Текст книги "Призрак Сталинграда 6 (СИ)"

Автор книги: Рафаэль Дамиров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

– Вот так, – сказал водитель. – С сорок первого маскируют. Немец сверху высматривает, а, вроде, Кремля и нет.

Добрались до гостиницы возле Красной площади. Фасад у здания был странный: две разные половины, одна строже, сдержаннее, другая заметно богаче отделана.

– Как интересно. Не знаете, почему здание будто разные архитекторы строили? – спросил я.

Почему-то мне хотелось поговорить с ним ещё.

– Кхе… – потер усы Петрович, – слухи ходят, будто это товарищ Сталин. Говорят, когда архитектор принёс ему на утверждение чертёж, где по разные стороны от центральной оси показал два варианта фасада – один попроще, другой наряднее. На выбор, вроде как. А товарищ Сталин поставил подпись прямо посередине. Ну, вот и…

Не знаю, правда это или нет, но, глядя на гостиницу в сорок втором году, в эту историю верилось особенно легко. Иосифа Виссарионовича, скорее всего, действительно просто не решились переспросить.

* * *

На следующий день меня отвели на вещевой склад при комендатуре. Выдали тёмную суконную гимнастёрку, такие же галифе, новую шинель и шапку. Моим потасканным немецким сапогам тоже нашли замену – яловые сапоги, ещё жёсткие, не разношенные. Даже поясной ремень дали новый.

На воротнике уже были пришиты малиновые пехотные петлицы с двумя сержантскими треугольниками.

В каптёрке висело небольшое зеркало. Я посмотрел на себя и не сразу привык к тому, что увидел. Пострижен, гладко выбрит, форма чистая, сапоги блестят. Таким я себя здесь ещё не видел.

– Награды есть? – спросил старшина вещевого склада.

Пожилой, усатый, с карандашом за ухом.

– Орден и медаль, – ответил я.

– Тогда переставляйте на новую гимнастёрку.

– Еще знак «Снайпер».

– Его тоже не забудьте. В Кремль пойдёте при всех наградах.

Знак «Снайпер», которым меня наградили приказом комдива, я закрепил справа. На левую сторону гимнастёрки вернул орден Красного Знамени и «За боевые заслуги». Медаль была ещё «старого» образца, на четырехугольной колодке, обтянутой красной лентой, и крепилась, как и орден, на винт.

Часы Чуйкова переложил в нагрудный карман. Перед этим ещё раз открыл крышку и прочёл выгравированные на ней слова: «Сержанту А. Ф. Сотникову за отличную боевую работу. От командующего 62-й армией В. И. Чуйкова. Сталинград, ноябрь 1942 г.».

Из всего, что связывало меня сейчас с тем Сталинградским берегом Волги, эти часы были, пожалуй, вещью самой дорогой.

* * *

Соседом по номеру оказался лётчик, капитан Прибыл он тоже на награждение – за бои под Ржевом. Кончики ушей у него были обожжены.

– Чуть в самолете не сгорел, – улыбался новый знакомый.

Всю ночь Костя почти не спал. Курил у приоткрытой форточки, а под утро вдруг признался:

– Знаешь, Лёха, тут страшнее, чем перед вылетом.

– Чего боишься?

– Да чёрт его знает. Руку не так протяну, скажу чего-нибудь не то… Там ведь ОН будет.

– Все нормально, ты же герой, – улыбнулся я.

Я знал, что Сталин сам наград не вручал. Знал по книгам и по фильмам. Калинин вручал, Михаил Иванович, всесоюзный староста. А Сталин если и приходил, то в конце и ненадолго.

Так я думал.

* * *

К одиннадцати утра нас привезли в Кремль. Пропуска, что выдали утром, смотрели несколько раз. На каждом посту внимательно сверяли документы и фотографии, а в последний раз нас остановили уже у входа в здание.

Потом мы долго шли по коридорам. По ковровой дорожке шагов почти не было слышно, только новые сапоги Кости поскрипывали.

Зал, куда нас привели, назывался Свердловским. Круглый и огромный, с высокой колоннадой вдоль стен и куполом, который уходил куда-то вверх. Народу собралось человек восемьдесят: командиры, красноармейцы, лётчики, танкисты, несколько гражданских, репортеры с фотокамерами.

Тех, кому предстояло получить «Золотую Звезду», посадили в первом ряду. Нас таких набралось девять человек. Рядом со мной сидел Костя, мой сосед. Дальше – танкист с Калининского фронта, два лётчика из морской авиации Северного флота, седой подполковник-артиллерист, широкоплечий рядовой-пехотинец, белорусский партизан в тёмном пиджаке и совсем молодая девушка-санинструктор. Ну и я. Снайпер из Сталинграда.

Вскоре распахнулись створки двери, и в зал вошёл Калинин. Невысокий, в тёмном костюме, в круглых очках, с небольшой седой бородкой. Следом за ним прошёл секретарь Президиума Верховного Совета Александр Фёдорович Горкин.

Мы поднялись.

– Садитесь, товарищи, – сказал Калинин. – Начнём.

Ещё перед входом в зал человек из секретариата предупредил нас, чтобы Михаилу Ивановичу не жали руку со всей фронтовой силой. Награждённых много, каждый на радостях и от волнения старается пожать покрепче, и к концу церемонии бывает, что рука у старика уже болит.

Горкин начал зачитывать указы. Когда дошла очередь до присвоения звания Героя Советского Союза, прозвучала торжественная формулировка: «За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство присвоить звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали „Золотая Звезда“…»

Дальше пошли фамилии по алфавиту. Буква «С», понятное дело, почти в самом конце списка, и до меня еще было долго.

Калинин вызывал награждённых по одному, вручал награду и документы, пожимал руку, коротко поздравлял. В ответ звучало:

– Служу Советскому Союзу!

После этого человек возвращался на своё место. Фотограф работал почти без остановки, и время от времени зал озаряла яркая вспышка.

Костя вернулся бледный, прижимая к себе папку с наградными документами. Сел рядом и положил её на колени, так и не выпуская из рук.

Горкин назвал следующую фамилию – подполковника-артиллериста. Тот успел сделать несколько шагов к столу, когда в дальнем конце зала открылась дверь.

Вошёл Сталин.

Конец 6-го тома, читайте продолжение по ссылке: /reader/667894