Текст книги "Проклятие верности (СИ)"

Автор книги: Наталья Тудаль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11

Глава 11

Объявление сделали на утренней линейке.

Ректор Академии, пожилая женщина с седыми волосами и пронзительными черными глазами, стояла на возвышении в центре главного двора. Студенты выстроились по факультетам. Тишина была такой плотной, что слышалось дыхание сотен людей.

– Через неделю, – сказала ректор, и ее голос разнесся по всей площади, усиленный магией, – в Академию прибывает Совет Инквизиции во главе с Герцогом Опальных Земель Тамириусом Де Жамбером.

Мое сердце остановилось.

– Цель визита – отбор лучших боевых магов для службы в герцогстве и личной охране герцога.

Вокруг зашумели. Кто-то взволнованно перешептывался. Кто-то побледнел. Кто-то, наоборот, оживился, видя в этом шанс. Я не слышала ничего. Только стук собственного сердца. Тамир едет сюда. Через неделю.

– Селения? – Лира коснулась моего локтя. – Ты побледнела.

– Все в порядке, – ответила я автоматически. Губы не слушались.

– Ты дрожишь.

Я посмотрела на свои руки. Они действительно дрожали – мелкой, предательской дрожью.

– Холодно, – сказала я.

На улице было двадцать градусов тепла. Лира ничего не сказала. Только сжала мою руку крепче. Весь день я ходила как в тумане.

Лекции пролетали мимо сознания. Голоса преподавателей казались далекими, почти нереальными. Я смотрела на доску, на формулы, на руны – и не видела ничего.

Перед глазами стояло его лицо. Серые глаза. Буря в них и клинок в руке.

– Романдэ!

Я вздрогнула. Магистр Каэл смотрел на меня с лекторского возвышения.

– Вы с нами?

– Простите, магистр, – ответила я. – Задумалась.

– О чем же? – в его голосе слышалась насмешка. – О предстоящей проверке?

– О ней, – честно сказала я.

– Боитесь?

Я посмотрела ему в глаза. Серые. Такие похожие. И такие разные.

– Нет, – ответила я. – Я просто… готовлюсь.

Он хмыкнул, но ничего не сказал. А я опустила глаза и попыталась сосредоточиться. Бесполезно.

* * *

Вечером я сидела в библиотеке.

Вокруг меня громоздились стопки книг – по маскировке души, контролю магической ауры, сокрытию истинной сущности. Я читала жадно, лихорадочно, как умирающая от жажды пьет воду.

Я должна была спрятаться. Моя душа – это не просто душа. Это душа, которую браслеты Верности привязали к этому телу. Если Тамир почувствует меня, если браслеты отреагируют, неизвестно, что будет. Меня раскроют. Меня объявят одержимой. Меня сожгут.

Или хуже – он узнает. Поймет, кто я. И что тогда?

Я не знала. И боялась узнать. Поэтому я должна была спрятаться. Замаскироваться и стать невидимкой.

– Ты ищешь что-то конкретное? – раздался голос над ухом.

Я подняла голову. Надо мной стоял магистр Орландо – старик с выцветшими голубыми глазами, который проводил мою первую диагностику четыре года назад.

– Да, магистр, – ответила я. – Я хочу научиться контролировать свою магическую ауру. Скрывать ее.

– Зачем? – он сел напротив. – Твоя аура – часть тебя.

– Иногда часть себя лучше прятать, – вздохнула я. – Чтобы выжить.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Выцветшие голубые глаза, казалось, видели больше, чем я хотела показывать.

– Ты боишься Инквизиции? – спросил он тихо.

Я помолчала.

– Нет, – ответила я наконец. – Не боюсь.

– Тогда чего?

Я посмотрела ему в глаза.

– Я боюсь, что они увидят то, что не должны, – сказала я. – Я боюсь, что меня не поймут.

Орландо молчал. Потом кивнул.

– Есть одна техника, – сказал он. – Древняя. Ее используют разведчики и шпионы. Она позволяет спрятать истинную сущность глубоко внутри, а наружу выпустить только то, что нужно.

– Научите меня, – попросила я.

– Это опасно, – предупредил он. – Если ошибешься, ты можешь потерять себя. Свою душу. Свою личность.

– Я не ошибусь, – сказала я. – У меня нет права на ошибку.

Он посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то – уважение, страх, понимание.

– Хорошо, – сказал он. – Начнем сегодня.

* * *

Три дня я училась прятать свою душу.

Техника оказалась сложнее, чем я думала. Нужно было не подавлять свою сущность, а завернуть ее в кокон – тонкий, почти прозрачный, но непроницаемый. Как паутину.

Орландо говорил: «Представь, что твоя душа – это свет. Ты не можешь погасить свет. Но ты можешь накинуть на него покрывало. Тонкое, но плотное. Чтобы свет пробивался, но не ослеплял».

Я представляла. Пыталась. Ошибалась. Начинала заново.

На второй день у меня пошла носом кровь.

– Ты слишком давишь, – сказал Орландо. – Не надо насилия. Только нежность.

Нежность. Я не умела быть нежной. Я умела быть жесткой, быстрой, смертоносной. А нежность… нежность я оставила в прошлой жизни. Вместе с Тамиром.

Но я попробовала. И на третий день у меня получилось. Я почувствовала, как моя душа, та самая, старая, израненная, уставшая – свернулась клубочком внутри. Как будто уснула. А наружу вышла другая, спокойная, ровная, обычная.

Аура студентки. Аура Селении.

– Ты готова, – сказал Орландо, глядя на меня. – Теперь тебя не увидит никто. Даже герцог.

– Спасибо, магистр, – ответила я. – Почему вы помогли мне?

– Хм, хороший вопрос, – мужчина задумался, но все же ответил, – Наверное потому, что так надо… – И добавил тихо, – Будь осторожна, Селения. Не все тайны стоит хранить. Иногда правда – единственное спасение.

Магистр ушел, не дождавшись ответа.

В день перед приездом Инквизиции я сидела в комнате одна. Лира и Мия ушли на последнюю подготовку. В Академии царил хаос, все драили коридоры, развешивали флаги, проверяли магические системы. Преподаватели гоняли студентов, студенты паниковали.

Я сидела неподвижно. Смотрела в окно на закат.

– Ты чего не готовишься? – Лира заглянула в комнату, запыхавшаяся, с растрепанными волосами.

– Я готова, – ответила я.

– К чему?

– К тому, что будет.

Она вошла. Села рядом.

– Ты странная последние дни, – сказала она. – Более странная, чем обычно.

– Прости, – ответила я.

– Не извиняйся, – она взяла меня за руку. – Просто скажи – ты боишься Инквизиции?

Я помолчала. Посмотрела на ее искренние карие глаза.

– Нет, – сказала я. – Не боюсь.

– Тогда чего?

– Я жду, – ответила я.

Лира замерла.

– Чего ты ждешь, Селения?

– Встречи, – сказала я. – Очень старой встречи.

Она не поняла, но кивнула.

– Я с тобой, что бы ни случилось, – сказала она. – Помни.

– Помню, – ответила я. – Спасибо.

Она ушла. А я осталась сидеть на подоконнике, глядя в темнеющее небо.

Завтра он приедет. Я увижу его. Впервые после смерти. И я не сбегу, не спрячусь, не отступлю. Я встречусь с ним лицом к лицу. И тогда – будь что будет.

Ночью мне приснился сон. Я стояла на балконе, том самом, где умерла. Снег падал на плечи. В руках у меня не было клинка. Только браслеты – изумрудные, горящие и живые.

Из темноты вышел Тамир. Серые глаза. Седина в волосах. Усталое лицо.

– Элиана, – сказал он.

– Ты помнишь меня? – спросила я.

– Я никогда не забывал.

– Тогда почему ты убил меня?

– Потому что был дураком, – ответил он. – Потому что я поверил лжи. Потому что я не заслуживаю прощения.

– Это правда, – сказала я. – Не заслуживаешь.

– Что мне сделать, чтобы заслужить?

Я подошла ближе. Посмотрела в его глаза, в эти серые, штормовые, безумные глаза.

– Узнай правду, – сказала я. – Увидь меня настоящую. И тогда… тогда поговорим.

Он протянул руку. Я протянула свою. И проснулась. С мокрыми щеками. С горящим сердцем. С твердой уверенностью, что завтра все решится.

Глава 12

Глава 12

День инспекции выдался хмурым. Серое небо нависало над Академией, как тяжелое одеяло. Воздух был плотным, влажным, пахло грозой. Или это только казалось? Или это мои нервы сгущали тучи над головой?

Я стояла в парадном зале вместе с другими студентами боевого факультета. Мы выстроились в идеальные шеренги – причесанные, вычищенные, в парадной форме. Черные мундиры с серебряной вышивкой. Браслеты-накопители на запястьях.

У меня внутри бушевал ураган.

– Ты дрожишь, – прошептал Финн, стоявший справа.

– Нет, – ответила я. – Это зал вибрирует.

– Зал не вибрирует, – возразил он.

– Значит, тебе показалось.

Он замолчал. Но я чувствовала его взгляд – любопытный и встревоженный. Все последние дни он смотрел на меня так. Будто ждал, что я сорвусь.

Но я не сорвусь. Я не имею права.

Сегодня я Селения Романдэ. Лучшая студентка боевого факультета. Скромная, талантливая, но совершенно обычная девушка без странностей и темных тайн.

Моя душа спрятана глубоко внутри. Завернута в кокон из техники, которой научил меня Орландо. Моя аура – спокойная, ровная, без единого всплеска. Никто ничего не почувствует. Даже он.

– Внимание! – голос ректора разнесся по залу. – Прибывает Совет Инквизиции!

Двери распахнулись. Все замерли. Я не дышала. Вошли пять человек в черных плащах с серебряной вышивкой. На груди у каждого изображен знак Инквизиции: меч и весы, символ правосудия и кары.

Но я видела только одного. Он шел в центре. Выше всех и шире в плечах. Его плащ развевался за спиной, будто крылья хищной птицы. Лицо – маска из льда и камня. Ни тени эмоций. Ни тени жизни.

Тамириус Де Жамбер. Герцог Опальных Земель. Мой муж и мой убийца. Он не постарел. Четыре года – не срок для такого, как он. Но он изменился.

Раньше в нем была страсть, огонь, безумие, которое притягивало и пугало одновременно. Теперь – только лед. Холодный, безжалостный, мертвый лед.

Его серые глаза скользили по залу, сканируя лица, оценивая, выискивая. В них не было бури. В них была пустота. Пустота человека, который потерял все.

Мое сердце билось где-то в горле. Пальцы дрожали. Я заставила их сжаться в кулаки, чтобы никто не заметил. Он прошел мимо первой шеренги. Второй. Третьей. Он приближался ко мне. Каждый шаг отдавался в моей груди глухим ударом. Бум. Бум. Бум.

Я видела его левую руку. Поверх перчатки, чуть выше запястья, выступал край браслета. Изумрудная вязь. Наша татуировка. Он не скрывал ее. Носил открыто, как напоминание? О чем? Обо мне? О своей ошибке? О том, что убил?

Я не знала. Он поравнялся с нашей шеренгой. Я смотрела прямо перед собой, как требовал устав. Не поворачивала головы. Не дышала. Его взгляд скользнул по лицам студентов. Финн. Парень слева от меня. Потом – я.

Одна секунда. Две. Его глаза встретились с моими. Серые, ледяные и совершенно пустые. Он не узнал меня.

Конечно, не узнал. Как он мог узнать? В этом теле – чужие черты, чужой цвет глаз, чужая аура. Для него я никто. Одна из сотни. Студентка, которая сейчас забудется через минуту. Он прошел дальше.

Я слышала, как стучат его сапоги по каменному полу. Как затихают шаги. Как растворяются в общем гуле голосов.

Внутри меня что-то рухнуло.

Неужели наша связь была настолько хрупкой? Неужели четыре года – достаточный срок, чтобы забыть? Неужели я для него – пустое место?

Или это моя маскировка сработала слишком хорошо? Или браслеты молчат, потому что я спряталась слишком глубоко? Я не знала. И от этого незнания хотелось выть.

– Селения? – Финн снова прошептал. – Ты побледнела. Тебе плохо?

– Все в порядке, – ответила я одними губами. – Просто душно.

– Здесь не душно.

– Значит, мне показалось.

Он замолчал. Но я чувствовала его взгляд. Мне было плевать.

* * *

Церемония приветствия тянулась бесконечно. Ректор произносила речи. Представляла преподавателей. Рассказывала о достижениях Академии. Тамир стоял в центре зала, как каменное изваяние. Не двигался. Не моргал. Только его глаза – эти ледяные серые глаза – скользили по залу, выискивая, оценивая, запоминая.

Я смотрела на него и не могла отвести взгляд.

Да, он изменился, стал жестче, холоднее. Раньше в нем была жизнь – безумная, опасная, но жизнь. Теперь – только долг. Только миссия и охота на предателей. Герцог-Инквизитор.

Как ты до этого дошел, Тамир? Как ты позволил лжи сломать тебя? Как ты позволил ей остаться рядом и продолжать отравлять твою жизнь?

Я не знала ответов. Но я знала одно – я должна их найти.

* * *

После церемонии нас построили в коридоре. Инквизиторы будут отбирать студентов для личной беседы. Случайным образом. Чтобы проверить благонадежность.

Я стояла в шеренге и ждала. Мимо прошел один инквизитор. Второй. Третий. Четвертым был он.

Тамир шел медленно, внимательно глядя на лица. Останавливался возле некоторых, задавал короткие вопросы:

– Имя?

– Курс?

– Факультет?

Студенты отвечали дрожащими голосами. Даже самые смелые бледнели под его взглядом.

Он приближался ко мне. Я чувствовала это кожей. Каждый его шаг отдавался в моих костях. Сердце билось где-то в горле. Пальцы дрожали.

Остановился напротив.

– Имя? – спросил он.

Голос низкий, хриплый, как наждак. Я помнила этот голос. Он шептал мне на ухо ласковые слова. Он кричал от ярости. Он выл, когда я умирала.

– Селения Романдэ, – ответила я. Голос не дрожал. Я не позволила.

– Курс?

– Четвертый.

– Факультет?

– Боевой магии.

Он посмотрел на меня. Серые глаза – холодные, пустые, ничего не выражающие. Я смотрела в ответ. Не отводила взгляд. Не опускала глаза.

– Вы одна из лучших, – сказал он. Это был не вопрос. Утверждение.

– Да, ваша светлость, – ответила я.

– Ректор хвалила вас. Говорила о необычайном таланте.

– Я много тренируюсь, ваша светлость.

Он наклонил голову. В его взгляде мелькнула заинтересованность. Или только показалось?

– Откуда такой талант у дочери обедневших дворян? – спросил он.

– Упорство не зависит от богатства, ваша светлость, – ответила я.

Он молчал и просто смотрел. Я чувствовала, как браслеты на его руке пульсируют – слабо, едва заметно. Магия внутри них шевелилась, будто что-то искала.

На мгновение мне показалось, что он узнает. Что браслеты покажут правду. Что его глаза вспыхнут узнаванием. Но нет. Он отвел взгляд.

– Свободны, – сказал он и пошел дальше.

Я выдохнула. Только сейчас поняла, что не дышала все это время. Внутри клокотала ярость. Смешанная с болью. С разочарованием. С чем-то еще, чему я не хотела давать имя. Он все же не узнал.

Четыре года я готовилась к этой встрече. Тренировалась, училась, становилась сильнее. Спрятала душу, замаскировала ауру, притворялась той, кем не была. А он прошел мимо. Даже не взглянул.

– Дурак, – прошептала я одними губами. – Слепой дурак.

* * *

Вечером я сидела в комнате одна.

Лира и Мия ушли в столовую. Сказали, что принесут мне ужин. Я не просила. Мне не хотелось есть. Не хотелось пить. Не хотелось жить.

Я смотрела в окно на серое небо и думала. Он не узнал. Не почувствовал. Не вспомнил. Значит, я для него – никто. Пустое место. Одна из сотни.

– Зачем вы вложили мою душу в это тело? Чтобы я мучилась? Чтобы я смотрела на него и не могла подойти?

Я закрыла глаза.

Перед внутренним взором встало его лицо. Серые глаза. Ледяные и пустые.

– Ты меня не узнал, – сказала я. – Но ты узнаешь. Когда-нибудь. Я заставлю тебя.

В дверь постучали.

– Селения? – голос Лиры. – Мы принесли ужин. Открой.

Я открыла глаза. Встала. Подошла к двери.

– Не надо ужина, – сказала я, открывая дверь. – Мне нужно тренироваться.

– Тренироваться? Сейчас? – Лира смотрела на меня с недоумением. – Уже поздно.

– Лучшее время, – ответила я и пошла в тренировочный зал.

Мне нужно было выплеснуть ярость. Боль и разочарование. Нужно было вспомнить, кто я. И зачем я здесь.

Глава 13

Глава 13

На следующий день Инквизиторы присутствовали на показательных выступлениях лучших студентов.

Парадный зал был переоборудован в арену. Магические барьеры вдоль стен, защищающие зрителей от случайных выбросов энергии. В центре расположена просторная площадка с разметкой для спаррингов и демонстрации боевых навыков.

Мы, отобранные для выступлений, стояли за кулисами. Двенадцать лучших студентов боевого факультета. Двенадцать претендентов на место в отряде герцога.

– Ты сегодня странно спокойна, – заметил Финн, поправляя перевязь с мечом.

– Я всегда спокойна, – ответила я.

– Нет, – он покачал головой. – Обычно ты напряжена перед выступлениями. Собрана, как пружина. А сегодня… сегодня ты похожа на львицу перед прыжком.

Я посмотрела на него.

– Хорошее сравнение, – сказала я. – Запомню.

Он хотел спросить еще что-то, но не успел. Магистр Каэл появился в проходе и хлопнул в ладоши:

– Построились! Первым выступает Олрик ван Дейн.

Олрик прошел мимо меня, гордо вскинув голову. За четыре года он не изменился – все такой же надменный, самоуверенный, богатый. Но его мастерство выросло. Этого нельзя было отрицать, он стал сильным магом.

– Не сломай ногу, ван Дейн, – сказала я тихо, когда он поравнялся со мной.

– Смотри и учись, Романдэ, – ответил он, не оборачиваясь. – У настоящих магов есть чему поучиться.

Я усмехнулась.

Олрик выступал первым. Он выбрал сложный магический фехтовальный номер, с переплетениями огня и молний, с акробатическими элементами, но не всегда эффективными приемами. Это было красиво, зрелищно и впечатляюще. Инквизиторы смотрели внимательно. Кто-то кивал. Кто-то делал пометки в блокнотах.

Тамир сидел в центре, на возвышении. Его лицо ничего не выражало. Ледяная маска. Только глаза двигались, следили за каждым движением Олрика, оценивали, анализировали.

Когда номер закончился, раздались жидкие аплодисменты.

– Достойно, – сказал один из инквизиторов.

– Хорошая техника, – добавил другой.

Тамир молчал. Только едва заметно кивнул.

Олрик раскланялся и покинул арену. Проходя мимо меня, он бросил победный взгляд.

– Не опозорь факультет, Романдэ.

Я не ответила.

– Следующая – Селения Романдэ, – объявил магистр Каэл.

Я вышла на арену. Свет магических светильников ударил в глаза. Я сощурилась, но не отвела взгляд. Медленно обвела глазами зал.

Тамир сидел с краю возвышения, чуть откинувшись на спинку кресла. Его серые глаза смотрели прямо на меня. Без интереса и ожидания. Просто наблюдали.

– Студентка Романдэ, – голос Каэла разнесся по залу. В нем слышалась гордость. – Лучшая на боевом факультете. Самородок. Ее техника… – он сделал паузу, – не академическая. Она боевая.

В зале зашептались. Я не слушала. Я смотрела на Тамира. Он чуть наклонил голову. Первый признак интереса за все время. Я сделала шаг вперед. Второй. Третий. Встала в центр арены. Огляделась.

Оружие выбрала как всегда близнецовые клинки – длинный и короткий. Никаких магических усилителей. Никаких амулетов. Только сталь и я.

– Начинайте, – сказал ректор.

Я закрыла глаза. Вдох. Выдох.

Магия внутри зашевелилась – теплая, текучая, послушная. Я не стала ее сдерживать. Я позволила ей течь, но не наружу, а внутрь. По венам, по мышцам, по каждому нервному окончанию.

Я открыла глаза и начала. Никаких сложных зрелищных приемов. Никаких акробатических трюков. Никаких огненных шаров и молний, которые ослепляют, но не убивают. Только эффективность. Каждый удар в жизненно важную точку. Каждый блок, с минимальной затратой энергии. Каждый бросок магического клинка, точно в цель, с расстояния, которое казалось невозможным.

Я атаковала манекены – они стояли по периметру арены, зачарованные, чтобы двигаться и сопротивляться. Первый пал за секунду – клинок вошел в горло. Второй – короткий удар в сердце. Третий, четвертый, пятый – я кружилась между ними, как смертельный вихрь, и каждый мой удар был последним.

Магия только там, где без нее нельзя. Клинок для ближнего боя, кинжал для защиты, магические иглы для дистанционных атак. Я бросала их одновременно по пять в разные цели, в разные точки. Глаз, горло, сердце, печень, бедренная артерия.

Манекены загорались красным – смертельное попадание. Зал молчал.

Я закончила так же внезапно, как начала. Встала в центре арены, опустив клинки. Дыхание сбилось совсем немного. Пот выступил на лбу, но я не вытирала.

Тишина. Секунда. Другая. Третья. И взрыв аплодисментов.

Не жидких, как Олрику. Настоящих, ошеломленных и восхищенных. Я не смотрела на зрителей. Я смотрела на него. Тамир сидел неподвижно. Его серые глаза были прикованы ко мне. В них больше не было пустоты.

В них был интерес. Интенсивный, аналитический, холодный. Интерес охотника, который заметил опасную, незнакомую дичь. Он не аплодировал, не кивал. Он просто смотрел, но и этого было достаточно. Я добилась своего. Он меня заметил.

– Благодарю, – сказала я, поклонилась и покинула арену.

Спиной чувствовала его взгляд. Тяжелый, как свинец. Прожигающий насквозь. Я не обернулась.

За кулисами меня встретил Финн.

– Ты… – он не мог подобрать слов. – Это было… я не знаю, что это было.

– Демонстрация навыков, – ответила я, убирая клинки в ножны.

– Это было убийство, – сказал он тихо. – Ты показывала, как убивать. Без капли сомнения. Без тени колебания.

– Это моя работа, Финн.

– Ты студентка, – возразил он. – Твоя работа учиться.

– Я уже научилась, – я посмотрела ему в глаза. – Теперь я применяю знания.

Он хотел сказать что-то еще, но замолчал. Потому что в проходе появился магистр Каэл.

– Прекрасно отработали, идите отдыхайте.