Текст книги "Бессовестно прекрасная (СИ)"

Автор книги: Натали Палей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц)

Глава 11

– Ваше сиятельство, к вам мисс Белла Харрис, – сообщила секретарь графине Вуффолкской. – Очень просит ее принять.

– Очень просит? – улыбнулась леди Тинария. – С удовольствием приму мисс Беллу.

Графиня отложила в сторону лист бумаги и писчие принадлежности, решив дописать письмо другу семьи немного позже.

«Может, будет лучше, если вместо письма я свяжусь с Робертом по артефакту связи, чтобы отблагодарить его за присланные артефакты силы?» – мелькнула у леди Дарлин мысль.

Его высочество, узнав о трагедии в Вуффолкской академии магии, на следующий же день прислал редкие артефакты силы, благодаря которым пострадавшие адепты достаточно быстро пополняли свой магический резерв.

Когда в кабинет вошла ее лучшая целительница, по напряженному выражению лица девушки леди Тинария тут же догадалась, что в жизни мисс Харрис случилось что-то весьма серьезное и нерадостное. Женщина почувствовала мгновенное беспокойство, поскольку всегда близко к сердцу принимала все, что касалось ее воспитанницы.

– Ваше сиятельство, добрый день.

Мисс Харрис слегка присела, а, когда выпрямилась, тонкая фигурка девушки, к удивлению леди Дарлин, натянулась струной.

– Мисс Белла, рада видеть вас, – мягко улыбнулась графиня. – Насколько помню, ваша смена была вчера. Значит, сегодня вы пришли специально для разговора?

– Совершенно верно, миледи.

– Угостить вас чаем?

– Нет, спасибо, – качнула головой мисс Харрис.

– Миссис Глория, – графиня устремила взгляд на секретаря, которая замерла в дверях, ожидая дальнейших распоряжений, – тогда чай нам не нужен. Постарайтесь, чтобы нас никто не беспокоил.

– Хорошо, ваше сиятельство.

Миссис Глория слегка присела в книксене и закрыла за собой дверь, не удержавшись от любопытного взгляда в сторону мисс Харрис. Белла прошла в кабинет наставницы и присела в кресло для посетителей.

Просторный и светлый кабинет графини всегда нравился целительнице своей простотой и элегантностью. Как и сам госпиталь.

В графстве все жители знали, как много лет назад графиня Вуффолк серьёзно и основательно взялась за строительство госпиталя, глубоко вникая в проблемы возведения здания, многое изменяя в проекте по ходу строительства и давая вполне толковые советы архитектору.

В итоге, главный госпиталь графства выделялся среди других достаточно темных зданий Сент-Эдмундса, построенных задолго до него, светлым камнем, имевшим матовый холодноватый цвет, огромными арочными окнами, которые пропускали много света, и естественной мягкой белизной, которой светились гладкие стены и резные декоративные украшения.

После завершения строительства конструкция огромного здания казалась лёгкой и как бы устремлённой в небо. Каждый раз, когда Белла шла пешком на работу и подходила к госпиталю, девушка уже издалека начинала любоваться зданием и очень гордилась тем, что ее практика проходила именно в нем.

Все помещения госпиталя отличались сдержанным элегантным интерьером, а самым роскошной комнатой являлся кабинет графини.

Затянутые светлым шелком и обрамленные белоснежными багетами стены, дверь из редкого белого дуба, камин из светлого камня с тонкими золотыми прожилками, мебель и шторы мягкого голубого цвета восхищали и успокаивали взгляд. Легкие, будто воздушные, статуэтки на редких полках и нежные цветы в высоких вазах дополняли интерьер и смотрелись очень органично.

Мисс Харрис всегда чувствовала себя уютно в кабинете наставницы, но сейчас девушка явно нервничала и имела такое выражение лица, словно кресло, обитое мягким голубым бархатом, было покрыто колючками.

Белла пришла, наконец, на беседу с графиней, но никак не могла начать разговор. Целительница представляла, как расстроит графиню своим рассказом, и все не находила смелости произнести первую фразу. Тем более речь должна была пойти о браке по расчету. А более искреннего, благородного и бескорыстного человека, чем леди Тинария, мисс Харрис в своей жизни не встречала.

Графиня всегда восхищала Беллу, в их королевстве, разве что ленивый не знал историю сложной любви обыкновенной целительницы из провинции Тинарии Налт и столичного аристократа, героя войны и близкого друга его высочества лорда Эдварда Дарлина.

Дочь прачки и солдата оказалась истинной парой лорда, который долго не мог принять это обстоятельство, однако, когда на девушку напали заговорщики с целью похищения, лорд Эдвард Дарлин так сильно испугался за Тинарию Налт, что смог переместиться к ней порталом и спасти. Сам же аристократ пострадал из-за смертельного проклятия и несколько месяцев находился между жизнью и смертью. Когда, благодаря своей истинной паре, лорд пришел в себя, то перестал сопротивляться чувству, покоренный самоотверженностью и искренностью девушки…

– Мисс Харрис, в каких облаках вы витаете? – Приятный голос графини Вуффолк вторгся в мысли девушки. – О чем вы хотели со мной поговорить?

Белла тяжело вздохнула, сцепила в замок тонкие пальцы на коленях. И почему ей так сложно, ведь графиня ей как вторая мать? Возможно, из-за Джереми и Кеннета? Белла надеялась, что в результате ее откровений графиня не подумает о ней ничего дурного.

– Ваше сиятельство, мне необходима ваша помощь.

– Что случилось, Белла?

– Случилась катастрофа, – сдержанно проронила целительница, а графиня Тинария нахмурилась. – Мой отец, лорд Харрис, заложил все наше имущество, в том числе Харрис-Холл, банку. Он взял кредит и все вложил в предприятие мистера Лукаса.

– О, Пресветлая! – не сдержала графиня тихого пораженного восклицания.

– Как вы знаете, – хмуро продолжила Белла, – ни один корабль мистера Лукаса не вернулся. Поэтому моя семья полностью разорена. На сегодняшний день есть только один выход для спасения семейства Харрис.

Девушка замолчала, а во взгляде графини мелькнуло понимание. Леди Тинария сощурила прекрасные голубые глаза, качнула белокурой головой и тихо проронила:

– Этот выход – ваше удачное замужество?

– Совершенно верно, миледи.

– Белла, вы готовы выйти замуж?

– Разве у меня есть выбор, ваше сиятельство?

После недолгого молчания, леди Тинария отозвалась с хмурой задумчивостью:

– Действительно, в нашем несправедливом к женщинам мире, у вас особого выбора и нет. Дорогая моя, у меня просто нет слов.

* * *

– Я много думала, как лучше поступить, учитывая обстоятельства, – вздохнула мисс Харрис.

– Какие обстоятельства, дорогая моя?

– Мою внешность, ваше сиятельство, к которой давно привыкли все жители графства Вуффолк. К которой привыкла я сама, мои родители, все мои знакомые и друзья.

Внешность…

Графиня словно впервые увидела свою подопечную, ведь она давно воспринимала Беллу Харрис в соответствии с ее поведением, речью, поступками, особой магией и часто даже забывала, что мисс Харрис на самом деле живет под чужой внешностью.

Леди Тинария с удивлением осознала, что никогда не воспринимала Беллу как дурнушку. Прекрасные глаза, милый голос, изумительные манеры, которым сама графиня когда-то давно слишком долго училась, добрая душа и умение сопереживать другим, независимо от того, какое они занимали положение в обществе, создавали в ее глазах прекрасную во всех отношениях девушку.

«Почему ни один из моих сыновей за все эти годы не смог рассмотреть мисс Харрис? – с сожалением подумала леди Тинария. – Если бы Белла стала частью моей семьи, я была бы счастлива».

– Ваше сиятельство, передо мной сейчас стоит сложная задача. Я должна выйти замуж по расчету. При этом от будущего мужа хочу получить слишком много. И я осознаю это. Неведомый мне пока благородный джентльмен должен не только жениться на бесприданнице, но ещё выплатить долг семьи и не возражать против моей целительской практики, ведь без работы я не представляю своей жизни.

Белла опустила голову, закусила губу.

– В Сент-Эдмундсе я знаю всех молодых людей и всех холостяков. Впрочем, как и в графстве. Многие из джентльменов мои друзья, другие – хорошие знакомые, приятели, третьих я лечила. Здесь, где все меня знают, мне будет сложно, понимаете… не знаю, как смогу… да и во мне совсем нет кокетства и умения привлекать мужчин.

Белла вспыхнула, не смея поднять взгляд на наставницу, сердце целительницы застучало быстро-быстро, от стыда хотелось провалиться в Бездну.

– Возможно, кого-то из джентльменов привлечет моя внешность, но узнав, что за мной нет приданого, поняв, почему я решила показать лицо… – Белла тяжело вздохнула, ей хотелось закрыть лицо ладонями, но она сдержалась. – В общем, мне будет проще найти мужа там, где меня никто не знает.

Белла совсем не представляла, как станет кокетничать, например, с Джереми или с Себастьяном, с Кеннетом или Генри. Или с другими мужчинами, более взрослыми и солидными. Да она со стыда сгорит! Ни одного слова не сможет произнести!

Снова она вспомнила Джереми…

Белла постоянно отгоняла мысли о друге детства. В последнее время его лицо с невероятными серыми глазами, которые всегда смотрели на нее мягко и дружелюбно, почему-то слишком часто ей снилось. Совершенно некстати.

Виноваты эти демоновы мысли о замужестве! А ведь Джереми Дарлин давно влюблен в леди Кэтрин Аристон, первую красавицу графства, сестру Дженнифер и Генри Аристонов, родовитых аристократов Вуффолка. Белла не любила Кэтрин за спесивый характер и высокомерный холодный взгляд. А может быть совсем не за это?

Девушка считала, что чувство Джереми – очередное доказательство того, что в красоту легко влюбиться, а вот в человека… Попробуй рассмотри за красивой оберткой то, что скрывается внутри. В ее бабушку тоже влюблялись многие джентльмены, не замечая гнилой натуры леди.

Белла опустила взгляд. В кабинете наступило гнетущее молчание.

– Я хочу уехать в другое графство или в столицу. И прошу вас помочь с работой. И с представлением обществу, ведь в столице у меня никого нет. Впрочем, как и в других графствах.

Когда-то лорд и леди Честер, бабушка и дедушка Беллы, были вхожи не только во все столичные дома королевства, но даже имели вес при дворе, ведь сам король Георг был неравнодушен к прекрасной Джослин.

После бегства супруги лорд Честер продал столичный дом, роскошное поместье рядом со столицей и купил небольшое имение в глуши, до которой из Сент-Эдмундса было ехать трое суток. А из столицы – все шесть. Там лорд Честер и жил, редко навещая единственную дочь, которая совершенно случайно в этой глуши познакомилась с мистером Харрисом, за которого и вышла замуж через несколько месяцев.

Как любил рассказывать лорд Харрис своим дочерям, если бы много лет назад ось на одном из колес его экипажа не сломалась рядом с имением лорда Честера, то не было бы и его пяти прекрасных дочерей.

– Значит, вы решили уехать. – Графиня выглядела искренне расстроенной. – Я понимаю, почему вы приняли это решение, но разве… – женщина поколебалась немного, – мистер Роберт Стен не ухаживает за вами? Союз с этим джентльменом стал бы выходом в вашей ситуации. Его семья очень обеспеченная.

– Его семья, миледи, – сконфуженно отозвалась Белла, то бледнея, то краснея. – Но не сам мистер Роберт.

– Да, но его отец может согласиться выплатить ваш долг.

– Я думала об этом союзе. – Нехотя проговорила мисс Харрис, явно чувствуя себя неудобно, делая это признание. – Поэтому навела некоторые справки и узнала, что женщины в семействе Стенов не работают.

– Да, это так, – кивнула графиня. – К сожалению. Мать мистера Стена могла бы стать сильной целительницей, но… Дафне Стен не позволили учиться.

– Также я пришла к выводу, что устраиваю мистера Стена, как… хм… жена-дурнушка. Все женщины в этом семействе не отличаются особой красотой, обладают тихим характером и находятся в тени своих мужчин. Поэтому предполагаю, что о жене-бесприданнице со смазливой внешностью мистер Стен явно не мечтает.

– Хорошее расследование вы провели. – В голосе графини промелькнули странные нотки, неожиданно жесткие и прохладные, от которых в груди Беллы похолодело. – Значит, считаете, что Роберт Стен не является вашим спасением?

Графиня Тинария явно не одобрила сбор информации о чужих семьях. Но разве у нее был выход? Белла решила в отношении Роберта воспользоваться тем способом поиска мужа, о котором постоянно говорила Лилиан Харрис, и смогла собрать некоторую информацию. Ведь время поджимало, а Роберт Стен являлся приятным и интересным молодым человеком.

– Мистер Стен может отличаться своими жизненными принципами от убеждений отца и деда. Но склоняюсь к тому, что, когда Роберт увидит меня настоящую и узнает, что Харрисы разорены, он самоустранится.

Белла побледнела и нервно облизнула пересохшие от волнения губы. Никогда ещё она не чувствовала себя так ужасно, как сейчас, беседуя с благородной леди Дарлин.

– Возможно, я ошибаюсь, но у меня нет времени проверять, так это или нет. А за время нашего общения особой влюбленности со стороны мистера Стена я не заметила.

– Ну что ж, – задумчиво проговорила графиня. – Я услышала вас, мисс Харрис, и, поверьте, очень расстроена всем, что случилось с вами. И, конечно, я помогу вам.

– Большое спасибо!

Хотя Белла и не сомневалась в том, что наставница не откажет ей, но все же, услышав последнюю фразу, девушка почувствовала облегчение.

– Когда ваш отец должен выплатить долг?

– Через два с половиной месяца.

– Очень мало времени осталось.

– К сожалению, это так.

– С другой стороны, иногда сезон в столице длится примерно столько же, и многие девушки находят себе мужей. Знаете, что? Пообещайте мне выполнить то, что я попрошу у вас.

– Все, что угодно. – С готовностью согласилась Белла.

– Из графства Вуффолк уезжайте только после того, как вернете себе свою настоящую внешность.

– Но… – растерялась мисс Харрис, – я бы не хотела… Я предполагала, что намного позже…

– Нет, – покачала головой леди Дарлин. – Вы должны показаться перед всеми в истинном облике, Белла. И каким-то образом объяснить свое поведение. Иначе те, кто много лет являлись вашими друзьями, приятелями и пациентами, не поймут вашего поступка. Возможно, сейчас вас устроит такое положение дел, но пройдет немного времени, и вы станете сожалеть, что ваши друзья обо всем узнали не от вас. – Графиня тяжело вздохнула, в голубых глазах застыла грусть. – Поверьте, я знаю о чем говорю. Даже самая невинная ложь подрывает самые замечательные отношения. В молодости я совершила один поступок, за который мне стыдно до сих пор. Я солгала человеку, а когда он узнал правду, то долго не мог меня простить. Та ложь чуть не исковеркала всю мою дальнейшую жизнь и принесла в нее много страданий и непонимания.

– Хорошо, миледи. Я сделаю так, как вы советуете.

– Поскольку у вас, действительно, мало времени, рекомендую вам сегодня поговорить с теми, кого считаете друзьями и подругами, предупредить о том, кого они увидят, а завтра-послезавтра предстать в том образе, которым вас наградила природа и родители.

Глава 12

Белла вышла из кабинета наставницы и задумалась. Признаться во всем, а потом уехать?

Девушка вздохнула. В конце концов никакого преступления она не совершила, всего лишь чуть изменила внешность. Ну, может, конечно, и не чуть-чуть, но это ее внешность и она имела полное право ей распоряжаться.

Мисс Харрис решительно направилась в палату к братьям Дарлинам. Что ж, если она дала обещание, то выполнит его. Сегодня?

Сегодня и выполнит. Если так нужно.

Белла подошла к палате, в которую распределили братьев Дарлин, Генри Аристона и Роберта Стена, и услышала громкий мужской смех. Девушка обратила внимание, что дверь в комнату приоткрыта, и замерла, набираясь смелости.

– Роб, а ты долго будешь тянуть с предложением? Не то получится, как у Джона. Кто-то может тебя опередить.

Мужской голос прозвучал глухо, и Белла не узнала его. Услышав вопрос, девушка замерла, закусив губу. В палате же раздалось дружное мужское фырканье и сдавленный смех.

– Наша мисс Белла засиделась в девицах, пора ей уже стать солидной замужней леди, – лениво проронил Генри Аристон. – Такая хорошая девушка пропадает.

«Они здесь, что… меня решили обсудить⁈» – Белла испытала такой шок, что на время просто окаменела, не в силах пошевелиться, не веря тому, что слышит.

– Генри, вот сам и женись на мисс Харрис, – парировал Роберт Стен и добавил с раздражением: – Джентльмены, мне очень приятно, что вас волнует моя личная жизнь, но будет лучше, если вы займетесь своей.

– Так, вроде, ты ухаживаешь, за нашей идеальной мисс, – отозвался Генри Аристон. – А я ухаживаю за совершенно другой девушкой и, надеюсь, что когда сделаю ей предложение, она ответит на него положительно.

– Если будешь тянуть, как Джон, то вряд ли тебе кто-то ответит положительно.

Голос был похож на голос Джереми Дарлина. Или Кеннета. От волнения и удивления Белла не разобрала, да и голоса у братьев были похожи: низкие, приятные, с мягкими нотками.

– Ухаживал. Немного. Но понял, что мисс Харрис мне не подходит, – вздохнул Роберт. – Белла помешана на своей работе и не захочет отказаться от нее, а я не желаю, чтобы моя жена с утра до вечера пропадала в госпитале. В нашей семье детей воспитывают матери, а не няни.

– И слава Пресветлой! – довольно хохотнул то ли Джереми, то ли Кеннет. – А то я как представлю, что моя Бель каждый день будет любоваться на твой огромный страшный нос, так жаль ее становится.

«Наверное, все же Джереми», – в растерянности решила Белла.

Раздался дружный мужской хохот. Белла вздрогнула и тоже усмехнулась. Какие они ещё дети, эти джентльмены, хотя и все старше нее.

– Лучше любоваться на твой нос, Джер? На кнопку? По моему носу хоть видно, что я солидный взрослый мужчина, а не глупый мальчишка.

Значит, Роберт Стен решил, что она не подходит ему? Белла испытала облегчение. Узнать именно сейчас о том, что она не ошиблась и Роберту, действительно, нужна тихая, спокойная жена, которая должна заниматься домом и детьми, было очень вовремя.

– Джер, вы с Кеном постоянно называете мисс Харрис «моя Бель», – насмешливо заметил Генри Аристон, – считаете Беллу самой замечательной девушкой королевства, так почему бы кому-то из вас не сделать ей предложение?

– Потому что Бель нам как сестра, – спокойно отозвался Кеннет Дарлин. – Как я могу жениться на сестре?

– А я? – хмыкнул Джереми.

– Вам никогда никому не казалось, что мисс Белла что-то хитрит со своей внешностью? – вдруг раздался задумчивый голос Себастьяна Роя. – Чем-то мажет себя…

– Ну и фантазия у тебя, Себ! – хмыкнул кто-то из братьев Дарлинов, и все адепты поддержали его согласными смешками.

«Так, и мистер Рой здесь. Самый наблюдательный», – вздохнула Белла, вспоминая, как Рой как-то дотронулся до ее щеки, как иногда внимательно всматривался в нее, пока не наталкивался на ее спокойный взгляд. А однажды он пригласил ее танцевать на каком-то вечере и между прочим заметил, что платье ей явно великовато.

Девушка мысленно сосчитала до пяти, и решительно толкнула дверь палаты.

– Вы очень наблюдательны, мистер Себастьян, – проговорила Белла, входя в комнату и как-то сразу встречаясь взглядом с внимательными черными глазами Роя.

С удивлением она поняла, что палата забита ранеными адептами академии, просто остальные молчали и лишь наблюдали за перепалками Роберта, Генри и Дарлинов.

Адепты сидели кто на полу, кто на подоконнике, кто на стуле, а кто и на чужих постелях расположился.

«Что у них за собрание такое?» – с удивлением подумала мисс Харрис и вздохнула:

– Добрый день, джентльмены. Почему вас всех так интересует моя скромная персона, позвольте узнать?

– Белла, вы нас подслушивали?

В голосе Генри Аристона прозвучало такое явное искреннее недоверие, что Белла сразу определила: в глазах джентльмена она была выше всяких подслушиваний. Аристон резко поднялся с постели, приводя себя в порядок: ладонями пригладил волосы, одернул на себе больничную пижаму, на которой застегнул все пуговицы до конца.

Примеру Аристона последовали остальные раненые адепты. Все встали со своих мест и стали суетливо приводить себя в достойный вид. Джереми и Кеннет почему-то хмуро переглядывались между собой.

Зайди в палату другая леди, ее поведение посчитали бы недостойным приличной девушки, но мисс Харрис являлась целительницей, причем практикующей. Каждый из присутствующих мужчин когда-либо обращался к девушке за помощью, любого из них Белла видела совершено в непрезентабельном виде, поэтому ничего недостойного в ее поведении никто не усмотрел.

– Я подслушала вас невольно. – Мисс Харрис встретилась взглядом с удивленными глазами Генри. – Когда я подошла к вашей палате, дверь была приоткрыта, я услышала голоса и, признаться, опешила от того, что именно вы обсуждали. Вернее – кого.

Белла криво улыбнулась, в глазах Аристона отразилось смущение, он даже слегка порозовел, словно девица. В академии магии давно подсмеивались над этой особенностью самого сильного и мощного адепта академии.

– Не ожидала совсем. Ну а как только смогла снова двигаться и разговаривать, зашла к вам, чтобы прервать вашу интересную беседу и… – Белла обвела взглядом искренне сконфуженных джентльменов, – сообщить, что мистер Рой совершенно прав в своих подозрениях.

* * *

В палате наступила тишина – растерянная, недоуменная, смущенная.

Джентльмены переглядывались между собой, ничего не понимая, а Белла вдруг почувствовала, что ей стало намного легче, ведь она совершенно не представляла, как начать разговор. Пока она шла к палате Дарлинов, готовила речь, перебирая разные варианты, а адепты, можно сказать, сами того не подозревая, ей помогли.

– Мисс Харрис, простите нас, ради Пресветлой!

Роберт Стен вышел вперед, больше всех растерянный. Молодой человек догадался, что та, за кем он ухаживал в последнее время, слышала его слова, и теперь чувствовал себя хуже некуда, ведь он искренне уважал девушку.

– Мы повели себя недостойно для джентльменов. И я больше всех. – Стен склонил перед Беллой светлую голову.

– Мисс Харрис, простите!

– Мисс Белла, не обижайтесь!

– Леди, что нам сделать, чтобы вы не сердились?

– Сэр Роберт, господа, вы, действительно, удивили меня своей беседой, но я понимаю, что она не была предназначена для моих ушей. – Сухо заметила Белла, спокойным взглядом обводя расстроенные лица адептов. Для этого ей пришлось хорошенько запрокинуть голову, так как все молодые люди были выше нее на голову или две. – Поскольку я слишком хорошо всех вас знаю, то понимаю, что оскорбить меня не было вашей целью, как и посмеяться надо мной.

– Нет, конечно! – за всех твердо ответил Кеннет Дарлин, сверкнув серыми глазами.

Белла узнала друга по длине волос. У Джереми после лечения волосы немного обрезали, и они стали короче, чем у Кена, а с недавнего времени ещё и потемнели немного. А так, когда братья стояли рядом, в одинаковых больничных пижамах, которые леди Дарлин заставила надеть всех адептов, отличить их было очень сложно.

– Мисс Харрис, ни я, ни Кен, ни любой другой из присутствующих здесь джентльменов никогда не посмеет обидеть вас ни поступком, ни словом, – твердо проговорил Джереми Дарлин. – Здесь мы подсмеивались, скорее, друг над другом. По-дружески, конечно.

Девушка встретила прямой и открытый взгляд Джера, и сердце тут же словно вздрогнуло и забилось как-то по-другому – по особому: рвано, гулко, быстро.

Неожиданно и совершенно не к месту Белла подумала, что очень рада тому, что Джереми Дарлин, несмотря на свои тяжелейшие ранения, выздоравливает так же быстро, как другие адепты. И выглядит почти так же, как раньше, за некоторым исключением: бледнее, чем обычно, немного похудел за прошедшие дни, а мелкие шрамы на лице делали его суровее и старше.

– Я знаю это, сэр, поэтому не сержусь, – мягко проговорила девушка. – Но, надеюсь, что в будущем вы все же будете находить другие темы для разговоров и шуток, не связанные со мной.

Как только Белла произнесла последнюю фразу, тут же поняла, что она была лишней – как раз через один – два дня адепты, скорее всего, только и будут говорить о ней и связанных с ней метаморфозах.

Мисс Харрис мысленно вздохнула: «Может быть, мне повезет и изменения, которые со мной произойдут, никого особо не заинтересуют?»

«Ты действительно в это веришь? – с явным скепсисом отозвался внутренний голос. – Ты, определенно, очень наивна».

Со всех сторон послышались облегченные выдохи и обещания, и Белле стало приятно, что ее друзья начали переживать, а ее слова их успокоили.

– Бель, что вы имели в виду, когда заявили, что Себастьян совершенно прав в своих подозрениях?

Среди множества мужских лиц, ещё бледных и покрытых шрамами после лечения, Белла вновь нашла лицо Джереми Дарлина, теперь хмурое и озадаченное. На лицах других джентльменов застыло не менее удивленное выражение.

– Моя внешность – не совсем моя.

В наступившей тишине спокойный негромкий голос Беллы прозвучал так, что девушку все услышали. А она вдруг заметила, что выражение лица Себастьяна Роя резко отличалось от других: оно ничего не выражало и словно закаменело. Черные глаза на бледном мужском лице напоминали блестящие угли, которые почти физически прожигали девушку.

На миг мисс Харрис растерялась под этим пристальным взглядом, который одновременно обжигал и затягивал в опасный черный водоворот. Неужели мистера Роя так сильно обеспокоило то, что она скрывала свою настоящую внешность? С чего бы?

Память вдруг услужливо подкинула картины из прошлого. Первый красавец академии магии, один из лучших адептов, сэр Себастьян Рой, наследник древнего рода боевых магов, постоянно находился в окружении девушек, не важно где он находился, в академии или на светском мероприятии Сент-Эдмундса. И всегда молодой человек имел совершенно снисходительный вид.

Белла вспоминала также тайную дуэль, в которой два года назад участвовал этот неспокойный джентльмен.

И ещё одну… не такую давнюю. Не кулачные бои, а именно магические дуэли, запрещенные законом, в результате которых были ранены соперники Себастьяна. А Кеннет Дарлин ночью выдергивал девушку из постели для помощи раненым джентльменам. В первый раз соперником Роя оказался старшекурсник академии, во второй – незнакомый Белле приезжий молодой господин.

Почему Белла сейчас вспомнила те давние события, которые быстро промелькнули в памяти, она так и не поняла. Возможно, потому что в те встречи с Себастьяном Роем у него был такой же странный взгляд? Жгучий, опасный и холодный одновременно…

В те тайные встречи Рой искренне благодарил ее за помощь, ведь иначе его могли арестовать и исключить из академии.

Но Белла до сих помнила, как покрывалась холодным потом при разговоре с ним, как ее коробило от его жестокости по отношению к соперникам. Первый чуть не лишился магии, почти полностью опустошив свой резерв на дуэли с Роем. Второй чуть не остался без руки, которую Белла лишь чудом спасла.

* * *

Белла прогнала лишние сейчас воспоминания, сцепила перед собой тонкие пальцы, сжала их до хруста, не замечая, как некоторые адепты с удивлением уставились на них.

– С пятнадцати лет я все больше стала напоминать бабушку, – Белла мгновение поколебалась, но все же произнесла имя той, которая так сильно повлияла на ее жизнь, – леди Джослин Честер. Это обстоятельство меня не сильно радовало, как могли многие подумать, и я решила, что… – сама того не замечая, девушка выше подняла подбородок и расправила узкие плечи, – хочу быть похожей только на саму себя. Поэтому несколько лет назад я приняла решение немного изменить свою внешность.

«Тогда я не хотела, чтобы на меня смотрели и думали, как я на нее похожа», – мысленно добавила мисс Харрис и почему-то ей показалось, что все адепты услышали ее молчаливое дополнение, так как во многих взглядах мелькнуло понимание и даже смущение, которое мужчины, в силу своей природы, испытывали довольно редко.

В комнате наступило гнетущее молчание. Джентльмены в полном изумлении смотрели на ту, которая, оказывается, уже восемь лет вполне удачно прятала от них свою настоящую внешность. Возможно, совершенно потрясающую, потому что сплетни о прекрасной леди Честер, которую короткое время считали даже фавориткой короля Георга, наверное, просочились в каждый дом королевства.

Белла заставила себя не прятать взгляд и прямо смотреть в глаза обескураженным ее признанием мужчин.

– Я очень быстро привыкла к своему новому лицу, как будто и родилась такой. Мне оно понравилось больше прежнего. – Ее глаза улыбнулись. – Но, похоже, пришло время вернуть себе свою настоящую внешность.

– Почему вы решили сделать это именно сейчас, Бель? – тихо спросил Кеннет, и от хмурого выражения его застывшего лица девушка внутренне поежилась, сразу почувствовав свою вину перед ним. И перед Джереми.

Лицо Джереми зеркально отражало эмоции брата. Бель заметила, что оба молодых человека были поражены больше, чем кто либо из присутствующих джентльменов, что было понятно. Ведь они столько лет дружили с Беллой Харрис, считали ее сестрой, подругой… и ничего не подозревали. И не замечали.

– Почему сейчас?

Так хотелось сказать правду, но на кону стояло благополучие всех родных, судьбы ее младших сестер, и Белла сдержала порыв откровения.

– Наверное, пришло время: я и так немного затянула с обратным перевоплощением. Да и невозможно всю жизнь прожить с чужим лицом. Плюс… я уезжаю из Сент-Эдмундса, господа. Решила переехать в столицу или в графство, которое расположено поближе к ней. Хочу разнообразить свою практику. И не хочу, чтобы в будущем, при встрече, вы не узнали меня.

– Вы уезжаете? – поразился Кеннет, а Джереми стал ещё мрачнее.

– Да, сэр. Уезжаю.

– Леди Честер была известной красавицей, – вдруг пробормотал Себастьян Рой. – Когда-то вместе с отцом я побывал в поместье вашего деда, лорда Честера, и видел ее портрет.

И снова этот несносный Рой!

– Да, леди Честер слыла красавицей, – спокойно отозвалась Белла.

– Когда вам было пятнадцать лет, вас кто-то посмел обидеть?

Голос Джереми прозвучал ровно, однако все джентльмены одновременно напряглись, похоже, готовые мгновенно вступить в схватку с тайным обидчиком Беллы.

Девушка поколебалась немного, перед мысленным взором встало лицо сына соседей Колина Мэрита, его издевательский взгляд, наглое лицо, которое наклонялось к ней для поцелуя. Вспомнились ощущения сильных захватов запястий, после которых оставались синяки, и она тихо призналась:

– И не раз. Так уж вышло. Но я не хочу об этом вспоминать. – Девушка слегка тряхнула головой, отгоняя неприятные мысли, и проговорила, меняя тему: – Артефакты его высочества Роберта сотворили чудо, джентльмены, вы быстро вернули себе магический резерв, хорошо выглядите, поэтому завтра вас выписывают, и…

– Чудо сотворили не артефакты, а леди Дарлин и вы, мисс Харрис, вместе с остальными целителями госпиталя, – невежливо перебил девушку мистер Рой. – Я лично благодарю именно вас за спасение моей жизни. – Себастьян поклонился. – Я ваш должник, мисс.