Текст книги "Прощай, Эдем! Книга 1: Стефани"

Автор книги: Патриция Хилсбург

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 29 страниц)

Джон провел ладонью по коротко остриженным волосам Стефани.

– Да, ты сильно изменилась за последние дни.

– А тебе, – ответила Стефани, – не мешало бы побриться. Почему ты не вспомнил об этом? Мы могли бы купить бритву по дороге. К тому же, там, в ванной, я думаю, найдется пара новых лезвий.

– Нет, Стефани, я привык бриться опасной бритвой. Эта привычка осталась с молодости, когда мне очень хотелось быть не похожим на других…

– Да, человек странно устроен, – вздохнула Стефани. – Чего бы нам сейчас волноваться? У нас масса свободного времени, мы могли бы заняться, чем угодно, но мы с тобой продолжаем желать активных действий, нам не хватает забот. Мне уже хочется заняться компанией, а тебе, Джо, хочется работать… Почему мы не можем быть просто счастливы?..

– Пойду все-таки побреюсь, – сказал Джон, нехотя поднимаясь с кровати.

Но он вернулся очень быстро. В его руках был небольшой пузырек с таблетками.

– По-моему, Стефани, это как раз то, что нам нужно.

Стефани взяла из его рук лекарство.

– Снотворное… – прочитала она. – Неужели, Джон, это старость, и мы, чтобы уснуть, должны есть эту гадость?

– Наверное, – сказал Джон. – Во всяком случае, ничего лучшего не придумаешь…

Стефани проглотила две таблетки, а Джон только сделал вид, что пьет…

Когда жена уснула, Джон поднялся и подошел к окну. Он стоял и прислушивался к биению своего сердца. Его ритм казался неровным, и страх холодной волной то и дело пронизывал сознание.

– Неужели это случится здесь, в чужой квартире какого-то Билли, который к тому же хотел убить меня и мою жену? Неужели я вот так окончу свои дни?! Хотя какая разница? Все равно все считают меня мертвым. Получится, что я прожил на один день больше, чем мне было отпущено…

Джон приложил руку к сердцу. Потом он резко открыл раму и расстегнул рубашку. Ему казалось, что не хватает воздуха. Он старался дышать глубже, но воздуха все равно не хватало. Перед глазами поплыли круги… Все вертелось, смазывалось, расплывалось… Джон вцепился в подоконник.

– Только не сейчас… Нельзя…

Он пытался удержаться на ногах, но они его не слушались. Он привалился спиной к стене и до боли в суставах сжал кулаки. Он понимал, что сейчас нельзя ни вызвать «скорую», ни позвонить. Ведь иначе рухнет все.

– Боже мой! Как глупо! Как глупо все получается! – шептал он.

Сквозь пелену он видел спящую на кровати Стефани.

– Я даже не смогу разбудить ее, не смогу дойти до кровати… Но ведь это не в первый раз! Может быть, обойдется?!

Он вновь прислушался к неровному биению своего сердца.

– Стефани, – попробовал позвать он. – Стефани…

Женщина вздрогнула во сне, но глаз не открыла.

Она видела странный сон. Безбрежный океан. Куда ни посмотри – повсюду вода. И они с Джоном плывут на катере. На том злополучном катере, обломки которого лежали возле причала во Фрипорте. Блестящий нос вздымался кверху, катер шел на глиссирование, и Стефани видела впереди по курсу белые скалы. Она кричала Джо, чтобы он свернул, но тот только улыбался и смеялся: там же ничего нет, Стефани, это тебе мерещится… – Джон, там скалы! – Стефани вцепилась руками в штурвал и пыталась повернуть его. Но Джон держал крепко. И вдруг толкнул Стефани так сильно, что она отлетела к поручням. Она посмотрела на Джона и поняла, что он невменяем. – Джон! Там скалы! – Ничего там нет! – зло ответил он. Она попыталась открыть дверцу, чтобы выпрыгнуть за борт. Но замок заклинило. Она никак не могла выбраться из теской застекленной кабины… Катер продолжал мчаться, все набирая и набирая скорость. Скалы вырастали впереди по курсу. Стефани различала уже впереди белую пену волн, различала трещины на камнях. Джон недовольно косился на нее и зловеще улыбался. Его руки чуть подрагивали. – Джон! Ты не сделаешь этого! – закричала Стефани. – А почему бы и нет?! – Джон немного повернул штурвал и вновь посмотрел на жену. – Ты же всегда мечтала, чтобы мы были вместе. А я должен умереть. Значит, должна умереть и ты. – Что ты такое говоришь?! – Мы должны умереть в один день. Стефани вновь вцепилась в штурвал, но не могла сдвинуть его ни на дюйм… Она уже не пыталась уговорить Джона. Она понимала, что-то чужое и ненавистное поселилось в его душе. Ей овладела только одна мысль – спастись! – Ты думаешь, что сможешь жить без меня? – криво улыбнулся Джон. – Мы должны умереть вместе. Так решил я! – Джон! Я не хочу, чтобы ты умирал! Я не хочу умирать! Мы должны жить! Джон! – Нет, это тебе только кажется, мы давно уже мертвы… До скал оставалось только несколько сот ярдов. – Джон! – предприняла последнюю попытку Стефани. – Отпусти штурвал! Мы еще успеем свернуть! – Нет! – Джон вновь оттолкнул Стефани, и она упала. Снизу ей уже не видно было, как приближаются скалы… Она попыталась доползти до ног Джона и повалить его. Но тот, одной рукой держась за штурвал, другой поднял Стефани и поставил ее рядом с собой. – Смотри! Смотри, как приближается смерть! – кричал он, прижимая ее лицо к стеклу, а сам смотрел вперед ничего не видящими глазами… – Боже мой! – прошептала Стефани, когда увидела перед собой густой туман скалы… Но катер прошел через нее и вновь впереди был океан… Стефани оглянулась. Никаких скал позади них не было. – Я просто испытывал тебя, – сказал Джон, отпуская штурвал. Стефани сделалось нехорошо. Она закрыла глаза и в полуобморочном состоянии опустилась на дно катера…

– Стефани… Стефани… – различила она едва слышный шепот Джона и проснулась.

Она тут же спохватилась, что мужа рядом нет – и села. Джон, скорчившись, сидел под окном, жадно хватая ртом воздух.

– Что с тобой, почему ты так сидишь?! – закричала она.

– Мне просто стало душно, и я подошел к окну. Все нормально, Стефани…

– Я сейчас вызову врача!

– Нет, не надо! Мне уже хорошо, – сказал он.

Оперевшись рукой о подоконник, Джон встал на ноги.

– Ничего не надо, Стефани, все уже прошло.

Стефани заглянула ему в глаза.

– Ты меня обманываешь, Джон! Ты же чуть не умер!

– Да нет же, Стефани! Мне стало тяжело дышать, и я открыл окно. Теперь мне хорошо, – Джон улыбнулся.

Но его улыбка была растерянной. Стефани усадила его на кровать.

– Это я во всем виновата. Это я втянула тебя в эту историю, Джо. Ты не привык к такой жизни. Тебе приходится рисковать…

– Стефани, успокойся, ты здесь ни при чем! Я сам знаю, что мне нужно в жизни.

Стефани усадила Джона, удобно подложила ему подушку под спину, а сама устроилась напротив.

– Ну что, тебе немного лучше? – вдруг изменившимся голосом заговорила она.

– Да, Стефани, все хорошо, все прошло…

Руки Стефани гладили его голову.

– Все нормально, – прошептал он, – не волнуйся!

– Джон, может, ну его все это к черту? Может, вызвать врача? И тогда все встанет на свои места?

– Нет, Стефани. Мы должны доиграть эту игру до конца. Мы обязательно должны победить. Если ты сейчас вызовешь врача, все узнают, что мы живы, Леонард Смайлз предпримет что-нибудь против нас, и тогда все наши старания будут напрасны…

– Джон, но ты… Твое здоровье… Это сейчас важнее всего!

– У меня так иногда бывает. Как будто вдруг не хватает воздуха. Или иногда кисть выпадает из рук…

– Почему ты раньше не сказал мне об этом?

– А зачем? Я боялся показаться тебе таким уж старым и больным мужчиной.

– Джо, о чем ты говоришь… – Стефани заплакала… Джон, прости меня. Это все из-за меня… Это я придумала эту глупую авантюру…

– Не переживай, я думаю, все обойдется, и мы еще будем с тобой счастливы…

– Да. Мы будем с тобой счастливы. Я и сейчас счастлива.

Джон смотрел на заплаканное лицо Стефани, и его сердце сжималось.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

– Роберт Прайз не забыл о соглашении, и Леонард Смайлз остался доволен разговором. – Гонки по городским улицам. – Наконец-то долг Билли возвращен. – С несовершеннолетними девушками лучше не садиться за один столик. – Рукояткой револьвера очень удобно бить по голове. – След помады на щеке Чака.

За последний день Леонард Смайлз хоть и делал грустный вид и сокрушался по поводу трагической гибели президента компании «Харпер Майнинг», но все же успел сделать очень много.

Он встретился почти со всеми крупными акционерами компании, многих уговорил, на некоторых надавил силой, а кое-кому пообещал большую прибыль. Смайлз чувствовал себя усталым и разбитым, но азарт игрока брал свое.

Глаза Леонарда Смайлза горели, и он делал один звонок за другим, обзванивая основных вкладчиков. Казалось, что его телефон раскалился от звонков, которые делал сам хозяин кабинета, и от звонков, которые шли к нему. В эти мгновения он чувствовал себя будущим президентом компании. Ему казалось, что все нити правления находятся в его руках и послушно повинуются его воле.

Когда кто-нибудь входил, Леонард подхватывался со своего кресла, делал очень печальный вид, вяло пожимал руку и долго сокрушался по поводу трагической гибели Стефани Харпер. Все согласно кивали головами. Все были застигнуты этой трагической вестью врасплох.

Этим Смайлз и пользовался, он говорил, что сейчас, когда нет президента, надо успеть как можно скорее провернуть дело с огромным контрактом с компанией «Вест Петролеум», ибо только это может принести большие дивиденды и доход компании «Харпер Майнинг». Потому что сейчас, когда компания осталась без президента, ее акции резко упадут. Многие верили, но кое-кто уходил раздосадованный и недовольный чересчур уж активной деятельностью молодого управляющего.

Наконец, когда основные дела были закончены, Леонард Смайлз прошел по кабинету, открыл шкаф, налил себе немного виски, выпил и откинулся в кресле.

Несколько минут он думал, затем взял трубку и набрал номер мистера Прайза.

– Ну что? У меня вроде бы все в порядке, – сказал он, услышав голос своего приятеля на другом конце телефонного провода.

– Я рад за тебя, Леонард, все идет, как положено?

– Да, конечно.

Мужчины обсудили кое-какие подробности контракта, и только потом Леонард тихо сказал:

– Роберт, а ты не забыл о нашем соглашении?

– О каком? – не понял Прайз.

– Ты должен вернуть мне папочку с документами, не забыл?

– Как же, не забыл. Я верну тебе ее, как только будет поставлена подпись под контрактом.

– Ну, за этим дело не станет. Думаю, что осталось ждать совсем немного. Так что ты ее приготовь и держи под руками. Как только появится подпись, папка должна быть у меня.

– Хорошо, я согласен.

– И еще, – Леонард почувствовал свою силу, – я хочу, чтобы ты сделал одно дело.

– Какое? – напрягся Роберт Прайз.

– Надо будет убрать этого человека.

– Какого человека? – как бы не поняв, переспросил Прайз.

– Того, чей телефон ты мне дал, который все устроил.

На другом конце провода наступило долгое молчание.

– В принципе я с тобой согласен, – сказал Роберт Прайз, – но то дело сделал я, а это ты возьми на себя. Ведь мы на большее не договаривались.

– Почему? Ведь ты обещал?

Роберт Прайз подумал еще несколько мгновений и сказал:

– Ну, если ты настаиваешь, то я этот вопрос решу, но только платить будешь ты.

Леонард Смайлз задумался. Быстро прикинув в уме цифры, он коротко бросил:

– Согласен. Знаешь, как мы сделаем? Платить не придется ни тебе, ни мне.

– Даже так? – спокойно уточнил Роберт.

– Да. Пусть те деньги, которые получит мой человек, заберет твой человек. Я думаю, ему этого хватит.

– Пожалуй. Только я не знаю, какова там сумма?

– Половина, – сказал Прайз.

– Ну, если половина, то тогда, я думаю, предостаточно. Давай решим еще один вопрос, – сказал Леонард.

– Давай, – тут же отозвался Роберт.

– Нужно, чтобы это было сделано как можно скорее, желательно сегодня или завтра. Лучше сегодня вечером или ночью. После того, как я отдам деньги.

– Хорошо. Где и когда? – спросил Роберт.

Леонард Смайлз назвал адрес и положил трубку. Он был явно доволен разговором, собой и тем, как складываются дела.

Чак посмотрел на часы. До встречи с Леонардом Смайлзом оставалось сорок минут. Он прошел полквартала по улице, покурил, затем остановил такси.

– Вам куда? – спросил немолодой таксист.

Чак назвал адрес. Автомобиль покатил по улице.

Когда водитель привез Чака на место, тот огляделся, не выходя из машины. Все было спокойно. Ничего не бросалось в глаза, разве что красный «форд» на другой стороне улицы. Машина Леонарда Смайлза стояла у обочины у самого тротуара.

– Послушай, – обратился к таксисту Чак, – я хочу, чтобы ты подождал меня здесь несколько минут, я скоро вернусь.

Водитель посмотрел на своего пассажира, Чак вытащил из кармана деньги и протянул ему.

– Конечно, – улыбнулся таксист, – я с удовольствием вас подожду.

– Когда я вернусь, ты завезешь меня еще в одно место и получишь еще столько же.

Водитель прямо-таки расплылся в улыбке, он закурил и принялся протирать ветровое стекло.

Чак вышел из такси, подошел к машине Смайлза и сел в нее. Леонард сразу же протянул ему пухлый конверт.

– Считать надо? – спросил Чак.

– Да нет, здесь все точно, как в банке.

– Ну что, вы довольны?

Роберт пожал плечами.

– Вроде да, пока все складывается неплохо.

– Тогда прощайте, – Чак открыл дверцу и вышел.

Автомобиль Леонарда Смайлза тут же рванул с места и помчался по темной улице.

Чак перешел на другую сторону, сел в такси. Пухлый конверт он спрятал в нагрудный карман куртки.

– Куда?

– Что? – переспросил Чак.

– Куда сейчас?

– Прямо. Пока прямо, дальше я скажу.

Чак наблюдал в заднее стекло. Такси быстро помчалось по улице. Красный «форд» тоже сорвался со своего места и двинулся вслед за такси.

– Отлично, – процедил сквозь зубы Чак. – Видите вот тот красный «форд»? – спросил он у водителя.

– Какой?

– Сзади, едет за нами.

Водитель глянул в зеркало.

– Вижу.

– Попробуйте от него оторваться.

– Вряд ли это получится, – сказал водитель.

– А вы попробуйте, – Чак вытащил из кармана деньги.

– Ну, попробовать можно. Ведь клиент всегда прав, не так ли?

Чак не ответил, он следил за красным «фордом». Таксист затормозил на перекрестке и тут же, едва зажегся красный свет, такси резко проскочило перекресток. Красный «форд» проделал то же самое.

– Хороший водитель, – сказал таксист, глядя в зеркальце.

– Да, думаю, профессионал, – ответил Чак.

Еще трижды немолодой водитель такси пытался уйти от преследующего их красного «форда». Но тот двигался за такси, как движется иголка за ниткой. Таксист даже вспотел от волнения и нервного напряжения. Он виновато посмотрел на Чака и развел руками.

– Не получается, он слишком хорошо водит, а я боюсь разбить машину.

– Ну что ж, тогда еще два квартала вниз на максимальной скорости, а потом остановитесь у бара «Черный кролик».

– Я знаю, где этот бар, – сказал таксист и до отказа надавил педаль акселератора.

И, обгоняя автомобили, такси быстро запетляло по улице. Красный «форд» то исчезал, то вновь появлялся в зеркальце заднего вида. Чак сунул руку под мышку и снял револьвер с предохранителя.

– Давай быстрее, – попросил он таксиста.

Тот, заложив резкий поворот, развернулся буквально на месте и выехал на тротуар. Чак выскочил из машины и бросился, петляя среди машин, на другую сторону улицы. Рывком он распахнул дверь бара «Черный кролик», остановился – сзади никого не было. Чак отдышался и спокойной уверенной походкой спустился в бар.

В баре на удивление оказалось так многолюдно, что трудно было пробраться к стойке, а возле нее не осталось ни одного свободного столика. Клубы дыма, нестройное пение, много мужчин и мало женщин. А за стаканом виски нужно было тянуться через тройную шеренгу людей, толпящихся у стойки. Знакомый официант приветливо кивнул Чаку.

– Слушай, я хотел бы сесть, – попросил его Чак.

– Сейчас.

Официант провел Чака в угол, принес стул и усадил за столик, за которым сидел бледный, коротко стриженный юноша. А с ним две еще совсем молоденькие девушки. Стол стоял справа от входа.

Чак развернулся ко входу и принялся следить за дверью. Кругом галдели, спорили. От криков не было слышно собственного голоса. Чак заказал виски.

– Ну и денек сегодня, – сам себе прошептал Чак.

Но бледнолицый парень услышал его.

– Да, сегодня этот бар набит битком. И все какие-то очень веселые, даже чересчур. Они, наверное, пьют какое-то страшное пойло, – сказал юноша и кивнул на бутылку, стоящую перед ним. – Вы не выпьете с нами?

– А почему бы и нет?

Глядя прямо в переносицу Чака, коротко стриженный парень наполнил бокалы, девицы весело захохотали. Все чокнулись и выпили. Чак подозвал официанта и заказал всем виски.

– Надеюсь, вы будете пить виски?

– Конечно, – ответил юноша, девицы согласно закивали.

Они были уже почти пьяные. Чак поднялся.

– Извините, мне надо переговорить.

Он протиснулся сквозь толпу, осаждавшую стойку, положил на дубовую доску локти и взглянул на бармена. Тот суетливо наполнял стаканы, почувствовав на себе взгляд, поднял голову.

– Да, Чак, сколько лет, сколько зим, – бармен улыбнулся и махнул рукой.

– Джерри, можно тебя?

Джерри отставил стаканы и подошел к Чаку.

– Как твои дела? Давно тебя не видел, – сказал он, наклонившись к Чаку.

– Дела вроде ничего. Но есть пара проблем.

– Какие? Может, смогу помочь?

– Вероятно, сможешь, – сказал Чак, положив на стойку пачку денег.

– Что это? – не понял Джерри.

– Это долг.

– Какой долг? Насколько я помню, ты мне ничего не должен.

– Нет, это долг не мой, это долг Билли.

– Билли? – бармен удивился. – Сам придет и отдаст.

– Знаешь, Джерри, он не придет.

– А что? Что-нибудь случилось? Его взяли? – бармен говорил почти шепотом.

– Нет, Джерри, его не взяли, но он больше к тебе никогда не придет.

– Тогда я не возьму эти деньги, – сказал бармен.

– Но Билли просил отдать тебе долг.

– А что с ним случилось? Чак, ты можешь рассказать?

– Когда-нибудь расскажу, но сейчас у меня возникли проблемы.

– Послушай, давай я тебе немного налью.

Джерри взял уже наполненный стакан и поставил перед Чаком.

– Деньги забери, – сказал Чак.

Бармен, не считая, взял деньги и сунул в карман белой форменной рубашки.

– Какие у тебя проблемы?

– Проблем, может, и не будет. Но в случае чего, Джерри, я бы хотел воспользоваться черным ходом и выйти из твоего бара через кухню на соседнюю улицу.

Джерри очень внимательно и настороженно посмотрел на Чака.

– А с кем проблемы? С полицией?

– Нет, не с ней. Но от этого не легче.

– Если не с полицией – нет проблем. Ты же все знаешь, – он вытащил из кармана ключ и положил перед Чаком.

Чак сгреб его и благодарно кивнул головой.

– Так, а что все-таки с Билли?

– С Билли? – Чак поднял стакан, сделал небольшой глоток, – Билли уже больше нет.

– Погиб?

– Да, погиб.

– Его убили?

– Нет.

– А что?

– Он сам погиб, несчастный случай.

– Не может быть, Билли не такой человек. Я всегда был уверен, что он погибнет только от какой-нибудь дряни.

– Нет, он погиб не от дряни.

– Ну что ж, бывает. Извини, Чак, видишь, сколько сегодня народу? Уже давно у меня такого не было.

– Да, народу у тебя тьма. Спасибо, Джерри.

– Не за что, Чак. Заходи, ты будешь всегда желанным гостем.

– Хорошо, обязательно зайду.

Чак выбрался из-за стойки и вернулся к своему столику. Он уселся снова так, чтобы видеть входную дверь.

Наконец Чак увидел своего преследователя. Тот стоял у одного из столиков, опираясь о стенку, в руке держал стакан с ярко-желтым апельсиновым соком.

«Верзила, – подумал Чак, – с таким не очень легко будет управиться».

Мужчина исподлобья медленно осматривал посетителей бара, пока его взгляд не остановился на Чаке. Казалось, лишь мгновение он смотрел на него и тут же так же равнодушно, без всякого интереса, перевел взгляд дальше. Но Чак понял – его узнали. Он быстро прикинул расстояние до верзилы.

«Надо постараться уйти».

Но потом передумал, он понял, что уходить не имеет смысла. Убийца будет преследовать его и дальше. Так что лучше попытаться решить все дела на месте и желательно здесь.

Чак как бы сбросил с себя усталость, улыбнулся. Девица, сидящая напротив него, завидев улыбку, громко захохотала. Щуплый парень с короткой стрижкой наполнил стаканы.

– Еще хочу выпить, – закричала блондинка, прижимаясь к парню.

– А можно, я тебя поцелую? – спросила та, что хохотала.

– Нет, крошка, в следующий раз. Ты, по-моему, еще несовершеннолетняя.

– Я? Я – несовершеннолетняя? – возмутилась девушка.

– Ну да, ты. Скорее всего, учишься в выпускном классе и решила развлечься, пока не видят родители.

– Чак говорил не зло, не выпуская из виду своего преследователя.

Девушка запсиховала.

– Ты… ты думаешь, что я ничего не понимаю?

– Ну что ты? Успокойся, – Чак положил руку на ее колено, – ты все понимаешь, только чуточку перепила сегодня. Так что я не советую тебе пить еще. Завтра будет страшно болеть голова и тебя будет тошнить.

Чак посмотрел прямо в помутневшие голубые глаза девушки.

– Меня? Тошнить? Да этого никогда не будет! Никогда!

Но ее подруга тут же встряла в разговор.

– Люси! Не надо. Тебя же всегда тошнит, – сказала она наставительно и прикрыла ладонью стакан своей подруги.

Верзила в коричневом пиджаке и ярко-красном галстуке внимательно следил за столиком, за девицами, за бледным парнем. Но внимательнее всего он наблюдал за Чаком, который делал вид, что совершенно не замечает своего преследователя.

Чак то и дело прикладывался к стакану, делал несколько глотков, дважды заказывал виски на всех, не давая пить только голубоглазой девушке. Наконец, пошатываясь, Чак поднялся из-за стола.

– Друзья, я хоть и хвалился, что большой любитель выпить, – громко, чтобы услышал преследователь, сказал он заплетающимся языком, – но, кажется, и я с вами немного перебрал. Вы меня извините. Я отлучусь всего на несколько минут.

Он пошатнулся, зацепился ногой за стул, но устоял, поправил стул, ласково потрепал пьяную девицу по щеке.

– Я вернусь, крошка, и мы пойдем домой, я тебя провожу, доставлю прямо в постельку, к папе с мамой. Так что сиди и жди меня.

Пошатываясь и толкая посетителей, Чак двинулся к стойке, там обошел ее и быстро вбежал в дверь.

Мужчина в коричневом пиджаке оставил свой стакан и двинулся следом. Он буквально отбрасывал посетителей, которые попадались ему на пути. Чак по длинному коридору, заставленному картонными ящиками из-под вина, пробежал в боковое помещение и выключил свет.

Он стоял у высокого стеллажа, ощущая спиной шершавые доски. В полуметре от него была полузакрытая дверь, из узкой щели лился жидкий свет дежурных лампочек.

Чак вытащил револьвер, снял его с предохранителя, взвел курок. Он отчетливо услышал, как открылась дверь подсобного помещения, потому что хлынули голоса, крики, но все тут же смолкло – дверь закрылась. Затем послышались тяжелые осторожные шаги и поскрипывание толстых подошв.

Чак прижался к стене и затаил дыхание.

Верзила вытащил из кармана пистолет и, держа его перед собой, передвигался по коридору, заглядывая в двери. У той небольшой кладовки, где стоял Чак, он на мгновение приостановился, потом свободной рукой принялся нашаривать выключатель. Чак стоял, не дыша.

Верзила переступил порог кладовки. Чак сделал шаг из своего укрытия и резко изо всей силы ударил верзилу, целясь рукояткой револьвера в затылок. Но верзила почуял движение у себя за спиной и резко развернулся.

Удар пришелся в щеку. Верзила отскочил в сторону, но глаза его еще не привыкли к темноте и он лихорадочно водил своим пистолетом из стороны в сторону. Чак толкнул ящики, составленные рядом с ним. И весь штабель рухнул на мужчину, сбив его с ног.

Чак бросился на своего преследователя и еще раз ударил рукояткой, на этот раз по голове.

Мужчина замер. Чак вскочил, щелкнул выключателем и склонился к лежащему. Он забрал его пистолет, засунув себе за пояс, потом вытащил ремень из брюк и туго затянул петлею руки за спиной. Затем приподнял его и прислонил спиной к стене. Тот с трудом раскрыл глаза, по его щеке и лбу тонкими густыми струйками текла кровь. Мужчина моргал.

Чак внимательно посмотрел ему в глаза и, приставив револьвер к шее, тихо сказал:

– А сейчас ты мне скажешь, кто послал тебя за мной.

Мужчина, как бы ничего не понимая, закачал головой из стороны в сторону.

– Парень, запомни. Я тебя, если ты не скажешь, сейчас пристрелю. Говори! Иначе я буду убивать тебя не сразу. Сначала я прострелю тебе одну ногу, потом вторую, затем руки по одной, а потом ты получишь пулю в лоб.

Чак револьвером приподнял голову верзилы. Голова завалилась на плечо. Верзила все пытался раскрыть глаза.

– Ну смотри, смотри на меня! Тебя послали убить меня?

Верзила моргнул.

– Отвечай или я буду стрелять. Учти, я всегда делаю так, как обещал, – Чак смотрел прямо в глаза мужчине.

Тот открыл рот, пытаясь что-то сказать.

– Громче! Громче! – крикнул Чак.

– Меня послали тебя убить.

– Кто? – Чак сжал голову верзилы. – Говори.

– Роберт Прайз.

– Роберт Прайз? – спросил Чак. – А это еще кто такой?

– Роберт Прайз, – повторил мужчина, и его голова упала на грудь.

– Хорошо, хоть это уже теперь понятно.

Чак быстро осмотрел карманы мужчины, нашел водительское удостоверение и сунул его себе в карман.

– Говоришь, Роберт Прайз? Это из фирмы «Вест Петролеум»? Что ж, понятно, теперь они решили мной заняться, – Чак похлопал верзилу по щекам, – очнись и отвечай на вопросы.

Тот с трудом приоткрыл глаза.

– Говоришь, Роберт Прайз?

– Да.

– И сколько он пообещал за мою голову?

– Он сказал, что деньги у тебя и они мои.

– А, даже так! Они даже тебе не заплатили, пообещав что ты заберешь деньги у меня. Ну что ж, у тебя был шанс, но ты его не использовал.

Чак сильно ударил ногой в грудь верзилу. Тот захрипел и завалился набок.

– Полежи здесь, полежи, я к тебе скоро вернусь, – Чак спрятал пистолет своего преследователя за пояс, свой опустил в кобуру и, не спеша, вернулся в бар.

Джерри, завидев Чака, тут же подошел к нему.

– Чак, как дела?

– Все нормально, Джерри, – Чак положил на стойку деньги, – послушай, пускай он полежит у тебя.

– У меня?

– Да. Надеюсь, ты меня понял?

Джерри спрятал деньги.

– Как долго, Чак?

– Пока не очухается.

– Слушай, а его не хватятся искать?

– Нет, Джерри, думаю, что его не хватятся искать ни сегодня, ни даже завтра.

– Так что, ты хочешь, чтобы я подержал его у себя дня два?

– Было бы замечательно.

– Ладно, Чак, чего не сделаешь для старого приятеля.

Джерри кивнул, подзывая официанта, тот подошел.

– Сэм, у нас в кладовке лежит один очень мерзкий тип. Опусти его в подвал и хорошенько закрой.

– Хорошо, Джерри, сейчас сделаю.

– Сэм, возьми с собой еще кого-нибудь, думаю, что ты один не справишься, – Чак посмотрел на щуплого Сэма.

Джерри с ним согласился.

– Да, возьми еще кого-нибудь, пусть тебе помогут.

– Спасибо, Джерри, я не забуду эту услугу.

– Да что ты, Чак, мы же с тобой друзья и должны помогать друг другу, не так ли?

– Да, конечно. Извини за хлопоты.

– Да что ты, Чак, брось.

Чак вернулся к столику, за которым сидели две пьяные девицы и парень.

– Может, тебя подвезти? – обратился Чак к одной из девиц.

– Я с удовольствием с тобой поеду! – громко, на весь бар, закричала она.

– Тише, не кричи, пойдем, я завезу тебя домой. Ты не обидишься, приятель? – Чак глянул на парня.

– Да нет, что ты, забирай, я не знаю, что с ней делать – так напилась.

Чак взял девицу под руку, слегка встряхнул. Она качнулась и чуть не упала на стол, но Чак ее поддержал.

– Пойдем, пойдем.

Он вывел девицу из бара, они прошли немного по улице, и Чак подвел ее к зеленому «форду» Билли.

– А теперь садись.

Он открыл дверцу и посадил девицу на заднее сиденье.

– Куда тебе?

Девица заплетающимся языком назвала адрес. Чак запустил двигатель и через десять минут уже остановился у небольшого двухэтажного дома.

– Это здесь, что ли? – спросил он у девушки.

– Да, здесь. Здесь живут мои родители, брат и сестра.

– Ну что же, надеюсь, до дому ты дойдешь сама?

– Конечно, спасибо тебе. Хочешь, я тебя познакомлю с родителями?

– Нет, как-нибудь в другой раз, – сказал Чак, захлопывая дверцу.

Девица всунулась в открытое окно и поцеловала Чака. Чак недовольно скривился и вытер со щеки густой след помады.

Девица еще долго махала Чаку, стоя на крыльце.