Текст книги "Бессовестно прекрасная (СИ)"

Автор книги: Натали Палей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц)

Глава 30

Сэр Майкл Рид смотрел на адепта академии магии Сент-Эдмундса нечитаемым взглядом и молчал. Тот стоял перед ним вытянувшись в струну с каменным выражением лица.

Лорд Рид выпил из стакана янтарный напиток и неторопливо стал перекатывать виски во рту, наслаждаясь его терпким вкусом, невольно удивляясь стойкости молодого джентльмена, который спокойно выдерживал его тяжелый взгляд.

До сегодняшнего дня этот молодой человек считался одним из главных претендентов на должность Тени императора. Он выполнил все условия, которые Рид поставил ему несколько лет назад. Почти за семь лет учебы в академии магии наследник графа Роя смог создать репутацию отчаянного и безжалостного дуэлянта, нарушителя всевозможных правил, дамского угодника и ветреного аристократа.

Помимо этого Себастьян Рой один из сильнейших боевиков академии магии Сент-Эдмундса. Среди старшекурсников достойно противостоять ему могли лишь Кеннет Дарлин и Роберт Стен. Остальные адепты уступали или в силе, или в ловкости, или в умении плести магические боевые заклинания.

Все эти годы, пока Рой мастерски создавал нужную репутацию, будучи несколько другим человеком, лорд Рид и его люди присматривались к аристократу, удивляясь решительности его характера и твердости духа.

Сегодня же сэр Майкл узнал ещё об одном качестве наследника графа Роя, которое поразило его настолько, что, не теряя драгоценного времени, он назначил Рою встречу в одном из ресторанов Сент-Эдмундса, где можно встретиться для разговора тет-а-тет в закрытом кабинете.

Лорд Рид проглотил виски, жидкость приятно обожгла горло. На миг Глава Теней прикрыл глаза от удовольствия, но это не означало, что он хоть на мгновение отвлекся от стоящего перед ним мужчины.

– Садитесь, мистер Рой. Разговор будет долгим.

Себастьян Рой молча расположился за столом с закусками и вопросительно уставился на Майкла Рида. Лорд плеснул виски в его стакан, добавил лед.

– Мистер Рой, вы догадываетесь, зачем я назначил встречу?

– Думаю, да, сэр, – ответил молодой мужчина, не прикоснувшись ни к закускам, ни к стакану с виски, что выдавало его нервозность, хотя внешне он выглядел совершенно невозмутимо.

– И зачем же? – Лорду Риду стало интересно, насколько его собеседник проницателен.

– Чтобы выяснить, как я позволил обычной целительнице поймать себя в магическую ловушку. На ваших глазах, – спокойно проговорил Рой, его руки расслабленно лежали на подлокотниках кресла.

«Спокоен. Внешне. Хотя я чувствую эманации его ярости».

– Нет. Не за этим, – покачал головой сэр Майкл улыбнувшись. – Как раз насчет ловушки мисс Харрис мне все ясно. Вы не могли ожидать подобного коварства от милой целительницы, хотя и должны быть всегда и ко всему готовы. Но эта сеть изобретена совсем недавно талантливейшей женщиной нашего времени – графиней Вуффолк. До нее у целителей не было подобного оружия против боевиков… то есть буйных пациентов.

– Если не за этим, то тогда у вас для меня очередное задание, сэр, – выражение лица адепта продолжало хранить невозмутимость.

– Совершенно верно, Рой. Но сначала я хочу кое-что уяснить для себя. Что вы думаете насчет взрывов на тренировочной площадке академии, из-за которых двадцать лучших адептов академии магии Сент-Эдмундса чуть не погибли?

– Они случились не из-за оплошности. Нас хотели убить. – Голос Роя прозвучал спокойно, словно он сообщил, что погода на улице изменилась не в лучшую сторону.

– Почему вы пришли к такому мнению?

– Во время учебного боя все меры безопасности были соблюдены. В тот день за них отвечали я, Кеннет Дарлин и Генри Аристон. В парнях я уверен, как в себе. То, что потом случилось… – Рой крепко сжал челюсти. – Кто-то подменил магические бомбы с исправными предохранителями на другие – с неисправными.

– Вы понимаете, что это означает?

– Понимаю, сэр. – Рой застыл, взгляд стал ледяным. – Это сделал кто-то из тех двадцати, кто находился в тот день на площадке. В момент тренировки. Больше некому. И этот кто-то тоже пострадал вместе со всеми.

– Ваши выводы совпадают с моими и теми, к которым пришел Глава полиции Сент-Эдмундса.

В комнате наступило молчание. Рой сжал челюсти.

– Мистер Рой, сегодня вы контролировали свои чувства рядом с мисс Харрис? – Майкл посмотрел на Роя очень пристально, отмечая малейшие изменения в эмоциях. Адепт до хруста в пальцах сжал подлокотники кресла.

– Что, сэр? – Ледяная невозмутимость во взгляде Роя треснула, взгляд стал недоумевающим.

– Отвечайте на вопрос.

– Мы говорили с вами об академии и бомбах. Причем здесь мисс Харрис и мои чувства? – процедил Себастьян.

– Прямая зависимость. Для меня.

– Мои чувства к мисс Харрис – мое личное дело, сэр. – В голосе Роя мелькнули нотки холодного высокомерия.

– У вас больше нет личной жизни, мистер Рой. – Лорд Рид сделал ещё один глоток терпкого напитка, отсалютовал стаканом собеседнику. – С чем вас и поздравляю. В тот день, когда вы согласились стать Тенью императора, ваша жизнь, мысли и чувства принадлежат императору.

– Я пока не стал Тенью, сэр, – мрачно проговорил Рой.

– Это ничего не меняет.

– И все равно я не понимаю…

– Вам не нужно понимать. Необходимо просто ответить на вопрос. – Голос лорда Рида в этот раз прозвучал властно и жестко.

В комнате наступило молчание. Вгляд Роя стал таким темным, что зрачок слился с радужкой в одно целое.

– Мне нравится мисс Харрис, – ровным тоном ответил Себастьян.

– Насколько сильно?

– Сэр!

– Отвечайте. Вы действительно хотите жениться на ней? Для этого сегодня сделали предложение?

– Не для этого, – несмотря на испытываемые эмоции, голос Роя снова прозвучал сдержанно. Он быстро взял эмоции под контроль. – Для того, чтобы соответствовать своей репутации. Когда я его сделал, ни минуты не сомневался, что мне откажут. Как и не сомневался в том, что о моем предложении узнает весь Сент-Эдмундс

– Хм… с этим моментом прояснили. Хотя, должен расстроить вас, Сент-Эдмундс ничего не узнает. Графиня Тинария запретила секретарю распространяться о том, что происходило в приемной. А ваши друзья явно не сплетники.

Себастьян Рой нервно дернул головой.

– Я ещё раз задам вопрос. Жду правдивого ответа, от которого будет зависеть многое. Для вас. Неважно, что вы не понимаете моего интереса.

Ноздри породистого носа Роя гневно раздулись, но это единственное движение в застывшей мимике выдало его недовольство.

– Меня интересует, насколько сильно вы очарованы мисс Харрис. Когда сегодня вы находились рядом с ней, обнимали её, целовали и говорили о том, что в её глазах расплавленное золото…

Наследник графа Роя вздрогнул, взгляд вспыхнул пламенем; самообладание на миг покинуло мужчину.

– … что вы действительно чувствовали к ней?

Себастьян Рой молчал.

– Предлагаю вам несколько вариантов ответа, мистер Рой. Первый: вы потеряли голову от мисс Харрис и как результат – контроль над эмоциями. Второй: вы подпали под очарование девушки, но все же контролировали себя. Третий: вы полностью контролировали ситуацию.

– Второй вариант, сэр, – глухо ответил Себастьян.

«Хорош», – одобрительно хмыкнул Рид. – «И силен».

Лорд Рид сделал третий глоток виски, обратил внимание, что его собеседник не притронулся ни к стакану с виски, ни к закускам.

«Нервничает. И сильно».

– Себастьян, являетесь ли вы родственником мисс Харрис по любой из родственных линий?

– Моя мама и миссис Харрис дальние родственницы, сэр.

– Что ж, это многое объясняет.

– Что именно, сэр?

– Ваш второй вариант ответа, Рой. Он невероятно порадовал меня.

Рой протянул руку и взял стакан с янтарным напитком, выпил залпом, слегка поморщившись.

– Я не хотел бы, сэр, чтобы мисс Харрис была связана хотя бы с одним из заданий, поступаемых от вас.

– С каких пор Глава Теней императорского рода должен прислушиваться к мнению того, кто даже ещё Тенью не стал?

– Милорд…

– Вы свободны, мистер Рой. Я найду вас, когда вы снова понадобитесь.

Некотрое время Себастьян прожигал невозмутимое лицо лорда Рида взглядом с яростно отплясывающими огненными всполохами. Затем поднялся и решительно вышел из комнаты.

* * *

От ресторана, в котором Себастьян Рой встретился с лордом Ридом, до съемной квартиры на Вуффолк-роуд было всего двадцать минут езды, и половину пути молодой человек уже проехал, но ему казалось, что стены экипажа давят и мешают нормально вдохнуть, и остаток пути он решил пройтись.

Приняв это решение, Рой постучал в стену кареты. Когда возница остановился, Себастьян вышел, расплатился и широким шагом направился в сторону дома, где последние два года снимал квартиру.

Перед мысленным взором мужчины встало холодное, холеное лицо лорда Рида.

– Самоуверенная сволочь! – сквозь зубы процедил Себастьян.

К Главе Теней мистер Рой испытывал довольно смешанные чувства. Раньше это были восхищение, уважение, желание быть похожим на одного из самых сильных магов королевства. Сейчас к ним прибавились гнев, досада и недоумение.

«На кой демон вам сдалась Белла Харрис, сэр?»

Вспомнив подозрительные вопросы лорда Рида, его пронизывающий до костей взгляд, Рой почувствовал привкус горечи во рту, в районе груди ощутил тяжесть – в тугой узел медленно, но верно сворачивалось беспокойство. Связано оно было с хрупкой целительницей – обладательницей невероятных голубых глаз и жесткого характера.

С мисс Беллой Харрис.

Белла… Бель…

Себастьян нахмурился, усилием воли отогнал мысли о целительнице. Сейчас он не хотел о ней думать – начинали одолевать слишком противоречивые чувства: ярость, влечение, восхищение… растерянность.

И понимание.

Острое, болезненное и совершенно отчетливое. Которое, словно шип ядовитого растения, впилось в сердце, отравляя непривычными эмоциями.

Понимание того, что для всех лучше, если бы Белла Харрис и дальше прятала свою настоящую внешность под скобами, серыми волосами и болезненной внешностью.

Для нее самой.

Для него.

Для адептов седьмого курса академии магии Сент-Эдмундса.

Для Кеннета Дарлина. Его лучшего друга. С которым через несколько часов придется драться на дуэли. Впервые в жизни.

До первой крови.

Себастьян осознавал, что не сможет ранить Кеннета. Кого угодно, но не его. Не того, кого считал больше, чем другом. Братом. Которого у него не было.

«И все из-за Харрис! Будь ты неладна!»

«А не из-за того, что кто-то решил распустить руки? И кто-то безумно желал поцеловать прекрасную девушку?» – проворчал внутренний голос.

– Что за… ⁈

Мужчина словно врос ногами в землю осматриваясь. Гросвер-роуд? Как он здесь очутился? Он шел в другую сторону. На север Сент-Эдмундса.

Должен был идти. Однако в данный момент напротив, через дорогу, Себастьян в изумлении смотрел на знакомый двухэтажный дом под номером «семнадцать», в ответ тот довольно холодно и неприветливо уставился на него своими темными окнами.

Дом леди Мэри Треверс. В котором жила мисс Белла Харрис.

Стоял ранний вечер, который уже окутал сумраком улицы Сент-Эдмундса, и темные окна свидетельствовали о том, что хозяев не было. Куда же понесло мисс Харрис?

«Тебя не должно волновать, где она» – обожгло внутри.

Себастьян нервно провел ладонью по слегка растрепанным волосам.

«Предложение выйти замуж несерьезно. Белла сразу поняла это. К счастью», – пришло из глубины сознания.

Но комок беспокойства в груди скрутился ещё сильнее.

«Где сейчас Белла? С такой реакцией на нее мужчин, ей опасно выходить из дома».

Рой вновь откинул прочь мысли о мисс Харрис, мрачно осмотрелся и вдруг заметил две мужские фигуры. Слишком для него знакомые и узнаваемые. Одна – выше его на голову, широкоплечая, мощная. Вторая – крепкая, долговязая, чуть сутулая.

Мужчина прищурился. Ну надо же. Очень интересно.

Внутри заворочалась ревность, которая неприятно удивила Роя, и он тут же задавил её в зародыше, мысленно сжегая.

«Не хватало ещё… ревновать⁈»

Мысль о ревности так поразила Себастьяна Роя, что на некотрое время он словно превратился в камень, молча наблюдая за приближением друзей. Но когда те подошли, он полностью овладел собой и насмешливо поинтересовался:

– Добрый вечер, джентльмены. Гросвер-роуд нынче самая заманчивая улица для вечерних прогулок? Разве утром мисс Харрис не погрозила вам своим маленьким пальчиком? Насколько помню, дело происходило в смотровой?

– Сам-то тоже поменял место для прогулок, Рой, – сухо проронил Генри Аристон, а Себастьян заметил насколько безупречно и элегантно выглядел молодой аристократ в темно-зеленом сюртуке и брюках, жилете более светлого оттенка, с идеально повязанном на шее платком.

В руке наследник Аристонов держал элегантную трость. Рой знал, что это произведение искусства было с сюрпризом. У всех адептов академии магии имелись в наличии похожие трости, вот только Аристон практически с ней не расставался.

– Утром сделал предложение, вечером хочешь получить ответ? – уголок рта Генри дернулся в подобии улыбки, но глаза смотрели холодно и внимательно.

Кристофер Менфес тоже подошел к друзьям, не менее элегантный и сдержанный, чем Аристон или Рой. Услышав слова Генри, мужчина усмехнулся.

– Честно говоря, понятия не имею, как здесь оказался, – проворчал Себастьян, хмуро разглядывая друзей. – Шел домой, а оказался… на Гросвер-роуд. – Он бросил выразительный взгляд на дом леди Треверс.

– Ноги сами привели? – с пониманием кивнул Менфес. – Час назад кого сюда ноги только не привели. Здесь было так оживленно, что нам с Генри пришлось разогнать любопытных. В итоге, когда мы оставили свои визитные карточки на подносе в доме леди Треверс, нас удивила внушительная стопка. Горничная сообщила, что леди Треверс с племянницами уехала в Харрис-Холл. Когда возвратится, неизвестно.

– Если вы узнали, что мисс Харрис уехала, почему не ушли? – спросил Рой.

– Стало интересно, все адепты заявятся на прогулку к дому мисс Беллы или нет, – с хитрой улыбкой проронил Менфес. – Не было только Дарлинов и ещё пару человек.

– Значит, прекрасная мисс Харрис прочно обосновалась в твоем сердце? – пробормотал Генри, и Рою показалось, что друг на миг нахмурился. – Хотя иначе ты не сделал бы ей предложение. Так?

Себастьян поморщился:

– Генри, выражаешься, как романтичная мисс. Никак не привыкну к этим твоим фразочкам!

– Я выражаюсь, как влюбленный мужчина, – вздохнул Генри Аристон, опираясь на трость. – С той минуты, как я увидел мисс Харрис, выходящей из экипажа у «Рога изобилия», мое сердце принадлежит ей. Я всегда восхищался этой милой девушкой, но, должен признать, о женитьбе на ней не думал, а сейчас… пожалуй, во всей Рейдалии нет девушки прекраснее и достойнее ее. Она околдовала меня. Я уже написал письмо отцу, жду его одобрения, чтобы сделать предложение мисс Харрис. Возможно, Белла выберет меня, Рой, а не тебя.

Себастьян усмехнулся и показательно закатил глаза. Аристон решил напугать его? Или предупредить? Но неожиданно ревность заворочалась с новой силой.

– Пока мисс Харрис ходила со скобами, ты так не считал, Генри.

– Не считал, – легко согласился Аристон. – Как и все мы. И ты в том числе, Себ, не делал мисс Харрис предложение. Все-таки, красота женщины для нас, мужчин, имеет большое значение.

– А когда к ней прилагается чистая, прекрасная душа, смесь получается взрывоопасной, – Крис Менфес скривил губы, а Рой напрягся, услышав последние слова, ввинчиваясь в Менфеса острым взглядом.

Взрывоопасная смесь?

Мог ли Менфес быть тем, кто заменил тренировочные бомбы? Мог желать смерти тем, с кем проучился почти семь лет бок о бок?

Что он знал о нем? Практически все.

«Бред! Крис не мог».

– Что так смотришь, Рой? – Кристофер в удивлении вскинул темные брови. – Соскучился? – тихо рассмеялся мужчина. – Или ревнуешь?

– Ревную? Крис, разве ты не помолвлен с мисс Милори? – медленно проговорил Себастьян. – Ты-то с какой целью заявился на Гросвер-роуд?

Менфес принял расслабленную позу.

– Помолвлен, Рой. Вы все об этом знаете. Так и я пришел не руку с сердцем предлагать мисс Харрис. Так, хотел немного прикоснуться к прекрасному. Например, мечтал увидеть мисс Харрис в окне. Возможно с невероятными распущенными волосами, которые напоминают чистое золото высшей пробы. Пока Белла не стала твоей невестой или чьей-то еще, имею право, что бы ты или Генри не говорили.

«Белла не станет моей невестой. Все игра».

«Не заигрался? – сразу царапнуло внутри. – Где ты настоящий, а где тот, кто нужен лорду Майклу Риду?»

Себастьян поднял голову и уставился на окно комнаты девушки. Сколько раз они с Кеннетом Дарлином вызывали Бель на помощь, отправляя магические вестники в это окно?.. Сколько раз его тянуло к этой изумительной нахалке, а потом он вновь резко забывал о своем интересе?.. И снова обращал на нее внимание через некотрое время.

«Как много загадок связано с вами, мисс Харрис, – вздохнул мужчина. – Вероятно, не зря лорд Рид заинтересовался вами».

Рой взглянул сначала на задумчивого Генри Аристона, затем на Криса, который мечтательно смотрел на окно Беллы, и проговорил:

– Господа, у меня к вам просьба.

– Просьба, сэр? Чтобы мы больше здесь не появлялись? – ухмыльнулся Менфес.

– Сегодня ночью между мной и Кеном состоится дуэль. Мне необходим секундант. Со стороны Дарлина будет Джереми. Кто-то из вас согласен выступить с моей стороны?

С Генри Аристона мигом сошла вся задумчивость, он с мрачным недоверием уставится на друга.

– Вы рехнулись, Рой⁈ Ты и Кен – лучшие друзья! – тихо воскликнул он.

– Дарлин вызвал меня, – пожал плечами Себастьян, взгляд оставался невозмутимым, хотя внутри него все кипело от того, что он разделял удивление и возмущение Аристона.

– Причину дуэли скажешь?

– По мнению Кена я оскорбил мисс Харрис. Больше ничего не могу сказать.

Аристон и Менфес хмуро переглянулись.

– Сам что думаешь на этот счет? Оскорбил или нет? Потому что, если ты, действительно, обидел Беллу, твоим секундантом я не стану, – сухо сообщил Аристон.

«Сам что думаю?» – На миг Себастьян завис размышляя. – «Обидел ли я Беллу? Судя по тому, что прочитал в её глазах, не обидел, может быть лишь вначале, и она точно желала продолжения. Если бы нам не помешали…»

– Ну? – Аристон ждал ответа.

– Думаю, Кеннет в своем праве. Я, действительно, совершил то, чего не стоило. Но…

– Но, судя по выражению твоей физиономии, ты не сожалеешь о содеянном, – задумчиво проговорил Менфес.

– Иногда мы ведем себя как безумцы и совершаем поступки, которые противоречат нашему обычному поведению. Например, под влиянием эмоций, которые затапливают, – сдержанно отозвался Себастьян. – Потом можно сожалеть или нет о содеянном. Я не сожалею, ты прав, Крис, хоть мне и нечем гордиться. Но не сожалею не потому что доволен тем, что совершил, а… в общем, по другой причине.

– Очень хочется вытрясти из тебя всю правду, но джентльмен не задает неудобных вопросов, да? – буркнул Аристон.

– Верно, Генри. Так ты согласен стать моим секундантом?

– Так ты всё же оскорбил мисс Беллу?

– Скорее, немного отомстил за её наглый плен. Но Кен воспринял мой поступок как оскорбление.

– Очень расплывчатый ответ, – недовольно заметил Аристон. – Но зная отношение Дарлинов к Бель, любое посягательство на нашу целительницу, даже самое незначительное, они воспримут близко к сердцу.

– Совершенно верно.

– Хорошо, я буду твоим секундантом, хотя, возможно, мне стоит самому начистить тебе физиономию?

Рой сверкнул глазами.

– Сможешь сделать это после дуэли, если решишься.

– А я приду посмотреть на бой века, – задумчиво проронил Крис Менфес.

– Дуэль не станет боем века, – спокойно ответил Себастьян. – До первой крови.

Глава 31

Две недели, проведенные в Харрис-Холле, стали для Беллы лучшим временем за последний сложный жизненный период.

Внутри семьи, чувствуя любовь, поддержку и восхищение, девушка смогла разобраться в своем истинном душевном состоянии. Большей частью из-за происходящего с ней и семьей она была, скорее, растеряна, а не напугана. С грустью Белла осознала необычайную привязанность к Джереми Дарлину и то, что никогда не осмелится встать между ним и его избранницей, хотя брак с Джереми стал бы выходом в той ситуации, в которой она находилась. Но Белла искренне считала, что поцелуй в карете случился под воздействием магии сирены, которая повлияла на обоих, и нельзя придавать ему большое значение.

Далее мисс Харрис пришла к выводу, что в объятиях Себастьяна Роя она испытала внезапное притяжение к мужчине, которое напугало ее, но опять же сделала вывод, что оно следствие новой магии. Как и признание в чувстве Кеннета Дарлина. И странное поведение Роберта Стена и Генри Аристона.

Белла дала себе слово, что по возвращении в Сент-Эдмундс изучит всю доступную информацию о сиренах, а изготовленный специально для нее амулет никогда не будет снимать.

Дни в Харрис-Холле проходили примерно одинаково. После завтрака и следующего за ним чаепития Белла с младшими сестрами с удобством устраивалась в гостиной, где сестры Харрис вышивали наволочки, салфетки и воротнички. Иногда вместо вышивания Белла читала сестрам сказки или они слушали арии в исполнении тети Мэри и Лилиан, которые каждый день радовали их новым музыкальным произведением.

Разговоры с матерью успокоили девушку, поддержка леди Валери и её желание дойти до королевы вызвали на глазах слезы. Однако Белла все же утаила от миссис Харрис недавно осознанную нежную сердечную привязанность к Джереми Дарлину, так как не хотела расстраивать маму, ведь та поймет, что дочь не может быть с тем, кто нравится и приятен.

Также Белла не осмелилась рассказать о двух поцелуях, один из которых случился с Джереми, второй с Себастьяном. Пыталась несколько раз, но что-то всегда её останавливало.

За время нахождения в имении Бэлла вылечила Ванессу и позаботилась о здоровье остальных членов семьи, что доставило целительнице немалое удовлетворение.

Крепкое здоровье родных позволило семейству Харрис устраивать пикники на природе, возле небольшого озера, где они мило проводили время. Правда, без мистера Харриса. Глава семейства обычно был занят и присоединялся к семье только во время традиционных чаепитий. Белла же подозревала, что отец избегал её, поскольку стыдился того, что случилось с семьей по его вине.

Несколько раз девушка пыталась поговорить с мистером Харрисом наедине и убедить, что она не сердится и понимает – он хотел, как лучше: мечтал обеспечить пятерых дочерей приличным приданым. Но отец все время придумывал причину, чтобы избежать разговора. Наблюдая за его бегающими глазами, трясущейся верхней губой, бледным лицом и ссутулившимися плечами девушка по-настоящему задумалась о том, любит ли её мать отца.

Раньше Белла не особо задумывалась об истинных отношениях между матерью и отцом, маленькой девочке казалось, что люди соединяют жизни и судьбы только по любви. Но сейчас, зная о браках по расчету, когда сама находилась в поиске мужа именно с корыстной целью, когда стала испытывать нежные чувства к молодому человеку, Белла неожиданно подумала о том, как слабохарактерный, мнительный, с заурядной внешностью отец смог увлечь её прекрасную маму. Заглядывая внутрь сердца, девушка с облегчением обнаружила, что её сердечная привязанность к отцу никуда не исчезла и не потускнела, но… неожиданно для себя она совершенно трезво увидела мистера Харриса.

Невольно Белла стала наблюдать за родителями и пришла к выводу, что те живут в отношениях приязни и взаимоуважения, но особой любви или нежности между ними она не заметила, что ее, конечно, расстроило. Кончик языка стал назойливо щекотать вопрос: «Ваша любовь просто прошла или её никогда не было?»

Традиционные для семьи чаепития случались два раза в день – за завтраком и после ужина. На кухне заваривали три фарфоровых чайника: с зеленым чаем «Черный порох» для мистера и миссис Харрис, с черным чаем «Бохи» – для младших мисс и с красным «Империал» – для Беллы, Лилиан и миссис Треверс.

Мистер Харрис, страстный поклонник «Черного пороха», за одно чаепитие выпивал обычно не меньше восьми-девяти чашек, чем каждый раз удивлял жену и дочерей. Потому что съедал мужчина с таким количеством чая лишь две небольших булочки с корицей.

Белла и ее сестры выпивали не больше двух чашек, поэтому, чтобы чем-то занять младших и тем самым наслаждаться семейным уютом, старшая мисс Харрис придумала развлечение, о котором как-то прочитала в журнале.

Вместе с сестрами Белла разрезала бумагу на длинные узкие полоски, которые затем девочки туго скручивали. После горничная приносила из кухни деревянные ящички, где обычно хранился чай, и с помощью клея сестры украшали их узорами из скрученной бумаги. В особом восторге находилась самая младшая Ванесса. Поскольку ящичков было несколько – под каждый вид чая – сестрам Харрис было чем заняться несколько дней подряд.

В дни пребывания в имении родителей первым мрачным моментом стал визит королевского артефактора мистера Эрика Нодрфолка, холодного и надменного мужчины.

Приезд этого человека озадачил мистера Харриса, но Белла решила не пугать отца новостью о магии сирены, поэтому объяснила визит артефактора совместным изготовлением целительных амулетов.

Истинную же причину появления мрачного мистера Нодрфолка, кроме Беллы, знали только миссис Харрис и мисс Лилиан.

Мистер Нодрфолк провел в Харрис-Холле всего один час. За это время с помощью артефакта он снял слепок с ауры Беллы, взял образец крови и уехал, отказавшись пообедать, сославшись на занятость, пообещав вернуться через неделю.

Вторым тяжким событием стал магический вестник, который Белла получила от подруг Киры и Доры Фост.

Магический вестник влетел в её окно на четвертый день пребывания в имении родителей. Подойдя к зависшему в комнате конверту, Белла протянула руку, размышляя о том, кому она понадобилась. Письмо плавно опустилось на узкую изящную ладонь девушки. Распечатав конверт, Белла с возрастающим беспокойством стала читать:

"Наша милая подруга!

Зачем же ты уехала в Харрис-Холл и ничего не сообщила нам с Дорой⁈ Мы приехали к леди Треверс в надежде увидеть тебя, чтобы поделиться ужасной новостью и узнать, что ты знаешь о причине того, что случилось, но, к нашему огорчению, горничная миссис Треверс сообщила о вашем отъезде в Харрис-Холл несколько дней назад.

Полагаю, ты должна знать о том, что встряхнуло сонный Сент-Эдмундс уже третий раз за последние несколько недель. Первый раз, как ты помнишь, случился после покушения на двадцать представителей высшей знати Вуффолка. Второй – это твое преображение, дорогая, о котором уже знает весь город.

А третий…

Мы с Дорой до сих пор не можем понять, как так произошло.

Но обо всем по порядку. Знаю, как ты не любишь, когда мы сумбурно что-то объясняем. Первое, что ты должна знать, это то, что Кеннет Дарлин и Себастьян Рой дрались на дуэли! Причину дуэли мы с Дорой не знаем, но ходят слухи, что она из-за женщины. Точно знаем, что дуэлянты договорились драться до первой крови, что неудивительно, ведь эти джентльмены все же лучшие друзья. Однако во время дуэли случилось странное…"

Белла прервала чтение письма. Её охватила мелкая противная дрожь, а внутри все сжалось в тугой комок беспокойства.

Целительница прикрыла глаза, отправила себе успокоительный импульс и через некоторое время продолжила чтение.

"… К удивлению присутствующих секундантов и наблюдателей, первая кровь не остановила дуэлянтов. Наоборот, они разошлись не на шутку и стали драться с таким остервенением, будто решили убить друг друга. Все, кто пытался вмешаться в поединок, получили такие удары и раны, что у некоторых наших общих друзей возникла угроза для жизни.

Кеннет и Себастьян уже истекали кровью, когда произошло ужасное и невероятное. До сих пор, вспоминая рассказ об этом, нас охватывает дрожь страха. Все, кто присутствовал в качестве секундантов и наблюдателей, вдруг набросились друг на друга. Если бы не появление лорда Рида и графа Вуффолка, неизвестно, чем бы все закончилось.

Никто так и не понял, что случилось. Многие из адептов снова попали в госпиталь Сент-Эдмундса. Идет расследование.

Знаем, что ты начнешь волноваться и переживать, поэтому сразу сообщаем, что все наши друзья живы и идут на поправку. В этот раз они пострадали не так сильно, как после взрыва. Лорд Рид и граф вовремя появились.

Вот такие мрачные и удивительные новости, дорогая Белла. Если хочешь понять, откуда мы все это знаем и соответствует ли текст письма реальным событиям, знай, что обо всем нам рассказала мисс Аристон, с которой мы встретились у Мадам. Кэтрин же о случившимся поведал её старший брат Генри, который обожает её и души в ней не чает, и её возлюбленный Джереми Дарлин, когда она навещала их в госпитале. Конечно, мужчины рассказали ей под большим секретом. Поэтому, думаю, мисс Аристон можно верить. Мы же знаем, что ты сохранишь втайне все, о чем мы написали тебе.

С нетерпением ждем твоего возвращения и нежно обнимаем.

Кира и Дора Фост".

* * *

После прочтения письма подруг первым порывом Беллы было немедленно выехать в Сент-Эдмундс. Она даже вскочила и заметалась по комнате. Но очень скоро мысль о том, что амулет для нее пока не готов, и мужчины снова начнут странно на нее реагировать, отрезвила девушку.

Белла решила отправить вестники Джереми или Кеннету Дарлинам и поинтересоваться их самочувствием. Немного подумав, девушка решила написать письмо и своей наставнице.

Однако перед чистым листом бумаги, на котором девушка собиралась написать послание графине, она долго сидела, колебалась и размышляла: «Я уверена, что Кеннет вызвал Роя на дуэль из-за меня. Леди Тинария и братья видели нас с Себастьяном в смотровой… Пресветлая! Сын графини вновь подвергся смертельной опасности, и в этот раз виновница этому я!»

Но через несколько минут Белла взяла себя в руки, растерянность и паника отступили, и она стала думать более трезво.

«И все же разве я виновна? – спрашивала она себя. – Я не провоцировала Роя и ничего не говорила Кеннету. Вероятно, Кен вызвал Роя ещё до моего признания о наследстве сирены. Мужчины решили драться до первой крови, но что-то случилось во время дуэли, очень похожее на магию внушения или… возможно, их отравили одним из видов порошка Торнвальда?»

Отбросив сомнения, Белла решительно написала:

"Дорогая леди Тинария,

пишу вам, потому что узнала о состоявшейся между Кеннетом и Себастьяном Роем дуэли.

Я безумно расстроена тем, что случилось. Подозреваю, что причиной дуэли стала сцена с моим участием в смотровой нашего госпиталя, и, если это так, то сожалею, что вы и ваши сыновья увидели то, за что мне до сих пор стыдно. Но вы помните, конечно, что Рой сжег вашу защиту на моей ауре, и магия сирены стала причиной того, что произошло.

Леди, я слышала, что все мужчины, пострадавшие во время дуэли, идут на поправку, поэтому не предлагаю помощь. Кроме того, я и не могу её предложить, так как лорд Рид заставил меня уехать в Харрис-Холл, пока не будет готов амулет. Возможно, вы забыли об этом ввиду последних событий.