Текст книги "Проклятие верности (СИ)"

Автор книги: Наталья Тудаль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 14

Глава 14

Выступления закончились.

Я стояла в боковом коридоре, прислонившись спиной к холодной каменной стене, и пыталась унять дыхание. Ладони все еще дрожали, но не от выступления, от того, что он смотрел на меня. Все время, пока я демонстрировала свои навыки, он не отрывал взгляда.

Я чувствовала его серые глаза на своей спине даже сейчас.

– Селения, ты чего застыла? – Финн появился из-за угла с кружкой воды. – Выпей. Ты бледная.

– Я всегда бледная, – ответила я, принимая кружку.

– Сейчас ты бледнее обычного, – он нахмурился. – Герцог тебя так напугал?

– Я не боюсь герцога.

– Тогда чего?

Я не ответила. Что я могла сказать? Что каждое его движение отзывалось в моей груди острой болью? Что его голос – низкий, хриплый, знакомый до дрожи, заставлял меня забывать, кто я теперь?

Я допила воду и вернула кружку.

– Мне нужно в библиотеку, – сказала я. – Нужно вернуть книги.

– Сейчас? – Финн удивился. – Уже вечер. Можешь отдать завтра.

– Не могу. Они нужны магистру Орландо.

Это была ложь. Но Финн не знал.

Я взяла стопку фолиантов – тяжелых, старых, пыльных – и направилась в сторону главной библиотеки. Не кратчайшим путем. А через восточное крыло. Где ректор, как я знала, показывала инквизиторам исторический зал.

Я хотела увидеть его еще раз. Не знаю, зачем. Может быть, чтобы убедиться, что он реален. Может быть, чтобы убедиться, что я реальна. Может быть, просто чтобы сделать больнее себе. Глупо. Опасно. Я знала это. Но я все равно пошла.

Коридоры восточного крыла были пустынны и тихи.

Магические светильники горели тускло, отбрасывая длинные тени на каменные стены. Мои шаги гулко отдавались в тишине. Фолианты в руках были тяжелыми, но я не чувствовала веса – только стук собственного сердца. Он бился где-то в горле.

Я завернула за угол – и замерла. Они стояли в конце коридора. Ректор Академии что-то рассказывала, указывая на старинные гобелены. Рядом с ней трое инквизиторов в черных плащах, и Тамир. Он стоял чуть в стороне, слушая вполуха, потому как его взгляд блуждал по коридору без особого интереса. Как будто он видел все это сотни раз и ничего не цепляло его взгляд.

Я должна была развернуться и уйти. Вместо этого я сделала шаг вперед, затем еще и еще. Фолианты в моих руках предательски дрожали. Я сжала их крепче, сделала еще шаг и «случайно» задела краем стопки выступ в стене.

Книги посыпались из рук с громким, оглушительным в тишине грохотом.

– Ах, – вырвалось у меня.

Я опустилась на корточки, лихорадочно собирая раскатившиеся по полу фолианты. Спиной чувствовала, как все взгляды обратились на меня.

– Извините, – пробормотала я, не поднимая глаз. – Так неловко. Я не заметила…

– Мисс Романдэ?

Голос ректора. Я подняла голову.

– Да, ректор, – сказала я. – Простите, я просто…

– Помогите ей, – раздался низкий голос.

Мое сердце пропустило удар. Тамир шагнул вперед. Один шаг. Второй. Он наклонился и поднял один из фолиантов, который укатился дальше всех.

Я смотрела на его руки. Сильные, с длинными пальцами, в темных перчатках. На левом запястье, поверх перчатки, виднелся край браслета – изумрудный и мерцающий.

Мой браслет. Когда-то он был моим.

– Благодарю, ваша светлость, – сказала я, принимая книгу.

Он аккуратно положил фолиант сверху на стопку в моих руках.

И замер. Я тоже замерла. Он смотрел на меня. Сверху вниз – потому что я все еще стояла на коленях, а он возвышался надо мной, огромный, темный, пугающий и родной одновременно.

Я подняла голову. Наши взгляды встретились. Он смотрел долго. Слишком долго для случайной встречи. Слишком пристально для того, кому безразлична незнакомая студентка.

Я чувствовала, как под его взглядом моя маскировка напрягается, как моя спрятанная душа сжимается в комок, боясь вырваться наружу.

– Твоя манера двигаться… – сказал он наконец.

Голос низкий, хриплый, как наждак. Тот самый голос, который когда-то шептал мне на ухо ласковые слова. Который кричал от ярости в ту ночь на балконе. Который выл, когда я умирала.

Он заставил меня внутренне содрогнуться.

– …необычна для твоих лет, – закончил он.

Я опустила взгляд. Не могла больше смотреть в эти глаза. Боялась, что не выдержу. Боялась, что он увидит слишком много.

– Много практиковалась, ваша светлость, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Практика не дает такой стойки, – он наклонил голову. – Такое либо дается от природы, либо… приобретается годами.

– Мне повезло с учителями, – сказала я.

– Кто они?

– Книги, ваша светлость. И упорство.

Он молчал. Я чувствовала его взгляд на своей макушке.

– Встань, – сказал он.

Я поднялась. Фолианты в руках дрожали, но я не позволяла себе показать слабость.

Теперь мы стояли напротив друг друга. Я – ниже на голову. Худая, бледная, с чужими голубыми глазами. Он огромный, темный, с серой бурей за ледяной маской.

– Напомни свое имя? – спросил он.

– Селения, – ответила я. – Селения Романдэ.

– Да, конечно, Селения, – повторил он. Медленно, будто пробуя на вкус. – Красивое имя.

Я ничего не сказала. Не могла.

Он кивнул. В его глазах на мгновение мелькнула тень. Мужчина сощурился, как будто силясь что-то вспомнить.

– Продолжай в том же духе, мисс Романдэ, – сказал он и сделал шаг мимо меня.

– Ваша светлость, – я не знала, зачем позвала его.

Он остановился. Обернулся.

– Я… – начала я и замолчала.

Что я хотела сказать? «Я – твоя мертвая жена»? «Ты убил меня»? «Я все еще люблю тебя, и это убивает меня заново»?

Ничего из этого я не могла.

– Желаю вам удачи в отборе, – сказала я вместо этого.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

– Спасибо, – ответил он и ушел.

Инквизиторы потянулись за ним. Ректор бросила на меня быстрый, внимательный взгляд, но ничего не сказала.

Я осталась одна в коридоре с фолиантами в руках. С бешено колотящимся сердцем. С глазами, которые жгло от непролитых слез.

* * *

Я дошла до библиотеки на автомате. Не смотря на позднее время, магистр Орландо сидел за своим столом и поднял голову, когда я вошла.

– Селения? Ты бледна.

– Я в порядке, магистр, – ответила я, ставя книги на стол. – Я принесла фолианты.

– Так поздно? Да ты дрожишь.

– В коридоре холодно.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Выцветшие голубые глаза, казалось, видели больше, чем я хотела показывать.

– Ты видела герцога, – сказал он.

– Да, – ответила я. – Случайно столкнулась в коридоре.

– И?

– И ничего. Он не узнал меня.

Орландо молчал. Потом тихо сказал:

– Ты ожидала, что узнает?

– Нет, – ответила я. – Но надеялась.

Он вздохнул.

– Будь осторожна, Селения. Ты играешь с огнем.

– Я знаю, магистр, – я поклонилась и вышла.

* * *

Ночью я не спала. Лежала на кровати, смотрела в потолок и прокручивала в голове каждое слово, каждый взгляд, каждое движение. «Твоя манера двигаться... необычна для твоих лет». Он все же заметил. Он что-то почувствовал. Но не понял.

– Этого недостаточно, – прошептала я в темноту. – Я хочу, чтобы ты понял. Я хочу, чтобы ты увидел. Я хочу, чтобы ты… – я замолчала, не договорив.

Чего я хотела? Мести? Признания? Любви?

Я не знала. Я знала только одно, что я больше не могу прятаться. Я должна быть рядом. Должна смотреть на него. Должна заставить его вспомнить.

Даже если это убьет меня во второй раз.

Глава 15

Глава 15

На следующее утро нас собрали на главной площади Академии.

Студенты выстроились по факультетам – боевая магия, общая, целительский, артефакторика. Преподаватели стояли в стороне. Ректор стояла на возвышении, рядом с ней расположились инквизиторы и Тамир.

Он смотрел на нас сверху вниз, серые глаза скользили по лицам, не задерживаясь ни на ком. Холодный, отстраненный и ужой.

Вчерашний вечер казался сном. Та секунда, когда наши взгляды встретились в коридоре, когда он спросил мое имя, когда в его глазах мелькнуло что-то неуловимое – все это растворилось в утреннем свете, оставив только горечь и сомнение.

– Зачитываю список отобранных для службы в герцогстве Опальных Земель, – объявила ректор.

На площади воцарилась тишина. Студенты замерли, кто с надеждой, кто со страхом, кто с равнодушием.

Я стояла в первом ряду боевого факультета. Финн – справа от меня, бледный, сжавший кулаки. Олрик ван Дейн – слева, надменно вскинувший подбородок.

– Олрик ван Дейн, – зачитала ректор.

Олрик усмехнулся. Бросил на меня победный взгляд. Я не ответила.

– Финн Арбелоу.

Финн выдохнул, шумно и облегченно. Я почувствовала, как его плечо коснулось моего.

Ректор зачитывала имена одно за другим. Еще трое моих сокурсников. С каждым именем сердце билось все глуше. Я смотрела на Тамира – он стоял неподвижно, серые глаза скользили по строю, не задерживаясь ни на ком. Не на мне.

Неужели не выбрал? Неужели все зря?

Я сжала кулаки, готовясь услышать «остальные свободны».

– Селения Романдэ.

Мое имя прозвучало в тишине, как удар хлыста. Я не вздрогнула. Не повернула головы. Только смотрела прямо перед собой – на ректора, на инквизиторов, на него.

Тамир не смотрел на меня.

– Остальные – свободны, – закончила ректор.

Площадь взорвалась шепотом. Кто-то радовался, кто-то огорчался, кто-то с облегчением выдыхал. Но я слышала только стук собственного сердца.

– Собраться у восточных ворот через час, – сказал один из инквизиторов. – Форма походная. Оружие при себе. Опоздавшие останутся.

Я развернулась и пошла в общежитие.

– Селения, подожди!

Финн догнал меня уже в коридоре.

– Олрик, – произнес Финн с отвращением. – Почему именно он?

– Потому что он хороший боец. И его отец – член Совета. Не смешивай политику и мастерство.

– Ты защищаешь его?

Я остановилась. Повернулась к Финну.

– Я не защищаю никого. Я просто не трачу силы на ненависть к тем, кто того не заслуживает.

Финн посмотрел на меня странно.

– А кто заслуживает?

Я не ответила.

Час спустя мы стояли у восточных ворот. Нас было двенадцать отобранных – восемь с боевого факультета, двое целителей, один артефактор и один следопыт. Возглавлял отряд магистр Корвин – старый маг с седой бородой и пронзительными глазами. Его я знала еще из прошлой жизни. Он довольно давно служит Тамиру.

– Лошади готовы, – объявил Корвин. – Путь до Опальных Земель займет пять дней. Первую ночь ночуем в таверне на тракте, дальше – лесная зона. Там будем разбивать лагерь и выставлять часовых. Вопросы?

Вопросов не было.

Я подошла к своей лошади – гнедой кобыле с темной гривой. Погладила морду, прошептала что-то успокаивающее. Лошади меня любили. Всегда любили. Еще с той жизни.

– Ты умеешь обращаться с лошадьми? – раздался голос сзади.

Олрик конечно, кто еще...

– Умею, – ответила я, не оборачиваясь.

– Удивлен, – он усмехнулся. – Дочь обедневших дворян, а ведет себя как бывшая наемница.

– Не завидуй Олрик, – я вскочила в седло одним плавным движением.

Олрик хотел сказать что-то еще, но не успел. Корвин подал сигнал, и отряд тронулся. Я бросила последний взгляд на Академию. На стены, где я провела четыре года. На окна, за которыми остались Лира и Мия.

– Прощай, – прошептала я и пустила лошадь вперед.

* * *

К вечеру первого дня мы добрались до тракта.

Таверна стояла на перекрестке дорог – старая, покосившаяся, но крепкая. Внутри пахло жареным мясом, дешевым элем и потом. Корвин снял весь второй этаж, комнаты были рассчитаны на троих.

– Романдэ, ты с девушками-целительницами, – распорядился он.

Я кивнула. Ужинали в общем зале. Солдаты шутили, травили байки, играли в кости. Финн сидел рядом со мной и ковырял вилкой в тарелке.

– Ты не ешь, – заметила я.

– Не голоден, – ответил он.

– Ты волнуешься.

– А ты нет?

Я посмотрела на него.

– Я уже прошла через все, чего можно бояться, Финн. Остальное – мелочи.

Он не понял. Но кивнул. Олрик сидел за соседним столом, окруженный своими. Бросал на меня взгляды – злые, колючие. Я не обращала внимания.

Ночью, в комнате, я не спала. Смотрела в потолок и слушала, как тихо посапывают целительницы. Где-то внизу хлопнула дверь, раздались шаги.

Я закрыла глаза.

* * *

Лес начинался сразу за трактом – темный, густой, с низкими ветвями и землей, устланной прелыми листьями.

– Здесь водятся хищники, – объявил Корвин. – Магические. Держаться вместе. Ночью выставляем часовых. Дежурим по двое.

Отряд углубился в чащу. Дорога сузилась, лошади шли шагом, осторожно переставляя копыта.

Я ехала в середине колонны. Финн – слева. Олрик – где-то позади.

– Селения, – Финн понизил голос. – Ты слышала, что говорят про этот лес?

– Что?

– Что здесь пропадают люди. И не только от хищников.

Я усмехнулась.

– Суеверия, Финн.

– А вдруг нет?

Я не ответила. К вечеру мы нашли поляну для лагеря. Корвин распределил часовых – я попала в первую смену вместе с Олриком.

– Отлично, – пробормотал он, когда мы отошли от костра. – Ночь с сумасшедшей.

– Не бойся, – ответила я. – Я не кусаюсь.

– Ты меня чуть не убила на тренировке.

– Ты сам напросился.

Он замолчал. Мы стояли на краю поляны, всматриваясь в темноту.

– Романдэ, – сказал он вдруг. – Кто ты на самом деле?

– Студентка, – ответила я.

– Таких студенток не бывает.

– Бывает, – я повернулась к нему. – Если достаточно сильно желать выжить.

Он хотел спросить еще что-то, но в лесу что-то завыло. Протяжно, тоскливо, страшно.

– Волки, – сказал Олрик, бледнея.

– Магические волки, – поправила я. – Не подходи к краю леса.

Он не спорил.

* * *

На третий день удача отвернулась от нас.

Мы ехали по узкой тропе, зажатой между скалистыми выступами, когда я почувствовала это. Вихрь подо мной напрягся, всхрапнул, прядая ушами. Он чуял опасность раньше меня.

– Корвин! – крикнула я, но было поздно.

Из кустов вылетела первая тварь. Огромный черный волк с горящими красными глазами и клочьями темной магии, срывающейся с клыков. Он прыгнул на замыкающего солдата, тот даже не успел вскрикнуть. Кровь брызнула на листву.

– В круг! – заорал Корвин, вскидывая магический щит.

Солдаты спешились, образовали оборону. Я спрыгнула с лошади, выхватила свои близнецовые клинки.

Волки атаковали со всех сторон. Их было много, больше десяти точно. Черные, огромные, с глазами, горящими адским пламенем. Они двигались слаженно, как стая, ведомая единой волей. Магические твари, порожденные темной магией отступников.

Первый прыгнул на меня, я ушла вниз, всадила короткий клинок в брюхо, длинным добила в шею. Кровь хлынула горячей волной, заливая руки. Второй атаковал слева, я развернулась, блокировала клыки клинком, магическая игла сорвалась с пальцев и вошла в глаз. Третий, четвертый, пятый – я кружилась в смертельном танце, и мое тело двигалось само, быстрее разума, быстрее страха.

Краем глаза я видела, как сражаются остальные. Корвин держал щит над ранеными, отбиваясь магическими разрядами. Финн, бледный как смерть, но упрямо сжимающий меч, прикрывал целительниц. Олрик, надо отдать ему должное, бился умело, его магия рвала волков на куски.

Но их было слишком много.

– Селения, сзади! – крикнул Финн.

Я развернулась. Огромный волк, крупнее остальных, с серебристой полосой вдоль хребта, скорее всего вожак, летел на меня, разинув пасть. Я не успевала уклониться.

Вспышка. Огненный шар ударил волка в бок, отбрасывая в сторону. Корвин стоял в десяти шагах, его рука еще дымилась от заклинания.

– Не зевай, девочка! – рявкнул он.

Я кивнула и снова бросилась в бой. Вожак поднялся. Его красные глаза горели ненавистью, он узнал того, кто ранил его. Игнорируя остальных, он рванул к Корвину. Старый маг вскинул щит, но волк ударил всем телом, пробивая защиту темной магией. Корвин пошатнулся.

Я метнулась наперерез. Прыжок. Клинки вошли в шею волка с двух сторон – длинный и короткий одновременно, смертельная связка, которой меня никто не учил. Тварь взвыла, забилась, рухнула на землю. Темная кровь хлынула на траву, шипя и дымясь.

Стая, потеряв вожака, дрогнула. Еще несколько мгновений, и волки отступили, растворились в чаще, оставив на земле тела убитых.

Наступила неожиданная тишина.

Я стояла, тяжело дыша, с клинками в опущенных руках. Кровь – волчья и моя, капала на прелые листья. Плечо саднило, один из волков все же достал меня, но рана была неглубокой.

– Потери? – голос Корвина разрезал тишину.

– Двое убитых, трое раненых, – доложила Рейна, осматривая строй. – Целители уже работают.

Корвин подошел ко мне. Посмотрел на мертвого вожака, на мои клинки, на кровь на моих руках.

– Хорошая работа, Романдэ. Где научилась такому?

– В Академии, – ответила я.

Он хмыкнул, но ничего не сказал. Только посмотрел долгим, изучающим взглядом и отвернулся.

Отряд двинулся дальше, оставив тела хищников гнить на траве. К вечеру четвертого дня мы выбрались из Черного леса. Он кончился так же внезапно, как начался, просто расступился, выпустив нас на холмистую равнину. Вдалеке виднелись огни деревни.

– Трактир, – сказал Корвин. – Заночуем. Завтра прибудем в Опальные Земли.

Я никогда не была так рада виду человеческого жилья.

* * *

На пятый день мы пересекли границу Опальных Земель. Воздух изменился сразу, стал тяжелее, суше, с привкусом пепла и металла. Земля – темная, почти черная. Небо – серое, низкое, будто нависало над головой. Здесь всегда было так.

У старого пограничного камня нас ждали. Тамир сидел на гнедом жеребце – один, без свиты, только плащ развевался на ветру. Он смотрел на нас холодно, оценивающе, по-хозяйски.

– Добро пожаловать в мои владения, – произнес он. Голос разнесся над равниной, низкий, хриплый, знакомый до дрожи. – Впереди замок. Через час будем на месте.

Он развернул коня и поехал вперед, возглавляя колонну. Я смотрела на его широкую спину, на темный плащ, на браслет, мерцающий на левом запястье. Через час я войду в замок, где меня убили. Где я жила. Где я любила.

Отряд начал спускаться по склону к замку, который вырастал на горизонте с каждым шагом. Черные стены, острые шпили, флаги с фениксом, восстающим из пламени. Все как прежде.

Я придержала лошадь, отставая от колонны. Никто не заметил – все смотрели вперед, на замок, который станет их домом на ближайший год. Я остановилась на возвышении, глядя вниз. Ветер трепал волосы, бросал в лицо колючую пыль. Где-то там, за этими стенами, была моя спальня. Наш балкон. Место, где я умерла.

– Я вернулась, – прошептала я одними губами. – Через четыре года. Я вернулась домой.

Ветер унес слова, растворил в сером небе. Вихрь подо мной всхрапнул, переступил с ноги на ногу, будто спрашивая: «Чего мы ждем?» Я пришпорила его и поскакала догонять отряд.

Глава 16

Глава 16

Замок Де Жамберов стоял на скалистом уступе, врезавшись в серое небо острыми шпилями. Черный камень стен сливался с тучами, делая строение похожим на продолжение самой тьмы. Флаги с гербом дома, феникс, восстающий из пламени, трепетали на ветру, как крылья раненой птицы.

Я смотрела на него и не могла дышать. Четыре года я не видела этих стен. Четыре года я не пересекала этот мост, не въезжала в эти ворота, не слышала этот скрип цепи подъемного механизма.

И все это время он стоял здесь. Ждал, хранил мои вещи. Мои воспоминания. Мой прах.

– Романдэ, ты чего застыла? – голос Финна выдернул меня из оцепенения.

– Залюбовалась, – ответила я, пришпоривая лошадь. – Красивое место.

– Мрачное, – поморщился Финн. – Как будто само солнце боится сюда заглядывать.

Он был прав. Опальные Земли получили свое название не случайно, небо здесь всегда было серым, даже в самый ясный день. Говорили, что когда-то здесь упала проклятая звезда, и земля впитала ее тьму.

Я знала другую легенду. Я знала, что это место стало таким после войны с демонами триста лет назад. Но сейчас не время было вспоминать историю.

Тамир ехал впереди колонны. Его плащ развевался на ветру, открывая браслет на левом запястье. Он мерцал тускло, но ровно. Как маяк и напоминание.

– Внимание, – голос Корвина разнесся над отрядом. – Въезжаем.

Мы пересекли мост. Копыта лошадей зацокали по каменным плитам внутреннего двора. Я подняла голову и увидела замок таким, каким запомнила его в последний раз.

Тот же двор, где я тренировалась по утрам. Та же конюшня, где стоял мой жеребец Вихрь, интересно, жив ли он еще. Та же лестница, ведущая в главный зал, по которой я поднималась в день своей свадьбы. Все было на месте. И ничего не было по-прежнему.

– Спешиться! – скомандовал Корвин.

Я спрыгнула с лошади. Ноги дрожали, но не от усталости. Я сделала глубокий вдох и заставила себя успокоиться. Ты Селения Романдэ, выпускница Академии магии, новобранец. У тебя нет прошлого в этих стенах. Ты здесь впервые.

Повторяй это, пока не поверишь.

– Романдэ, ты слышишь меня? – Корвин стоял передо мной, хмурясь.

– Да, мессир, – ответила я. – Простите. Задумалась.

– Здесь не место для размышлений, – отрезал он. – Герцог ждет.

Тамир провел инструктаж в главном зале. Он стоял на возвышении перед большим камином, в котором горел огонь, и говорил холодно, отрывисто, по-военному. Его голос разносился под высокими сводами, и каждое слово врезалось в память, как клеймо.

– Вы здесь больше не студенты, – говорил он. – Вы – солдаты. Вы будете подчиняться приказам. Вы будете выполнять задания. Вы будете рисковать жизнью. Если кто-то не готов – дверь за вами. Уходите сейчас.

Никто не пошевелился.

– Хорошо, – он обвел зал взглядом. – Тогда запомните главное. В Опальных Землях закон один – моя воля. Предательство карается смертью. Непослушание – ссылкой. Трусость – позором.

Он говорил о предательстве, а я смотрела на его браслет и думала: «Ты убил меня за предательство, которого не было. А она живет с тобой под одной крышей. Где же твоя справедливость, Тамир?»

Я не сказала этого вслух. Я молчала и слушала.

– Завтра в шесть утра – построение во дворе, – закончил он. – Свободны.

Солдаты начали расходиться. Я осталась стоять, глядя на него. Он почувствовал мой взгляд. Повернул голову.

– Что-то еще, мисс Романдэ?

– Нет, ваша светлость, – ответила я. – Просто привыкаю.

– Привыкай быстрее, – сказал он и ушел.

* * *

Меня поселили в гостевом крыле. Комната была маленькой, но чистой – кровать, стол, шкаф, узкое окно с видом на внутренний двор. Ничего лишнего. Ничего, что напоминало бы о прошлом.

Я прошлась по комнате, касаясь пальцами стен. Камень был холодным, чужим.

– Вам что-то нужно, мисс? – спросил слуга, остановившийся в дверях.

– Нет, – ответила я. – Спасибо.

Он ушел. Я осталась одна. Села на кровать, обхватила колени руками и закрыла глаза. Я дома. Четыре года спустя – я дома. И ничего не осталось от того, что было.

Ночью я не спала. Просто не могла. В голове крутились воспоминания, сердце колотилось где-то в горле, тело требовало движения.

Я встала, накинула плащ и вышла в коридор. В замке было тихо. Магические светильники горели тускло, отбрасывая длинные тени на стены. Я шла по коридорам, не зная, куда иду, ноги сами несли меня по знакомым маршрутам.

Вот поворот в библиотеку. Вот лестница в оружейную. Вот дверь, за которой когда-то была кухня. А вот коридор. Я замерла. Коридор, ведущий в личное крыло герцога. Туда, где когда-то была наша спальня. Ноги подкосились. Я прислонилась к стене, пытаясь унять дыхание. Зачем я пришла сюда? Зачем мучаю себя? Но я не могла уйти. Не могла. Что-то тянуло меня вперед, как магнит.

Я сделала шаг. Второй. Третий. И увидела его.

Тамир стоял у запертой двери моей старой спальни. Он не слышал меня – его спина была напряжена, плечи опущены. Он стоял неподвижно, положив ладонь на дверь, будто пытался почувствовать что-то через камень и дерево.

На его левом запястье тускло мерцал браслет. Я замерла, боясь дышать.

Он не знал, что я здесь. Не видел меня. Стоял в темноте, один, и касался двери, за которой когда-то была его жизнь. Моя жизнь. Наша жизнь.

Сколько времени он так стоял – минуту, десять, час? Я не знала. Я смотрела на него и не могла отвести взгляд.

Он был другим. Не таким, как на инструктаже. Не холодным командующим, не безжалостным инквизитором. Просто мужчиной, который потерял все и не знал, как жить дальше.

Тамир вздохнул – тяжело, надрывно. Убрал руку от двери. Развернулся и пошел прочь.

Я отшатнулась в тень, прижалась спиной к стене. Я смотрела ему вслед, пока его силуэт не растворился в темноте коридора.

Потом я посмотрела на дверь. На мою дверь. Подошла. Положила ладонь туда, где только что была его рука. Камень был холодным. Дверь – запертой. А внутри, за этой дверью, стояла моя старая жизнь. Мое прошлое.

– Я здесь, – прошептала я. – Я вернулась.

Слезы душили меня, но я не позволила им упасть. Я убрала руку. Развернулась. Пошла прочь. Не оглядываясь.

Вернувшись в комнату, я села на кровать и долго смотрела в стену. Перед глазами все еще стоял он. Его спина. Его рука на двери. Его браслет, мерцающий в темноте.

– Ты не забыл, – прошептала я. – Ты помнишь. Ты мучаешься.

Я сжала кулаки.

– Но этого недостаточно, Тамир. Я хочу, чтобы ты знал. Я хочу, чтобы ты увидел. Я хочу, чтобы ты понял, кого убил.

Я легла на кровать, закрыла глаза. Завтра начнется новая жизнь. Служба. Задания. И он рядом. Но я выдержу. Должна выдержать.