Текст книги "Проклятие верности (СИ)"

Автор книги: Наталья Тудаль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 6

Глава 6

Я проснулась от крика.

Собственного крика. Он застрял в горле, превратившись в хриплый, рваный выдох. Простыни намокли от пота. Сердце колотилось где-то в ушах, заглушая все остальные звуки.

Кошмар. Снова.

Я сидела на кровати, обхватив колени руками, и пыталась выровнять дыхание. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Не помогало.

Перед глазами все еще стояло его лицо. Серые глаза, полные ненависти. Клинок, занесенный для удара. И тень Илдианы за его спиной – улыбающаяся, торжествующая.

– Тише, тише, – раздался сонный голос Лиры. – Опять кошмары?

– Извини, – прошептала я. – Не хотела тебя будить.

– Ничего, – Лира села на своей кровати, зевнула. – Ты часто кричишь во сне. С того самого дня, как очнулась.

– Мне снятся… странные вещи, – ответила я осторожно. – Будто я не я. Будто кто-то другой живет в моей голове.

– Наверное, последствия болезни, – Лира пожала плечами. – Лекарь говорил, что магическое истощение влияет на разум. Могут быть галлюцинации, странные сны, чувство отчуждения.

– Наверное, – согласилась я.

Я не могла рассказать ей правду. Никому не могла. Даже если бы захотела – меня бы не поняли. Решили бы, что я сошла с ума. Или того хуже – заподозрили одержимость.

Нет. Тишина – мое единственное оружие. Я встала с кровати. Подошла к зеркалу, висевшему на стене.

На меня смотрела чужая девочка. Блондинка. Коротко стриженная, худая, с большими голубыми глазами и синими кругами под ними. Кожа бледная, почти прозрачная. Губы тонкие, бескровные.

– Блондинка, – прошептала я с отвращением. – Как же мне это не идет.

В прошлой… в той жизни, у меня были черные волосы. Густые, длинные, до пояса. И зеленые глаза. И шрамы. Много шрамов.

Здесь не было ничего. Чистый лист. Пустая страница.

– Может, отращу и перекрашу, – сказала я себе тихо. – Когда-нибудь. Когда смогу.

– Что ты там бормочешь? – спросила Мия, которая тоже проснулась от шума.

– Ничего. Планирую день.

– В шесть утра? – Мия покосилась на окно, за которым только начинало светать.

– Лучшее время для тренировок, – ответила я и начала одеваться.

* * *

После завтрака я отправилась в деканат.

В Академии была стандартная система, когда все первокурсники начинали на факультете Общей Магии. А со второго курса нужно было выбирать узкое направление – Боевая Магия, Целительство, Артефакторика, Теория Порядка.

Но можно было посещать дополнительные занятия на других факультетах уже на первом курсе. Чтобы попробовать, чтобы понять, что тебе ближе.

– Зачем тебе Боевая Магия? – спросила Лира, когда я сказала ей о своем решении. – Ты же едва свечу зажгла.

– Затем, что я хочу научиться защищать себя, – ответила я. – Болезнь показала мне, как я слаба. Я не хочу больше быть слабой.

– Но Боевая Магия – это тяжело, – добавила Мия. – Там одни здоровяки с факультета Воинов. Они тебя раздавят.

– Посмотрим, – сказала я.

* * *

Зал Боевой Магии находился в отдельном крыле Академии.

Он был огромным, с высокими потолками, магическими светильниками и стенами, покрытыми защитными рунами. Вдоль стен стояли стойки с оружием – мечи, кинжалы, секиры, копья. В воздухе пахло металлом, потом и озоном.

Я вошла внутрь и почувствовала, как сердце забилось быстрее. Знакомый запах. Знакомая атмосфера. Место, где рождаются воины.

– Вы кто? – раздался грубый голос.

Передо мной стоял преподаватель. Мужчина лет сорока, широкоплечий, с коротко стриженными темными волосами и шрамом через всю щеку. Глаза – холодные, серые, оценивающие. Магистр Каэл – я узнала его по описаниям.

– Селения Романдэ, первый курс, факультет Общей Магии, – представилась я. – Хочу записаться на дополнительные занятия по Боевой Магии.

Он окинул меня взглядом. Худую, бледную, с короткими волосами. И усмехнулся.

– Ты ошиблась дверью, девочка. Боевая Магия не для таких, как ты.

– Почему? – спросила я спокойно.

– Посмотри на себя, – он развел руками. – Ты – веточка. Один удар – и ты сломаешься. Иди на Целительство. Или на Теорию. Там тебе будет комфортнее.

Я посмотрела ему в глаза. Не отводя взгляда. Не моргая.

– Магистр, – сказала я тихо. – Я выжила после магической болезни, которая убивает девятерых из десяти. Мое тело слабо, я знаю. Но мой дух крепче, чем у любого здоровяка в этом зале. Дайте мне шанс. Если после первой тренировки вы решите, что я бесполезна – я уйду и больше не побеспокою.

Он молчал. Смотрел на меня. В его глазах промелькнуло что-то – удивление, интерес, насмешка.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Оставайся. Но пеняй на себя.

* * *

Занятие началось с разминки.

Я выполняла упражнения наравне со всеми – приседания, отжимания, выпады. Мое тело дрожало от напряжения. Легкие горели. Но я не остановилась. Не позволила себе упасть.

Студенты косились на меня. Некоторые ухмылялись. Шептались.

– Смотрите, Романдэ приползла.

– Долго не протянет.

– Ее же ветром сдует.

Я не обращала внимания. Я знала, на что способна. И знала, чего стоит это тело. Пока – ничего. Но я сделаю его сильным. Я обещала себе.

– А теперь спарринг, – объявил магистр Каэл. – Разбиваемся на пары.

Он начал распределять студентов. Я ждала. И дождалась.

– Романдэ, – он посмотрел на меня с усмешкой. – Будешь с Дорианом.

Дориан оказался здоровым парнем с бычьей шеей и кулаками размером с мою голову. Он вышел в центр зала, поигрывая тренировочным мечом, и ухмыльнулся.

– Магистр, вы серьезно? – спросил он. – Я же ее покалечу.

– Постарайся не убить, – ответил Каэл равнодушно. – Романдэ, оружие выбирай.

Я подошла к стойке. Пробежалась взглядом по клинкам. В моей прошлой жизни я предпочитала парные мечи. Длинный и короткий. Близнецовые клинки. Они были продолжением моих рук.

Я взяла похожие. Взвесила в ладонях. Легкие, почти игрушечные по сравнению с тем, к чему я привыкла. Но сойдут.

– Ты вообще умеешь держать меч? – спросил Дориан, когда я вышла напротив него.

– Давай покажу, – ответила я.

Он атаковал первым. Прямой выпад. Сильный, но предсказуемый. Я шагнула в сторону – тело двигалось медленнее, чем хотелось, но инстинкты сработали раньше разума.

Мой короткий клинок перехватил его меч. Длинный – скользнул по его запястью, вынуждая разжать пальцы. Дориан охнул. Меч вылетел из его руки и с грохотом упал на пол.

Три секунды. Может, четыре. Я замерла, держа клинки наготове. Сердце колотилось. Легкие горели. Но я стояла прямо. Не дрожала.

– Что… – Дориан смотрел на свою пустую руку, не понимая. – Как ты…

В зале повисла тишина. Студенты перестали дышать. Даже магистр Каэл замер, глядя на меня пристально.

– Твоя стойка, – сказал он медленно. – Откуда она?

Я опустила клинки.

– Я читала книги, магистр, – ответила я холодно.

– Книги не учат так драться, – он сделал шаг ко мне. – Кто тебя учил, девочка?

– Никто, – я посмотрела ему в глаза. – Мне просто приснилось.

Он молчал. Смотрел. В его серых глазах – таких же, как у того человека из кошмара горело любопытство.

– Приснилось, – повторил он. – Хорошо. Оставим пока это.

Он повернулся к остальным.

– Продолжаем тренировку!

А я отошла к стене. Положила клинки на место. Пальцы дрожали, но не от страха, а от напряжения.

Я показала слишком много. Слишком ярко. Слишком уверенно для девочки, которая никогда не держала в руках оружия. Но я не могла иначе. Инстинкты были сильнее разума. Когда меч летит на тебя – ты не думаешь. Ты действуешь.

– Это было круто, – раздался голос сбоку.

Я повернулась. Рядом стоял парень, рыжий, веснушчатый, с доброй улыбкой. Он смотрел на меня с восхищением.

– Ты откуда такие приемы знаешь? – спросил он.

– Ниоткуда, – ответила я.

– Ну да, конечно, – он усмехнулся. – Просто приснилось. Я понял.

Он протянул руку.

– Меня зовут Финн.

– Селения, – ответила я, пожимая его ладонь.

– Селения Романдэ, – повторил он. – Запомню.

* * *

После тренировки меня догнал магистр Каэл.

– Романдэ, – окликнул он. – Задержись.

Я остановилась. Обернулась.

– Ты серьезно про книги? – спросил он, подходя ближе.

– Я не умею врать, магистр, – ответила я. – Я правда много читала. С детства. У нас дома была библиотека. Книги по фехтованию, по боевой магии. Я выучила теорию.

– Теория и практика – разные вещи, – он покачал головой. – То, что ты сделала – это не теория. Это опыт. Многолетний опыт.

– Может быть, мне просто повезло, – сказала я.

– Везение не дает такой стойки, – он посмотрел на меня долгим взглядом. – Я не знаю, кто ты, Селения. Но я буду за тобой наблюдать.

– Наблюдайте, магистр, – ответила я. – Мне нечего скрывать.

Он усмехнулся. И ушел.

А я осталась стоять в коридоре, прижимаясь спиной к холодной стене.

– Нечего скрывать, – повторила я шепотом. – Как бы не так.

* * *

Вечером я сидела в библиотеке.

Передо мной лежала книга по боевой магии – сложная, для старших курсов. Но я понимала ее. Слишком хорошо понимала.

Боевая магия – это не просто заклинания. Это синтез физической силы и магической энергии. Это умение вплести магию в каждый удар, в каждый выпад, в каждый шаг.

В прошлой… в той жизни, которая мне снилась, я владела этим в совершенстве. Здесь я должна научиться заново.

– Романдэ?

Я подняла голову. Надо мной стоял Финн – тот самый рыжий парень.

– Можно? – спросил он, указывая на стул напротив.

– Садись, – разрешила я.

Он сел. Посмотрел на книгу.

– Боевая магия, четвертый курс, – прочитал он вслух. – Ты серьезно?

– Я люблю читать, – ответила я.

– Ты любишь странные вещи, – он улыбнулся. – Слушай, а почему ты решила пойти на Боевую Магию? Ты же на Общем факультете.

– Потому что я хочу быть сильной, – сказала я. – Хватит быть слабой.

Он посмотрел на меня. В его глазах не было насмешки. Только интерес.

– Знаешь, – сказал он тихо. – Я думаю, у тебя получится.

– Спасибо, – ответила я.

И впервые за долгое время я почувствовала что-то похожее на надежду.

Глава 7

Глава 7

Тренировки стали моей религией.

Я вставала затемно – когда звезды еще не погасли, а коридоры Академии тонули в серых сумерках. Я бегала по пустому двору, пока легкие не начинали гореть огнем. Я отжималась на холодных камнях, пока руки не отказывались слушаться. Я била по манекенам, пока костяшки не покрывались ссадинами.

Тело ненавидело меня за это. Оно дрожало. Оно болело. Оно требовало пощады. Я не давала. Потому что это тело – моя клетка. Мое наказание. Мое проклятие.

– Ты убьешь себя, – сказала Мия однажды утром, застав меня в тренировочном зале в шестом часу. – Ты вообще спишь?

– Сплю, – ответила я, вытирая пот со лба. – Четыре часа достаточно.

– Ты так говоришь, будто тебе не шестнадцать, – покачала она головой.

– Я чувствую себя на все сто, – ответила я.

И это было правдой. Моя душа была старой. Уставшей. Она помнила то, что это тело не должно помнить.

Но я не могла рассказать. Я могла только тренироваться. Только становиться сильнее. Только готовиться.

К чему – я пока не знала.

Но чувствовала – время идет.

* * *

Занятие по магическому метанию проходило в малом тире – узкой комнате с магическими мишенями на дальней стене.

Преподаватель, молодая женщина с острым лицом и вечно недовольным выражением, объясняла технику: нужно создать магический снаряд – кинжал, иглу, сферу – и отправить его в цель. Чем точнее и быстрее тем лучше.

Студенты пробовали. У кого-то получались жалкие искры. У кого-то слабые снаряды, которые не долетали до мишени. У Амели Корво получались настоящие кинжалы, яркие, острые, впечатляющие.

– Хорошо, – кивнула преподаватель. – Корво, ты сегодня лучшая.

Амели ухмыльнулась и бросила взгляд в мою сторону. Ждала моего провала.

– Романдэ, твоя очередь.

Я вышла вперед.

В прошлой… в той жизни, которую я не могла забыть, я умела метать настоящие кинжалы. С десятка шагов – в яблочко. С тридцати – в горло. С пятидесяти – в глаз.

Магические кинжалы были для меня новыми. Но принцип тот же: цель, прицел, бросок. Я подняла руку. Сосредоточилась. Магия отозвалась – теплая, текучая, послушная. Я не пыталась ее заставить. Я просто попросила.

Из моей ладони вырвался не один кинжал, а пять. Они были маленькими, почти невидимыми – тонкие иглы из чистой магии. Но я знала, на что они способны.

Я бросила их. Не в одну мишень – в разные. Каждая игла нашла свою цель: левый глаз, правое горло, сердце, печень, бедренная артерия. Мишени засветились красным – смертельное попадание.

В тире повисла тишина.

Преподаватель смотрела на мишени, потом на меня. Ее лицо побледнело.

– Как ты… – начала она. – Откуда ты знаешь эти точки?

Я опустила руку.

– Я читала книги, – ответила я.

– Это не книги, – голос преподавателя дрожал. – Это анатомия убийцы. Откуда, Романдэ?

– Мне приснилось, – ответила я.

Эти слова стали моей защитой. Моей мантрой. Моей ложью, в которую никто не верил, но никто не мог опровергнуть. Преподаватель молчала. Студенты шептались. Амели смотрела на меня с ненавистью и страхом.

– Свободна, – сказала преподаватель наконец.

Я вышла из тира, чувствуя на спине десятки взглядов.

После занятия я сидела на скамейке во дворе. Тело дрожало от перенапряжения. Пять магических игл – это много для этого хилого резерва. Голова кружилась. Перед глазами плыло.

– Селения?

Я подняла голову.

Передо мной стояла девушка. Русоволосая, с мягкими чертами лица и большими карими глазами. В руках она держала небольшую коробочку.

– Лира, – сказала я. – Привет.

– Ты выглядишь ужасно, – сказала она без обиняков. – Я смотрела твое занятие по метанию. Это было… впечатляюще. Но ты вся дрожишь.

– Пройдет, – ответила я.

– Не пройдет, – она села рядом. – Я учусь на целительском факультете. Я вижу, когда организму нужна помощь. А твоему – нужна.

Я хотела отшить ее. Сказать, что я справлюсь сама. Что не нуждаюсь в жалости. Но тело предательски заныло. И я вспомнила, что в этой Академии я одна. Совсем одна.

– Что ты предлагаешь? – спросила я.

– Магическое восстановление, – Лира открыла коробочку. Там лежали маленькие зеленые кристаллы. – Это целебные камни. Их активируют целители. Они ускоряют регенерацию и восстанавливают резерв.

– Дорогое удовольствие, – заметила я.

– Я даю бесплатно, – сказала Лира. – Ты моя соседка. И я вижу, что ты мучаешься.

Я посмотрела на нее. На ее искренние карие глаза. На мягкие, добрые черты. Такие, как она, обычно не живут долго. Их съедает этот мир. Но иногда именно они становятся единственным светом в кромешной тьме.

– Хорошо, – сказала я. – Давай.

Лира улыбнулась. Взяла мою руку, положила на нее кристалл. Я почувствовала тепло – приятное, успокаивающее. Оно разливалось по венам, снимая боль, убирая дрожь, возвращая силы.

– Спасибо, – сказала я тихо.

– Обращайся, – ответила Лира. – Только не убивайся так. Ты не железная.

– Я знаю, – сказала я. – Но я должна стать сильной.

– Зачем?

Я посмотрела в небо. Облака плыли медленно, беззаботно, не зная, что внизу, в этом хрупком теле, живет женщина, которую убили четыре года назад.

– Чтобы выжить, – ответила я.

* * *

Вечером, когда все уснули, я вышла в пустой тренировочный зал.

У меня был ключ – я попросила у магистра Каэла, сказав, что хочу тренироваться дополнительно. Он посмотрел на меня странно, но ключ дал.

– Не сломайся, – сказал он тогда.

– Не сломаюсь, – ответила я.

В зале было темно. Только луна светила в высокие окна, отбрасывая серебряные полосы на пол.

Я взяла тренировочный клинок в руки. Вес конечно не идеальный. Баланс не безупречный. Однако, моя рука легла на рукоять так, будто никогда ее не покидала. Я закрыла глаза. Вдохнула. Выдохнула. И начала танцевать.

Танец смерти. Танец стали. Танец, который я знала лучше, чем собственное имя. Выпад, блок, укол, круговое движение. Еще выпад и еще.

Мое тело двигалось. Не так быстро, как хотелось бы. Не так мощно, как нужно. Но правильно, технично и почти безупречно.

Каждое движение было отточено годами практики. Каждый шаг выверен. Каждый удар – смертелен. Но через минуту я выдохлась. Руки задрожали. Ноги подкосились. Легкие закричали от нехватки воздуха. Я упала на колени. Клинок выпал из ослабевших пальцев и с грохотом покатился по каменному полу.

– Нет, – прошептала я. – Нет, нет, нет.

Я подняла клинок. Встала. Попыталась снова.

Выпад. Блок. Удар.

На третьем движении ноги подогнулись. Я рухнула на пол, больно ударившись коленями.

– Проклятие, – выдохнула я.

Это тело. Слабое, хрупкое, ничтожное. Оно не годилось для боя. Оно не годилось для того, что я умела. Оно было тюрьмой.

Я сжала клинок так, что побелели костяшки. Поднялась на ноги. Встала напротив стены.

– Я не сдамся, – сказала я в пустоту. – Я не сдамся. Я не сдамся.

И в ярости швырнула клинок в стену.

Сталь вонзилась в камень. Глубоко. Ровно. Точно в центр трещины, которая была там уже много лет.

Я смотрела на торчащую рукоять. На то, как клинок дрожит, издавая тонкий, печальный звон.

Мои навыки никуда не делись. Мои руки помнили. Но эта оболочка… эта проклятая оболочка отказывалась подчиняться.

– Я заставлю тебя, – прошептала я. – Заставлю. Клянусь.

Я подошла к стене. Выдернула клинок.

– Мы подружимся, – сказала я себе новой. – Я и это тело. Мы станем одним целым. Или я умру во второй раз.

Выходя из зала, я столкнулась с Лирой.

– Селения? – Она смотрела на меня с тревогой. – Ты чего не спишь?

– Тренировалась, – ответила я.

– В двенадцать ночи?

– Лучшее время, – повторила я свою любимую фразу.

Лира покачала головой. Но ничего не сказала. Просто взяла меня за руку.

– Пойдем, – сказала она. – Я сделаю тебе восстанавливающий чай. И ты мне расскажешь, от чего ты на самом деле бежишь.

– Я не бегу, – ответила я. – Я иду. Навстречу.

– Чему?

– Еще не знаю, – честно сказала я. – Но чувствую – скоро узнаю.

Мы пошли в общежитие. Рука Лиры была теплой и надежной. Первый раз за четыре года я позволила кому-то держать меня за руку. И это было… не страшно.

Глава 8

Глава 8

Слухи расползались быстрее, чем магическая зараза. К концу второй недели после тренировки по метанию меня уже не называли «та самая больная Романдэ». Теперь я была «странная Романдэ», «опасная Романдэ», «непонятно откуда взявшаяся Романдэ».

В столовой обо мне шептались. В коридорах провожали взглядами. На занятиях косились.

– Говорят, она сбежавшая наемница, – услышала я однажды за своей спиной, когда брала поднос с едой.

– А я слышала – шпионка из северных земель, – ответил другой голос. – Ее подослали, чтобы выведать наши слабые места.

– Да какая шпионка? – фыркнул третий. – Она же дохлая. Просто везет.

Я не обернулась. Взяла поднос. Села за свободный стол. Лира опустилась рядом.

– Ты слышала? – спросила она шепотом.

– Ага, – ответила я, нарезая яблоко.

– И тебе не обидно?

– Обидно? – я подняла глаза. – Лира, мне обидно, когда я проигрываю в бою. А болтовня школьников – это просто ветер.

– Ты странная, – вздохнула она.

– Ты уже говорила.

* * *

Библиотека Академии была моим убежищем.

Здесь пахло старым пергаментом и тишиной. Здесь никто не шептался за моей спиной. Тут я могла читать – изучать теорию магии, историю королевства, старые хроники.

А еще в библиотеке я могла спрятаться. От чужих взглядов. От собственных мыслей. От воспоминаний, которые душили по ночам.

В тот день я сидела в дальнем углу, заваленном фолиантами, и читала о магических артефактах. Мне нужно было понять, как работают браслеты Верности. Как они удерживают душу. Как их можно использовать – или разрушить.

– Романдэ.

Я подняла голову.

Передо мной стояла группа студентов. Четыре человека. Все в дорогих плащах, с надменными лицами и магическими браслетами на руках.

В центре – парень, которого я видела на нескольких занятиях. Высокий, черноволосый, с острыми чертами лица и холодными голубыми глазами. Олрик ван Дейн, сын одного из богатейших лордов королевства. Местный король.

– Ван Дейн, – сказала я спокойно. – Чем обязана?

– Хочу поговорить, – он сел напротив, не спрашивая разрешения. Его спутники остались стоять – стеной за его спиной. – О твоих талантах.

– Мои таланты – не тема для разговора, – ответила я, не закрывая книгу.

– О, я бы сказал, что тема интересная, – он улыбнулся. Такая улыбка, от которой хочется проверить, на месте ли кошелек. – Откуда у дочери обедневших дворян такие навыки боя? Откуда знание анатомии убийцы? Откуда стойка воина, который тренировался с детства?

Я посмотрела на него. Внимательно и долго.

– Вы ко мне с допросом, мессир ван Дейн? – спросила я. – Или просто любопытствуете?

– Любопытствую, – он развел руками. – Мы все любопытствуем. Ты – загадка. А загадки в Академии не любят.

– Это ваша проблема, – я вернулась к книге. – А не моя.

Он положил ладонь на страницу, не давая читать.

– Я не закончил.

– А я еще не начинала, – я подняла глаза. – Мессир, я понимаю, что вам скучно. Что ваши наследные миллионы не приносят счастья. Что отец не купил вам уважение, и теперь вы пытаетесь заработать его, запугивая первокурсниц. Но, право, есть занятия более достойные.

Олрик побледнел. Его спутники замерли.

– Ты… – начал он.

– Я Романдэ, – перебила я. – Селения Романдэ. Дочь обедневших дворян, которая чуть не умерла от магической болезни. И теперь, вместо того чтобы тихо радоваться жизни, я вынуждена выслушивать оскорбления от мальчика, который не научился даже базовому уважению.

Я подалась вперед. Голос стал тише, но острее.

– Слово – тоже клинок, мессир. И вы только что сами на него напоролись. Так что, пожалуйста, уберите руку с моей книги и возвращайтесь к своим друзьям. Пока я не показала вам, что такое настоящий бой.

Он убрал руку и встал. Его лицо было красным – от стыда или от ярости, я не поняла.

– Ты пожалеешь, – сказал он тихо.

– Возможно, – ответила я. – Но не сегодня.

Он ушел. Его свита потянулась за ним. А я выдохнула. Закрыла книгу. Пальцы дрожали, но не от страха, а от напряжения.

– Ты идиотка, – прошептала я себе. – Ты только что нажила врага.

Но внутри, глубоко, что-то довольно ухмылялось.

* * *

Олрик подкараулил меня в коридоре после вечерней тренировки. Я шла в общежитие, усталая, с мокрыми от пота волосами. В руках была стопка книг. В голове куча выученных заклинаний.

И тут из темноты выступили трое.

Ван Дейн был в центре. Без плаща, без браслетов и без свидетелей.

– Романдэ, – сказал он. – Надо поговорить.

– Мы уже говорили, – ответила я, не останавливаясь. – Мне нечего добавить.

Он преградил мне путь.

– А мне есть. Ты меня опозорила. При всех.

– Вы сами себя опозорили, мессир, – сказала я. – Я лишь указала на это.

– Ты – никто, – он шагнул ближе. – Дохлая крыса, которая чудом не сдохла. А я – ван Дейн. Мой отец…

– Ваш отец не здесь, – перебила я. – Здесь только вы и я.

Я поставила книги на пол. Выпрямилась.

– Что вы хотите сделать, мессир? Ударить беззащитную девушку? Или у вас хватит смелости на большее?

Он ударил без предупреждения. Я ожидала этого. Его кулак пошел в мое лицо – прямой, мощный, но предсказуемый. Я шагнула в сторону. Мое тело двигалось медленно, но достаточно быстро, чтобы уйти от удара.

Моя рука перехватила его запястье. Другая ударила в локтевой сгиб. Он вскрикнул от боли. Я знала, куда бить, чтобы было больно, но не смертельно.

– Стой! – рявкнул один из его спутников, бросаясь ко мне.

Я отпустила Олрика и встретила нападающего. Низкий удар ногой в колено. Он рухнул, не успев понять, что произошло.

Третий замер, глядя на меня с ужасом.

– Еще кто-то хочет? – спросила я, выпрямляясь.

Олрик держался за руку. Смотрел на меня с ненавистью и страхом.

– Ты… ты ненормальная, – прошептал он.

– Возможно, – согласилась я. – Но теперь вы знаете, что меня лучше не трогать. Удачи с лечением руки, мессир. Советую приложить лед.

Я взяла книги. И пошла дальше, как ни в чем не бывало.

Сердце колотилось. В ушах шумело. Тело требовало отдыха. Но внутри все пело. Я все еще умела. Я все еще могла. Даже в этом хрупком, слабом теле, я могла защитить себя.

* * *

Тем же вечером в читальном заде Академии я заметила подшивки прессы. Я внезапно подумала, что обо мне могли написать. Все таки я была не рядовой жительницей, а целой герцогиней.

Мои пальцы дрожали, когда я перелистывала хрупкие страницы. Скандалы, политика, войны.

И вот оно.

«Трагедия в доме Де Жамбер: Герцогиня не пережила позора»

Я читала и не верила своим глазам.

«Герцогиня Элиана Де Жамбер, запятнавшая честь рода, была обнаружена в объятиях любовника – лорда Кассиана. Не вынеся позора и страшась гнева мужа, она пронзила свое сердце клинком. Герцог Тамириус Де Жамбер, убитый горем, удалился в свои земли и не появляется при дворе уже второй месяц…»

Я перечитала абзац. Еще раз. Еще.

– Ложь, – прошептала я. – Это все ложь.

Она не просто убила меня. Она переписала историю. Сделала меня предательницей. Сделала меня самоубийцей. Сделала так, чтобы мое имя было покрыто грязью на века. Или это он?

Я сжимала пергамент так, что костяшки пальцев побелели.

– Илдиана, – выдохнула я. – Ты не просто украла мою жизнь. Ты украла мою смерть. Ты сделала меня той, кем я не была. Даже в могиле ты надо мной надругалась.

Слезы жгли глаза. Но я не позволила им упасть. Я не имею права плакать. Я закрыла газету. Незаметно оторвала кусок с некрологом и спрятала ее в свою сумку – она пойдет со мной. Как напоминание. Как клятва.

– Я верну себе имя, – сказала я в пустоту архива. – Я верну себе честь. Я докажу, что не была предательницей. Что не была шлюхой. Что не закалывала себя от стыда.

Я подняла глаза к потолку.

– Слышишь, Илдиана? Пока ты жива, я не успокоюсь. Я разрушу все, что ты построила. Я сожгу твое наследие. Я заставлю этот мир узнать правду.

Я встала. Спрятала газету поглубже.

– Даже если для этого мне придется воскреснуть из мертвых, – прошептала я. – Что, в принципе, я уже сделала.

* * *

На выходе из архива меня встретил магистр Орландо.

– Селения, – сказал он, глядя на мое лицо. – Ты плакала.

– Нет, магистр, – ответила я. – Я просто читала старые новости.

– И что же ты нашла?

– Правду, – сказала я. – И ложь. И поняла, что иногда они неотличимы.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Выцветшие голубые глаза казались прозрачными.

– Будь осторожна, Селения, – сказал он. – Правда имеет свойство убивать.

– Я уже мертва, магистр, – ответила я. – Меня убивали. Но я вернулась.

Я поклонилась и ушла. А он остался стоять в коридоре, глядя мне вслед.