Текст книги "Дурманящий запах мяты Егер Ольга"

Автор книги: Ольга Егер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 51 страниц)

В моих ушах его голос звенел на фоне тишины. Ни петухов, ни лая собак я не слышала. Только осипший шепот, позорно признающийся в слабости.

– Вы бы хоть разок подумали о себе! – отвернулась я, когда серые глаза уставились мне прямо в душу. – Смерть – значит сдаться. Значит трусость!

– Ты разочарована во мне?

Я присела рядом, рассматривая алые цвета горизонта в окне напротив. Соврать, сказав “нет” – как-то язык не повернулся. Не знаю, смогла бы ли продолжать существовать не будь у меня бабушки, Фаи, и ещё некоторых личностей. Наверное, очень тяжело быть пустым изнутри и одиноким.

– Не совсем. – Со вздохом проговорила я, и ободряюще ему улыбнулась. – Вы – человек. А у нас, простых смертных, куча недостатков! У меня их просто море, которое не переплыть!

Он рассмеялся моей попытке успокоить его шуткой.

– Знаете, что бы ни случилось, вы должны всегда быть сильным! В мире много интересного. Не стоит заканчивать свой путь так и не переступив через порог дома.

Ольгерд уставился на меня с неподдельным интересом, и я вдруг поняла почему. Так что поспешила ретироваться.

– Это не мои слова. Кое-кто очень мудрый сказал.

Тот же человек говаривал: “Борись девочка! Борись и не хнычь! Вставай, когда тяжело. Улыбайся, когда больно и хочется разреветься. Держись до последнего. Верь, что ночь не вечна, и солнце обязательно поднимется на небосвод! И пусть боятся тебя враги!”

Я смотрела в окно, и тихо улыбалась – большой солнечный диск поднимался на небо, обещая тепло.

После пережитого приключения командующий перестал быть для меня идолом поклонения. Ольгерд – обычный человек, со своей тайной, которую порой становится слишком тяжело нести одному. Всем нам нужен провожатый, который подаст руку помощи или просто подставит плечо, когда ноги совсем откажутся идти.

– Я была убеждена, что вы настолько сильный, что ничто и никто не сможет сломать вашу волю. – Призналась я. – Сравнивала со сказочным героем… Но, оказалось… А и не важно это! Ведь и герои плачут.

Своим резким скачком с лавки на пол, я не на шутку его испугала. Командующий уставился на мою ехидную физиономию и протянутую руку.

– Все мы идём по дороге, на которой одни ухабы, да кочки. Садним ноги до крови, но идём. Могу предложить себя в качестве провожатой на некоторое время, чтобы помогать залечивать раны и обходить особо увесистые камни!

Он сначала не понял к чему я всё это говорю. Потом всерьёз задумался, а я отвлеклась. В открытое окно подул ветер, освежая пыльную комнату, охлаждая моё покрасневшее лицо. Он напоминал вдох надежды, счастья. Улыбка так и растягивалась, даже щекам стало больно.

– Заслужить дружбу и уважение другого человека нужно уметь. – Внезапно заявил мужчина. – Я хочу заново заслужить твоё уважение. Я согласен! Но тогда и сам стану проводником тебе.

– Согласна! – мы пожали руки, закрепляя наш тайный договор.

К обеду количество моих друзей, как и врагов, увеличилось. Тайрелл злился, играл в молчанку, делал вид, что мы совершенно не знакомы. Ольгерд дважды пытался с ним заговорить, но товарищ детства изображал гордого обиженного советника и отворачивался. Я поддерживала командующего, особенно когда появился староста и поинтересовался у Фаи не видела ли она нашу хозяйку. Присмотревшись к мундиру на груди Ольгерда и убедившись, что повязки не выпирают, я честно соврала, как и было обговорено, мол видела ветхую бабулю уходящей в лес. Она не возвращалась, а мы всю ночь просидели с командующим, попивая чай. По войску прошёл шепоток по поводу “чая”. Тай скрипнул зубами и вскочил прямо с земли в седло, после чего не оборачиваясь припустил трусцой в сторону ворот. Лица моих подруг по оружию вытянулись после услышанного о моих отношениях с командующим. Войка немного успокоилась. Реакцию на это сообщение Крохи описывать совсем не хочется, потому что я точно знала, что в чёрный список врагов добавилось ещё одно имя. Но на этот раз, моё собственное. Парень отказался со мной разговаривать до Ладониса.

– С ним тоже ничего не было, так ведь? – блеснула знанием моих повадок Фая, подъехав ко мне ближе, когда мы галопом скакали, пытаясь нагнать взбесившегося советника. Улиан уже второй час подпрыгивал на лошади моля о пощаде, но Тай только шипел на него и принц печально хлюпал носом. Сейчас командующий подъехал к другу, чтобы в очередной раз объясниться. Но по всей видимости был послан далеко, надолго и без тормозка, да ещё и пешком! Ольгерд повторил жест Улиана: опустил голову и ретировался поодаль, искоса поглядывая в спину советника.

– Фая! – обсуждать с подругой командующего не входило в мои планы.

– Так что же вы делали всю ночь? – не отставала она.

– В чумного играли! – буркнула я, и дальнейшие расспросы прекратились на время, так как к нам присоединился сам Ольгерд.

– Всё так плохо? – обратилась я, и мужчина вздохнул. – Ну, хочешь я в него чем-нибудь запущу?

– Мне не до шуток! – проговорил он.

– Кто сказал, что я пошутила? Сомневаешься в моих способностях? – меня такое неверие оскорбило. Я даже не поленилась снять сапог и прицелиться, когда Тай резко обернулся. Пришлось притвориться, что камень вытряхиваю. Ольгерд впервые рассмеялся.

– Ничего! Подождём, пока он успокоится! – предложил мужчина.

Ждать – не трудно! Так как разговаривать с Таем у нас не получалось, мы сгруппировались у костра, общаясь между собой. Оказывается, когда командующий расслаблен, то становится компанейским шутником. Ольгерд рассказал мне не одну военную байку, я ему – прибаутки из общины амазонок. Мы смеялись, делясь разными историями, то и дело ловя на себе неодобрительные взгляды сестёр, воинов и, конечно, же Тая. Кстати, он не особо скучал без нас: чтобы не смотреть на наши счастливые лица советник спрятался в своём шатре, куда через несколько секунд прошмыгнула Войка. Могу предположить, что они там крепко подружились. И не один раз!

– Снова упустила свой шанс! – объявилась рядом подруга, когда я смотрела на спящего возле меня командующего. Он напоминал обиженного ребёнка, жмущегося ко мне, в надежде на жалость. Я даже провела рукой по его волосам, заверяя его в поддержке.

– Ты о чём? – проигнорировав многозначительный хмык подруги, уточнила я.

– С ним Войка. Он столько сил потратил на то, чтобы…

Пришлось её прервать. Я догадалась о чём заведена речь, раньше, чем завершила предложение Фая. Чуть не сорвалась на крик, но чтобы не тревожить сон измотанного Ольгерда, оглянулась и тихо зашипела:

– Фая! У неё есть что-то к нему! Вот и пусть! У меня – нет! Поэтому я здесь, а она – там! Всё понятно? И иначе не будет! Как бы тебе не хотелось изменить положение вещей! – разговоры о советнике действовали уже не просто раздражающе, а выводили из себя. Чтобы больше не общаться на эту тему, я решила пройтись до ближайших кустов.

Только скрылась в кустарнике, отошла подальше от храпящей толпы, туда, где есть ещё слабое свечение костра – как пожалела об идее прогуляться столь поздно и одна. Я замерла, сжимая эфес меча. Из глубокой тьмы на меня надвигались две голубоватые светящиеся точки. Это был волк, большой и голодный. Он скалил слюнявую пасть, предупреждая, что одно малейшее движение и амазонка легко превратится в ужин… Но прямо передо мной, преграждая траекторию прыжка врагу, возник огромный, в два раза больших размеров, волк с коричневой полосой. Тот – первый, просто обалдел от такого скопления голодных тварей на душу населения. И видимо, решил: “А ну его этот ужин! Пора садиться на диету!”. Так что, поджав хвост, быстро улепётал восвояси.

– От тебя, оказывается, может быть толк! – в качестве награды я почесала за ухом мохнатого лесного великана. Эта наглая морда ухмылялась от удовольствия, вывалив язык на бок. – Значит, с тобой всё в порядке, а то я уже волновалась, что та страшная тётка убила тебя!

Он недовольно заскулил, объясняя, что никакие упырихи не смогут причинить ему вред.

– И чего ты за мной увязался? Ладно! Пойдём-ка поищем с тобой яблочек!

Мы нашли дикую яблоньку. Сочные плоды я сбила палкой, и усевшись под деревом, поделилась с охранником. Раньше мне думалось, что волки едят только мясо. Но этот был особенным. А может просто за компанию со мной мусолил самое большое яблоко, зажав его между лап. Я устроилась у него под боком. Моментально согрелась и почувствовала, как меня начинает клонить в сон.

– Вот ты можешь мне сказать? Почему все эти дуры, так увлеклись советником? Войка стала какая-то странная из-за него. Нервная. Переступает через собственную гордость, готова перед ним на коленях ползать… – жаловалась я зверю, засыпая. Он мотнул головой и уставился на звёздное небо.

Тёплая шерсть, мерное дыхание, знание, что меня никто не тронет, пока он рядом – и я позволила себе уснуть посреди тёмного леса, пригревшись возле огромного волка. Но проснулась спустя час, вспомнив, что мне всё же необходимо вернуться в лагерь. Мои просьбы не вылезать из засады и держаться в стороне зверь игнорировал. Он следовал за мной до самой стоянки.

– Не показывайся им на глаза! – предупредила я. – Ты же знаешь, какие люди жестокие. Так что будь поблизости, но не приближайся ни к кому! А я тебе позже принесу поесть… Если ты конечно, сильно голодный. Потому что готовка нашего кухаря, это, знаешь ли, жуткая штука!

Он закрутил головой, с интересом вслушиваясь в мои слова. Возможность поесть что-то более менее приличное ему понравилась.

Глава 13

Примирение

Впервые проснулась я не от пинков, ни от храпа, а от приятного запаха жаренного мяса. Желудок отозвался на него преданным урчанием, и я открыла глаза, усаживаясь удобнее на земле. Первое, что отловил цепкий взгляд – на костре парились несколько очень аппетитных кусочков шашлыка, надетые на палки. Командующий и советник завтракали неподалёку от меня, смеясь и что-то увлечённо обсуждая.

– Я вижу, вы помирились! – подобралась к ним ближе, чтобы палочка с мясом меня не миновала. Добрые мужчины протянули мне завтрак. Я уже собралась откусить, увидела небольшие перемены в лицах обоих друзей. Тай усиленно работал челюстями и тут же ёжился от боли. На его губе застыла кровь.

– Что с губой?

– Мирились! – хохотнул Ольгерд, и я заметила, что у этого синяк на щеке.

– Интересный способ! – прокомментировала я.

– А главное, действенный! – рассмеялся Тай, толкнув друга в плечо, и тот схватился за рёбра.

– С утра вепря поймали? – кивнула я на остатки мяса перед собой, стрескав уже три сочных куска.

– Нет, волчатина, – беспечно ответил советник, и я почувствовала, как съеденное уже поднимается к горлу, чтобы явиться на свет в самом неприглядном виде. До кустов я домчалась с невиданной скоростью, а за моей спиной смеялись двое друзей.

Неужели, мой волк… Они его?..

Сердце колотилось, как сумасшедшее. Я оперлась о дерево, пытаясь прийти в себя. В руке всё ещё сжимала палку с жутким шашлыком. Из кустов показалась встревоженная морда, и тут же ткнулась мне в колено мокрым носом. Я перевела дух, и успокоилась.

– Тень! – кличка для зверюги придумалась сама собой. Я упала перед ним и обхватила за шею. Волк радостно вильнул хвостом, а потом лизнул меня в щёку.

– Всё хорошо, – выдохнула я, поднявшись на ноги.

А наглая волчья харя стащила у меня из рук остатки несостоявшегося завтрака.

– Выплюнь гадость! – потребовала я, понимая, что отбирать у голодного волка еду – смертельная ошибка. Он вильнул задом, игриво зазывая следовать за ним, но мясо из пасти не выпустил, жуя его на ходу. Гадёныш сожрал часть своего собрата и даже не скривился! Хотя, может парни и пошутили на счёт волчатины?

Тень вывел меня к озеру, красивому и чистому. На глади воды блестели блики солнца. Водоём переливался золотом и серебром. Пели птицы, где-то усердствовали дятлы, и звук их кропотливой работы разносился по окрестностям. Волк сидел рядом довольный, подметая пушистым хвостом землю, и изредка поглядывая на меня.

– Что ж…

Я сбросила с себя штаны, куртку, сапоги. Оставшись в одной рубахе, медленно вошла в прохладную воду. Погружалась в озеро, отбрасывая прочь всё, что висело тяжким грузом: стычку с ведьмой, разочарование с командующем. А в воде плавали маленькие обитатели водных просторов. Не избалованные человеческим вниманием, они подплывали совсем близко, виляя красивыми чешуйчатыми хвостами, будто сами напрашивались в руки.

– Ты рыбу ешь? – обернулась я к волку, разлёгшемуся на берегу. Он приподнялся на передних лапах и склонил голову на бок, в знак того, что слушает меня внимательно. Я рассудила это, как утвердительный ответ.

Поймав одну рыбину, выкинула её на сушу, а неблагодарное животное начало с ней играться, подталкивая лапами и подбрасывая в воздух. Только когда рыбёшка перестала сопротивляться неминуемой кончине, волк надумал полакомиться. Я посмеялась, наблюдая за его баловством, удивляясь, как легко и быстро между нами возникло взаимопонимание. Хотя чему тут удивляться? Ведь все мы дети одной Богини. Плохо только одно, что с животным гораздо проще найти общий язык, чем с некоторыми людьми. С человеческими особями больше проблем.

Я посмотрела на голубое чистое небо, пытаясь разглядеть там лицо Великой Матери. Мне, казалось, что в такой хороший светлый день, она обязательно должна улыбаться. Но она, коварная, пряталась за пушистыми облачками.

Небо было отражением того озера, в котором стояла я. Хотя, тут можно было поспорить, кто кому подражал. Я полностью расслабилась, представляя себя облачком, плывущим по бескрайним просторам небес.

“Земные проблемы меня не касаются. Потому что я – часть неба, гонимая ветром”.

Позволив воде держать меня на поверхности, я наслаждалась чувством невесомости. Практически растворилась на пограничье небес и озера. И тут…

– Так вот куда ты пропала!

Я чуть действительно не пропала. Расслабленное тело превратилось в камень и быстро пошло ко дну, – от испуга, в попытке схорониться. Исчезнуть под водой мне не дали, вытащили и поставили на ноги.

– Не везёт тебе с водоёмами! – заключил советник, придерживая меня одной рукой.

Я вырвалась, гордо заявив, что мои проблемы с водой только из-за него. А если он ещё раз так подкрадётся неожиданно, я и в кружке утонуть смогу. Ну, как минимум – захлебнуться. В перерывах нашего препирательства, я то и дело посматривала на берег – волка там не было. Спрятался, почуяв чужака. А потом я заметила, как шевелится камыш, и между коричневых шишек куста торчат острые уши зверя.

– Я думал тебе от нашей шутки по поводу мяса, совсем плохо стало, – рассматривая меня заигрывающими зелёными глазами, говорил советник.

– Конечно, стало. Вот не видишь разве, я теперь бога озера задабриваю… – Отмахнулась я.

– И как интересно? – поинтересовался парень.

– Рыбу ловлю! Не понятно что, ли?

– Интересно, ты его задабриваешь, воруя из его же царства жителей! – хмыкнул позади меня Тай. – А потом, что делаешь?

– Божеству же и жертвую! – мохнатое божественное творение тем временем, дотрескивало в кустах остатки первой рыбёшки. А Тай стал рядом со мной, тоже отлавливая рыбу и, следуя моему примеру, бросал её на берег в камыши. Что-то подсказывало, – мифическое божество моё нажрётся до отвала и станет такое раздобревшее – даже лапы передвигать не сможет! Я покосилась на камыши. Волк высунул морду. Тай тоже повернулся, поглядеть, но в камыши ничем привлекательным ему не показались.

– И как же это неприступный господин советник решился снизойти до разговора с командующим? – ехидничала я, гоняясь по мелководью за ускользающей добычей.

Тайреллу везло. Его рыбалка была успешнее – поймав изворотливую гадину, он сунул мне её прямо под нос, демонстрируя ловкость. Я оценила её косым взглядом, приняла, и, прицелившись, метнула рыбу в камыши.

– Дар Духу леса! – пояснила я, напустив на себя торжественности, и снова отвернулась.

– А почему я не должен был с ним разговаривать? Мы друзья с детства. К тому же, я действительно вёл себя не совсем… – говорил он, вылавливая вторую рыбёшку.

– Совсем как идиот? – не смогла обойтись без замечания я. – И что же заставило вас разгневаться на собственного друга, господин советник?

– Ори? – его пронизывающий до глубины души голос, заставил меня смолкнуть, остановиться и повернуться.

Советник не смотрел на меня, бросая очередную рыбину в камыши. Я заметила, что парень даже не отдаёт себя отчёта в том, что делает. А объевшийся волк наверное, уже смотрит на прибывающую летучую рыбу с отвращением и подпихивает обратно к воде.

– Это правда? То, что мне рассказал Ольгерд?

– А что он рассказал? – уточнила я, чтобы на всякий случай, знать о чём соврать.

– Ты спасла ему жизнь?

– Смотря, с какой стороны посмотреть. Мне кажется, мы оба в этом преуспели.

– Я хотел сказать тебе… – Он вдруг подошёл ближе. – Спасибо, что стала для него смыслом жизни.

– Ошибаешься! Я только стала ему другом… вот и всё! – отчего-то разговоры с ним смущали меня. Так что, во избежание продолжения разговора в таком духе, я брызнула ему в лицо водой. Им же овладело весёлое буйство и господин советник резко впал в детство, превратившись в мальчишку лет шести. Он смеялся и брызгался так, что мне пришлось от него убегать. Вода залила глаза, и я выставила руки вперёд, защищаясь, когда надоело носиться по мели. Поток прекратился. Я робко расплющила веки: Тай смотрел на меня, склонив голову. Мне не понравился его взгляд – он вызвал во мне незнакомые чувства, тревожные. Будто его взгляд, или даже весь он, несёт мне опасность. А через мгновение советник поплатился за навеянные тревоги. Волна брызг от меня полетела ему в лицо. Тем не менее, парень совсем разыгрался, нырнул под воду и оказался уже около меня, застав врасплох.

– А ты бесстрашная! – внезапно похвалил он, схватив меня за плечи.

– С чего вдруг? – не понимала я и пыталась вырваться из его загребущих ручищ. Его обнаженное мокрое тело было слишком близко, что не категорически мне не нравилось.

– Пиявок не боишься, – пояснил Тай.

О странных ощущениях вызванных его прикосновением я забыла в миг. Может быть моим наставницам надо было чаще употреблять волшебное слово “пиявки” на тренировках, чтобы развить мою скорость или уговарить меня на те же испытания… Потому что сейчас я за секунду отбросила прочь посторонние мысли и повисла на шее советника, подхватившего меня, как пушинку. Он не возражая, держал меня над водой, ехидно ухмыляясь.

– А что это у тебя за кольцо? – с наигранным интересом, я теребила украшение в руках. Тай хохотал.

– Ты значит, так на меня запрыгнула, чтобы рассмотреть поближе кольцо? – ехидничал он, и резко убрал руку от моей спины – я сильнее обхватила его шею, чтобы не рухнуть в воду. – Это досталось мне от отца. – Придушенно пробормотал советник.

– Понятно, – стыдно признаться, но я была готова на что угодно, только бы не опускать ноги к пиявкам. Даже терпеть близость советника! Пиявки гораздо хуже! Я верила в это, пока Тай не сказал следующее:

– Ори, я пошутил… Здесь нет пиявок!

Моё перекошенное лицо, наверное, стало для него сигналом к бегству. Он бросил меня и помчался прочь. Но я не собиралась прощать ему обиду. Мы носились по колено в воде, как маленькие дети, брызгаясь, обливаясь… Веселье прервал Ольгерд. Он стоял на берегу и наблюдал.

– Развлекаетесь?

– Присоединяйся! Вода просто божественная! – зазывал его Тай, прекратив баловаться.

– Нет, спасибо. Пора бы вернуться. Вас там Войка везде ищет. – С издёвкой произнёс тот.

– Это лишний повод побыть здесь подольше! – озорно усмехался советник.

– Бабник! – мои мысли, произнесённые вслух, донеслись до Тая, и он брызнул мне в лицо водой.

– Гад! – не унималась я, что веселило его ещё больше.

– И пиявок не боитесь!.. – донеслось скучающее с берега.

Не знаю, как, но я снова оказалась на руках советника.

– Ори, он пошутил! – успокаивал меня Тай, явно желая избавиться от ноши, внезапно повисшей на его шее.

Ольгерд демонстративно вытащил из воды на кончике палки что-то жирное и коричневое. Меня передёрнуло. Командующий с извинением, отпечатавшимся во взгляде, улыбнулся. Тай понёс меня на берег, поставил на землю и насмешливо заметил:

– Значит, пиявок боишься! Ведьм нет, а пиявок – да!

– А ты ничего не боишься, да? – обиделась я.

– Боюсь, но у этого скорее нет физической формы. – Честно ответил он.

– Не думал, что ты боишься какого-то червячка! – продолжая тыкать палкой в слизкого кровопийцу, рассуждал командующий, и ему хватило фантазии подсунуть мне практически под нос эту пакость. Я испуганно дёрнулась в сторону, наступив Таю на ногу.

– Слушай, а почему это ты ему не устраиваешь такую истерику, как мне! – вдруг удивился советник.

– А у нас с ним отношения особые! – съязвила я, и меня за это оторвали от земли, потащив обратно к воде.

Впрочем, бросить меня ему не удалось, я вцепилась не хуже той пиявки. Обхватила ногами торс, руками – шею. Он почему-то заулыбался.

– Попытаешься бросить меня, я потащу тебя с собой! – предупредила я.

– Тогда можем так до вечера стоять. Приятно, когда меня вот так обнимают. Даже просыпаются инстинкты…

Если он хотел меня смутить, то у него это прекрасно получилось. Я покраснела, но рук не разжала. А стоило только засомневаться и слегка ослабить хватку, как я почувствовала – лечу. Потом приземлилась с громким хлюпом, нырнув обратно в воду. Вылезая из озера, я, как можно правдоподобней, изображала кикимору болотную, жутко злую и голодную! Оба мужчины давились смехом.

– Придурок!

– Хватит обзываться! – насупился он. Глаза выдавали, что на самом деле Тай зол, и серьёзно зол. Я уже научилась читать его эмоции.

На короткое время умолкла, села на песок, чтобы обсохнуть. Советник топтался рядом, тоже пытаясь спрятаться от ветра. Злость его, впрочем, быстро прошла и он подбросил мне свою куртку. С непривычки к такой заботе, я долго возмущалась по поводу такого беспокойства и чрезмерной обходительности, и всё же успокоилась, придя к выводу, что так этот дамский угодник отморозит себе чего-нибудь и перестанет к девкам лезть. Так ему и надо!

Я укуталась в его куртку и очень злорадно ухмыльнулась.

– Думаю, теперь можем пойти немного медленнее, – заявил командующий, странно как-то улыбаясь.

– Почему это? – вмешалась я в их разговор.

– А зачем торопиться? – ответил мне Тай.

– Да мы итак как черепахи ползём! Или принц уже передумал жениться? Так дойдёт до того, что мы ещё и развернёмся! – возмущалась я, не замечая резко испорченного моим высказыванием настроения двух мужчин. – Что ж он у вас отказывается выполнить долг перед своим государством?

Тай и Ольгерд переглянулись и в миг помрачнели.

– Может пока мы доберёмся, всех приличных принцесс разберут! – моё бормотание развеселило их, но призрачной горькоты не стёрло. – Такое впечатление, что это вас собираются захомутать брачными узами!

– Так! Ещё одно слово, и я тебя опять в озеро брошу! – не выдержал Тай.

Мне не слишком хотелось продолжать знакомство с местными пиявками, и я мудро промолчала.

– Она права, в каком-то смысле, – вздохнул Ольгерд.

– Да, но в наше путешествие можно внести кое-какую поправку! – загадочно улыбнулся ему Тай.

Друг заподозрил хитрость, но ничего не понял.

– Что ты придумал?

– Есть одна идея! Вот приедем в Ладонис, и ты об этом узнаешь первым! – ехидно заявил парень.

– А что скажет её величество по поводу твоей выходки? – сурово поинтересовался Ольгерд. Я перестала улавливать суть их разговора, поползла к кустам, переодеваться. Волк действительно так объелся, что встретив меня, блаженно повалился на спину, задрав лапы кверху и демонстрируя полный живот.

– Обожрался, да? – почесала подставленное пузо здоровенного волка я. – Стыдно должно быть!

В ответ блаженно заскулили, игнорируя упрёки.

– Рада, что тебе понравилось!

– Ты что, с ума сошёл? – донеслось до меня, и выглянув из камышей, я обнаружила мужчин яростно спорящими.

– Вы миритесь или только собираетесь поспорить? – вмешалась я. Друзья обернулись. Ольгерд окинул меня недовольным взглядом, Тая и тихо произнёс, опустив голову:

– Я поддержу тебя во всём, но не хочу, чтобы получилось, как… сам, понимаешь.

Командующий побрёл в обратную сторону не оборачиваясь. И что, спрашивается, они тут не поделили, пока меня не было? Я посмотрела на Тая, тот пожал плечами, поднял с земли куртку, и позвал идти с собой. Не сказала бы, что настроение у него ухудшилось из-за спора, но лёгкая хмурость появилась.

В лагере, опять пришлось терпеть зависть, из-за появления в компании советника. Фая довольная, подбежала и первое, что спросила:

– Было?

– Посмотрим, – задумалась я, закатив глаза, и, загибая пальцы, стала перечислять: – Перебранка – была. Купание – было. Рыбалка – тоже была. Ну, ещё там были пиявки и командующий… А что тебя конкретно интересует?

Фая посмотрела на моё наивное детское личико, сплюнула под ноги, и пошла седлать коня. Я потешалась над ней, а Кроха стоял рядом и куксил губы, как обиженный ребёнок.

Ольгерд и Тай долго о чём-то шептались за завтраком, не соглашались, спорили, и как два заговорщика оглядывались по сторонам. А когда рядом проходил принц, замолкали, глядя каждый в свою тарелку. Не нравилось мне их поведение.

До вечера мы просто ползли, а не ехали. Каноний всю дорогу болтал о каких-то новых приспособления с советником, а тот уже мысленно придумывал, где их можно использовать в будущем по возвращении в родное королевство. Я откровенно скучала. Сначала плела косы Ши, потом подбивала Фаю спеть, но только из-за испуганного и злого взгляда Ольгерда, отказалась от этой идеи. Правда, вот Фаю пришлось ещё часик разубеждать в том, что пение – не такая уж и необходимая часть увеселения скучающих воинов. Командующий, как и многие, до сих пор придерживался мнения, что наши с подругой вопли – орудие устрашение, а не услада для ушей! В общем, Фая согласилась держать рот на замке, но только за возложенный на алтарь искусства рогалик, пожертвованный кухарем. Впрочем, он не особо горел желанием кому-то что-то жертвовать. Рогалик скорее всего отобрали у несчастного с боем двое хлипких ценителей музыки. Не бывает искусства без жертв – это истина такая. Зато такие как мы “творцы прекрасного” никогда не останутся голодными. Стоит только открыть рот…

Фая коварно округлила губы, и ей тут же подали кусок сала. Подруга ехидно сделала вид, что вообще-то собиралась зевнуть, но от такого угощения, в принципе, отказываться грешно! А петь… У неё даже в мыслях не было!

Я тихо давилась смехом, косясь в сторону довольной подруги, поделившейся куском заработанного.

На очередном привале, моя сестра увлеклась игрой в чумного с Крохой, заранее обговорив возможные варианты исполнения желаний: “Чтоб никаких лобызаний!”. За игрой внимательно следили все, ожидая проигрыша. Но, как выяснилось, мои друзья поставили на кон многочисленные ножи, и прочее. Так что игра оказалось очень скучной. Советник и командующий удалились на прогулку, продолжать свой душевный разговор. Я стояла в сторонке, тоскуя и не зная, чем себя занять. И тут увидела сверкающие в густом кустарнике волчьи глазища. Тень, как обычная тень, ходил по пятам. Наверное, сейчас ему было очень скучно, как и мне. Незаметно я скользнула в гущу. Волк оказался рядом.

– Привет, хитрюга! Тень! Бесшумный, подкрадываешься незаметно, такой же тёмный и всегда рядом. – Прокомментировала его повадки я.

Зверь повернулся ко мне спиной, подставляя бок и, посмотрел так, будто предлагал разделить с ним мелкую шалость. И заключалась она в том, чтобы прокатиться с ветерком. Рука заскользила по густой шерсти, волк носом подталкивал меня залезть ему на спину. Я решилась, взобралась, боясь раздавить его своим весом. Но он оказался крепче любой кобылы. Впору седлать и ездить! Тень рванул с места на такой скорости, на которую не была способна даже моя лошадка. Перед глазами мелькали ветки, деревья. Ветер свистел в ушах. От испуга я зажмурилась, обхватила волка за шею, прижимаясь, чтобы не слететь со спины животного. Когда я осмелилась посмотреть на окружающее нас безобразие, мы как раз обгоняли косулю. Волк следил за мной краем глаза и, убедившись, что наездница перестала бояться, перешёл в такой галоп, от которого голова не просто кружилась, а могла остаться где-то далеко позади от тела (при наличии впереди хорошей ветки)… Мне начинало казаться, что я лечу. Волк подо мной двигался плавно и аккуратно, так что глупая амазонка (то есть я) осмелилась выровнять спину и раскинуть руки в стороны, вообразив себя птичкой. Ветер дул в лицо, обдувал со всех сторон, придавая ощущение настоящей свободы. Сердце рвалось прочь из груди. Потому что не сиделось ему в запертой клетке, когда вокруг так хорошо, когда небо такое прекрасное и солнышко такое яркое… и…

Солнышко блеснуло в глаза, и возомнившая себя птичкой амазонка камнем полетела вниз. Хорошо, хоть за ветку умудрилась ухватиться. На ней я и повисла, ошарашено взирая с дерева на землю. А до туда было падать и падать! И как я здесь спрашивается, оказалась? Что-то не верится, что волки летают… Тень действительно не имел крыльев, зато очень эффектно перепрыгивал с одной ветки на другую, будто весил не больше воробышка.

Зубастый “птенчик” проскакал по деревьям ещё несколько метров, когда понял, что чего-то весомого недостаёт… Например, меня! А я на тот момент уже вполне обосновалась на ветке дуба и прекрасно себя чувствовала, как перепёлка – мозг от испуга сжался до размеров горошинки, отказываясь мыслить в подобных ситуациях. Благо рефлексы не подвели. Тень сел под деревом, задрав голову наверх в ожидании пока амазонка соизволит спуститься или свалиться с “небес” на землю. Я как раз задумывалась о том, как бы оказаться внизу, при этом не слишком пострадав. Но заметила сладкую парочку, настолько поглощённую обсуждением секретов, что десяток добрых молодцев, сгруппировавшихся в кустах и обнаживших мечи, им казались местной разновидностью кустарника. Ясное дело, ребятки с дубинами отнюдь не прохлаждались, а поджидали выгодный момент, чтобы напасть. Я тихонько перелезала ниже.

– Ты уверен, что это он? – шептались двое мужиков очень бандитской внешности: перебитые носы, узкие глазки и лица в таких шрамах, что складывалось впечатление, будто на их физиономиях играли в крестики-нолики ножами.

– Точно он! Я тебе говорю! Хватаем, отбираем цяцьку и перерезаем глотку! – мгновенно сориентировался второй дружок.

Первый подал сигнал подельникам, и те посыпались из-за деревьев и кустов, окружив двух друзей. Ольгерд стал позади советника, готовясь прикрыть, а Тай уже вынимал из-за пазухи метательные ножи.

– Здравствуйте, здравствуйте, залётные! – ласково протянул один из главарей, и второй подпел ему в тон:

– Здравствуйте, пока можете! Не долго вам осталось!