Текст книги "Сделай мне ребенка (СИ)"
Автор книги: Ольга Тимофеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)
Сделай мне ребенка
Ольга Тимофеева
Глава 1. Контуженный по самые...
– Вы мальчика не видели, невысокий такой в костюме супергероя?
Хватает за рукав, останавливая меня, заплаканная женщина.
– Ваня! Вань! – оглядывается по сторонам.
– Вы его сейчас потеряли или в здании раньше? – спрашиваю спокойно, чтобы ей передавалась моя уверенность, что ребенок найдется.
– Они в прятки играли, у него день рождения… – хватает жадно воздух, – а потом это… – машет руками. – Всех выводили, а я его найти не могу.
– Найдется обязательно.
– Мы вон в той части здания были, – показывает мне пристройку, проход из которой в главный корпус обрушен. – Ваня!
– Я тоже его поищу!
– Спасибо!
Отпускает меня и дальше зовет, в каждом ребенке пытаясь найти своего сына.
Не должно там никого быть. Смотрю на здание.
Как раненый зверь застыло в полуразрушенном состоянии. Одна сторона наполовину рухнула, обнажая рваные раны бетона и арматуры, другая – пылает, выбрасывая в уже потемневшее небо клубы черного дыма.
И детки эти… моя больная тема.
Хочется, но никак не можется.
А часики-то тикают… Они не стоят.
Год-два и уже можно и не пытаться даже…
Софья!
В таких развалинах играть в прятки вообще шик. Дети могут очень долго и настырно сидеть и ждать, что их найдут. Глобально даже не понимая, что случилось.
Спонтанно срываюсь с места и бегу туда, куда она указала.
Надо проверить самой.
Тут просто позвать “Ваня” мало. Любой уважающий себя супермен отзываться и сдаваться не будет. А объясни ему, попробуй, что игры закончились.
– Куда?! – перехватывает меня грубо один из спасателей.
На полголовы выше меня. В два раза шире. Лицо в каске и не видно кто.
Хотя я штатным психологом день всего работаю. Меня в принципе мало кто знает ещё.
– Там может быть ещё ребенок, – показываю на здание, – мама его найти не может. Надо позвать его. Проверить.
– Мы были там. Чисто! – мужчина поднимает каску, но лицо под ней всё равно закрыто до носа. Видны только глаза.
Внимательные, янтарные, пытливые.
– Он мог не отозваться!
– Там никого нет.
– Вы комиксы читали или смотрели? – кивает. – Там не просто ребенок, там супергерой, он может не послушать. К нему подход нужен.
Правая бровь его ползет вверх.
– У нас мало времени!
– Лады. Идем, проверим.
Бежим с ним в ту сторону. Он ещё на ходу что-то передает по рации.
– Как супергероя зовут?
Складываю ладошки лодочкой и прикладываю к губам.
– Ваня!
Но голос быстро растворяется в гуле сирен и машин.
Спасатель мой забирается на обломки повыше.
– Супергерой выходи на бой! Я тебя не боюсь!
Креативно.
Быстро схватывает этот с янтарными глазами.
Спасатель номер тридцать семь.
– Иван!
Замирает, слушает.
Я подпрыгиваю, пытаясь заглянуть в окна.
– Да нет тут никаких суперменов, – спускается вниз мужчина.
Я закрываю глаза. Слушаю.
– Нет никого говорю, мы…
– Подождите, – касаюсь пальцами его губ, чтобы замолчал. И тут же отдергиваю руку. Ой.
– Я тут, – пищит кто-то из подвала.
– Твою ж мать.
Присаживается спасатель. Наклоняется головой к рации.
Левое крыло, выход на парк. Ребенок в подвальном помещении.
Как он вообще туда попал?!
– Вань, ты один там? – кричу ему, заглядывая в узкую щель.
– Да!
– Мы сейчас тебе поможем выбраться.
– Мне мама жапъещает к нежнакомым подходить.
Темно там, не видно его. Только тень и голос испуганный.
– Мама тебя ждет здесь, ищет.
Роюсь в своей спасательной сумке, в которой есть все на все случаи жизни и достаю из сумки яркий маячок.
– Лови, он даёт сто очков к суперсиле! – бросаю ему.
Тут хоть и дыма нет, но дышать тяжело.
– Да ты, герой! – подбадриваю его, когда ловит маячок, – у тебя плащ – просто пушка!
Выбираюсь наружу.
– Сейчас разберем тут вход и достанем его.
– Там дышать нечем, он не продержится столько. Я схвачу его за руки и подтяну.
Ещё хлопок и одна стойка рушится.
Ныряю в щель и хватаю пацана за руки.
– Подтягивайся, помогай мне.
– Держишь? – кричит мне с улицы.
– Да.
Я тяну пацана, кто-то тянет меня.
Уже в четыре руки.
– Жахнет щас, – кричат снаружи.
– Тяни давай их.
– Моя жизнь пока особой важности ни для кого не представляет. Поэтому спасти ребенка важнее.
– Да ты ж мой герой.
Тяжелый, капец, какой.
Он крепко сжимает мой маячок. Как будто и правда в нем вся сила Вселенной нам помогает сейчас.
– Да. Умница. Чуть-чуть ещё!
Над нами начинает что-то греметь. По ногам камни какие-то сыпятся.
– Отпусти ребенка! – кричат мне.
Когда я подтянула его к выходу.
– Нет!
Боюсь, что снова туда свалится.
– Отпусти сказал! Погибнем все!
Мне насильно разжимают на запястья, я отпускаю мальчишку.
Его за руки перехватывают.
То ли у меня голова кругом, то ли стена рушится.
Меня кто-то подхватывает, прижимает к себе спиной.
Сильный такой, огромный.
Уносит.
Всё тонет в безумном гуле сирен, треске обрушения.
Ещё хлопок и нас как силой кто-то толкает вперед.
Я падаю на газон. Мужчина сверху на меня.
Зажмуриваюсь, когда рядом летят какие-то осколки.
Хоть бы супергероя успели спасти….
Глава 2. Супергерой-то жив?
– Жива? – низко спрашивает он, тяжело дыша прямо мне в шею.
Героизмом своим вдавливает меня в траву.
– С вами не уверена. Может, уже отпустите?
– Не могу.
– Почему это?
– Вдруг ещё что-то рухнет, – говорит спокойно. – Мне потом снова спасать тебя.
– Уже все рухнуло, что могло! – нервничаю, чувствуя, как моё лицо горит от близости. – Вставайте уже! – толкаю его в бок.
– Жестокая женщина. У меня контузия сердца, может.
– Сейчас у тебя будет контузия мошонки.
А туда ли я устроилась, искать адекватного мужчину, от которого можно родить.
Он поднимается первым, протягивает руку, но я поднимаюсь сама.
– Где мальчишка, спасли?
– Врачам передали, – снова поднимает защитное стекло. – Ещё встретимся, – подмигивает мне номер тридцать семь и сбегает.
Там, где я только что спасала мальчишку – обвал. Могли и не успеть. И меня спас этот тридцать седьмой.
А я даже спасибо не сказала.
Он сам вообще-то виноват.
Отряхиваюсь, иду к нашим.
Продолжаю дальше успокаивать тех, кто потерял тут знакомых. Кто не знает о судьбе других. Кто пропал вообще.
Это длиться час, два… три… Полночь.
– Софья, – подзывает Пал Палыч, начальник пожарной части, – смена сейчас меняться будет. Ребятам отдохнуть надо. Давай-ка ты тоже с ними. Дуй домой. Тут из других частей подъехала помощь, справимся.
– Хорошо, спасибо.
– Так… – осматривается, – с кем же тебя отправить? Алексей, – машет мужчине, что стягивает свой защитный костюм. – Вы в часть?
Крепкий, широкоплечий.
– Да. Смена.
– Отлично. Прихватите вот эту барышню.
Оглядывается тут же на меня при слове “барышня”.
– Здрасте, – киваю ему.
– Да без вопросов. А за что надо прихватить? – ещё находит силы пошлить.
– Так. Титов, отставить! Это Софья Федоровна, наш новый штатный психолог.
– Ах, психолог. Приятно познакомиться, Софья Федоровна.
Знакомый какой-то у него тембр.
Хотя…. наверное, тут у всех брутальных спасателей такой.
У того контуженного похожий был.
На скуле у него ссадина. Над широкой бровью лоб в саже.
– Алексей, – представляется сам.
Ухмыляется чему-то. Но больше ничего не говорит.
– Она будет в вашу смену работать, поэтому не обижать.
– Ну, вы что, Пал Палыч. Мы если только любить.
– Вы не слушайте его, Софья. Они после стресса так шутят. Любя.
Ясно-понятно.
Алексей достает из пачки сигарету, прикуривает.
Ну вот. Вредные привычки есть.
Не подходит.
– Титов, ты где? – вызывают его по рации.
– Иду, комотд, – чуть наклоняет голову вниз, к рации, что прицеплена на груди, и передает начальнику.
Затягивается и выдыхает дым в сторону.
– Все, оставляю вас, – прощается Пал Палыч, – сегодня отдыхайте, Софья. Завтра жду вас.
Алексей снимает свою куртку и накидывает на меня.
Благородно.
Сам остается в черной футболке, плотно обтягивающей широкие плечи и крупные бицепсы. Кутаюсь в его куртку.
Кутаюсь, чтобы согреться и глубоко вдыхаю.
Сквозь запах дыма чувствую мужской а-ля “все решу, не ссы” аромат, который приятно щекочет в носу.
Забирает все свои вещи и кивает идти за ним.
– Замужем, Софья?
– Нет, – усмехаюсь, – а к чему вопрос?
– Может, сходим тогда куда-нибудь вечером? – усталый, но мысли будто на автомате выдают нужное направление.
– Я занята по вечерам, Алексей.
И слишком сильный напор не люблю.
– Тогда днем.
– Днем мы работаем.
– В обед.
– В обед я обедаю.
– Вот это совпадение. Я тоже в обед – обедаю. Может, совместим наши обеды? А там и от ужина не откажетесь.
– Алексей, давайте сразу на чистоту. Отношения на работе мне не нужны. И я их не ищу. Поэтому на все ваши предложения “нет”.
Затягивается ещё раз и тушит сигарету.
– Титов, ну, ты где ходишь? – кричат ему из машины.
– Андреич, – кричит кому-то в окно заведенной пожарной машины. – Палыч попросил барышню в часть отвезти. Психолог наш новый.
– Да у нас мест уже нет.
– Я подвинусь, так и быть.
Открывает мне дверь пожарной машины, сзади за водителем.
Высокая.
Берусь за ручки, ногу ставлю на первую ступеньку и с усилием подтягиваюсь.
Как только они сюда забираются.
И дальше меня за талию поднимает вверх, а потом ещё за попу не стеснняясь подталкивает.
– Здрасте, – киваю мужчинам.
Никого тут не знаю ещё. Сзади уже двое сидят, и мы ещё вдвоем с Алексеем.
– Здравствуйте, – хором в ответ.
Титов быстро забирается следом, захлопывает дверь и усаживается, вытесняя меня буквально верх. А потом поднимает за талию и сажает меня к себе на колени.
– Ну вот, поместились все, поехали, Димон.
– Когда ты только все успеваешь, – закатывает глаза тот, что впереди.
А Алексей одну руку кладет вдоль окна, чтобы я не билась спиной о железную дверь, вторую кладет мне на ногу.
Я понимаю, что ему руку некуда деть, но я тут причем.
Не сжимает, не пристает. Но у нее тяжесть как от кирпича. Причем раскаленного.
Даже дышать становится нечем.
Делаю вид, что не замечаю ничего этого.
– Иван, командир этого отделения. Это Дмитрий, наш водитель, с Алексеем, я так понял, уже познакомились, – переглядываюсь с ним. Это Антон, – мне улыбается молодой совсем парень. С ямочками на щеках. Мило так. Детки у него красивые будут. – И Егор.
– Софья, – киваю, – Федоровна.
Мне б контуженного этого найти. Всё-таки спас меня.
– Иван, а вы же всех знаете, наверное, по номерам?
– Да, а кто нужен?
– Номер тридцать семь. Не подскажете, в каком отделении?
В машине тишина повисает, как будто я какую-то глупость спросила и все смотрят на меня также.
– Так он рядом с вами сидит, а что случилось? Обидел, что ли?
Ой черт. Метко я…
Ну и кто это был?
Может, с ямочками?
Ну пожалуйста, ну пожалуйста, ну пожалуйста.
Улыбается, красавчик.
Глава 3. Так кто контуженный-то?
И мальчик этот с ямочками улыбается мне.
И Титов. И Иван. И Егор.
Все уставшие, развалились на креслах, но молчат, как партизаны.
Ставят меня ещё в более стремное положение.
– Так что натворил?
– “Спасибо” сказать хотела.
– О нет. “Спасибо” я не принимаю. Только ужин, – обдает табачным запахом Алексей.
Морщу нос.
Значит, все же Алексей. Жаль.
И я дура.
– Вы нас не узнали, Софья? – спрашивает Иван.
– Так вы все одинаковые.
– Это есть. Спасал вас – Алексей. Мальчишку оттуда вытягивали уже мы с Антоном.
– Как он?
– Врачам передали. Нормально все с ним будет. Но если бы на минуту позже, то вы бы с ним там погибли. Перекрытие держалось непонятно на чем. Так что Алексею можете сказать спасибо.
Поворачиваюсь наконец к нему.
В глаза заглядываю. Цепкий у него такой взгляд. Как не узнала сразу.
– Спасибо.
– Только ужинами принимаю.
Кончиками пальцев ведет по ободку моей футболки возле шеи, цепляя едва кожу.
– Алексей, прекратите, – шиплю тихо на него.
Уворачиваюсь.
Будь мы тут не одни, я бы сказала и грубее и локтем ещё в живот заехала. Или ниже.
– Контузии-то не боитесь?
Отворачиваюсь и смотрю на Антона.
Короткая челка. Темные глаза. Гладко выбрит. Молодой тестостерон.
Правильный хороший мальчик. Вот от таких надо рожать.
Глаза вниз-вверх.
Колец на пальце нет.
Не женат.
Возможно, есть девушка.
Но тогда бы мне глазки не строил.
– Приехали.
Сворачиваем к части.
Титов наконец пересаживает меня на сиденье, сам спускается первым. Ждет, что я ему прямо в руки прыгну.
Угу. Лечу, волосы назад.
Передвигаюсь по сиденьям, и выбираюсь с другой стороны, падая прямо в руки молодого лейтенанта Юркова А.А. с ямочками.
Домой являюсь посреди ночи. Быстро в душ, пижаму с сердечками. Тоже жертва пинтереста. И спать.
А перед глазами этот взгляд наглый.
Кожу на шее растираю, где трогал.
Неандерталец. Захапал, повалил, будь в каменном веке, так в пещеру бы мигом уволок и отконтузил.
Ужин ему.
Ааааар…
Переворачиваюсь на другой бок.
Нет, ну вот привязался.
Глаза открыла.
Закрыла.
Изыди, контуженный.
Усилием воли переключаюсь на ямочки. Вот там все идеально.
И можно сладко уснуть.
А снится мне сын, с такими же ямочками.
Будит мобильный.
Кира.
– Я нашла тебе донора!
Глава 4. Какого ещё донора?
– И тебе привет, дорогая.
– Ты что, спишь ещё? – тараторит подруга. – А работа? А почему же у меня так мало времени?
– Новости смотрела?
– Ты про торговый центр?
– Ага, – скидываю одеяло, зеваю смачно в кулак и поднимаюсь.
– Ты там была, что ли?
– Я там работала, – зажимаю телефон между ухом и плечом и делаю себе лимонную воду. – Поздно ночью вернулась.
– Какие подробности?
– Да некогда было узнавать подробности. Пострадавших много, пропавших человек пять, я свою работу делала. Ну и мальчишку одного спасла.
Ставлю воду в микроволновку, таймер на тридцать секунд.
– Прям спасла?
– Ага. Со спасателями, конечно, но там щель узкая была. Пришлось мне лезть.
– Ты сама цела?
Осматриваю себя в зеркало. Опять зеваю. Волосы зачесываю назад и через плечо.
– Цела.
Выдыхаю.
Рука правая и нога немного ноют. Но тут скорее из-за того, что кто-то очень большой и тяжелый навалился на меня.
– Так ты герой теперь?! А тебя по телевизору покажут?
Дзинь.
Забираю стакан с водой и сажусь на широкий подоконник.
– Вряд ли. Так что там за донор?
– Ну, как донор. Мужчина интересный. Не женат. У него маленький ребенок. Дитю нужна мама. Ну и ты заодно там себе сделаешь. И будет полноценная семья. Мальчишка очень умный и классный.
– Кир, ну какие дети? Я своего хочу. А если не получится? Мне что потом делать? Бросать их? Или смотреть на него и плакать постоянно, что я какая-то дефектная?
– Да подожди ты, чего сразу бросать-то. Знаешь, начинаешь просто общаться, а потом…
– А потом оказывается, что у ребенка есть мама, и папа захочет обязательно ее вернуть. Так что нет. Спасибо тебе, конечно, за заботу, но искать свободного от отношений мужчину в детском саду такое себе.
– Ну, я как лучше хотела.
– Я знаю.
– Ладно, а ты там как, не нашла ещё никого?
– Один день работаю. Кого за один день найдешь?
Допиваю воду. Пустой стакан ставлю в раковину, расстилаю коврик на полу и переключаюсь на динамик.
– У тебя уже радары настроены, так что уверена ты всех рассмотрела.
– Не всех. Но парочку видела…
– Оооо… рассказывай. Кто он? Сколько лет? Как зовут?
– Да не понятно ещё ничего. Жены, судя по отсутствию кольца, – нет. Но возможно есть девушка. В общем надо получше узнать. Но там такие ямочки на щечках, что… улет.
– Уууу, – смеётся подруга. – Ямочки – это женская слабость. А что, к вам там с экскурсией можно прийти? Я бы глянула на коварные ямочки, что поглотили мою подругу.
– Кир, ну не со старшей же группой детского сада на экскурсию.
– Они у меня, знаешь, какие умные.
– Догадываюсь.
Делаю зарядку, тянусь, разминаю тело, принимаю душ.
Раз уж сегодня выходной, то планирую ещё поход к врачу.
И так уже на месяц визит затянула. Больше некуда.
– Софья, я с профессором знакомым обсуждала ваш случай.
Врач вводит в меня датчик и сканирует изнутри.
– У тебя все идеально. Ну, как идеально… Насколько мы можем добиться этой идеальности.
Лежу на кресле с раскинутыми ногами, как курица на вертеле.
– Он подтвердил ваш диагноз и мои догадки. Можете вставать и одеваться. Эмбрион, выращенный в лаборатории, не смог прижиться в матке из-за недостаточной толщины эндометрия. Поэтому пробовать ещё раз делать ЭКО вам бесполезно.
– Вот этот приговор я и боялась услышать.
– Но при этом естественное зачатие возможно.
– Зачатие может и возможно, но прижиться-то как?
– Тут очень тонкая гормональная настройка. В естественном цикле гормональный фон женщины синхронизируется с развитием эмбриона, что повышает шансы имплантации. Кроме того, эмбрион, образовавшийся в организме, выделяет сигнальные молекулы, которые улучшают взаимодействие с эндометрием.
Сажусь напротив нее.
– Я же пробовала и раньше.
– Ну… пробовали. Именно в вашем случае важны дни цикла. Даже часы. Поэтому вам с партнером надо пробовать. Много пробовать. Именно естественным путем. Тогда будет шанс, что наша яйцеклеточка в вашем тонком эндометрии закрепится. Ну и за гормональным фоном следите. Влюбленность, расслабленность, наслаждение жизнью – это все содействует.
– Сколько у меня времени?
– Лучше не откладывайте. Может, у вас есть год, может, полгода, может несколько лет. Но если смотреть на результаты УЗИ, то с каждым годом, он становится все тоньше.
Поправляю ручки сумки. Я бы так хотела от нее услышать слова, что обязательно все получится. Что будет у меня малыш.
Но никто этих гарантий не даст.
– Софья, иногда знаете, что помогает. Люди просто живут своей жизнью, отпускают проблему, расслабляются и дальше происходит чудо. В вашем случае регулярная половая жизнь, никаких стрессов и побольше овощей, фруктов. Все будет хорошо.
Сложно не зацикливаться, когда столько лет не можешь забеременеть.
Сложно не стрессовать, когда устроилась на такую работу.
Сложно с регулярной половой жизнью, когда никого нет.
После врача заезжаю в маркет за продуктами.
Набираю полкорзины овощей и фруктов. Орехи, куриную грудку, сок, несколько видов хлебцев. Безглютеновое печенье.
Иду к кассе.
Черт! Миндальное молоко забыла.
Резко торможу. Разворачиваюсь и на всем ходу врезаюсь в чью-то тележку.
– Извините, пожалуй…ста.
– Аккурат…ней.
Одновременно.
Резко оборачиваюсь на уже знакомый голос.
Алексей.
– С такой скоростью, как ты попадаешь в неприятности, скоро придётся дежурить возле тебя круглосуточно, – усмехается нахально.
В джинсах, белых кроссовках и сером свитере, а не в форме, – выглядит иначе. Более... обычно, что ли. Но не менее эффектно.
– Не надо возле меня дежурить! – объезжаю его, – продолжайте свой рейд по супермаркету.
Заглядываю в его тележку.
Кусок сала с мясной прослойкой, хлеб, лучок.
Сглатываю собравшуюся слюну.
– У меня сегодня рейд по неосторожным психологам.
– Мне пора, Алексей. Хорошего вечера.
Огибаю его и еду за своим миндальным молоком.
… У меня сегодня рейд по неосторожным психологам.
Передразниваю его.
Вот пристал!
Ужины ему. Мне вот вообще не до ужинов, может. Так кого волнуют чужие проблемы.
Я не спеша ввожу коды своих огурчиков, помидорок, салатика.
– Еда для супергерл? – заканчивает пробивать свою “запрещёнку” и складывает в пакет Алексей.
– Наоборот.
Ведет бровью. Не понял.
– У меня тут всё, что спасает от таких, как ты.
– От таких, как я, продуктов нет, – усмехается он, качая головой. – Для здоровья полезно не правильное питание, а регулярные ужины в правильной компании.
Он издевается, что ли?!
– Удачи с поиском такой компании.
Отпикиваю последний товар.
Он достает карточку и оплачивает свою покупку.
– Уже нашёл, – спокойно говорит Алексей. – Вообще-то она сейчас передо мной.
– Боюсь, у нее уже другие планы на вечер.
– В другой раз? – прищуривается. – Я настойчивый.
– Заметила, но сегодня без меня.
Лезу в сумку, ищу свою карточку.
Но пока копаюсь, он пикает по терминалу и оплачивает мои продукты.
– Вы что себе позволяете?
– Тебя спасаю, а то очередь сейчас соберется, и тебе придётся всех успокаивать, – убирает карту. – Опять же, мне по статусу положено. Универсальный спасатель.
– Я переведу вам деньги.
– Ужин, кстати, всё ещё в силе. Не каждый день тебя такой герой кормит.
В любой другой момент, правда, пофлиртовала бы с ним, посмеялась. Но мне вообще сейчас не до романтики и всего этого флера.
– Не видел раньше вас в нашем районе.
– Я недавно переехала.
– Тогда подвезу вас, – забирает мой пакет, – расскажу тайны и легенды о нашем районе.
– Тут идти две минуты идти.
– А мы доедем за десять, – подмигивает мне. – Так короче, а так длиннее...
Глава 5. Так короче, а так длиннее?
– Решим твои проблемы заодно.
На ходу открывает багажник и ставит туда наши пакеты.
– У меня нет проблем, – натягиваю улыбку и усмехаюсь.
– Доказать?
Подмигивает мне и открывает дверь своего белого кроссовера.
Ладно. Докажи. Сажусь.
В машине аккуратно, чисто, без “елочек”.
Да действительно, зачем. Тут так пахнет туалетной водой, что посторонние запахи меркнут.
А нюхательные ворсинки в восторге.
Пристегиваюсь.
Алексей заводит автомобиль, смотрит по сторонам и, притопив, выезжаем с парковки.
– Какой адрес?
Как у него так получается? Отшила же. Дала понять, что меня это не интересует, а нет… вот еду с ним в машине и называю свой адрес.
Включает левый поворотник.
– Нам направо, тут один пролет, и поворот в мой двор…
Как специально сворачивает налево.
– Так короче будет.
– А так длиннее, – довольно улыбается. – Смотри, Сонь. Как правило, если проблемы, то женщины покупают много сладкого. Сахар – самый быстрый антидепрессант, потому что резко поднимает дофамин.
– У меня вообще ничего сладкого нет, если ты не заметил.
– Но от сахара эффект временный. Действие прошло. Дофамин упал, снова стресс, снова кортизол, и снова за шоколадку хватаешься.
Была бы, может, и ухватилась. Но я специально и не покупаю.
– Но если женщина вообще сладкое не покупает, а берёт овощи и хлебцы, это уже тяжёлая стадия. Значит, она не просто в стрессе, а ещё и решила взять себя в руки, бороться, контролировать. А женщины и борьба, контроль – это беда.
– А если это выбор женщины? Так питаться.
– Да. Если она одна. Потому что мужика бы она долго на такой пайке не продержала. А значит, что она долго одна. Слишком долго сама со своими проблемами. И, если честно, ей уже не шоколад нужен, а... – он делает паузу, усмехается и пристально смотрит на меня.
– Ну что? – спрашиваю, заранее зная, что он сейчас скажет.
– А полноценное расслабление. Но не за счет сахара, а за счёт хорошего ужина, правильной компании и грамотной терапии. И я всем этим владею в совершенстве и совершенно бесплатно для тебя проведу сеанс. Или несколько.
Улыбается уголком рта.
А может?
Ну, нет….
В скольких таких терапиях участвовал его член страшно представить даже. И курит ещё. И питается лишь бы как.
– Эффект гарантирую, Сонь.
Сжимает руль одной рукой. Как успевает и машину вести, и со мной бла-бла-бла. Я если за рулем, то только о коробке передач и могу думать.
Кольца нет. Или не носит.
– Волнуюсь я за вас, Алексей. И работа в МЧС, и в свободное время терапевтом. Как все успеваете?
– Больше одного клиента не беру. И пока не доведу до результата, не отпускаю.
– Я подумаю…
Когда буду одна, то и подумаю об этом.
Сворачивает, наконец, в наш двор.
– Жаль, не успел вам истории про наш район рассказать.
– Переживу как-нибудь.
– Или все же пригласите на кофе?
Нет, ну вот нахальный какой.
Мобильный. Лезу в сумку. А это не мой. Но мелодия такая же.
– Да, привет.
Слушает внимательно. Разобрать не могу, но голос женский.
А если у него кто-то есть?
Взглядом по панели и сиденью. Признаков женщины тут нет, но может… она аккуратная?
Сколько у него интересно таких “требующих лечения” больных, кто греет уже койку?
– Что, прямо срочно? … Ладно… Буду скоро.
Отключается.
– Кофе на сегодня отменяется, к сожалению, Софья.
– Спасать кого-то надо? – не могу не подколоть его.
– Такая профессия, – улыбаясь пожимает плечами и выходит из машины. Я за ним.
– Кофе бы и так не состоялся. У меня его нет. Спасибо, что подвезли.
Алексей достает мой пакет с продуктами из багажника.
– Знаете, у нас на районе женщина одна тоже жила, кофе не пила, сладкое не ела… – задумчиво так смотрит на меня… – Как бомба ходячая была. Без радости жизни, без серотонина, без удовольствий. Замкнутая, напряженная…
– И что?
Наклоняется ко мне ближе и шепчет.
– Говорят, мужика какого-то изнасиловала в итоге.
Лицо-то серьёзное при этом, но по глазам вижу же, что подкалывает меня.
– Где вы такой пошлости набрались, Алексей?
Закатываю глаза и забираю свой пакет.
– Могу поднять?
– Вас ждут. А… да… и скиньте номер вашей карты, я вам переведу деньги.
Отпираться скорее всего будет, но…
Но нет. Достает свой телефон.
– Диктуйте номер, куда скинуть.
И я как последняя лохушка диктую номер мобильного.
– Я наберу завтра, когда подъеду.
– Куда?
– Всё равно же нам в одну сторону ехать.
– Сама добе…русь.
Кажется уже и не слышит, потому что сел в машину.
Ну как вот это будет выглядеть, если мы приедем вместе?
И номера ещё его нет, предупредить, чтоб не заезжал!
Дома нарезаю себе салат. Делаю омлет.
Нормально я питаюсь.
Полезно. Легкий ужин, без лишнего жира и вредностей.
Организм скажет “спасибо”.
Потому что есть на ночь сало с луком. Да ещё и с хлебом…
Гормональный баланс, здоровье, подготовка к беременности.
Всё должно работать, как часики.
И привыкла я уже без шоколадных батончиков, кофе с пенкой.
Витамины. Белки. Микроэлементы.
Все, как врач прописал.
Здоровый образ жизни. Хорошее настроение. Много секса.
Первый пункт есть. Второй с натяжкой. Третий – пока вообще выпадает.
Мне надо, конечно, очень надо. Но не в первый же день знакомства.
Что обо мне вообще люди подумают? Пришла не работать, а мужиков соблазнять.
Надо хотя бы недельку выдержать. Присмотреться.
И чтобы избежать ненужных разговоров, приходится встать раньше, чем обычно. Чтобы успеть лимонную водичку, зарядку, душ и бежать на автобус до того, как Алексей за мной заедет. Если, конечно, заедет.
– Доброе утро, Софья, – в коридоре пересекаемся с Антоном с ямочками.
– Доброе утро.
– Вы рано…
Есть причины.
– Ну да. Много, что изучить надо.
– Мммм… может, кофе? У нас не из автомата, конечно, свой ЯковМонах, как говорит мой дед.
А я не пью кофе с утра.
– Я уже пила, – вру, – а можно мне просто воды.
– Да пожалуйста, кружки у нас там, – кивает на полку. – Это ребят, но любую можете взять.
Тут с десятью принципами спасателей, лучшему пожарному, с пошлыми шуточками про шланги. Даже догадываюсь, чья.
Выбираю простую, красную кружку с лаконичным #hero, наливаю теплой воды из кулера.
– Как вам у нас? – улыбается своими ямочками.
– Первый день запомнился. Ещё на самом деле мало с кем познакомилась, но у меня в плане стоят и индивидуальные консультации, и групповые тренинги разной направленности. Поэтому буду узнавать всех лучше. Если какие-то вопросы, переживания, вы обращайтесь, Антон.
Отпиваю воду.
– Уже жду занятий с вами.
Ямочки эти на щечках, челка короткая.
Подкупает, конечно, внешность. И приятный, без шуточек и пошлостей.
– Тох, здоров, – ляпает дверью о стенку.
Вздрагиваю.
Контуженный гневается. Утро не задалось.
Если из-за меня, то сам виноват.
– Здоров, Лех, – подходят, жмут друг другу руки. – Там тебя из кадров искали, подписать что-то надо.
– Пять минут, Софья, – ставит кружку с кофе и сбегает.
– Можно и так, Софья…
– Что так…?
– На машине со мной, значит – плохо подумают, кофе – тело предаст, а вот из моей кружки пить – это вообще без палева.
– Твоей? – машу головой, – Твоя скорее про шланги.
Усмехается.
– Ту я дарил. А эту подарили мне.
Подмигивает, забирает кружку и пьет мою воду.
Не отрывая от меня взгляд. Ведет медленно бровью вверх. Как намек на что-то.
А это даже неприлично немного. Так смотреть нагло.
Не спрятаться от него никуда.
Мурашечный трепет какой-то щекочет шею и между лопаток.
