Текст книги "Князь Медведев. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Павел Вяч

Соавторы: Николай Уточкин,Вячеслав Уточкин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 35 страниц)

С этими словами, он потянулся вперёд и впечатал мне в лоб свою бляху.

Глава 11
Род Медведевых

Внимание! Обнаружен накопитель родственной этому телу энергии.

Невозможно подключиться к энергопотокам.

Есть возможность полностью забрать энергию.

Приступить? Да / Нет

Услышав предложение Слова, я оскалился и мысленно крикнул: «Да!».

Мазепов, заметив мою хищную улыбку, попытался отдёрнуть руку, но уже было поздно. Артефакт исчез в тусклой вспышке, а мне на мгновение почудился медведь, рвущий крысу.

– Не-е-е-ет!

Из глотки Мазепова вырвался полный злобы и отчаяния крик. Но продлился он не долго. Как только моё тело обрело жизнь, нож, продолжая движение, вошёл ему в горло.

Крик захлебнулся.

Поглощенный артефакт пополнил заряд энергии на тридцать процентов.

Пятнадцать процентов израсходовано на регенерацию.

Я вновь почувствовал себя полностью здоровым и полным сил. Вынул нож, вытер его об одежду Мазепова и поднялся на ноги.

– Сколько же вас, Мазеповых, ещё осталось, – прошептал я себе под нос. – Надо выяснить и, пожалуй, организовать кладбище побольше.

Убедившись, что угрозы больше нет, я поспешил вернуться к дубу. С каждым шагом ноги наливались свинцом. Вложенные в меня знания подсказывали: живые существа не падают так, как рухнул на землю Кузя. Но в душе всё ещё теплилась надежда.

Увы, но чуда не случилось.

Кузя лежал бездыханный. Что до оторванной головы, она хоть и перестала отбивать зубами чечётку, но всё так же яростно вращала глазами.

Перехватив поудобней напитанный силой нож, я с размаху вонзил его в темечко одержимой.

Внимание! Обнаружена энергия трансформации.

Данную энергию можно без болезненных последствий

для данного тела использовать для восстановления магоканалов.

Приступить? Да / Нет

Слово вновь меня озадачило. Что значит без болезненных последствий использовать для восстановления энергоканалов?

В памяти неожиданно всплыл фрагмент из прошлого мира.

Мы с Надей проводили лабораторный эксперимент, в ходе которого нам удалось создать магочип, позволяющий изменять форму тела. Мышка с вживлённым чипом превратилась в здоровенную крысу, поглотив энергию в радиусе трёх метров вокруг клетки.

Жена от испуга уничтожила получившегося монстра, но чип продемонстрировал побочный эффект – в клетке пискнула ожившая мышь.

Воспоминание навело меня на мысль.

«Слово, возможно ли передать энергию трансформации моему спутнику?» – мысленно уточнил я.

Необходим тактильный контакт со спутником.

Сжимая правой рукой нож – голова всё никак не желала умирать – я положил левую Кузе на лоб.

«Слово, поглотить энергию трансформации и передать её спутнику!»

Голова на кинжале осыпалась горсткой праха, а Кузя, застонав, открыл глаза:

– Что, добить решил?

Сначала я не понял, но, представив, как это выглядит со стороны, – я с ножом в руках стою над павшим товарищем, – сунул клинок в ножны и протянул Кузе руку.

Тот принял помощь, но не успел подняться на ноги, как его тут же закружило. Пришлось дотащить Кузю до дуба да там и усадить. Немного подумав, я сел рядом.

Даже не верится, что ещё минуту назад здесь шёл бой не на жизнь, а на смерть.

– Как тебе удалось выдернуть меня из небытия? – нарушил тишину летней ночи Кузя.

– Тут от одной дамочки живая голова осталась. Порубил в мелкий фарш и скормил тебе, – схохмил я.

Кузя посмотрел на меня квадратными глазами, и в следующий миг его скрутил рвотный спазм.

– Да пошутил я! – поспешно воскликнул я, глядя на последствия своей дурацкой шутки.

Кузя вытер рот рукавом и прошипел:

– В Бездну такие шуточки.

Он достал из воздуха тяжёлую фляжку, сделал пару глотков и протянул её мне.

– Чай, – проворчал, отвечая на мой невысказанный вопрос. – С бергамотом.

Я отхлебнул из фляжки и, оценив терпкий вкус напитка, с уважением кивнул.

– А чучельники мертвы? – спохватился Слуга рода.

– Вроде да, – пожал плечами я. – Обоих пристрелил. Но пойдём, на всякий случай глянем.

– Пошли, – подобрался Кузя. – Проверим и сразу в замок.

Вместо тел чучельников мы обнаружили пустые балахоны, внутри которых были связанные верёвками палки, какие-то ветки и мешки с прорезями для глаз и рта. На всякий случай всё сожгли.

Следом я хотел отправиться на блокпост и разобраться с оставшимися там бойцами, но Кузя уговорил вернуться в замок. Прикинув, сколько идти до замка и до блокпоста, я согласился. К тому же, неплохо было бы взглянуть на карту и пополнить боезапас.

Оказавшись в библиотеке, я активировал карту. Неприятно, что для повторной активации в течение суток требовалось вложить пять процентов энергии.

К моему удивлению, никто из бойцов Мазепова и не подумал поднять тревогу. Карта отчётливо показала три зелёные точки, сидящие в микроавтобусе.

Мелькнула было мысль закидать их гранатами, но я вспомнил, как двигались эти бойцы. Слишком быстро, слишком плавно. Такие могут поймать гранату и швырнуть обратно. Придется по старинке – к тому же, в оружейке есть отличный автомат.

Да и потом, гранаты-гранатами, но когда я ещё смогу применить полученные в капсуле навыки?

В общем, вооружившись, мы с Кузей пошли к блокпосту.

С одной стороны, меня раздражало, что мы мотаемся туда-сюда, с другой – я понимал, что по-другому никак. Вот можно было бы взять карту с собой – другое дело.

Последние сто метров преодолели чуть ли не по-пластунски. Я – к микроавтобусу, а Кузе пришлось заложить большой круг. Его задачей было перекрыть наёмникам возможные пути отхода.

Меня очень смущало, что бойцы Мазепова сидят в фургоне, вместо того чтобы занять блокпост, но, видимо, таков был приказ.

Заняв позицию, я прокрутил в голове рисунок боя и открыл огонь.

Первой очередью полоснул по колёсам – вряд ли он решат уехать без своего босса, но вдруг?

Вторая очередь прошила боковую дверь микроавтобуса.

Не став испытывать судьбу, я поспешил сменить позицию, и не зря.

Одновременно распахнулись сразу три двери – боковая, водительская и задняя, и на улицу высыпали наёмники. Причём двигались они с нечеловеческой скоростью.

Тот, что выскочил из боковой двери, был ранен, и я, не раздумывая, всадил в него две коротких очереди.

Заметив, как он скорчился и рухнул возле пробитого заднего колеса, я упал на землю и выпустил остатки магазина в пространство между днищем микроавтобуса и асфальтом.

А дальше тело словно начало жить своей собственной жизнью:

Смена позиции перекатом. Новая обойма.

Высунуться сбоку от блокпоста, поймать в прицел нырнувшего в кусты наёмника, дать короткую очередь.

Снова смена позиции.

Прислушаться, дать короткую очередь по микроавтобусу, за которым спрятался последний стрелок, резко обогнуть дот и перебежать дорогу.

Упасть рядом с дотом по другую сторону дороги, поймать в прицел врага, дать две коротких очереди.

Знания, полученные в хрустальной капсуле, подсказывали – все трое мертвы, но я решил перестраховаться.

Винтовка отправилась за плечо, в руку прыгнул верный ПСС.

Тело первого наёмника – контроль.

Второй – контроль.

Третий – контроль.

«А неплохо», – подумал я, с благодарностью вспоминая садистское обучение во сне.

Не сказать, что я стал суперкрутым спецназовцем, но кое-что могу!

– Кузя, выходи! – крикнул я, с интересом разглядывая амулеты наёмников.

Судя по крысе, грызущей цифру «6», это были никакие не наёмники, а личная гвардия Пети Мазепова.

Кузя тем временем вынырнул из кустов и неверяще уточнил:

– Что, уже всё?

– Всё, – подтвердил я. – Сейчас микроавтобус проверю и можно возвращаться.

В салоне оказалось пусто. Лишь на откидном столике лежали остатки недоеденного фастфуда.

Уже собираясь выходить, я обратил внимание на несоответствие размеров машины и внутреннего пространства. Откинул спинки последнего ряда – под ними обнаружился стандартный идентификатор под ладонь.

Не успев подумать, что я сейчас делаю, машинально приложил к нему свою руку.

Вспыхнула голографическая панель. Цифры на ней начали быстро сменяться.

Десять…

Девять…

Восемь…

На «семь» до меня дошло – что-то идёт не по плану. Я вылетел из машины и рыбкой нырнул в придорожный кювет.

Чуйка не подвела. Спустя несколько секунд по ушам хлопнуло – микроавтобус вспух от рвущегося наружу яростного пламени, и дорогу захлестнула волна обжигающего жара.

Когда светошумовое представление закончилось, я вылез из кювета и, покачав головой, посмотрел на то, что осталось от машины. Выжженное пятно радиусом в три метра и жирные хлопья пепла. Не знаю, что за начинка была в микроавтобусе, но пламя испепелило практически всё.

Даже блокпост, и тот попал под удар. Не представляю, как это возможно, но часть стены просто-напросто испарилась.

Судя по ошеломлённому лицу Кузи, удивился не я один. Слуга рода, отчаянно жестикулируя, что -то говорил, но я не слышал ровным счётом ничего.

Не успел я испугаться, что полностью оглох, как постепенно начал возвращаться слух.

Что говорит Кузя, я до сих пор не слышал, но отлично понял, когда он поманил меня за собой. Делать здесь было больше нечего, и мы побрели в замок. И чем дальше, тем лучше я слышал.

К тому моменту, когда мы добрались до библиотеки замка, я уже начала различать Кузины сетования по поводу излишней активности некоторых молодых людей.

– Кузя, прекрати ворчать, – буркнул я.

Кузя подпрыгнул на месте и, широко открывая рот, зашептал:

– Ты чего орёшь, как ненормальный?

– А ты чего шепчешь? – парировал я. – Говори громче!

Он посмотрел на меня с подозрением и жестом пригласил сесть.

Я упал на стул, и Кузя, зайдя мне за спину, начал разминать сведённые мышцы шеи. Закончив с воротниковой областью, перешёл на спину, то и дело вдавливая пальцы во все болевые точки вдоль позвоночника.

Несмотря на болезненность процесса, слух окончательно восстановился.

Поблагодарив Кузю, я покосился на карту, – к счастью, опасности поблизости не наблюдалось. Как только мой организм осознал, что всё позади, на меня навалилась зверская усталость.

Внутренние часы показывали 04:02, и я, оставив Кузю дежурить у карты и наказав ему в случае чего срочно меня будить, отправился в свои апартаменты.

Улёгся на диван, но, несмотря на усталость, сон не никак не шёл. Взгляд случайно упал на лежащую на журнальном столике папку. Я решил взглянуть одним глазком.

Приложил ладонь к идентификатору. Лёгкий укол – и папка раскрылась.

На первом листе значилось:

'Миша, если ты открыл эту папку, значит, ты последний в нашем роду. Очень надеюсь, что переходный возраст закончился, и ты наконец взялся за ум.

Первое: не бойся встречи с главными Стелами. Для нашего рода это безопасно и даже полезно.

Второе: полностью доверять можешь только Арзамасским.

Третье: против нашего рода работают Мазеповы – ближайшая родственная ветвь Годуновых. Есть гипотеза об их связи с англичанами, но доказательств нет.

Четвёртое: в папке есть коды доступа к небольшим суммам, хранящимся в государственных банках.

Пятое: для твоего развития Арзамасским был передан артефакт. Пользуйся с умом – энергии в нём осталось совсем немного. Прежде чем выбрать курс обучения, ознакомься с дневником твоего двоюродного деда.

Шестое и последнее: на поместье я ставлю «Алмазный купол». Ключ для снятия – на старом месте. Там есть всё для возрождения силы нашего рода'.

Внизу документа стояла печать с изображением знакомого мне медведя.

Я смерил её задумчивым взглядом и прикоснулся пальцем.

В сознание тут же ворвался рыкающий голос:

– Бр-р-рат, пр-роблемы?

«Нет, – мысленно отозвался я. – Просто попалась печать с твоим изображением».

– Если пр-роблемы – р-рычи: «Бер-р-р-р». Угу?

«Угу».

– Тогда я спать. Кр-рыса – вкусно. Тепер-рь энер-ргии много. Всех пор-рвём!

На этой жизнеутверждающей ноте голос исчез, а я задумался.

Сна не было ни в одном глазу, и всё, чего я хотел, – поскорей изучить папку с документам. Но стоило мне убрать палец от печати, как лист тут же вспыхнул ярким, но не обжигающим пламенем и бесследно сгорел.

– Вот как… – пробормотал я, рассматривая оставшиеся в папке документы.

Ну как документы – две тонкие ученические тетради.

Я, не раздумывая, открыл первую.

29 июня 1908 года.

Наша экспедиция почти добралась до аномалии. Проводники категорически отказались подходить ближе чем на десять километров. Пришлось разбить лагерь, а мне с отрядом из двадцати бойцов самостоятельно двинулись дальше.

По пути мы столкнулись с сильно изменённой флорой. Из-под вывороченного пня вылез бурундук размером с кошку и попытался загрызть ближайшего бойца. Закололи бурундука копьями и продолжили путь.

Затратив более четырёх часов, мы вышли к границе аномалии. Её диаметр не превышал десяти метров. Стелы в округе обнаружить не удалось.

Вся флора и фауна проявляли агрессию. Утомлённые, мы вернулись в лагерь. Местные проводники предложили перенести стоянку в пещеру неподалёку. Дал согласие.

30 июня 1908 года.

Проснулись от сильного землетрясения. Вход в пещеру оказался завален. Воздух, поступающий из трещин, был наполнен дымом.

Три бойца и один проводник погибли. У остальных – травмы различной степени тяжести.

Определить время невозможно. Все часы, включая мой артефактный хронометр, остановились на отметке 07:03:05.

В пространстве разлито море энергии. С помощью мудр мне удалось поставить на ноги всех пострадавших и очистить воздух.

Запись веду при артефакте «Светлячок», который уже сутки работает без подзарядки. Как он не разряжается – не понимаю.

1 июля 1908 года.

Сегодня мы выбрались наружу. Стоящая в воздух пыль снизила видимость до одного метра. Мы установили фильтры на лицевые повязки и связались верёвками.

Двигались за местным проводником. Он ориентировался по стволам поваленных, всё ещё тлеющих деревьев.

Через десять часов вышли из зоны пепелища и остановились на отдых.

2 июля 1908 года.

Ночи, как таковой, не было – лишь серые сумерки. Всем снились кошмары. Я хоть с трудом, но проснулся. А вот четверо бойцов – нет.

Продолжив путь, мы наткнулись на металлический контейнер странной формы, напоминающий артиллерийский снаряд.

Ещё через два часа вышли к берегу Аваркитты, неподалёку от разрушенного стойбища эвенков.

У всех участников экспедиции, включая меня, началась лихорадка.

Записи на этом обрывались.

Учитывая, что буквы в последних строках сливались и прыгали, владелец дневника, скорей всего, погиб. Ну или ему стало не до ведения дневников.

Вторая тетрадь была исписана каллиграфическим почерком и содержала инструкции по применению внеземного артефакта.

Но, прежде чем с головой погрузиться в изучение этого документа, я решил проведать Кузю.

Закрыл и запечатал папку и, оставив её на диване, прошёл в библиотеку.

Кузя, уронив голову на стол, спал у развёрнутой карты.

Растолкав его, я отправил слугу рода Арзамасских спать по-человечески и, бросив взгляд на карту, сел перед экраном и набрал на клавиатуре первый запрос:

«Краткий исторический обзор рода Медведевых».

Ответ был лаконичен:

«Первые соратники рода Годуновых. Занимают второе место в Бархатной книге. На текущий момент род практически полностью угас».

Текст напоминал, скорее, некролог.

Я расширил поиск, экран мигнул и выдал тот же самый результат.

– Любопытно… – пробормотал я. – Совпадение? Не думаю…

Подумав, написал следующий запрос:

«Покушение на жизнь Надежды Годуновой».

Двадцать шестого августа 2021 года на балу в честь дня рождения Годуновой Надежды Беловодовны на именинницу было совершено покушение. Присутствующий на мероприятии глава гильдии внутренних дел Мазепов Георгий Яковлевич уничтожил террориста – шамана с северных островов, находящихся под протекторатом Англии.

Английский посол предоставил документы, подтверждающие, что данный гражданин был объявлен террористом пять лет назад и всё это время находился в розыске.

Во время нападения пострадал Медведев Михаил Вячеславович.

Мда уж…

Такое ощущение, будто кто-то целенаправленно вырезает любое упоминание о моём роде.

Решив проверить свою догадку, написал ещё один запрос:

«Любая информация по Медведеву Михаилу Вячеславовичу».

Ответ последовал мгновенно:

«В целях борьбы с фейками все статьи по роду Медведевых удалены из свободного доступа».

Поверх текста вспыхнула красная рамка:

«Ресурсы по данному адресу заблокированы согласно постановлению гильдии внутренних дел. В соответствии с указом №125 и статьёй 317 п.1 Уложения о наказаниях, лицо, совершающее попытку доступа к заблокированным информационным ресурсам, подлежит административному наказанию».

– Кто бы сомневался, – проворчал я. – Ещё бы…

Договорить я не успел.

Мало того, что экран погас, так ещё и зарождающийся в окне рассвет сменился серебристым сиянием. Следом по замку прокатился пробирающий до костей вой сирены.

– Внимание! Внимание! Всему персоналу, не задействованному в защите замка, немедленно спуститься в убежище.

– Это из-за моего запроса, – пробормотал я, переводя взгляд на карту, – или…

Судя по тому, что замок накрыл полупрозрачный купол, скорей всего, второе.

Приблизив карту, я с удивлением увидел снующие вокруг купола зелёные точки. Много.

Более того, если верить глазам, замок Арзамасских сейчас окружала настоящая армия с тяжёлой бронетехникой.

В библиотеку влетел взъерошенный Кузя.

– Ну как так⁈ Откуда выползли эти выкормыши Прокола⁈

– Что за выкормыши? – не понял я. – Ты знаешь, кто это?

– Наёмники, – выплюнул Кузя. – Пришли по запросу гильдии иностранных дел для ликвидации последствий прорыва из камчатской аномалии «Полымя». Её курируют дипломаты.

– При чем здесь Камчатка и замок Арзамасских? – не понял я.

– В том-то и дело, что ни при чём, – буркнул Кузя. – Не получилось у них по-тихому дело обстряпать, решили прибегнуть к помощи армии.

Он ткнул пальцем в проекцию.

– Вон ту группу офицеров я знаю. Они неделю назад здесь гостили, перед отправкой на Камчатку. Игорь Андреевич передавал им тяжёлое вооружение. Выходит – никуда не улетели.

Завывание сирены неожиданно смолкло, и в ушах аж зазвенело от навалившейся тишины.

На серебристом куполе тем временем расцвели первые огненные сполохи. На карте хорошо было видно, как мелкие фигурки засуетились возле артиллерии. Защитный купол вновь расцвёл огненными цветами.

– Сколько продержится защита? – спросил я, с трудом понимая, что происходит.

Я не понимал, откуда взялась армия, и каким образом Мазеповы её подключили, но то, что от меня и Арзамасских хотят избавиться, не вызывало сомнений.

– Накопители полны, – ответил тем временем Кузя. – Пару дней выдержит. Если не начнут использовать серьёзные артефакты.

– Смотри, Кузя. – Моё внимание привлёк отряд, расположившийся в стороне от основных сил, которым командовал знакомый уже чучельник с оранжевым контуром вокруг тела. – Ты видишь то же, что и я?

– Сын собаки, – подтвердил Кузя. – Вылезла всё-таки эта пакость!

Бойцы чучельника были одеты в волчьи шкуры прямо на голое тело, а их звериные черты лиц вызывали инстинктивную брезгливость.

В руках зверолюдей замелькали небольшие лопаты.

Прокапываемые ими канавки постепенно складывались в запрещённую даже в моём родном мире пентаграмму.

– Что они творят… – не сдержавшись, прошептал я.

Не нужно быть ректором техномагического университета, чтобы знать – вызовы существ Бездны всегда заканчиваются большими проблемами.

Глава 12
Прерванный ритуал

– Кузя, есть вариант незаметно покинуть замок?

– Зачем? – удивился слуга рода.

– Видишь? – ткнул я пальцем в отряд внизу. – Эти дебилы явно не соображают, что творят. Ради сиюминутной победы готовы рискнуть всем миром. Того, кого они вызывают, невозможно контролировать. Ритуал нужно прервать. Срочно.

Кузя вгляделся в миниатюрные фигурки необычного отряда.

– Самки собаки… Это что за страх такой? Ходили, конечно, слухи, что в лабораториях «Вэлнава Биотек» ставили опыты по генной модификации людей, но я не верил. Неужто, правда?

Он вытер выступивший пот клетчатым платком, смял его и сунул в карман.

– Это ерунда, – заверил я его. – Если они сумеют закончить ритуал, то в этот мир придет кое-что пострашнее. И что-то мне подсказывает, что простой снайперкой здесь не обойтись.

– Совсем плохо будет? – нахмурился Кузя.

– Совсем, – кивнул я.

– Да ещё и под носом у Арзамасских… – вздохнул Слуга рода.

– Ну так что, Кузя? – Я бросил на него нетерпеливый взгляд. – Есть какой-нибудь чёрный ход из замка? И, желательно, побыстрее.

– Куда нужно? – хмуро бросил Слуга рода.

– В идеале к дубу… Ну ты понял. С которого я стрелял.

– Стрелял, говоришь… – Кузя бросил на меня задумчивый взгляд. – Я сейчас.

Через несколько минут он появился с монстрообразной двустволкой, больше напоминавшей небольшую пушку.

– Ты откуда эту бандуру выкопал? – удивился я.

– Места знать надо, – отмахнулся Кузя, поудобней перехватывая винтовку. – Эту бандуру лет сто назад притащили твои родственники. Достали из какой-то аномалии. Арзамасские же на стрелковом оружии собаку съели и сразу заинтересовались находкой…

Кузя, рассказывая историю, не забывал и про дело. Он подошел к ближайшему книжному шкафу, снял с полки несколько огромных фолиантов и приложил к открывшейся стене жетон с фиолетовым камнем.

– Так вот, решили Арзамасские, значится, сделать пробный выстрел. Хорошо хоть дальний полигон выбрали! От него осталась сплошная стеклянная пустыня…

Шкаф тем временем отъехал в сторону, открыв покрытую вековой пылью платформу.

– А на экране сбоку, – Кузя, поманив меня за собой, указал на небольшой дисплей, который, мягко говоря, смотрелся на двустволке странно, – было две палочки, а стала одна. Да, и стрелявший скончался в муках. Два дня отходил, бедолага. Если что и сможет остановить ритуал, то только вот эта старушка.

Я, слушая Кузю, перекинул через плечо свою снайперскую винтовку, зашёл на платформу и машинально проверил экипировку – рефлекс, отточенный обучением в хрустальном артефакте.

Из-за поднявшейся пыли не удержался и чихнул, отчего пыли стало ещё больше.

Кузя тут же сложил пальцы правой руки в хитрую мудру, похожую на двойной кукиш, и вся пыль вокруг собралась в маленький шарик, после чего с хлопком вспыхнула.

– Научишь? – не удержался я.

Кузя бросил на меня удивлённый взгляд:

– Зачем тебе? Ты же магичить-то не можешь больше. Я проверял… Источник запечатан, каналы выжжены! – Он безрадостно вздохнул и тихо добавил:

– Но так уж и быть, если живы останемся, передам тебе все наработки по бытовой магии!

– Ловлю на слове, – улыбнулся я.

Уж что-что, а восстановление каналов и источников – вопрос времени.

В следующий момент платформа мигнула, и мы оказались у знакомого дуба – места прошлой засады.

– Кузя, – я покосился на товарища. – А почему в прошлый раз так нельзя было?

– Слишком часто нельзя, – покачал головой Слуга рода и поудобней перехватил двустволку. – Портальные прыжки съедают огромное количество силы.

Ну нельзя так нельзя.

Я не стал уточнять, с чем это связано, и, заняв позицию, приник к прицелу.

Человекопсы как раз закончили рыть землю, и моему взгляду открылся круг, в который была вписана пентаграмма.

На концах каждого из пяти лучей тускло мерцало сияние – огромные свечи, напитанные силой четырех основных стихий и, кажется, Тьмы. У огней находились стоящие на коленях фигуры. Их них стремительно вытекала кровь, заполняя канавки и быстро расползаясь по ним.

Земля в центре круга затрещала, словно скорлупа под ногой великана, и от неё пошли заметные глазу волны.

Когда колебания докатились до нашего дуба, он закачался, как мачта в шторм.

Я же, переждав тряску, снова приник к прицелу, чтобы увидеть, как из появившейся трещины выбирается чёрный рыцарский доспех.

– Кузя, готовь своё чудо-ружьё!

Наметив цели, я начал стрелять.

Первая пуля вошла в голову рыцаря, раскрывшись цветком с багрово-красной сердцевиной. Но в следующее мгновение бутон схлопнулся, превратившись в глухой чёрный шлем.

Следующими выстрелами я в клочья разнёс свечи. Земля, снова застонав, закрыла рану, отрезав при этом нижнюю половину чёрного рыцаря.

Я хотел было крикнуть: « Ну же, стреляй!», но… не смог. Более того, мир словно замер, а вместе с ним и мы с Кузей.

А в следующий момент меня словно выключили. Навалилось какое-то отупение, и лишь Слово сумело достучаться до моего разума:

Внимание! В пространстве сильно увеличена концентрация ментальной энергии. Рекомендуется модифицировать её в стандартную энергию общего пользования. Приступить? Да/Нет

Мысли тяжелыми валунами перекатывались в голове, вызывая дикий дискомфорт и даже боль. Стало так плохо, что я, не раздумывая, согласился.

Для модификации ментальной энергии необходимо установить

специальный блок в районе правого полушария мозга

для отсечки наведённых извне команд.

Требуется десять процентов энергии. Приступить? Да/Нет

– Да-а-а! – поспешил согласиться я, надеясь, что Слово наконец оставит меня в покое.

Но не тут-то было… Правый висок пронзила чудовищная боль, да такая, что потемнело в глазах. Зато вернулся контроль над телом, и я обнаружил себя идущим к чёрному рыцарю.

Справа от меня деревянной походкой шагал Кузя, который, судя по исказившей лицо гримасе, отчаянно боролся с тянущей его вперед силой.

Я подскочил к нему, схватил за руку и мысленно скомандовал:

«Слово, установить спутнику ментальную защиту!»

Потребуется десять процентов энергии.

Приступить? Да/Нет

– Да! – подтвердил я.

Кузя тут же выдернул руку и со стоном повалился на землю, где и продолжил кататься, схватившись за голову. Я же, присев, уставился на происходящий у меня на глазах кошмар: к верхней половине рыцаря тянулась напавшая на замок армия. Подходя и подъезжая вплотную к исчадию Тьмы, они взрывались кровавыми ошмётками и тут же рассыпались в прах. Кровь собиралась в неровные шары и втягивалась в Рыцаря.

Не знаю, как это работало, но призванная чучельником сущность стремительно восстанавливало свою целостность.

– Дай-ка свою суперружьё, – прорычал я, не отрывая взгляда от жуткого зрелища. – А сам беги к замку

Кузя протянул двустволку и открыл было рот, но я не глядя рявкнул:

– Живо!

Дождавшись, когда Слуга рода разорвёт дистанцию, я навёл двустволку на кровавого – иначе и не сказать – рыцаря.

Снова дало о себе знать Слово:

Обнаружен артефакт, заряженный неидентифицируемой энергией. В целях безопасности использовать его не рекомендуется.

Тихо помянув Слово недобрым словом, я приложил приклад к плечу и нажал единственную кнопку на боковине.

Меня захлестнула волна боли, а вылетевший из ствола комок белого света устремился к почти восстановившемуся рыцарю. Его охватило ослепительно-белое сияние, и я, выронив ружьё, провалился в океан боли.

Попытался вынырнуть, но все мои потуги лишь делали хуже.

Когда я уже готов был попрощаться с жизнью, рядом появился родной мишка.

Подхватив мою бьющуюся от нестерпимой боли душу, он вынес меня из глубин кошмара.

Его свалявшаяся шерсть, язвы и слезящиеся глаза с гноем говорили, что Потапычу пришлось несладко.

– Дальше сам! – рыкнул он и исчез.

Я попытался открыть глаза, но не смог. Бесконечная усталость и ноющая боль в натруженном теле – вот всё, что осталось от пожиравшего душу кошмара.

Где-то внутри появилось понимание – вот теперь можно. И я с облегчением провалился в спасительное беспамятство.

* * *

Первое, что я увидел, открыв глаза, была зарёванная Алёна. За её спиной в окно моей спальни пробивался свет уходящего дня.

Взгляд упал на обгоревшую поясную сумку, которую девушка вертела в руках. Именно в ней хранился талисман, связывающий меня с Потапычем. Чувство потери скальпелем стегануло по нервам.

– Пить… – просипел я.

Алёна исчезла из поля зрения, и в рот полилась тонкая струйка воды. Глотать было невыносимо тяжело, но… так приятно. Напившись, я устало закрыл глаза и провалился в сон.

Дуб, чья крона подпирала небосвод, вырастил у своего подножья прекрасный трон. На нём сидел старик в белоснежной тоге и венке из жемчужных молний. В его взгляде читалось презрение.

К такому пафосу и театральщине я был привычен. Насмотрелся в своё время, общаясь с вылезшими из грязи в князи начальниками и чиновниками всех мастей и рангов. Дашь слабину – сядут на шею и шпоры наденут. Но стоит дать отпор – приходят в норму.

Главное – не перегнуть палку.

К тому же, что-то мне подсказывало – за маской громовержца скрывается мой давний знакомец.

Поэтому я ограничился коротким кивком – вроде как проявил уважение – и, прикрыв глаза, попытался связаться с Потапычем. Но в ответ донесся лишь слабый не то рык, не то стон.

– Ну и наглец же ты, Медведев! – Мои попытки связаться с мишкой прервали раскаты грома. – Перед тобой высшая сущность находится, а ты с фамильяром болтать вздумал!

Открыв глаза, я смерил «громовержца» оценивающим взглядом и усмехнулся.

– Давай ближе к делу.

Старичок в венке из молний превратился в раскалённый шар плазмы, во все стороны брызнули молнии, разрушая пейзаж вокруг. Мгновение – и мы повисли в белом тумане.

– Твоя наглость не знает границ!

Я почувствовал, как на сознание обрушивается бетонная плита. Вот только по сравнению с недавней ментальной атакой и последовавшим за ней океаном боли это была сущая ерунда.

К тому же, хоть я и растерял часть старой памяти, но с теоретической базой по астралу у меня всегда было хорошо. Сущность пожалела энергии и, вместо того чтобы притянуть меня к себе, пошла по лёгкому пути и вторглась в мой сон.

И это было ошибкой. Я собрал весь накопленный за последние дни негатив и вложил его в желание вышвырнуть шаровую молнию из моего сна.

Плазменный шар рассыпался на сотни искр, и моё сознание осталось в тумане в одиночестве.

Я, втянув в себя эти искры, пожелал оказаться рядом с Потапычем. Сначала астрал проигнорировал мой призыв, но стоило мне вложить в посыл свою любовь и тепло души, как он тут же откликнулся.

По туману пробежала дрожь, и я оказался возле медведя.

Потапыч умирал. Разложение затронуло позвоночник, лишило голоса, в глазах фамильяра застыла мука.

С лёгким хлопком рядом материализовалась шаровая молния.

– Как-то неправильно сложилось наше общение, – проворчала сущность. – Давай начнём сначала?

И, не дожидаясь моего ответа, продолжила:

– Медведев! Убрав с поля элитную фигуру Чучельника, ты заслужил награду.

А он вовремя…

– Вылечи его, – я указал на Потапыча. – И будем в расчёте.

– Да плюнь ты на этот кусок гниющего мяса, – отмахнулась сущность. – Он своё отработал. Я тебе фамильяра в два раза круче подберу. Дракончика, например.

Сколько раз я сталкивался с такими – считают себя пупом земли, меняют верных помощников, как перчатки. А потом удивляются, почему им никто не помогает.

– Уходи, – тихо произнёс я, опускаясь на колени рядом с Потапычем. – Мне не о чем с тобой говорить,

Положив руки на голову фамильяра, я попытался передать энергию благодарности и разделить его боль. Частично удалось. Не сравнить с «океаном», но чувствовать себя шашлыком над раскаленным мангалом – то ещё удовольствие…