Текст книги "Больше, чем воспоминания (ЛП)"

Автор книги: Молли Маклейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА 33

ЭЙДЕН

– Пора заканчивать работу, красавчик. Твоя мама взяла с меня обещание, что мы не опоздаем, и я не могу подвести ее на моем самом первом воскресном семейном ужине.

– Ну, она это переживет. Я уже много лет опаздываю. – Я откладываю ноутбук в сторону и улыбаюсь. Лив, в свою очередь, закатывает глаза.

– Именно это я и хочу сказать. Я пообещала ей, что помогу тебе измениться, а ты не облегчаешь мне задачу.

– Давать обещания от моего имени было твоей первой ошибкой, детка. Ты же знаешь, ты единственная, кого я слушаюсь.

– Именно поэтому я и подумала, что смогу тебя убедить. – Она очаровательно закусывает губу, а затем пожимает плечами. – Я даже испекла персиковый пирог.

– Подожди, подожди, подожди… – Я встаю и обхожу свой стол, в животе у меня уже урчит. – Ты испекла персиковый торт? И не сказала мне?

– Я бы не рискнула зная, что ты его съешь.

Я показываю два пальца и ухмыляюсь.

– Вторая ошибка.

– Что? – Лив отходит в сторону, когда я выхожу из кабинета прямиком на кухню. – Куда ты… Эйден Эндерс, не трогай этот торт!

Шлёпанье её сандалий следует за мной по коридору, но уже слишком поздно. Как только я замечаю форму для торта на столе, я берусь за дело.

Я поднимаю её над головой девушки и смеюсь ещё громче каждый раз, когда она пытается подпрыгнуть, чтобы дотянуться до неё.

– Эйден, ну же. Я обещала твоей маме, что принесу десерт.

– Мы заедем в магазин и купим мороженое.

Но этот торт? Он мой – очень скоро она тоже станет моей.

Она топает ногой и скрещивает руки на груди. На ней тот розовый сарафан, который я так люблю, а ее волосы собраны в беспорядочный пучок, что, наверное, к лучшему.

– Снимай свое платье.

– Извините? – Ее рот приоткрывается, а темные глаза сужаются.

– Снимай. Свое. Платье. И, может быть, только может быть, я оставлю немного торта.

– Шантаж незаконен, ты же знаешь. – Она делает надменное лицо, и я усмехаюсь.

– Только не в этом доме. А теперь делай, как я говорю.

– Или что? Ты съешь весь торт сам? Ладно, давай. Веди себя как свинья. Надеюсь, тебя стошнит.

– Ни за что. – Я поставил форму на стол только для того, чтобы обхватить ее за талию и притянуть к себе. Я был напряжен с тех пор, как она вошла в мой кабинет, и она никак не могла этого не заметить.

– У нас нет на это времени, – протестует она, но ее голос уже мягче. Ее зрачки тоже расширены.

– Только один маленький кусочек. Это все, чего я хочу.

На ее губах появляется едва заметная улыбка.

– Кусочек меня или торта?

– А можно мне и то, и другое?

Через секунду мы оба уже голые и целуем друг друга так, как будто не занимались любовью этим утром.

– У нас будут большие проблемы, – выдыхает Лив, проводя языком по одному из моих сосков и обхватывая рукой мой член.

– Оно того стоит. – Обняв её одной рукой за талию, я поднимаю её на столешницу, и она вскрикивает.

– Здесь холодно!

– Ненадолго. – Оскалившись в дикой ухмылке, я смазываю верхушку торта.

– Эйден, не смей! – Глаза Лив расширяются, когда она видит, как я размазываю торт по её груди, а затем спускаюсь к центру её ног.

– Как я и сказал, я хочу и тебя и торт. – И вот они оба у меня на кухонном столе.

Прикусывая и дразня, я прокладываю путь от одного соска к другому, пока руки Лив не запутываются в моих волосах, а всё её тело не начинает дрожать.

– Это так неправильно, – кричит она, притягивая мою голову туда, куда ей хочется, и наблюдая, как я пожираю её сладкую плоть. – Боже, мне так нравится.

Я улыбаюсь в ложбинку между её грудей, прежде чем начать спускаться.

– Знаешь, что я люблю даже больше, чем персиковый торт?

– Мучать меня?

– Твою киску. Не могу представить себе более сладкого удовольствия, чем иметь и то, и другое одновременно.

– Ууугх. – Она стонет, сильнее опуская мою голову навстречу своим поднимающимся бедрам. В тот момент, когда мой язык находит ее клитор, она запрокидывает голову, и самый низкий и сексуальный стон, который я когда-либо слышал, разносится по всему дому.

– Так вкусно, – рычу я, вылизывая ее дочиста, стараясь не запачкать пирожными те места, где им не место. – Чёрт, я мог бы есть тебя всегда.

– Продолжай в том же духе, и я, может быть, позволю тебе. – Её бёдра продолжают пульсировать у моего лица, пока я дразню и играю с ней, пока она не издаёт тихий стон, просящий большего.

– Ты хочешь, чтобы я вошёл в тебя? Это то, что тебе нужно? – Я не жду ответа. Встаю, поднимаю её со столешницы и следую за ней на ковёр. Секунду спустя я погружаюсь в нее, наши тела соприкасаются отчаянными толчками, пока мы трахаемся.

– Да, о боже, да! – Ногти Лив впиваются в мою спину, когда она выгибает спину, а ее киска сжимает мой член изо всех сил. Она самозабвенно вскрикивает, и у меня перед глазами все меркнет.

– Я сейчас кончу, – бормочу я, изо всех сил стараясь не отпускать ее, пока она не закончит.

– Только не внутрь, – отчаянно говорит она, и я вырываюсь, пока не стало слишком поздно. – Я хочу, чтобы ты был у меня во рту.

Чертовски сладкая детка.

Секунду спустя она стоит передо мной на коленях, и ее рот полон моего члена. Достаточно двух глотков, и я изливаюсь ей в глотку еще до того, как замечаю, что у нее на лице торт.

– Ты только что...?

Она криво ухмыляется, облизывает губы и кладёт в рот кусочек персика.

– Твоя идея заинтересовала и меня.

Чёрт возьми, эта женщина.

ОЛИВИЯ

– Итак, какие у тебя планы теперь, когда ты в безопасности? – спрашивает меня Джинкс позже в тот же день на заднем дворе родительского дома. – Ты собираешься прийти в себя и бросить этого парня? Может, найдёшь кого-нибудь помоложе?

Эйден фыркает.

– Она не бросит меня, братан, а если и бросит, то уж точно не ради тебя.

Я морщу нос, глядя на Джинкса.

– Прости, но он прав. Я только что вернула его и пока не готова с ним расстаться.

– Пока не готова? – усмехается Эйден. – А как насчёт «никогда»?

Хейден хихикает.

– У меня такое чувство, что вы двое поженитесь раньше нас.

– Возможно, ты права, – Эйден подмигивает мне. – Но посмотрим, как всё сложится.

Ага. Прошел всего месяц с тех пор, как Трой появился в Коул-Крике, но мой график на осень и работа Эйдена заставили нас принять несколько важных решений в довольно сжатые сроки.

– Я решила вернуться в Коул-Крик, – объявляю я, и Дженис издает одобрительный возглас, доносящийся из дома.

– Я не подслушиваю! – добавляет она. – Просто убираюсь, клянусь!

Джесси закатывает глаза.

– Да, конечно, мам. Ты же знаешь, что бывает, когда ты лжёшь, да?

Глаза Джетта округляются.

– У тебя вырастет нос, бабуля!

– Верно, малыш.

Я смеюсь и продолжаю:

– После хороших отзывов от моих студентов декан согласился, чтобы я перешла на дистант. Мне придётся ездить в Милуоки на встречи и всё такое, но большую часть работы я буду выполнять онлайн.

– Мне такое очень подходило, – говорит Хейден, – когда Джетт был маленьким, все шло так хорошо.

Мы с Эйденом тихо улыбаемся друг другу. Мы никому не рассказывали о моем бесплодии, потому что, как оказалось, для него это не так важно, как я думала. Да, каждый из нас надеялся когда-нибудь создать семью, но сейчас для нас обоих важнее снова обрести друг друга.

– А как насчет тебя? – Амелия тычет ногой в стул Эйдена. – Какой значок ты собираешься носить, красавчик?

Эйдан делает глоток пива и выдыхает.

– Ну, оказывается, я могу носить оба. Я собираюсь остаться здесь и продолжать работать на округ, но если федералам что-то понадобится от меня, я буду доступен и для них. Оказывается, мне нравится работать с придурками из маленьких городков больше, чем с придурками из больших городов.

– И, оказывается, я скучала по своей семье больше, чем думала, – добавляю я. – Даже по Брену.

Эйден стонет.

– Только не я. Я определенно не скучал по нему.

– Ты же видел его каждый день! – Я хлопаю его по руке, и он кивает.

– Именно об этом я и говорю!

– Как, по-твоему, мы к тебе относимся, чувак? – спрашивает Джинкс, и Джесси фыркает.

– Тебе лучше быть поосторожнее там. – Эйден указывает своим пивом на старшего брата. – Тем более, что скоро ты будешь видеть меня гораздо чаще.

– О, да? Почему это?

Я вопросительно поднимаю брови, глядя на Хейден.

– Потому что мы будем соседями!

Кричит она, и Амелия со смехом откидывается на спинку стула, когда Джесси произносит ругательство, которое, как мы все знаем, на самом деле не имеет в виду.

– И когда это должно произойти? У меня в расписании нет твоего участия в земляных работах, и будь я проклят, если буду копать для тебя зимой.

– Вообще-то... – Хейден поднимает руку. – Они есть в твоем расписании. Я добавила их на прошлой неделе. Просто у меня не было времени сказать тебе об этом.

Он пытается сверлить ее взглядом, но не может сдержать улыбку.

– Что ж, тогда, я думаю, вас можно поздравить. – Он поднимается на ноги и берет бокал с пивом, и все мы, один за другим, следуем его примеру. – За Эйдена и Оливию... Пусть дом, который вы построите вместе, будет таким же крепким, как и тот, в котором мы выросли.

Джинкс улыбается, а Амелия смахивает слезу. Эйден… что ж, он обнимает меня за плечи и целует в макушку.

– Добро пожаловать в нашу семью, детка. Я надеюсь, что ты полюбишь эту сумасшедшую компанию так же сильно, как и я.

ГЛАВА 34

Месяц спустя…

ЭЙДЕН

– Мы действительно делаем это? – На лице Лив расплывается радостная улыбка, когда мы стоим на крыльце здания суда округа Пайн с нашим свидетельством о браке в руках. Не хватает только подписей, которые придадут браку официальный характер.

Я протягиваю руку и заправляю прядь темных волос ей за ухо, когда налетает сентябрьский ветер и бросает длинные пряди ей на лицо.

– Конечно. Если только ты не струсишь?

– Ни за что, красавчик. – Она приподнимается на цыпочки и прижимается губами к моим губам как раз в тот момент, когда кто-то позади нас откашливается.

– Я почти уверен, что ты должен подождать, пока судья объявит вас мужем и женой, братан. – Джесси хлопает меня по спине, а Хейден закатывает глаза.

– Не обращайте на него внимания. Он явно не понимает, о чём говорит, учитывая, что он сделал мне ребёнка, прежде чем даже подумал о том, чтобы подарить мне кольцо.

– Эй, – возражает мой брат. – Это ты приехала в город и соблазнила меня. У меня не было времени на кольцо.

Лив хихикает.

– Разве порядок вещей имеет значение, когда в конце концов все получается так, как должно быть?

Я притягиваю ее к себе для еще одного поцелуя.

– Мне нравится ход твоих мыслей, женщина.

Она шлепает меня по заднице.

– Хорошо. А теперь давайте зайдем внутрь, чтобы ты мог дать мне свою фамилию.

– Да, мэм.

Десять минут спустя секретарь вызывает нас обратно в кабинет судьи Маршалла. Только мужчина, сидящий за столом судьи, не тот дородный старик, с которым я бессчетное количество раз сидел в суде за последние десять лет.

– Добрый день, ребята, – говорит мой лучший друг, откидываясь на спинку судейского кресла, как будто это его чертово заведение принадлежит ему. – До меня дошел слух, что вы двое, возможно, заглянете ко мне сегодня – по-тихому, как вы, по-видимому, делаете все.

– Брен, ты с ума сошёл, если думаешь, что сможешь помешать мне выйти замуж сегодня, – говорит Лив сквозь стиснутые зубы, и её брат запрокидывает голову и хохочет.

– О, сестрёнка, ты даже не представляешь. – Его взгляд, всё ещё весёлый, но немного злобный, останавливается на мне. – Ты правда думал, что я позволю тебе просто взять и жениться на моей единственной сестре, Эндерс?

Лив шагает вперед, ее простое белое платье развевается на бедрах, а руки сжимаются в кулаки.

– Брендан Каллум Бишоп, мы не будем делать этого сегодня.

Он встает со стула и выходит из-за стола. Любопытно, что он одет почти так же хорошо, как и я, – в слаксы и рубашку на пуговицах, а не в свой обычный офисный костюм шерифа округа Пайн.

– Ты действительно любишь этого парня? – спрашивает он ее, поднимая подбородок в мою сторону, но не сводя с нее глаз.

– Ты же знаешь, что я люблю.

Он долго смотрит на нее, его челюсть под рыжей бородой подрагивает.

– Хорошо. Это все, что я хотел услышать

Судья прочищает горло и протягивает Брен книгу.

– Вот, пожалуйста, шериф.

И тут до меня доходит. Черт возьми.

– Чувак, ты серьезно? – Мой голос становится тихим из-за внезапного давления в груди.

– Если я не могу быть твоим шафером, я подумал, что, может, ты позволишь мне быть священником вместо него.

Лив ахает, а Джесси хихикает позади нас.

– Чёрт, я забыл об этом.

– Забыл о чём? – спрашивает Лив.

– Он рукоположен, – объясняю я, и Брен сияет, как чёртов ребёнок.

– Подумал, что когда-нибудь это может пригодиться, и вот мы здесь. – Лив переводит взгляд с меня на него и обратно со слезами на глазах.

– Ты серьёзно? Он может законно женить нас?

– Да. – И, честно говоря, я бы сам до этого не додумался. – Что скажете, доктор Бишоп? Вы не против, если этот парень назовёт нас мистером и доктором Эндерс?

Она машет руками перед лицом, но я не уверен, пытается ли она сдержать слёзы или смех.

– Кто бы мог знать, что мы так закончим?

Взяв её руки в свои, я провожу большими пальцами по её костяшкам и обручальному кольцу, которое мы выбрали вместе неделю назад. Это было спонтанное решение, но, с другой стороны, оно не было таковым.

– Я знал, – говорю я своей будущей жене, встречаясь с ней взглядом, и по тому, как она смотрит на меня, я понимаю, что она тоже знала.

Возможно, жизнь развела нас по разным дорогам, но нам с Лив всегда было суждено нечто большее, чем воспоминания…

Нам было суждено быть вместе навсегда.

ЭПИЛОГ

Два года спустя…

ОЛИВИЯ

– Ты серьёзно? – голубые глаза Эйдена становятся такими же круглыми, как и мои, когда мы в полном шоке смотрим на столешницу в ванной.

Двенадцать с половиной лет я убеждала себя, что не важно, если этот день никогда не наступит. Что я найду другие способы заполнить пустоту от того, что никогда не стану матерью, а тем более матерью детей Эйдена.

Но вот мы здесь, влюблены друг в друга сильнее, чем когда-либо, и собираемся отпраздновать вторую годовщину нашей свадьбы тем, чего, как мы думали, может никогда не случиться.

Я беру свой телефон и просматриваю первое сообщение от Жасмин, отправленное всего полчаса назад.

– Она сказала, что два часа назад у нее отошли воды, и когда она приехала в больницу, раскрытие шейки было уже два сантиметра. Это происходит, детка. Может быть, даже сегодня.

– Черт возьми. – Лицо Эйдена становится неожиданно бледным для парня, который зарабатывает на жизнь тем, что расправляется с плохими парнями. – У меня еще нет автокресла в машине. Черт, как ты думаешь, у нас достаточно подгузников? Может, нам стоит остановиться по пути и купить еще.

Я смеюсь и беру его лицо в ладони.

– Малыш, у нас полно подгузников. Но у нас может не хватить времени. Джас – будущая мама впервые, но у неё срок подошел на две недели раньше, так что кто знает, как быстро или медленно всё пойдёт.

– Вот чёрт. Ехать четыре часа. Мы вообще всё собрали? – Он в панике оглядывает нашу спальню, и я снова смеюсь.

Он был спокоен на протяжении всего этого. Был голосом разума, когда я нервничала и переживала, что Жасмин передумает насчёт усыновления. Я должна была догадаться, что именно он запаникует, когда наступит этот важный день.

– Я положу в сумку немного одежды и туалетных принадлежностей, если ты положишь в машину автокресло и сумку для ребёнка. Я вчера вечером заправила машину, так что нам не о чем беспокоиться. И мы сможем позвонить родителям, когда будем в пути.

Он кивает, и на смену панике приходит решимость.

– Верно. Хорошо. Автокресло и сумка. Я могу это сделать.

– Хорошо. – Я приподнимаюсь на цыпочки и целую его в губы. – Я люблю тебя.

– Я люблю тебя ещё сильнее. – Он обвивает руками мою талию, и по его телу прокатывается нервный смешок. – Чёрт возьми, мы станем родителями.

– Я знаю. Кто бы мог подумать?

– Я, – признаётся он, отстраняясь и убирая волосы с моего лица. – Я всегда знал, что ты будешь чертовски хорошей матерью.

От нахлынувших эмоций у меня перехватывает дыхание, и я взмахиваю рукой перед внезапно заслезившимися глазами.

– Сейчас не время для слёз!

– Чёрт. Точно. – Он отпрыгивает назад и указывает на детскую в другом конце коридора. – Автокресло и детская сумка. Я уже в пути.

Четыре с половиной часа спустя добрая медсестра, которая напоминает мне Лену, надевает нам на запястья браслеты и отводит нас обратно в родильное отделение, где находится Жасмин.

Красивая блондинка открывает глаза и улыбается, увидев нас, и от этого простого жеста у меня наворачиваются слёзы. Я всё ещё не могу поверить, что это происходит на самом деле. Что звёзды сошлись именно так, и Жас выбрала нас, чтобы мы вырастили её ребёнка.

– Здравствуйте, доктор Эндерс, – сладко произносит она, прежде чем скорчить гримасу от схваток. – О, боже, они становятся сильнее. Спасибо богу за эпидуральную анестезию.

Медсестра, сидящая у монитора, кивает.

– Они тоже быстро проходят. Я должна еще раз проверить твои успехи.

– В прошлый раз раскрытие было в шесть сантиметров, – объясняет Джас, и Эйден бледнеет.

– Скоро уже десять, верно?

– Да, уже совсем скоро. – Медсестра натягивает перчатку, и Джас раздвигает ноги, чтобы она могла проверить.

– Ах, может, мне лучше выйти? – Мой бедный муж поворачивается к двери, но я хватаю его за руку и притягиваю обратно к себе. За последние несколько недель мы говорили об этом бесчисленное количество раз, и Жасмин даже настояла, чтобы он присутствовал при родах, потому что хотела, чтобы он в полной мере ощутил себя отцом.

– Уже девять, девочка. Будет десять – и она родит, так что нам лучше позвать врача.

Медсестра ухмыляется, выбрасывает перчатки в мусорную корзину и направляется к двери.

– Я сейчас вернусь, ребята. Если она начнёт тужиться, вы знаете, что делать, верно?

Глаза Эйдана расширяются, и я смеюсь.

– Она шутит. Наверное.

Джас отмахивается от неё, как от старого профессионала, а не новичка.

– Мы справимся с этим. – Опять же, все возможно, когда у тебя онемело все тело ниже пояса.

Мы с Эйденом переходим на другую сторону кровати, когда до меня доходит, что Джас одна.

– Я думала, твоя мама должна была быть здесь.

Она облизывает губы и дышит во время очередной схватки, прежде чем ответить.

– Она привела меня сюда, но решила не оставаться. Не хотела мешать.

– О. Тут много места. Мы не возражаем.

– Она боялась, что привяжется, – перебивает Джас. – Знаешь, если она увидит ребенка и все такое прочее.

Рука Эйдена крепче сжимает мою, прежде чем он прочистит горло.

– Мы говорили об этом, Джас. Если твоя семья хочет быть частью жизни этого ребенка, мы открыты для этого.

Темные глаза Жасмин наполняются слезами.

– Я знаю. И, в конце концов, так и будет. Но я не уверена, что сейчас это хорошая идея.

Бедная девочка. Мое сердце болело за нее с того самого дня, когда она вошла в мой кабинет в рабочее время и разрыдалась. Она узнала, что беременна, через неделю, а буквально на следующий день ее парень погиб в автокатастрофе. Она была напугана, но в то же время была чертовски храброй, и я увидела в ней столько от себя самой.

Через месяц она вернулась и сказала мне, что решила отдать ребёнка на усыновление, потому что не была готова быть матерью-одиночкой. Она поговорила со своей семьёй, и хотя поначалу они были настроены скептически, потом согласились.

Джас спросила, знаю ли я что-нибудь о процессе усыновления, и я думаю, что в тот момент уже знала, чем всё закончится. Мы с Эйденом несколько месяцев изучали варианты, поэтому я поделилась тем, что знала. Джас потребовалось два дня, чтобы вернуться и спросить, не соглашусь ли я стать матерью её ребёнка.

Остальное произошло так же быстро. Эйден и Джас познакомились и сразу поладили. Помогло то, что биологический отец ребёнка учился в полицейской академии, так что они нашли общий язык. А учитывая планы Джас преподавать английский как второй язык за границей, мы действительно идеально подходили друг другу. Мы могли бы подарить её ребёнку ту жизнь, которую она хотела бы прожить, если бы всё сложилось иначе.

– Я люблю вас, ребята, – хрипло произносит Джас, вытирая слёзы. – И я не хочу, чтобы вы беспокоились, что я передумаю, поэтому думаю, что будет лучше, если дам вам время и пространство, чтобы вы полюбили этого ребёнка и создали свою семью. Мы поймем, когда придёт время, и я смогу принять более активное участие.

Я прерывисто вздыхаю и отпускаю руку Эйдена, чтобы взять ее за руку.

– Мы тоже тебя любим. И мы сделаем это так, как ты захочешь.

Она улыбается, и одинокая слезинка скатывается по ее щеке.

– Знаешь, я рассказывала Джейми о тебе. О том, как сильно я уважала тебя и хотела когда-нибудь стать похожей на тебя.

– О, Джас...

– Он бы тоже этого хотел, я знаю, хотел бы. – Она сжимает мою руку как раз в тот момент, когда в палату с широкой улыбкой входит доктор.

– Я слышала, у нас сегодня будет пополнение, ребята. – Она бросает взгляд на монитор как раз в тот момент, когда начинаются новые схватки и Джас крепче прижимает меня к себе.

– О, это уже серьезней, – ворчит она. – Что-то определенно происходит.

Доктор хихикает, пододвигая стул, и в палату вваливается несколько медсестер.

– Давайте поможем этому малышу появиться на свет, хорошо?

ЭЙДЕН

– Это странно, что я думаю, что он похож на тебя?

Я смотрю на нашего сына, закутанного в больничное одеяло, с шапочкой в сине-розовую полоску, закрывающей его светло-каштановые волосы. На его подбородке крошечная ямочка, а ресницы такие длинные, что касаются щёк.

– Он выглядит намного лучше меня, детка. И если у него будут тёмные глаза, как у Джас, то, скорее всего, он будет больше похож на тебя.

Лив прижимается ко мне и кладёт голову мне на плечо.

– Что ты думаешь, Джеймсон? Ты будешь похож на кого-то из нас или мы просто сошли с ума?

– Точно, сошли с ума от любви. Он здесь всего пару часов, но я уже люблю этого мальчика всем сердцем. Я помню, Джесси говорил что-то подобное после рождения Джетта, и я подумал, что он драматизирует. Оказывается, я был не прав. Но в этом нет ничего постыдного.

– В этом нет сомнений. – Лив протягивает руку и проводит пальцем по щеке Джеймсона, и его маленькие розовые губки поджимаются во сне. – Он действительно идеален, не так ли?

– Совсем как его мама. – Я наклоняюсь и целую ее в губы. – Я люблю тебя, Ливи.

– Я люблю тебя еще больше.

– Неплохой подарок на годовщину, а?

Лив улыбается мне в губы.

– Совсем неплохой.

~ КОНЕЦ ~