Текст книги "Таверна на прокачку 4 (СИ)"

Автор книги: Олег Ковальчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

Глава 25
Явление тех, кого никто не ждал

Броненос захрипел и остервенело замотал головой.

Если до этого он напоминал спящего, что отмахивается от назойливой мухи, то теперь он будто проснулся.

Зверь задёргался мотнул головой, пытаясь достать меня, но ему помешали путы на ногах.

Я кубарем откатился от очнувшегося зверя, который осознал, что умирает.

Будто только что заметив корни, что оплели его ноги, броненос попытался высвободиться. Он так сильно напрягся, что из раны на его шее струёй брызнула тёмная кровь. Он отчаянно заревел, осознавая, что проиграл. Или от осознания, что был побеждён загнанной в угол добычей.

Лицо броненоса по-прежнему было залеплено мхом, на запах он теперь тоже не мог ориентироваться – его нос забивал запах собственной крови.

Силы стремительно покидали броненоса, но он всё ещё вертел огромной головой и щёлкал зубами, пытаясь ухватить хоть кого-то.

Рёв зверя, теперь всё больше был похож на хрип. Броненос всё ещё пытался выбраться, но лапы его уже не слушались.

Крови вокруг разлилось столько, что на земле образовались целые лужи.

Надеюсь, мы больше никого не привлечём, подумал я. Страшно представить, что может заявиться на такой пир. Ну а у термитов сегодня будет праздник. Если они вообще ещё здесь водятся. Елена так пугала ими, но я еще ни одного не увидел.

Я обернулся. Тем временем Павел и Волох, довольно быстро расправились с одним зверем, а затем, используя тактику сами броненосов, расправились и со вторым. Пока волох отвлекал внимание, Павел молниеносными атаками пробивал шкуру в местах сочленения бронепластин, нанося смертельные раны.

Наконец всё было кончено.

Все три твари были повержены и лишь дёргали лапами, да мордами, что были покрыты разъедающим мхом.

Я только сейчас осознал, насколько опасный противник Елена. Что-то мне подсказывало, что даже если бы мы все погибли в этом овраге, броненосы в лучшем случае дотянули бы до вечера. И смерть их была бы куда страшнее и мучительнее.

Елена поднялась на ноги, опираясь о булыжник.

Её платье лицо и рукава платья, были измазаны кровью, но девушка была в порядке, хоть и пошатывалась.

Павел стоял над поверженным монстром и тяжело дышал, руками он опирался на меч, и глядел на Волоха. Волох обессиленно сидел прямо на земле, оперевшись спиной о ствол молодой берёзы и на Павла внимания не обращал.

Я почувствовал, как Ника обмякла. Золотистая аура погасла, словно кто-то задул свечу. Ника слабо пискнула, ткнулась носом мне в шею и закрыла глаза.

У меня замерло сердце.

Я тут же взял малышку на руки. Её маленькое тельце было горячая, будто печка, и совсем лёгким.

– Ника? – тихо позвал я и она тихо засопела. Живая. Просто уснула. Отключилась, потратив все свои силы.

Нужно было положить её куда-нибудь в безопасное место, но я не смог выпустить панду из рук. Поэтому ослабил ремни на куртке и сунул Нику за пазуху, как в первые дни знакомства. Она с тех пор подросла и потяжелела, но это не страшно. Потерплю. Она внесла немалый вклад, и, в том числе, благодаря ей, мы живы.

Убитый мной броненос всхрапнул в последний раз и затих. Перед глазами тут же посыпались уведомления.

Вы в составе группы одержали победу над смертельно опасным противником.

Вы одержали личную победу над смертельно опасным противником.

Убит: Броненос – ранг 3

Вы вступили в бой с противником, значительно превосходящим вас по рангу, и одержали победу.

Укрепление тела: +173,70. (происходит перерасчёт)

Холодное оружие: +41,50.

Воздушный клинок: +39,30.

Вы не дрогнули перед смертельно опасным для вас противником высокого ранга. Вы защищали слабых и вступили в бой.

Прогресс Сила духа: +45,43.

Вы действовали в связке с питомцем.

Значительно усилена Связь с питомцем.

Прогресс навыка Приручение: +19,21.

Ваша группа одержала победу под воздействием пищи, приготовленной с применением навыков Кулинарии и Зельеварения.

Прогресс Кулинария: +29,11.

Прогресс Зельеварение: +47,89.

Прогресс Острый ум: +13,40.

Цифры плыли перед глазами. Я моргнул, перечитал. Потом ещё раз.

Сто семьдесят три очка укрепления тела! Это в два с половиной раза больше, чем я получил за Змея в первой таверне! Видимо система считала броненосов куда опаснее Змея и Шныря вместе взятых!

Но радость длилась ровно секунду. Следом пришло ещё одно уведомление, и оно стёрло улыбку начисто.

Внимание!

Задание обновлено.

Вы получили достаточное количество очков для повышения уровня навыка Укрепления тела… Ошибка. Уровень не может быть повышен.

Вы достигли порогового значения навыка «Укрепление тела» для вашего текущего ранга.

Уровни навыка «Укрепление тела» больше нельзя поднять на текущем ранге.

Необходимо повысить ранг, иначе ваше тело будет разрушено.

Остаток времени: 10 дней, 1 час,13 минут.

В качестве бонуса за достижение порога и победу над смертельно опасным противником, вам добавлены три дня.

Осталось: 13 дней, 1 час,13 минут.

Я стоял и не верил глазам.

Признаться, за последними событиями я и думать забыл о тикающем таймере. Знай тренировался себе, занимался делами. О том, что тело будет разрушено, я и вовсе не думал. Были угрозы пострашнее, смерть немедленная, а не отложенная, не раз дышала в спину. Зубы броненосав сантиметрах от лица, знаете ли, казались куда реальнее абстрактного отсчёта.

Но с каждой победой, во мне зрела уверенность, что всё будет хорошо. Но беспощадна я система, в своей манере напомнила о себе, и разрушила все мои надежды.

На меня вдруг обрушилось то, что я игнорировал всё это время. Пока я занимался своими делами – таймер тикал.

И теперь выходит – всё, потолок. Сколько бы тварей я ни убил, сколько бы прогресса ни набрал, укрепление тела упёрлось в стену. До этого всё казалось понятным. Пусть не простым, но всё же понятным.

А теперь нужно повышать ранг. Опять же – все твердят чо это смертельно опасно. А еще я не знаю, как это делать.

Чувствую, меня ждёт непростой разговор с Павлом. Да и не только с ним.

И ведь вроде одержал такую победу. Убил тварь третьего ранга. даже награду получил, а радости нет абсолютно.

– Макс, Елена, вы в порядке? – окликнул нас Павел.

Елена ответила сразу. Она старалась храбриться, но было видно невооружённым взглядом, как непросто ей далась эта битва. Оно и не мудрено. Она говорила, что у неё второй ранг, а она обезвредила и ослабила трёх тварей третьего ранга и еще неизвестно какого уровня.

Меня Павел окликнул три раза, прежде чем я вышел из ступора и дал внятный ответ.

– Нормально я, нормально…

Руки тряслись от адреналина, и я попытался спрятать кинжал в ножны. Клинок три раза проскочил мимо. На четвёртый попал и спрятал кинжал в ножнах.

Глядя на тушу убитого мной броненоса, я будто только сейчас осознал, насколько огромным и страшным он был. Будто, до этого, меня что-то оберегало от страха. Ну или необходимость защитить слабых приглушила мой страх.

– Ефим, Степан, вы целы? – Елена старалась держаться бодро, но голос её дрогнул.

С вершины булыжника раздалось неуверенное и до крайности перепуганное «да».

Я обернулся на Волоха.

Воин уже поднялся, но стоял, уперев руки в колени, и сплёвывал кровь на камни. Потом выпрямился, огляделся и посмотрел на Павла, который, не переставая, сверлил его взглядом.

Тяжело дышащий, залитый кровью, с изодранным бедром и обожжённым плечом. Павел глядел на человека, чьи бывшие товарищи убивали его друзей, но не только. Еще это был человек, который только что принял удар, предназначенный Павлу, прикрыв его собой. Он ведь спас Павла от смерти. И если бы не его вмешательство, мы бы погибли. Волох стал той последней снежинкой, что склонила чашу весов победы в нашу сторону.

– Я знаю кто ты, – заявил Павел. – Ты Волох. Из-за тебя…

– Павел, не сейчас, – оборвала его Елена. В её голосе не было жёсткости скорее просительные нотки. – Надо выбираться. Вы все изранены.

Повисла пауза. Только хриплое дыхание и далёкий шорох ветра в кронах.

Волох кивнул. Он искоса взглянул на меня и похоже сам всё понял.

– Не думайте, что я так пытался заслужить прощения за своих, – сказал Волох хриплым голосом. – Я просто проходил мимо.

– Я шёл обратно в деревню. Там остались мои вещи. А еще я обещал Николаю, что мы поговорим. А от своих слов отказываться не привык.

Павел молчал. Я видел, как внутри него бурлят эмоции и мысли. Уверен, он раздумывал – не броситься ли сейчас на Волоха, чтобы поставить окончательную точку.

Наконец Павел выдохнул и просто кивнул. Кивок вышел едва заметным, но очень значительным.

Елена, пошатываясь, прошла мимо меня. Окинула взглядом и, убедившись, что я цел подошла к раненым.

Сил у неё может и не осталось, зато решимости было на троих.

Она подошла к Павлу и повелительным жестом показала, чтобы он сел на землю. Разместилась рядом и стала копаться в своей сумке. Быстро осмотрела бедро, достала из сумки бинты мазь и зелье. Вручила Павлу бутылёк:

– Пей, – произнесла она, уже обрабатывая рану. Руки её двигались быстро и и точно.

– Тебе бы отдохнуть, – поглядывая на волоха, заботливо произнёс Павел.

– Успеется, – отмахнулась она, полив рану из другой бутылки.

Павел зашипел, а Елена с внезапной заботой в голосе произнесла:

– Потерпи, сейчас боль утихнет.

Промыв рану, она наложила мазь на кусочек тряпицы, затем стала перетягивать бедро бинтом. Я узнал те самые тряпки, которые она кипятила, когда я заходил к ней. Павел мужественно молчал, только один раз зашипел сквозь зубы, когда она стянула повязку.

Я осторожно подошёл.

– Давай помогу.

– Затяни удел посильнее, – тут же скомадовала она, – Сил не осталось, а надо туго затянуть, чтобы кровь больше не выходила.

Павлу хоть и было больно, но на губах его проступала едва заметная улыбка.

Следом, Елена взялась за его руку, ту самую, обожжённую волкоморником. Девушка замерла. Кожа на ладони пошла волдырями, часть из которых лопнули, два пальца распухли и покраснели так, что стали похожи на сосиски.

А ведь он такой рукой сражался…

– Когда заболело? – терпеливо спросила она, обманчиво спокойным голосом.

Павел замялся.

– Не помню. Ещё до собак, наверное.

– До собак, – повторила Елена, и в её голосе появились нотки, от которых мне захотелось отступить на пару шагов. – То есть ты дрался с мечом, когда у тебя рука горела от яда. И не сказал мне ни слова! Я ведь просила: скажи, когда заболит. Просила?

– Просила, – улыбаясь сквозь боль согласился Павел. – Прости меня, моя дорогая. Но помилуй, Леночка, когда мне было говорить? Когда мы собак рубили? Или когда броненосы пытались нас сожрать?

Видимо, горячка недавнего боя, избавила его от скованности.

Елена обожгла его взглядом, но комментировать тон его обращения не стала.

– Между, – хмуро отрезала Елена. – Между собаками и броненосами. А ты стоял и шкуры разглядывал, да про полушубки рассуждал.

Павел открыл рот, закрыл и снова открыл.

– Я про полушубок как раз и раздумывал, потому что пытался от боли отвлечься, – признался он наконец.

Елена посмотрела на Павла таким холодным взглядом, что странно как он не покрылся инеем. Но Павле лишь еще шире улыбнулся.

Наконец Елена сдалась.

– Как вы, мужчины, вообще умудряетесь выживать, – произнесла она с усталой усмешкой, доставая из сумки склянку с мазью. – Рука от яда горит – молчишь, – продолжила ворчать она. – А ногу откусят – скажешь, царапина? Это что, гордость такая? Или просто ума не хватает?

– Когда родных и любимых защищаешь, о боли думать не приходится, – спокойно глядя на девушку, ответил он.

Елена лишь вздохнула, и с предельной осторожностью стала обрабатывать ладонь Павла.

Я благоразумно молчал и помогал чем мог, подавая тряпицы и закрывая ненужные бутыльки и тюбики, чтобы снадобья не разлились.

Елена довольно быстро закончила с Павлом, и убедившись, что на нём больше нет серьёзных ран, перешла к Волоху.

Павел, оглядывая себя, негромко посетовал:

– Как же я теперь строгать-то буду…

Елена услышав его лишь фыркнула и покачала головой.

Ран у Волоха было куда больше, чем у Павла и Елена возилась с ним около десяти минут.

За это время, Степан и Ефим спустились со своего укрытия, и осторожно пробираясь между тушами, неловко встали поодаль, молча поглядывая на нас.

– Броненносы, одни из опаснейших тварей болот, – осторожно заметил Волох. – Но эти были сильно ослаблены. Медленные и неповоротливые. Это ведь ты их так?

Елена лишь кивнула.

– Ты очень сильна, – кивнул Волох. – Береги себя.

Дальше Елена работала в тишине.

Павел, поглядывая на поражённую руку, обвёл взглядом овраг. Он повернулся к мальчишкам, которые стояли поодаль.

– А вы чего без дела сидите? – голос Павла мгновенно обрёл командирскую жёсткость. Парни подобрались, и опасливо поглядели на Павла. – Берите собак за лапы и тащите наверх, из оврага. Всех до одной. Складывайте на краю, в ряд. С собой их понесём.

Елена поглядела на него как на душевнобольного.

– Ну или потом заберём, – добавил он. – Шкуры-то целые. Не пропадать же добру.

Парни переглянулись. Степан сглотнул, глядя на мёртвых псин и кивнул.

– А они точно… мёртвые? – тихо спросил Ефим.

– Мертвее не бывает, – кивнул Стёпа.

– Давайте, шевелитесь, – поторопил их Павел, пытаясь подняться на ноги и морщась от боли в бедре. Повязка тут же пропиталась кровью.

Ефим поспешно подбежал к месту побоища и взялся за ближайшую тушу. Степан помедлил, но последовал за ним. Тащить мёртвых собак по склону оврага занятие не из приятных, но парни не жаловались. После всего, что они пережили, жаловаться было бы неуместно.

Елена, тем временем обработала раны на руках Волоха, перетянула предплечья и ноги чистой тканью. Волох молча терпел, глядя куда-то поверх её головы.

Я выбрался из оврага, подобрал брошенную сумку с травами и зельями и, на ходу копаясь в ней, спустился обратно.

Я взял одно из исцеляющих зелий Антония и показал Елене.

– Можно дать Павлу.

Елена лишь скользнула по нему взглядом и кивнула.

– Возьми у меня в сумке флягу с водой и налей туда десять капель, – распорядилась она. – Выпей сам дай Павлу и…

Она вопросительно поглядела на бывшего охотника.

– Меня зовут Волох.

– Понятно, тот самый пропавший воин, – кивнула она, затем добавила уже мне. – Потом пускай парни выпьют. Их тоже собаки покусали.

Я выполнил инструкции целительницы, выпил пару глотков из фляги, затем протянул пузырёк Павлу. Тот взял, молча выпил и поморщился.

– Волох, ты ведь пришёл раненым. Кто тебя так? – спросил я, чтобы хоть как-то отвлечься от хмурых мыслей. Волох помолчал, собираясь с мыслями. – И куда ты исчез из таверны Петра?

Мне на миг показалось, что он меня проигнорирует, но воин заговорил.

– Это были мои бывшие бойцы. Которых я тренировал и учил держать меч, – глухо ответил он. Говорил он негромко, его слышал только я Павел и Елена. – Раньше они и вдесятиром со мной не могли справиться, а когда они пришли за мной ночью, они были куда сильнее, я и опомниться не успел.

– Выходит, это были воины Зеона? Они забрали тебя из деревни? – спросил я.

Волох кивнул.

– Как вижу, ты отбился, – заметил Павел.

Волох подумал и ответил.

– Я не знаю всех подробностей. Зеон провёл обряд перед тем, как… напасть на вашу деревню.

Елена нахмурилась, но руки её продолжали работать.

– Я не знаю, что это был за обряд и откуда он о нём узнал. Он принёс человечесую жертву, а затем заставил воинов выпить кровь. Его и свою. Я не стал пить, как и несколько бойцов. Остальные, после обряда, сильно изменились. Силы их возросли. Но, как я узнал, они сильны только ночью. Днём, наоборот ослаблены. Ночью, они легко меня скрутили. Зато днём, я легко избавился от пут и…

Повисла тишина.

После упоминания обряда, губы Елены вытянулись в тонкую линию. Он глубоко задумалась. Она порывалась спросить что-то, но промолчала.

– Больше они сюда не вернутся. – наконец, мрачно продолжил Волох. – И убил их всех.Когда я уходил, с Зеоном только они четверо и остались, да еще его верный помощник, Герон. Воин он слабый, но и зелье он пить не стал. А раз они мертвы, то и у Зеона не осталось бойцов. Не думаю, что он быстро соберёт отряд.

– Значит, Зеона ты с тех пор не видел? – спросил Павел.

– Нет. Они не успели меня дотащить. А потом я блуждал по этим лесам, пытался найти путь назад, – продолжил он. – Услышал звуки боя, решил проверить что происходит. Ну а дальше вы и сами знаете. Спешил вернуться. А то пообещал вам разговор, а я своё слово держу. Даже если оно мне самому поперёк горла.

Павел не ответил. Лишь кивнул и поковылял к ближайшей туше броненоса.

Я же произнёс, так чтобы меня слышали Павел и Волох.

– Интересно судьба распорядилась. Твои люди погубили дорогих нам людей. Но ты погубил их, а потом спас наши жизни. Как сложно порой принимать решения в жизни. В ней никогда не бывает только чёрного и белого, всё где-то посередине.

Павел замедлился, но не обернулся, но его плечи будто расслабились. Волох посмотрел на меня долгим взглядом.

– Ты мудр для своих лет. Я буду долго думать над твоими словами.

– Всё, уходим, – скомандовала Елена, закончив обработку ран Волоха.

– Броненосов бросать не стоит, – сказал Павел, толкнув ногой неподъёмную тушу. – Ядра в них должны быть сильные.

Внутри кольнуло.

Энергетические ядра тварей третьего ранга ресурс серьёзный. У меня есть ядро рогатня, да и еще одно, оставшееся от Змея. И они точно нужны для повышения ранга. Но я совершенно не уверен, что их хватит, так что, как минимум, ядро броненоса убитого мной, может стать для меня спасением.

Павел тем временем обошёл тушу броненоса по кругу, присел на корточки, зашипев от боли в раненом бедре, постучал рукоятью меча по роговой пластине. Звук вышел глухой, как от камня.

– Вот же дрянь, – пробормотал он с уважением в голосе. – Так просто ядро не достать. Тут топор нужен, и хороший. Рубить загривок, потом грудину. Иначе не добраться.

Он поднялся, морщась, и огляделся.

– Туши из оврага нам не вытащить, – констатировал он. – Каждая весит как бык, если не тяжелее. Но ядра достать нужно обязательно. Как вернёмся в деревню, попрошу Анатолия наведаться сюда.

– Ещё бронепластины ценятся, – добавил Волох. – Если их аккуратно срезать и обработать это готовая броня. Можно и нагрудник, и наплечники, и наручи сделать. А из голов, – он кивнул на бронированный череп с рогами, – можно щиты сделать. Крепче любого дерева и железа. Если у нас в деревне толковый оружейник есть, он за эти материалы душу продаст.

Поймав мой вопросительный взгляд, он пояснил.

– Эти твари ценные, но сильные. На них редко охотятся. Да и редкие они. Всё в глубине болот живут, там их дом. А эти вон как далеко от дома забрались.

– В них, наверное, и ценные ингредиенты есть, – задумчиво произнёс я, взгляну на Елену.

Та лишь кивнула. Но судя по выражению её лица, она не собиралась сейчас это обсуждать. Она была измотана и хотела поскорее отсюда уйти.

Павел, слушая нас подметил.

– Выходит, эти броненсы целое сокровище, и без ядер.

Волох молча кивнул, подтверждая слова Павла.

Однако под взглядом Елены, мы поспешно покинули овраг.

Ефим и Степан к тому времени, успели перетаскать туши семерых собак наверх и сложили в ряд, тяжело дыша и утирая пот грязными рукавами. Но тащить их с собой Елена не позволила. Они и так все изранены, так еще и лишний вес. Однако свою сумку оставлять тоже не собиралась.

Павел хромал, опираясь на меч как на трость. Волох шёл последним, держась прямо, хотя каждый шаг давался ему с неменьшим трудом чем Павлу.

Ефим и Степан молча шагали на расстоянии опустив головы. Изредка они поглядывали то на Павла, то на Волоха, то на меня.

Я поймал его Ефима, но парень быстро отвернулся.

Елена шла рядом с Павлом. Я заметил, как она поддерживала его под локоть. Не думаю, что Павел так уж нуждался в поддержке, но и не возражал. Он то и дело морщился от боли, но каждый раз, на его лицо вновь возвращалась улыбка. Елена задумчиво молчала. Но от чего-то это молчание показалось мне теплее нежных слов.

Я шагал, прижимая спящую панду к груди, смотрел на довольного Павла, и эта идиллия меня хоть немного успокаивала.

Я усилием воли не позволял себе скатиться в панику.

Я думал, что делать дальше. Хорошо еще, что я добрался до пресловутого потолка сегодня, а не через неделю. В запасе есть почти две недели. И вроде не мало, но это возможно последние две недели моей жизни в этом мире.

Мысли подобно испуганным белкам метались в голове, я никак не мог успокоить их. Скорее бы встать за свой стол и приготовить что-нибудь. Что ни говори, работа всегда помогала мне навести порядок в голове.

Наконец мы вышли из леса. Впереди показалась деревня. Картина была живописная. Крыши домов, дым из труб, скрип колодезного ворота, кудахтанье кур, далёкий стук молотка. После оврага, после крови и рёва броненосов, всё это казалось доброй сказкой. Даже Пётр с его выходками не казался чем-то серьёзным.

– Я побегу вперёд, – вздохнув, сказал я. – Позову на помощь Николая и Анатолия.

Не дожидаясь ответа, я ускорил шаг. Ника за пазухой тихо сопела, и её дыхание было единственным тёплым ощущением в этом вывернутом наизнанку дне.

Приблизившись к таверне, я замедлился.

Что-то было не так в привычной картине.

Несколько человек торопливо уходили прочь от нашего двора. Головы опущены, шаги быстрые. Они не оглядывались, будто убегали от чего-то опасного.

Потом я услышал шум из-за забора. Возня, глухие удары, чей-то вскрик.

– Не надо, прошу…

Из-за угла выскочил Илья. Лицо красное, глаза дикие.

– Остановитесь! Вы что делаете⁈ – кричал он, обращаясь к кому-то у ворот.

Я обежал забор, миновал угол и увидел сцену, которая не вписывалась в картину мира.

Двое незнакомых воинов избивали мужика прямо у ворот таверны. Мужик скорчился на земле, закрывая голову руками. Воины били ногами, методично, без злости, будто выполняя рутину, но останавливаться явно не собирались.

– Нельзя перечить господину, нельзя, – повторял один из них, после каждого удара. Даже смотреть на господина не смей.

Рядом с ними появился староста Сергей. На его бледном лице читался испуг.

– Ну нельзя же так. Ну не так же сильно. Забьёте ведь. Он понял. он всё понял.

Судя по лицу Ильи, он готов был наброситься на воинов с кулаками, но староста его останавливал, то и дело переключаясь на воинов и упрашивая их.

Что, чёрт возьми, здесь происходит?

От автора:

На этом четвёртая книга завершается.

В этой книге не будет традиционного эпилога, он переедет в пролог пятой книги, которая выйдет завтра.

Спасибо моему соавтору, Алексею Соколу, за то что прошёл со мной часть пути, и помог написать первую четверть этой книги. Жаль, что не удалось продолжить работу над этим проектом совместно и дальше.

Большое спасибо Кристине Кузьмицкой, что самоотверженно влилась в работу и помогла продолжить повествование без сильных накладок и форс-мажоров. Уверен, дальше история будет только лучше и интереснее.