лимон. – Мак озорно рассмеялся, с удовольствием вспоминая прошлое. – Мы тогда устраивали скачки наперегонки от его дома до моего. Это было запрещено, потому что нам приходилось пересекать землю Келли.

Ну что за удивительное совпадение: разговор перешел на земельную собственность.

– А почему запрещено? – спросила я, надеясь, что мне повезет и Мак заговорит о призраке.

– Из-за контрабанды спиртных напитков, которой занималась семейка Келли. Прятали выпивку в пещерах в холмах. Они и глазом бы не моргнули, подстрелив Маккаллоха за нарушение границ частной собственности. Знаете, они ведь застрелили моего брата.

Я с тревогой посмотрела на миссис Маккаллох. Она поцокала языком и твердо напомнила:

– Мак, ваш брат умер в Корее, его пристрелили северные корейцы, а не Джон Келли.

– Я помню, – ответил дедушка Мак, но на этот раз явно только для того, чтобы успокоить родственницу. Наклонившись, он громко прошептал: – Дед Келли от того пойла… – и, показав соответствующий жест, продолжил: – …что они гнали, потерял рассудок. Никогда не доверяй Келли.

Миссис Маккаллох раздраженно вздохнула, будто уже не раз слышала эту песню.

– Мак, сейчас все в прошлом. Джим Келли теперь помощник шерифа, а его сын Джо – школьный друг Бена.

Мак расхохотался.

– Нет, никакой он не друг! Пусть я и не помню, что ел сегодня на завтрак, но не забыл, кто впервые подбил глаз моему внуку, – с гордостью заметил он, а затем, посмотрев на нас с Фин, лукаво уточнил: – Так кто из вас с ним встречается?

– Ами, – ответила Фин.

– Ничего подобного!

Дедушка Мак рассмеялся:

– Я обязательно расскажу тебе о том, как в детстве Бен мечтал стать космонавтом.

– Это не Бен, Мак, а Дэн.

– Не перебивай!

Старик раскраснелся от гнева, и я растерялась. Постепенно он успокоился, но утратил ясность мышления, словно… наступило легкое помутнение рассудка, даже когда Мак снова поймал нить разговора.

– Могло быть и хуже, – произнес он немного нечетко и, наклонившись, похлопал меня по коленке. – Да, он серьезный парень и немного ворчливый. Но я помню, как он вернулся с танцев. Как же это называлось? В твоем колледже… встреча пирогов…

Я озадаченно посмотрела на миссис Маккаллох. Она прижала ладонь к губам, а кончик ее носа покраснел.

– Рождественская встреча братства Альфа Дельта Пи.

– Точно! – Мак усмехнулся, погрузившись в прошлое. – Дэн пришел домой и сказал: «Папа, я встретил свою будущую жену». Я тогда утверждал, что он сошел с ума. Студентка колледжа в жизни не захочет жить на ранчо, готовить похлебку для работников и отстирывать навоз с носков. Но он все сделал по-своему. Как всегда.

Глаза миссис Маккаллох затуманились от воспоминаний и наполнились горько-сладкой нежностью к свекру. Она положила руку на плечо старику и сказала:

– Я тоже была очень счастлива с вашим сыном.

Мак улыбнулся с отеческим добродушием, от которого мое сердце екнуло. И тут до него дошло, что сноха говорит о прошлом, и на мгновение он понурился от горя, такого свежего и острого, будто ему только что сообщили о смерти сына.

Я не знала, что делать, и в панике посмотрела на Фин. Она, казалось, с самого начала нашла со стариком общий язык.

– Дедушка Мак, вас можно так называть? – уверенно и мило спросила сестра.

Тот непонимающе посмотрел на нее серо-голубыми глазами, в которых блестели слезы.

– А ты кто такая будешь, мисси?

– Меня зовут Фин Гуднайт. Мне о вас рассказала сестра, Ами, поэтому я принесла вам подарок. – Она сняла с себя плетеный браслет с бусинками, сделанными из особых камней. Подарок кузины Вайолет по случаю окончания школы.

Дедушка Мак смотрел, как Фин застегивает браслет на его руке.

– Это что еще за хрень?

– Геомантия, волшебство камней. Для ясности рассудка и укрепления памяти. Так уж случилось, что такому гению, как я, он не нужен.

Старик фыркнул, перебирая бусинки из лазурита и красного железняка.

– Будь ты такой гениальной, не верила бы в магию.

– А не сыпься из вас песок, вам бы она не понадобилась.

Миссис Маккаллох вскрикнула, а миссис Альварес, что поднялась с места, когда дедушка Мак расстроился, подавила смешок.

И тут старик рассмеялся:

– Хорошо, мисс Гуднайт. – И помахал рукой: – Видишь? Гуднайт, как в песне. Эта веревочка сработала.

Позади меня раздался резкий голос Бена:

– Дедушка, все в порядке?

Зараза! Я так сосредоточилась на беседе, что не заметила, как группа закончила выступать. Судя по голосу, младший Маккаллох едва сдерживал гнев.

Стоило ему появиться в поле зрения, как дедушка Мак поднял взгляд и улыбнулся внуку:

– Бен! А я тут разговаривал с твоей девушкой.

От удивления ярость Бена как рукой сняло, а на его щеках появился румянец удовольствия. «Как же давно дед не узнавал его с первого взгляда», – сочувственно подумала я.

Миссис Маккаллох увидела прекрасный выход из положения:

– Думаю, дедушке Маку пора отдохнуть. Я права, миссис Альварес?

Старик ворчливо возразил, но, когда ему помогли подняться с кресла, не стал сопротивляться. Бен все же успел прийти в себя и попрощаться:

– Скоро увидимся, дедушка.

Мак проворчал что-то о тюремном надзирателе и ушел со снохой и сиделкой.

Бен повернулся ко мне, и я приготовилась к взрыву. Оправдания искать даже не пыталась, так как понимала: Бен не хотел, чтобы я расспрашивала его семью о призраках и прошлом, а я пошла наперекор и заслужила выволочку.

В конце концов он, видимо, решил выместить раздражение позже и спокойно произнес:

– К твоему сведению, тебя кое-кто ищет.

Я так удивилась, что на меня не накричали, что осознала смысл сказанного только по реакции Фин.

– А вот и кавалерия, – вздохнула сестренка.

Проследив за ее взглядом, я уставилась на шатер, где Марк разговаривал с высокой рыжей девчонкой в короткой черной юбке и тяжелых армейских ботинках. Приехала кузина Дейзи.