Текст книги "Дикое сердце джунглей (СИ)"

Автор книги: Майя Вьюкай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

Из оврага я выбралась вся искусанная и взмокшая от жары. Тело чесалось невероятно – везде были укусы и ожоги от незнакомых растений, даже на лице. И пить хотелось просто чудовищно. Я никогда не думала, что жажда может быть НАСТОЛЬКО сильной. Мне повсюду мерещилась вода. Я смотрела вперед и то и дело видела за деревьями тинистые болота, но там были лишь другие деревья. Одни деревья. Кругом! Повсюду. И от этого мне становилось очень страшно. Я не знала, как скоро смогу найти источник чистой воды и смогу ли найти его вообще. Но, с другой стороны, джунгли ведь не могли исцелить меня только для того, чтобы потом убить с особой жестокостью? Это же нелогично! Вода точно где-то рядом. По крайней мере, мне хочется в это верить. И я решила, что буду в это верить всей душой, пока не умру от обезвоживания.

Кроме безумной жажды, возникла еще одна серьезная проблема – невыносимая жара. Я надеялась, что с наступлением сумерек станет немного прохладней, как это обычно бывает в тропиках, но надежда скончалась в страшных муках, как только на смену дневной жаре пришла ночная адская жарища. Пот тек по мне буквально не переставая. Полное обезвоживание уже приветливо махало рукой, что очень меня тревожило. Пришлось порвать промокшую до нитки кофту – а сделать это оказалось не так-то просто, ткань попалась невероятно качественная – и превратить ее в короткий топ на одной пуговице, слегка прикрывающий грудь. Хотя, на самом деле, после моих манипуляций кофта приобрела вид подранной половой тряпки с дырами, которые прожрала оголодавшая моль. Но мне стало значительно легче, что не могло не радовать. Обидно только, что перед вылетом я не надела бюстгальтер или хотя бы тоненькую майку не поддела под кофту, а то сейчас смогла бы максимально оголиться, – но с моим почти нулевым размером груди бюстгальтеры были не особо нужны, не видела я в них смысла, в общем, – поэтому шерстяной самодельный топ стал единственным, но не самым лучшим выходом. Однако щеголять голышом по джунглям на радость всем кровососущим тварям тоже не вариант.

Джинсы я закатала до колен, но вскоре опустила их обратно, потому что ноги за считаные минуты превратились в кормушку для прожорливых мошек, притаившихся в прохладной траве. Да и сама трава так сильно царапала кожу, что все ноги покрылись кровоточащими порезами, но я хотя бы чувствовала эти порезы, так что не сильно страдала. Раньше-то вообще не ощущала ничего ниже пояса.

С приходом сумерек лес заполонили светлячки. Жужжали они по-настоящему жутко, как пролетающие мимо тракторы, и выглядели необычно. Прежде я не боялась насекомых, но когда мне на щеку село это светящееся нечто размером с чайное блюдце и затарахтело на ухо, пытаясь в него заползти, меня накрыла легкая паника. Я начала дергаться от каждого пролетающего мимо жука. От каждого звука и шороха. А шорохов с наступлением темноты стало очень много…

– Здесь кто-нибудь есть?! – позвала я настороженно, когда позади меня раздался треск веток.

В душе горела надежда, что не я одна сбежала из гнезда пернатых хищников и в скором времени обязательно найду кого-нибудь еще из выживших, кого утащили птеродактили. А если не найду, то… лучше об этом не думать.

– Эй?! – Я вгляделась в полутьму. – Меня кто-нибудь слышит?! Я с рейса шестьсот восемьдесят семь! Ау-у-у! Ну хоть кто-нибудь.

Никто не ответил, треск прекратился, и я решила, что мне показалось, но буквально через минуту треск возобновился, вынуждая меня замереть на месте. Ветки затрещали со всех сторон – и справа, и слева, и позади тоже. Создалось пугающее впечатление, что меня кто-то окружает.

– Кто здесь? – уже полушепотом спросила я, испуганно заозиравшись по сторонам. Спина покрылась противными мурашками и ноги онемели от страха, когда я заметила движение. Что-то промелькнуло за разноцветными кустами и стремительно скрылось среди темных деревьев. Я не успела рассмотреть, что это было, но определенно что-то большое и быстрое.

И наверняка голодное…

Я тяжело сглотнула, сделала осторожный шаг вперед, остановилась и прислушалась – ничего. Лишь вдалеке блеснули два ярких огонька. И я могла бы поклясться, что это были не безобидные светлячки, а скорее чьи-то глаза, следящие за мной из зарослей кустарников. Стараясь не паниковать, я сделала еще один шаг, затем еще один, снова услышала треск, не выдержала и со всех ног рванула вперед.

Утробное рычание позади придало мне сил.

Я бежала, не разбирая дороги, перескакивая через поваленные стволы и высохшие пни, пока не увидела раскидистое дерево без единого листочка, зато с множеством толстых и длинных веток. Адреналин сделал свое дело – я подскочила к дереву и с разбега забралась на нижнюю ветку с такой скоростью, что самой себе захотелось поаплодировать. Белоснежные клыки в тот же миг клацнули возле моей ноги, слегка задев подошву кроссовка. Я нервно вскрикнула, забралась на ветку повыше и, только оказавшись в относительной безопасности, осмелилась посмотреть вниз.

– Ох, – выдохнула испуганно.

Возле дерева кружили ночные монстры, сущий кошмар. Я даже потерла глаза в надежде, что они мне лишь мерещатся от усталости, но монстры никуда не делись. Это были волки. Точнее четвероногие звери, внешне слегка напомнившие мне волков, но полностью обросших мхом и колючими ветками. Лишь их морды остались пушистыми и белоснежными, а все остальное превратилось в зеленый покров растительности. Они рычали и скалились, царапали ствол мощными когтями и всем своим естеством показывали, что желают мною отобедать, ну или отужинать.

– Так, фух, спокойно. – Я забралась еще выше от греха подальше. – Хорошие песики… Оставайтесь внизу, ладно? А я пока посижу здесь, пережду ночь.

Не знаю, что буду делать завтра, видимо, медленно и мучительно умирать от жары и жажды или от когтей голодных обитателей джунглей, но это будет завтра, сегодня я еще немного поживу.

Глава 4

Ночь выдалась тяжелой. Звери не оставляли попыток до меня добраться. Насекомые норовили заползти под одежду. Светлячки летели прямо в лицо. Жесткий ствол дерева царапал кожу. Тело немело от недостатка движений – все же на ветке особо не подвигаешься, иначе рискуешь свалиться вниз. Жажда усиливалась, и усталость одолевала.

В какой-то момент я прислонилась лбом к дереву и не заметила, как задремала.

– Я ждал тебя, северянка.

Я дернулась на ветке, которая почему-то вдруг оказалась огромной кроватью, а лес вокруг темной комнатой, слабо освещенной парой тусклых свечей, и увидела его. «Повелитель» лежал на второй половине кровати и, не моргая, смотрел на меня своими светящимися, как неоновые палочки, янтарными глазами. Он был раздет. Вот прям полностью! Мускулистая грудь обнажена. Все, что ниже пояса, небрежно прикрыто одеялом. Стальные жгуты мышц видны под бронзовой кожей. Вереница черных волосков уходит вниз к большому и толстому… Нет-нет! Я не должна туда смотреть.

– Опять ты?! – Я крепко зажмурилась. – Почему ты мне снова снишься? Да еще в таком виде!

Уму непостижимо. Мне должно сниться море с пресной водой, которую я черпаю половником и пью без остановки, а не вот это вот все…

– Чем тебя не устраивает мой вид? – усмехнулся незнакомец с едва различимой иронией в необыкновенном голосе.

Еще и спрашивает, словно сам не знает.

– Ты голый! – возмущенно воскликнула я.

Затяжная пауза и крайне недоуменный вопрос:

– Ну и что?

Я закрыла лицо руками.

– И то!

Голые мужики мне еще не снились. Тем более такие громадные и мощные и с такими внушительными э-э-э… причиндалами, прости господи. Подобное происходит со мной впервые. С чего это вдруг?

– Никогда прежде не видела голых мужчин, нэйра? – поддел меня этот… мечта всех женщин. Да еще с такой язвительной интонацией, что мне сначала захотелось придушить его, а потом и себя заодно, чтобы не мучиться, ведь усталость никуда не делась даже во сне, равно как и изнуряющая жажда. – Мужчины твоей расы были недостаточно хороши для тебя или ты недостаточно хороша для них?

– Не твое дело, чертово сновидение! – Я отвернулась от него и легла на другой бок. – Я просто хочу отдохнуть. Оставь меня в покое!

Не оставил. Матрас позади прогнулся, и этот огромный, обнаженный и весьма горячий, словно раскаленная печь, мужчина лег ко мне поближе. И без него было жарко, а с ним вообще настал полный трындец. Я почувствовала себя несчастным раком в кипятке.

– Это не сон, – шепнул мне на ухо повелитель.

Надо заметить, что ярость его больше не одолевала. Теперь он вел себя спокойно. Ну или просто делал вид, что спокоен.

– Да ну? – Я завозилась. От близости с ним мне стало не по себе, и дело не только в жаре. – А что тогда? Предсмертное видение?

– Синъерция.

Я задумалась.

– Синъерция… Что это?

Не припоминаю такого слова. Сомневаюсь, что оно вообще существует. Может, какой-то термин из медицины, который я уже давно позабыла, но тоже вряд ли.

– Соединение двух сознаний. – Кончики мужских пальцев коснулись моего самодельного топа. Невинное прикосновение, от которого у меня сбилось дыхание. – Телепатическая связь внутри пары. Отличить ее от реальности поначалу бывает очень сложно, ведь она передает все тактильные ощущения и даже запахи, поэтому я не сразу понял, кто ты. Неужели на севере ничего не знают о разновидностях магической связи?

И снова магия. Понятно…

– Не знаю как на севере, но я впервые о таком слышу.

Какая богатая у меня фантазия. Ну надо же!

– Отныне наши с тобой сознания связаны, – сообщил повелитель нечто донельзя странное, – мы можем говорить и чувствовать друг друга, находясь в синъерции, даже если нас разделяют тысячи миль. Это одна из высших разновидностей телепатии. Ты можешь входить в синъерцию только во снах, потому что ты всего лишь… – он запнулся и решил смягчить свои слова: – потому что ты не наделена магией, а значит, не способна управлять материями синъерции. Для меня же синъерция доступна как в реальном времени, так и во снах. Например, как сейчас, когда ты спишь и видишь меня во сне, а я вижу тебя в реальном мире. Однако любой наш физический контакт является иллюзией, и мы можем взаимодействовать только в рамках телепатической связи, но даже это считается необыкновенной редкостью для такой пары, как наша.

Еще лучше. Похоже у меня горячечный бред.

– Какой еще пары?

– Истинной, – подсказал мужчина. – Предназначенной друг другу судьбой. Синъерция возникает нечасто, но все же бывает, особенно если один из партнеров… – тяжелый вздох, – кто-то вроде тебя.

Почему это прозвучало как оскорбление?

– Вроде меня? – не поняла я.

– Простой человек, – пояснил он с легким пренебрежением. – Слабый и хрупкий, нуждающийся в постоянной защите.

О, ясно…

– А ты себя, значит, человеком не считаешь? – спросила у него язвительно.

– Нет.

Ну отлично! Разговариваю с собственным воображением. Что дальше? Начну болтать с деревьями? Заведу дружбу с грибами?

– И кто же ты такой, позволь узнать?

– Позволяю. – Он хмыкнул. – Я – Деклан кхаер РетХард из великого рода черных драконов. Кровный правитель Кхарема и повелитель Бескрайних Южных земель. Тебе крупно повезло, северянка.

Я в недоумении моргнула.

– То есть ты…

– Дракон.

– М-м-м…

– А ты – нэйра, предназначенная дракону. Моя истинная, – произнес с явным сарказмом, – пара. Судьба порой жестока.

И тут ко мне пришла здравая мысль, что я просто схожу с ума. Джунгли повлияли на меня так же, как и на всех остальных из самолета. Ну или у меня поднялась температура, в кровь все же попала инфекция, и начался бред. В любом случае все очень плохо.

Я уткнулась лицом в подушку и протяжно застонала.

– Скажи мне название своего клана, – потребовал якобы правитель Бескрайних Южных земель, – и я заберу тебя. Таков мой долг. Не стану скрывать, я этому не рад, как и моя уже бывшая невеста, но теперь наши желания не имеют никакого значения. Судьба решила, что мы должны быть вместе, значит, так и будет. Однако не волнуйся. Я позабочусь о тебе, как мне и полагается, несмотря ни на что.

– Можешь не утруждаться, – успокоила его.

– О чем ты?

– Я в диких джунглях – обезвоженная и раненая. У меня нет воды и лекарств. Сколько я еще протяну? Наверное, меньше двух дней. А твои Бескрайние Южные земли, – я горько усмехнулась, – настолько бескрайни, что я не представляю, куда мне идти. Твоя невеста может спать спокойно.

Повелитель замолчал, и я подумала, что сон изменился, повелитель пропал, и в кровати я осталась совсем одна, ведь сны нестабильны, и всякое в них бывает. От этой мысли мне почему-то стало немного грустно. Но когда я открыла глаза и обернулась, повелитель по-прежнему лежал со мной на кровати, просто он ничего не говорил, лишь задумчиво рассматривал мое тело и потрепанную одежду. Да еще так пристально рассматривал, что захотелось укрыться от его взора под одеялом. Но я подумала, что делать во сне нечто подобное будет глупо, поэтому решила – пусть рассматривает сколько хочет.

Через несколько минут мужчина наконец поднял взгляд на мое лицо и недоверчиво спросил:

– Что северянка делает в диких землях? Да еще в такой, – кивком указал на мои джинсы, – непрактичной одежде.

Опять двадцать пять!

– Я не северянка, – решила прояснить этот момент раз и навсегда, словно он был важен. Хотя на самом деле важно было лишь то, что я заснула на ветке, под которой собралась целая стая тропических волков, и теперь в любой момент могу свалиться прямо в их клыкастые пасти. И надо бы поскорее проснуться, но во сне намного уютней и пить хочется не так сильно. – Я вообще ни разу не была на севере. И холод не особо люблю, честно говоря. Хотя теперь, – я задумалась, – жару я не люблю еще больше.

Повелитель прищурил свои кошачьи глаза. Его зрачки и правда были вытянуты в вертикальную линию. В прошлый раз мне не показалось.

– Тогда кто же ты такая, нэйра? – спросил он проникновенно, приблизив свое лицо к моему. Слишком близко. Я едва сдержалась, чтобы не отпрянуть.

– Ну… – я рвано выдохнула, – видимо, я воплощение вселенского невезения. Блудная дочь, которая отвернулась от семьи ради своей мечты, но в итоге воплотить мечту не сумела. Зато потеряла ноги и два года жизни. Затем села на проклятый рейс и пережила крушение самолета, которое помогло вернуть ноги, но, кажется, отняло психическое здоровье, и поэтому теперь я вижу тебя.

Лицо повелителя буквально окаменело, застыло, как прекрасное каменное изваяние. Не знаю почему, но он весь внезапно напрягся от моих слов.

– Затем была птица, – продолжила я, решив высказаться до конца, раз уж начала говорить, – которая меня чуть не слопала, и голодные волки. Причем такие же голодные, как и я. Поэтому когда я проснусь, то, возможно, грохну одного из них и сожру. Или они сожрут меня, – сыронизировала я безрадостно, – тут уж кому больше повезет. Я думаю, что им. А ты?

Мужчина не ответил. Он смотрел на меня так, будто впервые увидел. Не моргая. Лишь золотой огонь в его глазах начал разгораться мистическим образом.

– Но даже если волки меня не тронут, то я найду способ самоубиться, ты не сомневайся. Это же джунгли! Я на ровной дороге поскользнулась и угодила под колеса внедорожника. А тут настоящие джунгли! – У меня вырвался смешок. – Наверное, я выколю себе глаз веткой и истеку кровью. Или случайно удушусь на лиане. Но если посмотреть на ситуацию объективно, то обезвоживание прикончит меня первым. А может, я вовсе…

– Хватит. – Широкая ладонь внезапно накрыла мой рот, мгновенно прервав поток слов.

От неожиданности у меня сердце трусливо подпрыгнуло к горлу.

– Ты что делаешь?! – удивленно промычала я, но на деле вышел лишь нечленораздельный писк. Сомневаюсь, что повелитель меня понял. А если и понял, то очень превратно, потому как стремительно вскочил и склонился надо мной с таким свирепым выражением лица, будто услышал нечто из ряда вон выходящее.

– Ты сказала, что «пережила крушение самолета», – прорычал он. – Что это значит?!

Одеяло сползло с его тела на кровать, оголив все, что доселе было хоть немного, но прикрыто. Ох, мамочки…

– То и значит! – воскликнула я, едва снова смогла говорить. – Самолет упал и разбился. Чего тут непонятного?

Повелитель резко втянул в себя воздух, словно меньше всего на свете желал услышать от меня нечто подобное.

– Опиши его, – потребовал он на выдохе. Огонь в мужских глазах разгорелся не на шутку. Пламя вырвалось из зрачков, чуть не опалив мои брови и перепугав до чертиков.

– Что описать? – испуганно пискнула.

– Твой самолет! – прошипел он с диким напором, склоняясь к моему лицу еще ниже.

– Зачем?!

– Описывай, говорю! – рявкнул «дракон».

– Ты не знаешь, как он выглядит? – вдруг поняла я.

– Догадываюсь.

– Как железная птица! – напомнила ему, что он и так должен знать. – Как большая железная птица белого цвета с синей эмблемой авиакомпании «ФлайАэро»!

Которая теперь наверняка обанкротится. Падение самолетов всегда влечет за собой стремительное падение акций.

Повелитель резко отпрянул от меня, встал с кровати и на несколько секунд прикрыл глаза, чтобы осмыслить услышанное. За это время я успела сесть и подтянуть ноги к груди, чтобы больше не оказаться зажатой под огромным и устрашающим телом, способным меня раздавить, а потом еще и поджарить до хрустящей корочки, как сочный бекон на гриле. Боже мой! Понимаю, что это лишь сон, но все равно боязно. Видать, нервы сильно шалят.

– Так, значит, ты одна из этих. – Когда повелитель вновь открыл глаза, в них уже не было огня, только замешательство. – Чужеземка… – произнес он настороженно.

– Ну, – я подумала и кивнула, – можно и так сказать.

Глубокие складки образовались на его лбу.

– Удивительно, что ты все еще жива… – Судя по интонации, мужчина и правда был крайне удивлен этим невероятным фактом.

– Сама удивляюсь, – поддакнула ему.

– Раньше никто не выживал, – припечатал он. – По крайней мере, дольше пары часов уж точно.

– Спасибо, блин! А разве подсознание не должно меня хоть чуточку подбадривать?

– Я не разбираюсь в тонкостях человеческого подсознания, поэтому не могу ответить на твой вопрос.

– Ты и есть мое подсознание! – воскликнула я, стараясь смотреть куда угодно – на восковые свечи, на покрывало из звериной бурой шкуры, на погасший камин, но только не на повелителя, ведь его самого ничуть не смущала собственная нагота. Он сложил здоровенные руки на мускулистой груди, расставил крепкие ноги и при этом чувствовал себя так уверенно, будто был облачен в золотую рясу. Зато меня каждый взгляд на его нагое безупречное тело (но почему-то иссеченное многочисленными рубцами глубоких шрамов) вгонял в краску и заставлял нервничать.

– Куда упал твой самолет? – спросил он, снова приблизившись к кровати и ко мне соответственно.

Я не стала к нему поворачиваться.

– Ты знаешь, куда он упал, – ответила категорично, устремив взгляд на камин.

– Нет. Не знаю.

– Знаешь, – настояла, – ведь ты – это я. А все это, – я обвела руками пространство вокруг нас, – беспокойный сон бредящего человека.

И меня крайне беспокоит то, что мне снится.

– Это не сон, – произнес повелитель в крайней степени недовольно. – Ты еще не поняла?

– Ладно, пусть будет не сон, как скажешь, – сдалась я, решив не спорить, ведь смысла в этом никакого нет, да и усталость спорить не позволяет, но все же я осталась при своем твердом мнении. – Самолет упал в долину.

– В долину Смерти, я полагаю.

Оптимистичное название, ничего тут не скажешь. Прям такое радостное и обнадеживающее.

– Не знаю, просто в долину. Мы не дали ей никакого названия.

– Мы?

– Выжившие.

– Сколько вас всего?

– Было много, пока птицы не напали.

– Райгалы?

– Птеродактили, да.

Повелитель задумался.

– Сколько вас осталось? – изменил он свой вопрос, на который я бы тоже очень хотела узнать ответ.

Вздохнув, я все же взглянула на «великого черного дракона» и обнаружила, что он успел накинуть на себя халат из какой-то грубой даже на вид ткани, прикрыв тело, чтобы не смущать меня еще больше, за что ему спасибо.

– Меня утащила птица, помнишь? – Я растерянно развела руками. – С тех пор я никого из выживших не видела. Надеюсь, большинство сумело уцелеть.

Повелитель одарил меня неожиданно сочувственным взглядом.

– Значит, ты осталась совсем одна? – Его тон смягчился.

– Если не считать волков, – я кивнула, – то да. Но их компания мне что-то совсем не нравится.

– Что за волки? – вдруг заинтересовался он.

– Обросшие сухими ветками и мхом… Зрелище то еще, скажу тебе, по-настоящему пугающее.

Несколько секунд мужчина переваривал мои слова, затем его лицо прояснилось, и он сказал:

– Вероятней всего, это шульги – темные духи леса.

– О, я рада за них.

– Они выходят на охоту только по ночам, – пояснил он снисходительно. – Днем их опасаться не стоит. Солнце убивает любых темных сущностей.

Ладно, допустим.

– А кого мне тогда опасаться днем? – решила спросить, раз уж насчет райгалов с их подращенными детенышами он оказался прав, но повелитель с ответом как-то замешкался.

– Проще будет сказать, – обрадовал он меня в итоге, – кого опасаться тебе не стоит.

Я закатила глаза.

– Ну чудесно! Лучше бы не спрашивала.

– Ты должна понимать, нэйра… – Повелитель поджал губы. – Мне потребуются недели, чтобы тебя отыскать, возможно, месяцы, в худшем случае – годы. Дикие земли обширны и магически нестабильны, в этом состоит основная проблема. Долина Смерти постоянно меняет свое местоположение. Сегодня она может быть у границ кланов Шайру, а завтра переместиться к подножью Северных гор или вовсе исчезнуть на месяцы. Все остальные участки Диких земель тоже ежедневно перемещаются, исчезают и безостановочно разрастаются, и время в различных частях леса идет иначе – где-то медленней, где-то быстрее. Я не отказываюсь от тебя, нэйра, но говорю откровенно: найти тебя мне поможет лишь чудо и благословение небес. Надеюсь, – тяжелый огненный взгляд впился в мои совершенно обычные голубые глаза, – твой мир был столь же опасен и непредсказуем, как мой, и ты умеешь выживать в суровых условиях.

Нет, не сказала бы.

– Однажды я заблудилась в супермаркете. – Я кашлянула, пытаясь сдержать самоироничный смех. – В принципе, это все, что нужно знать о моей способности ориентироваться на местности.

– Не понимаю, что это значит, – повелитель сморщил нос, – но звучит безнадежно.

– Так и есть. – Я почувствовала, как усталость наваливается на плечи. Захотелось закрыть глаза и уснуть во сне: – Я в лесу-то за всю свою жизнь была раза три от силы. А то и меньше. Выживальщик из меня так себе.

Мужские брови в очередной раз взметнулись вверх от удивления.

– Как это возможно?

– Учеба и работа отнимали все мое время. Вот так и возможно. – Я зевнула, прикрывая рот рукой, и устало пробормотала: – Не до походов в лес мне было, в общем.

– Нэйра? – повелитель обеспокоенно (или мне просто хотелось думать, что обо мне кто-то беспокоится) взял меня за плечо и слегка потряс, когда я опустила на глаза свинцовые веки и начала проваливаться в такую уютную и безмятежную темноту. – Останься со мной. Я расскажу, что тебе нужно делать, и, если повезет, нам удастся встретиться за пределами синъерции до того, как твое тело остынет.

Но было уже слишком поздно. Темнота успела охватить меня полностью, и сколько бы я ни пыталась вернуться обратно – не смогла, лишь окончательно провалилась в беззвучную пустоту.

***

Я проснулась на рассвете и с ужасом обнаружила, что оказалась права насчет жара.

– О нет…

Меня вовсю лихорадило. Руки тряслись, как от тремора, и тело стало таким ватным, что каждое движение давалось с непосильным трудом. Плечи ныли от боли, все же инфекция не заставила себя долго ждать. Не зря говорят, что любая царапина в джунглях сопоставима смерти. Раны от когтей райгала… Тьфу ты! От когтей птеродактиля надо было сразу же обработать, но мне было нечем, а теперь уже поздно, а даже если и нет, то все равно антисептика в карманах не завалялось и уж тем более действенных антибиотиков.

Стараясь не паниковать (хотя паника уже активно вилась вокруг горла, собираясь меня задушить), я с усилием разлепила глаза. В них стоял легкий туман, как это всегда бывает от высокой температуры, из-за чего мне было плохо видно даже кончик собственного носа, но, опустив голову и внимательно присмотревшись, я не заметила у подножья дерева очертаний волков. Звери ушли.

В памяти невольно всплыли слова повелителя о «шульгах» и о том, что они охотятся только по ночам.

Ну уж нет! Я мотнула головой. Не верю! Это простое совпадение. Сны есть сны. А у меня жар и температура, так что мои сны полны бреда и, наверное, пропитаны надеждой, что где-то есть кто-то, кто придет мне на помощь, но по итогу это лишь жестокая игра подсознания. Нельзя на нее поддаваться. Потерять рассудок в сложившейся ситуации проще простого.

Горькая правда в том, что я одна. Никого рядом нет. И надо что-то делать, чтобы не превратиться в повисший на ветке труп.

Я просидела на дереве до полного восхода солнца. В одном мое подсознание однозначно право – многие хищники предпочитают охотиться по ночам. Днем в джунглях не так опасно, как ночью. Надеюсь.

С дерева я сползла едва живая. Сердце билось оглушающе громко, а в глазах стоял густой туман, в голове монотонно гудело и горло пересохло от жажды. В общем, желание лечь на землю и разреветься было запредельным.

Но надо идти.

Нельзя сдаваться!

Я шмыгнула носом и заставила себя ковылять вперед на одеревеневших ногах в поисках воды, выживших или долины с множеством чемоданов, выпавших из самолета при крушении, в которых наверняка найдутся и бутылки с водой и аптечки с таблетками.

Я продержалась довольно долго. Часов пять, может, семь. Даже гордость взяла за то упрямство и стремление к жизни, которыми наградила меня природа. Силы начали уходить примерно к полудню, когда солнце стало жарить, как в аду, и даже густые кроны деревьев были не в состоянии спасти от его палящих лучей.

Я поняла, что дела у меня совсем плохи, когда на горизонте наконец-таки показались блики на водной глади. Я вышла к кристально чистому озеру, рухнула на колени, заплакав от облегчения, зачерпнула воду ладонями и принялась жадно ее пить. А потом долго сидела и отплевывалась от рыхлой земли муравейника, которую приняла за воду. После этого все стало еще хуже.

Я спотыкалась через каждые три шага. Идти уже не могла, ноги просто не держали, но все равно пыталась, потому что знала, что нет смысла сидеть на одном месте – это гарантированная смерть. Все тело превратилось в огромный синяк. Раны на плечах от когтей птицы стали не единственной проблемой. Ладони и колени безостановочно кровоточили от постоянных падений, сухие губы все потрескались, а несколько острых веток отхлестали меня по лицу, оставив на коже с дюжину неглубоких, но болезных царапин. На разодранные локти вообще было страшно смотреть, я и не смотрела, потому что боялась, что снова заплачу, а из-за слез вообще не видно, куда идти и что находится под ногами – ровная земля, коряга или резкий обрыв. Кровь буквально была повсюду, и, кажется, она привлекала насекомых. Кровососущие паразиты слетались на меня, как на лакомый кусочек, но благодаря жару я не чувствовала ни их укусов, ни жжения. Хоть какая-то польза от температуры была.

А еще я несколько раз теряла сознание. И каждый раз слышала мужской голос в своей голове. Голос повелителя. Обволакивающий голос моего подсознания. Он что-то требовал, о чем-то упорно твердил, но я не могла разобрать, что именно. Смысл его слов уплывал от меня, как упавший на воду осенний лист, подхваченный бурным течением горной реки.

Мир начал блекнуть после очередного моего падения в густую траву. Глухие рыдания сорвались с губ. Я опустила гудящую голову на землю и поняла, что уже не смогу встать.

Все.

Конечная станция.

Пришли.

Надежды стали рассыпаться с каждым моим тяжелым вдохом, отдаваясь в груди болью обреченного на смерть человека.

Я закрыла глаза и…

– Нэйра?

И снова голос незнакомого мужчины, которого я никогда в своей жизни не видела, ведь он являлся только лишь во снах, настойчиво позвал меня, вынуждая вынырнуть из затягивающей бездны.

– Не позволяй тьме поглотить тебя. Из нее нет выхода.

Я наполнила легкие воздухом и приоткрыла глаза. Ничего существенно не изменилось: я по-прежнему лежала в густых зарослях ярко-зеленой травы и с трудом дышала, ощущая на языке привкус земли, а на коже – палящие лучи солнца, проникающие сквозь причудливые листья разнообразных деревьев.

Вдруг трава зашелестела, и кто-то приблизился, сел рядом со мной. Сил повернуться не было, но я заметила тень и почувствовала прикосновение.

– Не бойся. – Широкая мужская рука легла на мою спину. – У тебя еще есть время. Отдохни немного.

Это сон? Явь? Бред? Галлюцинация?

Я кое-как разлепила губы.

– Время? – прошептала сипло, не поднимая головы и едва ворочая непослушным языком в пересохшем рту. – Для чего?

Повелитель, а это был именно он, сомнений нет, коснулся моей щеки. Я издала тихий всхлип, ведь его ладонь была такой приятной, такой божественно холодной по сравнению с моим горячим телом.

– Чтобы найти спелые плоды айро, – произнес он загадочно, словно говорил на незнакомом языке. – Тебе нужно обезвредить яд ночного катарха до наступления судорог.

Ясно.

У меня начался предсмертный бред… Ничего необычного.

Сделав над собой неимоверное усилие, я медленно перевернулась на бок, затем с еще большим усилием легла на спину. Солнце на мгновение ослепило, обожгло мои заплаканные глаза, но когда я привыкла к его свету, то увидела повелителя в ореоле ярких лучей. Мужчина сидел на коленях и смотрел на меня взглядом полным жалости, а может, сожаления, точно определить я не смогла. Его лицо было мрачным и донельзя хмурым, но в глазах больше не плескалась злость и уж тем более презрение, только печаль. Я подумала, что точно такие же лица бывают у людей на похоронах, и все внутри меня сжалось в тугой узел.

– Я умираю?..

Не знаю, что я хотела услышать, ведь ответ на свой вопрос я прекрасно знала и без чужих подсказок. Может быть, хотела поддержки от воображаемого друга или очередной порции надежды. Но повелитель лишь коротко кивнул.

– Да, – ответил он просто.

И все? Одно лишь «да»? Никаких успокаивающих речей не будет? Но как же так…

Крупные слезы покатились по моим щекам.

– Не надо. – Повелитель склонился, стер мои слезы легким движением своей руки и неожиданно строго посмотрел на меня. Печаль из его глаз трансформировалась в твердую решимость. – Ты должна быть сильной, нэйра. Слышишь меня? Оставь слезы хилым и больным. Ты молодая, хорошо сложенная для человека женщина, чужеземка конечно, но при этом истинная пара дракона, а это уже о многом говорит. Ты со всем справишься… с моей помощью.

После таких слов плакать мне резко расхотелось. Вот как отрезало. Удивительно…