Текст книги "Мастерская иллюзий (дилогия) (СИ)"
Автор книги: Ольга Безмирная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 36 (всего у книги 44 страниц)
– Отойди, Херон, – я оттащил оборотня, который, не смотря на сферу, пытался галантно облобызать тонкие кисти напуганных красавиц. – Мы сейчас больше похожи на оборванцев, чем на нормальных существ…
– Это уж точно, – раздался позади знакомый мягкий голос. Я стремительно развернулся для того, чтобы вовремя угодить в теплые объятия насмешливой Дэйдрэ. – Свалились с неба без предупреждения, до полусмерти напугали моих фрейлин… Я что, зря так старалась – учила тебя передавать мысли? Хорошо, что случайно посмотрела в окно. Еще немного и сюда принеслись бы вызванные девочками воины и устроили бы славную битву. Для кого‑то, конечно, она была бы последней. Но дело даже не в этом: зная, твое непочтение к чужой… да и своей собственности, парой сломанных дверей бы дело не обошлось. А восстанавливать замок из руин в мои планы пока не входит.
Она расцеловала меня в обе щеки, и выглядела при этом такой счастливой, что у меня закружилась голова и подкосились ноги.
Девушка выглядела просто ослепительно: ярко – синий плащ расшит серебром, он очень выгодно подчеркивал цвет её глаз; серебряное платье было сильно декольтировано спереди, что лишало меня остатков здравого смысла…
– Ой, что это? – дручия смотрела на мою грудь и улыбка сползла с лица озадаченнй девушки.
Вздрогнув, я мгновенно обрел почву под ногами. След опять проявился!
И тут же почувствовал, что меня снесло порывом ураганного ветра: это Аг стремительно подскочил, вырвав мое тельце из объятий Дэйдрэ, и уставился на блеклый отпечаток ладоней ледяного дракона. Все последние краски жизни пропали с его лица. Драмис не грохнулся в обморок только по одной причине – он схватился за меня так, что даже мы вдвоем с Дэйдрэ с трудом его отодрали.
– Так, – дручия вытерла пот со лба и передала посеревшего драмиса на руки невесть откуда взявшемуся белокожему мужчине в меховом жилете, надетому на голое тело, – давайте сначала приведем вас в нормальное состояние, помоем, покормим, а потом вы мне все расскажете…
Мой желудок тут же радостно отозвался на прекрасный своей лаконичностью план Дэйдрэ.
Рассмеявшись, я почувствовал, как уходит прочь смятение, которое навеял на меня Аг своим престранным и пугающим поступком.
То, что нас встретили именно эти милые девушки, дручия посчитала хорошим знаком и отправила их провожать нас до гостевых покоев. Красавицы немного освоились и даже сняли защитные сферы, но все еще испуганно шарахались всякий раз, как неугомонный Херон снова пытался осыпать их комплиментами. Видимо зеленоватый оттенок кожи паренька не вызывал у девушек доверия.
Дэйдрэ, извинившись, растворилась где‑то на середине пути, сославшись на дела государственной важности, но пообещала присоединиться к нам в скорости.
Замок дручий представлял собой скопление множества башенок различной ширины и высоты, соединенных между собой удобными широкими переходами. Даже Аг в своей драконьей ипостаси может свободно прогуляться по этим симпатичным коридорчикам, а по некоторым еще и в обнимку с Эжоной.
Ровная поверхность голубоватых стен при ближайшем рассмотрении оказалась набранной из малюсеньких кирпичиков. Что это за камень, я сказать не мог, но больше всего он напоминал голубой опал – сияющий, внешне кажущийся прозрачным, но мерцающий дымкой в самом сердце.
Внутреннее убранство башен оказалось неприхотливым. Те же голубоватые стены, спиральные лестницы с невысокими ступеньками, закругленные своды высоких коридоров. Освещали помещение эти же камни, из которых были выложены стены. Каждый мерцал слабо, но в целом нас окружал ровный мягкий свет.
Я снова испытал ощущение другого мира на грани реальности, как в детстве, когда проходил по этим коридорам вслед за невозмутимым отцом. Мне всегда хотелось пройтись тут одному, поскольку я представлял себе, будто эти камни волшебные и не реагируют на большое скопление народу, а встречало нас всегда невероятное количество придворных. А если ты отдаешься волшебству один на один, открываешься ему, то стены унесут тебя в другой, совершенный мир, где все по твоему вкусу. Где тебя ожидают настоящие чудеса, где нет школ и всюду следующих за тобой соглядатаев…
– Гром? – окликнула меня Эжона. Коридор отозвался мягким эхом. Поежившись, словно от холода, девушка спросила: – Ведь ты бывал здесь раньше? У тебя все на лице написано…
– Что же там написано? – заинтересовался я.
– Ожидание чуда, – немного смутилась Эжона. – Но чужого, страшного… во всяком случае для меня, поскольку твой оскал доброжелательным назвать нельзя. Не пугай меня, пожалуйста.
– Больше не буду, – улыбнулся я, стараясь придать своей физиономии благодушное настроение и прогнать детскую мечту об ином.
– Спасибо, – с облегчением ответила дракониха.
Это ж надо умудриться напугать магического дракона только выражением лица, подумал я, поднимаясь по синей винтовой лестнице. Все‑таки цветовая гамма жилища дручий меня жутко раздражает, поскольку слегка дезориентирует в пространстве. Лестница уже давно закончилась, но я еще довольно долгое время пытался остановить кружение серо – синего мира.
Наконец перед нами открылась дверь, и мы попали в совершенно другую обстановку. Я с облегчением вздохнул: взору предстало помещение, привычно оформленное для меня. Черно – серый камень, аметистовые статуэтки, светящиеся жучки на стенах заботливо выложены в красивый узор. Это комнаты для гостей – дроу. Дручии прекрасно осведомлены, как угнетающе действует на другие расы любимая ими расцветка, и стараются расположить гостей с большим комфортом.
– О! – угрюмо высказался Эрлиниэль, влетая в комнату. Полет его был очень неровным – эльфа постоянно заносило от стены к стене. – Фиолетовенькое! Это глюк от голубых стен? Или я уже в отключке?
– Это комнаты для дроу, – немного смущенно ответил я. Ведь дроу здесь только я, и вообще, кто знает – есть ли у дручий комнаты для светлых эльфов.
– Да, – провожающие нас девочки неуверенно топтались на пороге, – Повелительница приказала всех разместить в одних покоях, а не разводить по соответствующим каждому существу… простите.
– Да не за что, – отмахнулась Эжона и устало плюхнулась на огромный мягкий диван. – В нашей компании каждой твари… по одному, да еще из присутствующих вряд ли хоть один знает – кто он на самом деле. К тому же, не очень‑то хочется в одиночку находиться неизвестно на каком расстоянии друг от друга. Так что все нормально…
– Правда?.. – недоверчиво удивилась одна из девочек, озадаченно хлопнув густыми длинными ресницами.
Ответить ей никто не успел, так как красавицы с неожиданно – громким визгом выпорхнули из комнаты. На их месте возник недавний угрюмый мужчина в меховом жилете. На плече он нес бесчувственного Ага, тот болтался в такт шагам, словно кипа тряпья. Мужчина уже вспотел и с трудом переводил дух. Он без объяснений направился прямиком к дивану. Эжона еле успела вскочить с него, как Аг, сброшенный воином, полетел вниз.
Угрюмый дручий оттер пот, застилающий ему глаза и буркнул обвиняюще:
– Тяжелый… кто хоть это?
– Тяжелый? – удивился я. – Хотя, может, он еще быка не переварил, да собак двух, да еще кого‑то так…
Мужик с явной опаской покосился на лежащего Ага.
– Драмис это, – не стал я мучить охранника. И только потом понял, какую спорол дурь: драмисы ведь не переворачиваются… то есть нормальные драмисы. Следствием стало еще большая боязнь во взгляде угрюмого. К тому же прибавилось деловитой настороженности. Ну вот, теперь Агу шагу будет тут спокойно не ступить. Но делать было уже нечего: переубедить охранника можно только препарировав при нем бедолагу драмиса.
Обведя нас всех взглядом, под которым я почувствовал себя воришкой, убийцей и предателем одновременно, угрюмый важно удалился из комнаты, бурча под нос что‑то типа:"Понаехали тут…"
– Чего это с ним? – Эжона осторожно наклонилась над бесчувственным Агом.
– Да он просто спит! – проворчал Эрлиниэль, тщательно исследуя драмиса.
– Что неудивительно, – хмыкнул я. – Мы все сидели на его горбу, бессовестно дрыхли в свое удовольствие, а бедолага пахал за четверых, махал крыльями, защищал нас от ветра и вообще приносил всяческую пользу…
– Жаль только, что еды не приносил, – проворчал эльф.
Я замолчал, поскольку в дверь проникло некое существо.
Больше всего это походило на… Тьма, это ни на что не походило! Я ничего подобного в жизни никогда не видел. Круглое тело, на вершине которого два глазика на отростках. Причем отростки шевелились во все стороны не хуже щупалец. Что касается последних, они тоже имелись, в количестве… кажется не меньше двадцати, да еще и в два слоя. Первый круг щупалец был на примерно уровне моих плеч, второй – чуть пониже того места, откуда у дроу ноги растут. Вместо рта огромная присоска. Все тело покрыто серыми камневидными наростами. То есть – лежи это существо на пыльной дороге, я бы на него и не внимания не обратил, приняв за очередной булыжник! В одном щупальце существо держало ящик. Конечности, которые не участвовали в движении существа и не несли ящик, хаотично двигались, завивались, не секунды не находясь без движения.
– Не бойтесь, – привычно произнесло существо, явно осведомленное о том впечатлении, которое производит на окружающих. – Я доктор.
Я поспешно втянул бессознательно формирующийся эхар, эльф ворчливо убрал фейскую палочку, а Эжона захлопнула отвалившуюся челюсть. Херона не было видно, только диван подозрительно подрагивал.
– Херон вылезай, это доктор, – позвал я струсившего оборотня. Но диван задрожал еще сильнее. – Хотя нет, лучше сиди там, – передумал я, вспомнив, как на него подействовало" лечение" вильев.
– У вас есть проблемы? – уточнило существо.
– Есть, – вздохнул я, – только я ожидал, что Дэйдрэ сама нас подлатает…
– Повелительница сейчас очень занята, – сухо ответил доктор. – К тому же, со всем уважением, у Повелительницы целительство только на уровне первой помощи хорошо отработано, что собственно и требуется для её призвания. Я же лучший лекарь на всю страну и вы можете мне довериться полностью.
– Ладно, – я пожал плечами, не ожидая такой напористости. – Вы драконов лечить умеете?
– Умею, – мягко засмеялось существо: смех его был неожиданно приятным на слух. – Хотя он вроде прекрасно держался в воздухе… сейчас посмотрим… Ну, что там у вас?
Он уверенно проскользил к дивану и склонился над спящим Агом.
– Ну, все понятно, – щупальца заскользили вдоль тела драмиса. – Переутомление… Пусть отсыпается, это эго лекарство, потом покормим побольше. Что ж вы так загнали своего друга? На пожар спешили?
– Э, – я временно потерял дар речи. – Да он сам себя загнал, добровольно… А вы видели как он летел?
– Конечно, – закивало существо, щупальца радостно завернулись в колечки. – Красиво двигался, прекрасный экземпляр…
– Вообще‑то это драмис, доктор, – ревниво подала голос Эжона, – а дракон – я!
– Что? – верхняя присоска существа удивленно вытянулась, отростки с глазками закувыркались в стороны.
– Да, у неё сломано крыло, – подлетел к самому существу Эрлиниэль.
Увидев фея, существо вытянулось в струнку, все щупальца раскрутились: доктор стал похож на камень, у которого внезапно выросли колючки.
– Что с вами? – озабоченно спросил Эрлиниэль.
– Кто‑нибудь еще кроме меня это видит? – испуганно пробулькал доктор.
– Все видят, док, – успокоил я его. – Это наш друг, эльф. Светлый.
Существо стало меньше. Кажется, он просто сел на пол от растерянности.
Мы переглянулись и подошли поближе. Доктор сипло булькнул и вяло пополз к выходу. Бросив свой ящик на пол, он поспешно исчез за дверью.
– Он чего, – фей сел на ящик, – испугался что ли?! А еще доктор.
– Кажется, он принял нас за сумасшедших, – задумчиво произнесла Эжона. – И он прав – мы почти все не то, кем выглядим.
– Чушь, – отрубил я, – мы все не то, кем являемся. Не то, кем выглядим… и вообще, философия пусть останется в школьных учебниках! А этот… сам псих какой‑то… со щупальцами!
– Псих со щупальцами, – весело отозвалась Дэйдрэ, входя в помещение, – это мой личный врач Ллуух. Вы его напугали до полусмерти… видимо ты решил всех моих подданных доводить до состояния нестояния, о, великий преемник?
Необыкновенно красивый, но напыщенный наряд, что был на дручии раньше, Дэйдрэ сменила на простого покроя черный комбинезон, расшитый серебром и голубыми драгоценными камнями. Это меня обрадовало и огорчило одновременно: в облегающем одеянии Дэйдрэ смотрелась соблазнительно, но умопомрачительных декольте не было. Можно было сохранять рассудок почти трезвым.
– О, великая воительница, – в тон ответил я, откровенно любуясь фигуркой девушки, – я буду выполнять это без промедления и дальше, дабы любоваться твоей красотой безраздельно, пусть это и разобьет мое нежное сердечко!
– Нежное?! – расхохоталась бывшая наемница. – Да скорее из камня польются горькие слезы, господин льстец!
Я сделал обиженное лицо, но девушка не купилась. Она подошла и щелкнула по рукояти сияния.
– Ты все еще таскаешь за собой эту ржавую железяку?
Сияние довольно загудело, хотя я думал, что клинок обидится. Но потом вспомнил: оно реагирует не на слова девушки, а на то, что у неё есть.
– А где же спрятан твой бессмертный артефакт?
– На месте, – туманно ответила девушка и развернулась к остальным: – Где тут неправильный иномирный пришелец?
– Это я, должно быть, – осклабился Эрлиниэль. – Но должен разочаровать, я – простой эльф… то есть был, пока…
– Не вмешался Гром, – хихикнула Дэйдрэ. – Можешь не объяснять. Расскажи лучше про способности свои.
– Ну, это, – задумался эльф. – Палка вот у меня есть. Причем мне даже её таскать не надо. Как подумаю, что надо колдовать – она в руках. Я уж выбрасывал ее сколько раз – не помогает.
– Угу, – Дэйдрэ уселась на диван, с грациозной легкостью пододвинув тихо сопящего Ага. У Херона, только что вылезшего из‑под дивана отвисла челюсть – он видел, с каким трудом Ага тащил охранник. Девушка нежно водворила челюсть мальчишки на место. – А что, и колдовать можешь?
– Могу… Хотя, как сказать: растения, в основном, – Эрлиниэль подумал и хитро глянув на меня, усмехнулся, – ну еще прически менять! А если серьезно – кто его знает, я только начал все это осваивать.
– Ипостась менять можешь? – деловито уточнила Повелительница.
Эльф кивнул.
– Только сейчас не может, – вмешалась Эжона, сажая благоверного себе на плечико. – Он серьезно ранен… почти умирал. Но в этой ипостаси целехонек! И у меня, кстати, крыло повреждено…
– Остальные все целы? – Дэйдрэ внимательно осмотрела меня с ног до головы.
– Целы… – улыбнулся я. – Только" остальные" очень грязные и невероятно голодные!
– Это исправимо, – отмахнулась дручия, я огорчился – ну вот, завтрак опять откладывается. – А что вообще происходит? Если вкратце.
– Вкратце не получится, – серьезно ответил я. И умоляюще добавил: – А иначе я раньше скончаюсь от голода!
– Мужчины, – фыркнула Дэйдрэ, – все вас накорми, напои, спать уложи, а потом расспрашивай!
– Да – да, – оживился я. – Только ко всем перечисленным пунктам программы добавь – вымой! И одень во что‑нибудь чистое…
– Ну вот, опять расходы непредвиденные, – иронично покачала головой дручия. – Казны не хватит – одевать всяких залетевших на огонек заморских принцев! Ну ладно, найдем тебе какую‑нибудь старую дерюжку! Купальни направо, помойтесь, скоро принесут одежду. За обедом все расскажете. А потом я займусь вашими ранами, на сегодня мой рабочий день почти завершен.
– А доктор сказал, что его уровень выше… – робко заметила Эжона.
– Ллуух – хороший доктор, но порой завышает свою значимость, – холодно усмехнулась Повелительница. – Я приняла его на работу, ибо он лучший лекарь среди подданных, а мне самой просто некогда заниматься целительством. Но друзей я ему не доверю…
– Зачем же ты его послала сюда? – удивился я.
– Да ни зачем, – отмахнулась девушка, направляясь к двери. – Он сам направляется куда захочет без наставлений. Видите ли, у Ллууха невероятное чутье на кровь, и хоть вы сменили ипостась, он чует ваши раны. Но он труслив, столкнувшись с неизвестным и необъяснимым – сразу пасует, прикидываясь камнем. Что только не делала – все бесполезно, – дручия мягко улыбнулась нам всем и взялась за ручку двери. – Приводите себя в порядок, мы скоро встретимся.
Она открыла дверь, но вновь вернулась, чтобы спросить:
– Все‑таки, сердце не на месте: кто попытался убить эльфийского принца?
– Старый знакомый Грома, – с ненавистью произнесла Эжона. – Лайнес…
Дэйдрэ выпрямилась в струнку, брови сошлись на переносице, глаза сверкнули синевой ярости так, что дракониху, которой не повезло поймать на себе этот взгляд, просто отмело от бывшей наемницы. Девушка, потеряв равновесие, замахала руками, но не удержала равновесие и села на пол.
– Лайнесссс? – прошипела до неузнаваемости изменившаяся дручия, переводя на меня взгляд синих глаз.
Теперь это была не радушная девушка, встретившая гостей, а великий воин, которому напомнили про смертельного врага. Я отметил, как возросла магическая сила Повелительницы: дрожь пробежалась по позвоночнику, обозначая тропинку опасения. Пол ощутимо затрясся, со стены посыпались жучки, светить они уже перестали, ибо не переносят таких всплесков магии. В углу лопнула красивая аметистовая статуэтка. Эжона испуганно вскрикнула, закрываясь рукой от осколков.
Собравшись, я постарался хотя бы внешне спокойно выдержать этот взгляд ярости и сухо кивнул.
Дэйдрэ резко развернулась вокруг своей оси и стремительно выбежала из комнаты.
Я осмотрелся: бледная Эжона упорно не отрывала взора от пола, усеянного сверкающими кусочками сиреневого камня, в углу забился кудрявый волк, а над ним порхал задумчивый Эрлиниэль. Аг бессовестно дрых, пропустив вспышку ярости великой Повелительницы рода дручий.
Глава 13
– Эжона! – гаркнул я, чтобы вывести всех из ступора. Друзья вздрогнули, даже Аг чуть шевельнулся во сне. – Марш в ванную, всем надо приводить себя в порядок, а то с вами еще сутки еды не дождешься! Тогда вспомню, что я страшный и ужасный дроу, и закушу одним прелестненьким дракончиком…
Девушка рассеянно улыбнулась и направилась в указанную дверь, бурча на ходу:
– Ну, теперь‑то точно получишь по заслугам…
– А мы? – обиженно проблеял Херон.
– Дамы вперед, – хмыкнул я, – или тебя в детстве вежливости не обучали?.. ой, о чем это я? Какая вежливость в деревне? И вообще, зверям в ванну вход строго запрещен!
– Переворачивайся… – снисходительно добавил сникшему оборотню улыбающийся эльф.
– Гром! – закричала Эжона. – Идите сюда!
– Любопытненько, – рассмеялся я. – Прямо при муже! Смелая…
Эрлиниэль презрительно оглядел меня с головы до ног, словно это я фей, а он – великан, и первым полетел на зов жены.
– Что, дорогая?
Ухмыляясь, я двинулся следом, заодно прихватив ухо сменившего ипостась Херона. Паренек взвизгнул, извернулся и попытался укусить меня. Ругнувшись, я торопливо протолкнул его в широкиую дверь и зашел следом.
– Смотрите! – глаза девушки сияли восторгом, рукой она показывала в сторону нескольких альковов.
Купальня оказалась отнюдь не банальной ванной комнатой, а огромным залом с множеством альковов. В каждом находилась круглая каменная ванна с ароматной водой. Пар белой пушистой кошкою стелился по полу, дух редких благоуханных масел витал в воздухе. Каждый альков мог легко трансформироваться к отдельную комнату – стоило только опустить тяжелые темно – синие бархатные занавеси.
– Невероятно! – прошелестел эльф, осматривая высокие стены зала, украшенные искусно выложенной мелкими перламутровыми камешками. Изысканные узоры мозаики стремились ввысь, переплетаясь на куполообразном потолке.
Я согласно кивнул, хоть никто на меня не смотрел. Такого размаха я не видел ни в Пресветлом Лесу, ни в Поднебесной Цепи, ни… а собственно, я больше нигде и не был. Здесь я был, конечно, и не раз, но в те времена было совсем не до купания, и никто из дроу не заходил в эту дверь. Наш визит был рассчитан до мгновения грозным Повелителем, времени на экскурсии мой суровый отец никогда не выделял. Хотя, представляй я, что тут такое великолепие, обязательно бы сунул свой любопытный нос.
– Ага, ждать не надо, – быстро сообразил юркий Херон и проскользнул в ближайший альков.
– Занавеси опусти, бесстыдник! – крикнул я, когда мальчишка, раздеваясь на ходу, с размаху нырнул в воду, заставив покраснеть Эжону.
Оборотень проигнорировал, а может, просто не услышал, так что пришлось самому идти и опускать рычаг. Удивительное дело – стоило ткани опуститься, как пропали все звуки, в избытке раздававшиеся из алькова Херона: плеск, визг, почти звериное фырканье…
– Удобно, темный ош, – одобрил я. – Ну‑ка быстро, расходись кто куда!
– А как же Аг? – спросил меня эльф, следя за передвижением жены в противоположный альков. Эжона старательно опустила рычаг, и спокойный за честь семьи Эрлиниэль перевел вопросительный взгляд на меня.
– А чего Аг? – я безразлично пожал плечами. – Проспится и вымоется. Он не так голоден, как мы – ел недавно. Да и тащить его на обед к Дэйдрэ бессмысленно. Он же ничего не понимает…
– А ты уверен? – эльф проницательно заглянул мне в глаза.
Я снова пожал плечами и, выбрав альков, от которого исходил тонкий аромат с пряной ноткой, решительно направился туда от навязчивого эльфа.
Эрлиниэль выбрал альков рядом с женой и долго возился с рычагом. Я стоял и ждал, когда он попросит помочь. Но эльф только бросал на меня сердитые взгляды и пыхтел, пытаясь сдвинуть с места рычажок. Щелк. Красный, взмокший, еле махающий крылышками, но невероятно гордый собой эльф исчез за тяжелой тканью занавеси.
Я восхищенно покачал головой: какие мы гордые, и тоже отгородился от шикарно украшенного зала зала. Спешно скинув грязные штаны и замусоленный донельзя жилет, я с наслаждением погрузился в нежную ароматную воду. На уровне груди закололо, словно обмороженная кожа отозвалась болью на тепло. Тьма, я уже забыл про след.
Тем временем тот под воздействием водички постепенно исчезал, неприятное ощущение покалывания утихло. Я нырнул на глубину, наслаждаясь мягким сопротивлением воды. Усталость таяла, уступая место спокойному равновесию. Сейчас мне казалось, что ничто в мире не способно вывести меня из этого состояния. Я вынырнул и отфыркался. Амулет, который я по неосторожности забыл снять, полоснул меня по плечу рваной стороной.
Я еще не успел испугался непредвиденному сеансу видений, как увидел, что рана стремительно затягивается… вскоре не осталось даже шрама. Осмотрев себя в местах недавних ранений, я тоже не обнаружил ни единого шрама, словно ничего и не происходило.
Обрадовавшись, я схватил себя за ногу – под коленом был очень некрасивый шрам от удара мечом, который я заработал еще в раннем детстве на одном из восстаний. Шрам часто отзывался болью при мышечном напряжении, когда я лазал или прыгал… нет, чуда не произошло. Шрам на месте, значит, действует целебная водичка только на свежие порезы. Ну что ж, и на том спасибо.
Рядом, в небольших выемках на стене обнаружился целый арсенал различных средств для омовения, чем я незамедлительно и воспользовался и через небольшое время сиял чистотой как начищенный кубок из самого лучшего антрацита!
Выкарабкавшись, я закутался в большущий кусок белоснежной толстой и очень мягкой ткани и отжал вверх рычаг.
Похоже, я был единственным, кто поспешил помыться вместо того, чтобы нежиться в целебной ванне. Но обстановка все‑таки немного изменилась.
Посреди зала появился изящный невысокий столик с затейливо изогнутыми ножками, на котором находился целый ворох одежды. Действуя по правилу:"кто первый сел на трон, того и корона", я выбрал самые приятные для себя вещи, переворошив все, что принесли.
Выбор мой остановился на темно – фиолетовых брюках из плотной чуть мерцающей ткани, черной полупрозрачной рубахе свободного покроя и фиолетовом же жилете, строго расшитом серебром. Нашлись и мягкие кожаные сапожки черного цвета. Вернувшись в альков, я нашел Сияние в куче грязного тряпья и пристегнул к черному кожаному поясу с серебряной пряжкой: вст теперь костюм мой стал действительно цельным.
Из алькова напротив, с расширенными зрачками и покачиваясь от усталости, вышла Эжона, закутанная с ног до головы в пушистый белый балахон. Словно не видя никого вокруг, девушка подошла к столу, вытянула первое попавшееся платье, прихватила обувку и ушла обратно.
Я хмыкнул, забавные вкусы у драконов. Судя по тому, что я разглядел, это голубое полупрозрачное платье, расшитое серебром, и красные сапожки с золотыми цепями и пряжками.
Я заглянул в альков к Херону, но неугомонный оборотень уже оттуда испарился. Он нашелся в гостевой комнате, где растянулся на мягком ковре во весь рост. Вот тут я откровенно рассмеялся, опираясь об косяк двери, чтобы не упасть.
Первый парень на деревне! Брюки, расшитые золотом, красная рубаха, синий жилет, сплошь усыпанный голубыми драгоценными камнями, белоснежный кафтан на два размера больше мальчугана и все вершили эльфийские зеленые сапоги с длинными загнутыми носами. Херон насупился и запахнул кафтан.
Не в силах больше любоваться этим чудом и держась за ноющий от смеха живот, я пошел в гости к Эрлиниэлю.
– Ты тут как, жив еще, солнце мое? – спросил я, еще хихикая. – Не превратился в рыбу?
– Нет, – буркнул эльф. Он сидел абсолютно голый на белой куче, которой оказалось то самое толстое покрывало.
– Чего не одеваешься? – невинно поинтересовался я. – Любуешься своим богатырским сложением?
Эрлиниэль бросил на меня уничижительный взгляд и отвернулся.
– Ладно, красна девица, выкладывай, – сжалился я над феем.
– Мне чего, голым туда лететь? – закричал эльф, теребя неподъемную для него ткань. – Или в грязное свое рванье обратно облачаться?!
– Да успокойся, – опешил я от такого взрыва, – так бы сразу и сказал. Сейчас чего‑нибудь придумаем…
Я вышел и покопался в тряпье, но ничего подходящего найти не мог. Похоже, таких маленьких размеров у дручий не нашлось. Но тут у меня возникла идея. Я, зная любовь эльфа к белому, схватил белые брюки, рубаху, жилет, нашел сапоги из белоснежной кожи и рванул обратно к Эрлиниэлю.
– Доставай свою палку, – приказал я фею, игнорируя его выразительный взгляд на кучу одежды, по объему в несколько раз превышающему его собственный.
Эрлиниэль не спорил и непонятно откуда материализовал палку.
– Так, а теперь вспомни ощущения когда меняешь ипостась, но думай про одежду.
Эльф передернул плечами с раздражением, но я подтолкнул его высочество к куче и тот поднял палочку.
Одежда уменьшилась мгновенно. Вот она была, и вдруг лежит маленький сверток. Я растерянно моргнул, еще не веря в то, что опыт удался.
– Гром! Ты гений! – обрадовано закричал Эрлиниэль, поспешно натягивая одежду. – Но как ты догадался?!
– Просто, – я почесал в мокром еще затылке. – Вспомнил, что когда ты сменил ипостась, брюки остались на тебе, вместо того, чтобы пасть наземь с твоего изрядно исхудавшего тельца. Значит, они тоже подвергаются метаморфозе. Стоило попробовать…
– Конечно, стоило! Я твой должник! – эльф в белом, радостно порхая крылышками, вылетел из алькова, я вышел следом.
Как раз чтобы запечатлеть выход нашей красавицы. Эжона все еще слабо покачивалась, но лично я на это внимания не обратил, поскольку меня привлекло совсем другое. Эльф тоже был поражен, о чем красноречиво свидетельствовала нелицеприятно отвисшая челюсть маленького существа.
Платье оказалось практически прозрачным. Видимо, его полагалось одевать поверх чего‑то другого, более плотного… Эжона напоминала эфемерную соблазнительную нимфу: почти призрачная ткань мягко обтекало округлую грудь, ничуть не скрывая, а даже подчеркивая вызов сосков. Книзу от талии платье становилось еще прозрачнее, почти воздушным. Эрлиниэль залился краской, да и я бы тоже… если бы мог. Взгляд медленно опускался все ниже.
И вершили все это сексуальное великолепие задорные красные сапоги с позвякивающими цепями.
Я переглянулся с эльфом. Краснота лица его переросла в багровый оттенок. Я хихикнул, скорее нервно.
И тут эльфа прорвало, он загоготал во все горло, плавно, словно осенний лист, опускаясь на пол. Я тоже не смог больше себя сдерживать и присоединился к фею. Мы в истерике катались по полу, а Эжона наблюдала за нами непонимающим, все еще отстраненным от внешнего мира взглядом. Когда я мог только постанывать от смеха, девушка немного пришла в себя, зрачки перестали быть угрожающе огромными, и посмотрела на меня более осмысленным взглядом.
– С вами все в порядке? – обеспокоено поинтересовалась она.
Вопрос вызвал новый приступ смеха у эльфа, а смог лишь вздохнуть:
– А с тобой?
– А что со мной? – озадачилась дракониха.
– Вот это
! – я, красноречиво размахивая руками, показал причину нашей истерики.
Эжона опустила глаза и густо покраснела:
– Отвернитесь! – гневно приказала она.
Я послушно отвернулся, прихватил чуть поуспокоившегося эльфа.
– Сапоги… – слабо простонал он, не в силах больше смеяться. – Вот это сапоги! Драконовские!
– А мне интересно, – я решил, что поразмышлять вслух не помешает, чтобы скрасить неловкую ситуацию, – вот дракон меняет ипостась и становится человеком в одежде. А что происходит с одеждой, когда он становится снова драконом? И откуда она появляется потом? Я раньше думал, что одежда такая же иллюзия, что и человекообразный дракон…
– Не все так просто, Гром, – неожиданно спокойно отозвалась Эжона. – Но мне трудно объяснить, лучше пообщайся на эту тему с дядюшкой.
– Угу, – саркастически хмыкнул я. – Он далеко, ты близко, а я не хочу долгое время мучаться над загадкой, если вообще мы сможем встретиться в здравии, что в свете последних событий вообще нереально. Так что делись знанием с ближним!
– Ну понимаешь… при смене ипостаси, дракон как бы задействует своеобразный кокон, который есть у каждого магического существа с рождения. Он не виден, не ощутим, даже нами, но он очень качественно сворачивает пространство в определенную форму…
– В человека, – кивнул я.
– Ну, не совсем, можно и без формы. Кстати, можете повернуться. Так не очень смешно?
Мы послушно развернулись. Эжона оделась практически дублируя мужа – в белые рубаху и узкие штаны, но без жилета. И откопала где‑то маленькие белые мягкие туфли. Конечно, считается, что на торжественный обед женщина должна одевать платье, но заикнуться сейчас об этом я бы не решился. Судя по тому, что молчит даже эльф – он тоже хочет жить долго и счастливо. А ведь все знают, как эльфы привержены традициям, так что эта большая уступка со стороны мужа, видимо, должна послужить извинением за несдержанность.
– Вполне стильно, – кивнул я. – Будете с Эрлиниэлем как двое из ларца, одинаковы с лица. Так что там с" не совсем"?
