Текст книги "Отпустить поводья (ЛП)"
Автор книги: Пейсли Хоуп
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)
Глава 6
Я наблюдаю, как Сэнди Эллиот, самая старая и добрая подруга моей мамы, несёт обед мне, Джинджер и Оливии, пока я надеваю солнцезащитные очки, чтобы скрыть глаза от послеобеденного солнца. Мы сидим на террасе кафе «Шалфей и Соль», уютного местечка для завтраков и ланчей на главной улице Лорел-Крик, которым Сэнди владеет вместе со своей сестрой.
– Спасибо, Сэнди. Вы – святая, – улыбаюсь я, когда она ставит передо мной тарелку.
– Принесла вам и картошечки фри, за счёт заведения. Подумала, вам, девочки, сейчас не помешает немного жирного – слышала, вы вчера чуть не наваляли Джемме и выпили всё, что было у нашего местного хоккейного героя.
– Угх, не напоминай, – бурчит Джинджер, подпирая подбородок рукой.
Её дикая шевелюра обрамляет лицо, а на глазах – самые огромные очки, какие я только видела. Она выглядит как современная версия Одри Хепбёрн.
Я смеюсь, глядя на её кислую мину. Она всегда самая похмельная и самая ворчливая из всех нас.
Сэнди оглядывается по сторонам и склоняется ближе к нам.
– Не то, чтобы она этого не заслужила, – подмигивает она, и я улыбаюсь в ответ. – Жаль, что я пропустила. В следующее воскресенье точно буду, приведу и маму Джо, устроим настоящий отрыв, – говорит она с улыбкой и начинает имитировать, как «поднимает крышу» руками.
– Господи, спаси этот город, – произносит Джек Перлман, наш местный музыкант за семьдесят, с соседнего столика, и мы все хихикаем.
– Закрой рот и ешь свой бургер, Джек, а то я пересмотрю твоё предложение руки и сердца, – говорит Сэнди, подойдя к нему и чмокнув в макушку.
Я улыбаюсь от этого уютного, деревенского, почти семейного общения и принимаюсь за свой салат с курицей, пролистывая телефон, пока Джинджер и Оливия болтают про женщин из бара прошлой ночью. Кто с кем встречается, кто беременна, у кого проблемы с деньгами. Сплетни не прекращаются, и я только наполовину вникаю, пока просматриваю скудные предложения о работе в местных объявлениях.
Моя степень по бизнес-администрированию явно чересчур для большинства из них – продавец в бутике у Лианн. Консультант по интерьеру в «Дженнингс». Добираюсь до последней страницы и вижу объявление о вакансии администратора бухгалтерии в обновлённом спортивно-оздоровительном центре «Олимпия». Читаю мелкий шрифт и понимаю, что на самом деле полностью подхожу под требования. Имя контактного лица знакомо – Шерри Линн Джонсон. Раньше она работала на почте, мы с ней почти не общались, но я помню, что мама всегда называла её Санни, когда забирала посылки или что-то отправляла.
Я быстро редактирую резюме и отправляю его на её электронную почту. Объявление размещено как минимум 60 дней назад, что говорит о том, что найти подходящего кандидата им пока не удалось.
– Земля вызывает Сиси.
Я поднимаю взгляд и вижу ожидающее лицо Оливии, её веснушки на переносице сияют, когда она улыбается.
– Что? Прости. Мне срочно нужна работа, я просто искала среди этого унылого списка, – говорю я.
– Единственное, в чём был хорош Эндрю – зарабатывать достаточно, чтобы ты могла делать что угодно в плане карьеры, – говорит Джинджер, и она, в общем-то, права.
Последние два года я занималась благотворительностью, работала полный день в женском приюте и частично консультировала по налогам в фирме Эндрю, почти бесплатно. Тогда не было нужды зарабатывать много, ведь Эндрю приносил шестизначные суммы. Я могла заниматься тем, что мне по-настоящему нравилось. Но теперь пришло время настроиться серьёзно, и, по правде говоря, я этого даже жду. Если ничего не выйдет – может, начну собственное дело.
– Ты могла бы поработать со мной? Хоть и на полставки, мне не помешала бы помощь, – предлагает Оливия.
У неё есть очень популярный бутик нижнего белья на другой стороне города, рядом с пляжем у озера Кейв-Ран. Летом они привозят брендовые купальники и хорошо зарабатывают на туристах, приезжающих на озеро и гору Шугарленд.
– Ты же знаешь, я тебя люблю и ценю это предложение, Лив, но мне нужно заниматься чем-то по специальности. Иначе я буду чувствовать, что мои родители зря потратили деньги на моё обучение.
Джинджер безмятежно допивает оставшийся сладкий чай.
– Мне нужен ещё адвил и сон перед уроком, – стонет она.
Как она вообще выживает по понедельникам, работая школьной учительницей английского языка – загадка. Благо, летом у неё всего один урок в день – для учеников, которым нужно подтянуть материал.
Я ещё не успела даже оплатить обед, как получаю ответ от Шерри Линн – когда я смогу прийти на собеседование?
«В любое время» – тут же пишу я.
«Приходите около трёх» – отвечает практически сразу она.
Это даёт мне два часа, чтобы распечатать резюме, найти диплом, и привести себя в человеческий вид после вчерашнего.
Я улыбаюсь, прощаюсь с девочками и направляюсь к старенькому «Сильверадо» моего отца. Я могу ничего не знать о спорте и рекреации, но я знаю многое о бизнесе и финансах, а они, похоже, отчаянно нуждаются в сотруднике. Этот день определённо налаживается.
Глава 7
– Нам просто нужно вовлечь сообщество, – говорит Гарри Мартин.
Уже больше тридцати лет он главный тренер школьной хоккейной команды. Он был и моим тренером, и сейчас, когда он продолжает говорить, видно все его шестьдесят четыре года, а может, и больше.
– Комитет команды ценит твоё предложение, Нэш, но нам не нужна подачка. Мы хотим, чтобы всё было на уровне простых людей. Тогда это будет иметь большее значение для семей и для детей. Людям проще принимать помощь, когда она исходит от сообщества. Мы можем использовать «Олимпию» как спонсора, но нам нужно не меньше двадцати пяти тысяч, чтобы обеспечить команду, оборудование и всё остальное, что связано с пятью дивизионами на год.
Я киваю. Понимаю, и мне самому не по душе разбрасываться деньгами – наш город не тот, где это вызывает восторг, но я хочу помочь. «Лорел-Крик Лайтнигс» тонет финансово, а тут так много талантливых маленьких хоккеистов, и в нашем округе, и в соседних. Я наблюдал это всё лето в наших лагерях. «Олимпия», или что-то вроде этого – давняя мечта моей жизни.
– Когда мне было десять, я выиграл поездку на две недели в хоккейный лагерь в Мичигане, и это определило моё будущее. Если бы у меня не было возможности играть, когда я вернулся домой, я бы никогда не попал в университетскую команду, а уж тем более – в НХЛ. Этим детям нужны спорт и те возможности, которые он даёт. Это то, чем я действительно горю. Я знаю, здесь замешана гордость. Мы найдём способ профинансировать программу до осени, а использование льда будет за наш счёт, – говорю я ему.
Я не зря купил старую арену в прошлом году и вложился в масштабную реконструкцию. Я знал, что моя карьера в НХЛ близится к концу, и мне нужно будет чем-то заняться. Я не умею сидеть в одиночестве со своими мыслями. Уайатт всегда говорил: «праздные руки – дьявольская мастерская», и в моём случае он был чертовски прав. Я знал, что мне нужен будет выход.
Ремонт закончился аккурат к окончанию моего сезона, и я плавно перешёл от игры за «Старс» к роли директора объекта и тренера здесь. Да, у меня три работы. Как я уже говорил, сидеть без дела – не для меня.
– Может, продадим лотерейные билеты? Или устроим аукцион? – предлагает Санни с правой стороны.
С тех пор как мы открылись, она – просто спасение. Планирует программу во всех лагерях, обзванивает родителей, собирает платежи, оформляет разрешения, оплачивает счета – всё, что у меня из рук валится. Но всё больше видно, что ей нужна помощь. Она ведь на пенсии и вообще-то должна работать только по полставки. Ни она, ни я не ожидали, что у нашего округа будет такой спрос на организованный спорт и лагери. Только с хоккеем, фигурным катанием и программами для начинающих мы на пределе возможностей. Я киваю ей в ответ.
– Это хорошее начало, нужно будет всё посчитать, – отвечает Гарри.
Санни улыбается, потом поднимает глаза на меня и стучит по циферблату своих наручных часов.
– Моя кандидатка на собеседование должна прийти с минуты на минуту. Загляни минут через двадцать, если сможешь.
– Принято, – говорю я, затем возвращаюсь к обсуждению поставщиков экипировки с Гарри, надеясь, что эта кандидатка окажется получше предыдущих.
Нам действительно нужна помощь.
Глава 8
Я подъезжаю к спортивному центру «Олимпия» за пятнадцать минут до назначенного времени и, если честно, впечатлена тем, что вижу. Это вовсе не та старая, обшарпанная арена, на которой я когда-то в детстве каталась с друзьями. Сейчас всё здесь – по последнему слову техники и вдвое больше прежнего. Всё выглядит новым и чистым, и огромная парковка почти полностью забита.
Дети и родители идут туда-сюда, пока я паркуюсь. Хотя у меня даже не было времени толком узнать, чем теперь занимается этот центр, я вижу, что у них всё отлично, особенно учитывая, что сейчас июль, явно не сезон катания на коньках.
Когда я подхожу к большому входу, передо мной массивная лестница, которой раньше не было, ведущая на второй этаж, которого тоже раньше не существовало. Окно кассы – предполагаю, для билетов на матчи местных лиг и соревнований – справа от меня, а дальше, за лестницей, я вижу два полноразмерных ледовых катка. Тот, что слева, с панорамными окнами и рядом длинной стойкой со стульями для зрителей. Сейчас на льду дети, в основном девочки, но есть и несколько мальчиков – им, наверное, лет семь-восемь. Эйвери на льду с ними. У всех фигурные коньки. Я машу ей через стекло, она улыбается, глядя на меня с недоумением, вероятно, гадая, что я здесь делаю.
– Маленькая Сесилия Рэй Эшби, и вот ты вся взрослая! – говорит Шерри Линн, подходя ко мне.
Я поворачиваюсь к ней и улыбаюсь. Она выглядит так же, как и в моём детстве, просто постарела, наверное, лет под шестьдесят пять. У неё аккуратное светло-седое каре и большие очки в леопардовой оправе. Выглядит как бабушка, с которой всегда весело.
– Да, это я. Мисс Шерри, как вы?
– Пожалуйста, зови меня Санни, – говорит она и крепко обнимает меня.
– Хорошо, Санни.
– Тут у нас всё по-простому, неофициально.
– Моя новая подруга тут работает, кстати. Эйвери Поуп?
– О, она просто лапочка. Босс говорит, нам с ней повезло, она ведь каталась с олимпийской сборной в 2018-м.
Я киваю, поражённая. Не знала этого.
– Пойдём в мой кабинет, поболтаем.
Она показывает мне все недавние изменения в арене, пока мы неторопливо идём к её офису. Родители пьют молочные коктейли, наблюдая за занятиями своих детей. Одна группа как раз заканчивает, и когда мы проходим через зону ожидания, пространство наполняется громкими, счастливыми голосами. Мы ныряем в кабинет.
– Как мама и братья? – спрашивает Санни.
Маленький город – маленькое интервью.
– Всё хорошо. Привыкаем к новой жизни, – честно отвечаю я.
– И чего ты здесь? Последний раз, когда я видела маму Джо, она говорила, что у тебя какой-то адвокат-жених и ты осела в Сиэтле.
Я смеюсь и убираю прядь волос за ухо. Чувствую себя так, будто пришла на дружеский кофе, а не на собеседование.
– Ну, всё оказалось не так, как казалось, и я решила всё закончить и вернуться домой.
– То есть он был мудаком, если по-простому? – усмехается она.
Я смеюсь, потому что это правда.
– В точку.
– Ну что ж, у тебя отличное резюме. Вести финансы в женском приюте в Сиэтле – дело серьёзное. У нас ты, может, почувствуешь себя как в песочнице после такого, но занята точно будешь. У меня совсем не остаётся времени на бухгалтерию, а боссу и подавно.
Я киваю, вникая, пока она рассказывает о программах, летних лагерях, о том, как арендуют каток за символический доллар для местных турниров. И это мне нравится всё больше и больше. Когда она называет зарплату – я окончательно за. Более чем щедро, и я в восторге, когда она почти официально предлагает мне работу.
– Придётся многое разгрести. Как я и говорила, босс в бизнесе – ни ухом, ни рылом. У него есть миссис Каттер, которая ведёт его другую бухгалтерию, но она отказалась брать ещё что-то, – подмигивает Санни. – Он просто талант.
– А что за талант? Он тренер?
– Ну, это же Нэш Картер, милая, – пожимает плечами она. – Ты разве не знала? Он владелец. Я думала, вы были близки, когда были маленькими.
– Я… что? Но он же владеет баром… – начинаю я, но меня прерывают.
– Уже второй раз за день… Ты меня преследуешь, Рэй? – слышу я за спиной голос Нэша и оборачиваюсь, чтобы увидеть его, прислонившегося к дверному косяку.
Он облачен в экипировку для катания, со шлемом в руке. Торс обтянуто хоккейной формой, тёмно-синей, с белыми буквами «Олимпия» на груди и надписью «Тренер» на рукаве.
Этот вид моментально выбивает весь воздух из комнаты, особенно из моих лёгких. Нет ни одного сценария, в котором он бы не выглядел чертовски хорошо, и это меня злит, потому что мне реально нужна эта работа.
Глава 9
Сиси фыркает в мою сторону и закатывает глаза.
– Тебе так не повезёт.
«Но мне повезло, потому что она, вот, передо мной».
Это может идеально сработать. Во-первых, потому что я знаю, Сиси чертовски умна, когда дело доходит до бизнеса и финансов. А ещё потому, что её раздражённый взгляд подталкивает меня ещё сильнее попытаться её удержать.
– М… мне кажется, – она делает паузу и обращается к Санни, – может быть конфликт интересов. Ты владеешь и этим местом, и баром? Я как-то не догадалась… хотя, не знаю, как не догадалась, кто ещё мог бы провернуть всё и при этом иметь и время, и деньги?
Её красивые изумрудные глаза перебегают с меня на Санни.
– Он отличный босс, немного зануда в деталях… но отличный, – говорит Санни, пытаясь убедить Сиси дать мне шанс, словно её зовут работать не ко мне, а к самому Дракуле. Она пожимает плечами. – Если тебе удастся уговорить его не включать музыку слишком громко весь день, пока ты работаешь, то он почти идеален.
Она бросает на меня хитрый взгляд, и я улыбаюсь.
Сиси встаёт.
– Спасибо большое за возможность, но, боюсь, это не сработает.
Она пытается уйти, но я без труда преграждаю ей путь. Я знаю эту женщину больше половины своей жизни и до сих пор не понимаю, чем именно так её разозлил, но я не позволю ей вот так просто уйти.
– Сиси, – говорю я, глядя на неё сверху вниз.
В коньках я нависаю над её миниатюрной фигурой.
Она смотрит на меня снизу вверх, моргая в ожидании.
– Что, Нэш? Я просто не думаю, что смогу работать на тебя.
Теперь я просто оскорблён. За десять секунд я пролистываю в голове все наши коммуникации. Она сверлит меня взглядом из-под длинных ресниц, ожидая, что я отойду.
Я не отхожу. И удваиваю усилия. Я не принимаю отказ, если чего-то действительно хочу.
– Не согласен. Было бы идеально. Ты даже толком не обдумала. У тебя есть квалификация, я уже могу тебе доверять, ты знаешь город. Давай так, у меня сейчас короткий урок по технике катания. Пусть Санни покажет тебе центр, познакомит с тренерами, покажет, где будет твой кабинет, и чем ты будешь заниматься. А потом, после занятия, я с тобой встречусь. Если после этого ты всё ещё скажешь «нет» – я приму это с уважением.
Она не скажет «нет». Ставлю на это всё. Уверен, что уютный кабинет с видом на лёд и все те добрые дела, что мы делаем здесь для местной детворы, её зацепят. Насколько я помню, у Сиси огромное сердце, особенно к детям, и она обожает вызовы. А наша бухгалтерия – чёрт возьми, вызов.
Санни сможет её соблазнить тем, что мы предлагаем, а потом я закрою сделку. Больше денег, удобный график, что угодно. Она нам нужна. И не только потому, что выглядит она чертовски хорошо в этой узкой чёрной юбке-карандаш и шелковой белой блузке. Нам нужны её навыки. А её вид – просто бонус, за который Уэйд или Коул, наверняка, с удовольствием дали бы мне по яйцам.
Она прищуривается, словно пытается понять, серьёзен ли я, и взвешивает возможность, борясь со своим внезапным и, на мой взгляд, несправедливым антагонизмом ко мне.
– Ладно, – отвечает она.
– Отлично. Увидимся позже, – говорю я с улыбкой и киваю Санни, она всё поняла.
Я отправляюсь на урок, с нетерпением ожидая встречи с Сиси чуть больше, чем готов себе признаться.
Сорок минут спустя я выхожу со льда, оставив Криса, одного из моих тренеров, заканчивать последние десять минут занятия, чтобы я успел быстро принять душ. Я не собираюсь уговаривать потенциального администратора, пока пахну, как спортивная сумка.
Когда я возвращаюсь, то нахожу Сиси в её новом кабинете. Да, именно так – её кабинете. Я решаю, что так и будет, и, как говорит мама Джо, «манифестирую» всей душой.
Она сидит в тонких очках в золотой оправе напротив Санни и изучает бумаги.
– Уже достаточно посмотрела? – спрашиваю я непринуждённо, прислоняясь к дверному косяку.
Она поднимает глаза от бумажной кучки.
– Вам тут нужна реальная помощь. Это невозможно для одного человека. Вы гоняли бедную Санни как проклятую, и всё здесь ужасно не организовано. У меня от одного взгляда тревожность поднимается, – говорит она с упрёком.
– Знаю, ты права. Мне правда стыдно. Поэтому ты нам так отчаянно нужна, – умоляю я.
Санни встаёт со своего места напротив Сиси и хлопает меня по плечу, проходя мимо.
– Отлично сыграл, босс. Думаю, ты справишься дальше сам? У меня регистрация в 16:15.
Я киваю и возвращаю улыбку Сиси.
– Бедняжка, она даже не успела пообедать сегодня. Не может позволить себе прерваться, иначе всё развалится.
Сиси закатывает глаза, и даже это выглядит до чертиков завораживающе.
«Завораживающе? Какого чёрта со мной происходит? Секс. Мне просто нужен секс».
– О, заткнись, Нэш. Я не позволю тебе играть на моих чувствах. Ты правда думаешь, что сработает? Ты меня раздражаешь, если вдруг не заметил.
– Да уж, видно невооружённым глазом… но я не понимаю почему? – спрашиваю я.
Я хочу, чтобы она работала здесь – нет, мне нужно. Значит, нужно выяснить, в чём дело. Я не из тех, кто ходит вокруг да около.
Сиси фыркает, её милое лицо искажается в страдальческой гримасе, будто причина её антипатии ко мне абсолютно очевидна. А я всё ещё без понятия. Ну разве что, подкалывал её вместе с её братьями много лет назад, но я всегда уважал её и приглядывал за ней.
– Потому что… ты всю жизнь меня донимал. Каждый раз, когда я оборачивалась, ты был рядом, чтобы подколоть. Ты сказал Майклу Мерривезеру, что у меня мононуклеоз, чтобы он не пригласил меня на выпускной бал, – говорит Сиси и поднимает палец, будто собирается отсчитывать причины.
Я тихо смеюсь, потому что да, я действительно так сделал. Мне было двадцать три, я вернулся домой в гости, когда Сиси было пятнадцать, и Коул услышал, как Майкл хвастался, что собирается лишить её девственности. Но Уайатт строго запретил нам с Уэйдом – уже взрослым мужикам – бить семнадцатилетнего подростка. Пришлось быть креативными, чтобы не дать свиданию состояться.
Она всё ещё перечисляет, почему я её раздражаю, и я позволяю ей выговориться.
– И, наконец, Эйвери – очень хорошая девушка. Если ты будешь с ней обращаться так же, как с остальными своими девушками в колледже и школе, мне придётся с тобой поговорить. Будь с ней добр или найди себе кого-то другого для… развлечений.
«Вот это да. Что за чёрт?»
Я подхожу ближе. У меня есть только один шанс всё объяснить, и я не упускаю его.
– Во-первых, Эйвери – моя сотрудница. И всё. Я никогда не встречаюсь с сотрудницами, никогда. Это моё золотое правило. Нам с ней очень повезло. Во-вторых, я был глупым мальчишкой, когда подкалывал тебя вместе с твоими братьями. Я не хотел тебя обидеть. Если обидел – извини. В-третьих, я больше не тот человек.
– То есть, ты больше не спишь с женщинами ради развлечения?
И вот тут я замечаю в её глазах выражение, которое не имеет ко мне отношения. Оно касается того человека, кто совсем недавно причинил ей боль, и того, кем я когда-то был.
Она не ошибается. Я действительно раньше часто спал с девушками. Много с кем. Когда ты хоккеист, женщины буквально повсюду – «хоккейные зайки» на каждом шагу. Но это было в другой жизни. Того Нэша Картера больше нет.
Я слышал от Уэйда, каким мудаком оказался этот Эндрю, и я совсем не такой. Мы говорили об этом утром, пока готовили загон для лошадей. Меня аж трясло от ярости, когда я представил, как кто-то мог сделать больно Сиси Рэй.
– Я не такой, как ты думаешь. По крайней мере, теперь уже нет. Я понимаю, почему ты меня таким запомнила.
– Ага… – фыркает она, – у тебя же было правило «не больше трёх раз».
И снова – она не ошибается. Но теперь я хочу немного поддеть её в ответ на этот её самодовольный вид.
– Надо признать, Сиси, не думал, что ты из тех, кто любит осуждать, – скрещиваю руки на груди, изображая обиженного.
Она поднимает взгляд, явно пытаясь выглядеть менее осуждающей, и неудачно. Прикусывает свою мягкую нижнюю губу и думает, прежде чем ответить.
– Я не осуждаю, Нэш. Просто… люди редко меняются.
– Может, и так. Но они взрослеют, Сиси. Ты же не жила здесь… сколько уже? Семь, восемь лет?
Что-то в её глазах смягчается. Она начинает расхаживать по кабинету, берёт стопку счетов и несёт к своему – её – новому столу. Стоит там, постукивая по поверхности ногтями, покрытыми нежно-розовым лаком.
– Тебе и правда нужна помощь. Это самая хаотичная бухгалтерия из всех, что я видела.
Я широко ей улыбаюсь. Вкус победы почти на языке.
– Знаю, что нужна помощь. Санни – потрясающая, но она работает по старой школе. Нам нужно всё упростить и систематизировать. Я не хочу, чтобы что-то выпадало из-под контроля, но найти квалифицированную помощь не удавалось. Зарплата тебя устраивает? – спрашиваю я.
Я и так знаю, что устраивает – на двадцать процентов выше среднего по рынку.
– Да, вполне, – кивает Сиси.
– График – на твоё усмотрение, работай как тебе удобно. Уверен, ты хочешь проводить время с мамой Джо. Коул говорил, что это для тебя важно, раз ты вернулась домой. Можешь работать удалённо, когда захочешь. Всё на твоих условиях.
Она прищуривается, будто не верит.
– Ты так мне улыбаешься, что у меня мурашки. С каких пор ты такой милый и сговорчивый? В чем подвох? – спрашивает, крутя прядь волос на пальце.
– Я не милый и не сговорчивый, я жёсткий тип, помнишь?
Она улыбается, хоть и старается сдержаться.
– Значит, ты согласна? – уточняю я.
Она перестаёт накручивать волосы и внимательно меня изучает.
– Мне нужен бюджет на канцтовары… и обновлённая версия «Куикен».
– Замётано, – тут же соглашаюсь.
– И понедельники – выходные.
– Ну, неудивительно, – улыбаюсь я.
Она скрещивает руки под грудью, отчего они еще более подчеркнуты. Сосредоточиться становится сложнее.
– А теперь ты меня осуждаешь? – говорит она. – Я просто хочу помогать маме готовить ужин по понедельникам и забирать Мэйбл из школы.
– Справедливо. Домашние понедельники, – киваю я.
Не давлю. Почти дожал.
– Ладно, на пробный период. Но смотри у меня, Нэш. Не заставляй жалеть. Я серьёзно.
Я улыбаюсь шире прежнего.
– Чёрт возьми, да! – восклицаю с восторгом.
Я пересекаю комнату и подхватываю её в объятия, не особо задумываясь. Но к чему я точно не готов – к реакции моего тела на её. Сиси буквально тает у меня в руках, как будто я идеально под неё подогнан. Её сладкий запах клубники наполняет лёгкие, и я вдыхаю его с жадностью, а её ладони на моей груди вызывают мурашки по спине.
– Ты всех своих сотрудников обнимаешь? – спрашивает она, а я понимаю, насколько она мягкая и податливая в моих объятиях.
– Прости, – бормочу, отпуская её. – Просто рад, что, наконец, есть помощь.
Я прочищаю горло. Отлично, Нэш. Очень профессионально.
– Хорошо… правило номер один – на работе ты ведёшь себя профессионально, – говорит Сиси, грозя мне пальцем, и всё, что я вижу перед собой – сексуальная бухгалтерша, отчитывающая меня.
«Чёрт тебя подери, Нэш».
– Я начну в среду. Завтра хочу полностью обустроиться и заодно прикупить одежду.
– То, что на тебе сейчас… вполне… – бормочу я, как впервые влюбившийся подросток.
«Опять, блядь, молодец».
Она смотрит на свой наряд:
– Я почти всё оставила в Сиэтле. Это единственное, что у меня есть.
В её глазах вспыхивает что-то, отчего мне снова хочется набить морду этому Эндрю. Но я ничего не говорю, только киваю.
– Всё получится, Сиси. Увидишь.
Она кивает, проходя мимо меня, закидывает сумку на плечо.
– Увидимся в среду… – подмигивает она, – если, конечно, река не выйдет из берегов.
Когда она произносит коронную фразу Уайатта, это бьёт меня в грудь сильнее, чем я ожидал. И я даже забываю сказать ей, что увижу её гораздо раньше.
