Текст книги "Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки (СИ)"
Автор книги: Нина Новак
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)
Эдриан поднимается и протягивает мне руку.
Хватаюсь за нее и он тянет меня, помогая встать.
Мы – пара. Пара драконов, которых ждет новая жизнь.
– Мы разделим ее на двоих, Вера-Мари, – тихо произносит он и накидывает мне на плечи свою рубашку. Сам дракон просто натягивает брюки, не озаботившись верхом, но ящеры контролируют температуру тела и не мерзнут, если не хотят.
Изменения уже начинаются, но Эдриан силой воли сдерживает оборот. С затаенной гордостью наблюдаю, как бугрятся его мышцы, а чешуя волнами пробегает по плечам, по ребрам, по рельефному животу.
– Пойдем. Новый сенешаль убьется, если мы разрушим дворец, – усмехается Эдриан и от его шутки на душе становится необыкновенно легко.
Он ведет меня наверх, по лестницам и переходам, пока не выводит на крышу дворца.
Я ощущаю, до чего трудно Эдриану держаться, но он не простой дракон – спонтанный оборот не для него. Природой предопределено, что драконьи владыки иные. Мощный мозг императора позволяет ему жестко контролировать процессы собственного организма.
– Будет большой выброс силы, – объясняет он, но голос уже изменился – стал ниже, глуше и в нем проскальзывает звериный хрип. – Мои генералы, Деймон, Турбиш, все предупреждены. Все на постах и ждут появления Рейси.
Я хмыкаю.
– Представления не имею, сможет ли нормально обратиться отец. Об Александре молчу. Реально опасен лишь Натан…
Произношу последние слова и прикусываю язык. В сердце что-то отзывается на брата. Мне не хочется вредить ему, хотя истинный, безусловно, важнее.
Эдриан устремляет на меня внимательный взгляд.
– Я постараюсь пощадить его. Главное, чтобы сам не нарывался.
Эдриан берет меня за руку и смотрит в звездное небо.
– Рейси живут в иллюзии собственной исключительности, не понимая, что давно выродились. Их время прошло.
– У них союзники, – вспоминаю я.
– Больше, чем мы думали, но не самые сильные кланы.
А затем над крышей разносится страшный звериный рык. Тело императора трансформируется за секунду, из пальцев выскакивают когти, а за спиной распахиваются огромные кожистые крылья.
Я пячусь назад, но не могу отвести взгляд от этой красоты.
Мой муж в полутрансформации больше меня в два раза. Широко распахнув руки в стороны, он кричит в небо, а в следующий миг взлетает уже полностью обратившимся зверем.
Над Дургаром проносится Зов и я припадаю к земле. Краем человеческого сознания, которое бьется в страхе, осознаю, что Зов Рашборна никакой старый психопат не перекроет.
Сердце бьется как бешеное и в следующий миг я уже взмываю вверх. Воздух колеблется от высвободившейся силы, рассылая волны по всей империи.
А я глазами драконицы любуюсь мужем. Драконы Рейси, – и мой тоже – выглядят устрашающе и опасно.
Но Рашборн настоящий красавчик. Я со своим размахом крыльев и рогами рядом с ним смотрюсь маленькой драконочкой. Зверь моего мужа огромен и, подозреваю, превосходит предков.
Эдриан ввинчивается в облака и я на уровне истинности ожидаю уловить его эйфорию и ликование, но император собран. Он как смертоносная стрела – устремлен к цели.
Его первостепенная задача – навести порядок среди драконов и наказать врагов.
В небо поднимаются все новые и новые драконы и вскоре к нам присоединяются Шарсо и Ларшисы. Звериным чутьем я узнаю Деймона, Леона, Рэма и остальных. Даже Алиша и ее семья тут.
Всех их объединяет Зов.
Зов организует новообращенных драконов, не позволяет им впасть в безумие.
Все дававшие клятву Рашборнам, делятся с ним силой, но и сами питаются его мощью. Драконы связаны и следуют за своим владыкой.
Не все идет гладко – кто-то в панике пытался сжечь город, кто-то чуть не рухнул вниз. Но Эдриан связал всех своей волей, объединив в войско.
И именно в этот момент в моей голове раздается Зов Рейси. Далекий и… слабый.
– Я убью Бернара Саршара, прежде, чем он окрепнет, – ментальный голос Эдриана оглушает, а я осматриваю землю с высоты.
Рейси-Саршары и их приспешники где-то поблизости, но почему-то кажется, что они разрознены. У папаши возникли проблемы?
66.
Бернар Саршар
Семья Рейси собралась на крыше. Немногочисленная, почти исчезнувшая, похожая на затухающие угли – усилиями врагов их осталось лишь несколько человек. Старейшина, тот самый, кто когда-то решал судьбу Мари, не дожил всего нескольких часов. А старшие братья Бернара погибли еще в юности.
Теперь здесь стоят лишь сыновья. Его гордость – Александр, и его страх – Натан. Младшего он не понимает и опасается, догадываясь, что мальчишка затаил в душе ненависть.
За мать, за младшую сестру…
Бернар шагает к самому краю крыши и молча смотрит вниз, на город. Его гнетет письмо, полученное пару дней назад:
«Твой первенец ущербен. Он не обратится, Рейси.»
Эдриан-Шейн даже не пытался скрыть, что послание вылетело из его тайной канцелярии. Без подписи, но на гербовой бумаге, оно через карман пиджака жжет грудь. Издевка, оскорбление, вызов.
После он казнит их всех. В первую очередь Шарсо и Грэхемов. Ларшисов же поставит на колени. Деймон и его родственница Виола откроют порталы и дадут новые клятвы.
Бернар медленно поворачивается к сыновьям. Его взгляд – тяжёлый, полный гордости и боли. Александр стоит чуть в стороне, хищно улыбается… он так похож на него. Сердце пронзает болью, и сразу же – ненавистью к врагам.
Не может быть. Бог Всех Миров обещал поддержку, чудом вернул ему исцелившуюся дочь, что послужит жертвенной овцой. И как же так, почему тогда он позволил его сыну родиться пустым? Это немыслимо, это жестоко.
Но Бернар чувствует. Ощущает всем своим существом: что-то с Александром все-таки творится.
Именно поэтому Бернар написал второе завещание – возможно, он не переживет эту ночь, но знамя Рейси понесет один из сыновей.
Взгляд на Натана – в глазах младшего снова вызов. Впрочем, мальчишка слишком горд и предан клану, он не подведет, если вопреки чаяниям придется отдавать ему власть и имущество.
В жилах Рейси течет много редкой крови, в том числе крови водных драконов, исчезнувших много веков назад. Вот почему Рашборны держат Натана во флоте, отсекая от семьи.
А Мари…
Бернара не мучает совесть. Он мог достать артефакт для дочери, мог помочь ей справиться с больным сердцем, не запечатывая драконью суть. Но он не захотел. Мари не должна была достаться Рашборну. Пророчество подписало ей смертнй приговор, но что-то пошло не по плану и девочка попала в приют, а затем к Идалям. Все это он выяснил лишь сейчас.
Хотя, если бог Всех Миров спас ее, чтобы она послужила величию Рейси, то пусть. Пусть послужит и уйдет в вечность вместе со своим проклятым мужем.
Он понимает, что долгожданный момент настал, когда над городом проносится волна силы. Ненавистная магия Рашборна ударяет в грудь и Бернар рычит. На месте императора Дургара должен был быть он сам, а не этот щенок.
Но мальчишка действительно силен и это бесит его еще больше.
Только бы выдержало сердце. Артефакт вроде мощный, но если вдруг… до этого Мари успеет убить истинного. Хитрый божок обещал, что поспособствует разладу между супругами. Она сама говорила, что ненавидит мужа, да и в газетах пишут разное.
Он раскачивается на носках и ступает в пустоту, чтобы затем взлететь вверх огромным зверем. Вскоре к нему присоединяется Натан, и Бернар вздрагивает, всей своей хищной сущностью почуяв более сильного самца. Соперника.
Бесы…
Александр же остается растерянно стоять на крыше и отцовское сердце пронзает болью. Рейси не терпят слабаков, а это значит – Алу не место среди них.
Наполнившись болезненной ненавистью, Бернар запрокидывает голову и издаёт Зов. Он не так мощен, как мог бы быть, и подтверждением этому служит ответ Рашборна. Его рык перекрывает Зов Бернара.
С двух сторон появляются присягнувшие Рейси драконы, но среди них разлад. Они тянутся к более сильному и молодому владыке и Бернар выдыхает пламя, усмиряя непокорных.
Не так, все не так, как он ожидал.
Как этот щенок Рашборн получил столько силы? Откуда взялась эта ипостась – гигантская, сокрушительная?
Бернар обводит взглядом небо, своё воинство, собранное из мелких кланов. Белые Сайены отрываются от него и летят навстречу Рашборну. Предатели.
Лишь Ласко и несколько опальных представителей других родов остаются верны.
Натан держится рядом, но Бернар не может достучаться до него, поскольку сын какого-то беса наглухо закрыл сознание.
А потом они сталкиваются с Рашборном нос к носу.
Бернар повторяет Зов, приказывая дочери кинуться на мужа.
“Под подбородком слабое место. Вцепись туда зубами, дочь”.
Мари дергается, ее мощные крылья трепещут, но она сопротивляется. Глаза горят бездным огнем и его обжигает ненавистью, которую дочка не скрывает.
“Убей этого ублюдка, дочь”!
Бернар рвётся к ней, давит, усиливает влияние.
Она не сможет отказаться. Она часть клана и не давала клятвы мужу.
Истинность – глупость.
“Имей гордость, тварь”! – выкрикивает он ей и Мари пронизывает конвульсией. Ее разрывает между Зовом отца и истинностью.
Еще немного надавить… хм, у девчонки мозги поджарятся? Ну, и пусть. Хотя бы какой-то толк от этой недоделки, копии своей безвольной и тупой матери. Надо же было умудриться, погибнуть от тоски!
“Ты заигрался, Рейси”! – рык Эдриана настолько страшен, что даже Натан и Ласко замедляются, их тянет к земле.
А Эдриан приближается и одним быстрым и точным движением вырывает артефакт, хранящий сердце.
Издав предсмертный крик, Бернар летит вниз, некрасиво кувыркаясь.
Битву он уже не видит. Не видит, как Натан кидается на Рашборна, но все тщетно. Короткое сражение заканчивается победой молодого владыки.
Рейси проиграли.
67.
Слабый поначалу Зов отца усиливается, когда он подлетает ближе. В его лагере раздор, от коалиции опальных драконов откалывается целый клан и летит в нашу сторону. Их вожак издает клич, который я понимаю на инстинктивном уровне – это как выбросить белый флаг.
Но Зов бесова Саршара усиливается и отец, рискуя жизнью, приближается. Только чтобы сломать меня, понимаю с ужасом.
Если я неожиданно кинусь на Эдриана, он не даст отпор, не сможет причинить вред истинной. Ведомая чужой волей, я совершу то, за что никогда не смогу себя простить и погибну.
Бернар Саршар же получит шанс, так как после Рашборна единственная императорская ветвь – это Рейси.
Сердце опаляет яростью и я борюсь, смотря прямо в пылающие красным пламенем глаза старого психопата.
“Пошел ты, мерзавец”, – выплевываю в драконью морду. – “Ты за все заплатишь”!
Но меня ломает, я еле держусь, хоть и не сдаюсь.
“Имей гордость, тварь”!
Эти слова подстегивают меня, но не так, как ожидает Бернар Срашар. Наоборот, гнев придает сил, а Эдриан, воспользовавшись тем, что враг увлекся, кидается и когтями вырывает сияющий огнем артефакт из черного драконьего сердца моего папаши.
Я отстраненно наблюдаю за тем, как лишенный защиты дракон Саршара падает вниз. Мы успеваем обменяться взглядами и я вкладываю в свой всю ненависть, что испытываю к нему.
“За Мари. За мать”, – доношу до него.
Но в следующий момент происходит странное. Натан кидается на Эдриана и я прекрасно осознаю, что он-то соперник сильный. Пугаюсь, но Шарсо и Грехэм оттесняют меня назад, несколько драконов забирают меня в кольцо.
Они охраняют истинную императора, я же гневно машу крыльями, потому что хочу быть рядом с мужем.
Генералы и Деймон вынуждены давать отпор преданному Рейси клану, а Натан ведет себя все более странно.
Он может использовать рога, но брат лишь провоцирует Эдриана и отбивается, не нанося реального вреда.
Вряд ли бы у него получилось победить владыку, поддерживаемого магией подданных, но их бой все равно впечатляет. Натан бесстрашно бросается на сильного соперника и лавирует, но получает несколько страшных ударов по корпусу. Я вижу, что в одном месте чешуя повреждена и одно крыло слегка обвисает.
Все это продолжается не слишком долго – Эдриан мощным плечом сшибает Натана, когда они сходятся в очередной схватке. Тот делает кувырок в воздухе и стрелой летит вниз.
Под нами море…
“Будь счастлива, сестра”! – гремит в голове и я понимаю, что Натан не захотел вредить нам с Эдрианом.
“Эдриан, помоги ему”! – кричу я.
“В жилах Рейси течет кровь давно вымерших морских драконов, Мари-Вера. Он спасется на глубине, не переживай”, – хмыкает муж.
***
Эдриан-Шейн на руках проносит меня по роскошным дворцовым коридорам. Я чувствую себя выжатым лимоном, но безмерно счастлива. Муж закутал меня в несколько слоев переливающегося шелка и обещал устроить ванну. Сам он одет в простые рубашку и брюки, их вынесли императору слуги.
Прикрыв глаза, гоню воспоминания прошедшей битвы и позволяю мыслям просто лениво течь. Сильные руки и тепло, исходящее от дракона, успокаивают и позволяют почувствовать себя в безопасности.
Несколько поворотов, и мы оказываемся в купальне – той самой, что мне так запомнилась.
Бассейн наполнен исходящей паром водой и Эдриан сажает меня на мраморную скамью, укрытую белоснежным полотенцем.
Присев передо мной на корточки он берет в руки мою ступню и разминает. Потом принимается за вторую.
Я откидываю назад голову и прикрываю глаза, до ноздрей долетает аромат масел и цветов. В канделябрах горят свечи.
Эдриан проводит ладонью вверх по моей ноге – начиная с щиколотки забирается выше, останавливается на бедре.
– Ты ведь позволишь мне принять ванну вместе с тобой, Мари-Вера? – спрашивает шутливо.
Конечно же, я позволю.
– Как могу я гнать владыку из его собственной купальни? – бормочу блаженно.
А Эдриан поднимается и хватает меня на руки. Становится перед зеркалом и я разглядываю себя, лежащую на его мощных руках.
– Но вначале тебе придется избавиться от шелков, – вздергивает он бровь и аккуратно ставит меня на пол.
Я кружусь, пока он разматывает слои тонкой ткани. Затем, снова подхватив на руки, несет меня к бассейну, осторожно погружает в воду.
– Твоя очередь, – предлагаю я.
Драконы не особенно стыдливы и Эдриан быстро избавляется от одежды и я любуюсь на его идеальное развитое тело.
Он же подмигивает и направляется к шкафу с благовониями, солями и маслами. Но достает оттуда диадему.
Я удивленно раскрываю глаза и наклоняюсь вперед. От воды исходит аромат и пар приятно клубится, лаская кожу. Это диадема, которую я мечтала распилить. Поняв же, что родовой артефакт не продать, оставила Эдриану.
Он спускается в бассейн и надевает мне на голову тиару, тут же вспыхивающую мерцающим светом – я хорошо вижу ее сияние в многочисленных зеркалах и приподнимаю руки, чтобы дотронуться до регалии.
Муж смотрит на меня потемневшими глазами. Он устроился напротив, но улыбается очень уж таинственно. Ласкает взором выглядывающую из воды часть моей груди и намокшие локоны, липнущие к шее.
– Тебе подходит тиара, – тянет он. – Но ты слишком далеко.
Он протягивает руку и я перемещаюсь к нему. Оседлав бедра мужа, заглядываю ему в глаза. Склоняюсь, и тут же откидываюсь назад играя с Эдрианом.
Впрочем, мужские ладони надежно лежат на талии – убежать не получится и я это осознаю.
– А заниматься любовью в императорской тиаре точно законно? – шепчу ему на ухо и тут же судорожно вздыхаю, когда он приподнимает меня над собой, чтобы тут же опустить обратно.
– Ох…– не удерживаю стон.
Пальцы мужа путаются в моих волосах, его тяжелое дыхание обжигает кожу.
– Законно и полезно для здоровья, – его охрипший голос сводит с ума и я отпускаю все страхи, отгоняю обиды, сливаясь с владыкой в единое целое.
68.
Назначена моя официальная коронация, а вот проводить повторную брачную церемонию у Древа Эдриан опасается. Боги в тот раз не благословили нас, а я еще и клятву придумала какую-то глумливую, насмешливую. Эдриан ее, безусловно, заслужил, но воспоминание о том дне портит нам обоим настрой.
Хотя, как говорится, слов из песни не выкинешь.
После того как драконы обрели крылья, нам с Эдрианом пришлось очень много работать, чтобы не допустить паники в народе.
Эдриан выступал на многочисленных пресс-конференциях, а я трудилась под именем Персиваля, освещая все выходы императора.
Его речи полностью публиковались в нашей газете, я же сопровождала их своими комментариями.
Людей безусловно нужно было успокоить.
Одновременно я набирала сотрудниц в свою новую газету – “Гармония”. Начинали мы скромно, но мне удалось снять небольшой офис под редакцию. Новый статус не позволял пропадать там в роли главреда, поэтому пришлось нанимать человека… вернее, не совсем человека. Одна из придворных дракониц – леди Эмма Сушар – заинтересовалась моим начинанием и любезно согласилась возглавить “Гармонию”.
Драконица знала этикет, могла свободно поговорить о политике и обсудить светские сплетни. К тому же, как выяснилось, она неплохо писала. Вскоре под нашим началом собралась замечательная команда и вышли первые номера “Гармонии”.
Конечно же, женская газета получила волну критики, которую мы… проигнорировали. Выпустили второй номер и дело пошло. Женщины Дургара заинтересовались статьями, написанными журналистками специально для них.
Возможно, в другое время “Гармонию” бы быстро прикрыли, но защищал нас сам император и первые же попытки бороться с новой газетой были задушены на корню.
Я развлекалась, горела работой, мечтая о росте. Целая серия женских газет, пожалуй, удовлетворила бы мои запросы. А сколько рабочих мест получилось бы создать.
Но в первое время даже на одно издание уходило достаточно много времени – и о газетной “империи” я могла лишь грезить.
В Дургаре быстро узнали, что “Гармонией” руководит жена владыки, и так же быстро успокоились, посчитав мои труды блажью скучающей дамы.
Но вы просто еще плохо знаете меня, господа.
Эмма с гордостью показывает мне кабинет, который декорировала по своему вкусу.
– Мне удалось взять интервью у звезды иллюзий. Той самой, что сейчас на всех главных полосах, – рассказывает она и показывает мне верстку.
– Вы о Паоле Неро? – интересуюсь я, разглядывая яркие сочные снимки. Неплохо.
– Именно о ней.
– Придет время и я открою несколько редакций, – мечтательно тяну я. – Газеты и журналы разных направлений. Кулинария, путешествия, политика. Сколько людей начнут работать.
Я планирую нанимать не только женщин, но и талантливых мужчин. Устраивать монополию мне не нужно, в Дургаре достаточно газет, готовых составить конкуренцию, но объединить свои издания общей фишкой было бы замечательно.
– Иностранные корреспонденты, – подсказывает Эмма и я улыбаюсь в предвкушении.
– Я хочу, чтобы вы освещали коронацию, – напоминаю помощнице и вскоре покидаю “Гармонию”.
С удовольствием бы поработала здесь рядовой сотрудницей, но теперь моя жизнь тесно связана с властью и императором. У входа ждет черный автомобиль и я забираюсь в салон, прокручивая в голове очередную статью Персиваля.
Хоть так я могу помочь мужу сохранить порядок. Все налаживается и люди постепенно начинают верить, что огромные ящеры, бороздящие небо, не причинят им вред.
Коронация проходит в тронном зале. Ритуал этот сложный, состоящий из множества процедур – громоздких, утомительных, но совершенно волшебных.
Я заранее заучиваю клятвы, но Эдриан обещает, что церемония пройдет интересно и будет полна сюрпризов. Сколько я не мучаю его, он таинственно отмалчивается и поэтому на коронацию я иду в приятном предвкушении и немного волнуюсь.
С самого утра над городом разнесся звон колоколов, задав настроение. Мы с Эдрианом одеты в старинные одежды Дургара и это кажется очень трогательным и забавным.
На мне темно-синее бархатное платье, расшитое сапфирами, и полупрозрачная мерцающая мантилья, оттеняющая серые глаза.
Эдриан облачен в алый камзол с золотым шитьем. На голове его сияет корона.
Он выглядит так необычно в костюме старых веков и я нет-нет да кошусь на мужа, с тайной гордостью оглядывая его роскошную фигуру.
Тронный зал встречает нас светом, солнечными бликами и аплодисментами – весь цвет Дургара сегодня здесь.
Я отмечаю клан Шарсо в полном составе, знакомых драконов и людей. Но особенно радуюсь при виде Деймона. Хитрый дракон обрел крылья, но стал задумчив и я волнуюсь – как он уладил конфликт с богом Всех Миров?
Деймон поднимает голову и открыто улыбается мне. И тут же Эдриан сжимает мою руку чуть сильнее. Я догадываюсь, что он все еще немного ревнует меня и поднимаю к мужу голову, чтобы подарить улыбку.
– Я жду сюрпризов, – шепчу, чтобы услышал только супруг.
– Магия вернулась. Ее стало больше, – так же тихо отвечает Эдриан. – Боги милостивы к нам, Вера.
Мы подходим к огромной картине с изображением Древа.
Эдриан склоняет голову и произносит обновленную клятву. В тот же миг вокруг него вспыхивает огонь. Языки пламени весело скачут, но не жгут и Эдриан улыбается на мое удивленное “ой”.
Первый сюрприз мне понравился. Огонь запечатал клятву владыки.
А затем приходит моя очередь и я повторяю слова клятвы, чуть подрагивая от величественности момента. И сразу же ветер взметает полы платья и концы мантильи, запечатывая мою клятву.
Под ногами каменный пол и я вздрагиваю, когда он расцвечивается огненными рунами, рисующими вокруг нас замысловатые узоры. Мне на голову между тем опускается золотая корона.
– Да здравствует император! Да здравствует императрица! – провозглашает жрец.
Придворные повторяют его слова, а с потолка неожиданно сыпятся лепестки. Золотистые, розовые, нежно-зеленые…
Что это?
– Благословение, – выдыхает Эдриан. – Боги наконец-то благословили наш брак и наше правление, Вера.
Эпилог
Эдриан
Вера спит, укрывшись тонким одеялом. Эдриан сидит в кресле у постели и смотрит, прислушиваясь к ее тихому дыханию.
Когда корона опустилась на голову жены, она просто улыбнулась, но мыслями летала далеко – в своих делах.
Ее хлопоты с издательством поначалу были непонятны. Жена могла бы наслаждаться жизнью и бездельем, но она строчит статьи, причем в нескольких издательствах одновременно.
К народу она выходит вместе с ним и очаровывает людей – не только внешностью и мягкой силой, но и словами.
Вера владеет словом. Она знает, что и когда сказать. Она редактирует речи, которые он готовит. Иногда подправит пару фраз и пафосное заявление становится точным и органичным.
Жена потягивается во сне, кладет руку на живот, в котором, он чувствует, зарождается жизнь.
Прикрыв глаза, владыка втягивает носом воздух, стараясь впитать аромат жены. От воспоминаний лоб его покрывается испариной.
Он рисковал, когда тянул с разводом – откат от клятвы всегда тяжел. Наказывает жестко и бесповоротно. Потеря здоровья и плодовитости: вот та цена, которую род Рашборнов мог заплатить за роковую ошибку молодого владыки.
Вспоминая собственное безрассудство, он склоняет голову. Стук сердца становится чаще и он пытается его унять, чтобы не разбудить жену.
Бернар Саршар крикнул ей перед смертью жестокие слова, напоминая о предательстве. Его предательстве.
Но Вера простила и Эдриан знает, почему она решила остаться с ним.
В полной мере истинность драконов они ощутили, когда жена обратилась. Когда он чуть не подох, летая с ней во снах.
Но как люди они полюбили друг друга за другое.
Ему хватило ума принять ту месть, которую она назначила ему. Его жена – дочь врага. Да, не родная, но наделенная полным набором магических даров Рейси – она больно щелкнула императора по носу.
Не каждая женщина решилась бы на такое.
Он проводит над женой ладонью, но не касается. Его императрица, его сокровище, которое он боится потерять.
Даже ценой жизни Эдриан будет защищать ее и их детей. Потому что для дракона жизнь самки и потомства важнее собственного благополучия.
Да, бывает они спорят, так как Вера сильна и своевольна, но они всегда находят компромисс. Впрочем, он также осознает, что жена ринется спасать его, нависни над ним опасность.
А вот этого он не позволит и принял меры, чтобы оградить семью от любой возможной беды.
Защищать будет только он. Хранить должен мужчина. Своей силой, властью, деньгами – всеми возможными ресурсами.
Если его не станет – преданные люди встанут стеной вокруг его жены и детей.
Вера просыпается и сонно моргает.
– Ты чего такой серьезный? – потягивается и садится в постели.
Одарив его улыбкой, жена смотрит в окно, постукивает пальчиком по подбородку. Кажется, сегодня в рамках ее “Гармонии” открывается новый журнал и будет пышное торжество с приглашенными знаменитостями.
Миссис Лойд Вера отпустила в Кохем, где его старенькую няньку ждала семья. Жена окружила себя новыми слугами, которых выбирала очень вдумчиво, и разведка подтвердила – этих людей можно принимать в дом.
– Мой брат придет на открытие журнала, – Вера поворачивает к нему голову и поправляет растрепавшиеся волосы. – Ты ведь обещал, что не накажешь Натана.
– Александр принес присягу, сдал все явки и пароли, – эта фраза из арсенала жены нравится Эдриану.
Вера сразу смеется и откидывается на подушки.
– А Натан не присягал? – осторожно спрашивает она.
– Он очень ловко ушел от присяги, – кивает Эдриан. – Но я подожду.
Император собирался жестко наказать обоих братьев вне зависимости от их реальной вины и степени участия в последней битве, но Александр Саршар кинулся в ноги и так жалко умолял пощадить его, что было принято решение оставить слизняка на воле. А вот младший не умолял, за него ходатайствовала Вера.
– Мне приснился странный сон, – она грациозно встает с постели и накидывает халат. – Как будто солнечные зайчики окружили меня и тянули к Древу.
– Солнечные зайчики? Возможно, нужно обратиться к толкователю снов? – Эдриан хмыкает, любуясь ее медленными после сна движениями.
– А может, лучше пойти к Древу? – Вера щурится и хитро улыбается подначивая его.
Не выдержав, Эдриан поднимается с кресла и заключает жену в объятия. Целует в висок, в макушку, везде, где получается достать.
– Пойдем, – отвечает твердо и она поднимает к нему серые глаза.
В сад, где проходило их бракосочетание, они входят взявшись за руки.
Под деревом же сидит юная дева в старинных белых одеждах. Она обхватила колени руками и лукаво улыбается, а за спиной колышатся два крыла.
Как у лебедя, мелькает случайная мысль, но дева начинает говорить и речь ее строга:
– Драконы, – тянет она сокрушенно. – Не понимаю, зачем Громовержец дал вам шанс, но он принял решение. Отныне на вас двоих огромная ответственность. Бог Всех Миров усмирен, а мне приходится исправлять его ошибки и подлость.
Дева качает головой. Это дочь Громовержца, богиня мудрости и семейного очага.
– Хитрый мерзавец отправил Мари Идаль на перерождение. Хороший план, чтобы замести следы, не так ли?
Вера вздрагивает, ее пальцы сжимают ладонь мужа.
– У меня сердце разрывается за эту девочку, – шепчет она. – Мари обрела новую жизнь?
– Нет, – богиня цокает языком. – Она застряла в безвременье. Эдриан, ты ведь понимаешь, что в несчастьях девушки есть и твоя вина?
Император кивает, не смотрит на жену, но колкие воспоминания как стекло под кожей. Да и Вера замирает, тяжко охает.
– Что я могу сделать, чтобы искупить? – спрашивает Эдриан хрипло.
– Отправиться за Мари и вывести ее душу в мир. Так как тело занято, мы подарим ей другое. Молодое и здоровое. Но согласишься ли ты рискнуть, Эдриан-Шейн? – богиня насмешливо приподнимает брови и, тут же приняв равнодушный вид, поправляет складки белого платья.
Император поворачивается к Вере и она твердо смотрит ему в глаза.
– Мы можем пойти вместе? – спрашивает она богиню.
– Нет! – Эдриан и божество не сговариваясь восклицают хором.
– Разве в бедах Мари есть твоя вина, Вера? Ты только мстила за нее, а платить должен твой муж, – богиня снова цокает.
Впрочем, Эдриан и не отрицает собственной тогдашней подлости.
Попасть в безвременье поможет Деймон Ларшис, открывающий врата. Найти нужную душу, пройти ловушки, не погибнуть. Его мозг четко формулирует задачи.
Вера нервничает, но они оба понимают, что бросить Мари большой грех.
– Я буду ждать, верни Мари, Эдриан, – произносит она тихо.
Молодой владыка слышал о безвременье от отца. Место это не пригодное для драконов и мало кто из крылатых возвращался оттуда живым.
Пока недовольный Ларшис налаживает портал, Эдриан усмехается. Все-таки боги придумали, как отомстить ему побольнее.
Только вот совесть зудит. Если не вывести Мари, он не сможет смотреть в глаза своим детям. И Вера это тонко почувствовала, поддержала.
– Как вы собираетесь выбираться оттуда? – спрашивает Ларшис, закончив портал.
– Я просто доверюсь себе. Пойду без плана, – коротко отвечает Эдриан.
Он знает, что должен вернуться. Значит, опираться стоит на инстинкты, ослабив мозг. Бесы знают, выйдет ли, но попытка ведь не пытка.
Эдриан делает шаг в портал и вылетает наружу уже драконом. Массивная бронированная туша поначалу тонет в вязком мареве – непонятно, где вверх, где низ.
Не думай, – приказывает себе. Концентрируется на инстинктах зверя, собирается, превращается в живую стрелу, ищущую цель.
Эдриан летит через девять кругов материи. Дракон вслепую выбирает направление, но владыка ощущает, что сердце его горит, освещает путь.
Каждый слой мучительнее предыдущего и в каждом словно кто-то заглядывает в душу, выворачивая наизнанку, чешуей внутрь.
Иногда липкие, иногда раскаленные или острые как лезвия лапы ощупывают его, вскрывая мозг и шарясь на дне.
В последний круг он влетает на последних силах – выпотрошенный и озверевший.
– Если в сердце твоём нет любви, ты погибнешь. Если в сердце нет раскаяния, ты будешь сожжен живьем, дракон. Что ищешь тут, где тебе не место?
– Отдайте Мари Идаль, – хрипит он.
– Так возьми, – он не понимают откуда слышится голос, вокруг безумие красок и звуков. И только непонятные тени отдаленно походят на живых существ.
Эдриан смыкает тяжелые чешуйчатые веки. Просто освобождает эмоции, раскрываясь неведомой силе, которая может убить его.
Последний рывок. Девятый круг. Ужас, опустошающий сознание, а затем свет. И он влетает в зал, где, опутанная паутиной, светится душа тоненькой девушки.
– Ты отомщена, малышка. Ты спасена, – шепчет Эдриан, а душа Мари трепещет от страха перед огромным драконом.
Но он прошел. Он искупил.
Позже Эдриан вываливается из портала и падает на колени. Он человек. На нем лишь брюки, проявленные магически, а на руках лежит хрупкое тело молоденькой девушки.
В первый момент владыка не понимает, куда попал. Это не Дургар.
Девушка же прекрасна. Золотистые локоны рассыпались по плечам, голубые глаза оттеняют темные пушистые ресницы.
– Ты все-таки вывел ее, Эдриан, – доносится до него мелодичный голос.
Снова она… богиня.
А девушка широко распахивает глаза и видит его, пугается. Но затем вдруг замирает. Смотрит уже пристально, удивленно.
– Ты помнишь свое прошлое, Мари? – вопрошает богиня и Эдриан помогает девушке сесть.
Они посреди светлой гостиной, прямо на толстом и явно дорогом ковре. Император тяжело поднимается на ноги и расправляет плечи.
