Текст книги "Мастерская иллюзий (дилогия) (СИ)"
Автор книги: Ольга Безмирная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 44 страниц)
– Т – ты чего? – я прижал ладонь к пострадавшей щеке.
– Я‑то ничего! – чуть поостыла наемница. – Хорошо, хоть ты жив.
– Дэйдрэ перепугалась, когда поняла, что не чует тебя, – пояснила возникшая рядом Лейла. – Мы уже почти уверились, что тебя нет в живых.
– Ха, – хлопнул я себя по лбу. Зря, теперь и лоб гореть будет. – Ты ж сама меня научила закрываться. А я все время пытался почуять намерения других существ, чтоб поймать момент, когда только пытаются проникнуть ко мне в мысли, чтобы не выкидывать из головы уже существующую проблему… Похоже, у меня получилось. Причем, совершенно не зависимо от меня, – напыжился я от гордости.
– Сдуйся, Гром, – захихикала Динзи, вцепившаяся одной рукой в Волдрея, другой в меня. – А то в дверь дворцовую не пролезешь!
– А я и пытаться не буду, чего я там забыл? – я мгновенно насторожился: не люблю дворцы, даже свой. А уж эльфийский… наверное просто на дух не переношу. Сейчас и проверим.
– Торжественная передача нашего штатного сокровища, – Волдрей кивнул на зардевшуюся Лейлу, – её родителям.
– Важное дело, – хмыкнул я. Потом заозерался по сторонам: – А где носит дракона?
– Дракона не носит, – соизволила смилостивиться дручия. – Дракона мы направили во дворец сообщить о нашем долгожданном прибытии.
– Ну что, пойдем сдаваться, – обреченно пробубнил я, опустив голову.
– Гляди веселее, Гром, – Лейла вся искрилась радостью. Конечно, она‑то дома! – У нас не так уж и плохо.
– Угу, – буркнул я, не питая особых надежд, – у вас еще хуже.
Улицы столицы, по которым мы перемещались, почти не отличались от живого леса: дома были так изящно увиты растениями, что создавалось впечатление единого массива, созданного природой. И только увидев открытое настежь окно из середины какого‑нибудь необычного дерева, вдруг понимаешь, что это вовсе не дерево, а очередное произведение искусства местных садоводов. Вот как они умудряются договориться с растениями, чтобы те росли прямо из стены, да еще в сторону по всем канонам природы противоестественную! Особый пример садизма, ибо все эльфы глубоко уверены, что растения живые. Теперь понятно почему: они так же поддаются дрессировке, как и животные. Вокруг домов росла густая, удивительно ровненькая травка. Многочисленные тропки были заботливо посыпаны золотистым песочком.
На широкой улице, единственно вымощенной разноцветными камешками, было буквально не протолкнуться. И вскоре я понял, почему.
Лейла словно преобразилась. Теперь это была не затюканная эльфиечка, отбывающая наказание" по обмену опытом" у дроу, а настоящая принцесса. Спина прямая, голова гордо поднята, глаза так и светятся достоинством и властью. Мы шли посередине живого коридора, состоящего из множества нарядно разодетых эльфов. Но дальше произошло просто ужасное: нас стали забрасывать букетиками цветов…
– Что это, – простонал я, брезгливо отряхиваясь от разноцветных лепестков, облепивших мою одежду. – Зачем?
– Нас встречают, – оглянулась улыбающаяся принцесса. – Тебе не нравится?
– Ну не то, что бы совсем не нравится, – я чихнул. – Просто от запаха этих цветочков уже голова едет.
Эльфийка махнула рукой, и цветочный дождь прекратился. Хвала Тьме! Я еще чихнул. И еще…
– Я сейчас сдохну, – простонал я, устав беспрестанно чихать.
– У тебя, похоже, аллергия, – сочувственно покачал головой Элмор.
– Точно, у меня аллергия на Пресветлый лес и его обитателей! Пора возвращаться, – я решительно развернулся назад…
– Громвэдхазьер! – знакомый голос вверг меня в ступор. Вот уж кого никак не ожидал здесь услышать. Да и увидеть не жажду, честно говоря.
– Повелитель, – благоговейно прошептали дроу, склонившись в глубоком поклоне.
– Вот только не говорите мне, что Вы здесь случайно, – я приблизился к отцу скользящим шагом. – Наверняка есть постоянный телепорт между столицами наших государств. И что, так необходимо было меня посылать своим ходом?
– Порт есть, – ехидно кивнул Повелитель, – но не про твою честь! Этот способ исключительно для политических связей и провинившиеся подростки не входят в список, утвержденный обеими сторонами…
– Ой, как интересно, а принцы державных государств входят в этот список? – разозлился я.
– Входят, – бесстрастно ответил отец, – но ты же так упорно отталкиваешь свою судьбу. А не хочешь принимать обязанности, не будешь пользоваться и правами. Эх, Твое Высочество, я то думал, что данное путешествие добавит тебе ума… Видимо, я ошибся.
– Значит, можно возвращаться домой? – радостно подпрыгнул я.
– Я такого не говорил, – Повелитель лукаво улыбнулся принцессе. – Я верю, что все еще может измениться, – и, развернувшись на каблуках, быстро зашагал вперед.
Вот интриган! Что он еще задумал и при чем здесь Лейла?
– Не тормози, – дручия повлекла меня за собой.
– Чего так переживаешь? Без нас все равно не начнут, – я попытался вывернуться из цепких пальчиков.
Дворец возник внезапно… нет конечно, его было видно издалека, но я принимал это за одинокую полупрозрачную скалу, возвышающуюся посреди леса. Все‑таки эльфы мастера маскировки.
Вьющиеся растения, расползшиеся по всей поверхности дворца, пытались скрыть от солнца серый блестящий камень. Приблизившись еще, я понял, что это не камень, а матовое дымчатое стекло. Весь дворец был построен из стекла! И если бы не резные металлические ворота внизу, эта громаду можно принять за огромное магическое зеркало для предсказывания будущего.
Стражи не было, но перед воротами толпилось так много представителей эльфийского народа, что стражников вполне могли задавить массой.
Ворота распахнулись, и мы прошли внутрь под одобрительный гул толпы. Захлопнувшиеся за спиной ворота отсекли все звуки с улицы, и мы погрузились в прохладную тишину.
– Хвала Ллос, у нас такого балагана никогда не бывает! – проворчал я, разминая виски.
От постоянного гула толпы разболелась голова, от тошнотворного запаха цветов заложило нос. Я уже даже не чихал. Видимо, Элмор прав – это аллергия.
– Добро пожаловать, уважаемые представители славных народов, – голос зазвенел в воздухе со всех сторон, не позволяя определить, где находится источник. – Прошу, пройдите в центральную залу.
Понятия не имею, где находится эта броунова зала, но об этом знала Лейла и повела нас вперед по длинному коридору, изготовленному все из того же матового стекла. Казалось, что это не стены, а тонкие перегородки, за которыми скользят мифологические существа, наблюдая за нами. Фигуры расплывались, увеличивались, меняли очертания. По спине пробежал озноб… ош меня побери, мне понравилось здесь.
А вот центральная зала убила зарождающееся хорошее настроение: высокая, светлая, с яркими белоснежными стенами. Глаза сразу заболели от обилия украшений и лепнины. Огромное возвышение в середине, которое вершил парадный трон, так усыпанный драгоценными камнями, что почти не было видно золота, на котором они крепятся. Огромные окна чуть ли не во всю стену даже не пропускали, а казалось собирали солнечный свет, многократно его усиливая.
Морщась и жмурясь от ярких переливов самоцветов в лучах полуденного солнца, я пытался рассмотреть неподвижно стоящие перед нами фигуры.
– Мы рады приветствовать Грозного повелителя Поднебесной Гряды, сына его Громвэдхазьера и славных представителей горного народа, – высокий светловолосый эльф в белых одеждах до пят церемонно поклонился в нашу сторону. Женщина, стоявшая слева от эльфа, поклонилась синхронно с ним, подражая светлой тени.
– А так же мы бесконечно счастливы видеть в нашей скромной обители, – я нервно хихикнул, – принцессу уважаемого рода дручий Дэймодрэну, – поклон в сторону наемницы.
У нас всех, исключая моего политикана отца, дружно отвалились челюсти.
– Принцесса?! – я озадаченно смотрел на дручию. – В наемниках?
– Позвольте мне попросить всех вас простить меня за невольный обман, – улыбнулась Дэйдрэ. – Увы, я принцесса. Да к тому же из рода дручий… Это значит, что я хранительница судеб, но не могу воздействовать на свою. И то, к чему вела меня судьба, в конце концов, перестало меня устраивать. Я попросила помощи у Повелителя, – девушка с грустной благодарностью улыбнулась отцу, – предложив в награду управление судьбой Грома…
– Ни оша себе! – вскипел я. – Сговорились, да? Наверняка в тот момент, что стояли и рассуждали об охране моего тела, а вели другую беседу, пользуясь тем, что я не могу вас прочесть…
– Это только говорит о твоей неспособности усваивать уроки, – рявкнул отец.
– Простите, – мягко вмешалась Лейла, – но он уже освоил это…
– Зачем сразу‑то выдавать, – проворчал я, впрочем, польщенный удивлением на лице Повелителя.
– Гром, – дручия взяла мои руки в свои и пристально посмотрела в глаза, – но я и охраняла. И не только твое тело, но и твою судьбу. Ты не должен злиться на меня. В любом случае, я благодарна, что ты помог мне… хоть и невольно.
– Ты о чем? – удивился я.
– Сияние, – счастливо улыбнулась Дэйдрэ. – Помнишь, обруч Демеца? Маг был носителем артефакта, взяв на себя миссию доставить его… уж не знаю кому. Он с самого начала донимал меня требованием убить его. Я крутила пальцем у виска, посылала этого маньяка… Только потом до меня дошло, что он хотел передать мне Сияние, а это можно было сделать только одним способом…
Так вот что означали все эти перемигивания и потоки страстей! А я‑то, романтичный дурак, еще и ревновал. Но он пошел на смерть, чтоб передать артефакт Дэйдрэ. Уж не значит ли это, что в трагедии, произошедшей в" Жиле" виноват только я. Раз передать артефакт можно только одним способом. Не зная, глупый гном спровоцировал артефакт и погибло много существ, включая моего друга Митргафа…
– Сияние? – я оцепенело покрутил Клинок в руках. Эльфы, находящиеся в зале, рассыпались в стороны и прижались к стенам. – Ой, я не имел в виду…
– Все просто, Гром, – наемница мягко опустила мою руку с зажатой рукоятью меча. Эльфы чуть расслабились. – Сияние – это не один предмет. Это трио артефактов, созданных древним магом нашего рода. Это было легендой, но в определенный момент стало для меня единственным выходом. Дело в том, что правящих династий две. Первая очень старая, добровольно отказавшаяся от власти давным – давно. Вторая, моя. Но объявился отпрыск древней династии. Он жаждал власти и рассчитывал, что мой отец так же добровольно передаст правление ему, как это сделал предок мага… Меня не было во дворце в это время. А когда я приехала, то обнаружила только кровь и лед. Народ был растерян, старейшины объявили, что вопрос этот мы должны решить между собой. Маг сильнее меня, поэтому последней надеждой было найти артефакт.
– Но я то при чем? – почти взмолился я.
– Волею судьбы ты избран Клинком. Этот меч является стражем. Он притянул Сияние, – девушка достала пылающий камень и подняла его над головой. От Сияния отходили пульсирующие лучи. – Это Око.
Око власти. Не буду рассказывать, каких усилий мне стоило его активировать и перевести на себя, просто пара бессонных ночей и куча сил. Я буду Правителем нашего рода и никто не посмеет встать на моем пути!
– Если только вдруг не найдется третий артефакт, – Лайнес возник просто так, без вихрей, молний и прочих спецэффектов, так уважаемых магами.
– Приветствуем… – хотел было поклониться высокий эльф, но дручий прервал его.
– Да, да, Цвейго, не будь занудой. Мы с тобой еще мальчишками василисков гоняли. Так что не парь мне мозги этой дворцовой нудятиной.
Цвейго задорно улыбнулся, в хитрющем прищуре отразилось еще множество захватывающих приключений былого, и кивнул.
Дэйдрэ шумно засопела, исподлобья глядя на соперника. Вся её поза говорила о желании убить мага.
– Ну – ну, девочка, хватит дуться, – Лайнес примирительно протянул руку дручии. – Ты победила… по крайней мере в этом раунде. Око уже признало тебя, и я ничего не могу сделать. И учти, что это я вновь призвал в наш мир Трио Сияние. Правда, я рассчитывал сам получить артефакты…
Дэйдрэ с трудом удерживалась, на лице огромными буквами было написано желание разодрать мага голыми руками.
– Какие эмоции, – саркастично хмыкнул я, неуютно чувствуя себя между ними. – Поженились бы и правили вместе…
Потом только понял, что за глупость сморозил, и стыдливо притих. Но все вокруг были очень серьезными. Даже эти двое переглянулись. Дручия тут же отвела глаза:
– Очень надо, – передернула она плечами. – Чтоб муж любимый в порыве страсти голову отрезал и правил в траурном одиночестве…
Лайнес хмыкнул, пожал плечами, мол, было бы предложено, и направился к двери.
– Кстати, – уже взявшись за ручку, остановился он, – если тебя это утешит, я не хотел их убивать. Просто твой отец вспылил и атаковал первым. Но и я виноват, немного увлекся… с защитой, – и захлопнул дверь с той стороны.
– Когда‑нибудь точно пришибу, – Дэйдрэ погрозила Оком закрытой двери.
– Ага, в порыве страсти, – тихонько, не дай Ллос, услышит, хихикнул я.
– Ну если вы выяснили все династийные страсти, мы можем продолжить наше мероприятие, – как ни в чем ни бывало, продолжил Цвейго. – Приветствую дочь нашу, принцессу Лейлиану. Очень рад, что ты появилась на пороге родного дома аккурат в день своей свадьбы…
– Свадьбы? – у нас опять отвисли челюсти. Навстречу Лейле шел высокий красавец эльф, улыбаясь во весь набор белоснежных зубов.
– Это Эрлиниэль, – шепнул нам Элмор. – Их обручили в детстве, очень хорошая партия, древний род. Вот только женишок больно уж на женщин падок. Чуть Лейла отвернулась, завел новый роман. Да не с кем‑нибудь. На сей раз захомутал Эжону…
Сзади раздался грозный рык: что‑то огромное смело меня с пути и припечатало к стене. Хрустнув шейными позвонками, я выправил положение головы и уставился на новую опасность.
Огромный рыжий дракон, оставляя за собой черные следы горе – магии ученицы Евы, грозно надвигался на эльфийского принца. И когда только Магистр успел перевернуться? Впрочем, не это сейчас главное: чокнутый дракон схватил Эрлиниэля в пасть и, разбив вдребезги стену, улетел.
В повисшей тишине раздавался редкий звон осыпающихся осколков матового стекла.
– Эжона – это дракон, – в шоке закончил Элмор.
Я переглянулся с Волдреем.
– Яйцо! – завопили мы в один голос и бросились из дворца вслед за Магистром.
Но попали в дружеские объятия неизвестно откуда взявшейся стражи.
– Что такое? – спокойно спросила эльфийка, стоявшая рядом с Цвейго. Повелитель эльфов сейчас был неспособен исполнять свои непосредственные обязанности: он с ужасом осматривал разрушения.
– Дракон, Повелительница Марвадэ, – вытянулись в струнку эльфы, – на зачарованной поляне что‑то ест…
– Ест? – ужаснулась Марвадэ.
Меня потянули за рукав. Я обернулся и увидел, как Элмор активно машет руками и всячески зазывает за собой. Я схватил Волдрея, и мы побежали. Тайный вход, узкий коридор с множеством ответвлений и дверок, еще вход, потом мы ползли на карачках по дну огромной чаши, снова бежали…
Дверь и свобода. Опять та поляна, где я обнимался с Нарве. Вот только прекрасной эльфийки не было. Зато имелся дракон, как будто что‑то жующий…
Обежав тушу, кстати – все‑таки большей частью еще черную, мы увидали живого и невредимого, только чрезвычайно бледного Эрлиниэля.
– Ты фффсссссё понял? – прошипел Магистр.
Эльф часто – часто закивал, бросая на нас взгляды, полные отчаяния.
– Тогда полетели, – дракон закинул Эрлиниэля себе на загривок и приготовился было взлететь, но увидел нас.
– Гром, – склонил он ко мне огромную голову. – Ты проссссссти, что исссспользовал тебя. Племяшшшшка ссссстрадает по этому хххлыссссссщу.
– Не бери в голову, – махнул я рукой, улыбаясь до ушей. – Увидимся еще!
– Надеюсссссь, – пророкотал Магистр, взмывая в небо.
– Шпион броунов, – хихикнул я вслед дракону.
Когда мы вернулись в залу, там оказались только Лейла и Динзи. Эльфийка скромно примостилась на краешке возвышения, а дроу нервно расхаживала по зале, зло пиная сверкающие осколки разрушенной стены.
– Прием безнадежно сорван, – грустно улыбнулась принцесса.
– Как и свадьба, – хмыкнул я. – Эрлиниэль оказался отцом того симпатичного яйца, что мы Кролу сплавили. Так что нет у тебя жениха!
– Магистр его убил? – в ужасе побледнела эльфийка.
– Нет, – покачал я головой. – Хуже: он его женит на своей племяннице. А я то все думал, чего он так активно ратует за межрасовые связи! Революционер ошов!
– Уже лучше, – к моему недоумению, облегченно вздохнула эльфийка. – А то пришлось бы замуж выходить за такого бабника!
– Ой, лиса! Признавайся, наконец, зачем в Вестрантерн приехала? – допытывался я. – Теперь уж точно никогда не поверю, что тебя наказывали…
– Нет, конечно, – улыбнулась Лейла. – Просто все эти приготовления к свадьбе могут свести с ума кого угодно, особенно когда все наперебой считают своим долгом следить за моим эпатажным женихом и перед сном шептать мне на ухо о его приключениях…
– А… – разочарованно протянул я. – А я то дурак, все время думал… – и осекся, поняв, что и так наговорил слишком много.
– Ты не дурак, – очаровательно покраснела принцесса, – были и другие причины.
– А где Дэйдрэ? – уточнил я, избегая пылкого взгляда эльфийки.
Лейла ревниво сверкнула глазами и обиженно отвернувшись, буркнула:
– Вернулась домой.
– Что, тут порт и до её родины имеется? – мрачно засмеялся я.
– Нет, вроде, – пожала плечами Динзи, оставляя осколки в покое и нежно прижимаясь к непривычно молчаливому Волдрею. – Когда вы убежали, по зале прокатился жуткий звук, словно с горундца живьем кожу снимали… Дэйдрэ встрепенулась и достала из кармана какую‑то штуку. Визжала она. Наемница так усмехнулась, что даже у меня мороз по коже пробежал, кинула штуковину под ноги и пропала. К счастью, вместе со звуком. Папик Лейлы, оправившись от изумления, так захохотал…
– Угу, – чуть усмехнулась принцесса, – говорит:"Опять бедолаге Лайнесу не повезло, девчонка где‑то раздобыла корпат". Интересная штука, надо будет учителей спросить. Знаешь, не похоже ни на порт, ни на перемещение… словно дручия вдруг стала вне времени и просто выбрала какой‑то его иной промежуток. Даже немного жутко стало…
– Даже не попрощалась, – непритворно огорчился я.
– Ну, – Лейла крайне неохотно протянула мне сложенный листок, – наемница тебе передала вот это…
Я торопливо развернул его. С бумаги сорвался ослепительно синий эхар и, прежде чем я успел испугаться, полетел к моим губам и растворился, даря тень прощального поцелуя дручии.
Приложение
Кроны– маленькие паучки, которых дроу культивируют в неволе. Самцы крайне ленивы и передвигаются крайне неохотно, даже если есть угроза их жизни. В несколько раз больше самок и излучают свечение, призванное привлекать в темноте пищу. На свободе разделяют свои владения так, чтобы не было видно другого самца. В неволе дроу пользуются ими для освещения помещений, выкладывая различные узоры на стенах. Периодически требуют замены, т. к. нужно пополнить запас питательных веществ, чтобы паучки могли светить. Самки не издают свечения, чрезвычайно подвижны и сами ищут самцов для спаривания. Откладывают яйца в тело самца. Вылупившись, малютки пожирают своего родителя и ищут свое место для поселения.
Ош– мелкая темная тварь, обитающая в пещерах вдали от поселения дроу. Чрезвычайно злобны и пакостливы. Выглядят дроуобразно, только в три раза ниже ростом, разум ближе к животному. Не обладают магией или особой силой, но очень хитры. Охотятся по одиночке, устраивая добыче ловушки, всеядны. Дроу презирают их и ненавидят за внешнее сходство.
Эхар– сгусток энергии, силы, предназначенный выполнить какую‑либо миссию, донести заклинание до цели.
Сукрукс– небольшие твари, живущие в скале. Они выбивают себе небольшие норки. Залезая в пещерку, оставляют на поверхности скалы кончик тонкого хвоста, увенчанный жалом со смертоносным ядом. Норки настолько малы и незаметны, что разглядеть в темноте плантацию очень трудно. Когда жертва касается скалы, в неё мгновенно проникает яд множества сукруксов.
Корпат– редкий артефакт древней магии, способный переносить обладателя не только на расстояния, но и на время. Не использует магию владельца, в отличие от портов.
Жуки морты– маленькие жуки на очень длинных тонких лапках. Живут в озерах, передвигаясь по поверхности воды. Лапки у них прочные и полые, используются дроу в качестве трубочек для письма, которые заполняют чернилами.
Ллос– богиня дроу. Изображается в виде паучихи с торсом женщины.
Автор стихотворения Афанасьев Алексей Викторович
Книга вторая. Гром и Молния
Хорошо жить в мире, понятном и привычном с самого раннего детства. А что делать, если мир вдруг тает сладким сном под пристальным вниманием существа, внезапно осознавшего, что все вокруг – лишь умело построенная иллюзия? Как сохранить остатки здравого смысла и не поддастся панике? Грому не только придется осознать эфемерность окружающего мира, но и заглянуть глубоко в самого себя, встретившись лицом к лицу со своей загадочной, непостижимой сутью. Да еще научиться жить в непривычном образе, заново делая свои первые шаги. Сможет ли герой смириться с новой реальностью, не потеряв головы от неожиданно свалившегося на него могущества? Что проще: пойти наперекор всему или помочь злодею нарушить шаткое равновесие мира и привести его к погибели?
* * *
Профессор, старый, как пень от дерева, срубленного еще великанами, и такой же трухлявый, расхаживал по аудитории взад – вперед. Этот маятник уже давненько стал меня раздражать. К тому же старик торжественно прочел заклинание бодрости и теперь никому не удастся заснуть. А я, честно говоря, планировал выспаться на сегодняшнем уроке. Особенно после такой сумасшедшей ночки.
Довольная улыбка отразилась на зеркальном боку небольшого помятого веками и нерадивыми учениками котла, стоящего передо мной. Буро – серое зелье булькнуло и заиграло множеством разноцветных пятен, в буйном мельтешении которых мне привиделась тоненькая фигурка с сумасшедшей гривой черных волос.
Веселые пляски под серебристой луной на зачарованной поляне. Тимры издавали игривые ноты, фигуры новых знакомцев выписывали такие па, что я был готов удавиться от зависти. Ну никак мне не давалась эта наука. И загадочный взгляд моей партнерши, бившейся со мной, неуклюжим так, словно от моего умения танцевать зависела как минимум её жизнь. И мне вдруг все равно, что она почти на голову выше меня. И совсем наплевать, что она тощая эльфийка, а не пышногрудая красотка – дроу. Веселый нрав и некая сумасшедшинка покорили меня еще в первую встречу. А готовность бросить все ради эфемерного светлого будущего даже немного пугала. Но одновременно и притягивала.
Эта чокнутая эльфийка уже неделю таскала меня на все ученические вечеринки и балы. Вечером, ночью, ранним утром я только и делал, что танцевал. С ней, конечно, попробовал бы я пригласить кого‑то еще! Но ни оша у меня не выходило: другие девчонки с визгом разбегались, да и танцевать как‑то не особо выходило. Обтоптанные ноги Нарве в расплющенных туфлях утром напоминали снегоступы, какими зимой пользуются людишки из ближайшей деревни. Но девушка никогда не высказывала недовольства. Хм… то ли колдовство накладывала вместе с гримом, чтоб страдали только туфли, то ли пристрастия эльфийки за пределами моей компетенции.
Лучше бы первое, иные изыски, придуманные заскучавшими ловеласами, не казались лично мне такими уж привлекательными.
– Как мило, – прошамкал на ухо старческий голос, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности. – У господина принца почти получилось…
Обращенные к нам физиономии других учеников выражали те же эмоции, что и бурлили во мне. Получилось?! Да я просто задумчиво подкидывал очередную гадость, смевшую именоваться ингредиентом, и припечатывал сверху для верности каким‑нибудь скоропалительным заклинанием, придуманным только что…
– Да, как ни странно, получилось, – профессор осторожно принюхался и покачал головой еще более удивленно, – вот только понять бы… что?
– Как это – что? – пискнула пухленькая эльфийка, которой не посчастливилось сегодня оказаться со мной за одним столом. Я с усмешкой покосился на кругленькие бедра, выглядывающие из остатков юбки, на которую только что попали несколько капель из соседнего котла. То ли девушка еще не заметила метаморфозы, произошедшей с одеждой, то ли ей страшно польстило" внимание" Элмора, с мечтательным видом помешивающим полуистлевшей ложкой смердящее варево в своем котле.
– Так это – что, – нехотя буркнул старик, обходя котел с видом голодного кота, обнаружившего в мышеловке добычу, но не знавшего, как её оттуда выковырять. – Зелье закончено, исходящий рисунок это подтверждает. Но я впервые встречаюсь с таким орнаментом и позволю себе предположить, что оно может быть опасно…
– То есть, проще говоря, Вы даже приблизительно не знаете, что оно может выкинуть, – подвел итог прямой как метла ведьмы, Набокьюйль, которого все зовут просто Ючик. Прямой он в во всех смыслах, за что парню часто достается… И от своих тоже.
Профессор передернулся, но промолчал. Ючику вообще мало кто отвечал. А что ответишь на правду? Никакого простора для фантазии и темы для спора.
– Тогда нужно проверить, – на всякий случай отодвигаясь, произнес Ючик. Старик поперхнулся.
– Давайте, не будем спешить, – прокашлявшись, прохрипел он. – Может, господин Громвэдхазьер прояснит суть своего изобретения.
– Нет уж, – хмыкнул я, – нежной кожей в горячий котел? Увольте!
Пухлая эльфийка обиженно надула губки, в результате чего стала похожа на одуванчик. Она так огорчилась, что экспериментов с моим тощим тельцем сегодня не будет! Интересно, чего я ей сделал‑то?
Я хихикнул, и, прежде чем профессор смог меня остановить, махнул длинной ложкой в сторону девушки, одновременно подул на неё, словно и правда хочу сдуть с одуванчика все его пушистые зонтики.
Откуда вдруг взялся ураганный ветер, я так и не понял. Обычно такие порывы возникают из вихря и разворачиваются вокруг заклятия. Тут же порыв возник ниоткуда и исчез в никуда сразу же, как сделал свое дело.
А дело было сделано…
В полной тишине огромной аудитории звон упавших очков профессора болью вонзился в уши. Я вздрогнул.
Кто‑то прыснул. Звуки, похожие на сдавленное рыдание, прокатились по задним рядам. Профессор втянул в себя воздух, вспомнив, что эльфу свойственно дышать. Парни поближе медленно наливались краской. Я подозреваю, что больше от сдерживаемого смеха, чем от врожденной скромности. Ну да, конечно, а что я еще ожидал?
Вытянутая в струнку эльфийка смотрела на меня расширившимися от ужаса глазами. На ней не осталось ничего. Ни единой ниточки.
Я пожал плечами:
– Все равно Элмор ей все продырявил….
Эльфы взвыли, не в силах больше сдерживаться. Громогласный хохот парней оттеняло смущенное хихиканье девушек.
Профессор наконец подтянул трясущуюся челюсть, судорожно стянул с плеч свой длинный шелковый плащ и неловко накинул его на девушку, стараясь укрыть самое интересное. Эльфийка с силой вцепилась в края черной шелковой накидки.
– Понятно, – старик задумчиво потер шершавый подбородок, – Это зелье, оголяющее за мгновение. Никогда с таким не сталкивался…
– Не только профессор, – а вот подруга пухленькой и не думала смеяться. Она не отрывала пристального взгляда от девушки. – Оно еще избавляет от лишних килограммов.
Теперь все девушки в аудитории разглядывали несчастную эльфийку, которая так и не произнесла ни одного слова.
– Забавно, – отметил старик.
А вот мне так не показалось, поскольку в следующее мгновение внимание эльфиек было обращено на меня. Множество взглядов, в которых медленно просыпалось безумие, заставляли сжиматься мое сердце. Насколько я понял, эльфийский символ совершенной красоты это длинная изморенная девица с вечно голодным взором и полным отсутствием каких бы то ни было округлостей. Воспитанный на других ценностях, я не понимал восхищенных взоров местных парней, когда мимо проплывала… почти пролетала такая вот полупрозрачная тень.
А вот теперь мне грозила реальная опасность. Угораздило же меня создать такое зелье. Ведь эти дамы готовы даже оказаться абсолютно голой на центральной площади, лишь бы стать еще немного больше похожей на обтянутый кожей скелет.
– Гром, – страстно прошептала едва оправившаяся жертва моего колдовства, почти подползая ко мне на слабых ногах. – Спасибо…
Она вдруг резко рванулась и, теряя спасительный плащ, впилась мне в губы таким жарким поцелуем, что мы оба плашмя рухнули на пол.
Ой ё! Как бы она не похудела, падение на мое тощее тельце отозвалось резкой болью в грудине. Лишившись остатков воздуха, я попытался высвободиться из‑под девушки. Задыхаясь, я трепыхался, в скользких складках плаща, попутно отбрыкиваясь от прыткой девицы и её жадных губ.
Вокруг нас нарастал визг. Кажется, эльфийку пытались стянуть с меня другие страждущие моей магии. Во сильна! Ну ладно, сама напросилась…
Уже теряя почти теряя сознание от недостатка воздуха, я прошептал любимое заклинание, придуманное мной в дни счастливого босоногого детства, когда приходилось удирать от обиженных братцев, причем преимущественно по крутому склону заброшенных шахт. В такие моменты мое ставшее на время круглым тело позволяло детским мячиком катиться вниз, а упругость оболочки иллюзии создавало совершенную защиту даже от падений с большой высоты.
Испуганно – изумленный" ах" совпал с моим судорожным глотком живительного воздуха. Немного отдышавшись, я с трудом поднялся и во второй раз обвел изумленные лица эльфов. Только теперь вокруг витали почти осязаемые вихри страха.
Я дроу. Я иной. Я чужой здесь. Я опасен. Я враг…
