Текст книги "Крутящий момент (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Соавторы: Семен Гражданцев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Ник увидел меня, поздоровался, и мы вместе вошли в кабинет. Его огромный коллега кивнул и прошел к своему столу, а Касселс повернулся ко мне и спросил:

– Ну что, как оно?

Я задумался. После той погони за фурой и последнего похода в бар я мог назвать Ника если не другом, то, по меньшей мере, приятелем. Возможно, имеет смысл попробовать попросить его о помощи вместе с Филлмором.

Я бросил взгляд на стол Билла – коллега уже был на месте с извечным бумажным стаканчиком в руке. Так что я повернулся к Касселсу и сказал:

– Если есть минутка – пойдем со мной, расскажу вам с Биллом вместе, иначе до брифинга не успею дважды пересказать.

Он пожал плечами и действительно пошел за мной. Билл встретил нас неоднозначным взглядом. Ну как нас, в основном Ника. Ну да, он ведь не знает о нем то, что знаю я, и все еще думает, что тот работает на картель. Надо будет ему при случае все рассказать.

Тем не менее, Филлмор поставил стаканчик на стол и по очереди пожал нам руки:

– Майк, Ник.

– Привет, Билл, – поздоровался я в ответ, присел на край свободного стола рядом и обвел детективов взглядом. – Парни, у меня есть интересное дело.

За следующие десять минут я, как мог подробно, пересказал им все, что вчера узнал. Закончил уже сегодняшними событиями:

– Так что от Спронга содействия можно не ждать. Поэтому мне, весьма вероятно, понадобится помощь в этом деле. Как вы смотрите на то, чтобы прижать несколько стритрейсеров и попробовать раскрутить цепочку до самого организатора вместе со мной? – спросил я и, немного подумав, решил добавить немного мотивации. – Думаю, если выгорит, можно будет снова премии за раскрытие получить.

Касселс неожиданно воодушевленно ответил:

– А что, звучит перспективно. Да и интересно, черт возьми – нелегальные гонки, таинственный организатор… Я в деле!

Я даже удивился тому, как легко он согласился – я, вообще-то, не особо на него рассчитывал.

Но, похоже, сегодня не было суждено сбыться вообще ничему из того, на что я рассчитывал. Потому что Билл со скепсисом во взгляде посмотрел на Ника и сказал:

– Знаешь, Майк, я слишком стар для погонь за подростками на спорткарах. Да и машина у меня не предназначена для этого. И вообще, гонки – это юрисдикция отдела транспорта. Так что я, пожалуй, пас – у меня и без этого хватает работы, – он указал рукой на лежащие на столе папки с документами.

Я не ожидал от него отказа и не понимал, то ли он правда не хотел заниматься гонками, то ли просто не желал связываться с Ником. Но делать было нечего, так что я кивнул.

– Хорошо, Билл, я тебя понял, – сказал я и повернулся к Нику, но сказать уже ничего не успел – в кабинет вошел Спронг с пачкой документов. Касселс кивнул мне, мол, потом обсудим подробнее, и отправился за свой стол.

Я тоже сел и принялся слушать Спронга. Начало брифинга прошло штатно, а вот когда настал момент раздачи новых дел, он внезапно повернулся ко мне и сказал:

– Детектив Соко, угон на Сто Одиннадцатой, недалеко от пересечения с Грейам.

Он взял самый верхний лист в стопке, подошел и положил его мне на стол. Посмотрел мне в глаза долгим взглядом. Кажется, решил занять меня делом после того, что я рассказал ему утром.

Я поднял документ, вчитался в содержимое и не смог сдержать улыбки – в графе «модель автомобиля» значилось «Понтиак Файрберд» в модификации «Транс Ам». С объемом двигателя семь с половиной литров.

Глава 10

Я не знал, был ли это намек от Спронга, или все действительно просто так удачно сложилось, но лейтенант поручил мне расследовать угон еще одного маслкара. Да еще какого – если верить документам, этот «Файрберд» семьдесят третьего года был просто пулей. Двигатель объемом семь с половиной литров и заявленной мощностью в 290 лошадиных сил должен выдавать нехилую скорость даже в заводском исполнении. А учитывая огромный объем, его наверняка можно еще и модифицировать, превратив в настоящий гоночный болид. Очень сомневаюсь, что это просто совпадение.

Касселсу тоже досталось какое-то срочное дело, так что мы просто кивнули друг другу и разъехались каждый в свою сторону, молчаливо условившись обсудить наш вопрос позже.

До адреса угона в родном Южном Централе я добрался за двадцать минут с учетом утренних пробок. Владелец уже ждал меня на тротуаре возле дома. Им оказался высокий прилично одетый белый мужчина чуть за тридцать с красными глазами и отекшим лицом. Увидев, что я остановился напротив его дома, он сам подошел ко мне и спросил:

– Детектив?

– Детектив Соко, семьдесят седьмой участок, – ответил я, едва успев выбраться из машины.

– Наконец-то вы здесь. Детектив, кто-то угнал мою машину! – он не кричал, но явно очень нервничал, постоянно касался переносицы, словно поправлял несуществующие очки. – Я приехал домой ночью, а утром ее уже не было!

– Когда именно вы обнаружили пропажу? – начал я стандартный опрос.

– Сегодня в шесть утра. Я приехал в половине третьего ночи с вечеринки, поставил машину у дома. Утром проснулся на работу, а машины уже не было! – он начал ходить туда-сюда, разворачиваясь через каждые три шага. Это неимоверно бесило, но одергивать его я пока не стал – он и так весь на нервах, не хватало еще, чтобы он утратил возможность адекватно отвечать на вопросы.

– Пожалуйста, опишите машину, – попросил я.

– Белый «Понтиак Файрберд Транс Ам» тысяча девятьсот семьдесят третьего года в музейном состоянии. В родной окраске, без единого скола. С оригинальной синей наклейкой в виде феникса на капоте.

Я присвистнул про себя: тачка действительно крутая, но при этом настолько редкая, что совершенно непонятно, что угонщики собираются с ней делать. Вряд ли в штате найдется еще хотя бы пять машин, подходящих под это описание. Стоит ей появиться на улице – ее заметит первый же патрульный. Чтобы использовать ее – придется перекрашивать, по меньшей мере.

– Есть еще какие-то особые приметы? – уточнил я.

Владелец посмотрел на меня, как на имбецила.

– Детектив, эта машина – одна большая особая примета. Второго такого «Файрберда» в подобном состоянии в Лос-Анджелесе не найти. У нее даже кожа на водительском сиденье не протерта, – он полез в карман и что-то достал оттуда. – Вот, возьмите.

Он протянул мне фотографию, где сам был запечатлен на фоне машины. Ну да, действительно узнаваемая – белоснежная, с огромным капотом и необычными круглыми фарами, утопленными в квадратные ниши в крыльях. На капоте – стилизованное изображение птицы в сине-черных цветах. Такую действительно невозможно не заметить.

– Спасибо, – поблагодарил я и взял фотографию. – Никого подозрительного возле дома в последнее время не замечали?

– Нет, детектив, я никого не видел, – сокрушенно покачал он головой.

– Ладно, – ответил я. – Не переживайте, мы приложим все силы, чтобы найти вашу машину.

– Пожалуйста, постарайтесь, – вдруг искренне попросил он. – Я вложил в мою малышку все деньги и время, что у меня были. Второй такой в мире нет.

Я кивнул и сел в машину. Завел двигатель, поехал по району, осматривая улицы. Чем черт не шутит, вдруг повезет, как с тем «Ниссаном».

На самом деле, шансов на подобное везение практически не было. Поэтому я ехал и сосредоточенно размышлял. Если это хорошо спланированный угон под заказ, то машина прямо сейчас либо перекрашивается где-нибудь в тихой мастерской, либо едет в закрытом автовозе в другой штат. Говорить об этом вслух в отделе не принято, но вообще-то, раскрыть одиночный хорошо спланированный угон практически невозможно – шанс на это не больше пары процентов.

Однако, если чуйка меня не подводит, в этот раз ситуация другая. Если машину действительно угнали для участия в гонках – она сейчас где-то в городе, а может, даже все еще где-то в Южном Централе. Значит, нужно искать тех, кто мог ее видеть. И можно было бы, конечно, идти и опрашивать соседей, но у меня была идея получше.

Я резко свернул налево и отправился на восток. Полчаса пути по району с привычной одноэтажной застройкой, и я остановился у маленького ломбарда на углу Лонг Бич и бульвара Сентри. Именно здесь я обычно узнавал самые свежие слухи Южного Централа.

Я вошел – ломбард уже вовсю работал. За прилавком меня встретил невысокий латинос лет сорока пяти в оранжевой рубашке с коротким рукавом, заметными залысинами в темных волосах и забавными усами, похожими на толстую мохнатую гусеницу. Он увидел меня, и, судя по лицу, его настроение сразу испортилось.

С Энрике я, вернее Соко, был знаком давно, еще с тех пор, как он сдуру взял в залог угнанную машину с кое-как подделанными документами, а Майк поймал его за руку. С тех пор он периодически сообщал детективу оперативную информацию о происходящих в районе преступлениях, а тот, в свою очередь, закрывал глаза на то, что мексиканец продолжает нет-нет, да и приторговывать краденым барахлом.

– Здравствуй, Энрике, – поздоровался я.

– Майк, – без особой радости произнес он. – Здравствуй, чего хотел?

– Мне нужно, чтобы ты пособирал для меня слухи от местных. Этой ночью угнали одну интересную машину – белый «Понтиак Файрберд» семьдесят третьего с синей наклейкой в виде птицы на капоте. Очень примечательная машина. Если узнаешь что-то, отправь сообщение на этот номер, – я написал в блокноте номер своего нового пейджера, вырвал лист и положил его на прилавок.

Энрике посмотрел на меня долгим взглядом. Потом вдруг оторвал чистую половину от оставленного мной листа, достал ручку и что-то написал, протянул мне. Я взял клочок бумаги, посмотрел – на нем был адрес.

– Обратись к Фрэнку. Он говорил, что сегодня утром у него были какие-то проблемы по этому поводу. Не знаю, то ли это, что тебе нужно, но это лучшее, что я могу тебе предложить сейчас.

Я посмотрел на адрес – Восточная Орис-стрит. На стыке Южного Централа и Комптона.

– И как я найду этого Фрэнка? – спросил я.

– Просто зайди по адресу и спроси Фрэнка – тебе подскажут. Можешь рассказать все, как есть. Главное – постарайся не бычить и не размахивать пушкой, как обычно. Тогда, возможно, вы сможете найти общий язык. Никаких подробностей я не знаю, но, думаю, ты разберешься, – сказал он и кивнул в сторону двери. – Буду тебе признателен, если ты не будешь дольше необходимого отсвечивать в моем ломбарде, это плохо для бизнеса.

Я кивнул и направился к выходу. В дверях остановился, обернулся и сказал:

– Спасибо, Энрике, с тобой приятно иметь дело. Если что-то узнаешь – мой номер пейджера у тебя есть. Надеюсь, ты проявишь сознательность.

– Да-да, Майк, и гражданскую позицию, – он криво усмехнулся. – Всего хорошего.

Я вышел. Отношения Соко и Энрике были странными. Они общались так настолько долго, что уже было непонятно: они действительно сильно не любят друг друга, или уже просто препираются, как старые приятели. Так что я продолжал поддерживать этот странный ритуал.

Ехать до указанного в бумажке адреса было совсем недалеко – Соко знал, где расположена эта улица. Когда я подъехал к нужному дому, то увидел обычное одноэтажное строение со входом с улицы и небольшой вывеской «Магазин автозапчастей Фрэнка». Кажется, я начинаю догадываться, куда попал.

Закрыл машину, вошел в дверь под вывеской. Внутри оказалось маленькое помещение, разгороженное П-образной низкой витриной. Места для покупателей было совсем мало – даже три человека тут поместились бы с большим трудом, да и двое задевали бы друг друга локтями.

На стенах висели выхлопные трубы, приборные панели с проводами, какие-то элементы автомобильной отделки. На полу у стен стояли кресла, капоты, двери. Под стеклами витрины, отгораживающей клиентскую зону от самого магазина, лежали запчасти помельче: фары, лампочки, какие-то блоки кнопок, хромированные кузовные элементы.

За прилавком стоял высокий щуплый черный парень в темной футболке, подстриженный под машинку.

– Добрый день, – поздоровался он. – Что-то ищите?

– Добрый день, – ответил я на приветствие. – Мне нужно поговорить с Фрэнком.

Парень посмотрел на меня несколько секунд, потом кивнул и сказал:

– Минуту, – он развернулся и скрылся за дверью, которую до этого не было видно у него за спиной.

Я остался в одиночестве, принялся рассматривать запчасти под стеклом. Но долго ждать не пришлось – примерно через минуту из-за двери вышел черный мужчина лет сорока пяти. Коротко стриженный, гладко выбритый, в черной рубашке с длинным рукавом и темных брюках.

Однако офисным клерком он не выглядел: под одеждой угадывалась мускулатура человека, который не таскал железо в спортзале, но много работал руками – сухая, равномерная. В волосах не было седины, но массивная челюсть, выраженные скулы и тяжелый, но при этом полный холодного спокойствия взгляд из-под черных бровей создавали образ человека, который повидал больше, чем многие.

– Рад приветствовать в моем магазине. Я Фрэнк. Чем могу помочь? – он говорил доброжелательно, но без тени улыбки, внимательно глядя мне в глаза.

– Добрый день, – поздоровался я, решив последовать совету Энрике и проявить вежливость. – Детектив Соко, семьдесят седьмой участок. Мне сказали, вы можете мне помочь в одном деле.

На лице негра появилась тень интереса.

– Сказали, значит… – он подошел к витрине, сдвинул подставку для монет, после чего откинул на петлях столешницу, на которой она стояла, и открыл маленькую дверцу под ней. Указал рукой на получившийся проход между клиентской зоной и остальным магазином. – Пойдемте, детектив Соко, поговорим.

Я слегка повел плечами, проверяя, как сидит под мышкой кобура с Береттой. Честно говоря, было немного нервно идти с ним куда-то в техническое помещение, где еще неизвестно сколько людей могло прятаться. Но выбора особого не было, если я хотел что-то узнать у него.

А еще его манера речи… Я только сейчас понял, кого он так отчаянно напоминал мне своим поведением – мафиозных боссов из старых фильмов, которые я смотрел в прошлой жизни. И эта аналогия ни хрена не добавляла оптимизма.

Я проследовал за ним сначала за витрину, а потом и в ту самую дверь в задней части магазина. Навстречу нам прошел парнишка, который встретил меня изначально – видимо, отправился дальше следить за прилавком.

За дверью оказался небольшой коридор с еще двумя проходами. Фрэнк повел меня в дальний, открыл дверь, жестом пропустил вперед. Я вошел, осмотрелся и не увидел ничего особо интересного. Средних размеров помещение, вдоль всех стен которого одна на одной стояли картонные коробки. В центре комнаты располагался невысокий столик, на нем кофейник и четыре белых керамических чашки. Вокруг – небольшие кресла с мягкими спинками на деревянных ножках, тоже четыре штуки. И больше ничего, вообще.

Это помещение можно было принять за склад, в котором рабочие обустроили себе обеденную зону, только мебель была не из ящиков и палет, а вполне приличная. Фрэнк жестом предложил мне присесть, и я занял ближайшее кресло, негр сел напротив меня. Взял кофейник, налил кофе в две чашки, взял одну в руки. Выпрямился в кресле и посмотрел на меня.

– Итак, что же детектив Соко хотел бы узнать? – спросил он и отпил глоток кофе.

Я тоже взял чашку, но пока не пил. Чувствовал себя немного не в своей тарелке. Было ощущение легкой неправильности происходящего. Я не мог объяснить, в чем именно – будто бы ни в чем конкретно, но при этом понемногу во всем сразу.

– Сегодня ночью угнали белый «Понтиак Файрберд» с синей наклейкой в виде птицы на капоте, – я решил бороться со странностью ситуации самым очевидным способом и просто вести себя естественно. – Мне сказали, что вы можете располагать информацией об этом.

Фрэнк внимательно посмотрел на меня.

– Располагать информацией… – повторил он, будто пробуя слова на вкус. Потом замолчал на минуту, и вдруг произнес. – Да, я действительно располагаю такой информацией.

Но прежде, чем я успел обрадоваться и задать следующий вопрос, он продолжил:

– Только для начала проясним одну вещь, детектив Соко, – произнес он враз ставшим серьезным голосом и, чуть наклонившись вперед, поставил чашку на стол. – В Южном Централе есть свои порядки. И здесь не любят, когда их нарушают. Когда привлекают внимание, особенно внимание полиции.

Он поднял взгляд, посмотрел мне прямо в глаза и продолжил:

– Я не ваш друг, детектив Соко. Не ваш информатор. Не ваш свидетель, – произнес он максимально серьезным тоном. – Просто иногда случаются вещи, которые не выгодны никому.

Он снова выпрямился в кресле и произнес:

– Сегодня на рассвете ко мне пришли два залетных черных парня. Они не местные, переехали в Южный Централ недавно. Насколько мне известно, живут где-то на юге Уотса, по Анзак-авеню. И они действительно увели один очень приметный «Понтиак», который пытались продать мне.

Он снова чуть наклонился ко мне, уперевшись локтями в колени, и сказал с ощутимой неприязнью:

– А нам здесь не нужны идиоты, детектив Соко. Только полный идиот угоняет настолько приметную машину и хранит ее в на улице в том же районе. Только идиот делает это по наитию, а потом начинает искать, куда бы ее продать. Только идиот привлекает к себе и к другим столько внимания, – он вновь заглянул мне в глаза. – Избавьте и нас, и себя от идиотов, детектив Соко. А потом забудьте, что мы с вами вообще вели этот разговор. И тогда всем будет хорошо.

Он снова взял чашку и откинулся на спинку кресла.

– Анзак-авеню, детектив Соко. Думаю, то, что вы ищите, еще там. Поспешите.

Я поставил на столик чашку с кофе, к которому так и не притронулся, кивнул, поднялся с кресла.

– Спасибо, Фрэнк.

– Не за что, детектив Соко. Пусть вам благоволит удача.

Я ничего не ответил и направился к выходу. Когда я добрался до помещения с витринами, парень, который встречал меня, вежливо попрощался:

– Всего доброго! Приходите еще!

– Ага… – кивнул я. – До свидания.

Вышел на улицу, сел в свой «Шеветт». Пару секунд просидел, просто держа руки на руле. И что это сейчас, на хрен, было? Нужно будет заехать к Энрике, спросить его, что это вообще за мужик. И дать ему в морду за то, что не предупредил меня о нем сразу.

Ладно. Я завел машину и тронулся в сторону Уотса, благо ехать тут недалеко. Где начинается Анзак-авеню Соко тоже помнил, поэтому дорога не заняла много времени.

Заборы тут были низкие и в основном из металлических прутьев, так что ничего не скрывали. Поэтому я даже сперва не поверил, когда увидел под навесом во дворе какого-то старого обветшалого дома накрытую брезентом машину, напоминающую очертаниями классическое купе с очень большим капотом.

Проехал чуть вперед по улице, чтобы «Шеветт» не было видно, припарковался за углом. Вышел и прогулочным шагом прошел по тротуару обратно до нужного двора. Дом выглядел если не заброшенным, то близко к тому. Глухо занавешенные окна, облупившаяся краска, какой-то мусор на дорожке, заросший газон. И через последний до навеса четко просматривался свежий след колес. Машину загнали туда сегодня.

С улицы мне было видно лишь пару сантиметров покрышек у самой земли – остальной автомобиль был надежно закрыт брезентом. Но в такие совпадения я не верил.

Огляделся – вокруг никого, через занавешенные окна меня не видно, если только кто-то целенаправленно не смотрит в щель. Вдохнул, выдохнул, схватился за забор двумя руками и одним резким движением перепрыгнул через него. Благо он был мне буквально по грудь. Ну и спортом я все же не зря занимался.

Бегом добрался до навеса и спрятался за машиной, чтобы меня не было видно ни из дома, ни с улицы. Перед тем, как поднять брезент, я внимательно осмотрелся. Потому что когда Соко в прошлый раз так делал, он умер. Мне повторять его успех не хотелось. Но вокруг никого не было.

Осторожно приподнял край брезента, и по лицу сама собой расползлась довольная улыбка. С наклейки на белом капоте на меня смотрел черно-синий феникс. Фрэнк не соврал. Так, «Понтиак» нашел, осталось вернуться в свою машину и вызвать подкрепление…

Стоило подумать об этом, как входная дверь дома со скрипом открылась.

Глава 11

Я бросился за машину, прячась в дальнем углу навеса под прикрытием безразмерного капота. Из дома вышел черный парень в шортах, синей баскетбольной майке и темной бейсболке. Огляделся и тоже направился под навес. Он шел с освещенной улицы, а я прятался в тенях, отбрасываемых навесом, примыкающей к нему стеной дома и сплошным забором, отгораживавшим двор от смежного участка, выходящего на параллельную улицу. Поэтому, если что, он меня сразу не заметит.

Я максимально сжался, пытаясь не выглядывать из-за капота, и достал из кобуры Беретту. Ну вот что мне мешало сначала вызвать подкрепление, а потом лезть проверять? Боялся ошибиться – теперь придется расхлебывать.

Негр тем временем подошел к машине, откинул брезент сбоку, открыл водительскую дверь и заглянул внутрь.

А вот и мой шанс. Стараясь не шуметь, я медленно пошел в приседе в его сторону. Через лобовое он меня не увидит – оно брезентом закрыто, так что подойти я смогу почти вплотную, если никакая ветка не хрустнет под ногой.

За несколько секунд дошел до открытой двери и стал медленно, стараясь не издать ни звука, обходить ее. Когда я уже практически зашел за спину негра, он высунулся из машины обратно – видимо, нашел, что искал. До того, как он повернется, чтобы закрыть дверь, и увидит меня, оставалось меньше секунды. Вот только я этого времени ему не дам.

Резко толкнулся ногами, выпрямляясь из приседа и преодолевая разделяющую нас с негром дистанцию в один длинный шаг. Не давая ему шанса обернуться, я схватил его за затылок и со всего маху впечатал лицом в крышу машины. Хрустнула переносица, парень начал заваливаться набок, а я отработанным движением перехватил его правую руку, слегка ткнул ногой под колено и уронил лицом в землю, заковывая руки в наручники, вынутые из кармана.

Получилось не так профессионально, как у Филлмора, но тоже неплохо. Вынул из кармана Беретту, которую пришлось наскоро сунуть туда перед рывком, чтобы не выронить.

Парень к этому времени уже начал отходить от первого шока после удара и открыл было рот, чтобы закричать, но я ткнул ему стволом в висок и прошептал:

– А вот кричать не советую, иначе я и тебе, и твоему подельнику мозги вышибу. Сколько еще человек в доме?

Парень начал тупо открывать и закрывать рот, как рыба, поэтому пришлось еще раз слегка ткнуть его стволом в висок для сговорчивости.

– Один… – ответил он, наконец. – Кевин дома один.

Я чуть не заржал. Жаль, что он не поймет шутки, которую сам же и озвучил – этот фильм выйдет в прокат только в следующем году.

Я внимательно посмотрел на лежащего передо мной парня. Его бы, по хорошему, приковать к чему-нибудь. Но для этого понадобится либо сначала расстегнуть на нем браслеты, чего я делать не намерен во избежание глупостей с его стороны, либо использовать вторую пару наручников. Такая у меня имелась – наученный горьким опытом задержания работавших по двое угонщиков, Соко купил себе вторую пару в довесок к той, что выдали в Департаменте. Но если я потрачу на него обе – чем я буду обездвиживать его подельника? Веревкой из простыни?

Не пойдет. Да и если его приковать, он может заорать, как только я войду в дом. И тогда его подельник встретит меня выстрелом из дробовика в пузо. Тоже перспектива так себе. Так…

Я сделал то, что стоило сделать сразу: быстро охлопал парня и, к моей радости, нашел то, что искал. За поясом спереди у него торчал револьвер. А значит, мои полномочия при задержании только что резко расширились.

– Отдохни пока… – произнес я и с размаху долбанул негра рукоятью Беретты в затылок. Он тут же обмяк.

Я поднялся, сунул его револьвер в карман на всякий случай. Если его напарник действительно остался один, то надо идти в дом. Если я сейчас пойду вызывать подкрепление, подельник наверняка хватится вырубленного мной негра, и тогда мы, возможно, столкнемся с вооруженным сопротивлением. А сейчас он будет ждать внутри своего дружка.

Не знаю, на что рассчитывая, я снял с головы лежащего преступника бейсболку и надел на себя. Так, по крайней мере, есть шанс, его подельник не выстрелит сразу. Я убрал руку с Береттой за спину и тихо, стараясь не шуметь, вошел в дом через оставленную открытой дверь.

Но все мои приготовления оказались напрасными. Второй угонщик развалился на диване в гостиной, смотрел телевизор и хрустел какими-то чипсами из яркой пачки. Окна в доме были занавешены, а ко входу сидел он практически спиной, поэтому у него не было шансов быстро отличить меня от своего друга.

Он боковым зрением заметил движение, когда я начал подходить к нему, и произнес:

– Стив, ну что, нашел… – закончить он не успел, поскольку обернулся и уткнулся взглядом в дульный срез Беретты в десятке сантиметров от своего лица.

– Руки за голову! – гаркнул я, и он мгновенно подчинился.

Через несколько секунд я уже уложил его лицом в ковролин и защелкнул наручники на запястьях. Задержанным оказался еще один тощий черный парень лет двадцати пяти.

– У вас есть право хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде. У вас есть право на адвоката. Если вы не можете позволить себе адвоката, он будет предоставлен вам государством. Вы понимаете свои права? – произнес я.

Ощущения при зачитывании «Миранды» были забавными. С одной стороны, я это делал, чтобы хоть для разнообразия соблюсти требования к процедуре задержания, которые до этого благополучно игнорировал. А с другой… Мне еще ребенком хотелось хоть раз это сказать – как настоящий американский коп из боевиков. И не просто спокойно зачитать, как это было с тем наркоманом, у которого угнали Ягуар, а прямо вот так – сразу после того, как скрутил преступника.

Романтику немного портило то, что я теперь и в самом деле американский коп, и с учетом того, в каком клоповнике я сейчас находился – это было совсем на так эпично, как в кино.

– Да… – проблеял задержанный, хотя по его лицу было ясно, что ни хрена он не понял. Он вообще до сих пор не успел осмыслить, что его сейчас не будут убивать на месте. Но в процедуре важен был только ответ. Так что я решил ковать железо, пока горячо.

Взял парня рукой за короткие черные волосы, приподнял его голову и спросил:

– Ты угнал белый «Понтиак»?

– Нет… мы… я… – начал лепетать что-то непонятное негр.

Я решил немного помочь ему разобраться с мыслями, поэтому снова достал Беретту и взвел большим пальцем курок прямо рядом с его лицом.

– Ну⁈ – слегка встряхнул его.

– Да! – внезапно крикнул он. – Да, мы со Стивом!

– Для гонок? – продолжил я допрос, пытаясь поймать момент, пока угонщик заговорил.

– Что? – он посмотрел на меня удивленно. – Для каких гонок?

Твою мать. Действительно – для каких гонок? Я был так впечатлен разговором с Фрэнком, что упустил одну ключевую вещь, сказанную им. Эти два дебила пытались продать ему машину. Продать. А не модифицировать или вроде того. Вот же…

– Что собирались сделать с машиной? – надо было хоть что-то узнать, не упускать же момент.

– Продать, – посмотрел на меня парень, как будто я спросил глупость. – Она же целое состояние стоит. Стив это сразу понял, когда тот лох на ней в клуб приехал.

– Погоди, – сказал я, вспомнив слова владельца машины о том, что он вернулся с вечеринки ночью. – Вы что, ее давно пасли?

– Да нет же, ночью в клубе увидели, потом проследили за тем снежком и увели у него из-под дома. Он же бухой в сопли приехал, даже дверь не закрыл.

Вот оно как. Об этом владелец, естественно, забыл упомянуть. Я вспомнил его помятое лицо и красные глаза, которые списал на недосып. Ну да ладно.

Я отпустил волосы парня. Нужно попытаться узнать что-то по своей теме. Даже если этот угон оказался дурацким совпадением, попробовать стоит.

– Значит так. Если ты мне сейчас рассказываешь что-нибудь полезное, то я указываю в рапорте, что вы сдались добровольно и сотрудничали со следствием – на суде это вам скостит процентов двадцать от наказания. Понял меня?

Негр быстро закивал, продолжая коситься на пистолет, который я все еще держал в руке. У него самого, кстати, оружия не оказалось – я проверил, когда его крутил. Видимо, тот, которого я вырубил во дворе, был у них главным, и оружие полагалось только ему.

– Ты знаешь организатора нелегальных гонок по прозвищу Коуч?

Негр кивнул. Да ладно?

– Рассказывай все что знаешь.

– Ну, он крутой перец, организует заезды, – парень замолчал.

– Лично с ним знаком? – продолжил я допрос.

– Ну… Нет, но брат моего кореша однажды работал с одним из его… – я заглянул парню в лицо, его глаза беспредметно блуждали по комнате. Он придумывал свою историю на ходу.

– А если ты мне еще раз соврешь, я отстрелю тебе ухо при попытке к бегству, и за это тебе накинут еще пятерку к сроку – я покачал пистолетом перед его лицом.

Его глаза расширились.

– Не надо! Хорошо, я не знаю его! Просто от парней слышал, что есть такой мужик, организует гонки, – затараторил он. – Но если вы меня отпустите, я могу спросить у парней, они наверняка знают больше.

Я посмотрел на него, задумался. Врет он? Скорее всего. А даже если не врет, то в лучшем случае просто насобирает слухов. Или вообще свалит из штата, как только выйдет из дома. Так что я пересилил в себе желание уцепиться за этот крошечный шанс узнать что-то про Коуча и решил, что лучше два негра в руках, чем один в бегах.

Поэтому велел задержанному заткнуться, поднял его на ноги и вывел во двор, где привел в чувства его напарника. И так мы вчетвером – два угонщика, я и Беретта в моей руке – дружной колонной пошли к моей машине. Там я уложил их рожами на капот. Хотел сначала усадить на заднее сиденье, но потом подумал, что запихнуть двух высоких, под метр девяносто, парней на тесное заднее сиденье «Шеветта», где с комфортом можно разместить разве что собаку, и то поперек – это слишком жестоко даже для меня.

Вызвал по рации подкрепление и следственную группу – пусть криминалисты тут все фиксируют, а я потом просто напишу отчет с места обнаружения машины. Пока сидел в «Шеветте» и смотрел через лобовое стекло, как задержанные лежат лицами на капоте, так и подмывало нажать на клаксон и посмотреть, как они подпрыгнут. Но сдержался. Во-первых, ничего особо страшного они не натворили, так что и кошмарить их не было серьезного повода. А во-вторых, если они с перепуга бросятся бежать, да еще и в разные стороны, это уже будет не очень смешно.

Через десять минут подъехала первая патрульная машина, в которую я с радостью усадил задержанных. Патрульному же передал отнятый у одного из угонщиков револьвер, тот убрал его в пакет для улик. Пробью потом по базе, если незарегистрированный – это еще один бонус к раскрытому угону.

Еще через пятнадцать минут прибыла следственная группа, которая принялась фотографировать найденную машину и снимать отпечатки с «Файрберда».