Текст книги "Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки (СИ)"
Автор книги: Нина Новак
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Братьев зовут Александр и Натан, а девушка невеста папаши. Он, как и Руш, решил жениться на молоденькой.
Я приглядываюсь к ней, но отмечаю, что она не драконица.
– Мари, – отец откладывает вилку и тяжело смотрит на меня. – Ты ведь понимаешь, что Эдриан-Шейн в конце концов обернется. Процесс запущен и его не остановить. А это значит, что обретут крылья все драконы, и ты тоже.
Задерживаю дыхание и вместо ответа киваю. Безусловно, я бы предпочла остаться человеком. Привыкать к местным чудесам мне трудно, но слова Саршара вдруг действуют отрезвляюще и резко примиряют с неизбежностью.
– Я не стану раскрывать тебе всех планов, дочь. Не доросла. Впрочем, надеюсь, что в предстоящем противостоянии ты встанешь на нашу сторону.
Удивленно вскидываю глаза на Саршара. Он надеется? Не приказывает?
Но отец быстро развеивает мое удивление:
– У меня имеются рычаги давления, поверь. Пока ты жила с мужем, я наводил справки. Ты добрая душа, любишь заступаться за слабых, – в его голосе звучит презрение, как будто доброту Саршар полагает недостойной слабостью.
Но что он имеет в виду…
– Ты обзавелась друзьями, Мари. Беззащитными человечками, которых очень легко сломать. И Шарсо не помогут Лойдам, будут слишком заняты.
Саршар переглядывается со старшим сыном Александром. Младший, хоть и посильнее брата, тем не менее наблюдает словно со стороны.
– У няньки императора дочь инвалид? Что там у нее? – Саршар щелкает пальцами. – Хотя это и неважно. Но если ты не желаешь жертв, Мари, слушайся папу. Все будет хорошо.
И что на такое ответишь? Хочется встать и гордо уйти, но я изображаю трепет. Опускаю глаза и не спорю. Думаю, так поступила бы настоящая Мари.
Душу же жжет огнем. Страшная несправедливость не дает покоя, но и прибавляет внутренних сил.
Мне нужно найти все слабости Рейси-Саршаров, чтобы ударить максимально точно.
И что печально, за ужином я узнаю – Рейси пользуются неприкосновенностью, как бывший императорский род. Только так Рашборнам удалось приобрести их лояльность. Старая династия обещала не устраивать смут, но до поры… пока они не обретут крылья.
Братья понемногу раскрепощаются и смотрят на меня, как на диковинку, а я прикидываю, нету ли между ними соперничества?
– Я надеюсь на твою мудрость, дочь, – насмешливо произносит Саршар.
Они держат меня за полную дуру, не иначе.
– Боюсь, у меня нет выхода.
– Ты права. У тебя нет выхода.
Как же чешутся руки врезать мерзавцу!
– Натан, отвези сестру, – Саршар откидывается на спинку стула. – Александр, нам надо еще раз просмотреть брачный договор, а потом отвезешь леди Карен.
Невеста, как я поняла, предпочитает молчать, но при упоминании своего имени оживляется.
Я встаю из-за стола и смотрю на Натана. Сильный дракон, настоящий соперник для Рашборнов. Я четко различаю его потоки, а от драконьей силы “братца” даже папашину невесту ведет.
В автомобиле я спрашиваю его:
– Что задумал отец?
– А ты как думаешь, Мари? Но я рад, что ты выжила. Прости, не помог тогда, мелкий был.
Натан говорит, но на меня не смотрит, только косит серый глаз.
– Куда меня пытаются впутать? – мне важно разговорить его, важно прощупать его границы.
Но в этот момент авто резко тормозит и я падаю вперед. Глаза слепит ярким светом фар – кажется, нам преградили путь несколько автомобилей.
Моргаю, чтобы вернуть резкость зрению, и затем выглядываю в окно. Натан тихо ругается.
На капотах внезапно появившихся авто – стоящие на задних лапах драконы. Отличительный знак Рашборнов.
58.
– Эдриан не хочет отпускать меня, – быстро произношу я. – Он тянет с бракоразводным процессом, а его стряпчие постоянно лгут. Неужели муж окончательно решил забрать меня и вернуть во дворец?
Оборачиваюсь к Натану, смотрю с тревогой, но он лишь щурится. Непонятно, что у брата на уме.
– Какие у отца на меня планы? Мне нужно знать, – говорю с нажимом.
Но он отрицательно качает головой, не желая раскрывать мне замыслы семьи.
Водитель оборачивается и спрашивает:
– Что делать, милорд? Нам не дают проехать.
– Я поговорю с Эдрианом-Шейном, – цедит Натан.
Мне же хочется уже додавить брата.
– Ты не ответишь мне? – хватаю Натана за локоть в тот момент, когда он уже собрался открывать двери автомобиля.
– Мари, не…
– Другого шанса может и не быть. Я не позволю отцу разыгрывать меня втихую. Или ты расскажешь мне о планах Рейси, или я выберу сторону мужа.
– И я должен тебе поверить? – в его глазах странная насмешка, он не особо тревожится, просто обдумывает что-то.
– Думаешь, побегу сдавать вас Эдриану?
– Не побежишь? – брат вздергивает бровь, не скрывая откровенной иронии.
Конечно, даже Эдриану я верю больше, чем Рейси, но сегодня у меня появился шанс втереться в доверие “семьи”.
Безусловно, я понимаю, что так сходу доверять они мне не станут, но с чего-то же нужно начинать.
– Он женился на мне, а в брачную ночь побежал к любовнице. Позволил ей унижать меня. Держал в запущенных покоях и не давал приличную одежду, – я спокойно излагаю факты, не стараюсь надавить на жалость. Просто изображаю глухую злобу, которая действительно все еще живет во мне, заставляя бежать от мужа со всех ног.
– Эдриан-Шейн не консумировал брак? – Натан показывает заинтересованность. – Получается, наследника пока не будет…
– Скажи, чего хочет от меня отец? Я готова служить Рейси, – произношу уверенно.
– А ты не догадываешься, добрая душа? – брат зло улыбается. – Тебе велят убить Эдриана. Истинную он к себе подпустит.
– Убить? – я не особенно удивлена. – Это безумие.
– Не сейчас, глупышка. После оборота. Отец расскажет, как это сделать. Пойдешь на уничтожение истинного, а?
– Да, – отвечаю не задумываясь, хотя внутри меня буквально выворачивает от отвращения.
А Натан глядит задумчиво. Он напоминает шкатулку с секретом – все время кажется, что за невозмутимым фасадом скрывается нечто внезапное и смертоносное как змея.
Не проронив больше ни слова, Натан Саршар открывает двери и выходит под мелкий мокрый снег, который сыпет не переставая с самого утра.
Из автомобилей выскакивает императорская охрана, а следом появляется Эдриан в длинном черном пальто, украшенном эполетами.
Нет, пропустить такой разговор я не могу, поэтому выскальзываю из салона и встаю за спиной брата.
Эдриан вздрагивает, завидев меня, но это часть плана. Пусть думает, что я налаживаю связи с семьей.
И да, неплохо бы ему объясниться, почему так ужасно работают его стряпчие, оттягивая развод. Неужели владыка нашел способ обойти клятву?
Смотрю на мужа с подозрением и все выглядит так, словно я прячусь за широкой спиной брата. Из авто выходит Деймон и одним быстрым взглядом темных глаз оценивает ситуацию.
– Отпусти истинную императора, Саршар, – голос Деймона спокоен, а вот Эдриан явно на взводе.
Лишь высокий ранг удерживает его от мордобоя. Ощущаю эмоции мужа – тревога, адреналин, злость и почему-то ревность. Инстинкты бушуют в его крови и драконья энергия заставляет охрану пригнуться. Выдерживаем лишь мы трое – я в теле Мари, Деймон и Натан – представители старых могущественных родов.
Теперь я тоже отношусь к ним и приходится брать ответственность за драконицу. Приходится планировать месть и помогать Эдриану с оборотом.
– Мари часть рода. Ты не имеешь права запретить нам видеться с ней, – мрачно сообщает Натан. Его тяжелая рука опускается на мое плечо.
Я вздергиваю подбородок и с удовлетворением замечаю, как по щекам мужа волной пробегает чешуя. Ему невыносимо, что он лишен права на обладание истинной. Его пугает, что у меня есть своя, отдельная от него жизнь.
Боже, Эдриан, разозлись хорошенько, чтобы обернуться, и мы придумаем, как побороть Рейси.
– Это будет решать Мари, – Эдриан с трудом выдавливает слова, но в свете грядущего развода он не может ответить иначе.
Все-таки не обходил клятву, но затягивает развод на свой страх и риск?
Муж властным резким жестом вытягивает вперед руку и выжидающе смотрит на меня. Его взгляд давит, гипнотизирует, напоминая, что Эдриан – владыка, чья миссия вести за собой драконов.
Император молод, но уже набирает силу.
Я не вижу лица брата, хоть и ощущаю его раздражение, скрытую агрессию, направленную против Рашборна.
Но мне не стоит выходить из роли Мари. Откуда у забитой бедняжки норов и уверенность в себе?
Тяжело вздыхаю и выступаю вперед, вкладываю пальцы в большую и горячую ладонь Эдриана. А он сжимает мою руку так, словно хочет поработить, забрать себе и не отпускать.
Инстинкты. Драконьи инстинкты. Я не верю в его любовь. Моя драконица толкается из глубины сознания, но я повторяю себе, что притягивают меня его молодость и сила. Ничего больше.
Эдриан тянет меня на себя и внезапно подхватывает на руки.
– Что ты себе… – начинаю я, но понимаю, что спорить бесполезно. Выдыхаю и замолкаю.
Деймон между тем распахивает дверцу автомобиля.
До машины меня доносят на руках. Оглядываюсь на брата, провожающего нас мрачным взглядом, а Эдриан ставит меня на землю.
– Забирайся внутрь, – велит сухо и не остается ничего иного, только слушатся поскрипывая зубами.
Деймон захлопывает за нами дверцу, оставляя в тишине.
– Зачем это представление, Эдриан? – я усмехаюсь, для меня его выходки несерьезны.
– У меня встречный вопрос, зачем ты полезла в логово к врагу.
– Это семья Мари…
– Это враги. И твои, в том числе, – он поворачивает ко мне голову и я сталкиваюсь с рассерженным взглядом.
– То есть тебе не нужны улики против Руша? – я скрещиваю руки на груди.
Эдриан непонимающе щурится.
– У меня есть запись, которая поставит крест на карьере проходимца. И да, я намерена наладить отношения с семьей, Эдриан-Шейн.
– Ты записывала в доме Рейси? Интересно. Как я погляжу, еще немного и ты окончательно перекроишь империю. К слову, разгром больниц наделал много шума и привлек мое внимание. Кто на очереди у Персиваля, Мари?
Ох, он знает. Но в его голосе я не слышу осуждения и мне внезапно становится... приятно? Я даже улыбаюсь, при мысли, что Эдриан читал мои статьи.
– В твоей империи беспредел, – отвожу глаза, чтобы он не заметил моей радости.
– Ты удивляешь меня все больше и больше.
Я не выдерживаю и поворачиваю к нему голову. Эдриан смотрит с интересом – его блестящие зеленые глаза на миг затягивают меня и я словно переношусь на много лет назад. Говорят, первую любовь не забывают, но я вот позабыла. Так почему вспомнила сейчас эти ослабевшие коленки, эйфорию и прочие глупости?
Но тут взгляд падает за окно и магия момента исчезает. Мы едем не в особняк Саншей. Район совершенно незнакомый, хоть и достаточно зажиточный.
– Куда ты меня везешь, Эдриан? – я резко подаюсь к дверце, но оказываюсь в плену сильных мужских рук, а в следующую секунду муж перетягивает меня к себе на колени.
59.
Внезапные объятия с Эдрианом не входили в мои планы, но его горячие губы очень быстро находят мои, так что возражать не получается.
От напора его языка путаются мысли, а ведь я собиралась рассказать ему о Рейси.
Но теперь, ощущая под собой недвусмысленную выпуклость, теряю дар речи. И когда он отпускает меня, некоторое время тяжело дышу, стараясь не смотреть в горящие шальным блеском зеленые глаза.
Хорошо, я в пальто. Но что будет, когда мы приедем в дом, который, как я полагаю, он уже подготовил?
– Я не хочу близости, – произношу чуть хрипло.
Муж в ответ лишь усмехается и качает головой.
В полном молчании мы подъезжаем к особняку, обнесенному стеной. Выбравшись на свежий морозный воздух, я окидываю взглядом строение. То, что можно разглядеть с улицы, выглядит вполне достойно.
– Дом полностью отремонтирован и оборудован артефактами, – Эдриан протягивает мне руку и, как только я принимаю ее, осторожно ведет меня к воротам.
Они открываются и мы проходим по подъездной дорожке к парадному. Слышу шелест шин – автомобили последовали за нами.
– Ты сможешь переехать завтра, – мы поднимаемся по ступеням к дверям и муж улыбается. – Здесь ты будешь в полной безопасности, под охраной моих людей.
Вообще-то, в особняке Саншей я тоже под охраной, хотя и обхожу ее, когда выбираюсь в город.
Эдриан достает из кармана ключ и отпирает замок, снабженный дополнительным магическим кодом. А мне, признаюсь честно, тревожно. Новый дом видится клеткой, но… я наверняка преувеличиваю.
Посмотри на ситуацию с позитивной стороны, Вера. Здесь все твое и ты никого не побеспокоишь.
Люди Эдриана не заходят за нами, намеренно оставляя наедине. Я молчу, хоть вопросы так и крутятся на кончике языка.
– Нравится? – спрашивает Эдриан, с гордостью пропуская меня в дом. – Если нет, все можно поменять.
Перехожу из комнаты в комнату, оглядывая интерьеры. Дом обставлен со вкусом и цветовая гамма такая, как я люблю.
Муж берет меня за руку и ведет в гостиную, где в камине уютно трещат дрова.
– Я нанял слуг. Завтра лично перевезу тебя и миссис Лойд.
Он снимает с меня пальто и я даже не успеваю возразить. Впрочем, в помещении жарко и я в очередной раз прикусываю язык. Глупо играть недотрогу.
– Что-нибудь выпьешь?
Эдриан кидает нашу верхнюю одежду в кресло и я некоторое время растерянно молчу. Я привыкла видеть его в дворцовых залах – просторных, полных света и хрусталя. В уютной комнате обычного дома муж кажется особенно высоким и широкоплечим.
– Я от Рейси… мы ужинали.
Эдриан усмехается и голодно оглядывает меня, наряженную в вечернее платье. Воздух накаляется и я окончательно теряюсь. Отхожу к окну, но владыка за пару шагов настигает меня.
Сильные руки смыкаются на талии и меня сажают на небольшой стол, стоящий у окна.
Нет, вырваться нереально, когда над тобой так нависают.
– Нам нужно поговорить, – начинаю я. – Считай это моим подарком перед разводом.
Эдриан-Шейн хмыкает и я толкаю его в грудь.
– Не думай, я прекрасно понимаю, что ты задумал, – громко шепчу. – Оттягиваешь развод, рискуя получить обратку, да?
– Я на грани, – тянет он. – Но долго не продержусь. Тебе придется вернуть мне мою клятву обратно.
– Слушай, Эдриан. Слушай внимательно, прошу тебя, – я упираюсь ладонями ему в плечи, чтобы удержать дистанцию. – Я записала разговор в доме Бернара Саршара. Вот.
Достаю из декольте цепочку с записывающим кристаллом, а муж внимательно рассматривает его. Он отчего-то удивлен.
– Никогда не видел подобные кристаллы, – произносит задумчиво.
– Они продаются в магазинах Шарсо. Я выписала этот по каталогу.
– Похожие – да, но живой кристалл ты могла получить только из личной коллекции Роберта Шарсо, – Эдриан мрачно смеется. – Ты больше не пойдешь к родне.
Сдавленно фыркаю, но спорить с драконом, наверное, бессмысленно. Поэтому я просто активирую кристалл, проведя пальцем по грани.
Запись появляется в виде проекции. Эдриан поворачивает голову и немного отстраняется, продолжая удерживать меня на столе.
Его раскаленная ладонь прожигает колено, пока мы смотрим запись с мерзкого ужина. Но затем… изображение портится, звук пропадает, как только я сажусь в машину Натана Саршара.
Картинка моргает и исчезает.
Что это значит? Разговор с Натаном не записался, а там была самая важная информация.
– Черт! – восклицаю я раздосадованно, а Эдриан снова нависает надо мной.
– Ты рисковала, Мари, – цедит он разгневанно.
– У Саршара больное сердце, – веско отвечаю я. – Он стимулирует его каким-то артефактом. Оборот для него опасен, понимаешь?
Лицо Эдриана каменеет, становясь хищным.
– Выкинул дочь с пороком сердца, а сам нацепил артефакт? Очень на него похоже.
– Он мерзавец, но из всех Рейси на оборот способен лишь Натан Саршар. У старшего вообще нет ипостаси!
Эдриан склоняется ко мне все ниже, его рука ползет вверх по колену, забираясь под юбку.
– Бернар Саршар поднимется в воздух, потому что артефакт защищает его сердце, – сухо сообщает он.
Взгляд мужа в этот момент опасен и я отклоняюсь назад.
– Ты уверен?
– Да. Ты сделала большое дело, но сейчас угомонись, Мари. Я приму битву и вырву этот артефакт из его груди.
– Нет…
– Саршар мертвец, милая. В живых я его не оставлю.
Рука мужа сжимает бедро, но довольно быстро перемещается в интимную зону. Я с силой сжимаю ноги, но лишь ловлю в ловушку его ладонь.
– Ты слишком много позволяешь себе, Эдриан. Мы разводимся.
– Я хочу тебя почти с самого начала. Как уловил твой аромат. Как впервые дотронулся до кожи. Ты моя, Мари.
Ситуация просто неприличная, но когда с Эдрианом-Шейном бывает прилично?
– Ты должен обратиться, – выдыхаю я, стараясь не застонать.
Его губ касается улыбка, до того чувственная, что я прикрываю глаза, чтобы ее не видеть.
– Убери руку, – шиплю возмущенно и все-таки издаю позорный стон.
– Деймон бьется над зельем, но не может подобрать последний ингредиент. Постоянно что-то происходит, то состав чернеет, то взрывается.
Я распахиваю глаза и смотрю в его склоненное надо мной лицо.
– Потому что боги замешаны, Эдриан. Ты пока не прошел все круги ада. Не прошел…
Он замирает и хмурится, но каким-то образом улавливает, о каком аду я говорю. Убирает руку и тихо уточняет:
– О чем ты, Мари?
– О битве богов, Эдриан. Божок, что засел в Бездне, хочет привести к власти Рейси. Меня решили разыграть как пешку. Кристалл не записал мой разговор с братом в авто, возможно, там стояла защита. Но Натан признал, что меня готовят к твоему убийству. Понимаешь?
Эдриан сжимает губы, его гнев я ощущаю почти телесно.
– Я понял, – наконец отвечает он. – Я уничтожу эту тварь.
– Когда произойдет столкновение, я могла бы подобраться к нему… вырвать артефакт. В воздухе это легче сделать…
– Нет, – резко возражает Эдриан. – Я не позволю тебе лезть в это дело.
Он обхватывает ладонями мое лицо и вглядывается.
– Клер Руш сбежала из монастыря. Боюсь, она может тебя как-то обидеть. Старайся не выходить без охраны. И держись подальше от Рейси. Генерала Руша схватят сегодня ночью.
60.
– Клер жила в монастыре? – спрашиваю я удивленно. Помнилось, что ее просто выслали в деревню.
Эдриан морщится, вспомнив любовницу. Думаю, это больно – осознавать, что твоя любовь оказалась фальшью и подлым обманом.
Смотрю мужу в глаза и действительно улавливаю флер его эмоций: горечь, брезгливость, гнев…
– У нее какие-то проблемы с головой, – взмахивает он рукой. Разговор ему определенно неприятен.
Я же сразу сосредотачиваюсь на аресте Руша.
– Эдриан, я хочу сделать репортаж о задержании генерала, – отхожу к дивану и поправляю чулки – подвязки съехали вниз и вообще… все пошло не по плану.
Поднимаю глаза и ловлю голодный взгляд мужа.
– Мне важно осветить его арест.
Он в ответ задирает голову к потолку и издает громкий полувздох-полустон.
– Мари-и, ты не устаешь удивлять меня. Брось игры в Персиваля, это опасно.
– Это моя жизнь, – отвечаю я негромко. – Я слишком много работала, чтобы сделать себе имя. А сколько еще впереди!
– Ладно, – он не понимает меня, он удивлен, но решает не спорить. – Деймон подвезет тебя к дому Руша.
Слова мужа откликаются во мне настоящим ликованием и я в порыве щенячьего восторга обнимаю его. Обхватываю за шею и запечатлеваю на мужских губах крепкий поцелуй.
Муж тут же прижимает меня к себе, но я вырываюсь:
– Нужно торопиться, а то эта крыса удерет!
Адреналин бушует в крови, неужели очередной враг Мари получит по заслугам?
В дороге Эдриан рассказывает мне, что лорд Турбиш собрал неплохое досье на мерзавца Руша. Известно все о его поездках с прошлым императором, раскрыты интересы, любовницы, фонды, которые он финансировал. Все складывалось не в пользу Руша и оставалась лишь капля, чтобы доточить этот камень.
Приходится заехать в особняк Саншей, ведь нужно захватить фетровую шляпу и плащ Персиваля, а также кремы для иллюзии.
Эдриан вопреки этикету остается внизу. Санши в панике, что император так запросто остановил кортеж возле их ворот и я поспешно объясняю, что владыка приехал за мной. Мол, завтра переезжаю.
Пока бегу по парку, быстро накидываю плащ и надеваю шляпу, а лицо под воздействием чар принимает резкие мужские черты.
Я так погружена в планирование будущей статьи, что даже не задумываюсь, как воспримет муж мой необычный вид. А он воспринимает его весьма… нервно.
Завидев меня, столбенеет, а затем сводит на переносице темные брови.
Машинально распахивает передо мной дверцу авто, но потом вдруг захлопывает.
– Садись к Деймону, – роняет хмуро. – И я бы предпочел, чтобы ты писала статьи под своим именем.
Под своим именем? Распахиваю глаза, но муж реально сердится. Он не шутит.
– Женщин берут только на должности секретарей, – я развожу руками, стараясь подавить улыбку.
– Значит, отныне женщин начнут брать в качестве репортеров, – отрезает Эдриан.
Появившийся из второго авто Деймон, смотрит на меня и тоже давит смех. Под повелительным взглядом владыки он открывает мне дверцу и, только забравшись в салон, я позволяю себе тихонько рассмеяться.
Ох, вид жены настолько шокировал императора, что он собрался издавать исторический указ.
Следующий час стал часом моего триумфа. Я прокручивала в голове послание матери Мари, раз за разом вспоминая все то зло, что генерал причинил нам с этой несчастной девушкой.
Он принес пророчество к Рейси, зная, что те захотят избавиться от маленькой истинной императора. Болезни лишь предлог, настоящая причина неудобная истинность.
Кто знает, что еще замыслил Руш против меня. Пакости на отборе теперь кажутся незначительными по сравнению с новыми ставками в игре драконов и богов.
Старый стервятник, конечно же почуял опасность и ловить его пришлось на выходе из города. Благо Турбиш заранее устроил засаду и просто гнал генерала как дикого зверя.
Убегаешь – значит, виноват.
Мы с Деймоном следовали в конце кортежа и, дожна признаться, что я очень давно не ощущала себя настолько живой. Даже в реальной жизни у меня не было подобных дел – острых, опасных и до такой степени эксклюзивных.
Несколько пуль пролетают мимо, одна ударяется в стекло, но оно пуленепробиваемое.
– Обождем, пока Турбиш закончит, – темные глаза Деймона блестят и он подмигивает мне.
Руша ведут, грубо схватив под руки. Несколько головорезов пытаются устроить новую перестрелку, но похожие на тени драконы из команды Турбиша быстро их обезвреживают.
Я же снимаю как заведенная, снимок за снимком, снимок за снимком.
Охрана Эдриана прикрывает меня, да и он сам не остается в авто, кружит как ястреб над истинной, щеголяющей в фетровой шляпе.
Как только Руша засовывают в черную закрытую машину, муж хватает меня под ручку и тащит прочь.
– Сними проклятую иллюзию, – жарко шепчет мне на ухо.
Да ради Бога! Секунда, и перед ним снова румяная и радостная Вера-Мари.
В салон меня запихивают нежно и одновременно бесцеремонно. Легкие наполняются запахом мужа – ароматом парфюма, кожи, древесины…
– Мари, – наклоняется ко мне Эдриан, а я провожу ладонью по лицу.
Устала.
– Мне очень важно, чтобы за арестом не последовало бунта среди его солдат. Люди гордились Рушем, он достиг карьерных высот и вошел в число императорских генералов. Ты должна написать статью так, чтобы не осталось сомнений в его измене.
И с этими словами владыка срывает с моей головы шляпу. В следующий же момент опускается стекло и шляпа летит на улицу, а муж прижимается к моим губам. Целует терпко, жестко, словно клеймо ставит.
***
Приказ Эдриана сидеть дома и не высовываться звучит разумно, но расходится с моей реальностью.
Я почти уверена, что все не так просто и божок Всех Миров затеял подлянку.
Рейси, сдается мне, “слили” генерала. Даже если почуяли, что я явилась к ним с артефактами, не стали разоблачать. Не знали они разве что о даре, доставшемся мне от Мари. Я увидела их магические потоки и сделала выводы.
На что надеется отец? Как намерен заставить меня совершить преступление?
Нет, Рейси не стоит выпускать из виду. Раз я внедрилась в семью, пусть думают, что вернувшаяся дочь запугана и на все согласна.
Редакция, в которой я работаю по рекомендации господина Гутьера, находится в центре города. Место солидное и престижное, но вот про сотрудников ничего хорошего, увы, не скажешь: все сплошь снобы и надменные женоненавистники.
Эдриан не оставил мне выхода и еду на работу я с его водителем. Шляпа на мне запасная и не такая неприметная, скорее, щегольская.
Тру глаза, потому что не спала всю ночь. Муж доверил мне толстую папку с делом Руша и я написала статью.
Секретарь провожает меня недовольным взглядом, я же сразу иду к стеклянной двери кабинета главного редактора. На табличке красуется золотая надпись с его именем, но я фокусируюсь на тенях, скользящих за матовым стеклом.
Толкаю дверь и обнаруживаю, что господина редактора посетила звезда нашего издания, некий Рилш – скользкий тип с тонкими усиками, которому я не даю покоя.
Лысеющий редактор, расположившийся среди хаоса из бумаг, утирает лоб, так как в помещении натоплено, и цепко смотрит на меня.
– Господин Персиваль, что привело вас так рано?
Рилш гаденько усмехается:
– Весь Торн гудит, сплетничают об истинной императора. Никто не понял, что произошло на отборе, а владыка следит за домом, в котором беглянка укрылась.
– И что с того? – спрашиваю я.
– Но вы, Персиваль, освещаете никому не интересные проблемы больниц для бедных, – журналист закидывает ногу на ногу. Хлыщ.
– Рилш, – обрывает его редактор. – Статьи о больницах повысили наш престиж. Но ты ведь пришел не за этим…
– Ох, простите. Вы правы, я пришел, чтобы сообщить, что господин Персиваль Ланселот – женщина.
Главред поворачивает ко мне голову. Бедняга, до чего же он расстроен, что теряет ценного сотрудника.
Но я молча достаю из портфеля статью со снимками и кидаю все это на заваленный бумагами стол.
– Да, я женщина, господа. А вы, конечно же, можете отказаться от скандального эксклюзива и выгнать меня. А можете просто закрыть глаза на досадные нюансы.
Просмотрев материалы, редактор задумывается, но я замечаю жадный блеск в его глазах.
– Рилш, хватит клеветать. Вы уволены, – кидает он, загребая статью.
61.
Дом, купленный Эдрианом полностью обустроен – заезжай и живи. Оформляют его на мое имя, все законно. Жена в процессе развода имеет право на имущество.
Только вот снова находится тысяча причин, чтобы оттянуть процесс, при этом стряпчие, что один, что второй, поют весьма складно и в один голос:
– Императорские разводы отличаются от обычных и случаются, дай боги, раз в сто лет. Судья каждый раз ищет прецедент, потому что необходима очень… очень веская причина.
– А женский каприз такой причиной быть не может.
Я слушаю их и хочу спросить: а измена супруга недостаточно серьезная причина? Просто выносить сор из избы не дело, а то спросила бы.
В любом случае Эдриан изображает бурную деятельность, чтобы избежать обратки, на деле же все стопорится и затягивается. Я ни секунды не сомневаюсь, не будь клятвы, развод бы он мне не дал.
Оставшись одна, я останавливаюсь у окна и наблюдаю за заснеженной улицей. В доме шумно, кипит работа, до меня доносятся голоса слуг, которых гоняет миссис Лойд.
Думаю, муж жалеет о необдуманных словах , когда в порыве гнева клялся, что отпустит меня на все четыре стороны.
Воспоминание о его предательстве отзывается в сердце неожиданной болью. Прикрываю глаза и делаю несколько вдохов, чтобы успокоиться. Нет, я не могу влюбиться в него, это невозможно. Это страшно.
Обхватываю себя руками и стараюсь отогнать опасные и ненужные мысли. Оказаться в полной власти дракона, который привязан ко мне лишь истинностью? Нет.
И, если честно, я не ожидаю, что он исполнит обещание и даст женщинам право работать в редакциях.
Проходит неделя, в новом доме я успокаиваюсь – тут словно легче дышать. А затем нас ошарашивают новостью, что император издал новый указ. Я завтракаю, когда миссис Лойд забегает с правительственной газетой в руках.
– Я в ужасе, разве женское это дело? – причитает она, а я жадно поглощаю статью, описывающую шокирующий закон.
Конечно, ситуация не изменится в одночасье, девушкам все так же будут отказывать в местах, придумывая лживые отговорки. Да и большинство женщин не обучены профессии, разве только те, кто сейчас работает под мужскими псевдонимами.
Миссис Лойд садится напротив и наливает себе чай.
– Это настоящий скандал, – она скептически покачивает головой и улыбается, ведь прекрасно знает, чем я занимаюсь.
Я постукиваю ноготком по столешнице и понимаю, что вот он – шанс.
Безусловно, мне не позволят скинуть маску Персиваля. Скандалы бывают полезные… иногда. А порой они рушат репутации. В нашем случае разоблачение, скорее всего, закончится плохо, так как общество Дургара погрязло в предрассудках и может объявить газете бойкот.
Поэтому я решаю зайти с другой стороны и взять в аренду небольшую типографию. Для начала я могу публиковать статьи под женским псевдонимом, одновременно привлекая журналисток.
Будем освещать чисто женские темы, касающиеся как красоты и здоровья, так и разных социальных тем.
– Снова снегопад, – ворчит миссис Лойд. – Вместо бабьего лета получили шесть месяцев зимы.
Слова императорской няни почему-то заставляют меня задуматься. В них что-то определенно есть, хотя я не сразу улавливаю, что именно.
Трудно поверить, что боги так незамысловато наказывают драконов, куксятся и портят им погоду.
Памятуя о моей любви к чтению, Эдриан наполнил дом книгами и после завтрака я перехожу в библиотеку. Снимаю с полки мифы и старинные поверья Дургара, а затем отыскиваю раздел о временах года.
Вот оно! Зимнее солнцестояние. В Дургаре есть мощное светило, питающее мир магией и жизненным теплом.
Солнцестояние – время прощения и обновления. И до него осталось всего ничего.
Быстро листаю дальше, буквально проглатывая тексты старых справочников.
Холода, бури, снегопады… зимой ткань между Небесами и миром смертных становится тоньше и боги набирают материальность, чтобы вмешиваться в дела драконов и людей.
Ранняя зима в истории Дургара была только лишь однажды, но справочник умалчивает причины. Впрочем, нетрудно догадаться, что именно такой вот долгой зимой у драконов и отняли крылья. Рейси и Ларшисы были наказаны, а Рашборны заняли трон.
***
К походу в банк я очень долго готовлюсь. Признаюсь, не представляю, что там подумают, увидев мои документы. Я-то ношу фамилию Рашборн и все еще причислена к их роду.
Ох, бракоразводный процесс растягивается и я наблюдаю, как напряжен Эдриан. Он иногда навещает меня по вечерам и мы много разговариваем. К моему удивлению, он больше не напирает, а искренне пытается найти со мной общий язык.
И я увлекаюсь. Слушаю рассказы о его детстве, юности, бурных годах, когда молодой принц ни в чем себе не отказывал. Какие-то факты Эдриан упоминает с внезапной неловкостью, но глаз не отводит, словно желает полностью раскрыться передо мной.
А я, наоборот, удивляюсь, что он вовсе не так испорчен, как я считала. Ведь элиты часто ведут совершенно непотребный образ жизни.
