Текст книги "Элла. Тёмные отражения прошлого (СИ)"

Автор книги: Мила Шедер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Глава 35. Артефакт

Стражи выстроились полукольцом, отрезая путь обратно в кабинет.

– Что происходит? – резко спросила Ариана, выходя вперёд. – Это учебный корпус, а не казармы.

– Прошу, не отходите от стены. – Страж протянул руку, веля не двигаться с места, пока второй сканировал каждого на неизвестный мне предмет.

– Лидо, – тихо сказал мне на ухо Сэмвелл, – Артефакт, с помощью которого отслеживается аура, энергия.

В этот момент, страж приблизился к нам и провел те же действия, что и с остальными. Вверх, вниз и снова вверх. Тишина. Артефакт не издавал никаких звуков, не менял цвет, не сделал ничего из того, что я ожидала с замиранием сердца.

Позади раздались уверенные шаги. Стражи расступились, пропуская взволнованного главу стражей. Его взгляд скользнул по выстроившимся у стены студентам, задержался на артефакте и остановился на Сэмвелле.

Сэмвелл оттолкнулся от стены почти одновременно с тем, как их взгляды встретились. Один шаг – и он оказался перед отцом.

Римиус смотрел на него долго, слишком долго, будто вёл невидимую войну в своей голове.

– Он пропал, – произнёс он наконец.

Больше ничего.

Сэмвелл застыл. Его плечи стали ещё жёстче, челюсть на мгновение сомкнулась, дыхание изменилось. Он понял сразу, без уточнений, без имён, без объяснений. И это было видно по тому, как он замер, принимая сказанное.

В горле застрял ком. Смотреть на Сэмвелла было невыносимо. Безумная смесь горя, потери и…вины? мелькнула в его глазах.

"Кто пропал?" – этот вопрос рвался наружу, но я знала, что сейчас не время. Любое слово может разрушить хрупкое равновесие, в котором он пытается удержаться.

Римиус отвернулся, и стражи, словно по команде, начали покидать коридор. Напряжение, казалось, рассеялось вместе с ними, но в воздухе повисла тягучая, удушающая тоска. Я медленно подошла к Сэмвеллу. Он стоял неподвижно, устремив взгляд в одну точку.

– Сэмвелл, – Осторожно коснувшись его руки, я ощутила, как сильно он напряжен.

Он вздрогнул, словно очнувшись, повернулся ко мне. В его глазах плескалась такая буря, что стало страшно. Откинув мою руку, он последовал за отцом. Куда, известно одним лишь великим…

Одно стало ясно: искали вовсе не меня, пропало нечто гораздо важнее.

Что могло бы такого ценного в академии, что все так всполошились …

В раздумьях я побрела к выходу, но внезапная, острая боль заставила скрючиться. Голова раскалывалась, словно ее пытались расколоть изнутри. В глазах потемнело, и, чтобы не упасть, я схватилась за стену.

Я попыталась сделать вдох, но в груди словно что-то сдавило. Воздуха катастрофически не хватало. Инстинктивно я попыталась отползти от стены, рассчитывая, что поможет свежий воздух, но ноги подкосились, и я сползла на пол. Новый приступ боли заставил меня закричать. Крик получился тихим, почти неслышным. А после я услышала голос Араиды Ронн у себя в голове, требующий поторопиться. При этом я отчётливо услышала хриплый стон матери.

– Тронешь её и всему конец! – Я не знала, слышит ли она меня, но если она сумела пролезть в мою голову, возможно, она следит за каждым моим действием.

Так она мучила Сэма? Также уничтожала его сознание изнутри? Как же он терпел подобное долгие годы… Как сумел сохранить рассудок..

Я поднялась, цепляясь за стену, чувствуя, как дрожат пальцы. Боль постепенно отступала, позволяя сделать вдох глубже. Я сделала шаг – другой – не вполне понимая, куда иду, лишь бы подальше от коридора, подальше от лишних вопросов…

Дверь в один из кабинетов была приоткрыта. Я толкнула её почти машинально и едва не упала внутрь, с трудом удержав равновесие.

– Соберись… – прошептала я себе под нос, с трудом оторвавшись от двери. Сделав несколько шагов внутрь, я вдруг замерла.

В коридоре раздались голоса. Тихие, приглушённые, но стремительно приближающиеся. Инстинкты сработали быстрее мыслей. Я метнулась к письменному столу и нырнула под него, прижавшись коленями к груди.

Я стиснула зубы, когда дверь скрипнула, впуская полоску света и чужое присутствие в безопасный, как мне казалось секунду назад, уголок. Шаги прозвучали внутри. Кто-то медленно прошёлся по кабинету, и тень от его фигуры легла прямо рядом со мной. Дверь распахнулась шире, и в кабинет вошёл кто-то ещё.

Долго гадать мне не пришлось.

– Ты хотел видеть меня? – отец задал вопрос сразу, не утруждая себя формальностями и даже не закрыв за собой дверь.

– Думаю, ты прекрасно понимаешь, о чем зайдёт речь.

Профессор Велнор.. Я вновь оказалась невольной свидетельницей их разговора.

– Понятия не имею, – усмехнулся отец, – Если тебе есть что сказать – говори прямо. Я не люблю намёков.

– Артефакт… – в голосе профессора повисла тяжёлая пауза. Затем раздались шаги – быстрые, нервные. Дверь с шумом захлопнулась. – Это ведь ты его украл.

– Артефакт? – голос отца прозвучал холодно и резко. – Тот самый, который я искал годами? Тот, о существовании которого ты предпочёл умолчать, несмотря на то что всё это время он находился в пределах Аэллума? Тыоб этомартефакте сейчас говоришь?

– Я лишь хотел оградить тебя от необдуманных поступков.

– Оградить меня? Ты серьёзно, Велнор? – отец коротко, безрадостно рассмеялся. – Ты ведь знал… знал, насколько это важно для меня …

– Не передёргивай, – раздражённо ответил профессор. – Речь не обо мне. Речь о последствиях.

– Последствия … последствия будут в любом случае, дружище.

– Я узнал слишком поздно..

– Что именно ты узнал, Велнор? Что артефакт всё это время был у тебя под носом? Или что ты собственноручно подписал приказ, превратив его в… приз на турнире? – Ладонь отца с силой обрушилась на стол, и массивная столешница дрогнула.. Вместе со мной. Ножки скрипнули, и я не сдержала короткий, сорвавшийся выдох.

Я не успела ни сжаться, ни притвориться тенью – резкое движение, и край столешницы больно задел плечо.

– Выходи.

Я неловко выползла, запутавшись в складках одежды, колени дрожали так, что я с трудом удержалась на ногах.

– Проклятье… – Велнор провёл рукой по лицу и отвернулся к окну. – Сегодняшний день окончательно вышел из-под контроля.

– Я не подслушивала, – выдохнула я быстро. – Мне стало плохо в коридоре. Я просто… не успела уйти.

– Но осталась, – сухо заметил отец.

Он оглядел меня с головы до ног одним быстрым, цепким взглядом.

– Мисс Уайт, покиньте кабинет, немедленно. – Профессор открыл дверь, распахнув её настежь. – Немедленно!

Я сделала шаг – и тут же пошатнулась. Пол ушёл из-под ног, в висках снова вспыхнула тупая, пульсирующая боль. Я машинально ухватилась за край стола, но не удержалась. Отец отреагировал первым, подхватив меня.

– Ты в порядке?

– Да, – соврала, пытаясь унять дрожь во всём теле.

– Нет, не в порядке, – Отец наклонился, всматриваясь в моё лицо. – У неё расширены зрачки. И дыхание сбито.

– Девочка всего лишь перенервничала, – перебил его профессор, явно раздраженный всей этой ситуацией.

Игнорируя слова Велнора, отец помог мне подняться. Мы вышли из кабинета. Коридор показался слишком длинным, воздух – слишком плотным. Каждый шаг отдавался гулом в голове, будто внутри меня что-то раскачивалось, набирая силу.

Дверь за спиной захлопнулась. Ещё несколько шагов – и свет ударил в глаза. Двор встретил нас холодным воздухом и резким, слишком ярким небом. Я вдохнула – и тут же закашлялась. Грудь сжало, дыхание сбилось, мир поплыл.

– Стой, – сказал отец, мгновенно почувствовав, как я начала оседать.

Я не ответила. Сил на слова не осталось.

Боль накрыла внезапно – жёсткая, острая, как удар изнутри. В висках зашумело так, будто меня погрузили под воду. Перед глазами вспыхнули тёмные пятна.

– Смотри на меня, – резко сказал он, разворачивая меня лицом к себе. – Селена, дыши глубоко, слышишь?

Я попыталась сфокусировать взгляд, но вместо его лица увидела лишь искажённые тени. Последнее, что я почувствовала, – как он крепче сжал мою руку, не позволяя мне упасть.

–Не отпускай мою руку, отец..

Уж не знаю, сказала ли я это вслух или же слова так и остались где-то между мыслью и дыханием.

Глава 36. Первая жертва

Сэмвелл Ронн.

Удар. Ещё один.

Кулак, уже не чувствуя боли, с новой силой врезался в стену. Кровь, смешиваясь с пылью, рисовала уродливые разводы. Я смотрел на это месиво, как на отражение своей собственной души – грязной, истерзанной.

Физическая боль казалась ничтожной по сравнению с тем, что разъедало меня изнутри. Я бил стену, пытаясь выбить из себя эту боль, выплеснуть её наружу. Но она только глубже укоренялась внутри, разрасталась.

Исчезновение Эллы выбило меня из колеи сильнее, чем я был готов признать. И, кажется, если бы этот проклятый турнир не отменили, я бы все равно отказался от участия.

– К тварям бездны всё!

– Осторожнее, – раздалось за спиной. – Если продолжишь в том же духе, стена переживёт тебя.

Я медленно выдохнул, не оборачиваясь.

– Пусть попробует.

Кай устроился неподалеку, заняв кресло у окна.

– Ну что? Удалось выплеснуть всю свою злость?

– Хм… Злость? Это было бы слишком просто.

… Это была всепоглощающая пустота, такая глубокая, что, казалось, в ней исчезает всё – даже я сам.

– Что планируешь делать?

– Выбивать стены целый день уж точно не планирую. – сказал я после паузы.

– Уже что-то, – заметил он. – А если серьёзно?

Я молчал несколько секунд, потом тихо добавил:

– Если честно… я пока даже не уверен, что вообще что-то планирую.

– Кому он мог понадобиться? Сам по себе он не представляет ценности. Если только кто-то ещё …

– ... не решил провести ритуал, – закончил я за друга. – Но я не могу позволить этому случиться. – Кай, по всей видимости, решил, что вся моя проблема заключается в исчезновении артефакта. И был бы прав, до недавнего времени..

– Значит, у тебя всё-таки есть план?

– План – громко сказано. Скорее… направление.

Кай прищурился, внимательно разглядывая меня, словно пытался понять, шучу я или уже окончательно поехал крышей.

– И куда же тебя несёт?

Я оттолкнулся от стены и, наконец, обернулся.

– Туда, куда ведут следы, от которых все так старательно отворачиваются, – тихо сказал я. – Вниз.

– Это плохая идея. – Кай медленно выпрямился в кресле.

– Все хорошие уже закончились.

Кай уже собирался возразить, когда воздух вдруг изменился. Я уже чувствовал это раньше… этот знакомый холодок, пробегающий по позвоночнику, эту пульсирующую энергию, которая вибрировала в воздухе.

– Сэм? – взгляд Кая бегал по сторонам, пытаясь найти то, что так внезапно нарушило привычный ход вещей.

– Геккон… – внёс я ясность. – И не в самом своём безобидном виде.

Я сорвался с места, первым бросившись к двери. Кай поспешил за мной, и уже через секунду мы вылетели во двор. Сначала я увидел Геккона, грозно выдыхающего на толпу. Нападать он, однако, не спешил, ограничиваясь лишь грозными предупреждающими звуками, словно пытаясь отпугнуть незваных гостей.

– Что здесь происходит? – выдохнул Кай. – Это и есть то самое древнее создание?

Я не ответил, всматриваясь за спину Геккона. Там что то происходило. И, присмотревшись внимательнее, я заметил зловещие всполохи темной магии, окутывающие… профессора Даррмона. Геккон дернулся в сторону и мне открылся весь обзор. И источником тьмы, как оказалось, был вовсе не профессор, а Селена, которую Даррмон крепко сжимал в своих объятиях. Тьма исходила именно от неё, пульсируя и расползаясь зловещими пятнами в воздухе.

Как это возможно?

Геккон защищал их, безо всяких сомнений. Не позволял магам и стражам приблизиться ближе, чем сейчас.

Селена вдруг дернулась в руках Даррмона, словно очнувшись от глубокого сна. Её глаза распахнулись, и в них плескалось нечто чуждое, пугающее. Профессор, отброшенный в сторону мощным импульсом, рухнул спиной в каменную кладку здания, и я, не теряя времени, бросился к нему.

Ещё не успев добежать, я увидел, как Даррмон, застонав, попытался подняться. Его лицо исказилось от боли, но взгляд оставался ясным.

– Спаси мою девочку, Сэмвелл.. – прохрипел он, хватая меня за руку. – Она ни в чём не виновата. Это не её выбор, спаси её..

– О чём…

Я стоял, как вкопанный, не в силах оторвать взгляд от парящей в воздухе фигуры. Затем перевёл его на Геккона, который, ни смотря на тьму, исходящую от Селены, преданно её защищал.

Эллу. Он защищал не Селену, а Эллу.

– Нужно остановить её! – крикнул Кай. Он уже вытаскивал из-за пояса свой верный клинок.

– Стой! – остановил я его, не понимая, как мне следует поступить. – Так мы ничего не добъёмся.

– Что ты предлагаешь? – огрызнулся Кай, не отводя взгляда от парящей в воздухе фигуры. – Смотреть, как она здесь всё уничтожит?!

Селена издала душераздирающий крик, полный боли и ярости, который эхом прокатился по двору. Геккон заскулил, прижавшись к земле. Этим моментом воспользовался Профессор Левен.

– Сейчас! – прокричал он, обращаясь к остальным магам. – Действуем!

Маги ответили без слов. Вокруг Селены вспыхнули энергетические щиты – слои за слоями, переплетённые заклинаниями. Они сомкнулись, пытаясь удержать рвущиеся наружу потоки тьмы. Но силы было слишком много. Черная энергия билась о преграды, как живое существо, и щиты дрожали, покрывались трещинами, угрожающе скрипели, готовые рассыпаться в любой миг.

А потом все изменилось.

Тьма, окутывавшая Селену, начала отступать. Она сгустилась в подобие плотного черного облака, которое, повинуясь неведомой силе, устремилось к Геккону.

Всё произошло в мгновение ока. Геккон будто осознанно принял надвигающуюся тьму в себя. Его тело содрогнулось, чешуя потемнела, а из сдавленной пасти вырвался глухой, полный отчаяния рык – звук боли, жертвы и неизбежности.

Двор вновь погрузился в тишину.

Не дожидаясь разрешения, я двинулся к Селене и остановился у ее тела. Некоторое время я просто рассматривал ее бледное лицо, запавшие тени и слишком размеренное, почти незаметное дыхание.

– Элла… – хрипло сорвалось с губ.

Ответа не было.

Я подхватил её на руки, прижал к груди, чувствуя, как она дрожит. Слишком холодная. Слишком неподвижная. Её голова безвольно откинулась мне на плечо. Ресницы дрогнули, губы чуть приоткрылись, но сознание так и не вернулось.

Внезапно, по спине пробежала знакомая дрожь – так обычно ощущалось появление матери. Я понял, что что-то не так, ещё до того, как успел обернуться.

Поздно.

Что-то схватило нас сзади и резко потянуло назад. Земля ушла из-под ног, тело дёрнуло, словно я оступился в пустоту. Я крепче прижал Селену к себе, инстинктивно закрывая её.

Всё вокруг плыло и теряло резкость, лишь дрогнувшая улыбка внезапно появившегося Саларона оставалась кристально ясной.

Глава 37. Шанс

Когда я открыла глаза, то обнаружила себя в подземелье. Снова на том же камне, с той же печатью, не позволяющей мне двигаться. Я вновь вернулась в своё тело, только вот совсем его не чувствовала.

Слёзы оставляли мокрые следы на сером камне. Не слезы от боли, нет. Скорее, от усталости. Вечной, гнетущей усталости от этой борьбы, от этого жестокого мира. От невозможности вырваться из этого ада…

Я смутно помнила то, что произошло после нахлынувшей боли. Однако, отчетливо помню крепкие объятия отца. То, как он укачивал меня, поглаживая дрожащей рукой голову. И помню сказанные им слова, которые, хоть на миг, но согрели мою заледеневшую душу.

«Я нашел способ, наконец-то нашёл .. Теперь я смогу её уничтожить, слышишь? Смогу уничтожить тьму, что отравляла твою жизнь все эти годы. Мы справимся, Элла»

Мы справимся…

Все это время отец искал решение … искал нас. И вовсе не желал моей смерти. Возможно, если бы я тогда не струсила.. если бы открылась ему, то все бы сложилось иначе...

Собрав последние силы, я приподняла голову – единственное, что мне позволяла печать. И тут же ощутила сдавленную боль в сердце. Из тёмного угла пустым, безжизненным взглядом на меня смотрел Сэмвелл.

Я дёрнулась всем телом, пытаясь вырваться из цепких пут печати. Бесполезно.

– Сэм …

Он не двигался, не реагировал на мой беззвучный зов, лишь смотрел.

– Сэм, – произнесла я чуть громче, – Что она сделала с тобой? Как ты здесь…

– Как грубо. – Адриана бесшумно приблизилась к сыну. Её тонкие пальцы коснулись его подбородка, приподнимая его лицо. – Это ведь ты его сюда привела, Элла. Ты выбрала свою мать, и тебя можно понять.

– Нет… – прошептала я, мои слова утонули в тишине подземелья. – Это неправда, Сэм! Я искала другой выход, я бы никогда …

– Напротив, – усмехнулась она. – Ты сыграла свою роль безупречно. Полезнее, чем могла представить.

– Я не понимаю, о чём вы.

Адриана наклонила голову, словно раздумывая, с какой стороны лучше нанести удар.

– Видишь ли, внезапное возрождение одного из Великих существ вовсе не входило в наши планы. Это стало досадной помехой. Мы и не рассчитывали избавиться от него столь скоро… – её губы растянулись в тонкой улыбке. – Но его жертва... жертва ради тебя превзошла все ожидания. Взять на себя оголодавшую тьму, впитать её целиком, лишь бы избавить тебя от мучений … Это было впечатляюще!

– Жертва? О какой жертве идет речь? – я судорожно пыталась отыскать в памяти хоть малейшую информацию, хоть малую часть воспоминаний, но тщетно.

– Довольно! Повелитель достаточно ждал, – Адриана зловеще улыбнулась, и две фигуры в черных робах, лица которых скрывали глубокие капюшоны, бесшумно приблизились к Сэмвеллу. Они схватили его под руки, крепко удерживая. Он не сопротивлялся, его глаза оставались пустыми.

Адриана повела их взглядом в сторону выхода.

– Ведите его. Повелитель ждёт.

Я наблюдала за всем этим, беспомощно прикованная к камню, пока грубые руки не уволокли меня следом за ним.

Из узкого подземелья нас вывели в широкий коридор, освещенный факелами. Я судорожно цеплялась взглядом за спину Сэма, пытаясь поймать хоть какой-то намек на жизнь в его безвольной фигуре.

Шаг за шагом, коридоры сменялись, пока мы не достигли огромного зала. Его своды терялись в полумраке, а в центре, на возвышении, сидел, по всей видимости, тот самый Повелитель. Эта безликая, темная сущность была точно такой же, как и в тот день, когда я искала маму. Без лица, без очертаний, без души.

Зал был заполнен тёмными, их лица были скрыты капюшонами. Они молчали, неподвижно наблюдая за происходящим. Были ли они в прошлом обычными людьми или это очередная нечисть? Впрочем, всё это было неважно.

Мой взгляд устремился к Сэму, которого грубо поставили на колени в нескольких шагах от их повелителя. Тёмная фигура, покинув своё место, медленно спустилась к нему.

– Мой сын – избранный небесами! – громко произнесла Адриана, обращаясь к толпе. – Атрион признал его силу и мощь, обнаружил сразу несколько потоков. А на небе зажглась его звезда, признак величия! – Женщина подняла руки вверх и все присутствующие тут же встали на одно колено, словно демонстрируя своё почтение и признание.

– Перед лицом всего мира, ты удостоен стать избранным сосудом для нашего всемогущего повелителя. Это честь, превосходящая все, что ты мог вообразить! Когда его сущность сольется с твоей, границы реальности падут, и мир, трепеща, склонится перед нашей мощью!

Сосуд?Я смотрела на Сэма, на его склоненную голову, на неподвижные плечи – и отказывалась принимать смысл сказанного.

***

– Я думала, ты уже потерял рассудок. – Мой голос эхом разошёлся под сводами зала. Фигуры в чёрных робах стояли неподвижно, окружив нас плотным кольцом.

Я смотрела на факел, вбитый в стену. На игру его пламени, искажающего всё вокруг.

– Так и есть, потерял, – глухо ответил Сэм, всё также сидя на коленях.

– То, о чем они говорили …

– Этому не быть, – тихо перебил он, не отрывая взгляда от пола. – Я не позволю использовать себя, но и они ошибаются…

– Может есть способ выбраться отсюда? – Я медленно обвела взглядом зал. Тёмные стояли слишком ровно, слишком уверенно. Ни шороха, ни движения – только тяжёлое, давящее присутствие. Их было много. Очень много.

– Если бы он был… нас бы так не оставили, не будь они уверены В нашей беспомощности.

Сэмвелл был прав. Несмотря на то, что я вновь владела своим телом, магия внутри не отзывалась, будто её высосали из меня. Все, до последней капли.

– Возможно, совет Аэллума..

– Нет никакого совета, Элла.. – Сэмвелл одним резким движением оказался напротив меня, хватая за плечи. – Совет распался, многие перешли на тёмную сторону.

Его пальцы сомкнулись на моих плечах. Я почувствовала, как напряглись его мышцы, будто он собирался с силами, прежде чем сделать шаг, от которого уже нельзя будет отступить.

Он наклонился ближе. Так близко, что между нами не осталось пространства. Его лоб коснулся моего – холодный, чуть влажный от напряжения. Я слышала его неровное дыхание.

Его руки медленно скользнули вниз, оставляя за собой горячие следы.

– Есть лишь один способ. Послушай меня внимательно, Элла… – произнёс он почти беззвучно, наклоняясь к моему уху.

От его голоса по спине пробежала дрожь. Он говорил так тихо, что мне пришлось задержать собственное дыхание.

– С самого детства я только и делал, что пытался защитить себя от присутствия тьмы. Долгие годы учился противостоять ей, и кое чему все же научился. Я не могу вывести тебя сам. – Короткая пауза. Он выдохнул, и этот выдох задел мою кожу. – Но я могу дать тебе всё, что у меня есть. Всё.

Его ладонь поднялась к моему лицу. Большой палец медленно, почти благоговейно провёл по щеке, словно запоминая её наощупь. Я замерла. Сердце билось слишком громко, заглушая мысли.

– Воспользуйся этим правильно, – добавил он. – Уверен, ты справишься.

И прежде чем я успела что-то сказать – он наклонился.

Поцелуй был неожиданно нежным. Его губы осторожно коснулись моих. И в этот миг внутри меня что-то изменилось. Я почувствовала тепло – сначала слабое, потом нарастающее, как дыхание перед криком.

– Нет… – я судорожно вдохнула, резко отстраняясь. – Сэм, ты…

Я упёрлась ладонями ему в грудь, чувствуя под пальцами биение его сердца – слишком быстрое, слишком неправильное. Я попыталась оттолкнуть его, но он лишь крепче прижал меня к себе.

– Тише… – прошептал он мне в волосы. Его руки сомкнулись вокруг моего тела, не давая вырваться. – Уже поздно останавливаться.

Энергия хлынула сильнее. Его энергия.

Я почувствовала, как он слабеет: как дыхание сбивается, как тело напрягается в последнем усилии. Его мышцы дрожали под моими руками, словно он удерживал что-то непосильное.

А во мне… во мне, наоборот, что-то просыпалось.

Сила, чужая и родная одновременно. Она растекалась по венам, наполняла грудь, пальцы, мысли. Мне стало жарко, будто я вышла из тени к свету, которого не знала раньше.

– Ты должна выжить, Элла, – сказал он почти беззвучно.

– А ты?.. – я всхлипнула, цепляясь за него.

Он не ответил сразу.

Только склонился и ещё раз коснулся губами моего виска – легко, почти невесомо. Поцелуй, в котором было больше прощания, чем обещаний.

– Я справлюсь, – соврал он, натягивая слабую улыбку.

– Ты не имеешь права решать за нас обоих.

Поток оборвался резко, и я тут же подхватила его, не дав упасть. Прижала к себе, чувствуя, как дрожь проходит по его телу.

Он уткнулся лицом в мою шею. Его пальцы судорожно сжали ткань на моей спине.

– Если бы ты знала… – прошептал он, и голос сорвался.

Он не поднимал головы. Говорил куда-то в изгиб моей шеи, туда, где пульс выдавал меня с головой.

– Я столько лет жил, будто всё вокруг – временно. Люди приходили и уходили, места менялись, даже страхи… – он горько усмехнулся. – Я привык не оставаться. Не привязываться. Не позволять себе чувствовать больше необходимого. Привык жить только лишь одной целью.

Он сделал паузу, глубоко вдохнул, словно собираясь с мыслями.

– Спасибо, Элла. Спасибо, что появилась в моей жизни. – Его голос стал тише, но в нём появилась странная ясность. – В моей жизни все стало … настоящим. Утро перестало быть просто утром. Тишина – просто тишиной. Я ловил себя на том, что думаю о тебе часами. О том, как ты смотришь, когда сомневаешься. Как упрямо сжимаешь губы, когда злишься. Как молчишь, когда тебе больно.

Он слегка повернул голову, и его дыхание скользнуло по коже. Руки ослабли, но он всё ещё держался за меня.

– Я понял, что если тьма однажды доберётся до меня… я хочу, чтобы у тебя был шанс. Ты удивительная девушка, Эллаиза. Особенная.

Он впервые назвал меня полным именем. И было совсем неважно, как и при каких обстоятельствах он понял, кто я на самом деле.