Текст книги "Колония Альфа (СИ)"

Автор книги: Роман Прокофьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

Рашидов был из тех, про кого его папаша наверняка говорил – мягко стелет, да жестко спать. Весь этот разговор – Стеллар, Воглер, ковчег – был только коридором, ведущим к одной-единственной двери. С табличкой «прикажи Скай дать нам доступ». Все остальное было рассказано только потому, чтобы у меня, как у выпускника Академии Звездного Флота, как у землянина и одного из них, не осталось никаких контраргументов.

Приказать и вынудить они не могли, иначе уже сделали бы это – безо всякой лирики, как выразился Дирк Кондор.

Было очевидно, что Альфе не нужен просто капитан ковчега.

Им нужен полностью подконтрольный капитан.

Что ж, понять логику координаторов было несложно. Но то, что они предлагали… было неприемлемо.

– Ты офицер Звездного Флота и должен понимать, что ставки очень высоки, – сухо добавил Кондор. – На «Хельге» находятся ресурсы, необходимые для создания Истока и нормального функционирования проекта «Космо». Без них человечество в Единстве обречено остаться тем, чем является сейчас, – разрозненными колониями без будущего. Это факт. Ты можешь считать нас кем угодно. Но выбор прост – либо мы работаем вместе и у нас есть шанс, либо «Хельга» продолжает нарезать круги, пока ее не заберут те, кто тебя прислал.

Лучше бы он этого не говорил. Я усмехнулся и вскинул голову:

– Подождите, сэр! Согласно иерархии «Космо» капитан – это высшая командная должность проекта. И если я – действительно капитан – я могу отдавать приказы вам всем. Верно?

– Ты пока не капитан, Морозов, – отрезал Кондор, вновь дернув уголком рта – покушение на его власть явно не понравилось координатору. – Капитан – это тот, кто принял пост, синхронизирован с кораблем и выполняет директивы проекта. Согласно формальным признакам – сейчас ты член экипажа, самовольно покинувший борт в аварийной ситуации. Знаешь, как это называется? Дезертир.

– Дирк прав в технической части, – мягко добавил Рашидов. – Пока ты не принял командование, ты… потенциальный капитан. И, конечно, не можешь отдавать нам приказы.

– Тогда мне все понятно, – сказал я твердо. – Мой ответ – нет. Я не дам вам доступ к Скай и своим слепкам, пока не пойму, кем выйду из этой процедуры. Вы, похоже, уже решили, кем именно. И меня это не устраивает!

Кондор встал. Так, как встают люди, привыкшие, что этот жест сам по себе является командой.

– Ты не капитан, Морозов. Офицер Звездного Флота в такой ситуации жертвует собой, если это нужно проекту. Капитан – тем более. А ты дрожишь за сохранность личности, когда на кону – будущее того, что осталось от человечества!

Скай: Командир, согласно протоколу проекта «Космо» «О командовании», пункт семь-один-четыре: принуждение к передаче вышестоящих прав доступа квалифицируется как превышение полномочий. Инцидент зафиксирован.

– Жертва и принуждение – разные вещи, сэр, – спокойно ответил я. – Я не собираюсь жертвовать собой, чтобы передать вам доступ. И вы не имеете права этого требовать. Скай зафиксировала нарушение протокола.

Кондор теперь смотрел не на меня, а на Рашидова и Мартинс.

– Олег. Аврора. Я предупреждал, что этот разговор – пустая трата времени. Он не является независимым субъектом, действует в рамках заложенной программы и неспособен на рациональное решение.

– Дирк, – произнесла Аврора. – Мы…

– Нет, Мартинс. Я считаю, мы потратили на дипломатию слишком много времени.

Он мельком взглянул на меня.

– Знаешь, что отличает предателя от шпиона, Морозов? Шпион хотя бы понимает, на кого он работает. Ты – нет. Ты просто выполняешь чужую волю и считаешь это принципами.

– Так точно, сэр. Может, я и не знаю, на кого работаю, – усмехнулся я, – но уже точно знаю, на кого работать не буду.

Кондор вышел из помещения. Рашидов посмотрел ему вслед, вздохнул и тоже поднялся, неторопливо, как будто никуда не спешил. И правда, куда спешить? Их главная и самая важная задача – я…

– Я так понимаю, уговаривать тебя бесполезно, – сказал он. – Решение окончательное? Ты понимаешь, чем рискуешь?

– Да. И надеюсь что вы – тоже понимаете.

– Сигурд, – произнесла Аврора, глядя на стол, свои руки, на что угодно, кроме меня. – Мне жаль…

– Тебя проводят, – сказал Рашидов.

И это означало, что разговор закончен. Теперь в дело вступит «жесткий сценарий», от которого не приходилось ждать ничего хорошего. Но были и хорошие новости – теперь я знал, кто я, почему так важен для Альфы и Хитрейшего, что именно стоит на кону и каковы могут быть последствия.

И уже знал, что делать.

Глава 9

Автодверь бесшумно закрылась за спиной. Два Восходящих в черных «Змеях» – те же, что привели меня в зал совета час назад, – уже ожидали – закрытые забрала, оружие на изготовке. Интересно, их предупредили, что «аномальный объект» может попытаться сбежать после неудачных переговоров? Или координаторы Альфы полностью уверены, что я никуда от них не денусь – огоньки супрессоров мигают зеленым, бомба в голове активна, товарищи – в плену… Совершенно точно, что на свободу меня не выпустят – Кондор и Рашидов четко обозначили ставки и свою позицию. Все было плохо, но не безнадежно, потому что я в любой момент мог сбросить кандалы и устроить в этом курятнике грандиозный переполох.

Я уже принял решение.

Главное – чтобы не было слишком поздно.

Коридор, поворот, шлюз. За ним – лифт и выход. Куда меня повезут? Обратно в тот комплекс, где содержатся мои ребята, или… в иное место?

– Скай?

Скай: Управляющее ядро альфа-когитора колонии локализовано. Модель «Кейт», пятая версия, стандартный когитор военных объектов. Прогноз взаимодействия – положительный, но все порты подключения защищены многоуровневым криптографическим кодом. Расшифрованных данных для доступа недостаточно, частью защиты являются личные коды координаторов. Но я подключилась к локальной вокс-сети центра управления и имею ограниченный доступ к большинству вокс-устройств, в том числе дверям, турелям, датчикам и камерам. Командир, внимание! Координаторы ведут экстренное совещание, повестка касается нас, начинаю прямую трансляцию…

Во внутреннем ухе зазвучали голоса, а на сетчатку глаза начало поступать изображение – Скай, черт побери, на сто процентов отрабатывала свой хлеб. Она и раньше была бесценным ассистентом, но здесь, среди земных сетей, по-настоящему раскрылась мощь когитора альфа-плюс – невероятного инструмента, что имел в своем распоряжении Звездный Флот…

– Зачем нужно было обострять, Дирк? – Аврора сидела к камере спиной, в ее голосе чувствовалось напряжение. – Мы могли договориться! Неужели нельзя было обойтись без оскорблений?

– Мартинс, давай без эмоций, – Кондор тоже не скрывал раздражения. – Ты сама все слышала. Он не будет добровольно сотрудничать с нами. А ставки слишком высоки, чтобы миндальничать со всякими…

– С кем? С копией участника проекта «Стеллар»? Или с капитаном «Хельги»⁈ Мне кажется, Дирк Кондор, ты просто боишься, что кто-то займет твое место!

– Ты перебираешь, Мартинс! Возьми себя в руки. Морозов – неизвестный конструкт, шпион, засланный к нам силами, о которых мы мало что знаем. Возможно, как орудие разрушения, ты не можешь этого не понимать.

Лифт, коридор, камера контроля. Мы вышли из здания «центра координации» и вновь погрузились в глайдер. Конвоиры держались как тени – один чуть ближе, другой на дистанции. Грамотная расстановка, не дающая атаковать обоих сразу. Похоже, все-таки получили приказ держаться со мной настороже…

Глайдер тронулся.

– Куда мы едем? – громко спросил я.

В ответ – молчание.

– Он спас меня, вытащив из Оси, – медленно сказала Аврора Мартинс. – Это первое. Без давления рассказал все что знал – второе. Не стал применять Руны, когда Олег снял супрессоры, хотя с его арсеналом мог бы как минимум сбежать, как максимум – положить там всех…

– Это еще ни о чем не говорит, Аврора, – сказал Рашидов, единственный, кого мне было отлично видно, потому что он находился прямо напротив камеры. – Я думаю, он умнее, чем кажется. Плюс аналитика Скай. Он мог понять, что мы его проверяем, как говорил мой папаша, на вшивость. И не стал дергаться.

– Давайте короче! – Кондор разрубил ладонью воздух. – Мне лично все ясно. Нам нужен капитан, это не обсуждается. Морозов не подходит, все это поняли. Значит, мы должны извлечь из него капитанский ключ. Это единственный вариант.

– И как ты этого добьешься, Дирк? – насмешливо хмыкнула Аврора. – Напоминаю: он Инкарнатор с онтоприоном! С анимой капитана! Когитор сохраняет базу нейрослепков. Что ты с ним сделаешь?

– Первое. Его нужно кардинально ослабить. Лишить носителя и всех Рун, а также телесных Навыков, – холодно сказал Дирк Кондор. – Азур-санация, уничтожение тела, экстракция анимы капитана. Это упростит задачу и критически снизит уровень угрозы. Второе. С помощью протоколов жесткого воздействия необходимо вынудить отдать приказ Скай о передаче контроля либо, как вариант, о полном обнулении. Третье. Переместить обнуленную аниму в чистый носитель с другой нейрограммой. Далее – мягкая интеграция в наше общество в обстановке строгой секретности.

– Таким образом мы получим капитана, соответствующего нашим… требованиям, – мягко, очень мягко произнес Рашидов. – И это будет процедурой, очень похожей на ту, которой подвергся Йан Воглер. Только с нашей стороны…

Вот же суки. Если бы не Атрибуты, если бы не холод Стратагем… я бы устроил им персональный ад прямо сейчас! По примеру Белого Дьявола. Ярость поднималась изнутри горячей волной, и стоило немалых усилий сохранять самообладание. Жесткий сценарий, черт побери! Уничтожение тела. Отбор всех Рун. Экстракция анимы. И это – люди, которых я считал возможными союзниками. Координаторы «Космо».

Земляне.

Свои.

Глайдер повернул на незнакомую улицу. Мгновением спустя Скай подтвердила, что маршрут изменен, а значит – мы двигаемся в другую точку назначения.

– То есть, если я правильно понимаю, – Аврора сделала нервный глоток из стаканчика кофе. – Вы предлагаете физически уничтожить его тело. Сломать Скрижаль. Забрать все Руны и Звездную Кровь. А затем мучить аниму с помощью азур-шока, чтобы принудить к обнулению? Или физически пытать его в слабых носителях? Или использовать шантаж или заложников для морального давления? Я не припоминаю таких директив проекта «Космо», координаторы. Не подскажете, как это называется⁈

Спасибо, Аврора. Несмотря на внешнюю холодность на совещании, она не стеснялась называть вещи своими именами. Пожалуй, я не ошибся, Аврора Мартинс – единственная, с кем вообще здесь имеет смысл иметь дело. Вот только влияние ее, похоже, весьма ограничено…

– Я называю это, Мартинс, – Кондор с ястребиным прищуром смотрел на нее, – решением важнейшей задачи, от которой зависит дальнейшая судьба человечества. Распускать нюни по поводу жесткости мы просто не имеем права. Нужно действовать прагматично.

– А что делать с его людьми, Дирк? Фригольдом? Дипломатическими претензиями?

– Полная санация. Начнут с чистого листа. Канал с Небом пока не будем трогать – они прибегут сами, когда появятся Черви. Если все получится с «Хельгой» и капитаном, диктовать условия будем мы.

С чистого листа. Моих ребят – Грохота, Иня, Кроу, Элли – совершенно ни в чем не виноватых, собирались попросту санировать, стерев память и превратив в покорных колонистов Альфы с тщательно промытыми мозгами. И, судя по тому, как спокойно они это обсуждают, процедура вполне обычная. Интересно, сколько здесь таких «чистых листов»?

Мрази.

– А если не получится⁈ – в голосе Авроры прорезался знакомый металл. – Если в итоге мы получим ненавидящую нас аниму капитана? Что тогда?

В зале совета стало тихо. Рашидов вновь вольготно раскинулся в кресле – он смотрел на Аврору спокойно и даже чуть насмешливо.

– Мой папаша говорил, критикуя – предлагай! – сказал он. – Аврора, у тебя есть какие-то другие решения?

– Да. Я категорически против такого сценария! – Аврора допила свой кофе, скомкала стаканчик и бросила его на стол. – Он противоречит как этике с моралью, так и базовым директивам «Космо»! Но это не все. Буду говорить как координатор научного сектора. У нас, впервые за тридцать циклов, есть человек, способный работать с Осями Башни. Он же – прямой канал к Ордену Истинных и Тысяче Братьев, которые обладают сверхценной информацией, необходимой для ключевых исследований, в конечном итоге – создания Истока. И вы собираетесь переустановить этот контур, при этом потеряв все эти каналы! Мы не знаем, как говорить с ними самостоятельно…

– И с его помощью не узнаем, – прервал ее Кондор. – Морозов – не наш, а неизвестно чей. Очередной кел-шпион. Доверять такому посреднику нельзя.

– Не. Перебивай. Меня, – по тону Авроры я понял, что становлюсь свидетелем давно тлеющего конфликта. – Я, черт побери, не договорила!

– Мартинс, мы не на симпозиуме! И вспомни о субординации, хоть ты и почти не служила в Звездном Флоте! – с не меньшим напором прорычал Кондор. – Я создал эту Колонию и собрал вас всех здесь. Прояви немного уважения. Твой сектор – наука. Мой – безопасность и внешняя политика. Я в твои исследования не вмешиваюсь, так какого черта ты лезешь в мою сферу?

– Согласно протоколам «Космо» совет координаторов принимает коллегиальные решения! – отчеканила Аврора. – Я, с вашего позволения, договорю! Я не специалист по нейрограммам, но, судя по отрывочным воспоминаниям, какая-то часть личности Воглера сохранена. Почему вы не хотите работать с ней, Олег? Прежде чем полностью обнулять Сигурда, ведь можно попробовать восстановить часть памяти капитана.

– Теоретически можно, – согласился Рашидов. – Но тут два момента. Мы не знаем, к чему приведет такое вмешательство, это первое. Решит ли оно вообще что-нибудь? И второе – даже если оно будет успешным, то Сигурд может получить часть воспоминаний и полномочий капитана, но его нейрограмма, скорее всего, останется основной.

– Ну и что? Это же компромиссный вариант, сохраняющий все плюсы связей Сигурда.

– Нет, – отрезал Кондор. – Такой посредник, да еще с капитанскими полномочиями – это не ресурс, а уязвимость. Доступ к ковчегу не может зависеть от субъекта с неизвестными закладками. Тем более – не принадлежащего Альфе.

– Ты хочешь марионетку, Дирк.

– Я хочу офицера, который выполнит свой долг, Мартинс.

– Ты тоже так думаешь, Олег? – спросила Аврора.

– Я думаю, что Дирк прав… в главном, – произнес Рашидов. – Хотя он, конечно, чудовищно упрощает ситуацию.

– Будь добр, объясни!

– Сигурд – не просто неудобный посредник, – координатор говорил негромко и как будто глядя в стол. – Это фигура, созданная тем, о ком я вам рассказывал. С определенными целями. Продукт тщательной работы. Боюсь, что это фигура-разрушитель и, знаешь, Аврора…

Он уронил последнюю фразу совсем тихо:

– Похоже, что созданная специально против меня.

– Против нас всех, Олег, – бросил Кондор. – Не обольщайся!

– Разумеется, – мягко согласился Рашидов. – Но я думаю, что он появился здесь, чтобы нарушить нашу контригру. Смешать нам карты…

– Тогда, – сказала Аврора еще напряженнее, – тем более нельзя его ломать через колено.

– Почему?

– Потому что если Олег прав – его конструкция содержит защиту от того, что вы предлагаете. Мы запустим процедуру – и получим… что? Я не знаю, что именно. Я говорю это как глава научного сектора – и вы не знаете, что именно! Но пытаетесь вслепую извлечь взрыватель из бомбы, устройство которой неизвестно. Это безумие, которое может стоить нам, всей Колонии Альфа – очень дорого…

– Известно нам его устройство, – лениво сказал Рашидов. – Ничего там сложного нет. Но я учту твои замечания, Аврора.

Двуличная хитрожопая сволочь. Такая же, как его… двойник в Вечности. Набивался мне в друзья, заигрывал с общими тайнами, улыбался – а когда ничего не получилось, с той же противной улыбочкой вынес приговор.

Ладно.

Глайдер летел по почти безлюдным улицам Альфы, и Скай уже отметила точку прибытия. Похоже, меня опять везли к лифтовому колодцу – А-бокс, вероятно, находился на другом уровне Башни. Скорее всего – в том же закрытом комплексе, где меня «обследовали» первые дни.

– Мои замечания не спасут ситуацию. Прошу – подумайте!

– У нас нет выбора, Мартинс!

– У нас есть выбор, Дирк. Он готов сотрудничать. Он вытащил меня из Оси. Он готов передать Руны и Навыки, которых у нас нет. Он готов предоставить канал связи. Мы можем работать с ним по-человечески, как с полноправным партнером, а не убивать, ломать аниму и создавать новую удобную личность…

– Я не готов ставить судьбу проекта «Космо» на кел-шпиона, – сказал Дирк Кондор. – Мартинс, извини, но мы военные люди. Моралистика тут неуместна. Голосуем. Я – за жесткий сценарий. Обнуление, извлечение, экстракция.

– Я – тоже за, – тихо сказал Рашидов. – Понимаю твои чувства, Аврора. Но так будет лучше. Для всех.

– Я – категорически против, – порывисто встала Аврора. – Считаю вашу оценку предвзятой. Считаю это решение нарушением директив «Космо». Я отказываюсь подписывать приговор и принимать в этом участие.

– Твое право, – вздохнул Рашидов.

– Где он сейчас? Вы отправили его обратно в изолятор?

– Сразу в А-бокс. Зачем тянуть?

– Значит, все решили заранее. К чему был этот спектакль⁈

Аврора резко вышла – каждое движение выдавало ее гнев. Оставшиеся в помещении Рашидов и Кондор переглянулись.

– Пусть остынет, – сказал Дирк Кондор. – Морозов под полным контролем?

– Да, – кивнул Рашидов. – Я прослежу. И начну подготовку к санации и извлечению анимы.

– Когда?

– Надо подготовить оборудование и анимариум. Я уже отдал приказы. По времени…

Рашидов чуть прищурился и взглянул, как показалось, прямо на меня – в зрачок невидимой камеры.

– Пара часов, не больше.

Пара часов.

Нужно уходить из Альфы любой ценой. Скай может контролировать локальные сети, а также нейтрализовать супрессоры. Остаются чертовы бомбы в голове, которые координаторы могут активировать в любой момент.

Центральный когитор не взломан, мои люди – остались в изоляторе. Самый простой путь – отступить в Домен, туда не дотянется вокс-сигнал взрывателя, но тогда придется забыть о товарищах, в том числе Жабнике и Юки, застрявших в Либерти. Попробовать прорваться с боем через всю Альфу – сущее безумие, даже с моим набором Рун. Эти подлецы, надо отдать им должное, неплохо подстраховались – даже если я сумею избавиться от бомбы с помощью инкарнации, мои ребята – нет…

Скай: Имплантаты со взрывчаткой активируются кодовым вокс-сигналом. Есть два варианта нейтрализации. Первый – глобальное отключение вокс-сети Альфы. Второй – уничтожение или подмена кодов в матрице центрального когитора. В данный момент оба варианта недоступны, необходим доступ к «Кейт». Оптимальный сценарий – блокировка супрессоров, отступление в Домен. Далее – дипломатические или военные сценарии взаимодействия для освобождения пленников.

Дипломатические… Я бы скрипнул зубами, но стоило сохранять полную невозмутимость. Стратагемы, даже та их жалкая часть, что была доступна сейчас, ясно рисовали дальнейшее развитие событий. Если я сбегу в Домен, Кондор и Ко не успокоятся – капитан им необходим любой ценой. Они знают, куда я уйду, и у них есть Портал в Небо. У них есть Фьюри, которая знает практически все о нашем фригольде. Значит, нас ждет вторжение и ультиматум. Бегство только отсрочит войну и обострит противостояние – эту проблему следовало решить иным способом, раз и навсегда!

Глайдер начал снижать скорость, потому что мы приближались к транспортной развязке у служебных и складских модулей, за которыми – ограждение и блокпост у лифтового колодца. Там, по данным Скай, четыре бойца: два живых, два синтетика, – и две активных турели. Когитор уже создала тактическую схему – алые и желтые контуры, синий пунктир нашего маршрута. Где лучше с него сойти? Возможно, у лифта меня передадут другой, более подготовленной команде…

Скай: Внимание! Объект с нештатной скоростью на пересекающемся курсе! Вероятность столкновения – девяносто три процента!

Удар!

Мир перевернулся, потому что другой глайдер врезался в нас с такой силой, что наш подбросило и опрокинуло набок. Скрежет, треск, хруст! Меня выбило из кресла и приложило плечом, одного конвоира жестко впечатало в переборку, второму повезло больше, он удержался, вскинул «Стрелу» и мгновением спустя выпрыгнул наружу.

Зря.

Я увидел стремительную черную фигуру в таком же «Змее». Короткие, быстрые движения, свист, черный блеск кератинового когтя. Голова конвоира слетела с плеч, веер темных пятен обагрил все вокруг. Спустя мгновение тело со скрежетом пригвоздили к борту перевернутого глайдера.

Я уже действовал, потому что ждать не имело никакого смысла.

Скай деактивировала супрессоры. Звездная Кровь мгновенно наполнила меня – и мир стал разноцветнее, глубже, яснее. С глаз как будто сняли повязку, развязали руки и ноги и вытащили изо рта кляп. Я снова был Восходящим!

Второй конвоир уже поворачивал «Стрелу» в мою сторону. Забрало его шлема треснуло от столкновения, но он не потерял ориентацию – бронзовая «аврора», тренированный, опытный боец.

Слишком медленно.

Он не собирался церемониться со мной, а я не стал с ним. Ледяной Взор ударил в упор, превращая противника в промерзшую насквозь статую. Обычного человека такая Руна убила бы моментально, но «авроры» были способны инкарнировать, и потому следом с моей руки сорвался Цепной Разряд, пронзивший замороженного множеством синих молний. Это должно было временно вывести из строя его брахма-симбионт, чувствительный к рунным воздействиям. В Альфе называли такое состояние «азур-шок» – что-то среднее между потерей сознания и смертью.

Спустя мгновение Призрачный Шаг вынес меня наружу. Фигура в черном «Змее», только что убившая (я видел, как она втягивала чужие Руны) первого конвоира, мгновенно развернулась ко мне, поднимая ладонь вперед. Она – я уже видел, что это женщина, – показывала, что не враг, что пришла помочь, но это было ясно и так, потому что в первые же мгновения я узнал нападавшую. Узнал ее Руну – Лезвия Палача, – которую когда-то подарил сам, экономные движения диверсанта и прочел бронзовый фрейм Восхождения.

Забрало шлема раскрылось, обнажив бледное женское лицо.

– Сэр, – сказала Фьюри. – Нужно немедленно уходить!