Текст книги "Мастерская иллюзий (дилогия) (СИ)"
Автор книги: Ольга Безмирная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 40 (всего у книги 44 страниц)
Теперь я понял, зачем людям корабль: нас водрузили на это шаткое сооружение, где сотня полуголых гребцов взялась за весла и, обливаясь потом, рвала мышцы, пытаясь перевезти гонцов на другой берег. Да я бы вплавь быстрее добрался… правда, один и без груды железа. Но вся эта ситуация давала мне некий шанс быть неузнанным, а значит, узнать немного больше, прежде чем я расстанусь с жизнью. Ведь против людей эльфы изначально ничего не имели… до конфликта с бреденовцами.
Нас выгрузили на берегу, где обосновались эльфы. Постовые с отвращением и холодной иронией наблюдали за нашим бряцающим отрядом, но движению не препятствовали… до определенного момента. Нам преградили путь лишь маги – лучники, окружив со всех сторон. Я‑то знал, что эти стрелы пробивают железо и гораздо толще, чем то, из которого сделаны доспехи и не тешился иллюзорным ощущением безопасности, в отличие от моих спутников.
Навстречу нам вышел сам Цвейго. На непокрытой голове прочно сидел золотой обруч – знак трона. Простая походная одежда, не стесняющая движений, следы усталости на лице.
Я спешился, проклиная людей, их глупость и тех, кто придумал железо вообще и доспехи в частности. Мне показалось, что лошадь, которая несла меня, облегченно вздохнула. Да я бы тоже облегченно вздохнул, милая, если бы с меня все это сняли! Но пока нельзя, конспирация.
– Гром, – устало произнес Цвейго. – Не считай меня совсем уж идиотом.
Я застыл. Ну вот, вся конспирация коню под хвост, а столько мучений! Щелчком я превратил железо в прах под дикое ржание непривычных к магии лошадей. Весь мой эскорт попадал на землю, создавая какофонию звуков.
– Любишь ты приходить эффектно… и уходить тоже не молча, – слабо улыбнулся Цвейго, наблюдая за спектаклем. Эльфы, окружившие нас, стояли с непроницаемыми лицами, но по изменившемуся цвету их лиц я догадался, что бедолаги еле себя сдерживают, чтобы не биться в истерике от хохота. Вот это выдержка!
– Цвейго, – обратился я к Повелителю эльфов. – Вы должны отвести войска. Все это, – я обвел рукой три войска по разные стороны двух рукавов реки, – часть злодейского плана Лайнеса. Я не знаю, чего он добивается, но явно хочет столкнуть между собой все расы. Удивительно, что пока этого избежали подземные и дручии…
– Не мели чушь, – спокойно ответил Повелитель. Холод его глаз стал еще пронзительнее.
– Но это правда, – воскликнул я. – И Нарвэ все наврала… Да, я знаю что она вам говорила, и Лайнес знает, это он её послал. Я не убивал своего отца. Но Лайнес хочет, чтобы вы так думали.
Лицо эльфа оставалось непроницаемым. Я решился:
– Смотрите, – я поднял челку со лба, открывая Око. Впервые за все время на лице Повелителя отразились чувства. Замешательство, страх… – Молния сама вставила мне его в голову. Да, я нашел её. Лайнес каким‑то образом запер её в облике драмиса, она сама сказала, что долго жила под гнетом чужих иллюзий, а Лайнес – мастер иллюзий! Я освободил её, она теперь восстанавливает силы в тайнике
…
Цвейго не слушал меня. Он в ужасе отступал назад, не отрывая глаз от сверкающего гранями Ока.
– Цвейго, я говорю правду, – взмолился я. – Он пленил вашу дочь!
– Убить, – прошипел Повелитель. – Быстрее, пока он не воспользовался Оком!
Сердце мое упало в унисон с грохотом железа. Бравые вояки сгрудились вокруг меня. Сначала я подумал, что они пытаются искать у меня защиты, но вдруг понял, что их движения вполне вменяемы и поддаются логике. Они меня защищали! Люди пытались закрыть дроу своими телами! Я настолько растерялся, что даже почти забыл, что нас сейчас будут убивать. Это мне вежливо напомнили резкие многочисленные звуки натягиваемой тетивы.
Я взмахнул руками, и нас окружили три защитные сферы. Я чувствовал, что это не остановит стрел, начиненных магией светлых, но хотя бы ненадолго задержит.
Засвистели стрелы, воины инстинктивно сдвинули ряды, зажав меня в капкан железа.
– Э… так не годится, – прохрипел я. – Вы меня раздавите.
Немного отдышавшись, я осмотрел поле боя… нет, скорее убоя. Одна сфера не выдержала залпа, с треском лопнув, но две другие пока выдержали.
– Разойдитесь чуток, дайте мне попытаться защитить нас, – заорал я на людей. – Не защитят ваши железки от этих стрел, уж поверьете!
Воины немного разошлись, давая мне простор. Я лихорадочно соображал. Эхарами отбиваться бесполезно, их слишком много, к тому же придется снять защитную сферу. Телепортироваться тоже не удастся – я вижу второй ряд за лучниками. Маги: пусть они и скрываются так тщательно, в надежде, что я попадусь на эту удочку. Стоит мне попытаться – меня тут же разорвет на тысячу маленьких Громиков.
Залп. С душераздирающим треском лопнула вторая сфера. Качественные сферы получились! Честно говоря, я думал, что они все лопнут от первого же залпа.
Мелькнула идея. Дикая, но оригинальная, эльфы явно этого не ожидали.
– Снимайте доспехи, – закричал я воинам. Те мешкались, я заорал: Быстро!
Доспехи летели мне под ноги, а я сразу телепортировал их в разные стороны, где они взрывались за вторым кругом окружения на мельчайшие кусочки и разлетались с невероятной скоростью. Созданные с помощью эльфийских магов снаряды, косили всех, кто встречался на их пути, ибо были пронизаны сильной магией.
Вскоре железо закончилось, а нас окружали груды раненых, а возможно и убитых, тел. Стрелять больше было некому, и я мог спокойно телепортироваться на тот берег, но не мог бросить этих людей, что готовы были погибнуть за жизнь страшного и ужасного дроу.
Зарычав на свою глупость, я телепортировал воинов одного за другим боясь, что в пылу битвы они превратятся в месиво, если я отправлю их всех сразу.
За спиной раздалось гудение. Сфера лопнула. Оставался один воин и я. Развернувшись навстречу опасности, я увидел приближающийся столп огня, который множился, делился и окружал нас со всех сторон. Теперь ясно, почему больше никто не полез в драку. Зачем своих‑то жечь" испепеляющим столпом"?
Я толкнул обезумевшего от страха человека в последний просвет прежде чем столп снова разделился и занял все пространство вокруг меня. Выхода не было.
Машинально я коснулся Ока и прошептал:
– Молния…
Что‑то кольнуло меня в палец.
Глава 16
Ничего не вижу. Вспышки, крики. Боли нет. Может, я уже умер? Надо же, как мягко убивает этот огонь. А учили совсем по – другому, мол, страшное заклятие.
"Не будь так беспечен, сын мой, – голос Молнии раздался у меня в голове и я мгновенно окунулся в океан блаженства и любви. – Иллюзии тоже могут убивать, и тебе это должно быть известно…"
Свет. Яркий свет солнышка, отраженный во множестве крупных снежинок, летящих ко мне. Лежу на спине. И все еще жив.
– Тьма, – простонал я, тяжело поднимаясь. Тело отозвалось болью в каждой клеточке. – Лучше б я умер!
– Это еще не поздно устроить, – насмешливый голос за спиной заставил меня вздрогнуть.
Тело мгновенно напряглось, мобилизируя все силы для защиты. Я вскочил и развернулся к собеседнику. Лайнес!
– Ой – ёй! Как мне страшно, – дручий сделал испуганную мину и закрылся руками. – Но может, погодишь с убиением младенцев, и поговорим немного?
Маг выглядел чистым, ухоженным в своих белоснежных одеждах, словно даже пылинки старательно избегали касаться его. Я бы тоже избегал, если честно.
– О чем ты хочешь поговорить, – настороженно спросил я. – До сих пор общение с тобой не приносило мне никакого удовольствия. Так что прости, я вынужден отказаться…
– Ты даже не выслушаешь мои благодарности? – Лайнес заговорчески мне подмигнул.
О, мое любопытство когда‑нибудь меня доканает! Но я физически не смог отказаться от такого незабываемого монолога. А тот обещал быть незабываемым. Не меняя позы и ни на секунду не расслабляясь, я кивнул:
– Начинай, только поскорее. Видеть тебя – всегда худшее из зол.
– Столько комплиментов, – усмехнулся мужчина и откинул взлохмаченные горным ветром белые волосы. – Но позволь внести небольшую коррективу.
Лайнес взмахнул руками, и я даже не успел создать защитную сферу, как оказался на земле, сбитый с ног выпущенным им световым кольцом. Сердито жужжащий круг завис над моей головой, потом осторожно начал опускаться. Я затаил дыхание: внутренний диаметр кольца был ненамного больше меня и одно неловкое движение… Я не знаю, что конкретно делает эта штука, но узнавать это на своей шкуре ой как не хотелось.
– Ненавижу разговаривать в напряженной обстановке, – обаятельно улыбнувшись, Лайнес присел рядом со мной. – А так посидим спокойно, поболтаем. Прямо как… старые друзья.
И дручий заливисто рассмеялся, явно считая свою шутку очень удачной. Я лишь кисло улыбнулся.
Еще немного позубоскалив, Лайнес отвернулся от меня. Он довольно долго пристально наблюдал за долиной, представшей нашему взору.
Я понял, что каким‑то образом оказался на одной из вершин гряды, под которой и располагалось государство дроу. Каких‑то полмергона отделяло меня от родного Вестрантерна. С этой точки открывался прекрасный вид на долину, в которую вытекала быстрая горная речушка, превращаясь в широкополую тихую реку. Словно показывая жизнь разбитной девицы, что постарев, остепенилась и стала скромной благообразной старушенцией.
У нашей старушенции наблюдалось раздвоение личности, так как через какое‑то расстояние река разделялась на два рукава. Где‑то там была деревушка Херона. Была, потому что теперь её совсем не видать из‑за огромного скопления на этом прекрасном месте самых разнообразных существ.
Вот, со стороны гор, на берегу правого рукава, расположилась армия дроу. Там не наблюдалось ни единого движения. Маленькие палатки не могли обмануть меня, ибо я знал, что это для отвода глаз противника. А под землей вырыты ямы и ходы, через которые и общались дроу, справедливо опасаясь лазутчиков. Лишь строгие безмолвные стражи окружали скопление палаток. И воины эти не знали устали, могли несколько дней не есть и не пить и не… кхе, справлять естественные надобности. Уж я проверял!
На берегу левого рукава постоянно шевелился и гудел, словно гигантский муравейник, стан людей. Кажется, даже отсюда я мог унюхать гарь, пот и зловония, царящие в нем. Еще раз туда бы я не сунулся ни за что, хотя люди меня несказанно удивили своей бесстрашностью и готовностью рискнуть своей жизнью ради неизвестно чего. Я понимал, что это скорее исключение, но вспоминал вояк с благодарностью за их рвение.
Между рукавами светлым пятном завис лагерь эльфов. Небольшие передвижения. Насколько я мог разглядеть то место, где меня пытались убить, там было пусто. Трупы унесли, людей не было видно среди этих существ, считающих себя совершенными творениями этого мира. Я поморщился: Повелитель эльфов меня здорово разочаровал. Кажется, он даже не вслушивался в мои слова. А если и так, то не понял ни слова из сказанного. Даже упоминание про Молнию не отразило на его лице ни единого чувства, а ведь я помнил его лицо, когда он поглаживал портрет! Да и пленение Лейлы осталось без внимания.
– Любопытно, да? – нарушил молчание Лайнес. – Столько времени три армии стоят друг против друга. И при всей ненависти, которую они питают друг к другу, никто так и не удосужился напасть первым. Выжидают… Что это, как ты думаешь? Слабость? Трусость?
– Скорее трезвость ума, – буркнул я. – Каждый понимает, к чему приведет первый удар. В отличие от тебя…
– Да и я понимаю, – весело рассмеялся дручий. – В том‑то все и дело, что очень хорошо понимаю. Правда, не совсем понимаю, что тут делают люди, но так даже интереснее, не находишь?
Он намеренно подтвердил мои догадки, что идея столкнуть дроу и эльфов – его рук дело, задуманное давно и планомерно выполненное. А вот то, что война все еще не началась, его раздражает. Но он долго ждал, когда это все‑таки произойдет. А сейчас его терпение иссякло, видимо, поэтому он здесь… и я.
– Это ты меня спас? – мрачно спросил я.
Быть спасенным Лайнесом все равно, что быть спасенным из пасти магического дракона тупоумным драмисом, который тебя слопает на ужин и никакие убеждения и обещания сокровищ не помогут… которые помогли бы в случае с драконом.
Я поежился, ощущая угрозу от магических оков, кружащихся вокруг моего тела.
– Ну, уж нет, – безудержно расхохотался он, словно я рассказал ему свежий анекдот. – Я и понятия не имел, что ты будешь настолько глуп, чтобы сейчас идти к Цвейго. И это после всего, что ты умудрился узнать! Где были твои мозги? Исчезли вместе с малахитовыми локонами, в которых ты красовался на нашей предыдущей встрече?
– В тайнике забыл! – разозлился я и ту же прикусил язычок.
– А, – понимающе протянул Лайнес. – Это как раз то, о чем я хотел с тобой поговорить. Я тебе безмерно благодарен за экскурсию в тайник. Я не понимаю, каким образом Молнии удалось выжить и даже освободиться, но увидеть её снова было безумным удовольствием. Видишь ли, когда‑то у нас была страстная любовь, – Лайнес с ехидцей покосился на меня. – В то время вроде как ты родился…
– Что?! – задохнулся я.
Вот теперь мне стали понятны оковы. Это не пленение меня, чтобы убить. Лайнес надежно связал меня, чтобы мучить меня наговорами на самое прекрасное существо в этом мире. Я заскрежетал зубами. Как жаль, что я не могу сейчас размазать эту ехидную ухмылочку по его физиономии с такими идеально – правильными чертами.
– Ты все лжешь, мерзавец! – заорал я. – Ты пленил Молнию и превратил её в безмозглого драмиса! И даже подстроил все так, чтобы я сам убил её, не зная, кто это! Подлец!
– Довольно комплиментов, – отмахнулся дручий. – Я тебе кое‑что объясню. Никто не похищал твою мать. Никто во всем мире не смог бы этого сделать. Ты сам не понимаешь кто она… да и кто ты. Я здесь чтобы объяснить тебе. Ибо теперь ты мне не помеха…
– Почему именно теперь? – беспокойно заерзал я.
– Все очень просто, – чересчур покладисто ответил Лайнес, любуясь долиной. – Я хотел, чтобы ты держался подальше от дроу и эльфов, ибо с Сиянием ты мог помешать моим планам. Теперь же ты неопасен.
– Неопасен? – холод сжал мое сердце. Надо было сразу идти домой! Я упустил шанс и сейчас предчувствовал, что Лайнес подтвердит мои самые жуткие догадки.
– Видишь ли, – обернулся дручий. Во взгляде его не было ни ненависти, ни презрения, только спокойный вежливый интерес. – Получив от Молнии третий артефакт, ты стал самим собой и одновременно перестал быть избранным для этого мира. Если бы Дэйдрэ тебе отдала Око, ты бы стал Властелином его, ибо мир сам избрал тебя. А теперь ты для него невидим. Как Молния. Ты могущественен, но ты иной, из другого теста. А сейчас ты слаб как котенок, ибо не имеешь понятия, как пользоваться своей силой. Третий артефакт напрочь уничтожает силы этих двух для нашего мира.
Я так и знал! Теперь Сияние и Око бессильны, и я зря полез на рожон и чуть не потерял жизнь.
– Но раньше я был опасен для тебя, – не унимался я. – Почему ты меня просто не убил? Только не говори, что былая дружба с Дарвом помешала и бла – бла – бла…
– Не буду, – неожиданно мягко улыбнулся Лайнес. – Видь ли, тебя не так‑то просто убить, что бы ты сам не думал по этому поводу. Я не буду раскрывать тебе это сейчас, ибо знание это принесет мне вред… К тому же, у меня есть все основания подозревать, что ты… – дручий поколебался, но упрямо продолжил, – скорее всего мой сын.
Гром не разверзся надо мной, молнии не сверкали, и я не упал без чувств, да и не рвал волосы в отчаянии… Я просто не поверил:
– Ага, а дракон Магистр мой двоюродный дедушка!
– Я знал, что ты так отреагируешь, – улыбнулся Лайнес.
– А как мне еще реагировать? – спокойно произнес я, пожимая плечами. – Разуй глаза, чудик – я черный
!
– Ну и что? – хмыкнул этот придурок.
– А ты белый
! – я бы покрутил у виска для дополнительного эффекта, но боялся коснуться оков.
– Давай, я расскажу тебе одну сказку, – хитро сверкнул ледяными глазами Лайнес.
– А у меня есть выбор? – с тоской простонал я.
– Да нет, в общем‑то – безразлично пожал плечами дручий.
– Тогда давай, – обреченно кивнул я.
Может он расчувствуется и вообще отпустит меня. Ведь убивать меня он, кажется, пока не собирается. Это хороший знак. Исполнит свою невостребованную отцовскую обязанность рассказать дитю сказочку и отстанет, болезный!
– Когда‑то, очень давно, – заунывным голосом начал Лайнес. Я заранее зевнул, предвкушая дикую скуку. – Жили – были три друга: светлый эльф, горный дроу и юный дручий. Все они были кровей королевских и всех ожидала участь стать Повелителями своих государств… Как их звали, догадайся сам, – я вздрогнул и напрягся: а сказочка‑то со смыслом! – Это было еще до подписания Великого договора и в мире бушевали войны, но приятелям на это было начхать… примерно как тебе когда‑то. Поскольку предопределенность положения их угнетала, и нечего было желать: принцам всегда во всем потакали. А вот запретная дружба, обещающая незабываемые приключения как раз приносила им острые эмоции, которых им недоставало в обыденной жизни…
– Уж куда обыденней, – усмехнулся я. – Война, кровь, смерть… Так скучно!
– Ты прав, – хихикнул Лайнес, явно войдя в состояние себя молодого. – Но не ёрничай, ибо так оно и было. Понимаешь, когда ты родился во время войн и рос среди этого бедлама, это действительно становится обыденным и скучным. Ты преемник, тебе подвластна любая женщина, ибо война и тебя могут в любой миг убить, и детей нужно иметь не по одному. Даже разрешалось иметь несколько жен. За пару лет это надоедает, – осадил он меня, заметив заинтересованный блеск в глазах. – Так вот, о наших героях… Они и правда были героями, совершали безумные действия, нелогичные, порой чудовищные… И в какой‑то момент появилась она.
Теперь‑то я понимаю, что мы притянули её как бабочку на свет, ибо в мире, который медленно, но верно идет к самоуничтожению, мы были чужими. Мы были готовыми ко всему.
Лайнес сам не заметил, как перешел в рассказе к первым лицам. На его лице играла мечтательная улыбка. Это, в самом деле, были для него прекрасные времена. Мне вдруг стало интересно: как из этого симпатичного мне юноши, про которого вел рассказ Лайнес выросло… ну уж что выросло, то выросло…
– Мы сразу полюбили её. Страстно, безудержно, – это я мог понять, ибо сам чуть было не… – Мы не ссорились, не стремились бороться между собой за её любовь. Молния не была обычной женщиной. Она была загадкой, над которой надо думать не одну жизнь. Мы были готовы на это. Она знала. И поэтому начала нас учить…
Лайнес замолчал, уставившись на свои изящные ладони. Я так увлекся содержанием рассказа, что забыл об оковах, надвигающейся войне и прочих мелочах.
Солнце стояло в зените и жгло немилосердно, что весьма странно для начинающейся осени, которая обычно приносила с собой прохладу. Даже здесь, на вершине, где в воздухе всегда летало множество крупных снежинок, пекло как летом на жухлой опушке. Шевеление в лагере людей стало еле заметным и ленивым. У эльфов и дроу я не замечал теперь ни одного движения. Нетерпеливо перебирая камешки, я ждал продолжения рассказа. Лайнес словно собирался с мыслями. Но я думаю, он скорее набирался смелости, чтобы вновь нырнуть в свои воспоминания, ранящие своей яркостью и силой эмоций.
– Молния – из другого мира, – тяжело дыша, продолжил Лайнес. – Точнее даже не из мира. Она ниоткуда. Она никто. Мы их называем Поглотители миров. Да, Гром, миров великое множество и Поглотители занимаются тем, что уничтожают те миры, которые не могут принести для них чего‑то нужное. Не спрашивай чего, у меня до сих пор волосы встают дыбом, когда я вспоминаю её слова. Она убежала, не хотела выполнять работу, которая казалась ей скучной. Она всегда хотела создавать, а не разрушать. И спряталась в этом мире немыслимое количество времени назад. Может, он еще тогда зарождался. Она создала драконов, они ей всегда нравились. Впустив в этот мир жизнь, она открыла его для развития. Теперь тут много существ. Мы дурачились теперь вместе, но она всегда объясняла причину и следствие наших действий. Оказывается, самые безрассудные и, казалось, совершенно ненужные вещи, которые идут вразрез с привычной картиной мира помогают его развитию. Если все идет размеренно, мир гибнет… или приходят Поглотители, что собственно, то же самое. Я не мыслил своей жизни без нее, но она тогда выбрала…
Дручий побледнел и с явным трудом продолжил:
– Дарва. Я готов был разорвать его в клочья, но не смог… Я говорил Молнии, что Дарв не сможет понять её богатый внутренний мир, что с ним ей быстро станет скучно. Он даже учиться не особо хотел, ибо был более привержен к порядку, чем я. Я всегда творил хаос, а друзья лишь следовали за мной, пока не наигрались. Они приняли свои мелочные коронки, променяли неизвестность на рутину. Я же не смог…
– Погоди, – недоуменно остановил я его. – Но ты же добивался трона своего народа.
– Это потом, когда у меня зародился план. Я хотел начать войну, направив наших воинов на завоевание мира, – пожал плечами дручий. – Это случилось, но намного позже. А тогда я не мог смириться с выбором Молнии и часто навещал их в Вестрантерне. Ей, конечно, было скучно, у Дарва никогда не было времени. И его скучная тяга иметь большую семью угнетала её.
– Ничего не угнетала, – взорвался я. – Иначе бы у меня не было столько братьев.
– А у тебя и нет, – рассмеялся Лайнес. – Молния – великий мастер иллюзий. Как ты думаешь она создала драконов?
Я пожал плечами:
– Ну может, вылепила их из глины…
– Ага, ты еще скажи – довела парочку Поглотителей до состояния обжорства и прилепила им крылышки! – сощурился дручий. – Просто иллюзии Молнии обретали реальность. Это её магия, магия Поглотителей. Раз они могут уничтожать, значит, могут и творить, чтобы не было нарушено их драгоценное равновесие. Так как она ублажила твоего папочку наследниками, догадаешься?
Я ахнул. Вот почему я так сильно отличался от остальных. И никогда не мог понять их – Молния создала их по подобию других дроу, в них не было той сумасшедшинки, которая досталась мне. А досталась ли? Может, я тешу себя лживыми надеждами?
– А почему ты уверен, что я не такая же иллюзия, как остальные? – осторожно спросил я мага, а по спине пробегали мурашки от подобного предположения.
– Они уже не иллюзия, Гром, – мягко возразил мне Лайнес. – Они живые, из плоти и крови, как и все остальные. И не их вина, что они не рождены в муках. А вот когда родился ты, все поняли, что ты сын Молнии. И ты – опаснейший для всех Поглотитель миров! Дарв, как увидел тебя, сразу понял, кто ты и кто – остальные сыновья. Он окончательно замкнулся, и Молния не выдержала. Я был рядом и был готов на все…
– Мразь, – рявкнул я в бешенстве. – Ты соблазнил её и потом хотел убить. Это что, месть за то, что она сразу тебя не выбрала?
Лайнес уколол меня взглядом своих ледяных глаз. Губы его изогнулись в усмешке:
– Это еще вопрос, кто кого соблазнил.
– Ложь, – я не хотел слышать.
Мы помолчали. Я чувствовал, что Лайнес намерен рассказать еще что‑то, и не собирался извиняться за свою вспышку. Чтоб не заговаривался!
– Я учился, строил иллюзии. Молния прекрасный учитель. Пусть мои иллюзии не оживают, но они сильны. А потом я совершил ошибку…
– Какую, – удивленно спросил я. – Что пытался её убить?
– Помолчи, мальчишка, – впервые вспылил Лайнес. Белые волосы взвились змеями, глаза сверкнули синим. Я был настолько ошеломлен, что потерял на какое‑то время дар речи.
Через мгновение маг принял прежний вид ледяной глыбы и продолжил, как ни в чем не бывало:
– Я захотел семью. Молния поскучнела, но пошла навстречу. Я всегда понимал, что Нарвэ…
– Нарвэ!? – у меня перехватило дыхание. А чего собственно я ждал?
– …Нарвэ не дочь Молнии, – бесстрастно продолжал Лайнес. – Но она живая и она мне близка, как дочь. Однажды Молния захотела уйти. Я не мог этого допустить. И, чтобы удержать её…
– Превратил в драмиса, – мрачно заключил я.
– Нет, – чуть улыбнулся дручий. – Я действовал хитрее. Молния была очень падка на все новое, бессмысленное, неординарное. Она любила менять ипостаси, по нескольку раз в день. Ей это было невероятно легко. Говорила, что хочет чувствовать, как живут её иллюзии. Я без труда уговорил её принять ипостась драмиса. Это были первые мои эксперименты по созданию существ. Конечно, не полностью, пришлось кое‑что корректировать – драконы уже были очень редки и радели за чистую кровь. А когда она менялась, я немного направил процесс в нужную мне сторону. Я хотел лишь показать, что я учусь и готов на все, но Молния разбушевалась, разнесла все наше жилище в пух и прах. Моя магия сильно её гасила. Я так понял, что она была будто заперта в железном ящике без окон и дверей. Может, я немного испугался, но оставил все как есть и отпустил паникующего драмиса на свободу. Ведь так, Молния осталась со мной, в этом мире. И осталась моей.
– Гад ты, – у меня не осталось сил злиться, я только мог тихо его ненавидеть. – И ты хотел, чтобы я убил её.
– Не совсем, – хмыкнул маг. – Я хотел найти её, чтобы освободить… И убивал одного драмиса за другим. Для Молнии это было абсолютно безопасно. Я внушил драконам, что драмисы ущербны и даже опасны, чтобы те выгоняли их. Так мне было легче их отслеживать и убивать. Нарушив иллюзию, я бы выпустил Молнию на свободу.
– Она бы все равно ушла, – убежденно молвил я. – Да она и ушла!
– Опять‑таки, не совсем, – покачал головой Лайнес. – Она слаба и не может покинуть тайник, это её давнишнее убежище. А ты неспособен мне помешать. И скоро мы будем вместе. Навечно!
– Ты спятил, – я смотрел на него во все глаза. – Каким образом?
– Мой план, – с удовольствием проговорил дручий, – подходит к финальной части. Видишь ли, я планирую уничтожить этот мир. А полученные мной знания помогут мне при этом не погибнуть и даже обрести статус и силу… – он многозначительно посмотрел на меня, – Поглотителя миров!
– Точно псих, – простонал я, закатив глаза. – Мамочка, ты очень неразборчива в связях! Как же здорово, что ты не оказался моим отцом!
– Ты так уверен? – хитро блеснул глазами маг. – Возможность есть…
– Нет, – твердо ответил я. – Ты дальтоник? Я же черный, сколько раз тебе можно повторять?
– Я прекрасно вижу, – ухмыльнулся Лайнес. – Даже больше, чем ты. Твоя мать – Мастер. Ты подумай – если бы ты сильно отличался от сверстников, какой бы была твоя жизнь? Мать никогда не пожелает зла своему ребенку. Я считаю, прекрасная маскировка!
– Чушь, – я вертел головой так, что казалось, что она сейчас отвалится. – Не верю!
– Оставь, – снисходительно отмахнулся дручий. – Потом сам поймешь, когда придет время. Так что, подводя итог сказки, не все действительно обстоит так, как тебе кажется в этом мире иллюзий. И я благодарю тебя за освобождение Молнии и за предварение её в мастерскую, мне бы это сейчас вряд ли удалось… точнее вряд ли удалось выбраться оттуда живым, учитывая возможный гнев за обман.
– А ты‑то как узнал обо всем этом, раз не следил за мной? – я пытался понять.
– Все просто, – Лайнес вздохнул так, словно объяснял прописные истины идиоту. – У тебя вторая половина моего амулета. Ты коснулся его и частично перенесся в то место, где в тот момент жаждал оказаться… Я точно не знаю, что произошло, может Молния перетащила твое дрыхнувшее тело сама. Но при этом ты активизировал мою часть и мне пришлось и самому отлучаться… причем в самый неподходящий момент. У меня там, знаешь ли, проблема одна требовала разрешения. Кстати, позволь я все‑таки заберу свою собственность.
Лайнес потянулся и сорвал с меня амулет, который так все это время и висел у меня на груди.
Я спокойно смотрел, как он забирает единственную ниточку, которая могла бы соединять меня с его безумными действиями. Но сейчас меня интересовало нечто совершенно иное.
– А твоя проблема связана с Лейлой или с Дэйдрэ? – деланно – безразличным голосом спросил я.
– Давай, лучше посмотрим на представление, – ушел от ответа маг. – Остальное уже не важно.
– Какое еще представление? – насторожился я.
– Первый акт спектакля под названием" Конец мира", – высокопарно произнес Лайнес. – Мне, знаешь ли, надоело ждать, придется немного поторопить события.
Поднявшись, он с силой протянул руки в сторону долины.
И его рук, сияя, вырвались тонкие полотна магических полей, которые летели вниз, постепенно оплетая всю долину. Когда все внизу уже мерцало, словно покрытое легким кружевным покрывалом, Лайнес опустил руки и почти ласково улыбнулся, смотря в небо:
Считая дни, страдая ночью,
Не понимая, отчего,
Мир ждал, когда душа захочет
Освободиться от него
Когда спадут с нее оковы
Чужих иллюзий и миров,
То возродится душа снова
Мечтой из самых сладких снов
Я, опешив, растерянно смотрел на Лайнеса, никак не ожидая от мага подобной романтики.
– Закат, – тихо произнес он. – Как символично, не правда ли?
– Не правда, – буркнул я, нутром ощущая страшную опасность.
– Занавес! – сбросив с себя ненужную маску возвышенности, громко крикнул дручий и холодно рассмеялся.
Я во все глаза смотрел вниз.
Туман замерцал сильнее, и в лагерях одновременно произошло движение, раздались крики тревоги, бряцало оружие. Люди, эльфы, дроу выбежали из убежищ и, на ходу выхватывая оружие, начали битву… ни с кем. Они дрались с воздухом!
– Что происходит? – ошалело протянул я.
– Иллюзии, мальчик мой, иллюзии, – улыбнулся Лайнес, не отрывая взгляда от сражения. – Красиво… Смотри внимательно: это и есть начало конца.
– Ничего не понимаю, – я вглядывался с трудом, долина темнела, покрываясь сумерками, как одеялом. – Почему тогда они падают?!
– Иллюзии тоже могут убивать, – снисходительно ответил Лайнес.
Я вздрогнул. Неужели, Молния могла обучить такого опасного психа? Где были её глаза?
За лагерем эльфов раздалась новая волна криков. С горизонта надвигалась темная волна существ. Свет факелов бликами мерцал в сумерках, отягощая темноту. Что это?
– О! – оживился дручий. – Люди решили применить старый прием. Глупо соваться в тыл к эльфам, разве столетия войн их ничему не научили?
Я обреченно смотрел, как люди, доходя до определенной отметки возле лагеря эльфов, просто рассыпались на глазах. Испуганные люди рвались отступать, но задние ряды напирали, не зная об опастности. Авангарду ничего не оставалось, как рассыпаться на защитном щите или быть раздавленными своими же. Вскоре граница щита была очерчена кровавой насыпью. Раздался треск…
– А может, как раз весьма умно, – задумчиво прокомментировал Лайнес. Людям никогда не была свойственна идея бережного отношения к жизни подданных. Главари всегда использовали других людей как пушечное мясо…
Щит лопнул со страшным грохотом, и лавина людей хлынула на лагерь эльфов. Я надеялся, что в лагере не оказалось Элмора.
– Ну вот, – хмыкнул маг, довольно складывая руки на груди. – Люди подвели черту первому акту. Теперь можно приступать ко второму.
