Текст книги "Святоши «Синдиката» (ЛП)"

Автор книги: Натали Николь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

Глава 29

Деклан

Возвращаясь в гостиницу после долгой ночи в клубе, чувствую, как напряжение постепенно ослабевает. Для такого человека как я, у которого эмоции в десять раз сильнее, чем у других, это приводит к ужасному похмелью, и мне это нисколько не нравится.

Когда мы входим в лифт, я прислоняюсь спиной к стене и закрываю глаза, пытаясь унять надвигающуюся головную боль. Черт, мне бы сейчас не помешало что-нибудь выпить. Но, конечно, ничего не взял с собой. С тех пор, как в нашей жизни появилось солнышко, я не особо нуждался в этом дерьме. Но после того, как услышал, через какое дерьмо она прошла, мне захотелось сжечь весь мир. Я понимаю, почему Джованни не рассказывал о ее деле. Оно чертовски отвратительно. Но гарантирую, что если в досье есть имена, то Джио уже вышел на тропу молчаливой войны на уничтожение.

Маленькие руки обхватывают мою талию, а Бетани прижимается подбородком к моей груди. – Что случилось, Деклан? – Тревога отражается в ее великолепных глазах.

Вместо того, чтобы ответить, поднимаю ее на руки. Она обхватывает меня ногами за талию. Я прижимаюсь лбом к ее лбу и ободряюще улыбаюсь.

– Ничего, солнышко. Просто на мой вкус слишком много латинской музыки. Как ты танцевала под это дерьмо всю ночь – ума не приложу.

Она смеется прекрасным глубоким смехом, который освещает мою душу. Когда собираюсь поцеловать ее, лифт останавливается на нашем этаже. Бетани извивается, чтобы спуститься, но я крепко сжимаю ее полную попку.

– Хорошая попытка, солнышко.

– Я могу сама ходить, Деклан. Серьезно.

Она надувает полные губы, но я твердо решил ее нести. Одарив Бетани грязной ухмылкой, просто отвечаю: – Не скоро, солнышко. Как только мы войдем в комнату, тебя оттрахают так сильно, что ты и не успеешь понять, что с тобой произошло.

Бетани открывает от удивления рот, и член оживает в штанах, когда думаю, как она полными губами всасывает член до самого горло, как гребаный пылесос. Застонав, ускоряю шаг, желая быстрее добраться до конца коридора. Потому что мои порочные и дикие планы с нашей девушкой нужно осуществить быстрее, пока трение узких джинсов и давление ее тела не заставили меня преждевременно излить мой гребаный груз.

Мы подходим к двери, и я быстро достаю ключ-карту и провожу ею по двери. Понятия не имею, насколько отстали Джи и Син, да мне это и не интересно. Единственное, о чем думаю, – это войти как можно глубже в Бетани и услышать ее крики удовольствия.

Я даже не потрудился закрыть дверь. Оглядываясь вокруг в поисках лучшей поверхности, быстро замечаю стол в столовой и иду к нему. Как только опускаю ее задницу на стол, тут же прижимаюсь к ее губам. Я сейчас не в настроении разговаривать. Мне нужно трахнуть Бетани и забыться в удовольствии.

Проведя языком по ее губам, чувствую вкус вишневого блеска для губ, и гортанный стон срывается с моих губ, когда требую доступ к ее рту. Она быстро уступает, как и всегда. Необычные фруктовые коктейли, которые она пила, прекрасно сочетаются с ее обычной сладостью, и это разжигает мою похоть в десятки раз.

Я прерываю наш поцелуй и быстро стаскиваю с себя пиджак и срываю рубашку через голову, прежде чем взглянуть на ее платье. – Сколько еще таких платьев ты купил, Синклер? – спрашиваю я, чувствуя присутствие парней рядом со мной. Скорее всего, они наслаждаются шоу, прежде чем присоединиться к нему.

– По два каждого цвета, который ей понравился, а что?

Ухмыляясь, провожу пальцами по ее декольте, заставляя Бетани дрожать. – Тогда лучше закажи еще одно в этом цвете. – Затем быстро хватаю платье и разрываю его пополам, обнаруживая нашу красотку лишь в черных кружевных стрингах. – Твою мать, солнышко. Могла бы предупредить. – Я слышу позади себя согласные стоны парней. А также слышу, как они сбрасывают одежду, что вызывает у меня улыбку. – Ты готова к большой вечеринке, Бетани? Как только мы начнем, детка, это продлится всю ночь.

Наша сладкая девочка. Хотя за аквамариновыми глазами, полными вожделения, скрывается страх, она улыбается и тянется к пряжке моего ремня. Обхватывает меня руками за шею и ртом касается моего уха. Ее шепчущий голос посылает электрические разряды по моему телу: – Я думала, ты никогда не спросишь, малыш. – Затем берет в рот мочку моего уха и покусывает ее, пробуждая во мне дикого зверя.

Я отстраняюсь и укладываю ее обратно на стол. Потянув за разорванное платье, сдвигаю Бетани на край, так что ее задница едва свисает, и опускаюсь на колени.

Идеальный уровень для траха.

Стринги рву в клочья так же быстро, как и платье, и мне открывается чудесный вид. Не теряя времени даром, погружаюсь в любимую, закидывая ее ноги себе на плечо для лучшего доступа. Она выгибается дугой, когда начинаю лизать ее, и с ее губ срывается стон, который еще больше меня заводит. Когда собираюсь встать и прижать ее обратно, мою руку отдергивает один из парней.

Открыв глаза, чтобы оценить ситуацию, вижу, что Синклер и Джованни обнажены и стоят по обе стороны от извивающейся Бетани. Синклер, во всей своей доминантной манере, направляет ее властным голосом:

– Возьми наши члены, котенок.

Бетани стонет еще громче, и на язык мне выплескивается великолепная эссенция ее сущности, которую я жадно глотаю, но она быстро делает то, что он просит. Пока она использует их предэякулят, смазывая руки, меня посещает шальная мысль.

Я немного замедляю темп, чтобы дать ей небольшую передышку, пока она создает идеальный тандемный ритм поглаживания членов парней. Каждый из них берет одну из ее полных грудей и медленно начинает ее пощипывать и потягивать до безупречных твердых сосков. Дыхание Бетани становится все более прерывистым, поскольку мы все одновременно доводим ее до неистовства. Из нее вырываются слабые вскрики и глубокие стоны, которые подстегивают нас всех.

Когда вижу, что глаза парней начинают закрываться от ее ласк на их членах, поспешно встаю, стягивая при этом джинсы. Я хватаю Бетани за бедра и пристраиваюсь к ее влагалищу. Наблюдая за удивленными глазами любимой, просто ухмыляюсь и ввожу в нее член, доводя ее до сильного оргазма.

Она откидывает голову назад, и из горла вырывается крик наслаждения. Ее вагина сжимается и конвульсирует вокруг моего члена. Я стискиваю зубы и хриплю, чтобы не кончить, но не прекращаю сильные толчки в ее тугой спазмирующий жар. Парни в шоке смотрят, как Бетани сжимает их члены в крепких захватах, которые вызывают у них первые оргазмы за эту ночь.

«Твою мать!» и «Черт побери, Деклан!» – раздаются их глубокие голоса, наряду с другими непристойностями, бросаемые в мой адрес, пока я с гребаным восторгом наблюдаю, как грудь Бетани покрываются струйками спермы. Вся эта ситуация подливает масла в огонь моей потребности достичь оргазма.

Хватаю бедра Бетани покрепче и начинаю вбиваться в нее, как сумасшедший. Огонь в моем животе превращается в бушующее инферно, требуя выхода. Чувствуя, что яйца начинают у меня подтягиваться, ускоряюсь до бешенного и неистового темпа, и выкрикиваю: – Один. Из вас. Ущипните. Ее. За клитор! – Каждое слово подчеркивается жестоким толчком.

Перед тем, как глаза начали закатываться от охренительного удовольствия, вижу, как Джи ласкает ее клитор в моем бешеном темпе, а Синклер захватывает ее соски. Наше милое солнышко мотает головой из стороны в сторону, а Синклер воркует над ней.

– Кончи для нас, котенок.

Они одновременно щиплют ее клитор и соски, а Джи быстро сует палец в рот, смачивая его, а затем торопливо тянется к моей заднице. Я чувствую, как в течение жаркой секунды он прощупывает пальцем мой зад, затем быстро вводит его в «страну обетованную» и изгибает, ударяя по моей простате.

Я напрягаюсь и делаю последний толчок в Бетани, оргазм полностью овладевает мной.

– Черт, черт, ЧЕРТ! – Это все, что срывается с моих губ, прежде чем всё превращается в белую дымку, а голова откидывается назад.

Бетани так крепко сжимает мой набухающий член, что не могу пошевелиться, даже если бы захотел. Ослепительное удовольствие проносится по моему телу. Взрыв глубоко внутри нее – это чувство, которое не сравнится ни с чем другим в этом мире.

Я словно на другой планете: электричество проходит через мое тело, а член продолжает дергаться в ней, посылая покалывающие ощущения по всему телу. Кажется, что минует целая вечность, прежде чем начинаю приходить в себя. Еще до того, как мое зрение полностью прояснилось, я медленно начинаю выходить из Бетани. В момент, когда вывожу головку члена из нее и по мне пробегается последний импульс, колени подкашиваются, и я падаю на пол бескостной кучей.

Мое дыхание прерывисто, я быстро моргаю, пытаясь вернуть зрение. Спустя время, я, наконец-таки, в состоянии увидеть полный масштаб моего хаоса, вызванного сексом.

Бетани все еще лежит на столе, ее ноги свисают. Джованни склонился над столом, но я могу различить смутные движения, когда он гладит ее волосы, которые ниспадают вокруг нее, как у темного сексуального ангела. Когда, наконец, смотрю на Синклера, не могу удержаться от смеха. Этот ворчливый ублюдок сидит на стуле и хмуро глядит на меня.

– Что? – еле слышно произношу я. Господи, мне нужна вода.

Он продолжает хмуро отчитывать меня. – Ты, знаешь что, мудак. Что это было?

Одарив его не менее устрашающим взглядом, я даю ему все основания, которые он должен знать. – Ты прекрасно знаешь, что это было.

Изучая меня, он просто кивает, а затем переводит взгляд на Бетани. Он что-то говорит ей, но я его уже не слышу.

Снова закрыв глаза, сосредотачиваюсь на стабилизации сердечного ритма и дыхания. Хотя мог ничего не говорить, он точно знал, почему я сделал это.

После всего, что произошло ранее, я очень близко подошел к опасности впасть в одну из своих глубоких депрессий, когда полностью терял контроль над своей жизнью в помутнении из-за наркотиков и алкоголя. Иногда на день или два, достаточно долго, чтобы забыть обо всем. В других случаях депрессия длилась пару недель, как, например, когда узнал в прошлом году, что у моей мамы рак. Она до сих пор сидит дома и «борется» с ним, как храбрый воин. А на самом деле гуляет со своей компанией и редко ходит на лечение. Она говорит, что слишком красива для рака и просто его игнорирует. Но каждый раз, когда меня благословляет ее колдовское присутствие, я вижу, как рак постепенно ее съедает.

Моя мама раньше никогда не была такой. Мой отец был самым верным из отцов, пока мама не сорвалась на одном из своих побегов. После этого он превратился в откровенного трахаря, а она медленно превратилась в мега-стерву. Женщина, на которую я всегда мог рассчитывать, когда мой отец становился слишком грубым, постепенно перестала заботиться обо мне, пока я не превратился в «пофигиста».

Я всегда любил маму и тяжело воспринял ее диагноз. Парни нашли меня в плохом районе Кабо, когда я нюхал что-то с сиськи стриптизерши. Я был в такой отключке, что даже не знал, как меня зовут. Очевидно, я потерял сознание, меня рвало весь полет домой, и очнулся в нашей медицинской палате с несколькими капельницами, поддерживающими жизнь тупицы.

С тех пор я так не делал, но сегодня был на грани саморазрушения. Услышав признание Джованни о жизни Бетани, понял, что если бы я не оторвался на полную катушку так, как хотел, то выпил бы весь бар в номере до суха, а потом пошел бы буянить.

Итак, либо безумная быстрая вечеринка, чтобы удержать меня на земле, либо нелепый загул. Я выбрал первое, и Синклер может засунуть фаллоимитатор себе в задницу, мне пофиг.

Наконец-то, успокоившись, открываю глаза. На меня глядит мое солнышко. Ее волосы растрепались, макияж немного размазался, но она все еще самое прекрасное творение, на которое я когда-либо смотрел.

– Как ты себя чувствуешь, солнышко? – спрашиваю я с широкой улыбкой, надеясь добиться достойной реакции хотя бы от одного из них.

Когда она одаривает меня быстрой, но милой улыбкой, понимаю, что выиграл битву. – Ты трахнул меня до потери сознания, Деклан.

Я смеюсь, Джованни фыркает, а Синклер лишь усмехается.

– Котенок, это было только начало. Давай вызовем обслуживание номеров для заправки перед вторым раундом.

У Бетани отпадает челюсть, и ее глаза становятся круглыми, когда она смотрит на Синклера. – Второй раунд?

Вставая, я ухмыляюсь ее реакции. – Я ведь говорил тебе, солнышко. Мы будем заниматься этим всю долбаную ночь напролет.

Глава 30

Бетани

Похотливые самцы. Я живу с похотливыми самцами.

Спустя двадцать минут после того, как Синклер заказал половину чертова меню, вошли двое мужчин с огромными тележками, полными закусок, блюд и прохладительных напитков. Пока я просто перекусывала разными вкусняшками, у парней были большие стейки с разнообразными гарнирами. Как они умудряются съесть столько еды и при этом выглядеть, как боги, от которых текут слюнки, я никогда не узнаю. Если бы я так ела, моя задница была бы в два раза больше, чем сейчас.

Сейчас мы все просто лежим на большой кровати и смотрим фильм, но прошло совсем немного времени, прежде чем парни начали свое поддразнивание.

Я лежу на груди Синклера между его ног, Джованни – между моими, а Деклан лежит лицом к изножью кровати. Но, конечно, он все равно должен иметь контакт со мной, нежно касаясь рукой моей ноги.

Синклер медленно начинает массировать мои плечи большими руками. – Это потрясающее. Пожалуйста, не останавливайся, – шепчу я, тяжело дыша, когда его большие пальцы оказывают достаточное давление между лопатками, чтобы мое тело воспламенилось. Он только усмехается и продолжает, а я откидываю голову назад и закрываю глаза.

Я смутно осознаю, что Деклан отодвигается от кровати, но глаза не открываю до тех пор, пока Джованни не смещается, переворачиваясь лицом ко мне. Бросив на него взгляд, я спрашиваю: – Что ты делаешь, мистер? Он только мило улыбается и начинает целовать мои бедра, двигаясь вверх по одной стороне и вниз по другой, но не касаясь лобка. Когда доходит до нижней части моей левой ноги, то переключается на правую. Когда думаю, что Джованни собирается снова их поцеловать, он переключается на нежные щипки, от которых я чуть не подпрыгиваю. – Чертова дразнилка, – стону я, но Синклер притягивает меня обратно к груди.

Его хрипловатый голос звучит у меня над ухом. – Будь хорошим котенком и не дергайся. Позволь Джи попробовать эту сладкую киску, с которой все еще капает сперма Деклана. – Его голос. Черт. Его голос и грязные словечки мгновенно вызывают во мне похоть. Хныча, я просто киваю. Укус и глубокий засос на моей шее заставляют меня застонать. – Хорошая девочка. Всегда готова порадовать нас.

– Всегда, папочка.

Я ухмыляюсь глубокому рыку Синклера на мое ехидное замечание. Он любит, когда я так его называю. Это превращает его в зверя в самом лучшем смысле этого слова, и я получаю дополнительное удовольствие и боль на следующий день.

Джованни шлепает ладонью по моему клитору, ругая меня: – Не дразни, Tesoro.

Шок от его шлепка заставляет меня напрячься, и я едва сдерживаюсь, чтобы не схватить его за голову и не зажать между бедер. – Прости, – выдавливаю из себя. Не столько для того, чтобы подчиниться, сколько потому что я чертовски возбуждена, и если эти парни не начнут прикасаться ко мне, сойду с ума.

Деклан бросает какие-то вещи на кровать и забирается обратно. Я не успеваю рассмотреть, что это, как он снова оказывается передо мной. Он голый и твердый, как черт, а его пирсинг уже блестит от капельки предэякулята. Я облизываю губы, предвкушая вкус.

– Видишь то, что тебе нравится, солнышко? – Его дерзкий тон заставляет меня поднять взгляд на серо-голубые глаза, и, как обычно, меня завораживают клубящиеся оттенки и тайна, скрывающаяся за ними.

Понимая, к чему все это ведет, моя кожа покрывается мурашками, дыхание сбивается, а из влагалища течет все больше и сильнее. Каждый их вздох или прикосновение перьев заставляет мое тело гореть.

– Пожалуйста, прикоснись ко мне. Ты мне нужен. Весь ты.

Они едва коснулись меня, а я уже умоляю. Но мне даже на этот раз наплевать. Обычно я не против их поддразниваний, но видя хищные взгляды в их глазах от того, как сильно они все хотят обладать мной одновременно, бросаю всю осторожность на ветер. Сейчас я даже не уверена в схемах, и мне все равно.

– Что ты хочешь от нас, котенок?

Я собираюсь ответить, но совершенно ничего не понимаю, когда чувствую, как пальцы Джованни обводят мой вход, а затем погружаются внутрь и кружат вокруг. Я снова откидываюсь назад к Синклеру, так как мои мысли путаются. Чувствую два пальца, затем третий, когда он растягивает меня еще больше, и я не могу контролировать рывки своих бедер, которые пытаются оседлать его руку.

– Котенок, ответь мне. – Его требовательный тон возвращает меня на эту планету ровно на столько, чтобы я смогла составить полусвязное предложение.

– В-всех вас. Как бы вы меня ни хотели. – Я стону, чувствуя, как Джованни вводит в меня четвертый палец до костяшек. – Трахни меня. Пожалуйста.

Слова перестают существовать, когда Синклер прижимается губами к моим. Он рычит, и я открываюсь навстречу его пещерному требованию. Наши языки на мгновение переплетаются, прежде чем он отрывается от меня. – Черт, ты на вкус как рай.

Моя безразмерная футболка срывается, когда Деклан прокладывает себе путь вверх по моему телу. Он начинает с поцелуя моего клитора, чуть выше того места, где Джованни работает с моим влагалищем, как будто это олимпийский вид спорта. Он медленно поднимается вверх, пока ртом не накрывает одну грудь, покусывая и посасывая ее, в то время как другая рука работает со второй грудью. Он массирует ее в своем огромном захвате, затем быстро щипает мой сосок, что посылает импульсы в мое лоно, сжимая руку Джованни. – Черт, ты такая тугая, Tesoro.

Я крепко обхватываю за шею Синклера, притягиваю его к себе, чтобы поцеловать. Легкая боль заставляет его массивный член дергаться у моей задницы. Я стону ему в рот, и он жадно глотает мои стоны, пока подстраиваю свои ноги, чтобы одновременно толкаться на его члене и руках Джованни.

Я слегка отодвигаюсь, почувствовав потерю рук Джованни, но он быстро заменяет их своим языком, проникающим глубоко внутрь меня. Когда он проводит языком, я чувствую, как его пирсинг бьет по моей точке g.

Я так поглощена тем, что меня пожирают эти боги секса, которых называю своими парнями, что едва замечаю руку Джованни, прощупывающую мою задницу. Легкий щипок заставляет меня дернуться, но Синклер кладет руку мне на живот, чтобы удержать меня на месте, а Деклан отрывается от моего соска, чтобы заговорить.

– Расслабься, солнышко. Позволь Джи расслабить тебя для своего члена.

При этих словах у меня округлились глаза. О, черт возьми, он серьезно? Видимо, он заметил мой шок, потому что одаряет меня сексуальной, блудливой улыбкой.

– Обещаю, солнышко. Мы не причиним тебе вреда. Ты ведь нам доверяешь?

Несмотря на то, что я все еще прижимаюсь губами к Синклеру, мне удается кивнуть. Деклан улыбается, целует меня в щеку и снова ныряет к моей груди, как изголодавшийся мужчина.

Мое внимание отвлекает вторжение Джованни, когда все они начинают работать в идеальном тандеме в быстром темпе, доводя мое тело до новых высот наслаждения. Язык Джованни в карательном темпе совершает круговые движения в моем влагалище, а пальцами находит мой клитор и кружит им снова и снова. Деклан кусает, сосет, щиплет и выкручивает мои груди, превращая их в восхитительно ноющие бугорки. Синклер контролирует мою голову, держа волосы в захвате так, что причиняет легкую боль, и я выдаю все лепетные звуки, которые могу ему дать, пока его губы и язык контролируют мой рот.

Напряжение в моем теле затягивается все туже и туже, как резинка, которая готова разорваться на триллион кусочков. Огонь пылает в моем животе, как бушующее инферно.

Два хорошо смазанных пальца Джованни снова нащупывают мой задний проход, но вместо того, чтобы сопротивляться, я приветствую это. Когда два пальца начинают растягивать меня, сыплю проклятьями. Я совершенно ослеплена грузовым поездом, который является моим оргазмом, когда Джованни засовывает глубоко… оба пальца. Я откидываю голову назад, Синклер держит меня, и кричу в чистом экстазе, пока мои легкие не сгорают от недостатка кислорода.

Мир вокруг потемнел, мое тело извивается от переизбытка ощущений. Становится невесомым, и, клянусь, я чувствую, как душа покидает меня, чтобы просто парить на безумном облаке неизвестности.

Я даже не знаю, сколько времени прошло, прежде чем смогла хоть отдаленно понять, что меня окружает. Глубокий гул вокруг меня заставляет меня стонать от чрезмерной чувствительности. Каждое движение вызывает покалывание, которое кажется удивительным и странным одновременно.

Один из их голосов заставляет меня моргнуть в недоумении, пока я не могу восстановить фокус. – Святое гребаное дерьмо. Ты обрызгала его лицо!

Когда наклоняю голову, то вижу, что тот, кто это сказал, прав. С нижней половины лица Джованни капает влага от моего взрывного оргазма. Моя челюсть отвисает при виде этого зрелища.

– О черт, – бормочу я.

Джованни улыбается. – Я и не знал, что ты любитель сквирта, Tesoro. – Он замолкает, проведя пальцем по своему лицу, а затем засовывает палец в рот, чтобы обсосать его. – Ммм… чертовски вкусно.

Я краснею от его грубых слов и действий. – Гребаные пещерные люди, – бормочу я, закрывая глаза, чтобы еще больше погрузиться в чудесную дымку экстаза, пронизывающую меня.

– Может быть. Но мы твои пещерные люди, солнышко.

Я фыркаю на замечание Деклана, но пренебрежительно машу на них рукой.

– Да, да.

Сильные руки хватают меня, поднимают и поворачивают, пока я не оказываюсь на Синклере. – Хорошая попытка, котенок. Веселье еще не закончилось. – Он ухмыляется, перемещая руки на мою талию, чтобы прижать меня к его эрекции. Он двигает меня вверх и вниз по своему массивному члену, прежде чем чувствую головку его пронзенного члена напротив своего входа.

После того последнего оргазма я не думала, что могу быть готова к большему. Но когда чувствую легкое покачивание его бедер, чтобы дразняще прощупать меня, мое тело снова вспыхивает.

Медленно отталкиваясь, я осторожно опускаюсь вниз, пока его член не оказывается полностью во мне, а его головка доставляет немного болезненный, но желанный дискомфорт моему лону. Синклер откидывает голову назад, а я, используя мышцы, сжимаю его как можно крепче.

– Черт, котенок, как ты всегда чувствуешься такой чертовски тугой.

Даже не потрудившись ответить, я опускаю руки на его плечи и медленно вращаю бедрами в восьмерке. Его хватка крепнет по мере того, как он двигает меня, так что мы оказываемся почти идеально грудь в грудь.

Синклер ритмично врывается в меня, когда опускаюсь обратно, вызывая спазм вокруг него. В нашем собственном маленьком пузыре мой взгляд прикован к его властным изумрудным глазам. У Синклера есть уникальный способ заставить меня почувствовать, что весь остальной мир не имеет значения. Все отходит на второй план, пока он не будет готов впустить это в себя.

Хотя большую часть времени в нем таится ненависть к себе и к его требовательному, контролирующему, обсессивному способу правления с железным кулаком, в такие моменты я абсолютно его люблю. Мое ужасное прошлое не угрожает сломить меня. Неприятные комментарии не проносятся в моей голове, угрожая разрушить мою с таким трудом заработанную уверенность в себе. Мысли замолкают самым замечательным образом.

Сзади меня появляется вторая пара рук, массируя мою попку. Потом третья пара отвлекает мое внимание, пока не понимаю, что это Деклан со своим сексуальным татуированным и пирсингованным телом требует моего внимания. – Ты чертовски совершенна, солнышко. Но через секунду ты будешь выглядеть еще лучше.

Мой ритм немного сбивается при звуке открывающейся бутылки за спиной. Я хочу посмотреть, но Деклан не дает мне этого сделать. – Сосредоточься на мне, солнышко. На секундочку будет больно, но скоро ты будешь чувствовать только удовольствие.

Джованни целует меня в местечко между плечом и шеей, а затем вставляет скользкую головку члена между моими ягодицами.

– Прижми ее немного ниже и раздвинь ее попку для меня, – ворчит Джованни.

Деклан приспосабливается так, чтобы лечь на бок рядом с Синклером, и прижимает меня к себе. Синклер раздвигают мои ягодицы, а Джованни начинают скользить внутрь двумя пальцами снова и снова, пока не добавляет к ним третий. От легкого растяжения я слегка вздрагиваю, но Деклан целует меня, пока не перестаю замечать неприятные ощущения.

Его язык встречается с моим, и я теряюсь от вкуса виски и его самого. Это изысканно и полностью притягивает мое внимание к нему. Вскоре я начинаю контролировать свое тело и скакать на члене Синклера и пальцах Джованни. Волны удовольствия прокатываются через меня, когда дополнительное давление пальцев Джованни создает новое трение внутри меня.

– Думаю, она готова, Джио. Дай нашей жадной девочке свой член, – раздается рокочущий голос Синклера.

Я хнычу в рот Деклану из-за потери пальцев Джованни, но пустота быстро сменяется чувством жжения, когда его смазанный член медленно начинает заменять пальцы. От сильного давления у меня расширяются глаза, и тело сжимается от чужеродного вторжения.

– Черт, Tesoro. Впусти меня, детка.

Слезы наполняют мои глаза, когда он двигается и проникает еще немного дальше. – Больно, Джованни. – Мой голос слегка ломается в конце. Я хочу быть в состоянии впустить его, но у парней такие толстые и длинные члены, что не представляю, как это может произойти.

– Котенок, – доносится до меня строгий голос Синклера, и я смотрю на него. Его гипнотический взгляд завораживает меня. – Ты примешь член Джованни, как хорошая девочка. Ты позволишь нам заполнить каждую жадную дырочку, и мы будем трахать твое шикарное тело, пока с него не будет капать наша сперма в течение недели.

От этих грязных слов я слегка откидываюсь назад, прижимаясь к груди Джованни, и от этого движения он втягивается в меня еще больше. Дыхание сбивается, и я чувствую, как резко поднимается и опускается моя грудь. Чья-то рука прокладывает себе путь по животу к моему клитору. Я трепещу вокруг Синклера и Джованни, и их злобные рыки добавляют удовольствия.

Я стону, когда Джованни осторожно проталкивается в меня до упора, а его бедра опускаются вровень с моей попкой, и это вызывает стон у всех парней.

– Такая чертовски тугая, Tesoro, – резко шепчет Джованни мне на ухо. Это эротично и непристойно, и я перегружена осознанием всего: насколько им не все равно, как они делают все возможное, чтобы защитить меня, и как они удивили меня эпическими выходными, закончившимся намеренным притязанием на меня. Разумом, телом и душой эти наглые, эгоистичные, безжалостные мужчины владеют мной. Безвозвратно и с таким изяществом, которого я никогда не ожидала. Они проложили себе путь в мою жизнь, перевернув ее с ног на голову, только для того, чтобы переписать ее своими именами в клятве на крови, которую никогда не отменить.

Я даже не понимаю, что начала плакать, пока Деклан не облизал языком мою щеку, смакуя соленые слезы, скатившиеся каскадом.

– Все в порядке, солнышко? – В его голосе слышится беспокойство, когда он продолжает: – Мы можем остановиться, если это слишком для тебя.

Быстро встряхнув головой, я выкинула все мысли из головы, глядя на мужчин, которые, несомненно, украли мое сердце. Разорвали на три идеальных кусочка, каждый из которых имеет свой, который я никогда не захочу вернуть.

– Нет. Боже, нет. Пожалуйста, не останавливайся. – Я замолкаю, вдыхая и выдыхая для следующей части. Открыв глаза, с решимостью произношу: – Трахните меня, как будто я принадлежу вам. Трахните меня так, будто собираетесь уничтожить меня. Я не хочу, чтобы кто-то из вас сдерживался. Отдайте мне все, что можете. Отдайте мне свое худшее. Я хочу все.

Я подтверждаю решимость своего заявления, прижимаясь к Джованни и Синклеру и одновременно беря член Деклана в руку и сильно его подрачиваю. Звуки, которые они издают, как музыка для моих ушей, но у меня есть еще одна просьба.

– Еще одна просьба… – Я замолкаю в неуверенности.

Джованни обхватывает меня руками и ласкает мою грудь, мягко отстраняясь и толкаясь. Движение напоминает мне о полной заполненности, и я стону от того, что всего минуту назад меня пронзала боль. Но сейчас? Святое дерьмо, это так чертовски приятно. Намного лучше, чем пробки, которые Синклер любит использовать, особенно если я плохо себя вела.

– Какая, Tesoro? – Мягкий и сладкий голос Джованни скользит по мне, возвращая меня к моей просьбе. Его медленные томные толчки не прекращаются, что мешает сосредоточиться.

– Я… я… хочу отсосать у Деклана, а потом хочу, чтобы Деклан трахнул тебя, пока ты трахаешь меня, Джованни. – Он замирает, а член Деклана дергается в моей руке. Синклер подрагивает подо мной, отчего его пирсинг щелкает по моему лону, и я прикусываю губу, чтобы заглушить звук.

– Ты уверена, котенок? – в его голосе слышится беспокойство.

Опустив взгляд на зеленые омуты, я киваю. – Уверена. Это касается как моего удовольствия, так и твоего. И я не собираюсь отрицать, что они бисексуалы. Это нечестно по отношению к ним. И точка. Это мое правило, чтобы мы все были вместе вот так.

Он пристально смотрит, но кивает. – Справедливо, котенок. Теперь хватит болтать. Я умру нахер, если не трахну тебя.

Я смеюсь, пока он не упирается бедрами в мои, и мой смех затихает, мгновенно сменяясь стоном.

Синклер и Джованни оба начинают входить и выходить из меня в мучительно четком темпе. В то время как Джованни врезается в меня, глубоко погружаясь в мою задницу, Синклер вытаскивает до головки и затем делает то же самое с грубой силой, которая потрясает меня до глубины души. Я чувствую интенсивную полноту, когда их члены попадают в сладкую точку во мне, проникая друг в друга. Я превращаюсь в кричащий беспорядок в считанные минуты, абсолютно влюбленная в безумный поток, проходящий через мое тело от этих доминирующих мужчин и их стремления довести мое тело до высот наслаждения, которые никогда не считала возможными.

Почувствовав, как кто-то сдвинулся на кровати, я немного успокоилась от нахлынувшей на меня похоти. Как, черт возьми, я забыла о Деклане? Пока Синклер и Джованни продолжают свои карающие толчки, в моей голове загорается лампочка. Эти двое – как я о них забыла?

– Черт, Дек? – требует Синклер, крепче сжимая мои бедра.

Завтра у меня появятся синяки, но мне все равно. Им нравится видеть свои отметины на мне, и, если честно, мне тоже. Когда их глаза вспыхивают защитным вожделением, это подстегивает меня, поэтому я тоже помечаю их.

– Отвали, Син. Только на несколько минут.