Текст книги "Служанка в доме на Краю (СИ)"

Автор книги: Наталья Варварова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Глава 46

– Мама, я женюсь на нем. У него красивые сапоги и ровные чистые ногти. 

– Девочка на мальчике не женится, а выходит замуж. Чтобы муж о ней заботился. 

– А я женюсь. Он не такой мерзкий, как остальные. Спрашивал, есть ли на поляне и в лесу травки, что пригодятся его лошадям. Описывал свойства, какие нужны. Видно, что голова работает нормально. Починит нам забор. Выкорчует тот дальний участок. 

– Эх, лапушка. Это сейчас он тебе мил. Ты в этом уголку сидишь и жизни не видела. Вильнешь хвостом, заберешь другого. Того, кто приглянется куда сильнее. А он так и останется по доступным подолам бегать. 

… Мама как будто смотрела в будущее. Вернее, старая Луторья, что была со мной и любящей, и понимающей. И всегда рядом, пока не померла… Вильям в детстве казался таким большим и надежным. Когда тебя десять, то статный и опрятный пятнадцатилетний парень – это целый принц, а коней у него… Выбирай любого.

Это потом оказалось, что молодой конюх живет по заученному шаблону, движим непомерным самомнением и силен тем, что вообразил себя лучше других.

Это не отменяло того, что после матушки он был для меня вторым человеком. До тех пор, пока он не перестал слышать слово «нет».

– Кара миа, ты как? Проспала дневную и вечернюю трапезу. Ты у меня совсем исхудаешь, – надо мной склонился Его Сиятельство, демон Бездны.

Попробовала сфокусировать на нем взгляд, но что-то мешало. Тело неравномерно горело жаром. То вся тяжесть уходила в голову, и я могла лишь стонать, стиснув зубы, – то наваливалась в правый или левый бок, а оттуда перетекала в ноги. Все это вызывало ужасную муть в сознании.

Надо скинуть одеяло – кстати, похожее на каменную плиту – ощупать себя, ссыпать прочь этот лишний песок. Подняться, пойти, взмахнут руками, взлететь. Я же по сути своей такая легкая… Чем они на самом деле набили мое нутро, почему я стала, словно мешок? Такой тюк двое мужиков еще не сразу поднимут на телегу.

Встать… Как же мне встать. Но я лишь замахала руками, чтобы отогнать целый рой жалящих ос, которые пикировали в лицо, пытаясь добраться до глаз… Важное. Нечто важное я упустила. И это не Вильям.

– У тебя бред, Кара, – со вздохом признал Деус. – Элизабет переживает, но я уложил ее спать немного раньше времени. Тебе тоже лучше поспать еще.

Потом я услышала, как он обратился к кому-то:

– Часы идут, и я не вижу результат. Давай я просто передам ей силу. Я не могу вот так сидеть рядом и…

В этот момент все сенсорные ощущения работали гораздо лучше, чем обычно. А ведь они в последние дни и так обострились до предела… Незнакомый голос имел легкую хрипотцу. Он звучал так, будто к его рекомендациям прислушивались абсолютно всегда, и принадлежал кому-то, с кем я еще не сталкивалась.

– Нет, Дэв. Это риск. Я не вижу центр поражения. И, очевидно, что леди пока застряла в одном состоянии. Совершенно точно, имелось некое воздействие… Проблема, что у нее везде блоки. И не факт, что если я их сниму, чтобы обследовать глубже, мы не получим ударное и прогрессирующее инфицирование.

– Марбас, не рано ли ты расписываешься в поражении? Не припомню, чтобы ты отказывал кому-то в лечении. Что случилось, что не так?

Граф заводился все больше. Он не находил себе места и не скрывал этого.

Да, ему не все равно. Пожалуй, от того хлыща, который смотрел на меня с презрением в Сиреневой гостиной, мало что осталось. Но бросаться на других и устраивать огненные вихри – вот этого не надо.

Как я узнала, что огонь Деуса близко? У меня защипало ладони и зачесался нос… Элизабет, он упоминал про нее. Дочка в порядке… В голове царил хаос. Мысли продолжали путаться.

– Дэвид, – тихонько позвала я.

Он мигом метнулся ко мне из другой части спальни.

– Что с моей девочка?

Я не видела его лица, но ощущала набежавшую на него тень.

– С нашей девочкой, Кара. – поправил он. – Лиз, никого не предупредив, отправилась в ваш старый дом. Она сказала, что ей доставили не всех кукол и что она специально не стала пугать экономку и горничных. Хотела повидать пару подружек. Якобы одна из них ее и позвала. Только я не понял, как это могло произойти. Она находилась далеко от изгороди. Главное, что Лиззи не напугана и не поранена.

Кровь зашумела у меня в ушах. Я рывком поднялась, ухватившись за его плечи. Пальцы сминали белоснежный хлопок рубашки. Полной грудью вдыхала его запах, всегда такой притягательный. Но сейчас все ноты звучали резче сильнее, потому что Деус нервничал по-настоящему: терпкий бергамот аккомпанировал древесному и пряному сандалу – и все это перебивал ветивер. Узнаваемый, сухой, дымный и землистый.

Пришлось как следует сосредоточиться. Так легко забыться, раствориться в его горяченной силе, потеряться и спрятаться… Однако сначала ему надо подсказать. Иначе, как он поймет, как правильно защищать меня и малышку?

– Беловолосый ворожей. Он управляет песком, который принадлежит нам. То есть моей семье. Он может заставлять людей делать, что ему нужно. Обманывает, морочит, отбирает разум. Никому нельзя верить. Когда-то он добрался до меня через мать. Подчинил мою магию… Знаешь, ведь на меня возлагались большие надежды. Я должна была напитать тех, кто придет после. Но вместо этого моя дочь взяла все у тебя, чтобы выжить, и почти полностью растворила мою половину, – мои губы двигались, но я не могла оторвать взгляда от пальцев, которые теребили его рукав.

Прижаться к нему лбом, носом, лизнуть. Впрыснуть каплю яда, сделав его окончательно неуязвимым. Но тогда он заболеет, а сейчас этого нельзя.. Богиня, да что со мной?

– Будешь ли ты любить ее после… Как уяснишь нашу суть. Несколько поколений кровь может прятаться, дожидаться благоприятных обстоятельств... Элизабет – умница. Она должна выжить. Враг не имеет над ней власти, но станет искать хотя бы физического контроля. Уже ищет. Любого обманет, сомнет. В этом он мастер.

Демон сомкнул уста у меня на лбу. От поцелуя жар перестал быть таким болезненным и притворился суховеем, который совсем не мешает, а реет где-то далеко.

– Я люблю ее. Люблю тебя. Никакая из характеристик вашей родовой магии этого не изменит, – заметил Деус, тычась носом в мои беспокойные пальцы. – Но ты изменилась. Что-то видела или вспомнила?

Кивком подтвердила. Да-да. Только мысли и слова разбегались наперегонки.

– Воспоминания возвращаются. Безсистемно. Отрывками или видениями. Какие-то вещи я теперь знаю заново. А в конюшне… Он подошел ко мне слишком близко. Почти настиг, и я не про Вильяма… Его магия исковеркана, она терзает меня. Но когда мы сталкиваемся, как это случилось сейчас, то раним друг друга. Я требую обратно то, на что имею право.

– Ты хочешь сказать, что этот некто, которого нам необходимо найти, тоже в данный момент не в себе? – протянул демон, подхватывавший самое главное.

– Поищи в Энфилде. Попробуй объехать соседние владения. Возможно, наконец, когда уязвим, он выдаст себя.

Дэв уже привычным движением подхватил меня и переложил себе на грудь

– Сейчас Марбас этим и займется. Должна же быть от него польза. А я побуду с тобой, Кара, пока ты крепко поспишь.

– Вы прекрасная пара, – проворчал тот же самый голос. Из-за того, что зрение не спешило проясниться, я видела лишь темную фигуру, стоявшую у зеркала, сложив руки на груди. – Сначала твоя дама отправляет меня лечить кучера, то есть конюха. Причем с условием, что к себе не подпустит, пока я не приведу в порядок этого самого Вильяма. Но она, положим, была в бреду. И теперь ты здесь командуешь, Деус. Где субординация?

От напряжение глаза потяжелели еще сильнее. Нежность моего демона обволакивала, как одеяло. Ноша во мне становилась не такой неподъемной…

– Ваше Высочество, я не приказываю, а призываю. Ваша пациентка  более всего нуждается в покое, то есть во мне.

– Я же сказал, не воздействовать на нее. Не трогать потоки. Каждый раз ведусь на твой рассудительный облик и забываю, кто ты на самом деле…

Дальше я уже не вникала, потому что голос Дэва превратился в рокот, который укачивал меня снаружи, но расходился глубоко внутри. Боль, скачкообразная и неравномерная, отступала. Наверное, испугалась тепла его рук.

Есть шанс, что Вильям не погиб. Лиззи сейчас спит в соседней комнате. Дэвид не собирается отступать. Напряжение, сотканное из песчинок и подозрительного шелеста, вспыхнуло огнем – предположительно, адским.

Утром я буду в порядке. Пусть этот милый Марбас больше не беспокоится.

Глава 47

Дэвид Деус

Наступила ночь. Самое продуктивное, самое свирепое время в сутках, – когда можно поймать то, что весь день ускользало, и затем дать телу быстрый и заслуженный отдых. Для Деуса сон был похож на скоростное скольжение с горной гряды в ледяной водоем… Прыжок. Как освежает, как бодрит... Раз, и уже проснулся.

Однако беспокойство рвало его на части. Рядом затаился враг достаточной силы, чтобы остановить Бланко, закрепив над ним печать. А нарисовать блокирующую руну не каждому выдающемуся магу по силам. Для этого требовались не только специфические знания, но и мощный ресурс.

Но даже этим неведомый противник не ограничился и… запер проход на Край. Деус не сразу сумел вернуться через собственный портал, когда учуял… Нет, не панику и боль Рит – для этого они еще не закрепили связь… А беспокойство дочери, которая ушла за пределы разрешенной зоны, и нервозность своего коня. Бланко уловил неприятности до того, как Вильям окончательно потерял разум. Конь их угадывал чуть ли не хвостом.

В ярости демон едва не обрушил пространство по окружности Края. Злосчастный портал он проломил вместе с граничным ребром, которым этот мир опирался на соседний.

Вряд ли его противник понимал, против кого он вышел. Но Деусу и самому пришлось юлить. В частности, предупредить страшего родича, что он влип и рискует неожиданно обретенным самым главным.

Он не стал расстраивать Рит, когда она приходила в себя. На Элизабет явно пытались воздействовать. Голос, звавший ее, был мороком, и его отголоски еще звенели, когда граф появился в Энфилде. Первой сюда проникла его тень и тут же рассеялась – в конюшни, в деревню, по кустам и тропинкам в поисках того, кто забаррикадировался в его поместье.

Дочку он нашел в пустом нищем доме. Ее глаза занимали почти все лицо. Девочка повторяла что-то про тишину, которая «хотела привязать ее к себе». Однако в этом случае Дэвид не спешил поддаваться панике. К малышке так просто не подобраться.

Да, ей незачем было встречаться с ублюдком, который испоганил жизнь ее матери – но и того бы тоже ждал величайший сюрприз. Хотел бы Деус посмотреть на мага, который протянет руку к ребенку протодемона, да еще в родной среде.

Лиззи не нужен лишний стресс, напомнил он себе. Этот тип не только умудрился идеально спрятаться. Он знал что-то, что делало его малютку уязвимой, по крайней мере, по материнской линии.

… Одновременно он добрался до Рит. Тут и стало ясно, почему он не смог нащупать палача раньше. Эта тварь была в конюшне несколькими секундами до него, и теперь изо всех сил заметала следы. Судя по тому, как легко он управлялся с замыканием пространства, неизвестный как минимум имел выход за Край. Но и преследовать его Дейв не мог. Его тени всегда должны были оставаться все вместе, в одной параллели.

Маргарет, которая уже не держалась на ногах, снова напомнила, почему он так отчаянно в нее влюбился. Физическая хрупкость и заведомо проигрышное положение не мешали ей все это напрочь игнорировать и упрямо настаивать на своем.

На его глазах она пыталась вдохнуть жизнь в труп, который шевелился разве что благодаря разрозненным и противоположно направленным силовым линиям.

Она называла покойника Вильямом. И Деус припомнил, что, действительно, когда-то ошивался подле лошадей пацаненок с похожим именем. Наверное, уже подрос, а в этот свой приезд демон совершенно не обратил на здешнего конюха внимания.

И в этом случае он снова намекнул Рит на то, чего не было. Марбас не стал реанимировать обуглившегося человека. Принц-лекарь не тратил ресурс впустую, если видел, что восстанавливать уже нечего. После того, как Рит принялась молить за Вильяма со слезами на глазах (и как она-то почувствовала в Марбасе целителя?), они с Высочеством договорились, что тот спасет сознание недоумка, отправив его в другое тело.

Марбасу нужно было поймать момент, когда в одном из пределов, куда он мог бы дотянуться, возникнет похожая комбинация – подходящее тело будет покидать душа сопоставимых размеров. Вильям ни за что не «влез» бы в гения или сильного мага.

Однако технически он остался жив. С Маргарет конюх больше не увидится, и Деус не собирался об этом горевать.

Пока девушка бредила, она поделилась с ним частью доступных воспоминаний. С одной стороны, он снова поступил не как джентльмен, заглянув в них без ее согласия. С другой… какой еще, к Бездне, джентльмен? Его женщина и его дочь по-прежнему в опасности, а он с закрытыми глазами отбивается от существа, которое до сих пор не идентифицировал.

Это был некто, весьма похожий повадками на демона, – при этом коварнее и изощреннее. Демон бы просто напал и сожрал. А этот уничтожал сразу две жертвы. Одну он склонял к жестокому насилию – на Краю обычно использовали эпитет «бесчеловечный» – а другую терзал, находясь за спиной насильника и поглощая эмоции с двух сторон.

Деус успел узнать, что стало с той девочкой, которую Маргарет нашла в подвале. Все равно Кара не успокоится, когда очнется… Так вот, благодаря шумихе, поднятой горничной, благодаря тому, что Рит прижала Морлея (скорее всего магически), девушку доставили в городской госпиталь, а оттуда – в столицу Ада. Она выжила и стала сиделкой... Сейчас ухаживает в центральном госпитале Бездны за тяжело ранеными и больными, которые перестали вставать с кровати.

Непростая судьба, но Маргарет от этого должно стать чуть легче. Ведь в Энфилде, рядом с медленно съезжающим с катушек Мором и кружащим поблизости Палачом, ту девчонку не ждало ничего хорошего. А его Рит… Как здесь выживала она?

После того случая девушка резко сорвалась в город. Хотя решиться оставить свое место силы, свое болото, ей было нелегко. Окружающим она врала, что неведомый муж нашел работу еще лучше. Мол, ему неудобно стало ездить в деревню – зато хватало денег снять комнатушку.

Как же ей было страшно. С ребенком с чужой для ней стихией… Ведь магия Рит и Лиз скорее всего конфликтовала прямо во чреве. Будущая мать инстинктивно не оставляла попыток вырваться из-под блоков и усилиться. Возможно, Палач даже ослабил удавку, чтобы позволить ей родить и получить в свое распоряжение сразу двух неучтенных магичек. Да еще каких. Деус втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

Если девочки выйдут из этого мрака в добром здравии, он навсегда излечится от самонадеянности. От уверенности, что вокруг него вертится вся Бездна… Ну, почему за этот его урок платили они?

Он приложил руку ко лбу Маргарет. Она дышала спокойно, лишь изредка вздрагивая всем телом. Влажные локоны липли к лицу.

Убрал их. Обтер лоб и щеки фланелевой тряпицей. Поцеловал в подбородок, почти не касаясь губ. Кара, его Кара… Если с ней что-то случится, он сожжет эти несчастные, иссушенные войнами земли еще раз. Окончательно искоренит заразу, что умудрилась так долго прятаться от пригляда Горнил.

…Справа от него кто-то сдавленно кашлянул. Явно издевательски. В кресле у занавешенного окна развалилась фигура в строгом темном костюме. Ночник выхватывал только мощные колени в брюках из темно-коричневой гладкопряденной шерсти и черные башмаки с блестящими лакированными носами.

– Устроил ты светопреставление, Младший. Сталкиваешь орбиты, роняешь луны, путаешь приливы с отливами. Так и до плача миров недалеко.

Голос звучал сипло. Будто его обладатель не раз его срывал, а сейчас говорил обманчиво тихо. Рит во сне поежилась.

Только один демон мог позволить себе так раскорячиться в его присутствии и даже не выставить защиту.

– Я торопился, Асмодей. И оправдываться я буду только перед Матерью, – ответил Деус с похожей хрипотцой.

Любой сторонний наблюдатель, появись он в этой комнате, отметил бы, что у этих двоих мало различались не только голоса, но и тембр. И манера угрожать, не угрожая.

Глава 48

С Асмодеем они связаны крепче, чем брат с братом или отец с сыном. Обоим не придет в голову проверять, выживет ли один без другого и в какой комбинации. Да, угроза существовала всегда, но они чересчур ценили равновесие.

Деуса, например, устраивало, что ужасающий протодемон наводил порядок в их рядах одним именем, равносильному стихийному бедствию. А он… Ну кто в здравом уме станет шарахаться от демона-адвоката без родословной? В его обществе сородичи, наоборот, растекались в кресле, расслабляли шейный платок и наливали в низкий стакан с полпальца эссенции.

В Аду про их связку ходили разные слухи. Скрывать родство более было невозможно. В частности, свежую порцию компромата Деус только что подбросил герцогу Вельзевулу.

Те данные свидетельствовали о том, что Асмодей – его родитель, а между ними царила почти ненависть. Мол, древний не собирался признавать старшего сыночка, передав все права, включая привилегированную магию, дочери и сыну, рожденным уже в эту эпоху, а также детям от последней жены, суккубы Адаманты.

– Ты счастливчик, Зелеос. И ты и это знаешь, – коротко хохотнул чудовище Асмодей, в миру – Стивен Алистер, барон Вассаго. – Я-то уже отчаялся встретить ту самую. Что толку было ждать или искать. Все бесполезно. Так что однажды просто принял свое счастье, как …ээээ… мешком по голове. Ты же едва разменял несколько сотен лет, если не ошибаюсь. Жениться-то рано. Следовало сначала хлебнуть безысходности. Осознать, что ни одна женщина не родит такому, как ты. Ты клятый протодемон. Ты обречен не иметь семьи.

Дэвид то ли оскалился, то ли по-настоящему улыбнулся.

– Что-то я не понял. Ты это к чему? Чтобы я ценил своих девочек? С этим все в порядке, хотя вначале я, действительно, растерялся. Не ты ли пытался выгнать свою Аду из дома через пять минут после знакомства…  Ты поаккуратнее. Когда так громко завидуешь, перестаешь быть грозным брутальным мачо. И на меня еще часть твоих обязанностей взвалят, чтобы привыкал. Спасибо, я воздержусь.

Правда же заключалась в том, что им обоим, чтобы входить в первый круг, вовсе не требовал герцогский – или любой другой – титул, приближенный к трону. Это, наверное, единственное, в чем они совпадали с владыкой, который при помощи Асмодея ухнул-таки в Горнила. В длительный неоплачиваемый отпуск.

Он, Деус, мог бы пользоваться титулом графа Элфорда и в Бездне. Этому ничего не мешало, кроме его собственного желания держаться от власти в стороне так долго, сколько получится.

– Твоя Элизабет очень напоминает мою Августу в этом возрасте. Только малышка громче и не видит смысла во мрачных позах. Она все возьмет и без них. Ты ее избаловал еще до того, как увидел, – заметил Асмодей.

В его глазах сверкали далекие звезды. Такие далекие, что от времени они почернели – как и его радужки. Почти совсем слились со зрачком.

Конечно, не случайно, что у обоих, явившихся на свет с огнем Бездны вместо крови, первенцами стали девочки. Других таких примеров у верховных Деус не помнил. Мать как будто и в этом требовала к себе уважения… А, может, сказывалось, что протодемон владел всеми стихиями, включая любовные чары. А эта магия считалась исключительно женской... Этот мужик стал причиной появления суккуб.

Сопротивляться таким чарам бесполезно. Только помнить, что все, что умел Асмодей, умел и Зелеос. Совершенный слепок, улучшенная копия.

Всегда, когда Бездна смотрела на младшего из двух своих (родных) сыновей, она смотрела в глаза своей победе над ошибками.

– Передавай Густе привет. Давайте встретимся в каком-нибудь не столичном городе, – там меньше свидетелей  – когда она вернется на каникулы. А Риччи… Мы же увидим его… в ближайшее время?

Это была еще одна из причин, по которой он не испытывал навязчивой потребности в детях. Ну, он так думал. Если Асмодей навернется где-нибудь в очередной раз (каждое его воплощение не отличалось устойчивостью), то, предполагалось, что Густу и Риччи подхватил бы его юный близнец. Дал бы им необходимую энергетическую поддержку.

Они считали его дядей и искренне тянулись, чувствуя огромное, и неподдельное, сходство с папой. Однако «дядя Деус», он такой спокойный. Прямо как остывшей голем, охранявший вход в личные Горнила семейства Алистеров.

На самом деле Асмодей куда больше годился ему в отцы, чем в технические братья. Возможно, все дело в колоссальной разнице в возрасте и опыте. Или в том, что заведя детей, тот наконец стал похож на человека. В смысле, на демона.

Стивен всегда понимал младшего, даже когда с Бездной у Деуса договориться не получалось.

– А ты чего ждал? Алистеры-Кроули явятся в Энфилд засвидетельствовать свое почтение. Давно мою Адочку никто не ставил на место. Она стала, как твоя Лиззи. Довольнющая… Только не ласковая, а такая, знаешь, с легкой стервозностью.

Деус не стал даже возвращаться к теме «кто кого баловал» и к «небольшой стервозности» сильнейшей в Аду суккубы. Его Рит сейчас лежала без сил. Сияющая и светская Адаманта ей их, очевидно, не прибавит.

– Сомневаюсь, что Ада и Маргарет станут подругами. Рит сейчас уязвима, не уверена в себе. Ей нужно время, чтобы почувствовать…

– Как мало ты знаешь женщин, Деус. Твоя кроткая Рит, та еще хищница. В своих стесненных обстоятельствах она действовала без единого промаха. Это страшные тва... Очаровательные монстры. Их раса считалась давно потерянной, как и их магия… А моя суккуба пускай посмотрит, что демоницы – это не венец творения. В конце концов они явно похожи между собой. Ну.. где-то глубоко, как ты и я.

Вассаго настаивал на своем, однако и Деус был бы не против, оцени он состояние Рит. Он видел гремучих бесовок еще во времена, когда они правили Великой пустыней.

– Элизабет в эти дни подвергается опасности. Если она немного побудет у тебя, то это здорово решит нашу проблему. К сожалению, я не могу доверять нянькам, слугам, гувернанткам. Всюду брать ее с собой – тоже плохой вариант. А Маргарет… Сейчас она не в том состоянии. Случаются помрачения, с которыми мы в ближайшее время разберемся. Я расскажу ей о тебе. Не буду давить. Она, скорее всего, согласится. Очень разумная девушка.

Асмодей снова оскалился.

– Кого же мне это напоминает? Такого рационального, уравновешенного… До поры до времени.

Впрочем, демон тут же стал серьезным.

– Ты правильно сделал, что, несмотря на проступающую вязь, не соединил вас ритуалом, а включил в клан только дочь. На твоей женщине цепочка взаимных блоков с многочисленными условиями. Вмешательство могущественной магии могло бы привести к ее гибели. Случайной или запланированной. Так что сначала блоки – а свадьба после.

Деус нехотя кивнул. Не признаваться же Асмодею, что он чуть не зажег на теле Рит те самые узоры. И сделал бы это, если бы им все время что-то не мешало .

Древний хлопнул его по плечу. Деус несильно ударил родича кулаком в грудь. Протодемон исчез. Что же, хотя бы с этим разобрались.

Барон на его стороне. Прикроет в первом круге, даст гладкое объяснение от его имени ищейкам инквизиции. На несколько дней этого хватит… И от Бездны Асмодей его пока заслонит. Даже сейчас, под утро, он ощущал нервозность Пламени.

Когда-то оно породило демона демонов, но тот оказался настолько разрушителен для собственного мира, что его приходилось постоянно возвращать в недра. В надежде, что в следующий раз сынок сможет приспособиться лучше... Однажды Асмодей подарил им солнце, но сколько раз он огненным дождем смывал с поверхности территорий все живое…

С каждым развоплощением увеличивалась вероятность, что от него останется лишь голый огонь, лишенный разума и сознания – то есть вернуть его обратно не получится. И тогда Бездна подстраховалась. Взяла у своего гиганта нужные клетки и принялась выращивать его копию до состояния младенца.

Потом ребенка поместили в приемную семью. Привязали к магии другой земли, подальше от Горнил. Чтобы меньше перегревался. Воспитывали размеренно и в то же время не нагружали ответственностью. Удаляли прочь от недетских стрессов.

Возможно, первые годы Деуса многим демонятам показались бы неласковыми, но по сравнению с тем, как проводил их Асмодей (среди лавы и пепла, постигая чем органика отличается от огня и камня), это был настоящий курорт.

Вот почему Зелеус и Асмодей так не похожи. Это же два разных демона. Но по сути – один и тот же протодемон.

Дэйв вздохнул. Убедился, что девочки спали. Вышел из своих покоев.

Он не сравнивал себя и первого сына. Не задавался вопросами, в чем повезло тому, а в чем выиграл он. Не стенал, что его происхождение все решило за него и не чувствовал за собой вины за то, что выращен на замену великому родичу. Он жил с тем, что имел. И Асмодей делал то же самое.

Теперь очередь матери, учиться принимать судьбу такой, как она есть. Но, разумеется, первым делом, надо разобраться с тем, кто забрал у пустынниц их магию…

Доить ресурс Рит палачу все более затруднительно. Последние события доказывали, что он уже нашел способ от нее избавиться.