Текст книги "В тени гегемона (СИ)"

Автор книги: Ольга Валль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Глава 24

Утро не принесло ничего нового.

Секретарь Нархи по-прежнему стоял на страже у двери, чтобы проводить Фредерика в административный центр. Фукс пришел чуть позже, потом доставили завтрак.

Все время до обеда оба военных провели в расчетах грядущего сражения. Генерал несколько раз вызывал команду фон Вагензайла, потом попросил Нарху собрать ему коммунальщиков.

Вместе они долго сидели над программой внутренней навигации Ранезира, смотрели по карте, потом в прямой трансляции. Обсуждали строительство баррикад.

Фредерик досчитал тактику космических боев, создав три варианта заманивая противника под фуксовы ракеты. Несколько раз поговорил с галактидами и убедил их не ввязываться в драку. Против такого класса кораблей противника бессмысленно.

Несколько раз приходил Нарха, убеждался, что руководителям его импровизированного штаба везде дан зеленый свет, и на вопрос Фукса: Как там поживает неприятель? – только махнул рукой. Мол, осада продолжается, отпущенное ему время еще не прошло. Полтора дня еще осталось. Так что пусть господин генерал не переживает и работает.

И за этой суетой никто не заметил, как наступил вечер.

Последние два часа они работали на одной машине одновременно, накладывая две разработанные схемы одну на другую, чтобы еще раз проговорить свою тактику от начала и до конца.

Наконец Фукс оторвался от экрана и потер переносицу:

– Надо пойти поесть, а то я даже не помню обедал ли я вообще.

– Кажется, да, – Фред попытался напрячь память, но от этого только разнылся висок, и он решил больше мозг не провоцировать и спросить у менее возвышенного органа. В желудке заурчало.

– Я вам нужен за ужином?

– Предпочитаю не превращать еду в производственные совещания, – поднялся с кресла Фукс. – В окопах напревращался.

Фредерик встал:

– Тогда часа через два встретимся.

– Подумайте, контр-адмирал: вам серьёзно досталось и чувствуете вы себя неважно. Здесь вы уже больше ничего не сможете сделать. Так нужно ли сидеть?

– Вы предлагаете мне уйти?

– Именно так, – твёрдо кивнул Фукс. – Вы понадобитесь во время боя, копите силы.

– Я подумаю.

– Я старший по званию, – спокойно кивнул Фукс. – Могу и приказать. Это наземная операция, и все соединения отдали под моё командование. Считайте это заботой о подчинённых.

Тэр аж подпрыгнул:

– Никогда ещё обо мне Дэры не заботились!

– Привыкайте! – оборвал его Фукс. – Война закончилась, мы с вами снова на одной стороне.

– На какой стороне? – зло прищурился Фредерик.

– На стороне людей! – Фукс развернулся и пошёл к своим экранам. – Всё! Фредерик, кончайте этот философский диспут. Мы поужинать хотели. После этого вы идете отдыхать, а я завершу свою работу. Завтра с утра встретимся. У нас с вами будет шесть часов до времени, когда кончается ультиматум этих бандитов. Все еще раз проверим. И не забудьте хорошо выспаться перед боем.

Фредерик молча подошёл к обзорному окну: на душе было муторно. Хотелось придумать что-то этакое и послать этого генерала… погулять подальше. И всё сделать самому.

Но в голове прокручивался последний разговор и максимально, что мог себе позволить Фредерик, мысленно обозвать генерала как-нибудь поядренее.

Фукс был прав.

Фредерик отвернулся обратно к окну, и подумал, что, если делать ему тут нечего, а идти в свою квартиру не хочется, то можно пойти в гости. Амарго же звал!

Он вышел за дверь – и к нему синхронно шагнуло шесть высоких парней в полной броне:

– Контр-адмирал!

Фред попятился, автоматически принимая боевую стойку и понимая, что шансов у нет совсем, даже если бы одна рука была не в гипсе. Кто он, безоружный и в одиночку, против такой толпы десантников.

– Лейтенант десантного полка Ранезира, Де-Роне, – козырнул стоящий спереди. – По приказу полковника Руперта фон Вагензайла, ваша личная охрана.

– Интересно девки пляшут, если снизу посмотреть, – пробормотал Фредерик, выравнивая дыхание. – И кого ещё он так решил охранять?

– Все ключевые фигуры сражения находятся под охраной, господин контр-адмирал!

– Ладно, – Фред согласился с паранойей полковника. – Я собирался зайти к капитану Амарго. Вы знаете, где он живёт?

– Мы проводим, – кивнул лейтенант, включил наручный навигатор, запросил маршрут и уверенно показал направление: Сейчас идем прямо до лифта, а потом четыре этажа вниз и справа будет нужная улица.

Фредерик зашагал в окружении охраны, чувствуя себя то ли принцем с какой-нибудь задрипанной планеты, то ли артефактом, похожим на те древние антаресские вазы, которые они вытащили с пиратских баз. Картина мира, вернувшаяся к своим ориентирам за последние несколько дней давала сбой, и стоило Фредерику задуматься о том, что же сейчас с ним происходит, в голове растекался серый туман и начинало ломить виски.

Получив задачу: отбить атаку на Ранезир, голова снова выстроила привычную картину мира – есть мирные люди, есть бандиты и есть королевские войска, – но ее сразу снова сломало появление генерала со стороны бывшего врага, который мало того, что не задумываясь принял сторону Фредерика, но и, проанализировав диспозицию, отправил самого Фредерика отдыхать.

Тэр несколько раз прокрутил свой разговор с Фуксом и еще раз убедился, что ни в одном слове не было иронии, издевки и уничижительной интонации. Генерал относился к нему с уважением. И, черт возьми, он был прав. Фредерик действительно не располагает возможностями отразить атаку, поэтому был отправлен в тыл лечиться.

Тэр даже помотал головой, чтобы факт улегся в голову. Враг, желающий ему добра!

Будет ли считаться, что он перешел на сторону Дэров, если командование в этой операции возглавляет Фукс. Или это локальное сотрудничество двух королевских домов в решении вопроса по прекращению бандитизма в секторе Орион?

Фредерик покрутил в голове ситуацию и так, и эдак, и решил, что это – сотрудничество. А что там подумают юристы в штабе флота, он потом прояснит. Когда подробно распишет диспозицию и укажет причины принятого решения. А вчерашний вечерний разговор с Фуксом в рапорт можно и не вносить.

Изнутри Ранезир был похож на огромный многоярусный мегаполис: по центру располагались общественные здания, технические службы и системы управления экзо-планетой. Жилые сектора рабочих располагались рядом с заводскими помещениями, чтобы сократить время на дорогу до работы. Ранезир разделялся на кластеры, между которыми проносились по монорельсам грузовые и пассажирские поезда. Для удобства навигации каждый сектор имел свое собственное название, квартиры выходили дверями сразу на улицу и были пронумерованы.

– Амарго живет в секторе «Синее небо», – болтал лейтенант. – Там у нас всех пилотов поселили… Кроме рудовозов: эти селятся ближе к своим заводским ангарам.

– Почему?

– До работы ходить недалеко. У нас тут почти у всех такое расселение.

– А Амарго?

– Они в нашем космическом квартале живут, – ухмыльнулся лейтенант. – Команды линкоров и истребители. Сейчас еще два квартала – и поворот налево.

Выйдя из лифта, Фредерик попал на широкую улицу, похожую на те, которые много раз видел в городах. По центру было несколько полос для автомобилей, слева и справа от них – широкие тротуары, обсаженные деревьями и кустарниками, велодорожка для фанатов архаичного транспорта, движущаяся лента траволатора для маломобильных жителей. Искусственное небо было где-то далеко наверху, и оттуда же сверху лился яркий свет ультрафиолетового спектра. Все вместе напоминало солнечный день с небольшими облачками.

На композитной двери, искусно имитирующей деревянную, висела табличка с фамилией и именем хозяев. Фредерик насчитал их четыре, но удивиться не успел – дверь открылась.

– Вам кто нужен? – отрывшая ему женщина была среднего роста, с аккуратной короткой стрижкой. Большие чёрные глаза смотрели внимательно, но морщинки в уголках глаз превращали внимательный взгляд в хитрый. Словно она уже придумала шалость, но пока не решила: с чего начать.

– Мама, это папа пришел? – в прихожую выскочила девочка. – Здравствуйте, Фредерик!

– Здравствуй, Лиза, – наклонился Фред. – Я – Фредерик Тэр, капитан Амарго приглашал меня в гости. Но если я не вовремя, могу прийти в другой раз.

– О! Нет– нет! – Ясмина распахнула дверь шире. – Амарго будет с минуту на минуту. Он вас так ждал!

– И я ждала! – вклинилась Лиза.

– И я, – улыбнулась Ясмина. – Мне про вас уже третий день рассказывают. Наконец-то увижу героя вживую.

Фредерик улыбнулся в ответ и зашёл в дом.

– Про мой героизм вам явно преувеличили. Ваш муж принял меня на борт в виде ручной клади, и всё, что я мог в тот момент, – лежать и приниматься. Впрочем, я этого даже не помню.

– Пойдёмте к столу!

На кухне в углу стоял маленький светло-желтый диванчик и детский стульчик на колёсиках. Рядом с раковиной – разноцветные бутылочки с детским питанием.

На столе валялось отгрызенное яблоко, судя по отпечаткам зубов, лизино.

– А у меня сестра есть! – заявила Лиза. И добавила с гордостью: Она спит пока, но, когда проснётся, будет махать ресницами.

– Чем махать? – изумился Фред, у которого глагол "махать" ассоциировался только с метлами и космодромом, который его на третьем курсе отправили подметать, решив, что физический труд исправляет проштрафившегося оболтуса быстрее, чем гауптвахта. Наказание было заслуженным: вернуться из увольнительной он опоздал, но девушка, из-за которой Фред задержался, того стоила.

– Они у неё длиннющие! – подтвердила Лиза. – У меня короче.

– Всё понятно, – улыбнулся Фред, усаживаясь за стол. – Через двадцать лет у меня не будет никакого шанса.

Лиза почему-то насупилась. Ясмина быстро расставила чашки, вазочки с печеньем, варенье, засыпала заварку в чайник

– Как интересно пахнет.

– Это Амарго редкий сорт принес. С Камиззена каждый месяц приезжают продукты, а у них растет просто восхитительный чай. Вот мы и наслаждаемся.

– А вы тоже родились на Камиззене?

– Нет, я с Ушвы. А вы?

– Я родился на Нимозисе-8. Это в созвездии Стрельца, – Фредерик пил чай, жевал печенье и чувствовал себя удивительно спокойно. – У нас была квартира на окраине города, окна выходили на парк. Тридцать девятый этаж. У меня одно из самых лучших воспоминаний детства, как я стою у окна и смотрю на закат.

– У нас дома на Ушве тоже красивые закаты, – вмешалась Лиза. – Особенно, если солнце синее.

– Это поздней осенью, – пояснила Ясмин. – Если на следующий день сильный ветер и похолодание, то солнце становится синеватым.

– Красиво, наверное, – вежливо кивнул Фредерик.

– Я сейчас покажу! – Лиза умчалась в комнату, но принесла не только фотоальбом, но и прописи.

Пока Лиза бегала за тетрадками Фредерик успел рассказать Ясмине историю своей встречи с ранезирцами, посмеяться над выражением лица Боливара, застукавшего их после покера.

– Я уже буквы начала писать, – Лиза с чувством идеального выполненной работы показывала на ровные палочки и водила пальчиком по странице. Видимо, чтобы всем было понятнее. – Вот «м», вот «п», вот «л».

– Еще немного гласных букв, и напишешь и «мама», и «папа», и «лиза».

– А у вас очень длинное имя! – нахмурилась Лиза. – Но мы уже решили с мамой, что следующая буква будет «Ф», и я смогу вам писать письма.

Хлопнула входная дверь.

– Очень рад вас видеть, Фредерик! – Амарго аккуратно потряс контр-адмиралу здоровую руку. – Как здорово, что вы зашли!

– Время есть, – пожал плечами Тэр. – Генерал Фукс выстроил планетарную оборону, я там не нужен.

– Отдохнете, – кивнул Амарго.

– Не люблю чувствовать себя ненужным, – признался Фредерик.

– А кто любит? – присоединилась Ясмина. – Но сегодня вы пришли по адресу: мы вас ждали.

– Посмотрите на мою железную дорогу? – потянула Лиза Фреда за рукав.

– Дочь, немного попозже!

– Я посмотрю, – встал из-за стола Фред.

– А потом Лиза пойдет спать!

Девочка кивнула и потащила гостя в соседнюю комнату. Фредерик оценил разваленные по ковру кубики, разложенные рельсы, а потом решил, что голова шумит, глаза начинают слипаться, и наклоняться он не будет. Лучше сядет на ковер и прислониться… вот к этой кровати.

Лиза распихала кубики, усадила контр-адмирала и начала рассказывать, как она построила дорогу между городом и деревней, и какие на фермах будут жить животные. Но это после, а пока паровоз только везет их к домикам.

– Вот они там все, смотрите!

Фредерик послушно лег на ковер и заглянул в вагончик: внутри стояли фигурки. Он потянул за поезд, и тот зашуршал по рельсам.

– Красота! – констатировал Фред, которому совершенно не хотелось вставать с мягкого ковра. – Я напоминаю себе такого же коня. Поставили меня на платформу и везут-везут.

Он зевнул.

Лиза стащила с кровати большую плюшевую собаку и подтащила к Фредерику.

– Ложитесь лучше на него, он очень мягкий.

– И что это за пес? – Фред подложил собачий бок себе под голову, обнял здоровой рукой мягкую плоскую голову и постарался лечь так, чтоб ребра ныли поменьше.

– Это моя вторая подушка, – безапелляционно ответила Лиза и продолжила рассказ про путешествие поезда.

Фредерик молчал, глаза его закрывались все сильнее и сильнее – и когда через пять минут девочка задала ему какой-то вопрос, он уже не услышал его. Уснул.

Лиза тихо встала, побежала на кухню и громким шепотом объявила, что господин контр-адмирал обнял ее собаку и спит на ковре. Поэтому она сейчас тихо-тихо соберет все игрушки и ляжет рядом.

– Какое рядом! – возмутилась Ясмин. – Быстро все собирай, потом в душ – и в постель!

Амарго переглянулся с женой и без слов понял, что та задумала.

– Я тогда предупрежу его охрану, – сказал он, вставая из-за стола.

– А я разберу диван и постелю в гостиной, – встала Ясмин. – Там лежать помягче.

– И в больницу позвони: вдруг ему таблетки положены, а у нас таких нет.

Фредерик не помнил, как Ясмин и Амарго в четыре руки его, полусонного, довели до постели, раздели и уложили в кровать. А когда проснулся, первое, что понял, что лежит на мягкой постели, обнимая огромную плюшевую собаку. Игрушка пахла печеньем. Подушка благоухала лавандой. Где-то в соседней комнате звякала посуда шумел чайник, шкворчало и был слышен приглушённый женский голос:

– А я тебе говорю: позвони Нархе! Пусть даст номер своего секретаря, или зама, или кому он там поручил устроить твоего Фредерика. Я вчера его одежду постирала, конечно, но ему же с такой рукой неудобно.

– Ясмина…

– Амарго, не начинай… Ты мне сам рассказывал, в каком виде вы его нашли. И какая за ним идёт охота. Пусть хоть у нас ему будет легче. Я утром сбегала в магазин и всё уже купила. Майку из мягкой ткани, брюки на резинке, только худи не было. У тебя есть новое совершенно, ты не разу не одевал – давай его отдадим? А я тебе другое куплю.

– Зачем ему худи?

– Он же серпиот! Я читала, что они теплолюбивые. Наверняка он у нас мёрзнет, но стесняется и молчит.

– О Боже, Ясмина…

– И ещё!

– Что ещё?!

– Сломанную руку в кофре без перевязи носить тяжело. Я в детстве руку ломала – я знаю. Отдам ему мой синий летний шарф: он длинный, мы его как перевязь накинем. И руке будет легче.

Фредерик привычным жестом подгреб под себя подушку. Внезапно по-мальчишески хлюпнул носом. Обнял собаку. Голоса на кухне затихли. Теперь было слышно, как стучит нож по доске и возятся два взрослых человека. Нож затих. Ясмина захихикала.

Сегодня вечером тут будет бойня. Что бы ни говорил Фукс, пять кораблей – это очень плохо для мирного Ранезира. А они обсуждают, что ему нужна одежда с капюшоном, потому что он мёрзнет. Собака эта ещё. Запах печенья. Всё! Пора вставать!

В приоткрытую дверь тихо зашёл Амарго со стопкой сложенных вещей:

– Доброе утро, Фредерик! Мы тут с женой вам собрали новой одежды. Она говорит, что вам будет удобнее, и я бы на вашем месте к ней прислушался. Но если вам дороги прежние вещи, они постираны и высохли. Могу и их принести.

– Спасибо, Амарго, – Фредерик постарался вложить в голос всю благодарность, на которую был способен. – Оденусь по совету вашей жены. Я и так… хотел просто в гости зайти, а остался ночевать.

– Бросьте! Мы действительно вам рады! Одевайтесь и приходите. Мы с женой ждём вас на кухне.

Принесённая одежда оказалась действительно гораздо мягче и удобнее прежней. Единственно от чего недоумевал Фред, она была молочно-белого цвета. Пачкается же легко. После долгих лет ношения тёмно-синего мундира космофлота это было непривычно. Оказалось, он отвык от гражданки.

– Доброе утро! – с разбегу обняла его Лиза, как только тот вышел в коридор.

Амарго с Ясминой стояли на кухне и целовались.

– Не обращайте внимания! – тоном заправский хозяйки сказала Лиза. – Они всегда так делают!

– Да я любусь, – улыбнулся Фредерик. – Покажи мне, где у вас можно умыться.

После завтрака Лиза уговорила родителей показать, как она ловко умеет ловить конфеты, подныривая под руки мамы и папы. Ясмина подкинула карамельку, Лиза бросилась ловить, четыре взрослых реки взметнулись на перехват. И не успели.

– Да! – Фредерик посмотрел на игру, нахмурился и внезапно вскочил. – Амарго, у тебя на «Ириде» установлен симулятор тактического расчёта?

Амарго растерялся:

– Я сейчас пытаюсь вспомнить. Даже если и стоит, я никогда им не пользовался. Нам незачем.

– Конечно! – кивнул Фред своим мыслям. – Вам незачем. Они тоже так думают… Звони вашему программисту. Срочно. Стоит или нет программа. Узнай!

Амарго никогда не видел, насколько другим становится Фредерик, когда переходит с нормального общения на решение военной задачи. А Лиза и вовсе прижалась к маме: преображение случилось настолько резко и было столь кардинально, что раздающий приказы взрослый человек был ей незнаком. А Фред уже набирал код вызова на своём коммуникаторе:

– Генерал! Доброе утро. Я нашёл решение по оптимизации потерь, но его надо посчитать. Если на ранезирском корабле есть тактический симулятор, то через четыре часа я принесу вам данные.

– Можно немного конкретнее? – голос у Фукса был какой-то выцветший. Ну да, он же спал урывками. Не то что Фред, на собаке.

Глава 25

– Прошу вас просчитать еще два варианта, генерал. Первый: когда у нападающих будет четыре корабля. И второй: когда их будет три.

– Сделаю, контр-адмирал, но я хочу лично услышать вашу идею.

– Я отправлю вам мои данные, и мы все синхронизируем. Но как только буду уверен в решении. Оно у меня… – Тэр замялся, подыскивая правильное слово. – Немного фантастическое.

– Сказал вам это вчера, контр-адмирал, и повторю сегодня: не геройствуйте.

– Обещаю, – серьёзно ответил Фредерик. – Никаких авантюр, только цинизм и математика.

– Какой же вы мальчишка ещё, – хмыкнуло в трубке, и Фукс отключился.

Программа на корабле обнаружилась. Амарго поднял по тревоге весь состав мостика, и теперь они в десять рук, вместе с навигатором и программистами, вбивали нужные параметры.

– Скорость разгона, мощность двигателя, сила магнитного поля, скорость движения астероидов, сила вращения крупных камней в зоне предполагаемого боевого действия, мощность батарей залпового огня левого и правого борта, мощность носовых орудий, скорость маневрирования, скорость перезарядки, объем энергии на аккумуляторных батареях, – диктовал Фредерик.

– Ты пояс астероидов учитываешь? – раздался за спиной баритон Фукса.

– Пока вбиваем данные, – Фредерик пожал генералу руку и продолжил диктовать: время перезагрузки контуров на отражателях, гравитационные колебания, плотность солнечного ветра.

– Пока Вагензайл достраивает баррикады, у меня есть час свободного времени. Вот я и решил сам посмотреть, что вы тут придумываете.

– Я не люблю показывать черновик, – мотнул головой Фред.

– Если я пойму принцип, то ты получишь для проверки своей гипотезы не только их руки, но и мой опыт, – Фукс посмотрел на людей, возбуждённо переговаривающихся вокруг, подумал сесть в капитанское кресло, но не стал. Может быть, все-таки расскажешь?

– На пальцах не объяснишь, рисовать надо, – махнул рукой Фредерик в сторону кресел у приборной доски и передал Амарго планшет: Дальше все по этому списку заполняйте и зовите меня, как закончите.

Амарго подглядывал, как двое военных спорят у навигаторского пульта. Фредерика ему не слышно, а вот голос у генерала был звучный – и ответ прозвучал на всю рубку:

– Это авантюра, Фред. Они не поверят! Твой Амарго – обычный галактид, а там волки. Они сразу поймут, что он врёт.

– Фукс, мы с тобой вчера все рассчитали. При самом благоприятном раскладе будет убитыми около тридцати тысяч гражданских. А если мой план удастся, эти цифры можно будет поделить примерно в два раза.

– Фред, – генерал откинулся в кресло. – Мне очень нравится твоя идея, потому что отбиваться от трёх кораблей лучше, чем от пяти. План у тебя, действительно, авантюрный. Всю команду корабля можно сразу записывать в смертники. Математика войны говорит, что поменять двести сорок добровольцев экипажа на почти пятнадцать тысяч ранезирцев – это хорошая замена. И если ты собрался умереть, я бы ещё подумал: может быть, есть вариант убиться подороже?

– Есть одна мысль, – Фред в раздумье обвёл пальцем пару кнопок навигаторского пульта. – Но я так никогда не делал и в учебниках примеров не читал.

– Какая?

– Ранезир движется с краю пояса астероидов, используя их гравитацию для оборота вокруг Солнца, но при этом имеет собственные… Двигатели… Не знаю, как называются моторы, которые могут двигать эту станцию, но они есть.

– И что?

– Сейчас мы находимся в таком месте пояса астероидов, где расстояние между ними большое, и за счёт этого на Ранезир свободно приходят разгружаться корабли. А если его передвинуть туда, где плотность астероидного поля выше? У бандитов большие корабли: они туда не пролезут.

– Во-первых, у моих зениток уменьшится радиус обзора, – Фукс начал загибать пальцы. – Во-вторых, сократится угол атаки. Это навредит, а не поможет.

Фредерик отвернулся. Между его бровями залегла глубокая морщина:

– Пятнадцать тысяч жизней в обмен на мою, – с горечью процедил он. – Генерал, я готов сдаться этим людям. С такой арифметикой я потом жить не смогу.

– Напоминаю тебе, что они попросили астрофизика и ресурсы. Ты пошел за компанию, – Фукс устало откинулся на спинку, вздохнул: – Я уже думал об этом.

– И к чему пришел?

– Если бы речь шла только обо мне, я бы согласился на обмен. Жить, конечно, хочется, но жить и знать, сколько за это заплачено, я бы тоже не мог.

– Сохранить людей по-другому не получится никак.

– Есть одна тактика, – голос Фукса словно потерял за раз все эмоции и напоминал шелест листьев, – применялась в докосмическую эру и потом трансформировалась в космосе при условии растянутых коммуникаций.

– Точечные удары по линиям поставок продовольствия, – Фредерик мгновенно считал мысль генерала. – Несколько очень маневренных кораблей, выверенное время… Налетели, ударили и скрылись. Партизанщина… Я про это уже думал. Не получится. Некому тут налетать.

Фукс молча смотрел на Фредерика, словно зная, что тот не договорил.

– Что?! – не выдержал Фред. – Как это относится к нам?!

– Тебе не понятно, как отход организовать?

– Это как раз понятно, – отмахнулся Фред. – Рассчитать точку входа в гиперпространство. Правда, от Ранезира будет слишком близко, тут от магнитного импульса половина техники уйдёт в перезагрузку. А дальше…

Он замолчал.

Посмотрел на Фукса.

С ошарашенным видом повернулся к Амарго и чуть ли не по слогам произнёс:

– Какая максимальная скорость у твоего линкора?

– От ноль шестнадцатой при старте до одна и восемь.

– А если недолго и с перегрузкой

– Минут на двадцать можно до двух единиц довести, потом опускать надо, двигатель полетит.

– Вход в гиперпространство корабль сам генерирует, верно?

– Верно, – Амарго подошёл ближе: ему было очень интересно, как знаменитый контр-адмирал придумывает свою тактику. – Нарха хотел демонтировать за ненадобностью, но мы как-то закрутились, и она осталась.

Фред вскочил!

– Тогда «да»!

– Сядьте, контр– адмирал, – махнул Фукс, – рассказывайте, что придумали.

Фред стремительно сел в кресло, схватил планшет и начал рисовать схему.

– Вот тут у нас пояс астероидов, они летят с широкими промежутками. Высота этой стены около десяти километров. Ширина около двенадцати плюс отдельные шлейфы мелких камней – итого можно всё восемнадцать рисовать.

Корабли встали ровно перед ней, видимо, считая, что она станет надёжно прикрытым тылом.

Но мы нападем на них спереди.

– И им будет не сбежать? – ткнул Амарго пальцем в схему.

– Да. На манёвр место есть, а на разворот и уход уже нет. Там астероиды: даже если они начнут разгон, то не рискнут сильно ускориться, чтобы не впечатать в камни.

Поэтому они будут только маневрировать.

– У вас один корабль, – сухо напомнил Фукс. – Их пятеро

– Поэтому мы сделаем вот так! – Фредерик чертил на планшете схему.

Сначала в плоскости, потом перешёл в трехмерное пространство, и по мере его рассказа, комментарии Фукса всё больше и больше теряли скептицизм.

– А вот здесь я поставлю жирную точку и вывалюсь из уравнения, – закончил Фредерик.

Фукс барабанил ногтями по столешнице навигационного пульта и пытался найти изъян в плане Фредерика.

– По твоему рассказу, всё должно получиться, – через несколько минут кивнул он. – Но это надо синхронизировать все наши действия до минуты. И знать наверняка, что корабль способен на такие маневры.

– Амарго! – повернулся Фредерик к капитану корабля. – Твои программеры готовы? Данные вложили?

– Ещё полчаса, – подошёл галактид. – Оказывается, это программа места много занимает. Освобождаем диски от мусора.

– Тогда вызови сюда главного механика и того, кто у тебя отвечает за артиллерийские палубы, обсудим.

Разговор затянулся на два часа. Фредерик рассказал офицерам свою идею, и оставил их обсуждать детали. Тактический симулятор на ранезирском линкоре был не новый, к большим задачам не привыкший, но, в конце концов, и считать ему надо было не манёвры ударного флота в режиме реального времени. С загруженным объемом он справился минут за пятнадцать, вывел на экран предлагаемую схему действий, и Фредерику она не понравилась. Старая версия программы, загруженная в ранезирский линкор, просто не справлялась со сложными расчетами.

– Не получится, верно? – посмотрел на зависшую систему Амарго.

– Мне нужна программа, которая стоит на моих кораблях, – повернулся Фредерик. – Надо снова связаться с Эллимом Волазом. Набери мне его!

– Отсюда не получится, – галактид показал на пульт. – Мы внутри Ранезира, внешняя оболочка гасит сигнал. Это можно из центрального управления сделать. Ну или из кабинета команданте.

– Набери вашему главному по связи, я поговорю с ним.

Амарго нажал несколько цифр на коммуникаторе и передал коробочку контр-адмиралу. Фредерик изложил свою просьбу, еще более помрачнел и вернул коммуникатор Амарго:

– Мне сказали, что у вас в системе сильная активность солнца, и со связью перебои. Он не сможет дозвониться. Черт!

Фредерик встал, скрестил руки на груди и отвернулся от экрана. На мостике постепенно становилось все тише, словно офицеры чувствовали настроение командира.

– Ладно, – Тэр развернулся к капитану. – На крайний случай, мы сделаем так: завтра в полдень истекает срок ультиматума. Нарха нагрузит баржи вашим сырьем и что вы там производите, я тоже сяду в этот корабль – и сдамся.

– Фред…

– С команданте я договорюсь. Если я не могу защитить вас с оружием, я защищу вас собой. Это не обсуждается! А теперь мне надо поговорить с этим астрофизиком, которого тоже хотят получить эти твари. Узнай у Вагензайла: где сейчас Ар-Даш. Руперт к нему охрану приставил – должен знать.

Через полчаса Тэр вежливо постучался в дверь гостевых апартаментов. Ар-Даш пригласил Фреда в столовую, осведомился насчет чая и, получив отказ, сел в кресло напротив:

– Вид у вас мрачный, контр-адмирал, – вынес он непререкаемый вердикт. – Все так плохо?

– Не хочу погружать вас в детали, профессор. Но хорошего нет.

– Вы с генералом не придумали, как защитить Ранезир?

– Придумали, – хмыкнул Фредерик. – И гарантированно отобьемся.

– Что же тогда такого плохого?

– По предварительным расчетам, потери будут около двадцати тысяч человек. Я не готов променять одну мою жизнь на двадцать тысяч других.

Ар-Даш удивленно посмотрел на собеседника:

– Удивительно.

– Что вас удивляет?

– Вы же военный человек, Фредерик. В больших чинах. Сколько вам человек подчиняются?

– Сейчас?

– Да.

– Почти четырнадцать миллионов.

– Вы посылаете их в бой, они защищают ваш корабль. Разве есть какое-то отличие. И тут, и там, вас спасают своими жизнями.

Фредерик откинулся в кресле, положил ногу и ногу и улыбнулся:

– Здесь я могу предотвратить кровопролитие. Я это знаю. И поступлю именно так. И, пока меня будут расспрашивать о вашем местонахождении, я буду очень убедительно врать, что вас на Ранезире нет и никогда не было. Максимально долго. Сколько продержусь.

Ар-Даш посмотрел на сидящего напротив человека и подумал, что он сам совершенно точно не смог бы вот так спокойно рассказывать о том, что готов пожертвовать собой. Наоборот, совершенно точно не готов. И не хочет.

– Я так понял, что вы перепробовали все варианты нашей защиты?

– Почти, – кивнул Фредерик.

– Что-то помешало?

– У меня есть хорошая идея, но для воплощения нужны очень точные расчеты. На Ранезире таких программ нет, а отправить задачу на мои корабли нет возможности: звезда снова шалит, и связь невозможна.

– А далеко вам надо позвонить? – подобрался Ар-Даш.

– В двух днях пути от нас летят шестнадцать моих кораблей. Сейчас они должны быть между пятой и шестой планетами, – Фредерик усмехнулся. – По меркам галактики, совсем рядом.

– Я вам помогу! – вскочил Ар-Даш. – Через два часа вы с ними свяжитесь!

– Как?! – изумился Фред. – Вы помолитесь Дэрквинду, и он успокоит солнце?

– Контр-адмирал, – вытянулся ученый. – Последние пятнадцать лет я занимаюсь физикой космической связи. Мне есть чем вас удивить. Но для решения вашей задачи мне нужны некоторые материалы и помощь.

– Какая?

– Нужны инженеры, чтобы собрать… назовем его «передатчик»… И космонавты, чтобы закрепить его на внешнем узле связи.

– Будет! – Фредерик вскочил и набрал номер Нархи: – Команданте! Вы же говорили, что предоставите все ресурсы Ранезира для защиты. Слушайте, что нам нужно…

Через два часа в главном зале стоял Фредерик, довольный собой Ар-Даш, уложившийся в обещанные два часа, и сам команданте.

– Вбивайте ваш код, контр-адмирал, – указал на пульт связи астрофизик. – И ждите минуты три. Моя система мгновенно не включается.

– Вы все-таки договорились с Дэрквиндом? – улыбнулся Фредерик, который за прошедшее время успел дойти до своей каюты, забрать блокнот, исчеркать половину, вручную попытавшись решить придуманный тактический этюд, и почти убедиться, что все получится.

– Дружба человека и физики! – довольно улыбнулся Ар-Даш.