Текст книги "Мера преданности"
Автор книги: Ребекка Яррос
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)
Глава двадцать седьмая
Все встали и зааплодировали новоявленным лейтенантам, чьи имена называли по очереди. Церемония закончилась. Началась реальная жизнь.
Выпускники бросились обниматься с близкими, и темно-синие мундиры рассеялись в толпе. Люди доставали камеры, фотографировались, но я не могла пошевелиться. Мое сердце стремительно билось где-то в горле, грозясь выскочить наружу.
Джош протиснулся сквозь толпу. Его лицо выражало решимость, восторг и легкую тревогу. От предвкушения засосало под ложечкой. Как же он был красив! И этот красивый мужчина принадлежал мне. Нужно было только набраться храбрости и не отпускать его.
Джош остановился в шаге от меня, сомневаясь, можно ли подойти ближе.
– Десембер.
– Привет. – Больше я ничего произнести не смогла: слишком много эмоций нахлынуло разом, и сформулировать связную мысль никак не получалось.
– Не делай этого, если ты…
Я остановила его поцелуем, обвила шею руками и вложила в этот жест все свои чувства. Он откликнулся не сразу, и несколько мгновений мне казалось, что я допустила огромную ошибку.
Я провела языком по его сомкнутым губам, и он очнулся, сжал меня в объятиях и ответил на поцелуй.
– Уокер! – окликнул его Джаггер.
Джош обернулся, чтобы Джаггер успел его сфотографировать, подхватил меня на руки и вынес из зала.
Я самозабвенно рассмеялась. Впервые за долгое время меня переполняло счастье.
– Прямо как в «Офицере и джентльмене»[19]19
Фильм 1982 года о курсантах военного училища.
[Закрыть], – сказала я.
– Что это? – Джош смотрел на мои губы, и я поняла, что ему не до кино.
Я медленно улыбнулась и ответила:
– Неважно.
– Уокер! – еще один его товарищ, смеясь, окликнул нас в коридоре. – Никаких амурных дел в парадной форме!
– Сообщи, когда потеряешь девственность, Макафи, – парировал Джош и толкнул дверь в лекционный зал.
Мы проскользнули внутрь, и он запер дверь. Спустился по широким ступеням и не останавливался, пока не усадил меня на профессорский стол.
Я раздвинула колени, и он проскользнул между ними и притянул меня к себе.
– Я хочу знать, что все это значит, но сейчас меня интересует другое.
Джош крепко меня поцеловал и застонал, когда наши языки соприкоснулись. Он держал мою голову в ладонях и поворачивал под нужным углом, углубляя поцелуй. В конце концов я перестала понимать, где заканчивалась я и начинался он. Я так по нему соскучилась.
– Черт, – выпалил он, оторвавшись от моих губ на миллиметр. Напрягся всем телом и медленно отстранился, по-прежнему прижимаясь лбом к моему лбу.
– В чем дело, Джош?
– Я могу сколько угодно говорить, что мне все равно, но я не хочу повторения того, что было. Я не вынесу, если получу тебя, а потом ты снова уйдешь. С тех пор как ты меня бросила, сердце медленно умирало, и, если ты сделаешь так снова, это меня уничтожит.
Я взяла его лицо в ладони, слегка отстранилась, чтобы на него посмотреть, но он зажмурился, и я не смогла прочесть его взгляд.
– Посмотри на меня, – сказала я.
Он медленно открыл глаза. Его брови были нахмурены, губы сжаты.
– Что мы творим, Десембер? Через два дня мне уезжать.
– Ты знаешь, куда вас отправляют?
Эту часть армейской жизни я ненавидела, но теперь она представлялась мне небольшой ценой за возможность быть с Джошем.
– В Форт-Рукер, Алабама. Это черт-те где и очень далеко от Колорадо.
Его взгляд метался. Он крепче вцепился мне в талию, будто ждал, что в любой момент я сбегу.
– Я тоже знаю, где буду осенью.
Он прищурился:
– Правда?
Я должна была признаться: от этого зависела наша дальнейшая судьба.
– Джош, вчера пришло письмо. Меня приняли в Вандербильтский университет. Я перевожусь и начинаю учиться с осеннего семестра.
Он резко втянул в себя воздух, выдохнул и улыбнулся:
– Эмбер, это же потрясающе! Твой папа очень тобой гордился бы.
– Да. Он бы и тобой гордился. – Я провела большими пальцами по скулам Джоша. – Он гордился бы нами обоими.
– «Нами»? – Он отошел назад, и улыбка стала напряженной. – Я ради тебя на все готов, но должен знать, что ты согласна быть со мной.
Я шагнула вперед, сократив расстояние между нами, и ласково целовала, пока его губы не раскрылись мне навстречу.
– Я согласна. Я твоя, если ты по-прежнему меня хочешь. Я готова ждать и поддерживать отношения на расстоянии.
– Но я думал, ты этого не хотела? Ты говорила, что жизнь, полная ожидания и тревог, не по тебе.
– Без тебя у меня нет жизни. Я буду тревожиться о тебе независимо от того, вместе мы или нет.
Его губы снова сжались. Неужели откажет? После всего, что у нас было?
Он долго вглядывался в мои глаза и наконец улыбнулся.
– Тогда я подожду. Езжай в Вандербильтский, а я поеду туда, куда меня отправят. Подожду, пока ты окончишь университет. У нас все получится. Мне все равно, далеко ли ты будешь, если я буду знать, что ты – моя, а я – твой.
– Мы сможем быть вместе. – Я произнесла это вслух и сама поверила в свои слова.
– Мы будем вместе. Я больше никогда тебя не потеряю, Десембер. – Джош нежно поцеловал меня, слегка оттянув мою нижнюю губу.
Он поднял голову и заглянул мне в глаза, а затем его взгляд скользнул к моим губам, и зрачки расширились. Я разомкнула губы. Его дыхание участилось. И выждав несколько томительных секунд, он набросился на меня. Все эти месяцы мне так не хватало его страстного поцелуя.
Да. Наконец я оказалась на своем месте. Джош был моим домом. Я растворилась во вкусе его губ, в прикосновении его кожи к моей и отдалась ему без колебаний. Он запустил руки мне в волосы, потянул, и я откинула голову. Его губы скользнули по моей шее, и язык заработал в идеальном ритме, сводившем меня с ума.
– Эй, – одернула я Джоша, отстранившись, – никаких амурных дел в парадной форме, помнишь?
Не отрываясь от меня, он сорвал с себя мундир, и пуговицы разлетелись во все стороны. Следом была сброшена накрахмаленная белая рубашка. Я взяла его за галстук и притянула ближе. Платье задралось выше бедер, и я прижалась к Джошу всем телом. С губ сорвался сладостный стон: я почувствовала его желание.
Я стащила белую футболку через голову Джоша вместе с развязанным галстуком. Куча брошенной одежды на полу росла. Сняв форму, он перестал быть лейтенантом Уокером и стал моим Джошем с татуировками в виде языков льда и пламени. Он покрывал поцелуями мое плечо.
– Боже, Десембер, как же много времени прошло. – Его руки нырнули мне под платье, но он не стал его задирать.
– Сними, – попросила я, забыв о какой-либо осторожности.
– Нет, нас могут увидеть, а я этого не допущу.
Он сжал мою грудь через платье и застонал.
Я вся трепетала от желания. Мы так давно не находились рядом, не говоря о том, чтобы прикасаться друг к другу. Я изголодалась по Джошу и не хотела больше ждать ни минуты.
– Прошу! – Я прижалась к нему бедрами, и он вознаградил меня стоном.
Его руки проскользнули под платье, провели по бедрам, и он дотронулся до меня между ног. Отодвинул в сторону мои промокшие трусики и погладил именно там, где ощущалась пульсация. Я не сдержала стон, который эхом отразился от стен лекционного зала.
– Да, – прошептал Джош, ритмично двигая рукой. Он остановился, прижался лбом к моему лбу и несколько раз судорожно вздохнул. – Блин. Я не захватил защиту. Но у меня все чисто. Я только что прошел медкомиссию, и…
– А я принимаю противозачаточные. Принимала с семнадцати лет. – Я подвигала бедрами, отчаянно желая продолжения и чувствуя приближающуюся кульминацию. – Джош, если хочешь, чтобы я тебя умоляла, я буду умолять.
Его глаза гневно блеснули. Он пожирал меня взглядом, и я утонула в каре-золотом океане его глаз.
– Неужели ты не понимаешь? Тебе не надо умолять. Я уже принадлежу тебе.
Его поцелуй опалил меня пламенем. Раздался звук рвущейся ткани, и мои трусики полетели на пол. Слава богу. Он расстегнул молнию и пряжку на ремне и спустил джинсы и боксеры, обнажив свои аппетитные ягодицы, но я не успела насладиться этим зрелищем – он вновь накинулся на меня.
Я вся трепетала и пульсировала, умирая от желания.
– Пожалуйста, Джош…
Он остановил мою мольбу поцелуем и одним резким толчком овладел мной, растянув меня до предела.
– О боже, Десембер. Я еще никогда не пробовал без… Ты потрясающая. Идеальная.
Он оперся на локти, и мы задышали в такт.
Мои руки скользили по его спине. Я уперлась пятками в край стола, чтобы держать баланс. Отталкиваясь, я прижималась к Джошу, чтобы он еще глубже входил в меня.
– Я не идеальна, но я твоя.
Нас охватила радость – сладостное чувство единения сердец и слияния душ. Все было так, как должно быть. Я подалась вперед, и его глаза потемнели. Время разговоров прошло. Он схватил меня за бедра, прижал к себе, вновь проскользнул в меня и с отчаянным желанием впился в мои губы.
Я полностью растворилась в его поцелуях и синхронных движениях наших тел. Напряжение нарастало, сжималось тугой спиралью, пока мои мышцы не свело и дальнейшее движение показалось невозможным. Он оторвался от моих губ и заглянул мне в глаза, дыша прерывисто и хрипло, так же, как и я. Он совершал толчки, крепко держа меня за бедра, чтобы я не соскользнула со стола.
– Джош! – выкрикнула я, зависнув на самом краю. – Я…
Он нежно меня поцеловал, но не прекратил двигаться.
– Тихо. Я тебя держу.
Придерживая меня одной рукой, он сунул другую под платье. Стоило ему дотронуться до клитора, как я застонала. Он нежно провел по нему, а я затаила дыхание, выгнула спину, и на меня обрушилась лавина наслаждения. Джош заглушил мои крики поцелуем и навалился на меня. Его сотрясали мощные судорожные волны.
После мы лежали неподвижно целую вечность, но мне все равно казалось, что этого мало. Мы обнимали друг друга и наслаждались тем, чего так долго желали.
Наконец Джош приподнялся и заглянул мне в глаза:
– Ты моя? – спросил он.
Я медленно удовлетворенно улыбнулась:
– Да.
– Повтори, – В его глазах мелькнула тревога.
Мне хотелось, чтобы он больше никогда не сомневался во мне.
– Я люблю тебя, Джош. И буду твоей, сколько захочешь, – ответила я, обнажив перед ним душу и раскрыв все свои чувства.
Джош нежно поцеловал меня.
– Я никогда больше тебя не отпущу, – сказал он.
Я рассмеялась.
– Придется, потому что кто-то подглядывает в окно.
Он отскочил как ошпаренный, будто за нами подглядывал сам дьявол, опустил мое платье и надел форму. Мы отряхнулись и привели себя в презентабельный вид. Джош подошел ко мне вплотную и с лукавой улыбкой сунул в свой карман мои порванные трусики. Затем он несколько минут собирал по полу пуговицы.
Закончив, он снова меня поцеловал, но в этот раз не торопился и не сгорал от отчаянного желания. В этот раз он поцеловал меня так, будто делал это каждый день и продолжит делать вечно.
– Мы с тобой против целого мира? – Я не удержалась от клише, в последний раз прижалась губами к губам Джоша и с его помощью соскочила со стола на пол.
Счастливая улыбка расцвела на его лице.
– Навсегда, – ответил он.
Эпилог
– Ты набрала одежды на три года? – спросил Джош, поднимая чемоданы на второй этаж, где находилась моя квартира с отдельным выходом на улицу.
Дом стоял в хорошем безопасном районе Нашвилла недалеко от Вандербильтского университета. Мама положила мне на счет кругленькую сумму, чтобы я могла здесь жить, оправдывая это тем, что так хотел папа.
– Я взяла столько, сколько нужно, – усмехнулась я и толкнула дверь ногой, пропуская Джоша вперед.
Стояла середина августа, от зноя по спине катился пот, и я почувствовала облегчение, когда шагнула в квартиру, в которой работал кондиционер. Джош картинно упал на диван и запрокинул голову.
– Кажется, я умираю.
Я услышала в его словах намек. Уселась к нему на колени, и он тут же встрепенулся.
– Так лучше?
Он провел ладонью по краю моих шортов и игриво стиснул мои бедра.
– Сейчас на тебе слишком много одежды. Ты больше нравишься мне без нее.
Я рассмеялась. Джош поцеловал меня, и я порадовалась тому, что у меня своя квартира.
– Когда ты должен вернуться?
– Завтра вечером.
Слишком скоро. Я попыталась не огорчаться и снова его поцеловала. Я могла бы целовать его сутки напролет.
– Значит, ты пробудешь здесь все выходные, – соблазнительно прошептала я.
– Да, – ответил он и притянул меня ближе.
– Прекрасно! Поможешь мне развесить вещи по сезонам и цветам. – Я чмокнула его в щеку, вскочила и побежала разбирать посуду.
Он застонал:
– А мы можем просто все выходные заниматься сексом?
– Конечно, только сначала надо разобрать все ве… – Я расхохоталась: он вскочил и стал гоняться за мной по кухне. Усадил на стол и беспощадно защекотал.
Всегда ли так будет? Всегда ли мы будем смеяться и трепетать от присутствия друг друга? Всегда ли мое сердце будет таять от его близости? Что бы нас ни связывало, я знала, что мне будет этого хватать. Джош был моим домом, хотя Нашвилл и Форт-Рукер находились в шести часах езды друг от друга.
Через два года мы оба закончим учебу: он станет пилотом, я получу диплом. Мы сможем продержаться так долго не благодаря своей силе и целеустремленности, а потому, что у нас просто нет выбора. Есть только мы, иначе быть не может.
Джош перестал меня щекотать и поцеловал. От этого поцелуя все мысли разом улетучились.
– Может, все-таки проведем время с пользой, ведь у нас его так мало?
Я подумала, что эта фраза постепенно станет девизом нашей жизни.
– Отличное предложение.
– Десембер, лучше тебя нет никого и ничего.
Я крепче его обняла. Мне все еще не верилось, что этот потрясающий мужчина мой. Я поцеловала его и прошептала:
– Нет никого и ничего лучше нас.
Благодарности
Господи, спасибо за эту прекрасную жизнь, за твое милосердие и дары, которые я не всегда заслуживаю.
Спасибо, Джейсон, за то, что выбрал меня. За двенадцать лет совместной жизни и за то, что я ни разу не усомнилась в том, что однажды мы сможем взять в руки эту книгу. Спасибо, что складываешь белье, готовишь ужины, приносишь кофе в мое писательское логово и остаешься рядом, даже когда физически находишься в другом месте. Мои замечательные дети, я люблю вас больше жизни. Вместе со мной вы пережили четыре военные операции, терпели мои наспех приготовленные ужины и неоднократно слышали мое: «Сейчас, сейчас», – пока я писала эту книгу, но никогда не отказывали мне в объятиях и поцелуях. Вы воплощение совершенства в этом мире.
Я также благодарю своего великолепного агента Джейми Боднар Дроули, которая, как никто другой, понимает, что значит быть женой военного, и поддерживает меня во всех аспектах нашей безумной жизни. Спасибо, что дала мне шанс и воплотила мечты в реальность. Спасибо замечательным редакторам Карен Гроув и Николь Стейнхаус за проницательный взгляд и потрясающие комментарии – лишь вы спасали меня от 232-кратного повторения слова «тянуть». Ваш смех и доброта поддерживают меня на плаву. Спасибо всей команде издательства Entangled, особенно Бриттани и Саре. Вы стали для меня прекрасной семьей. Спасибо Эл-Джей Андерсон за прекрасную обложку. Благодарю моих сестер по агентству и коллег – литературных критиков Нолу, Лиззи и Молли – за полуночные беседы и тысячи теплых слов. Без вашего вклада и поддержки эта история могла выглядеть совсем иначе. Спасибо Минди за то, что бросила все свои дела и прочитала мою книгу. Спасибо моей прекрасной команде «Выживших после правок» – Шону, Монике, Малии, Алише, Лорен, Майклу и Улане. Вы расширили мои возможности в литературе и корейской кухне, но, главное, спасибо за то, что были моими друзьями. Мне несказанно повезло, что вы у меня есть.
Спасибо всем друзьям, которые мирятся с моими капризами и отшельническим образом жизни. Эмили, спасибо за то, что всегда подставляла плечо в последние семнадцать лет, где бы я ни очутилась, и была моей опорой, когда мне не хватало сил. Кристина, спасибо за то, что всегда оказываешься в нужном месте в нужное время: благодарю за твою феноменальную самоотверженность и понимание. Ты лучший боевой товарищ на свете. Спасибо Тами: ты напоминаешь мне, кто я, когда я забываю об этом в долгих разлуках с мужем. Тея, спасибо за бесконечную поддержку и безоговорочную дружбу. Кирстан, с тобой я всегда чувствовала себя в безопасности. Мои замечательные сестры, армейские жены, которые поддерживали меня на протяжении четырех спецопераций и были рядом с неизменной любовью и преданностью, – большое вам спасибо. Мои девчонки-барабанщицы, команда поддержки из Форт-Рукера, девчонки из Германии и девушки из племени апачей – я преклоняюсь перед вами за то, что вам приходится переживать, и для меня большая честь быть одной из вас.
Спасибо моей потрясающей семье. Родители всегда побуждали меня идти к своей мечте. Спасибо маме за Годзиллу и за то, что она всегда приезжает, когда я в ней нуждаюсь. Спасибо папе за то, что устроил кабинет в моей детской, за спонтанные дорожные путешествия по Германии и за то, что я всегда для него на первом месте. Моим братьям Крису, Мэтту и Дугу за вдохновляющий энтузиазм, и моей сестре Кейт за дружбу, доверие, завивки и за то, что была моей константой в семье военного. Люблю тебя. Все, что я пишу, – правда.
Наконец, еще раз спасибо Джейсону. Ты – мое начало и мой конец. От Колорадо до Капри ты служишь вдохновением для всех моих героев, потому что мой герой – ты. Ты – моя любовь и жизнь.




























