Текст книги "Мастерская иллюзий (дилогия) (СИ)"
Автор книги: Ольга Безмирная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 44 страниц)
– А надо знать, где поставлены основные заклятия, чтобы уметь воспользоваться вот такими белыми пятнами, – хитро сощурилась девушка. – Нас тут даже поисковики не найдут. Но все равно, оставаться здесь долго опасно, так как могут прочесать весь дворец визуально. А от толпы стражи нас не спасут никакие пятна: ни белые, ни черные.
– Это‑то понятно, – протянул я. – Только как же нам по – тихому ускользнуть? Дворец наверняка окружен.
– Наверняка, – согласно кивнула девушка. – Но есть ходы, которые нестабильны в Светлом лесу. Это опасный путь, но он единственный.
– То есть, – насторожился я.
– То есть, – эльфийка протянула руки к неровной поверхности стены и начала нежно поглаживать камни, – ходы сотворены с помощью магии древних. Те, которыми часто или хотя бы иногда пользуются, очевидны. А те, которые заброшены, нестабильны. А уж если забыты, то вообще могут закинуть в такие дали, которые и не снились самым сильным магам. Одна беда: нельзя даже предположить, куда они приведут…
– А может, попытаемся прорваться? – с надеждой спросил я, стараясь не замечать, как под длинными пальцами оживает холодный камень, прорастая внутрь скалы темным провалом с исчезающими краями. – Чего‑то не очень хочется бросаться в неизвестность.
– Тебе больше нравится броситься навстречу к смерти? – холодно улыбнулась Нарвэ. – Тебе действительно кажется, что смерть наиболее предсказуема?
Я передернулся под проницательным взглядом эльфийки:
– Просто мне кажется, что это равнозначно. Даже не так: неизвестная смерть более страшит, чем известная.
– А еще дроу, – огорченно покачала головой Нарвэ. – Где твоя знаменитая жажда приключений?
Я растерянно пошарил по карманам и сокрушенно ответил:
– Наверное, кончилась. Одолжишь немного?..
– Хе, ты еще скажи, что хочешь осесть, завести семью, пару гномов для полного комплекта и писать мемуары о приключениях юности, – расхохоталась Нарвэ.
– Хорошая идея, – саркастично ухмыльнулся я. – Вот только гномы не кажутся мне сексуально привлекательными, так что не получится у меня привнести новаторство в кровь дроу.
– Скажешь тоже, – нервно передернулась эльфийка. – Я имела в виду, в качестве прислуги их завести…
– Ой, что это? – я попятился от расширяющегося прохода.
Нарвэ резко отдернула руки и с визгом отскочила за мою спину:
– Паук!
– Ну и чего так орать? – скрючилось существо в проходе. – Чего вам вообще понадобилось здесь? Это забытый ход. Эх, если эльфы опять будут шастать по забытым ходам, то куда нам‑то деваться?
– А ты кто? – умильно спросил я, любуясь фиолетовым панцирем паукообразного существа, не забывая, впрочем, держаться как можно дальше от него.
– Хвала Тьме, тоже из забытых, – усмехнулось существо. – И мне не очень хочется, чтобы обо мне вспомнили…
– Не вспомнят, – уверенно закивал я. – Мы никому не скажем.
– Конечно, не вспомнят, – зашуршало существо. – И вы уж точно никому ничего не расскажете…
Панцирь паука потемнел и взорвался: слизь фиолетово – бордового оттенка разлетелась по всему помещению, попав и на нашу одежду. Нарвэ завизжала и, судя по бледности, приготовилась упасть в обморок. Меня это не вдохновило, поэтому я ударил девушку по лицу, оставив внушительный красный след на скуле Нарвэ. Кажется, переборщил, но извиняться было не перед кем, так как сам отправил девушку в беспамятство.
– Тьма, – выругался я. – Еще этого не хватало…
– Что за эльф, что призывает тьму? – удивилось существо, замерев в шаге от нас.
– Сам ты эльф, – обиделся я. – Я дроу, разуй глаза, паучара!
– Разул бы, – грустно хмыкнуло существо, – да только нет у меня глаз. Да и не нужны.
– А как определил, кто мы? – удивился я, пристально разглядывая туловище существа, пытаясь определить, какие наросты какую функцию выполняют. Схожесть с пауком ограничивалась мохнатыми лапками и немного брюшком.
– Так вы стоите в начале забытого эльфийского хода, – сделало вывод существо. – И, кстати, раз ты и правда дроу, значит сам определишь, как обезвредить мой яд. У вас, темных, это в крови… Вот и посмотрим, правду ли ты говоришь.
– Яд? – в ужасе прошептала пришедшая было в себя девушка.
Нарве попыталась было отключиться снова, но я отчаянно затряс её за плечи:
– Не вздумай! Мне нужна помощь. Уж не знаю, что там в моей крови, но я не так прилежно изучал науку ядов, чтобы вот так с бухты – барахты найти противоядие!
– Не тряси меня, Гром… – прошипела прикусившая язык эльфийка. – И вообще, я тебе тут не помощник, так как о ядах дроу знаю только то, что от них нет противоядий.
– Почему? – я так удивился, что отпустил плечи Нарве. Девушка, оставшись без поддержки, рухнула на каменный пол.
– Ой, прости, – я рванул было помочь, но отступил под многообещающим и злым взглядом девушки. – К твоему сведению, противоядия есть почти всегда… Точнее есть они всегда, но некоторые были утеряны за ненадобностью…
– Вот – вот, – чему‑то обрадовалось существо. – Забытые!
Мы с Нарвэ обменялись мрачными взглядами.
Я осторожно потрогал слизь. Полупрозрачная, она уже стала немного подсыхать. Для одежды оказалась безвредна: никаких дыр и расползающихся прорех я не заметил. Попытавшись отряхнуться, понял, что подзасохшая она прекрасно отстает от ткани, даже не оставляя следов.
Паук замер и с интересом прислушивался к происходящему.
Подковырнув пальцев слизь с одежды Нарвэ, я заметил, что она светлее и не думает подсыхать или отряхиваться с одежды. Более того, она расползалась, пропитывая рубашку девушки насквозь.
– Странно, – подвел я итог. – Мне эта дрянь кажется абсолютно безвредной. Но на твоей одежде она ведет себя по – другому. Мне кажется удачным то, что слизь не попала на кожу.
– Верно мыслишь, – довольно уркнуло существо. – Ты и правда дроу. И тебе даже не надо искать противоядие. Оно у вас в крови. А вот девушка умрет. И станет для меня чудесной пищей. Эта, как ты говоришь, слизь, мое оружие для охоты. Вырабатывается такой запас около дюжины раз в год. А чтобы выжить, раз в сезон мне необходимо поглотить пищу достаточного объема.
– Так что же это? – уточнил я, наблюдая, как эльфийка в ужасе срывает с себя жилет, насквозь пропитавшийся этой дрянью.
– Ну это как у вас желудочный сок, – охотно пояснило разговорчивое существо. – Только переваривает снаружи меня. А потом я всасываю образующуюся кашицу.
Бледная эльфийка сползла по стене, не в силах пережить открывшуюся правду. Её переваривали живьем! Едва совладав с трясущейся челюстью, девушка взвизгнула:
– Сделай же что‑нибудь!
– Не надо кричать, – поморщилось существо. – Я конечно от этого не умру, но очень неприятно. К тому же, все хотят есть и жить, даже мы.
– А вас много? – заинтересовался я, не бросая надежды, что наткнусь на подсказку противоядия.
– Уже не так много, – понурилось существо. – Старые уходят, а молодых все меньше. Вы, дроу, бросили нас, как только мы перестали быть нужны вам. Не то, чтобы мы особо обиделись, но вдруг оказалось, что так желаемая ранее свобода не так уж и нужна нам. С дроу клану вийров жилось гораздо лучше. Немного крови, которую жертвовали хозяева, давали нам возможность производить потомство…
Вийры. Теперь я понял, что это за существо: разведчики, и одновременно подрывники в тылу врага, вийры верно служили дроу на протяжении многих тысячелетий. А после заключения договора они словно канули в лету. И колодцы, куда раньше взрослые здоровые дроу жертвовали немного своей крови, поросли кружевом каменного мха, превратившись в подобие гнездышек, где часто уединялись влюбленные парочки…
– Кровь! – закричал я, осененный догадкой. – Противоядие в крови!
Бросившись к эльфийке, я полоснул себя Сиянием по руке. Существо забеспокоилось, заметалось в поисках наших тел…
– Пей, Нарвэ, – я приложил разрез к губам девушки. – Это тебя спасет.
Клинок обиженно гудел в правой руке, считая, что я воспользовался им нечестно. Ничего, плевать мне на его чувства! Вообще, все с него и началось, так что пусть терпит.
– Ну вот, разболтался, старый хрыч! – вийр перестал метаться и плюхнулся на брюшко, потешно раскинув в стороны мохнатые лапки. – Опять жить впроголодь…
С трудом оторвав руку от жадных уст эльфийки, я пробормотал простенькое заживляющее заклинание, попутно помянув добрым словом дручию, обучившую меня подобным штучкам. Ранка затянулась, клинок успокоился, Нарвэ с наслаждением вздохнула полной грудью:
– Вот уж не думала, что когда‑нибудь пойму жажду крови вампиров.
– Все хотят жить, – повторил я слова вийра.
И хоть я нашел противоядие, мне было немного жаль это существо. И дело не в вине за своих предков, давным – давно даровавших свободу этим существам, которая им не была нужна. А просто я сочувствовал его настроению безысходности. Дроу они действительно не нужны. Слишком много они натворили бед, слишком много светлых эльфов стали пищей.
Я не должен был этого делать, но сочувствие к существу заставило меня встать, подойти к нему. Страха перед вийром у меня теперь не было. Я знал, что он не причинит мне вреда. Просто не сможет. Наклонившись, я вытер окровавленное запястье о кожу существа. Сам не знаю, почему я выбрал именно это место между двумя шарообразными наростами. Видимо, подсказала кровь предков.
Синеватоя кожа существа забурлила, заколыхалась, раскрываясь множеством крупных пор, поглощая те капли моей крови, что попали на неё. Вийр заурчал, словно сытая пантера, Тоненькие щупальца, а вовсе не шерсть, что покрывали лапки существа, извивались словно червяки в предсмертной агонии.
– Повелитель, – просипело существо. – Спасибо! Спасибо, мой господин! Я буду вечно служить тебе и твоему клану.
– Опаньки, – я чуть не сел на землю. А вот это никак не входило в мои планы. – Ну… ладно, служи. Вот только не покидай забытых путей. Жди указаний.
– Я буду ждать, повелитель! – благоговейно взвыл вийр. – Мои дети будут ждать твоих приказов! Спасибо тебе, Повелитель!
– Он понял, что ты преемник? – Нарвэ удивленно качала головой. – Просто по крови? Ну и порядочки у вас.
– Кто же знал, – я пожал плечами. – Впредь не буду разбрасываться такой предательской жидкостью. Кстати о жидкости: как ты себя чувствуешь?
– Вроде нормально… Честно говоря, я вообще не чувствовала каких было изменений. Но сейчас просто уверена, что эта слизь мне не повредит. Смотри, она подсыхает и отваливается. Ой, смотри, что стало с жилетом!
Я посмотрел… Лучше бы я не послушался, так как эта булькающая серо – бурая масса без намека на исходное состояние вызывала только одно чувство: радости, что я не успел сегодня поесть.
А вот вийр подполз к массе, опустил брюшко и всосал эту гадость заостренным книзу отростком.
Передернувшись, я отвернулся к девушке:
– Ну так что, рискнем посмотреть, какие еще сюрпризы нам готовит забытый ход или все‑таки попробуем пробиться снаружи?
– Никаких сюрпризов, повелитель, – булькнуло существо. – Ход пуст… по крайней мере сейчас.
– Откуда ты знаешь? – удивился я.
– Просто ощущаю, хозяин.
– А может ты знаешь, куда он ведет? – с надеждой спросил я.
– Нет. Прости, я не могу выходить на поверхность. Солнце убьет меня.
– Жаль, – вздохнул я. – Вот бы он вел к дому, в Вестраген…
– А вот туда тебе нельзя ни в коем случае, – серьезно заявила Нарвэ, закончив стряхивать с одежды комочки засохшей слизи.
– Это еще почему? – удивился я.
– Сам подумай, – девушка раздраженно постучала костяшками пальцев по моей голове. – Ты нарушил договор. Ты изгой со всех сторон.
– Но я же принц, – я почесал тыковку – все‑таки у Нарве это получилось больно. – Все уладится…
– Ага, уляжется. С тобой в могилку. И как ты думаешь, эту новость воспримут противники вашей династии? Ничего не наводит на мысли о перевороте? – язвительно уточнила Нарвэ.
– Что же делать? – пригорюнился я.
– У тебя есть еще друзья? Не в Поднебесной Цепи?
– Друзья? – я задумчиво почесал подбородок. – Ну Магистр… нет, он живет рядом с дроу. Да и не уверен я, что он на самом деле друг. Кто знает этих драконов… Херон, ну оборотень. Хотя у него сейчас должно быть семья и не захочется влипать в неприятности. Дэйдрэ. Пожалуй, только она может помочь, но до неё очень долго добираться…
– А ты куда‑то спешишь? – подмигнула эльфийка.
– Ну вийр, – рассмеялся я, – показывай, где тут у вас этот хваленый забытый ход.
Глава 2
О благодатная темнота! Во время своего пребывания у светлых я порядком успел устать от постоянного света. Даже ночью не было подходящего отдыха для измученных глаз – эльфы не в меру использовали множество факелов. Мягкое рассеянное освещение родного Вестрантерна, нежная искристость друз аметистов, в обилие украшающих стены домов, благоприятны для чувствительного зрения дроу. У эльфов же лучи солнца тщательно улавливались, отражались во множестве зеркал и стекол, что создавало постоянное и максимально яркое освещение каждого уголка помещений. И только волшебный коридор дворца был единственным исключением.
Понежившись немного в тихой приятной полутьме и прохладе, я начал с интересом осматриваться по сторонам. Вийр монотонно шуршал впереди, приноравливаясь к нашим шагам, чтобы находиться от меня ровно на расстоянии вытянутой руки.
Ход представлял собой мрачный тоннель с неровной поверхностью стен из чуть мерцающего камня, с множеством крутых поворотов и очень узких ответвлений. В некоторые отверстия невозможно было бы даже протиснуться. Несмотря ни на что, мне нравилось здесь: ощущение нестабильности и легкой опасности исчезнуть в никуда приятно щекотала нервы. Теперь у меня даже не возникало сомнений, что мы избрали правильный путь.
Магия, создавшая эти ходы, не была ни темной, ни светлой, ни какой либо иной. Она была цельной и благоприятно подходила любому существу мира. Эта магия древних, еще не знающих противоречий, эльфов, которые уживались между собой и в окружающем мире с завидной гармонией.
В очередной раз испытав легкий страх перед расколом, я задумался о причинах такого поворота, явно неблагоприятного для всех эльфов. Древняя истина" Разделяй и властвуй!" опять пришла на ум. Что же послужило причиной разделения? Или кто? И почему все эльфы так быстро подверглись адаптации со стороны нового обиталища и новой магии. Такой частичной… такой ущербной. Пусть светлой или темной, но не цельной. Мы все потеряли могущество и власть над своими судьбами и судьбой нашего мира.
Великая война стала следствием этой великой потери. Эльфы не исчезли лишь благодаря крупицам древней мудрости, с таким трудом сохраненной и передаваемой из поколения в поколение.
Мы все до сих пор пользуемся вечными порождениями древней магии, в то время, как результаты теперешней не сильно отличаются от моих иллюзий… не считая той магии, что приносит смерть. Эта магия самая простая – боевая, которую нечто нам оставило во всех проявлениях: темных или светлых. Но породить жизнь, создать новое, вечное, мы не в состоянии.
С такими невеселыми мыслями я пробирался вперед, не слишком обращая внимание на многочисленные повороты и перемену оттенков в поверхности мерцающих стен. Отметил только, что значительно потемнело и камни приобрели игру черного цвета и еще большую нестабильность в форме своей. Ход словно дышал. На ровной поверхности вырастали бугры и острия, которые тут же втягивались обратно, либо мгновенно рассеивались без следа.
– Как здесь странно, – глухо прокомментировала Нарвэ.
– Да, – так же тихо согласился я. И тут меня осенило: – Ой, эльфы же не видят во Тьме! Держись за руку, Нарвэ, тут очень легко споткнуться и улететь неведомо куда.
Девушка недовольно покосилась на меня, но ладошку протянула. Вцепившись в неё, я тут же отдернул эльфийку от разверзшейся за её спиной дыры, которая тут же сомкнулась, утробно при этом булькнув.
Я порадовался тому, что она ничего не увидела, хотя и оглянулась беспокойно, и решил впредь внимательнее следить за поведением стен, и на всякий случай, пола тоже.
– Вот здесь есть выход на поверхность, – прошуршало существо.
– Где? – озадачился я, оглядывая ничуть не изменившуюся картину.
– Ну не стоит все воспринимать так буквально, Повелитель, – уркнуло существо. – Я не могу приблизиться к свету. Но если вы пройдете немного по правому ходу, то найдете выход.
– Вийр, – уточнил я, – а мы сможем потом найти вход, если этот выход нас не устроит?
– Так вы же сами вызвали вход, – существо от удивления даже сложило все свои лапки, от чего стало похоже на гигантский гриб.
– Сможем, Гром, сможем, – сухо ответила мне Нарвэ, потащив меня за руку в указанный вийром ход.
Я покорно побрел следом, воспроизводя в памяти её поглаживающие камень движения рук. Что ж, возможно и я так смогу.
По мере продвижения, становилось светлее. Вскоре, мы столкнулись с тупиком. Но стена впереди периодически покрывалась рябью, напоминая поверхность воды, и мерцала оттенками голубого.
– Странно как‑то, – оглянулся я на девушку, которая тоже разглядывала" выход". – Не нравится мне это…
– Ты плавать умеешь? – неожиданно спросила Нарвэ.
– Умею, конечно, – удивился я. – Если это необходимо…
– Не сомневайся, – хмыкнула девушка, это необходимо!
И с силой толкнула меня в спину.
Не сумев удержаться, я полетел головой прямо на нестабильную поверхность и зажмурился в ожидании боли.
Легкий удар и моя голова погрузилась в камень, потом за ней последовало тело. Я в удивлении открыл глаза и рот, и тот час же подавился наполнившей его водой.
Задергавшись, я инстинктивно рванулся к свету и вплыл на поверхность. Судорожно вдохнув воздух, я долго отплевывался от воды и мелких водорослей.
Холодная вода неприятно сковывала движения, а сильное течение тянуло вдоль берега. Оглядевшись по сторонам, я понял, что мы оказались почти в середине реки, с одного края которой простирался пустой берег, с другого быстрые волны громыхали об острые скалы.
Испугавшись, что мы оказались вблизи от Поднебесной гряды, я задрал голову вверх и облегченно вздохнул. Нет, эти скалы мне незнакомы.
Оглянувшись еще, уже в поисках своей спутницы, я в очередной раз испытал страх. Нарвэ нигде не было видно. Похоже, она утонула или не смогла пройти через" выход".
Глубоко вдохнув, я нырнул, осматривая каменистое дно в пределах возможного, но понимал, что меня уже значительно отнесло течением от места выхода. Тогда я поплыл к берегу в сторону от скал, к которым меня упорно гнало течением. Перспектива разбиться в лепешку об острые камни не входила в мои планы.
Поборовшись с рекой, я, наконец, выполз на берег, сплошь покрытый мелкими сероватыми камешками. Стуча зубами от холода, я тщетно пытался совладать с непослушными пальцами. Чтобы сотворить магию и согреться, мне нужно ощущать их, а чтобы начать их ощущать, явно нужно было согреться. Не найдя выхода из замкнутого круга, я покачиваясь побрел в сторону, противоположную течению реки в надежде найти следы Нарвэ или хотя бы увидеть её тело. Возможно, девушка была более хладнокровна и сразу поплыла к берегу вместо того, чтобы пытаться понять, где она оказалась.
Но воображение нарисовало мне яркую картину противоположного: безвольное тело эльфийки, бьющееся о скалы, острыми кромками разрывающие тонкую ткать и дробящие белые кости изящных конечностей. Содрогнувшись, я побежал. Через короткое время я понял, что принял правильное решение: трупа я не нашел, но сумел достаточно согреться, чтобы воспользоваться заклинанием и высушить свою одежду. Повинуясь движению пальцев, с ткани сорвалось горячее облако, чуть обжигая лицо. Стало немного тесно, но это пройдет. А вот чего ошово: от меня стало резко пахнуть протухшей тиной, и одежда приобрела ядовито – зеленый оттенок. Ладно, Тьма с ним, запахом. Стараясь не замечать тошнотворное амбре, я постарался насладиться относительным комфортом сухой одежды и без промедления вновь отправился на поиски.
На пустом каменном берегу стали появляться редкие приземистые кустарники с тоненькими вытянутыми листьями, росшие прямо на камнях. А серая угрюмая скала по ту сторону реки начала сдавать свои позиции обрадовавшемуся яркому небу. Камни постепенно переходили в плодородную почву, усеянную такими же остролистными кустарниками, а иногда даже толстоствольными деревьями. Наверняка еще выше по течению берега станут абсолютно одинаковыми и, скорее всего, лесистыми.
Что‑то резко рвануло меня на полу одежды. Я кубарем полетел в колючий кустарник, с трудом уклоняясь от длинных шипов, успешно прячущихся среди таких же длинных и острых листьев. Какая хищная растительность! Никогда не слышал о живых растениях, нагло охотящихся на дроу.
В следующее мгновение хищный кустарник явил мне свое озверевшее лицо, очень напоминающее потрепанную физиономию хитрой эльфийки:
– Гром! У тебя вообще глаза есть?!
Я поперхнулся от неожиданности: смирившись с потерей спутницы и похоронив её в своих мыслях, я меньше всего рассчитывал встретить это чудо. Откашлявшись, я запоздало обрадовался:
– Так ты жива?!
– Жива, – шикнула на меня девушка. – Но если и дальше будешь так орать, это быстро изменится!
– Чего? – опешил я.
– Я не зря спросила тебя про зрение, – усмехнулась Нарвэ. – Глянь‑ка на тот берег повнимательнее.
Послушно устремив свой взор в указанном направлении, я теперь увидел, что по едва заметной тропке к реке быстро приближается группа существ.
С еще большим изумлением я узнал среди них Динзи, Волдрея и… Лейлу! Она шла, осторожно пробираясь среди колючих кустов, ведя на поводу белоснежную Тиклию. Вооруженная до зубов, принцесса с беспокойством постоянно оглядывалась по сторонам.
– А вот и охотнички, – мрачно прокомментировала Нарвэ. – Ну как тебе, принц, прочувствовать себя в роли затравленной дичи?
– Охотники? – удивился я. – Но там мои друзья… и Лейла.
– Там нет друзей, – жестко ответила эльфийка. – Там есть дроу, которые помогают эльфам найти отступника. И там есть принцесса, которая жаждет отомстить за отца…
– За отца, – тихо повторил я, вспоминая неподвижную позу Повелителя. Что же она с ним сделала?
Мне трудно было поверить, что существа, с которыми меня так много связывало, которые были мне ближе родных братьев, стали моими палачами. Но я и сам не знал, как бы я отнесся к эльфу, который натворил бы подобное в Вестрантерне и по вине которого мог погибнуть мой отец. Ведь никому из них неизвестно, что я не имею к случившемуся отношения. А мой побег наверняка рассеял сомнения у самых стойких.
Но уж лучше быть неправым и живым, чем правым и мертвым.
– Что будем делать? – угрюмо спросил я.
Нарвэ поманила меня за собой и начала медленно отползать вглубь кустов.
Я пополз следом, собирая прошлогодние колючки и обдирая ладони об острые края опавших листьев. Сосредоточившись на выборе пути, по возможности минимально усеянном вышеупомянутыми орудиями пыток матушки – природы, я не заметил оврага и кубарем полетел вниз.
Помянув всех первопоследователей Великой богини, я кое‑как отряхнулся от грязи и сердито глянул на Нарвэ.
– Не надо так косить на меня взглядом, – тихонько рассмеялась эльфийка. – Эту канаву вырыла не я, уж поверь!
Я тоже захихикал, представив с лопатой эту высокомерную девицу, но решил оставить эту картинку при себе… ради собственного здоровья.
– Лучше создай над нами сферу, – Нарвэ показала на края оврага над нашей головой, и я восхитился её практичностью: и правда, если соединить их сферой и прикрыть иллюзией, то никто и не заметит, что тут была яма.
Пока я пыхтел над нашей маскировкой, эльфийка сгребла сухие листья под выдающиеся над оврагом корни дерева, так что великому магу, то бишь мне, скромному, вскоре было приготовлено место для отдохновения. Куда я и плюхнулся, любуясь переливами своей работы.
– Надеюсь, с другой стороны это больше походит на землю, чем на радугу? – ворчливо поинтересовалась девушка.
– Все путем, не переживай, – уверенно кивнул я. Не то, чтобы я и правда был в этом уверен, но сильно надеялся, что так оно и есть.
– А звуки оно скрывает? Можем разговаривать? – не отставала Нарвэ, которую моя бравада ничуть не убедила.
– Это можно выяснить лишь практикой, – вздохнул я. – Во всяком случае, я не могу уловить ни звука с той стороны, почему бы и там не быть похожей ситуации?
– С тобой все возможно, – покачала головой Нарвэ. – Я вообще впервые встречаю существо, представляющее такую опасность… прежде всего для себя самого.
– Смейся, смейся, – меланхолично ответил я на её поддевку. – Думаешь, ты самое совершенно существо в этом мире? Тогда почему от тебя не добьешься ни слова правды?
– Хочешь сказать, что ловил меня на лжи? – девушка заинтересованно подобралась поближе. От неё тоже сильно пахло тиной, так что я усмехнулся:
– Мы с тобой похожи на высохший русалок… особенно по запаху.
– Ты не уходи от ответа, – хихикнув моему сравнению, настаивала Нарвэ.
– Ну… просто при беседе с тобой не покидает ощущение недосказанности. А ответы порождают лишь еще большее количество вопросов.
Эльфийка пристально на меня посмотрела и отвернулась:
– Просто мне нелегко…
– Я вообще не понимаю, зачем ты все это устроила, – я осторожно приобнял Нарвэ за плечи и развернул к себе, заглядывая в темные глаза. – Зачем спасла меня?
– Ты добиваешься признания в любви, мальчик? – холодно спросила Нарвэ, стряхивая мою руку. – Забудь! Просто пришло время.
Я пожал плечами, изобразив на лице равнодушную мину, но себе мог признаться, что несколько разочарован. Видимо я и правда о себе слишком высокого мнения.
– Ну вот опять, ты ответила, а я ничего не понял.
– Я знаю, что ты не виновен, – терпеливо объяснила девушка. – И подозреваю, что виновен кто‑то из своих. Если бы план этого некто удался, то никто никогда не смог бы узнать, кто это. А так потянем время, вдруг недоброжелатель покажет свое истинное лицо.
– А, понятно, – невесело усмехнулся я. – Мне выпала великая честь быть приманкой.
– Ну вот, а говоришь, ничего не понимаешь! – заразительно рассмеялась эльфийка.
– А что случилось с Цвей… – начал было я.
– Тихо! – зажала мне рот Нарвэ, прислушиваясь к чему‑то.
Я замер.
Моя так тщательно поставленная сфера лопнула с оглушительным треском.
– Ну вот, – раздался незнакомый голос. – Это была просто магия, прикрывающая опасный овраг. Между прочим, хорошая замена моста, прослужила бы лет пятьдесят.
– Не верю я в такую предусмотрительность без прибыли, – жесткий голос второго мне был тоже незнаком, но я не сомневался, что эльф этот опасен и не горел желанием познакомиться поближе. Особенно сейчас, когда я изгой. – Эльф такими глупостями не будет заниматься, а человек не станет расходовать свой и без того небольшой запас магической энергии.
– Ну ты брат, вообще без фантазии родился! Представь: шел себе эльф или человек по лесу, да вдруг свалился в канаву. Еле выбрался – сырой, грязный, злой. И чтобы больше не попадать в такую ситуацию – сделал магический мост.
– Фантазии у меня поболее твоего, – усмехнулся его собеседник, – как впрочем и ума. Попади я в такую ситуацию, я бы уничтожил овраг, это быстрее, да и сил требует намного меньше. Вот так…
Земля ощутимо задрожала. Нарвэ в панике попыталась выбраться наверх, пока нас не погребли заживо, но я силой удержал девушку. Земля посыпалась сверху, заполняя собой небольшой овраг. Мы забирались все больше под корни дерева, выступающие над краем, чтобы нас не накрыло.
– Мы задохнемся, – в ужасе прошептала эльфийка мне на ухо.
Земля подступала, но небольшая воздушная подушка под самым корнем осталась.
– Ну какое то время у нас есть, – я оглядел основание дерева изнутри. – А при некотором везении мы сумеем выбраться.
– Как? – пискнула Нарвэ.
– А еще эльф, – усмехнулся я. – Дерево‑то почти полое, чуешь сквознячок с душком тления?
– Нет, – пробурчала девушка. – От тебя жутко воняет той грязной рекой!
– Как и от тебя, – парировал я. – Только я сумел от этого абстрагироваться и не циклясь на недостатках искать преимущества…
– Твое преимущество в том, чтобы поверх тины нанести слой гнили? – саркастично осведомилась эльфийка. – Если ты решил соблазнить друидку, ты на верном пути!
Меня всего аж передернуло. Нарвэ сама не зная, всколыхнула в моей памяти воспоминание о прекрасной и опасной Ариане. Я даже заволновался, что не сразу узнал её лес. Но нет, там все было по – другому. И дух, и звуки… В зачарованном лесу совсем не было звуков. А вообще, интересно бы было навестить Ариану и её нового возлюбленного – Мефа. Желательно на расстояние полета Магистра и под прикрытием магической силы моих друзей.
Которых у тебя больше нет, – услужливо подсказал мне внутренний голос. Боль сжала коготками горундца мое сердце. Взбалмошная, надменная, но веселая Динзи, криворукий, бесшабашный Волдрей, раздражающая меня непредсказуемостью эльфийская принцесса и чокнутый на мелких и крупных паразитах Элмор. Такие близкие и такие чужие теперь.
– Гром, ты чего? – почти испуганно спросила Нарвэ.
Я вдруг понял, что тихонько вою, словно раненый зверь.
– Да так, накатило, – горько усмехнувшись, успокоил я девушку.
– Давай потоскуем потом, – предложила она. – Если выберемся, конечно.
– Выберемся, – уверенно повторил я. – Только надо немного подождать, а то перспектива свалиться в горячие объятия преследователей меня лично не устраивает. Если эти двое ищут нас, пусть уйдут подальше, а мы пойдем в другую сторону.
– Мы пойдем другим путем, – хихикнула Нарвэ. – Кстати, я кажется поняла, где мы находимся.
– Где? – не то, чтобы мне было это сейчас интересно, но я заставлял себя не думать о потерянном прошлом.
– Мы северней Светлого Леса. Это хорошо, чтобы побыстрее попасть к дручии. Но есть и плохая новость…
– Плохая? – нахмурился я.
– Да, – Нарвэ пожала плечами, задев висящий корень. Сверху посыпались прогнившие щепки и мелкая пыль. Эльфийка чихнула, уткнувшись мне в плечо. Переждав, когда облако чуть рассеется и можно будет дышать посвободнее, девушка продолжила:
– Преследователи тоже здесь. Возможно они знают о ходах… Но скорее всего, они сами направляются к дручиям, зная, что тебе некуда пойти, кроме как к их Повелительнице.
– И это логично, – сник я. – А с учетом того, что у них лошади и вообще они не скрываются и двигаются группой, у нас нет шансов. Эльфы убедят Дэйдрэ, что я сошел с ума и крушу все и всех направо и налево. А с Сиянием это становится опасным для любой страны. И встреча будет гораздо горячее, чем я рассчитываю.
– Ну не вешай нос, – эльфийка потрепала меня по плечу, о чем тут же пожалела – поднявшаяся пыль снова заставила её чихать.
Признаться, я позлорадствовал: проживая у светлых, я не переставал чихать от тошнотворного запаха их чудовищных цветов, которые произрастали абсолютно везде.
– Ну ладно, придется осквернить Сияние, – решился я. – Воспользуюсь им, как обычным топором, дабы выбраться наружу. А ты сиди пока и жди.
