Текст книги "Во власти обмана (ЛП)"

Автор книги: Моника Корвин

Соавторы: Джей Эл Бек
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Перевод выполнен при помощи искусственного интеллекта Gemini.

Он очень старался адаптировать текст для русскоязычных читателей, сохранить уникальный авторский стиль, оригинальную атмосферу и глубину персонажей.

Но, это не точно =)

От себя мы добавили редактуру.

Аннотация

Они называют меня животным.

Мною правят низменные инстинкты.

Я одержим яростью, клокочущей внутри.

Яростью настолько глубокой, что я не вижу выхода. Пока не появилась она.

Силла – это красивая маленькая ловушка, в которую я забрел по собственной воле. И когда приманка сама станет добычей, я покажу им, каким животным могу быть на самом деле.

Во власти обмана, ведомый желанием, я раскрою тайну маленькой Силлы, иначе мы оба будем поглощены бесконечной яростью, которая угрожает самому моему рассудку.

Глава 1

СИЛЛА

Сложно наносить тушь, когда рука дрожит сильнее, чем у игрока в ожидании следующего выигрыша. Черт, сложно вообще что-либо делать, когда знаешь, что сегодня ночью ты умрешь. Я моргаю, сдерживая слезы, которые грозят испортить макияж, и делаю несколько коротких вдохов, чтобы не запотело зеркало, висящее в паре дюймов от лица.

Из-за двери гримерки раздается глубокий баритон:

– Силла, детка, выходи. Ты опаздываешь.

Черт. Я думала, у меня будет больше времени, чтобы уговорить себя на это.

Я снова ругаюсь и прижимаюсь лбом к холодному стеклу. Нужно за что-то зацепиться. Хоть за что-нибудь. Затем я проглатываю всю ненависть к себе, весь шум в голове, всё, что твердит мне о провале, и загоняю это глубоко внутрь. Это не поможет мне пережить ночь без потерь, но, по крайней мере, я смогу уйти с хоть какой-то гребаной гордостью.

Я быстро заканчиваю макияж, прячу косметичку в шкафчик и втискиваю ноги в туфли на шестидюймовой платформе, от которых к концу ночи на пальцах будут кровавые мозоли.

Фрэнки стоит у двери, многозначительно глядя на часы:

– Наконец-то закончила, принцесса? Нам пора в бар. Толпа уже собирается.

Я отмахиваюсь от него и шагаю мимо в сторону лаундж-зоны. Он преграждает мне путь, прежде чем я успеваю свернуть в VIP-сектор:

– Ты опоздала. Лимит на VIP-девочек исчерпан. Ты идешь в бар, будешь подбирать тех, кого пропустили остальные.

Ничего страшного. Лгу я себе, как делаю это всегда, натягиваю фальшивую улыбку, разворачиваюсь и направляюсь к барной стойке. Людей у бара мало, как обычно, так что это мое наказание за опоздание. Но это неважно. Сначала у меня есть кое-какие дела.

Я обхожу край стойки и подхожу к мужчине лет тридцати, устроившемуся на барном стуле. Судя по количеству мусора вокруг, он ждет уже давно.

– Привет, красавчик. – Я дарю ему улыбку, которой не чувствую.

Он опускает взгляд на мои ноги, медленно изучает их, пока не доходит до груди:

– Привет.

Я с трудом удерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

– Ищешь компанию на вечер?

Он пожимает плечами.

– Возможно. О какой сумме речь?

Я наклоняюсь перед ним, чтобы обхватить его за плечи, прижимаясь грудью к его бицепсу:

– Ой, не знаю. Такой красивый парень, как ты? Думаю, я могу сделать тебе скидку.

Он меняет позу, скользя рукой по моей и проталкивая под мои пальцы крошечный пластиковый пакетик. Движение настолько плавное, что я понимаю, почему говорят, что Эссекс лучше всех умеет делать «закладки».

Он бросает на меня еще один долгий взгляд и хлопает по тыльной стороне моей ладони, заставляя меня сжать крошечный сверток.

– Нет, детка, не думаю, что могу позволить себе тебя сегодня. Но спасибо.

Я мягко пожимаю плечами, как будто это его потеря, и разворачиваюсь. Я не успеваю сделать и шага, как его рука с громким хлопком опускается мне на задницу. От контакта исходит острая боль, но я стискиваю зубы и продолжаю уходить.

Когда я возвращаюсь в другой конец бара, я держу руку сжатой вокруг своего приза и не тру ушибленное место.

Одна часть моего плана приведена в действие. Теперь нужна вторая.

Иван.

Один из самых опасных людей в городе. И человек, который, скорее всего, убьет меня до того, как закончится ночь. Я продолжаю широко улыбаться, даже когда по спине пробегает холодок. Как я только ввязалась в эту неприятность?

Бармен ставит передо мной стакан газировки с лаймом. Я благодарно киваю ему и разворачиваюсь, чтобы осмотреть VIP-сектор. Иван всегда оказывается там, когда приходит. Мне нужно ждать его, чтобы он не подцепил другую девочку или, чёрт возьми, просто не прошёл мимо, так и не оставшись.

Я оглядываюсь, надеясь заметить его привычный черный костюм или черные чернила татуировок, ползущие по его длинной шее и изящным пальцам. Не то чтобы я часто за ним наблюдала. Ровно настолько, чтобы быстро его узнавать.

Я пробираюсь к барному стулу, радуясь, что Фрэнки отвлекся на новых девочек в дальнем конце VIP-зоны. Он был бы в ярости, если бы застал меня сидящей.

Музыка меняется, и я не свожу глаз с VIP-сектора и с остальной части бара, на случай если он войдет с другой стороны. Обычно он приходит с черного хода, но я хочу быть готова к любому развитию событий.

Воздух в клубе меняется, словно само здание затаило дыхание. Я проглатываю внезапный комок в горле и наблюдаю.

Как обычно, он входит со стороны VIP-зоны. Фрэнки и пара девочек уставились на него, но Иван смотрит только вперед. По крайней мере, сегодня он выглядит расслабленным. В некоторые вечера он приходит взвинченным, почти готовым искать драки.

Фрэнки мелькает у меня в поле зрения, подталкивая одну из новеньких к Ивану.

О нет, черт возьми. Это мой клиент. По крайней мере, на сегодня.

Я взлетаю по коротким ступенькам и преграждаю ей путь:

– Не стоит этого делать, милая. – Я хватаю её за руки, как будто удерживаю, чтобы она не упала. – Серьезно. Давай я возьму это на себя. Иди обратно к Фрэнки. Пусть он подберет тебе кого-то чуть менее… жестокого.

Её глаза расширяются, она разворачивается и почти бегом бросается обратно к Фрэнки и остальным девочкам.

Я не жду и не даю Фрэнки шанса остановить меня. Разворачиваюсь и спешу за Иваном, насколько это возможно на шестидюймовых каблуках. Он бросает свое длинное тело в кабинку, а я сажусь прямо к нему на колени:

– Привет, красавчик, ищешь компанию?

Он опускает на меня свой темный взгляд. В нем чувствуется жесткость. Сталь, которая грозит сломить мою волю одним лишь взглядом. Мои светлые волосы рассыпались по плечам и скопились между нами, мешая рассмотреть его поближе.

– Кто ты?

Его голос глубокий, пропитанный тьмой и, осмелюсь сказать… желанием. Черт. Я не ожидала, что действительно отреагирую на него. Прошло много времени с тех пор, как мое тело просыпалось от прикосновения клиента.

Я сглатываю и улыбаюсь. Не той фальшивой улыбкой с ослепительным оскалом. А едва заметной кривой усмешкой.

– Присцилла.

– Почему ты сидишь на мне, Присцилла? – Его тон достаточно острый, чтобы пустить кровь.

К счастью для меня, я выросла среди таких мужчин. Безумных ублюдков, которые пойдут на всё ради выгоды. Я даже не вздрагиваю.

– Ты выглядел немного одиноким. Подумала, предложу тебе свою компанию. Хочешь выпить? Буду рада принести нам обоим.

Я качаюсь на его ногах, и он раздвигает свои крепкие бедра, чтобы мне было удобнее. Его пальцы впиваются мне в позвоночник, удерживая, чтобы я не упала. Одна рука тянется к моему подбородку, чтобы он мог рассмотреть меня, и я замечаю черный лак на его мизинце. Странно.

– Ладно. Только быстро. У меня сегодня дела.

Я подмигиваю ему, соскакиваю с колен и направляюсь к бару. Девушка, которую я отшила, ждет там, надув губы.

– Фрэнки сказал, ты только что подставила меня, уведя этого парня. Сказал, он щедрый на чаевые.

Я подаю сигнал бармену, и он замечает Ивана у меня за спиной. Пока он готовит напитки, я поворачиваюсь к новенькой.

– Как тебя зовут?

– Аманда. – Она скрещивает руки под грудью, чтобы придать объем своей худощавой фигуре.

Нужно нечто большее, чем сорокапятикилограммовый ребенок, чтобы вывести меня из равновесия.

– Слушай. Он действительно щедрый, но любит делать вещи, после которых твоей красивой светлой коже потребуется гораздо больше времени на восстановление.

Её глаза расширяются, она опускает взгляд на крошечные, выцветшие шрамы от ожогов, разбросанные по моему правому бицепсу. Я не говорю ни слова, позволяя ей самой сделать выводы.

– Что оставило эти отметины?

Бармен ставит перед нами напитки, и я придвигаю их ближе:

– Сигареты, милая. Это ожоги от сигарет.

Она наклоняется ближе и шепчет:

– Это он сделал? Что еще он творил? Почему ты не позвонила в полицию?

Я вздыхаю и смотрю на неё так, чтобы она поняла, что я считаю её дурой, не произнося этого вслух:

– Здесь не звонят в полицию. Всё работает не так.

– Но ведь говорили, что все здесь работают на себя. Что все счастливы, быть здесь.

Я пожимаю плечами.

– Мы все здесь по своей воле, но попробуй вызвать сюда копа, особенно если речь идет о команде Доубек.

В этот раз я её доконала. Она узнала это имя. Как и любой другой в этих краях. Лицо её бледнеет, она оббегает меня и бросается в коридор обратно в гримерку. Я усмехаюсь. В этой жизни она бы всё равно не выжила.

Теперь, когда путь свободен, я ловко управляюсь с напитками и подсыпаю крошечный пакетик с наркотиком, который дал мне Эссекс, в двойную порцию водки.

Затем слегка взбалтываю стаканы и прижимаю их к груди, чтобы у него был повод взглянуть. Мне нужно, чтобы он «клюнул», прежде чем я его вытащу.

Я возвращаюсь в VIP-зону и скольжу на свободное место, которое он оставил для меня на краю кабинки.

Он смотрит на моё декольте или на напитки, в любом случае он смотрит.

– Что ты пьешь?

Я смотрю на прозрачную жидкость в стакане:

– Водку, думаю, как и ты.

Я никогда не пью, когда работаю, но сегодня исключение. Это может помочь легче перенести некоторые вещи, и сегодня я не хочу быть в здравом уме. По крайней мере, если хотя бы половина из того, что говорят об Иване, правда.

Он хватает свой стакан, держа его в руке, в то время как руки его раскинуты по спинке дивана. От этого движения натягиваются швы его черного костюма. Он красив в своей опасной, жесткой манере, из тех, с кем «я отымею тебя так сильно, что ты не сможешь ходить». Жаль только, что скоро он меня убьет.

– На здоровье? – Я поднимаю свой стакан.

Его глаза сужаются, он пододвигается ближе ко мне в кабинке. Движение бесшумно. Даже кожа дивана не скрипнула. Я чувствую его запах, что-то дымное и темное. Это должно вызывать отвращение. Отталкивать, зная, как пройдет эта ночь, но я, кажется, не могу заставить свой мозг ненавидеть его. Черт, ведь не он сидит здесь, пытаясь меня отравить. Что бы ни случилось сегодня, я навлекла это на себя сама.

– Ты выглядишь нервной. Я тебя нервирую… – Он делает паузу. – Присцилла, верно?

Я сжимаю стакан обеими руками и киваю:

– Можешь звать меня Силла, если хочешь.

– Иван.

Я киваю, не объясняя, что все девочки знают весь состав семьи Доубек. Заполучить одного из них на ночь, повод для хвастовства. Особенно сейчас, когда многие из них, кажется, уже заняты.

– Что ж, Силла. – Он переставляет ноги так, что его бедро прижимается к моему. – Хочешь уйти со мной в более уединенное место?

Я сглатываю, в животе всё переворачивается. Черт. Вот и всё. Я думала, что готова. Думала, что настроилась. Теперь же мне кажется, что меня сейчас вырвет, и в то же время хочется сбежать.

Нет. Я должна это сделать. Так или иначе.

Если Иван меня убьет… Я буду свободна.

Если мне удастся его опоить… И я выживу… Отец меня отпустит.

Никаких больше ночных визитов к его пьяным друзьям. Никакого больше соблазнения ничего не подозревающих клиентов.

Так что… путь только один. Я снова улыбаюсь ему. Настоящей улыбкой и киваю:

– Пойдем.

Глава 2

ИВАН

Маленькая проститутка, вдвое меньше меня, пыталась меня опоить. С той самой секунды, как она бросилась мне на колени, я почуял неладное. Но она миленькая, с длинными светлыми волосами, и я заметил краешек подвязки под подолом её черного платья. Поэтому, вместо того чтобы вытащить пистолет и пустить ей пулю в висок, я позволил ей разыграть этот спектакль.

Моя параноидальная натура не позволяет мне брать напитки у незнакомцев. На случай, если я окажусь в ситуации, где придется что-то выпить, у меня всегда нанесен тонкий слой лака для ногтей, определяющий наркотики, на мизинец. Андреа вечно подкалывает меня из-за этого, но после сегодняшнего вечера она больше никогда не сможет надо мной смеяться.

Я едва погрузил палец в напиток, как лак загорелся розовым. Кай будет в ярости, если я пристрелю её прямо в нашем казино, так что я отведу её в укромное место и там со всем разберусь.

Она выскальзывает из кабинки и пошатывается на своих нелепых туфлях. Нет ни единого шанса, что она смогла бы в них убежать, если бы понадобилось. Я хватаю её и свой стаканы со столика и киваю в сторону выхода.

Мы идем к лифту, и она замирает, уставившись на хромированные двери.

Я прижимаю её к ним.

– Ты собираешься нажать на кнопку?

Она встряхивается и бросается к панели, чтобы нажать стрелку «вверх».

– Прости, на секунду отвлеклась.

Когда мы заходим внутрь, и двери с шипением закрываются, я не могу удержаться от искушения немного над ней поиздеваться.

– Ты так и не назвала свою цену.

Она поднимает взгляд на моё лицо. Черт, она должна быть как минимум на фут ниже меня. Значит, точно пуля. Удушение будет неудобным.

– О-о… просто мне понравилось, как ты выглядишь. Сегодня за счет заведения.

Я мрачно усмехаюсь, когда лифт останавливается.

– Твой дом – мой дом, как ты прекрасно знаешь.

Не дожидаясь её, я направляюсь к люксу, давая ей последний шанс передумать. Если она уйдет сейчас, я подавлю в себе желание гнаться за ней. Черт, возможно, я даже не буду охотиться за ней в будущем.

Как я и ожидал, она следует за мной к двери моего номера. Я перехватываю стаканы, держа тот, что с наркотиком, впереди, и прикладываю ключ-карту.

Оказавшись внутри, тяжелая дверь захлопывается, я запираю её на замок и задвигаю засов прямо за её спиной.

Она наблюдает, затем поворачивается к тускло освещенной комнате. Она почти пуста. В отличие от моей семьи, мне не нужно многого. Кровать, бар, шкаф, ванная, вот и всё.

Я внимательно слежу за ней, пока она осматривает люкс, её взгляд останавливается на куче оружия, аккуратно сложенного на приставном столике.

– Это… многовато ножей.

Я медленно, дюйм за дюймом, приближаюсь к ней.

– Чтобы лучше резать тебя, моя дорогая.

Она разворачивается ко мне лицом, вне всякого сомнения, осознав, что осталась наедине с хищником.

– Ха-ха, очень смешно.

Я не смеюсь и протягиваю ей напиток.

– На здоровье.

Она берет стакан и держит его между нами. Я чокаюсь своим о её, мы встречаемся взглядами, и я опрокидываю двойную порцию водки, как будто это вода.

Когда она делает то же самое, я забираю оба стакана и ставлю их на барную стойку. Теплая рука касается моей спины, такая теплая, что я чувствую это даже через пиджак.

– Почему бы тебе не снять его, мм… чтобы расслабиться?

Я пожимаю плечами, не поворачиваясь к ней, и набрасываю пиджак на груду оружия. На мне достаточно ножей, так что я буду в порядке, даже если она решит убить меня, когда её план провалится.

Наконец, когда я понимаю, что не сорвусь, следуя темным мыслям, зудящим в голове и подталкивающим к тому, чтобы сделать с ней нечто невыразимое, я поворачиваюсь. Она залита тусклым светом, и её смуглая кожа сияет. Платье так удачно подчеркивает её широкие бедра и пышную грудь, что я не могу не смотреть.

Она двигается так, чтобы свет упал на её декольте.

– Видишь что-то, что тебе нравится?

Я на всякий случай проверяю, не опоила ли она меня всё-таки. Не в моих правилах кем-то увлекаться. Хороший секс – это прекрасно, но я не привык сидеть и разглядывать женщин. Обычно они слишком глупы, и когда они открывают рот, меня всё перестает интересовать. Но почему-то с Силлой я этого не чувствую.

– Ладно, Malyshka, ты завладела моим вниманием. Какой теперь план?

Она подходит ближе и хватает мою рубашку прямо над ремнем.

– План – раздеть тебя как можно скорее, чтобы я могла распоряжаться тобой по-своему.

Я смотрю сверху вниз в её мягкие карие глаза и пытаюсь понять, к чему она клонит. Если её план состоял в том, чтобы опоить меня для соблазнения, то это отличный способ, черт возьми, разозлить меня.

– И что это подразумевает?

Она фыркает с тихим смешком.

– Хочешь, чтобы я расписала всё пошагово?

Я пожимаю плечами и расстегиваю верхние пуговицы рубашки, пока она возится с нижними.

– Если хочешь.

Её рот на секунду складывается в гримасу, а затем уголки губ снова приподнимаются.

– Ну, во-первых, я хочу снять с тебя эту одежду. Потом… может, переберемся на кровать? Хотя, кажется, нам придется убрать твое мачете, чтобы воспользоваться ею.

Я торжественно киваю.

– Безопасность – прежде всего, да?

Она вздрагивает и моргает.

– Это была шутка?

Я не отвечаю, стягиваю рубашку с плеч и бросаю на пиджак. Галстук летит следом. Её руки взлетают к пряжке моего ремня, и я перехватываю её за запястья.

– Что еще ты задумала?

Мне нравится её легкая дрожь страха. Всё её тело содрогается от одного этого прикосновения. Что бы она сделала, если бы я положил её лицом вниз на край кровати и вылизывал её киску до тех пор, пока она не закричит? Её мягкий, горловой голос так сладко звучал бы, моля о пощаде для меня.

Её руки трепещут на пряжке моего ремня, и я отпускаю её, позволяя продолжить работу. Мой член уже тверд от того, что я представляю, как буду с ней обращаться. О чем она думает?

Расстегнув мой ремень и вытянув его из брюк, она снова встречается со мной взглядом.

– Тебе нужны кровавые подробности или в общих чертах?

– Подробности.

– М-м-м… ты кажешься именно таким парнем. Ну, когда мы оба будем голыми и в безопасности на кровати, я планирую прижать свою мокрую киску к твоему каменному члену и оседлать тебя, как чертового пони.

Я рисую эту картину в голове и не нахожу её отталкивающей. Ну, по крайней мере, не находил бы, если бы она не пыталась меня отравить. Наркотики должны подействовать в любую секунду. Лак на моем ногте вспыхнул ярко-розовым, так что она всыпала в напиток изрядную дозу.

Она расстегивает мои брюки, и я позволяю ей засунуть руку внутрь и потереть мой стояк.

– О, вижу, мы уже делаем успехи.

Её глаза стали немного стеклянными, и она начинает ритмичнее сжимать руку по всей длине.

– Ты такой горячий и приятный на ощупь.

Я продолжаю наблюдать за ней. Она не выглядит сонной или готовой упасть. Затем она прикусывает нижнюю губу и закрывает глаза, поглаживая меня через боксеры.

О, вот оно что. Она попыталась опоить меня каким-то афродизиаком. Теперь всё сходится.

Она трет меня сильнее, и я сокращаю расстояние между нами.

– Детка. Почему бы тебе тоже не снять одежду?

Её глаза распахиваются, и она кивает.

– Да, это платье такое колючее и жаркое. Я хочу его снять. Сними его с меня, пожалуйста.

Я поворачиваю её и дергаю за молнию, чтобы она могла сбросить этот кусок расшитой пайетками ткани, оставив его грудой на полу.

Мягкий изгиб её позвоночника манит меня, и я не пытаюсь сопротивляться, проводя указательным пальцем по длине её тела, пока не дохожу до задницы.

Её белье, черное кружево, пояс с чулками, всё как положено. Она определенно пришла, чтобы произвести впечатление.

– Что теперь, Malyshka?

Она делает шаг к кровати, а затем останавливается посреди комнаты. Я улавливаю невнятное ругательство. Затем она поворачивается ко мне, и на её лице расплывается фальшивая улыбка.

– Знаешь, мне стоит уйти. Это была дурацкая идея. Меня уволят…

Я смотрю, как она подхватывает платье с пола и бросается к двери. Теперь пути назад нет. Она возится с засовом и замком, успевает отодвинуть засов, прежде чем я хватаю её за талию и трусь своим эрегированным членом об её упругую, округлую задницу.

Она упирается руками в дверь и стонет.

Этот звук обжигает меня, но я не стану делать ничего большего. В какой-то момент, когда наркотик полностью овладеет ею, она будет молить о пощаде.

Тогда она узнает… во мне её нет.

– Назад в кровать, детка. Ты рассказывала мне, что собираешься со мной сделать.

Она сглатывает сдавленный звук и поворачивается ко мне. Её глаза сейчас совсем затуманены, она заваливается набок, но её соски напряжены, умоляя о моих зубах.

Только разок. Крошечный кусочек. Я наклоняюсь и захватываю губами твердый пик её правого соска через кружево. Она выгибается навстречу мне и прижимает мою голову к груди. Я трусь щетиной о верхний изгиб её груди, переходя на другую сторону, и повторяю то же самое.

В этот раз она сдавленно выдыхает от нетерпения.

– Мне нужно, чтобы ты был внутри меня. Прямо сейчас.

Я делаю паузу, чтобы вдохнуть медовый аромат её кожи. Пусть он наполнит меня, потому что это всё, что я могу позволить себе получить от неё. Я выпрямляюсь и тяну её к кровати.

– Сядь, пожалуйста, устраивайся поудобнее. Я не буду трахать тебя у двери. По крайней мере, в этот раз.

Розовый румянец заливает её щеки и разливается вниз по шее, покрывая загорелую кожу над грудью. Она тяжело дышит, напрягаясь под кружевом, пока наркотик берет верх над её телом и обращает его против неё самой.

– Кровать, – шепчет она. – Точно.

Я медленно опускаюсь на колени, усаживаю её и расстегиваю ремешки на её туфлях. Каждый ноготок на пальцах ног окрашен в нежно-пастельный розовый цвет. Без обуви её ноги даже не достают до пола с края моей кровати. Она такая крошечная. Как она вообще собирается меня принять? Я разорву ее и получу от этого удовольствие.

Она шевелит пальцами ног и выгибает спину.

– Так лучше, спасибо.

– Хочешь еще попить?

– Воды, пожалуйста.

Я оставляю её на кровати и пересекаю комнату, чтобы взять пару бутылок воды из мини-холодильника. Она мнет простыни руками и подается вперед, когда я возвращаюсь. Я протягиваю ей бутылку, но она забирает её и вместо того, чтобы пить, проводит ею по груди и вниз по животу. Конденсат оставляет мокрые дорожки на её золотистой коже.

Я сажусь рядом с ней на кровать, не глядя на неё, и открываю свою бутылку.

– Знаешь, первое правило, если хочешь кого-то опоить, – убедиться, что наркотик попал в чужое тело, а не в свое собственное.