Текст книги "Во власти обмана (ЛП)"

Автор книги: Моника Корвин

Соавторы: Джей Эл Бек
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25

СИЛЛА

Переезд обратно в его конспиративную квартиру ощущается, как отступление. С того момента, как мы приехали, Иван словно замкнулся. Не знаю, что произошло между тем, как он проснулся, и тем, как мы уехали, но вряд ли что-то хорошее. Впрочем, он не собирается откровенничать со мной на этот счет.

С каждым днем он становится все более злым. Поначалу я думала, что это из-за меня и того, как я заманила его в этот брак. Черт, он бы не был здесь сейчас, если бы не я и всё, что случилось с моим отцом.

У меня нет больших надежд. Думаю, как только он убьет Артура, он попросит о разводе, но крошечная часть меня хочет удержать его подольше. Но возненавидит ли он меня за это?

Поэтому, пока мы здесь, я стараюсь занять себя делом. И «стараюсь» – ключевое слово. Когда я пытаюсь убраться, он останавливает меня, говоря, что платит людям за это. Когда я пытаюсь готовить, он выпроваживает меня из кухни, утверждая, что мы можем заказать еду из ресторана за углом. Даже когда я пытаюсь прикоснуться к нему, он ловит мою руку у своей груди и качает головой.

Не знаю, что я сделала, чтобы изменить всё между нами, но долго так продолжаться не может. Он как призрак. Разгневанный полтергейст, который никак не может отпустить свои незаконченные дела. Я просто не знаю, как всё исправить.

Через неделю после свадьбы, после пяти дней заточения, с меня хватит. Я не боролась за свою свободу, чтобы оказаться запертой в более красивой клетке. Был день, когда я нашла его на скамейке в его оружейной, он чистил оружие. На столе перед ним разложены крошечные детали, всё идеально разложено, а он полирует одну из них испачканной грязно-белой тряпкой.

– Что ты здесь делаешь? – Его голос звучит грубо, он даже не смотрит в мою сторону.

Не скажу, что он меня пугает, но я опасаюсь разжечь его гнев.

– Это то, чем ты занимаешься в свободное время?

Он продолжает полировать уже блестящую деталь в руках.

– У меня нет свободного времени.

Как и в последние дни, ответ резкий.

– Ладно, хорошо. Тебе вообще нравится этим заниматься?

Его глаза наконец вспыхивают, встречаясь с моими.

– Следи за своим тоном.

Я вздыхаю. Что, черт возьми, я могу сделать, чтобы достучаться до него?

– Я пытаюсь узнать тебя получше, если ты не заметил.

Теперь он поднимает голову, чтобы посмотреть на меня, по-настоящему посмотреть.

– Зачем?

Черт. Я не могу сказать ему правду, что у меня появились чувства к мужу и я хочу узнать его лучше. Поэтому я пожимаю плечами.

– А что еще здесь делать, кроме как разговаривать? Я умираю от скуки, а ты неплохое развлечение.

Он сужает глаза и оглядывает мое тело взглядом.

– Развлечение, значит?

Я протягиваю руку, чтобы взять одну из деталей, но он хлопает меня по тыльной стороне ладони, прежде чем я успеваю к чему-то прикоснуться.

– Прости. Я просто имела в виду, что мы застряли здесь на какое-то время. Может, мы могли бы узнать друг друга получше.

– А если я не хочу ничего о тебе знать? – В отличие от предыдущих слов, в его голосе нет холода. Он говорит это сухо, глухо, словно это выученная реакция, чтобы отталкивать людей, а не его истинные чувства.

Или, может, я просто хочу, чтобы это было так. Я хочу, чтобы он хотел меня так же сильно, как я хочу его, но пока… он не хочет. Больно осознавать, что я не нужна ему так, как он нужен мне.

Я пожимаю плечами, делая вид, что мне всё равно, даже когда новая боль расцветает у меня в груди. Прошло много времени с тех пор, как кто-то мог причинить мне боль. Очень много времени с тех пор, как я позволяла кому-то иметь над собой такую власть. Каким-то образом я отдала её Ивану. Этот грубый, покрытый татуировками ублюдок полон решимости спасти меня, даже несмотря на то, что я ему даже не нравлюсь.

Я так попала.

Вместо того чтобы продолжать разговор и навлекать на себя еще больше боли, я разворачиваюсь и выхожу за дверь. Жалею, что вообще туда зашла. На что, черт возьми, я рассчитывала? Что он откроется и расскажет о своем ужасном детстве? Что я поделюсь своей болью, мы станем близки, и он наконец заберет меня в постель, где нам и место?

Я бреду в гостиную и подхожу к окнам, чтобы посмотреть наружу. День тоскливый, небо серое, низкое скопление облаков скрывает вид за соседними зданиями. Может, скоро я окажусь там. Ему надоест играть в защитника, и он отправит меня на все четыре стороны. Это ведь то, чего я хочу, правда?

Стук в дверь. Я вздрагиваю, сердце, легкие и всё остальное подлетает к горлу. Он уже нашел нас? Мир так быстро закончился? Я больше не хочу бежать и не могу вынести мысли, что Иван снова пострадает.

Я расправляю плечи, готовая броситься в ноги кому угодно, лишь бы с ним ничего не случилось. Он обеспечил мне безопасность, и я сделаю то же самое для него, если дойдет до этого.

Иван выходит, вытирая руки тряпкой. На нем только брюки и рубашка с закатанными рукавами. Каким-то образом, даже, несмотря на всё масло и смазку, на его белой рубашке нет ни пятнышка.

Он бросает на меня взгляд, когда я стою напряженная у окна.

– Всё в порядке. Это просто Алексей. Никто тебя здесь не найдет. Ты веришь в это, верно?

Я сглатываю и не отвечаю. Он ждет мгновение, затем подходит к двери и открывает её.

Мужчина, которого я видела раньше, проскальзывает внутрь и запирает за собой. Он держит большой кремовый конверт и передает его Ивану.

Алексей кивает мне и без слова направляется к бару.

Иван разрывает верх конверта и что-то достает:

– Черт. Он ведь несерьезно, правда?

Я подхожу к нему и сразу замечаю имена на приглашении.

– Это от Адриана?

Иван бросает на меня взгляд, который говорит: «Серьезно?».

– Адриан не стал бы посылать это. Если бы он хотел устроить нам вечеринку, он бы сказал мне сам. Это от твоего отца. – Он передает мне конверт. – Судя по всему, он хочет отпраздновать наш брак на глазах у всего общества.

Алексей присоединяется к нам, потягивая что-то из стакана. По запаху это виски.

– Адриан получил это сегодня утром, послал меня проверить, настоящее ли оно, а потом доставить сюда.

Иван изучает своего друга, а я не могу не смотреть между ними, пытаясь увидеть хоть что-то, что они могут выдать.

– Он определенно устраивает вечеринку. Не уверен, сколько людей придет, но он получил доступ к кейтерингу и поставщикам общества. Тем, которыми обычно пользуются все. – Его плечи немного опускаются. – Правда, у меня нет списка гостей. Нигде не было опубликовано ничего, что можно было бы украсть или подкупить.

Иван пожимает плечом, пока снова сканирует приглашение.

– Ты отлично справился. Спасибо, что принес это так быстро. Мы, конечно, не пойдем, но я хочу убедиться, что знаем, что он планирует, если он замышляет что-то большее, чем просто позлорадствовать.

Алексей отпивает напиток и опускает своё высокое тело на диван.

– Ты уверен, что это хорошая идея? Я про то, чтобы не приходить. Он захочет позлорадствовать… мол, посмотрите на мою новую блестящую связь с семьей Доубек. Там могут быть важные люди, к которым ты захочешь получить доступ.

Иван бросает на меня взгляд.

– Неужели он настолько глуп?

Я пожимаю плечами.

– Он тщеславен и любит выглядеть так, будто он на вершине мира, выше всех, так что да, но для него это скорее вопрос тщеславия и социального статуса, чем бизнеса.

Я не свожу глаз с Ивана, пока он размышляет. Он пристально смотрит на приглашение в своих руках, сжимая его так сильно, что, кажется, сопротивляется желанию скомкать и выбросить. Если он не сделает этого сейчас, я сделаю это за него. Это ощущается как ловушка, и то, что приглашение здесь, в месте, которое должно быть безопасным, портит всё… делает всё каким-то грязным… и я не знаю, как это исправить. Это первое место, где я почувствовала себя по-настоящему в безопасности. Первый раз за очень долгое время, когда я спала в настоящей кровати.

Иван переводит взгляд на мое лицо, а затем на Алексея позади меня.

– Нам нужно по магазинам. Ей нужна одежда.

Мне требуется секунда, чтобы понять, о чем он.

– Ты обо мне? Зачем мне одежда? – Я дергаю за мягкий комплект легинсов, который на мне. Наряд, который дала мне Вэл. Наряду с несколькими другими. – У меня есть одежда. Вэл дала мне больше, чем нужно.

Он притягивает меня к себе, руки ложатся мне на бедра, одна из них всё еще сжимает приглашение. Я закрываю глаза от этого интимного прикосновения.

– Иди, обувайся.

Я не спорю и делаю, как он просит. Только потому, что он прикоснулся ко мне и смягчился впервые за несколько дней.

Алексей идет с нами, но плетется сзади, скорее как телохранитель, чем друг. Внутри магазина Алексей говорит что-то продавщице, и она бросается освобождать магазин. Люди правда так делают?

– Это не обязательно.

Иван опускает глаза на мои, губы сжаты в тонкую линию, и он качает головой. Я сглатываю и киваю, узнав выражение в его глазах.

Когда продавщица подходит, её взгляд пробегает по всему Ивану, становясь горячим, он наклоняет голову и что-то шепчет ей на ухо.

Я проглатываю жгучую шипучую ревность, которая вспыхивает внутри. Может, мы и женаты, но он всю неделю давал понять, что это лишь формальность. Если он хочет трахнуть её прямо здесь, я мало что могу с этим сделать.

Она убегает в спешке и возвращается с тележкой одежды на вешалках. Затем уходит. Алексей и Иван перебирают вещи, сдергивая платья с вешалок. Иногда они смотрят на меня, оценивают, а потом возвращаются к работе. У меня нет терпения на это дерьмо.

После того, что кажется вечностью, я направляюсь к витринам и смотрю на книжный магазин через дорогу. Я мало читала в детстве, не было шанса, может, поэтому я так люблю книги. Но поскольку люблю их, я никогда не могла иметь их. Это было еще одной вещью, которую отец мог использовать, чтобы причинить мне боль.

Когда Иван доволен выбором, он оставляет Алексея улаживать дела. Он стоит рядом со мной, засунув руки в карманы.

– Хочешь туда зайти?

Я качаю головой и тяжело сглатываю.

– Нет. Я в порядке. Нам нужно вернуться. Здесь всё еще небезопасно, пока отец может до нас добраться?

Он поднимает бровь.

– Сомневаюсь, что он ждет в книжном, чтобы выскочить и убить нас в отделе биографий.

Он берет меня за руку, сжимая бицепс, и выводит за дверь, через дорогу, в другой магазин. Кому-то другому я могла бы показаться капризным ребенком, которого тащат силой. Но я чувствую, с какой осторожностью он сжимает меня, чувствую мягкость его гораздо более широкого шага, чтобы я не споткнулась. Он ведет меня вглубь магазина.

– Выбирай, что хочешь, только быстро. Хочу уйти, как только Алексей закончит платить.

Я начинаю с раздела фэнтези, хотя огромные тома меня пугают. Но они огромные, и в них так много страниц, чтобы насладиться. Я хватаю две книги с красочными обложками и иду искать Ивана.

Он закрывает экран телефона, когда замечает меня.

– Это всё? Нет.

Я ковыляю за ним, когда он снова входит в проход. Он тратит секунду, чтобы проверить, что я взяла, а затем выбирает еще пять книг.

Еще пять книг, которые мне некуда будет упаковать, если придется бежать.

– Я не могу за это заплатить. И у меня нет места для них.

Он ничего не говорит, ведет меня к кассе, платит, а затем берет за руку, ведя к машине.

Как только мы оказываемся внутри, он смотрит в окно, пока Алексей ведет машину.

– Тебе нужно понять, что ты моя жена. Ты ни в чем не нуждаешься. У тебя нет ни в чем недостатка. И ты берешь всё, что захочешь. Когда ты это поймешь, мы будем на одной волне. До тех пор… я не смогу дать тебе то, чего ты хочешь.

Глава 26

ИВАН

Она самая красивая женщина из всех, что я видел в жизни. Стоя у зеркала, она разглаживает складки кроваво-красного платья, которое я для неё выбрал. Её глаза широко распахнуты и кажутся слишком яркими из-за макияжа, который она успела нанести. Я любуюсь ею, вдыхаю её аромат и позволяю себе расслабиться. Мне это понадобится сегодня вечером.

Я готов вечно смотреть на неё, но ей не нравится эта тяжелая тишина.

– У Алексея хороший вкус.

Я согласно хмыкаю. Ей необязательно знать, что я выбрал это платье именно потому, что хочу видеть, как позже буду медленно снимать его с неё. Лучше не говорить об этом, учитывая, что всё между нами стало сложнее, чем я ожидал, но не могу удержаться от желания, хотя бы увидеть её в этом наряде. Платье облегает её изгибы, а затем расширяется к низу, делая её фигуру «песочные часы» еще более вызывающей.

Когда я нахожу в себе силы отвести взгляд, я поправляю свою уже идеально завязанную бабочку и встречаюсь с её глазами в зеркале.

– Готова?

– Обязательно идти? Мы чего-то добьемся, если дадим моему отцу именно то, что он хочет?

Я поворачиваю её лицом к себе и сканирую взглядом черты её лица.

– Нам нечего терять. В лучшем случае мы что-то узнаем, и я смогу убить всех. В худшем, я просто убью всех.

Её глаза расширяются, и на них наворачиваются слезы.

– Ты не…

Я приподнимаю её подбородок и смотрю на её полные ярко-красные губы. Мне отчаянно хочется её поцеловать, но я не хочу испортить макияж, на который она потратила столько времени.

– Я не планирую никого убивать, по крайней мере, сегодня вечером.

Она обмякает, используя мою грудь, как опору.

– Хорошо. Хорошо. Это хорошо. Да, давай покончим с этим, чтобы мы могли снять эту одежду.

Я достаю из кармана ожерелье, которое одолжил у Адриана, хотя мог бы купить сам, и осторожно надеваю ей на шею. Оно сверкает в ярком свете ванной комнаты, и она проводит по нему пальцами.

– Ого. Оно такое красивое.

Было бы проще оставить свои мысли при себе, но я не могу. Не тогда, когда она выглядит так аппетитно, а я изголодавшийся человек.

– Не такое красивое, как ты. Пошли.

Вечеринка уже началась, когда мы приезжаем. К счастью, я избежал неловкого общения на самом старте. Зал переполнен, но я никого здесь не узнаю. Я наклоняюсь, притягивая её ближе к себе.

– Ты кого-нибудь узнаешь?

Она дрожит, и я сильнее сжимаю её талию.

– Malyshka, ты должна успокоиться, иначе я не смогу оставаться спокойным. Ты знаешь, что бывает, когда я теряю контроль. Где мы? Ты когда-нибудь жила здесь?

Ей требуется усилие. Я вижу, как она расправляет плечи и натягивает на лицо фальшивую улыбку.

– Нет, это, вероятно, дом его девушки. Или что-то в этом роде. Или, возможно, у него есть дома повсюду, о которых я не знала, пока жила в комплексе.

Мысль о том, что он заставлял её жить в какой-то лачуге, в то время как у него был этот особняк с хрустальными люстрами и шелковыми шторами, разжигает мою ярость еще сильнее. Мне хочется его убить.

– О, я так счастлив, что вы, голубки, смогли прийти. – Его голос за моей спиной заставляет меня напрячься. Я смотрю вниз на лицо Силлы и борюсь со своим самообладанием. Мне ничего не стоило бы вытащить пистолет и проделать в этом придурке новую дырку. Сезон скоро закончится, но еще не всё потеряно. У меня еще есть время.

– Пожалуйста, – шепчет Силла, сжимая мое предплечье так сильно, что это помогает мне сосредоточиться. Я глубоко вдыхаю её чистый аромат, а затем поворачиваюсь, вставая рядом с ней лицом к Артуру.

Он одет как злодей из чертовой экранизации Агаты Кристи, шелковый пиджак, аскот. Это старит его лет на двадцать. (Аскот – классический мужской шейный платок, который завязывается под воротником рубашки. Он представляет собой широкую полосу ткани со скошенными концами)

– Так рад, что вы получили мое приглашение. Если скажете, где вы обосновались, в следующий раз я отправлю приглашения напрямую.

Он протягивает руку для рукопожатия, но я игнорирую её, засовывая свободную руку в карман.

– Отправлять что угодно на адрес пентхауса, вполне нормально.

Артур улыбается, как будто это пренебрежение ничего не значит, а затем машет официанту, предлагая напитки. Я смотрю на него «мертвым» взглядом.

– Я откажусь. Надеюсь, вы понимаете.

Силла сжимает мою руку сильнее и тоже отказывается от напитка. Он что, думал, мы вернемся прямо в его лапы и будем верить, что он не подсыплет нам наркотики, просто потому что у него есть сделка с Адрианом?

Когда мы все молча, уставились друг на друга, Артур широко улыбается и направляется к другим гостям. Силла обмякает и издает долгий вздох.

– Ты его не убил. Мы отлично справляемся. Как долго нам нужно здесь оставаться?

Артур громко смеется с другого конца комнаты, и я слышу, как он упоминает имя Адриана. Конечно, он будет пытаться использовать свои новые связи, чтобы получить одолжения или новых покровителей.

– Пойдем к бару и выпьем. Здесь, вероятно, есть люди, которых он не захочет травить наркотиками.

Пока мы стоим у бара, я достаю телефон и делаю снимки. Они настроены на автоматическую загрузку Каю, чтобы он мог всех идентифицировать.

Приходит сообщение, и я открываю его.

Женщина у окна – моя сестра, Джулия. Узнай, какого черта она там делает.

Я оглядываюсь и замечаю девушку на другом конце зала. Тот же теплый загорелый оттенок кожи, как у Кая, те же шелковистые черные волосы, как у Селены, но она немного стройнее и держится жестче, чем они оба. Платье из серебристых пайеток плотно облегает её высокую худощавую фигуру, и мне кажется, я замечаю ремешок кобуры на её бедре.

Я веду Силлу с собой, так как не хочу оставлять её одну. Мы останавливаемся рядом с Джулией.

– Джулия?

Она поворачивается, чтобы посмотреть на меня, но в её глазах нет узнавания.

– Да? Вы меня искали?

Я изучаю её лицо и пустой взгляд.

– С тобой всё в порядке? Тебе нужна помощь? Кай прислал меня поговорить с тобой.

Она оглядывает комнату.

– Мой брат? Откуда ему знать, что я здесь? И откуда вы его знаете?

Не углубляясь в нашу общую историю, я отвечаю просто.

– Мы работаем вместе, и он один из тех немногих, кого я считаю своим другом.

Теперь она улыбается, и я еще отчетливее вижу сходство с братом.

– Он любит собирать интересных друзей. Передайте ему «привет».

Затем, не говоря больше ни слова, она растворяется в толпе. Я пытаюсь не терять её из виду, но зал заполняется, особенно когда люди начинают расходиться в пустой зал для танцев.

– Почему сестра Кая была здесь? – спрашивает Силла, привлекая мое внимание.

Я качаю головой, сканируя толпу и делая больше снимков для Кая.

– Понятия не имею. Она работает в смежной с нами сфере, не в сфере твоего отца, так что я не уверен, почему она здесь. Может, у неё здесь есть цель.

Силла произносит:

– Цель?

– Мы поговорим об этом позже. Ты видишь кого-нибудь, кого узнаешь? Кого-то, кого Кай должен проверить?

Её плечи опускаются, когда она осматривает гостей.

– Я узнаю нескольких охранников из комплекса, но больше никого. Может быть, пара людей, которые приходили в казино, пока я там работала.

Напоминание о том, как она торговала своим телом, чтобы добраться до меня, словно удар под дых. Черт. Нужно сменить тему, пока я не начал охотиться на её старых клиентов.

– Давай потанцуем немного, а потом свалим отсюда. Побудем достаточно долго, чтобы он почувствовал удовлетворение. Думаю, у меня достаточно фотографий для Кая. – Я веду её к танцующим, благодарный за дистанцию, которую это действие дает мне от остальных. Терпеть не могу вечеринки. Все до единой. Единственная причина, по которой я прихожу, убедиться, что Адриан в безопасности.

Она двигается в такт, словно танцовщица. Я притягиваю её ближе, наслаждаясь тем, как её присутствие успокаивает что-то в моей душе. Будет ли это длиться вечно? Не имею понятия, но прямо сейчас я возьму это.

Несколько минут мы танцуем в тишине. У нас редко бывает такое, если вообще бывает, поэтому стоит насладиться моментом, пока он есть.

Её руки сжимают мою спину под пиджаком, я закрываю глаза. Это риск. Если Артур увидит, как сильно мне нужно это спокойствие, он использует это против меня. Когда я открываю глаза, она смотрит на меня снизу вверх, её лицо смягчилось. Артур, может, этого и не заметил, но Силла – да.

Когда песня заканчивается, я увожу её с танцпола. Артур не теряет времени даром и снова приближается с еще более широкой улыбкой.

– Можно мне минутку поговорить с дочерью?

Я уже собираюсь послать его к черту, но Силла качает головой и делает шаг вперед.

– Мы отойдем недалеко, а потом ты и я поедем домой.

Они отходят на несколько футов. Я не слышу их из-за шума толпы, но вижу, что она действительно не хочет с ним говорить. Если её осанка станет еще более жесткой, я просто пройду через весь зал, подхвачу её на руки и унесу отсюда. Каждый раз, когда он говорит, она почти вздрагивает, пока между ними не появляется хороший фут пространства.

Мое терпение на исходе. Я не могу позволить ему продолжать причинять ей боль, и что бы он ни говорил, это определенно ранит её. Если это намеренно, я, черт возьми, перережу ему горло.

Я прорезаю толпу, не заботясь о том, в кого врезаюсь или кого приходится расталкивать.

Артур замолкает и ухмыляется, когда я приближаюсь.

– О, думаю, Силла готова уйти. Но прежде чем вы уйдете, можно пару слов и с вами?

Я толкаю Силлу себе за спину и указываю на дверь.

– Алексей ждет прямо за дверью. Иди к нему и жди меня. Я буду через секунду.

Я сосредоточиваюсь на ухмыляющемся лице Артура.

– Еще раз заговоришь с ней – убью. Снова увижу этот взгляд «раненой собаки» в её глазах – убью. Хотя бы не так вздохнешь в её сторону – перережу тебе глотку и скормлю собакам.

Он улыбается еще шире.

– У вас есть собаки? Как интересно.

– Нет. Но если ты доведешь меня, я их заведу и выдрессирую так, чтобы они жаждали вкуса именно твоей крови. Не играй со мной, Артур. У меня очень мало терпения, когда дело касается тебя.

Он отпивает шампанское, казалось бы, оставаясь невозмутимым.

– И почему же? У нас есть соглашение, по крайней мере, у твоего работодателя и у меня.

– Тогда тебе лучше соблюдать свою часть сделки, пока у нас окончательно не закончилось терпение. Адриан не славится своим терпением. Может, он и не известен тем, что забивает человека до смерти, но терпение, явно не его конек.

Артур ставит напиток на стойку и поправляет края моего пиджака, как будто приводит в порядок мой костюм.

– Прежде чем решишь убить меня, ты должен знать, как сильно моя «маленькая девочка» использует тебя. Насколько она действует по моей указке, а насколько – сама по себе.

Я вздрагиваю, и он улыбается, зная, что попал в цель. Я разворачиваюсь, когда он отпускает мой пиджак, и направляюсь к выходу. Жду не дождусь, когда прострелю этому ублюдку голову, а если Силла меня предала, она отправится вслед за отцом.