Текст книги "Сделай мне ребенка (СИ)"

Автор книги: Ольга Тимофеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

 Глава 15. Папа тут, у врача, сейчас выйдет

Больницы не люблю. Каждый раз сюда прихожу – будто часть жизни тут оставляю. Запах этот вечный, антисептик и что-то неуловимо тоскливое в воздухе.

Забираю справку в одном кабинете, иду подписывать в другой. На ходу складываю все в сумку и поднимаюсь на второй этаж.

Взгляд цепляется за знакомый силуэт у окна. Лада стоит в наушниках, смотрит на улицу.

Подойти? Или лучше пройти мимо?

Хотя бы поздороваюсь.

– Привет, – машу рукой и улыбаюсь.

Лада вздрагивает, но узнав меня вынимает один наушник и тоже улыбается.

– Здравствуйте.

– Ты чего тут, заболела?

– Нет, нам там… – кивает на дверь, – в общем к врачу ходили. Меня отпустили, папа ещё там.

Открываться не хочет.

Это и понятно. Я ей чужой человек.

И я вроде могла бы попробовать ей помочь, но если скажу, что я психолог, доверие рухнет в ту же секунду.

– Понятно, все будет хорошо, не переживай.

Она обреченно качает головой.

– Это никогда не пройдет. А вы почему здесь? Тоже обследование? – переводит разговор на другую тему.

Я замираю. Вопрос такой простой, а мне сейчас очень трудно на него ответить. Сказать честно? Рассказать, что каждый поход сюда – это страх и надежда, переплетены так тесно, что иногда больно дышать? Что хочу ребенка и боюсь уже поверить, что это возможно?

Смотрю на ее открытые, доверчивые глаза, и вдруг понимаю, что почему-то хочу рассказать ей. Довериться ей, чтобы потом она доверилась.

– Я... Хочу ребенка, – говорю тихо и почти с вызовом самой себе.

Сердце колотится, словно я только что прыгнула с высокого трамплина.

– Правда? Это здорово же.

– Здорово, – соглашаюсь я, голос звучит легче. – Только пока не очень получается. Вот и хожу сюда постоянно.

– А почему не получается? – удивляется и искренне интересуется.

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Наверное, не все от нас зависит.

– А вы замужем?

– Нет.

– Тогда, может, ваш ребенок просто ждет своего папу? Мужчина, который должен стать его отцом, пока не пришел. Вот он появится, и сразу все получится. Просто пока не встретились ещё, наверное.

Дарю ей свою улыбку в ответ.

Это так мило.

Кажется, что правда, от меня уже ничего не зависит, как бы ни старалась. Иногда кажется, что все бесполезно, и я зря вообще все это затеяла.

Но рядом с этой девочкой я почему-то чувствую себя иначе. Она как будто понимает то, чего не видят другие взрослые.

– Значит, надо такого искать.

Дверь в кабинет, куда кивнула Лада, приоткрывается.

– Папа будет ругать, если увидит, что ты с незнакомой женщиной разговариваешь?

Кивает.

– Злой сегодня. Я не сходила на одно обследование, потому что мне эти тесты их психологические уже достали.

– И ты не пошла?

– Не пошла. Теперь нас вызвали к врачу.

Дверь в кабинет опять прикрывается, мужской голос повышается, что-то кому-то доказывая.

– Лада, у меня подруга одна есть. Она… мммм… терапевт. Взрослый. Но ты уже не маленькая.

– Я не хочу никуда ходить.

– Никуда ходить не надо. Просто, если ты в чем-то сомневаешься, в таблетках или тестах. Мы можем у нее спросить. Не навредит ли это тебе. Потому что тебе я так думаю, назначают препараты, которые подавляют приступы. Но они могут только хуже сделать.

Дверь в кабинет снова приоткрывается.

– Если захочешь, то скажи, мы проверим.

– Заходите! – из другой двери выглядывает медсестра.

Следующая я.

– Это меня вызывают. Поправляйся, Лада. Все будет хорошо.

– И у вас точно все получится. Я прямо чувствую. Вы хороший человек.

Эти слова так согревают, будто она только что дала мне то самое маленькое подтверждение, которое я искала. Глаза начинает щипать, и я быстро отвожу взгляд.

Захожу и слышу ее голос.

– Ну что, пап?

– Идем отсюда.

Закрываю за собой дверь.

Решаю свои вопросы.

Вот я дурында.

Сказала девочке – обращайся. А куда, к кому – нет.

Ну не давать же ей свою визитку. Это спалюсь сразу. По утрам придется караулить ее на автобусной остановке.

Но следующие дни не везет.

Ее нет.

Может, случилось что? Может, наказали?

В пятницу утром специально жду ее на остановке. Пришла пораньше, чтобы точно не упустить. Надо обменяться как-то номером телефона.

Хотя пока и не знаю как.

Пропускаю два автобуса, ее так и нет. Но дальше уже ждать некуда, опоздаю на работу.

Сегодня после обеда, мы едем на квест. У меня с собой только рюкзак, в котором сменная одежда, парочка яблок и вода. За остальное просто надо будет заплатить.

Едем двумя группами. Два караула, которые в ту ночь и разбирали завалы. Два других будут как раз по графику работать.

Я бы не поехала. Но командир сказал, что родители мальчика очень просили меня быть, ну и я, как психолог, отвечаю за взаимопонимание и комфорт в коллективе.

Кристина раздает листовки с распечатанным планом мероприятий.

Антон и Алексей тоже едут.

Даже не верится, что я решилась поехать туда, где они оба будут рядом.

 Глава 16. Поехала на турбазу, чтобы вернуться с ребенком?

Мужчины собираются шумной группой под окнами.

Надо идти, а мне что-то не по себе.

Как будто что-то может пойти не так.

Я не хочу, чтобы меня провоцировал Алексей и это злило Кристину. Я хочу, чтобы Антон начал уже действовать как-то активней, но не хочу ему вешаться на шею.

Я в таких компаниях немного белая ворона. Да, мне легко общаться, но я не пью, у меня диета, и это все вызывает всегда море шуточек. И это само по себе весело, но проблема, из-за которой я веду такой образ жизни и ограничения – грустная.

Выхожу со своим рюкзаком на улицу.

Алексей что-то рассказывает, вызывая смех. Но меня как будто ждал. Тут же вылавливает взглядом.

– Софья Федоровна, вы с кем едете? У меня есть свободное место в машине.

Язык мой так и чешется, спросить у Антона, есть ли место рядом с ним.

Но этим только спровоцирую между ними конфликт. А я не хочу ссорить их. Они должны доверять друг другу во всем. Иначе в их профессии – это равносильно смерти.

– Прошлый раз вы меня подвозили, Алексей, так укачало у вас.

Думаю, он мой намек понял.

– Поедем аккуратно.

– Софья, вы с кем едете? – подходит к нам Антон.

– Пока не знаю.

– Лех, возьмешь нас?

Это “нас” звучит как вызов сейчас. Мажет по мне взглядом. Янтарные глаза вспыхивают следом. Брови сводит к переносице.

А может, я просто накручиваю. Ну мало ли, что он говорил. Может, не серьёзно.

– Окей. Садитесь.

Впереди рядом с Алексеем садится Кристина. Щебечет о том, что сзади ее сильно укачивает.

– Не боитесь, что укачает, Софья? – открывает мне дверь Титов.

– Вы же сказали, аккуратно поедете, Алексей.

Усмехается уголком губ. Но

 Я по той же причине прошу сесть возле окна. Антон посередине рядом со мной.

– Как же классно выехать на природу. Обожаю это. Весна. Тепло. Лес. Шашлыки. И никаких пожаров.

Слушаю Антона, киваю ему. Сама же контролирую себя не смотреть на Алексея. Но как назло его плечи, затылок, даже таежный какой-то парфюм вокруг. Тут вообще все пахнет им.

И я как маятник, то на Антона, то в окно.

Кажется, что если я задержусь на Алексее взглядом хоть на лишнюю секунду, то меня уличат в чем-то противозаконном.

– Я тоже на таком никогда не была, но мне подружка рассказывала… – щебечет Кристина.

У меня в кармане вибрирует телефон. Подружка.

Я: “уже поехали”

Кира: “надеюсь, ты вернешься с ребенком”

Я от неожиданности не сдерживаюсь, прыскаю со смеха и отворачиваю телефон от Антона.

Только бы не увидел.

Алексей поправляет зеркало и я невольно слежу за этим жестом, а потом попадаюсь на его взгляд, как на крючок.

Хищный и недовольный.

– Всё нормально? – переспрашивает Алексей.

– Да, – натягиваю улыбку.

Знал бы он… Знали бы все…

Даже страшно узнать их реакцию. Может, кто сам бы вызвался помочь.

– Отличная поездка будет, – поднимает большой палец вверх Антон, – я уже предчувствую. .

– Да, – соглашаюсь и снова на зеркало.

Взгляд все тот же.

"Отличная поездка", после которой, скорее всего, все только усложнится.

Нас уже ждут. Сначала легкий перекус с закусками. Потом у нас забирают телефоны. Это часть сценария. Полное погружение без отвлекающих факторов.

Антон улыбается, помогает мне надеть специальный жилет.

Алексей неподалеку одевается сам, пристально наблюдая за нами. Избегаю его взгляда, но чувствую его постоянно.

У него как будто пару вопросов ко мне есть, но все нет подходящего случая их задать. И он найдет этот случай.

– Сегодня проверим, кто тут настоящий спасатель, – подмигивает мне Антон.

– Я скорее теоретик, – улыбаюсь в ответ.

– Не скромничайте, Софья Федоровна, – подмигивает Алексей, – мальчишку спасали так, что некоторые бы позавидовали вашей смелости.

Начинается игра. Мы быстро делимся на группы. Я попадаю в группу с Антоном и Иваном Андреевичем. Алексей попадает в другую, с Кристиной. Он хмурится, зато девушка довольна так, что и не замечает этого.

Этап за этапом мы увлеченно проходим задания. Ищем улики, разбираемся в свидетельских показаниях, выносим документы из “горящего” помещения.

Эмоции кипят. Все уже не относятся к этому как к игре. Мы – команда спасателей, прибывшая в старинную усадьбу, где произошло загадочное возгорание. Но это не просто пожар – нужно понять, кто его устроил, почему, и остановить преступника, пока он не скрылся.

Антон весел, поддерживает меня, Иван Андреевич спокоен и собран, но я все время ловлю себя на том, что незаметно ищу глазами Титова.

Последний этап – лабиринт секретов под усадьбой.

У каждого свой маршрут к куску нужного пазла, который даст последнюю подсказку. Можно идти парами, но так дольше искать.

Поэтому я иду одна.

Я везучая. Если всем предстоит идти вперед и вправо, то мне – вниз.

Тут темно, прохладно, освещение тусклое – только свечи на стенах. Мрачновато.

Телефона нет.

Если я тут потеряюсь, то могут и не найти.

Сердце качает кровь ещё быстрее.

По спине холодный пот. Там в компании со всеми было не так страшно.

Внизу моргают два огня, как чьи-то глаза. Над головой какой-то газ.

Это игра, Софья.

Это не по-настоящему.

Для антуража.

Я знаю. Я знаю.

Под свечой на стене смотрю свой план.

Ну и куда тут идти?!

А к черту его! Пойду я назад лучше. Возьму кого-то в помощь.

Резко разворачивают.

Кто-то в темноте хватает меня за талию и сжимает.

– Аааа!

Дергаюсь в сторону, вырываясь.

Нащупываю ручку двери и ныряю туда.

Выставляю вперед руки, потому что ни черта не видно.

– Да стой ты! – смеётся Титов. – Пошутил, – хохочет за мной.

Шаг только делаю и упираюсь руками в стену.

– Ты дурак?!

Разворачиваюсь и теперь упираюсь в него.

Стук. Щелк.

– Это что?

Тут вдвоем не развернуться. Дергаю ручку.

– Дверь захлопнулась.

– Зачем ты вообще сюда рванула?

– От тебя! Что это вообще такое?! Как отсюда выбираться?!

Ощупываю стены. Под ногами какие-то палки.

– Попалась, – хрипит мне на ухо.

 Глава 17. Попалась?

– Попалась, – хрипит мне на ухо и прижимает к холодной бетонной стене.

– Ты что себе позволяешь?! – упираюсь ему в грудь руками.

Остановить надо это безобразие.

– Пока ничего, но это можно исправить.

А, от этого безобразия дети вообще-то появляются.

Ну не в кладовке же…

Сквозь тонкий хлопок футболки чувствую как напрягаются мышцы на его груди.

Наклоняется ближе, теплое дыхание касается моей щеки и голос становится ещё ниже.

Откровенно нюхает меня.

– Алексей, перестань, это не смешно!

Ладони начинают потеть от непозволительной близости.

– А кто сказал, что я шучу? – приближается ещё ближе и мажет сухими губами по щеке. Рукой прижимает за талию. – Ты просто боишься признать, что тебе это нравится.

Его наглость, его уверенность раздражают и манят одновременно.

Да что он вообще за человек!

– Не нравится, – выдавливаю из себя.

И тоже вдыхаю его запах. Сильный, сногсбивающий и возбуждающий.

– Скажи, что тебе это неприятно, и я остановлюсь, – ухмыляется Титов.

Я уже от такого частого дыхания, как пьяная.

Приятно.

До мурашек подмышками приятно.

До ощущения, что язык немеет.

До тяжести в ногах.

Но мне ребенок нужен и времени нет распыляться на служебные романы.

– Не приятно! – машу головой, уворачиваясь от него.

Усмехается и толкается в меня и накрывает губы поцелуем.

Дерзко стягивает и обнимает нижнюю губу. Так, что не вырваться уже никак.

Пытаюсь оттолкнуть, но тут так тесно. Ни развернуться и ни отдалиться из цепких рук.

Перебираю пальцами в стороны по груди, наконец нащупываю руки.

Обнаженные из-под рукавов футболки бицепсы.

И я сдаюсь, сопротивляться уже не хочется.

Теряюсь в поцелуе.

В огромных сильных руках.

Что потом делать не знаю даже, но сейчас…

Пусть так.

За спину прижимает ближе к себе.

Давно я в такой водоворот не попадала.

Что там давно…

Вообще никогда.

Чтобы вот так. В каком-то подвале… С первым встречным… Который мне даже не нравится…

Целоваться взасос.

– Софья? Леха? – зовет кто-то снаружи.

Как чары этим снимает.

Отталкиваю потерявшего бдительность Титова.

– Мы тут! – отзываюсь.

– Продолжим потом, без свидетелей, – нашептывает мне. – Вань, – громко отвечает и стучит в дверь одной рукой. Второй продолжает меня обнимать.

Я тоже за него держусь.

Ну чтобы не упасть. Темно же.

– Я помешал?

– Нет, мы тут искали свой фрагмент и дверь случайно закрылась.

Щелкает и открывает нам.

Держась за руку Титова выхожу, но тут же отпускаю, когда становится безопасно.

Иван Андреевич приподнимает бровь, глядя на нас, потом на дверь, потом снова на нас. Улыбка расползается по лицу, как у доброго, но очень ехидного Санты.

– М-да… Прям вдвоем там и искали? Не тесно было?

Я краснею так, что мне кажется, это видно даже в полумраке.

Титов зато стоит с видом победителя олимпиады по обольщению.

– Дверь захлопнулась, – пожимает плечами Алексей. – Очень тесно было, – с наигранным огорчением причмокивает. – Но мы исследовали там все. Нет ничего. Дальше надо искать.

Разворачиваются и идут дальше по карте.

– После исследований Софья в декрет, надеюсь, не уйдет?

Мне хочется сгореть со стыда.

Вспыхнуть и пропасть отсюда.

Затеряться где-нибудь тут в подземелье и незаметно сбежать домой.

Я приехала с Антоном.

Целовалась с Титовым.

Это просто какой-то крах всем планам.

И если сейчас ещё все будут это мусолить…

– Не уйдет. Я уже свою норму детей выполнил.

Иду следом за мужчинами, которые ищут нужный фрагмент.

И дети ему не нужны.

И целуется так, что не противно. Наоборот, я бы сказала.

Характер только, привычки и манеры. Это минус.

И курит ещё. Тоже минус.

Хотя запаха табака от него не было точно. Но я же видела, что курил тогда, после разбора завалов.

И я Антона же выбрала. Он больше подходит. А теперь будто изменила ему. Хоть мы и не целовались.

Ментально. Как теперь говорят.

Черт!

Вот зачем целовалась?! Надо было укусить. Или врубить между ног.

Облизываю горящие губы.

Это было вау, конечно. Или я просто так давно не целовалась, что уже любое внимание и меня подбрасывает на качелях до высшей точки.

– Вот кажется.

Иван с Алексеем находят наш фрагмент.

Теперь идем к выходу. Я за Иваном Андреевичем. Титов за мной.

Не касается.

Ничего не говорит. Но я кожей чувствую, что смотрит на меня своим этим взглядом “жду продолжения”.

А нам тут ещё целые вечер и ночь находиться.

 Глава 18. Я тебя провожу, может, до кровати?

– Нет-нет, а помните, как мы того кота с балкона снимали? – рассказывает Иван Андреевич, кидая в кострище ещё одну еловую ветку. Она весело потрескивает, пуская в небо искры.

Мы сидим в кругу – деревянные лавки, бревна, кто-то на пледе. Вечер наполняет воздух прохладой, но от костра веет теплом. Фонарики по периметру поляны, тлеющие угли. И у каждого в руках кружка с чаем или чем покрепче.

– Какого кота? – переспрашиваю я, потому что не знаю их историй.

– Такой интересный. У него морда, как у миниатюрного льва. Тушили пожар, кот в панике залез на чужой балкон не застекленный, хозяев квартиры дома не было, а потом передумал.

– Помню-помню, – смеётся рядом со мной Антон.

Прижимается все ближе, и я чувствую, как от него тянет вином из тетрапака, которое он пьет, как компот. Все ищет повод взять за руку или поцеловать. Тормоза-то уже не работают.

Но меня такой напор пьяный наоборот отворачивает.

И ему бы остановиться уже, но я же не жена ему, чтобы одергивать.

– Кот этот, Софья, не просто передумал. Он паниковал. Орал на весь район так, что бабки с лавочек ещё и скорую вызвали к пожарной, думали, человек кричит.

– Даааа, – Алексей облокачивается на колени и складывает руки в замок. – Да там и не пожар был толком. Так… ребенок решил чокопай сделать. Положил в микроволновку печенье, наверх шоколад, врубил все и в телефоне завис. А там реакция пошла. Оно загорелось, задымилось все. Сработали пожарные извещатели, соседи запаниковали.

– Печенье горит разве? – отпиваю чай.

– Шоколад, особенно с добавками вроде карамели или пористых основ, при перегреве начинает испаряться неравномерно. Микроволны разогревают воду внутри продукта, а она испаряется слишком быстро. Влага выходит, а сахар начинает гореть. Тепло скапливается в одной точке. Вот и пошел дым.

– Хорошо, что не загорелось.

– Тут просто перегрев, когда сахара и белки начинают распадаться и гореть. Угарный газ, дым – и здравствуй, паника.

– Ну, малой, конечно, "повар".

– У Ивана сын – химик, смеётся Алексей.

– Он у меня такой инструктаж прошел, обучение, я ему теперь отдельную лабораторию делаю. Так что все будет безопасно.

– Да, – поднимает руку его жена, – это мою квартиру вы тогда тушили и спасли их.

Обнимает Ивана Андреевича за руку и прижимается к нему.

– А кот что? – возвращаюсь к Алексею.

Его лицо уже в полумраке подсвечивается пламенем, а янтарные глаза становятся темными, горячими. Как тлеющие угли.

– Начальство, – кивает на Ивана, – говорит: “Спасать!”. Поднимаемся по автолестнице с Никитой. Работал у нас раньше. А кот, видимо, решил, что я угроза.

Улыбается краешком губ. А мне тесно становится в груди и дышать даже неловко.

Я стараюсь держать взгляд ровным, не отводить, не выдать ни дрожи в руках, ни того, как сжимаются пальцы на кружке.

– И кот на меня кидается. Когти, вопли, все по полной, – усмехается сам себе, – я в каске, она – скользкая. Котяра там устраивает пляску, пытаясь ухватиться, – смеётся Титов и показывает так активно. – Я держу равновесие и одновременно его пытаюсь поймать. И при этом там задымлено все. В итоге сваливается он мне на плечи, цепляется как-то за куртку.

Живой такой, яркий, эмоциональный.

Все слушают эту историю уже не первый раз, но также ухахатываются от этого рассказа.

– Хорошо, что с напарником работаем. Ник проверял квартиру, как сказал, что все в порядке там, огня нет, людей тоже, так я полез с этим львом вниз. Потому что его ж не отцепить никак было. Боялся, что когти оторву, если тянуть буду.

Я прячу улыбку за кружкой, стараясь не встречаться с его взглядом так часто.

Зато чувствую, как смотрит он. Как по коже медленно растекаются невидимые пальцы, дразня и пугая. Глоток чая не спасает. Тут бы покрепче чего.

Антон придвигается ближе. Его плечо касается моего. Улыбается, не отрываясь от карты, но я вижу, как он посматривает на меня боковым зрением. Он будто ждет момента. Поцеловать. Коснуться. Быть ближе. А я – не могу. Мне неловко.

И не хочу.

Отодвигаюсь и чтобы отвлечься, перевожу взгляд на Ивана Андреевича и Марью, его жену.

Она аккуратно, не торопясь, заваривает в кружке какой-то травяной сбор. Плавно у нее так все получается. Подносит ему чашку, поправляет плед на его плечах. Не говорит ничего, но в каждом ее движении – внимание.

Уважение. Тепло. Любовь.

Я бы тоже так хотела. Время вместе. Влюбленность. Свадьба…

Но пока это все будет и ждать…

Времени нет.

Потом никто не женится, когда узнает, что я не могу детей иметь.

Нет. Решила же все.

Если все идут по правильному пути – влюбленность, свадьба, дети. То у меня один вариант – наоборот. Ребенок, а потом уже как получится.

Тошно так становится от этого.

Я как бракованное зерно какое-то. Из которого ничего уже не вырастет никогда. Не будет продолжения. Не будет ростка и плодов.

Паршиво так становится, что я незаметно поднимаюсь.

– Я с тобой, – берет меня за руку Антон.

– Я сейчас вернусь, – отвязываюсь от него. – минута. Подожди меня.

Возвращаться через минуту не собираюсь.

Мне надо одной побыть. Быстро ухожу, чтобы за мной никто не пошел.

Но меня нагоняет мама того мальчика.

– Софья, ещё раз хотела сказать “ спасибо”.

– Как вы себя чувствуете, как мальчишка?

– Дедушка его завтра привезет. Он хорошо. Вы так его зарядили. Он супергерой. Всем рассказывает теперь. Пожарным хочет стать.

– Это здорово. Даже если не станет, пусть у него это будет, как ориентир в жизни. Это достойный авторитет. У мальчишек обязательно должен быть в жизни достойный человек, на которого они хотят быть похожи. Как модель.

– Да… А у меня кошмары. Я не могу никак избавиться от них. Все повторяется тот пожар, обвал.

Мы долго с ней идем вдоль озера. Прорабатываем с ней ее страх.

Да, обычно надо в кабинете психолога. Где спокойно.

Но тут сейчас темнота и это даже помогает ей быть более откровенной. В полумраке я вижу только ее силуэт. Она позволяет себе плакать, бояться, говорить все.

– Вера. Вы должны понять. Это прошлое. Его не изменить. И жить в нем, прорабатывать его, мусолить, это словно в умершем ковыряться. А зачем?

Говорю ей это и понимаю, что вот он ключ к Ладе. Ей тоже не надо на прошлом зацикливаться.

– Вера, у вас муж, ребенок, создайте себе какую-то грандиозную цель. Сложную, но то, что вы бы хотели. В отношениях с мужем, с ребенком, со своей реализацией. Найдите для себя что-то такое, что вас заряжает, чего давно хотите. И двигайтесь туда. Когда у вас будет цель впереди, то оставшееся позади не будет на себя внимание перетягивать. Чтобы страдать, не надо усилий, а вот, чтобы любить и показывать это – надо.

Она рассказывает мне , что у нее есть одна мечта. Но все как-то страшно пробовать. Муж бизнесмен, он видит, сколько он времени на это тратит. Что его дома нет много. что несколько бизнесов у него провалилось.

– Как вести бизнес, правда, не ко мне, – усмехаюсь ей, – но начни не с этого. Продумай, только не страдай в этом. Любить надо то, что делаешь. Тогда загораешься и получается все. Тебя никто не гонит. Удели этому два часа в день с кайфом. Мысли начнут переключаться с прошлого. Впереди будешь видеть жизнь. А не смерть от страхов позади.

– Спасибо, Софья.

Прогуливаемся ещё.

Хорошая она. Добрая. Не испорченная деньгами.

И если послушает меня, то все у нее будет хорошо.

Обмениваемся номерами телефонов.

Когда возвращаюсь к костру, Антона уже нет. Алексей с кем-то по телефону говорит в стороне. Кто куда разбрелся.

Я направляюсь к тому домику, в котором отдыхаем. Хочу ещё утеплиться, что-то прохладно стало.

– Где была? Искал тебя, – окликает Алексей.

– Гуляла с Верой. Поговорили.

– Ясно. Спать?

– Нет, оденусь пойду. Холодно.

– Проводить?

– Справлюсь.

– Там Антоха перебрал, отвел его в комнату. Лучше я с тобой схожу, а то мало ли, что ему в голову взбредет.

Комнаты наши рядом. Потому что Алексей с Антоном, а я с Кристиной. И ей очень хотелось быть именно с Титовым в соседней комнате.