Текст книги "Джентльмен Джим (ЛП)"
Автор книги: Мими Мэтьюз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)
– Мы познакомились в «Таттерсолле», – пояснил Фред. – Бересфорд любит охоту. Я пригласил его приехать пострелять в Бисли-парке.
Глаза Мэгги сузились.
– Вот как.
Фред уже вёл себя так, словно Бисли принадлежал ему, принимая решения относительно поместья, которое по праву было её. Но приглашать гостей – это уже новый уровень самоуверенности.
– Разве Летчфорд-холл не более подходящее место для приёма твоих друзей? – спросила она.
Поместье сэра Родерика, расположенное по соседству с Бисли-парком, было не менее величественным и имело то преимущество, что являлось настоящим домом Фреда.
– Не во время ремонта. Там повсюду леса и штукатурка. Небезопасно для гостей. К тому же, – Фред повернулся к Лайонелу, – лучшего места для охоты и стрельбы, чем Бисли, вам не найти. Я всегда говорю, что он лучший на всём западе. Можете взять с собой и вашу матушку, – великодушно добавил он. – Мисс Ханиуэлл не помешало бы женское общество.
– Чрезвычайно любезно, сэр. – Мистер Бересфорд указал на кого-то в толпе. – А вот и моя матушка. Позвольте вам её представить.
Вежливо отказаться было невозможно. Мэгги позволила Фреду провести её сквозь толпу к ряду стульев, где сидели пожилые дамы и дебютантки. Среди них восседала миссис Бересфорд – худая, птицеподобная женщина с проницательным, беспокойным взглядом. Она с лёгкой улыбкой наблюдала за Мэгги, пока сын представлял их друг другу.
– Вы не танцуете, мисс Ханиуэлл? – спросила она. – Как жаль, при таком восхитительном платье. Фасон, несомненно, французский. – Она хихикнула. – Не припомню, чтобы мои юные знакомые носили что-либо подобное.
– Мисс Ханиуэлл не может танцевать, – ответил за неё Фред. – Она нездорова.
Пальцы Мэгги так сильно сжали ручку веера из слоновой кости, что она испугалась, не треснет ли она.
– Какой ты забавный, Фред. Право же, миссис Бересфорд, я могу танцевать. Я просто берегу силы для вальса. – Она склонила голову. – Приятного вам вечера!
Резко повернувшись, она направилась сквозь толпу элегантно одетых дам и джентльменов, заполнивших бальный зал.
– Прошу прощения, – бормотала она на ходу. – Извините.
Танец подходил к концу, музыка нарастала, оркестр гремел так, что в голове гудело.
– Маргарет.
Фред схватил её за руку – ту самую, которую сжимал с такой силой во время последнего визита на Грин-стрит.
Она не смогла скрыть гримасу боли.
Он ослабил захват, но не отпустил руку.
– Куда это ты? Нельзя уходить одной. – Его взгляд неодобрительно скользнул по её фигуре. – И уж точно не в таком виде.
– Я не одна. Я приехала с мисс Трамбл, её братом и тётушкой.
– Никого из них сейчас с тобой нет.
– А вот и я! – Джейн, запыхавшись, подоспела с танцпола. – Всё в порядке?
Мэгги никогда ещё не была так рада видеть подругу.
– Фред считает, что мне недостаёт компаньонки.
Джейн рассмеялась.
– Чушь. У неё целых три компаньонки. Мой брат как раз пошёл за пуншем, а потом мы вернёмся к моей тётушке.
– Именно так, – подтвердила Мэгги. – Тебе не нужно опекать меня весь вечер, Фред. Ты только устроишь сцену.
Фред угрюмо посмотрел на неё.
– Ладно. Но я буду за тобой присматривать, Маргарет, в этом не сомневайся.
Он зашагал прочь, чтобы присоединиться к своему приятелю.
– Что это было? – спросила Джейн.
– Собственничество, – ответила Мэгги. – И даже хуже. Он подружился с дальним родственником лорда Сент-Клера.
– Да? – Джейн бросила на неё встревоженный взгляд. – Какую пакость он может замышлять?
– Не знаю. Но Фред никогда не забывает обид. Я бы не исключала, что он готовит виконту какую-то неприятность.
Джейн вздохнула.
– Мужчины и их мелкие обиды. Как это пошло. – Она взяла Мэгги под руку. – Пойдём. Найдём Джорджа.
Вечер тянулся под звуки музыки и танцев. Прибывало всё больше гостей, и вскоре бальный зал был забит до предела. В мерцающем свете хрустальных люстр становилось жарко, воздух густел от тяжёлых ароматов духов, помады и пота. Дышать было трудно. И действительно, ближе к полуночи – верный признак успеха бала у леди Паркхерст – одна из танцующих шотландский рил дам лишилась чувств от духоты и усталости.
Мэгги и сама почувствовала лёгкое головокружение. Ей было невыносимо думать, насколько хуже ей было бы, окажись она сейчас в танце.
Но она не танцевала.
Даже когда наконец заиграли вальс. Этот танец был кульминацией вечера – желанным для любого джентльмена, стремящегося сблизиться со своей дамой. И не только потому, что вальс был интимен, но и потому, что после него мужчина получал право ужинать рядом со своей партнёршей. Сидеть с ней бок о бок час или даже дольше.
Мэгги стояла рядом с креслом тётушки Харриет, наблюдая, как пары кружатся по залу. Именно тогда она увидела его.
Джона Бересфорда, виконта Сент-Клера.
Одетый в безупречный чёрно-белый вечерний костюм, он вальсировал с мисс Стил. Он почти обнимал её, плавно скользя под музыку.
У Мэгги перехватило дыхание.
Когда он появился? Она его не заметила. И не слышала разговоров, которые указывали бы на его присутствие. Должно быть, он прибыл как раз перед началом танца. А значит, скорее всего, заранее договорился с мисс Стил о встрече. Возможно, это было условлено во время их утренней прогулки или одной из встреч в парке.
Мэгги прижала руку к животу, заставляя себя дышать, хотя сердце сжималось от боли и – стыдно было признаться – ревности. У неё не было никаких прав на Сент-Клера. Он говорил, что намерен ухаживать за ней, это правда, но он не давал обещаний. Не приносил клятв. Такие клятвы давал только Николас, но то было слишком давно и не в счёт. Он был тогда мальчишкой. Что он знал о мире? О женщинах?
С другого конца зала Сент-Клер выглядел таким же опытным, как любой утомлённый светский лев. Он улыбался мисс Стил, пока они танцевали. Она что-то говорила ему. Скорее, флиртовала. В своём мерцающем серебристом платье она буквально сияла в свете свечей, сверкая, как бриллиант. Юная, прекрасная и полная жизни.
Когда-то и Мэгги была такой.
Но не сейчас.
Её охватила внезапная неловкость из-за дерзкого синего наряда. Следовало взять пример с Джейн и надеть что-то скромнее, более подходящее её возрасту.
Сама Джейн выглядела элегантно и грациозно, вальсируя с лордом Ирвином, пожилым вдовцом. Она была гораздо ближе к Мэгги, чем Сент-Клер. Достаточно близко, чтобы одарить её сияющей улыбкой.
Мэгги заставила себя улыбнуться в ответ. Улыбка вышла ярче, чем она считала возможным в данных обстоятельствах. Она не хотела тревожить подругу. Джейн и так провела первую половину вечера, заботясь о её комфорте.
Именно в тот миг, когда она улыбалась с этим искусственным блеском, вращение танца приблизило Сент-Клера и мисс Стил. Лёгкий наклон, стремительный поворот – и его пронзительный серый взгляд встретился с её взглядом через весь зал.
На мгновение их глаза соединились, словно пронзённые электрическим током. В этот бесконечный миг он казался ошеломлённым. Поражённым до глубины души. Мэгги увидела эмоции в его глазах – столь же явные, как и всё остальное. Но так же быстро, как и проявились, они исчезли, скрывшись под маской ледяной сдержанности.
Он протанцевал мимо с мисс Стил, и всё его внимание вновь обратилось к лицу партнёрши. Он даже улыбнулся ей, хотя в его выражении не было и тени теплоты.
Мэгги ещё несколько мгновений смотрела ему вслед, прежде чем вернуть внимание Джейн. Негоже на людях тосковать по самому завидному холостяку сезона. Особенно когда весь свет знал, что он недавно дрался на дуэли с Фредом. Это лишь разожгло бы новые сплетни.
– Гарольд уже вернулся? – спросила тётушка Харриет, по-совиному оглядывая зал. – Он обещал отвести меня на ужин.
Гарольд Трамбл был отцом Джейн. Тётушка часто путала поколения.
Мэгги не стала её поправлять.
– Он в игровой, мэм, играет в карты. Уверена, он скоро придёт.
Прозвучали последние аккорды вальса, и Сент-Клер с мисс Стил завершили танец в дальнем конце зала. Мэгги больше не могла разглядеть их в толпе.
И она не хотела.
Хотя она и решила сохранять внешнее спокойствие, её сердце вряд ли выдержало бы зрелище, как Сент-Клер провожает свою миловидную юную партнёршу к ужину.
– Тётушка Харриет, – Джордж, слегка запыхавшись, вышел из толпы и подошёл к ней. – Вы готовы спуститься на ужин?
– Да, да, я просто умираю с голоду. – Тётушка взяла его под руку.
– Мисс Ханиуэлл? – Он предложил другую руку Мэгги.
Она покачала головой.
– Благодарю вас, но мне нужно немного воздуха. У меня немного кружится голова.
Когда Джейн вернулась со своим кавалером, она тут же предложила составить Мэгги компанию.
– Я пойду с тобой. Это пустяки.
– Не стоит, – сказала Мэгги. – Я прекрасно справлюсь сама.
– Но если ты выйдешь в сад…
– Я не зайду так далеко, – пообещала Мэгги. – Только на террасу, ненадолго, а потом сразу присоединюсь к вам. Ты и не заметишь моего отсутствия.
Когда её друзья и остальные гости двинулись в столовую, Мэгги направилась в противоположную сторону. Застеклённые двери вели на широкую каменную террасу. Лакей в ливрее открыл одну из них перед ней.
Она вышла и прошла вперёд, пока её руки не коснулись прохладного края каменных перил. Освещённая факелами терраса выходила на обширный многоуровневый сад. Казалось, вокруг никого не было. Кроме нескольких слуг, прибиравших в зале, она была одна.
Вечерний воздух приятно холодил её обнажённую кожу. Стало заметно прохладнее, чем по прибытии. Она перегнулась через перила, делая глубокий вдох, и с вздохом закрыла глаза.
Было глупо приезжать сюда. Глупо думать, что она достаточно окрепла, чтобы танцевать с кем-либо, тем более со Сент-Клером. Возможно, Фред был прав. Пора возвращаться домой, в Бисли-парк. Пора возвращаться к нормальной жизни.
Лондон был хорош, чтобы забыться. Он был полон энергии и суеты. Развлечений здесь хватало. Но это не то место, где можно поправить здоровье. Слишком пыльно, грязно, воздух пропитан дымом и сыростью туманов. Ей нужен был свежий воздух Бисли-парка. Ей хотелось бродить по сельским тропам. Возможно, даже снова сесть на лошадь, если удастся убедить Фреда, что это для неё безопасно.
Фред.
Перспектива провести всю жизнь под его каблуком угнетала. Это была бы не жизнь. Но многие женщины терпели и хуже. Многие находили в себе силы строить свою жизнь, несмотря на грубых, заносчивых мужей. Она была подготовлена к этому лучше большинства. С её характером и силой духа она никогда не позволила бы Фреду сломить себя или взять над ней полный верх.
Что касается остального…
Меланхоличные размышления Мэгги прервал звук открывающейся и закрывающейся двери на террасу. По каменным плитам отдавались чьи-то приближающиеся шаги.
Она замерла, дрожь пробежала по спине.
Это был Сент-Клер.
Мэгги почувствовала его ещё до того, как увидела, но боялась обернуться – вдруг он исчезнет, как мираж, рождённый её тоской.
Но он не был миражом. Он подошёл и встал рядом у перил, его тело было большим, тёплым и потрясающе реальным. Его рука коснулась её руки.
– Тебе не стоит быть здесь одной.
– И тебе тоже, – сказала она с похвальным спокойствием. – Твоя партнёрша будет тебя ждать.
– Мисс Стил? Она уже устроилась в столовой. Лорд Мэттингли присмотрит за ней.
– Я не знала, что лорд Мэттингли здесь.
– Он был в карточной комнате. Как и я, пока не начался вальс.
– Ах, да. Вальс. Ты танцуешь его очень хорошо.
Он провёл костяшками пальцев по узкой полоске обнажённой кожи между её рукавом и длинной перчаткой.
– Я бы предпочёл танцевать его с тобой.
В животе у Мэгги запорхали бабочки. Разве может чьё-то прикосновение так на неё действовать!
– Возможно, так и было бы… если бы ты меня пригласил.
– Я не знал, что ты будешь. Ты говорила, что больше не бываешь на балах.
– И не бываю. То есть не бывала. Не с тех пор, как заболела. Но мадам Клотильда сшила это платье, и я подумала… если есть шанс, что мы с тобой… – Она запнулась.
– Ты прекрасно выглядишь этим вечером. Ты всегда прекрасна.
– Как мило с твоей стороны, – сухо ответила она. – И как неожиданно.
– Я не шучу. Я не знаю другой дамы, которая сияла бы так же. Когда я увидел тебя в зале…
– Прибереги свои комплименты для мисс Стил или для той, на ком ты…
– Мисс Ханиуэлл, – его голос стал тише. – Мэгги.
– Не надо…
– Я хочу объяснить. Насчёт мисс Стил. Насчёт моего отсутствия в последние дни. Есть вещи, которых ты не понимаешь.
– Несомненно, – сказала она. Его пальцы отпустили её руку. Она слишком остро ощутила потерю этого прикосновения, чтобы выразить это словами.
– У моего деда очень конкретные планы на мою жизнь. Он не допускает отклонений. А я отклонялся с самого приезда в Лондон. Сначала дуэль, потом ухаживания за тобой.
Наконец она посмотрела на него.
– Он ставит ухаживания за мной в один ряд с дуэлью?
Сент-Клер нахмурился.
– К сожалению, да.
Он замолчал.
– Забота моего деда – его единственная забота – обеспечить мне титул с минимальным шумом. Он хочет, чтобы я женился и произвёл наследника. Это всё, о чём он думает.
– А ты? О чём думаешь ты?
Его губы тронула усмешка.
– Я могу думать только о тебе.
Грудь Мэгги сжалась от приступа невыразимой тоски. Ей так хотелось верить ему.
– Судя по всему, не очень усердно. Сколько прошло времени? Три дня с нашей последней встречи? Четыре?
– И каждый из них был пыткой.
– Сделай одолжение, будь честен. Ты не страдал. Ты ухаживал за мисс Стил. Весь Лондон говорит об этом. Даже сегодня, когда вы вальсировали…
– Это была не более чем игра, – сказал он. – Ничто из этого не было настоящим.
– Мне всё показалось очень даже настоящим.
– Это… игра.
Она приподняла бровь.
– А кто мисс Стил в твоей игре? Пешка? Приз?
– Она никто. Всего лишь ребёнок. Глупая, взбалмошная девчонка. Она мне не интересна, лишь бы успокоить деда.
Мэгги не решалась спросить.
– А кто я?
На лице Сент-Клера промелькнула невыразимая эмоция.
– Ты – всё, – сказал он. – Всё.
Это были красивые слова. Как раз те, что говорят, чтобы успокоить ревнивую женщину. Мэгги не хотела им верить. И всё же…
Все её инстинкты кричали, что он говорит правду. Она видела это на его лице. В его серых глазах, мягких, как дым. То, как он смотрел на неё, так сильно отличалось от его взгляда на других. Но она не смела доверять своим инстинктам. Не до конца.
– Очень лестно. Три дня назад я, возможно, поверила бы. Но это было до того, как я увидела, как ты танцуешь с мисс Стил.
Он внимательно изучал её лицо.
– Ты ревнуешь?
Она рассмеялась – глухой звук в прохладной, освещённой факелами темноте. Это был ответ сам по себе.
– У тебя нет причин, – сказал он.
– Никаких причин, кроме того, что она молода, полна сил и у неё вся жизнь впереди. Кроме того, что она смогла станцевать с тобой вальс. Я надеялась, что смогу… – Мэгги замолчала. Она поправила одну из длинных перчаток, разглаживая её на локте. – Это неважно. Я всё равно не смогла бы станцевать вальс. Нужно смотреть правде в глаза.
Выражение его лица смягчилось. В глазах вспыхнул дьявольский огонёк. И что-то ещё. Что-то идущее из самых глубин. От этого его голос стал хриплым.
– Ты хотела станцевать вальс со мной?
Желудок её сжался от желания.
– Я сказала, это неважно. – Она отошла от перил. – Мне нужно спуститься к ужину. Я обещала Джейн…
– Мисс Ханиуэлл. – Сент-Клер протянул ей руку.
Она настороженно посмотрела на него, прежде чем медленно и осторожно положить свою руку в его.
– Ты не можешь проводить меня. Не после того, как ты уже составил компанию мисс Стил.
– Я не хочу сопровождать тебя на ужин. Я хочу с тобой потанцевать.
Её взгляд метнулся к нему.
– Не говори глупостей. Оркестр уже час как не играет. Музыки нет.
– Нам не нужна музыка.
Её мысли тотчас же умчались к тому давнему уроку танцев на поляне в Бисли-парке. Тогда у них тоже не было музыки. Она посмотрела в глаза Сент-Клера, гадая, думает ли он о том же дне. Помнит ли, как они кружились по траве? Как смеялись?
Она прочистила горло.
– Если ты пытаешься успокоить деда…
– Мой дед ужинает. И больше никого нет поблизости. Не здесь. Вся терраса в нашем распоряжении.
– Полагаю…
– Потанцуй со мной, Мэгги. Я потребую этого как вторую услугу, если придётся.
Она выдохнула.
– Хорошо. В качестве компенсации. Хотя это кажется глупым. Ты же знаешь, мы не можем… – У неё перехватило дыхание, когда его правая рука обхватила её талию.
Блаженство.
Это не могло быть хорошей идеей. Не тогда, когда одно его прикосновение превращало её тело в расплавленный мёд.
Он крепко сжал её левую руку в своей.
– Положи другую мне на плечо.
Она повиновалась. Сердце её колотилось как бешеное.
– Боюсь, ты слишком высок для меня.
– Чушь. Мы идеально подходим друг другу.
– Я серьёзно. Ты стал слишком большим. А я совсем не выросла – о!
Она ахнула, когда он развернул её.
Он улыбнулся, глядя на неё сверху вниз.
– Ты ведь умеешь вальсировать, не так ли?
– А ты? – парировала она. – Ты так не танцевал с мисс Стил.
– Это был английский вальс. Совсем не волнующий. – Сент-Клер наклонился к ней. – На континенте вальс танцуют иначе. Мужчина и женщина крепко прижаты друг к другу. – Его рука сильнее обняла её. – Вот так.
Пульс у неё на шее забился чаще.
– Боже мой. Какая дерзость.
– Именно так.
Он развернул её.
Дрожь пробежала по её коже, когда он закружил её в вальсе по террасе. Её юбки развевались вокруг его ног облаком сверкающего голубого шёлка. Никаких спотыканий. Никакой неуклюжести. Это было легко. Непринуждённо. Как в одной из её детских грёз.
Она посмотрела на него снизу вверх в свете факелов, и на её лице расцвела улыбка.
– Мы танцуем вальс.
Он спокойно смотрел на неё в ответ. Теперь в его взгляде не было ничего холодного. Только тепло и открытость.
– Так и есть, моя дорогая.
От этого небрежного обращения по её телу пробежала волна тепла. Ей захотелось обвить его шею руками. Потянуться и поцеловать. Назвать его Николасом.
Но она не сделала ничего из этого.
Она просто танцевала, позволяя ему вести её в стремительных поворотах, от которых внутри всё трепетало от волнения. Всё это время он не отрывал от неё взгляда, крепко держа в объятиях – сильных, уверенных и надёжных.
– А континентальный вальс длиннее английского? – спросила она наконец.
На его лице мгновенно отразилась тревога.
– Я тебя не утомил?
– Совсем нет.
Головокружительный танец придал ей смелости. Как бы глупо это ни звучало.
– Я бы хотела, чтобы это длилось вечно.
Он улыбнулся.
– Пока не сотрутся подошвы твоих туфелек?
– Как у принцессы из сказки.
Они оба рассмеялись, настолько поглощённые своим счастьем, что Мэгги не услышала, как открылась одна из дверей на террасу. Только когда Сент-Клер повёл её в очередной стремительный поворот, она увидела Фреда. Он стоял в дверном проёме, застыв, и смотрел на них.
Он выглядел точно так же, как много лет назад, когда застал их смеющимися и танцующими на поляне. Его мускулистые кулаки были сжаты по бокам, лоб омрачён гневом и негодованием. И в его глазах…
Но нет. Выражение в глазах Фреда было уже не тем, что давным-давно. На этот раз это был не просто гнев. Это было нечто хуже.
Мэгги с ужасом поняла, что это было узнавание.
Сент-Клер проследил за испуганным взглядом Мэгги. Улыбка исчезла с его лица, когда он прервал танец.
– Мистер Бертон-Смит. Какое неожиданное удовольствие.
Мускулистая фигура Фреда заслонила дверной проём. Свет из бального зала освещал его раскрасневшееся лицо. Он был в ярости, и с каждой секундой гнев его нарастал. Все тот же большой, мускулистый задира – неизменный во времени и обстоятельствах.
– Уберите от неё руки.
Сент-Клер не спешил подчиняться, лишь постепенно убирая руку с талии Мэгги. Он всё ещё держал её за руку. Не хотел отпускать.
– Как поживает ваше плечо?
– Я сказал, отпустите её.
Голос Фреда прозвучал почти как рычание.
Рука Мэгги выскользнула из руки Сент-Клера, когда она шагнула между ними.
– Не будь смешным, Фред. Мы просто танцевали.
Сент-Клер стоял у неё за спиной, возвышаясь над её хрупкой фигуркой. Картина, которую они втроём представляли, была почти нелепой. И он, и Фред казались гигантами рядом с Мэгги. И всё же она вела себя так, словно была достаточно сильна физически, чтобы не дать им сцепиться. Как будто сам факт её женского присутствия мог их удержать.
При других обстоятельствах Сент-Клер не удержался бы от смеха. Но сейчас было не до смеха. На самом деле, он был рад, что Мэгги не видит его лица. Все следы теплоты исчезли. Его охватил холод.
– С такой раной, должно быть, больно двигать рукой. Вам удаётся править лошадьми? Держать хлыст?
– Я достаточно оправился, чтобы защищать то, что моё, – процедил Фред сквозь зубы. – Иди сюда, Маргарет.
Он подозвал её властным движением пальцев. Не слишком отличалось от того, как фермер подзывает собаку.
– Право же, Фред, – начала она. – Я…
– Сейчас же.
Мэгги неохотно пересекла террасу, держа спину прямо.
– Не стоит устраивать сцену, – пробормотала она. – Ничего дурного не случилось.
– Это мне судить. – Фред схватил её за руку и притянул к себе.
Она резко вдохнула от грубого обращения.
И Сент-Клера будто ослепило.
Он шагнул вперёд.
– Отпустите её.
– Не надо! – Мэгги повернулась, преграждая ему путь. – Ты сделаешь только хуже.
Сент-Клер невольно остановился. В нём кипела ярость, которую он так долго сдерживал, но так и не укротил. Ему не потребовалось бы много усилий, чтобы перебросить Фреда через перила террасы.
– Отпустите её, – повторил он. Пальцы его правой руки сжались в кулак. Костяшки хрустнули. – Я не люблю повторяться.
Фред отпустил руку Мэгги.
– Возвращайся внутрь, Маргарет.
– Вы не можете ей приказывать, – сказал Сент-Клер.
– А вот здесь вы ошибаетесь. – В глазах Фреда вспыхнуло самодовольство. – Я её опекун. Человек, в чьих руках её дом, само её существование. Она будет делать, как я скажу, если ей дорого её благополучие.
– О, ради всего святого, – выдохнула Мэгги.
– В этом у вас преимущество надо мной, – сказал Сент-Клер. – Мне никогда не приходилось шантажировать женщину, чтобы добиться её расположения. Обычно они соглашаются добровольно.
Мэгги бросила на Сент-Клера предупреждающий взгляд. Не провоцируй его.
Было уже поздно. Фред надулся, как разъярённая жаба.
– Шантаж?
– Вы меня слышали.
– Вы смеете оскорблять мою честь?
– Я буду рад предложить вам сатисфакцию, – сказал Сент-Клер.
– Вы, человек, которого никто раньше не видел? Который, насколько известно, может быть самозванцем?
– Или потребовать сатисфакцию для себя. – Сент-Клер сделал ещё шаг вперёд. – Если вы продолжите.
– Довольно, – в голосе Мэгги зазвучало раздражение. – Вы двое не устроите ещё одну дуэль.
– Всё в порядке здесь? – В дверях за Фредом появился Лайонел Бересфорд. На его лице застыла маска лёгкого изумления, будто он наткнулся на эту сцену совершенно случайно.
Сент-Клер взял свой гнев под жёсткий контроль. Это было нелегко. Сердце всё ещё бешено колотилось, мышцы были напряжены. Осознание того, что он чуть не сделал, чем чуть не рискнул, отозвалось в нём, как винтовочный выстрел.
Боже милостивый.
О чём он думал? Ещё секунда – и он бы задушил Фреда на глазах у Мэгги, слуг Паркхерстов и Лайонела Бересфорда.
Это осознание потрясло Сент-Клера до глубины души. Он потерял самообладание. А он никогда не терял самообладания.
Что, чёрт возьми, с ним происходит?
– Небольшое недоразумение, – сказал он.
Фред посмотрел на Сент-Клера со слишком знакомым презрением.
– В вопросах чести не бывает мелочей. Джентльмен должен это знать.
– Хватит. – Мэгги остановила Фреда, положив руку ему на рукав. – Я серьёзно. Меня до слёз утомили все эти мужские перепалки. Ты окажешь мне большую услугу, если проводишь меня к ужину.
– Не сомневайся, – отрезал Фред. – Я позабочусь о тебе. – Взяв её руку в свою – жест безошибочно собственнический – он бросил злобный взгляд Сент-Клеру. – Мы с вами ещё встретимся.
– Несомненно. – Сент-Клер наблюдал, как они уходят через двери террасы. Мэгги что-то говорила Фреду, но её голос был слишком тих, чтобы разобрать. Сент-Клер даже не пытался. Он подошёл к перилам, чувствуя, как Лайонел следует за ним.
– Ваш старый враг? – спросил Лайонел.
Сент-Клер прислонился к перилам, скрестив руки.
– А как вы думаете?
– Что я думаю, кузен, так это то, что вы – не тот, за кого себя выдаёте.
– А вы – да?
Лайонел достал из внутреннего кармана эмалированную табакерку. Щёлкнул крышкой.
– Разница в том, что я могу предъявить доказательства законности своего рождения. А вы… – он взял щепотку табаку, – не можете.
Факелы по краям террасы мерцали и потрескивали в темноте. Гнев Сент-Клера вспыхнул снова. На этот раз ему удалось сдержать его.
– Вам недостаточно слова моего деда?
– Нет, – ответил Лайонел. – Боюсь, что нет.
Так оно и было. Голая правда.
Сент-Клер подозревал об этом, но не ожидал, что кузен признается в этом столь откровенно – и столь оскорбительно.
– Мне следовало бы вызвать вас за это.
– И должны, – согласился Лайонел.
– Я мог бы, если бы был уверен, что вы умеете правильно держать пистолет. В таком случае я с тем же успехом мог бы вызвать на дуэль ребёнка. А я не связываюсь с детьми в делах чести, какими бы оскорбительными они ни были.
– У вашего отца не было подобных угрызений совести.
Сент-Клер выпрямился во весь рост. На мгновение он не мог вымолвить ни слова.
– Говорят, у него был вспыльчивый характер. – Лайонел достал носовой платок, чтобы вытереть остатки табака с ноздрей. – Я слышал разные истории. Он был безрассуден и глуп. Проматывал состояние на шлюх, выпивку и карты. Устраивал дурацкие выходки. По словам моей матери, ваш дед был им сыт по горло. И когда ваш отец застрелил сына Пенуорти…
– Сын Пенуорти не был ребёнком. Он был взрослым мужчиной.
– Возможно, по годам. Но не по разуму. Мама говорит, у мальчика ума было не больше, чем у глупого гуся. Согласившись на дуэль с вашим отцом, он практически подписал себе смертный приговор.
– Ваша мать ничего не знает о моём отце. Как и вы.
Лайонел пожал плечами.
– Просто констатирую факты.
Сент-Клер, прищурившись, оглянулся на бальный зал. Несколько слуг наводили порядок у стеклянных дверей. Казалось, они были заняты. Не похоже, чтобы рядом были гости, но кто мог знать наверняка.
– Кстати, где ваша уважаемая матушка?
– Когда я уходил, она наслаждалась ужином. Мама нашла родственную душу в вашей мисс Стил. Они быстро сдружились.
Сент-Клер предположил, что эти слова должны были насторожить его. Будто Луиза Стил владела какими-то его тайнами. В последние дни, сопровождая её по городу, он лишь улыбался, слушая, как она без умолку говорит о себе. О том, сколько комплиментов получает от мужчин и – что неизбежно – сколько зависти от дам.
Это была небольшая жертва ради успокоения деда, но всё же жертва. Каждая минута с мисс Стил была минутой, которую он мог бы провести с Мэгги. И теперь он знал, что Мэгги поняла его неправильно. Что он, возможно, причинил ей боль.
Это было совсем не то, что он планировал. Даже при самом мрачном воображении.
Он всё больше чувствовал себя одним из тех незадачливых уличных артистов, которых видел в детстве в Венеции. Жонглёром, подбрасывающим слишком много шаров. Требовалась полная концентрация, чтобы они не упали. Малейшая ошибка – и катастрофа неминуема.
– Мои поздравления, кузен, – продолжал Лайонел. – Мисс Стил – настоящая красавица. Насколько я понимаю, она главный приз сезона и рассчитывает на титулованного мужа. Было бы весьма досадно, если бы её надежды не оправдались.
Да, весьма досадно.
Губы Сент-Клера искривила безрадостная усмешка, когда он направился к дверям террасы. Проходя мимо, он намеренно задел плечом Лайонела.
– Делайте что хотите.
В бальном зале слуги, подслушивавшие у дверей, бросились врассыпную при его появлении. Сент-Клер не обратил на них внимания. Он не сказал ничего такого, чего нельзя было бы повторить.
Нет. Источником сплетен был Лайонел. Прямое обвинение, что Сент-Клер – не тот, за кого себя выдаёт. Лишь вопрос времени, когда оно попадёт в жёлтые листки. Явное обвинение, брошенное одним членом семьи Бересфордов другому.
Его дед захочет это обсудить.
Сент-Клер не горел желанием продолжать этот разговор. Не сегодня. У него были другие заботы. Например, Мэгги и Фредерик Бертон-Смит. Тем не менее, он спустился по лестнице, ведущей в столовую. У подножия он увидел Джорджа и Джейн Трамбл, склонивших головы друг к другу в напряжённом шёпоте.
Мисс Трамбл выпрямилась, заметив его.
– Лорд Сент-Клер. Добрый вечер.
Её брат кивнул сдержанно.
– Сент-Клер.
Сент-Клер перевёл взгляд с одного на другого. По его телу пробежала тревожная дрожь.
– Что-то случилось?
– Ничего, – ответил Джордж.
– Это касается мисс Ханиуэлл, – одновременно произнесла мисс Трамбл.
Пульс Сент-Клера участился от чего-то, похожего на предчувствие беды. Он сделал шаг вперёд.
– Что с мисс Ханиуэлл?
– Джейн, – предостерегающе прошептал Джордж.
– Всё в порядке, – шепнула ему в ответ мисс Трамбл. – Он друг Маргарет. – Она повернулась к Сент-Клеру. – Мистер… мистер Бертон-Смит настоял на том, чтобы отвезти её обратно на Грин-стрит в своём экипаже.
Тревога Сент-Клера возросла многократно.
– Одну?
– Нет, нет, – быстро ответила мисс Трамбл. – Конечно, нет. Моя тётушка Харриет поехала с ними в качестве компаньонки.
Та самая пожилая, дремлющая тётушка, которая спала каждый раз, когда Сент-Клер её видел? Какая же это компаньонка? По его мнению, никакая.
– Мы сами предложили отвезти мисс Ханиуэлл домой, – сказал Джордж, – но она не позволила нам прервать вечер из-за неё.
– Я уверена, всё в порядке, – сказала мисс Трамбл. – Она вполне может о себе позаботиться. Просто… мистер Бертон-Смит был в таком настроении, а дорога до Грин-стрит такая долгая.
Целых пятнадцать миль. Пятнадцать долгих миль тёмной, пустынной дороги.
Сердце Сент-Клера сжалось от дурного предчувствия. Мэгги и вправду была более чем способна постоять за себя. Но Фред был на пределе. Он грубо схватил её на террасе, отдавал приказы. И всё это – на глазах у всех.
Что он мог с ней сделать, оставшись с ней по сути наедине в тёмном экипаже?
Сент-Клер не собирался ждать, чтобы это выяснить.
Мэгги плотнее закуталась в шаль, стараясь прикрыть глубокий вырез платья. Рядом с ней в карете тихонько похрапывала тётушка Джейн, Харриет. Плавное покачивание экипажа, катившегося по пустынной дороге, усыпило её почти сразу после выезда из Чизвика.
– В этом человеке есть что-то знакомое.
Лицо Фреда, сидевшего напротив, освещал единственный фонарь в карете. Это отбрасывало на его румяное лицо узор из движущихся теней.
– Что-то, что я никак не могу ухватить.
Мэгги задула свечу во втором фонаре, чтобы не беспокоить сон тётушки Харриет. Сначала это казалось учтивым жестом. Однако теперь, оставшись с Фредом в полутьме, она пожалела о своём решении. Тёмный интерьер экипажа придавал их разговору нежелательную интимность.
