Текст книги "Дикое сердце джунглей (СИ)"

Автор книги: Майя Вьюкай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Глава 3

Кошмар продолжался целую вечность. Птица летела в неизвестном направлении, а я задыхалась от ужаса и старалась не смотреть вниз. В ушах свистел ветер, в висках набатом стучала кровь. Мне казалось, что я умру от страха прежде, чем меня сожрут. А в том, что меня сожрут, я не сомневалась. Приходилось успокаивать себя тем, что, по крайней мере, моя смерть будет необычной. Кто еще в двадцать первом веке сможет похвастаться тем, что его слопал настоящий птеродактиль?

Когда мы начали снижаться, я приоткрыла глаза и увидела внизу гнезда… десятки, если не сотни. Огромные гнезда на верхушках таких же огромных деревьев.

«Вот там и закончится моя короткая жизнь!» – пронеслась в голове неутешительная мысль, перед тем как когти разжались, и я полетела вниз.

Приземление вышло жестким. Я упала в гнездо из тростниковых веток и чуть не сломала себе хребет. Воздух вышибло из легких от удара. В глазах потемнело. Я попыталась встать, но тяжелый клюв ударил меня по голове с такой силой, что я мгновенно отключилась на минуту или даже больше, а когда снова пришла в себя, то не увидела никаких веток и гнезд… Вокруг было слишком темно.

В панике я принялась отчаянно тереть глаза, решив, что от удара попросту ослепла, но, к счастью, зрение меня не покинуло. А вот здравомыслие в очередной раз слиняло, чтоб его!

Глаза постепенно привыкли к темноте, и я заметила очертание высоких стен из деревянных брусьев, книжных стеллажей высотой с двухэтажный дом и потухших свечей на полках.

Что…

За…

Нахрен?

Я растерянно моргнула.

Где гнездо?

Куда делись деревья?

А лес-то где?!

Чтобы избавиться от миража, пришлось крепко зажмуриться и для достоверности потрясти головой, но мираж никуда не делся! Я так и осталась лежать на деревянном полу, довольно теплом и уютном по сравнению с птичьим гнездом, в которое изначально упала. Вокруг тянулись высокие стеллажи из необработанного дерева, доверху забитые старинными книгами и свитками. Много стеллажей. Очень много. Меня окружал целый лабиринт из массивных шкафов, которому в прямом смысле не было видно ни конца ни края.

Либо я все-таки сошла с ума, либо…

Я со всей дури ущипнула себя за бедро, но, к огромному изумлению, ничего не почувствовала. Снова ущипнула, на этот раз за руку и посильнее, и снова никаких ощущений.

Я вздохнула от облегчения.

Значит, я сплю. Это просто сон. Странный, как и вся моя жизнь, и совершенно внезапный, ведь засыпать за секунду до того, как меня должна была слопать гигантская птица, я точно не собиралась. Наверное, я отключилась. Потеряла сознание от удара. Но почему я еще жива? И почему этот сон такой реалистичный? И где…

– У меня срочные новости, повелитель, – с эхом донесся до меня далекий юношеский голос.

Я нахмурилась. И что в моем сне делают посторонние люди?

– Говори, – в ответ юноше прозвучал голос взрослого мужчины, который вызвал у меня обильный поток мурашек по телу, что сделало сон еще более странным, чем изначально, ведь боль я не ощущала, а щекочущие мурашки почувствовала сразу же.

Я встала на ноги, опираясь на одну из деревянных полок, покрытую одеялом из пыли и паутины. Удивилась тому, что во сне так пыльно, хотя в жизни пыль у меня никогда не водилась, затем внимательно прислушалась и пошла на голоса незнакомцев, которые с каждым пройденным мною метром звучали все громче и отчетливее.

– Дозорный клан Шайру засек дикого дракона на территории бескрайних земель, – проинформировал юноша.

Я закатила глаза. Не стоило мне вчера читать фантастику на ночь. Вот, пожалуйста… фантазия разыгралась в самый неподходящий момент. Мне там от плотоядной птицы отбиваться нужно, а не валяться в сказочном забвении.

– И что в этом особенного? – не понял обладатель волшебного голоса – мягкого, как бархатное покрывало, в которое захотелось укутаться, размеренного, как у почтенного мудреца, и немного хриплого, как у…ну как у больного ангиной, например, но эта хрипотца придавала его голосу особый шарм.

– Дракон напал на мертвую железную птицу, повелитель, и ранил ее. Они упали в долину Смерти.

Тот, кого назвали «повелителем», немного подзавис, и я тоже, потому что слабо могла представить себе мертвую железную птицу, которую можно ранить.

– Как выглядела та птица? – спросил повелитель после затяжной паузы.

– Как большая птица, только из железа, – отчеканил юноша встревоженно, – а железная птица – мертвая птица, но в отличие от других мертвых птиц она могла летать. Видимо, черная магия замешана.

Я потерла виски. Кажись, у меня и впрямь с головой не все в порядке, раз мне снится такое.

– Ее крылья двигались? – голос повелителя прозвучал задумчиво.

– Конечно же нет, мой господин. Железные крылья ведь не могут двигаться.

Голоса стали совсем четкими и избавили меня от необходимости прислушиваться. Темнота тоже начала рассеиваться. Впереди я увидела мерцающий свет, но не такой, как от включенных ламп, а скорее такой, как от зажженных свечей.

– Птицей управляли люди? – задал еще один вопрос «господин», он же «повелитель».

– Дозорные не видели наездников на птице.

– А внутри птицы?

– Что вы, повелитель!!! Какие наездники дали бы себя проглотить?

– Хм… Дракон выжил?

– О да, господин. Он разорвал птицу и сразу же покинул долину.

– То есть птица однозначно мертва? – деловито уточнил повелитель у своего… назову его «подчиненным».

– Хвала небесным защитникам! – воскликнул юноша, не разделяя спокойствия господина. – Она мертва. Угроза миновала.

– Ясно, – холодный ответ. – Спасибо, что сообщил.

– Нам… э-э, – замешкался «подчиненный», – нам стоит о чем-то беспокоиться, повелитель? Птица же наверняка была созданием черной магии враждебных кланов севера. Нужно ли готовиться к новой атаке?

– Нет причин для беспокойства, Юха. Долина уничтожит или уже уничтожила птицу и все, что с ней было связано. Это не черная магия.

– А что же тогда такое?

– Нечто иное, – отмахнулся повелитель, не желая вдаваться в подробности, которые Юха (если это, конечно, имя, а не ругательство какое-нибудь) все равно не поймет. – А теперь иди. Мне нужно вернуться к делам.

– Конечно. Как прикажете.

Господин все понял, и я тоже, что логично, ведь господин был создан моим воображением. Юнец описывал самолет, но только с точки зрения того, кто никогда прежде самолеты не видел и даже не знал об их существовании.

Голоса замолкли. Разговор закончился. Раздались быстрые удаляющиеся шаги. А я наконец-таки закончила блуждать по книжному лабиринту и вышла в просторную комнату, хорошо освещенную множеством свечей, где за массивным столом с ворохом бумаг сидел «господин» с пронзительным голосом. Правда, сидел он ко мне спиной, что немного омрачало ситуацию. Зато какая это была спина! Мощная, широкая, с такими плечами, что «ух» и сразу «ах»!

Я подалась вперед, собираясь обойти стол и внимательно рассмотреть того, кто по какой-то неведомой причине приснился мне, когда я буквально оказалась на пороге смерти, ведущей в пищевод кровожадной птички, но не успела я сделать даже шаг, как половица под моей ногой скрипнула и господин мгновенно обернулся.

Кажется, удивились мы оба. Я – по понятным причинам. Предо мной предстал бог. Самый великолепный представитель мужского пола, которого я когда-либо видела наяву или во сне, с внеземной красоты лицом и необыкновенными глазами насыщенного янтарного цвета, почти золотого, столь уникального и яркого, что у меня даже дыхание перехватило. Незнакомец был невероятно хорош собой – статен и подтянут, очень мускулист, не слишком молод, но и не стар. Глубокий шрам на левой щеке и еще один на правом виске под темными густыми волосами длиною до самых плеч его ничуть не портили, а, напротив, придавали еще большей мужественности и притягательного шарма.

А вот почему удивился он – ума не приложу. Да еще так сильно нахмурился, словно это я ему приснилась, а не наоборот, причем в страшном кошмаре. Даже обидно немного стало.

– Ты кто такая? – Мужчина отложил писчее перо и в изумлении уставился на меня своим янтарным взглядом, который почему-то светился в полумраке свечей. – И как сюда попала?

Ну вот. Никакого тебе «Здрасте!» и дружеского приветствия даже во сне. Одни грубияны кругом. Все как обычно.

Я торжественно развела руками и просветила незнакомца:

– Я та, что создала тебя и это место в своем воображении. Уж не знаю зачем, но, видимо, для того, чтобы было легче пережить дичайший стресс. Не благодари. Просто мозг так устроен.

Темные брови повелителя моментально взлетели вверх.

– Ты… Что? – Мужчина придирчиво осмотрел меня с головы до ног, прищурился, отчего его глаза превратились в светящиеся золотым светом узкие щелки. – Что ты сделала? – переспросил он недоуменно. – Создала меня?

Ага, по всей видимости.

– Да, – подтвердила я, – именно так. Сама удивлена, что мое воображение способно на такое, но факт остается фактом.

– Ты?! – снова повторил незнакомец.

– Ну, конечно же, я! Кто еще? Ведь мы сейчас в моем сознании находимся!

Мужчина мотнул головой, словно поверить не мог в то, что я говорю. Его шелковистые волосы разметались по плечам, и несколько коротких прядей упали на лицо от резкого движения, сделав его облик не только привлекательным, но и неожиданно хищным, и даже опасным.

– И что же мы делаем, – поинтересовался незнакомец, снова посмотрев на меня, – в твоем сознании?

Что за странный вопрос? Даже и не знаю, как на него ответить.

– Прости, – я отмахнулась, – но у меня нет времени на пустую болтовню даже с таким красавчиком, как ты. Пора просыпаться! Большая и кровожадная птица сожрет меня с минуты на минуту. Или уже жрет… – меня всю передернуло, – но об этом я даже думать не хочу. Фу!

Я закрыла глаза, крепко зажмурилась и приложила все усилия, чтобы вынырнуть из пучины сновидений в реальный мир, но увы.

Когда я снова открыла глаза, то ничего не изменилось. На меня по-прежнему смотрел повелитель и, кажется, медленно охреневал от происходящего. Его потрясающее мужественное лицо выглядело удивленным и еще весьма озадаченным.

– Не проснулась? – осведомился он у меня ну очень язвительно.

Я поджала губы.

– Как видишь – нет!

Мужчина тихо хмыкнул.

– Интересно, и почему же? – спросил с неменьшей язвительностью.

Вот и мне интересно. Обычно быстро удается проснуться, когда ты осознаешь, что спишь. Почему в этот раз все иначе? Мне нужно проснуться!

– А чего ты там сидишь вообще? – возмутилась я от досады, махнув рукой на незнакомца. Нет бы встал и вытолкал меня из сна, как настоящий джентльмен. Зачем-то же он мне приснился, верно? Не только ведь для того, чтобы своей внеземной красотой удивить. – Лучше помоги мне!

Брови повелителя вернулись на место. И я уж было решила, что сейчас он встанет и действительно поможет, но хрен там. Мужчина вальяжно откинулся на спинку кожаного кресла, ясно давая понять, что с места он не сдвинется. Его глаза засветились еще ярче, но теперь, помимо удивления, в них появился азартный огонек любопытства. И еще мне померещилось, что его зрачки вытянулись в линию. Или не померещилось…Чего только не приснится.

– Я должен, – переспросил он у меня по слогам, – помочь тебе?

Какой непонятливый!

– Да. – Теперь уже я нахмурилась. Насмешливая интонация в его голосе мне что-то совсем не нравилась, как и его надменная поза. – Я вроде бы так и сказала – помоги мне! Все-таки это мой сон и правила здесь устанавливаю я. Разве нет?

Повелитель скривил губы в легкой ухмылке.

– Ты ведь знаешь – кто я, верно? – спросил он проникновенно.

– Разумеется.

– И кто же?

Плод моего богатого воображения. Кто ж еще?

– Ты – повелитель, – блеснула я своим умением подслушивать чужие разговоры. – Повелитель… э-э… чего-то там.

Мужчина прикрыл лицо ладонью, то ли скрывая улыбку, то ли продолжая охреневать от моих слов. Грани драгоценных камней засверкали в его многочисленных кольцах. Очень такие массивные кольца на очень таких сильных пальцах.

– Повелитель «чего-то там»? – он посмотрел на меня с неприкрытой иронией, величественно опуская руку на широкий подлокотник кресла. И было в его движениях столько царственной грации, что обзавидоваться можно.

Я пожала плечами.

– Ну, видимо, повелитель моих снов, раз ты здесь. Не знаю. Да и какая разница? Это сейчас неважно.

Незнакомец неодобрительно покачал головой.

– Что ты делаешь на моей земле, человеческая женщина?

– На твоей земле? – удивилась я его внезапному вопросу, но еще больше его обращению ко мне. Что еще за «человеческая женщина»? Кто так говорит вообще?

– И в моем замке, соответственно. – Его голос вдруг стал холодным и твердым, все бархатные нотки куда-то испарились, уступая место безжизненной колючей стали. – Кто из слуг помог тебе проникнуть сюда?

– Я… это…. – Я сильнее нахмурилась. – Какие еще слуги?

– И с какой целью?

– Вообще-то я…

– Ты пришла с севера?

– Что? Погоди минутку! Я ничего не понимаю.

– Лгунья! – обвинил меня повелитель с недобрым блеском в глазах. – Твоя внешность слишком необычна для наших мест, сразу выдает тебя. Белокурых женщин в Кхареме не встретить, бледнокожих тем более. А уж твоя одежда… – Он с пренебрежением сморщил нос. – Только северяне одеваются столь нелепо. Ты незаконно пересекла границу? Ищешь убежища? Или тебя подослали Брайхо, чтобы навредить мне? Зачем ты здесь? Лучше начинай отвечать, если, конечно, не хочешь продолжить этот разговор в темнице.

Что за бред мне снится? Бог ты мой! Хорошо, что я сны не запоминаю.

– Кажется, ты меня плохо слушал…

– Я слушал тебя очень внимательно.

– Что-то незаметно.

Взгляд повелителя потемнел.

– За незаконное проникновение на южные земли тебя должны незамедлительно казнить, не говоря уже о вторжении на мою собственность с неясными намерениями, – припечатал он таким грозным тоном, что я должна была в тот же миг испугаться, но во сне глупо чего-то бояться, поэтому я лишь закатила глаза с протяжным вздохом.

– Ну зашибись просто! – выдала недовольное ему в ответ. – Пусть становятся в очередь желающих меня убить, но птица наверняка всех опередит, так что пускай даже не тратят свое драгоценное время.

– Райгал?

– Рай… что?

– Птица, о которой ты все твердишь, – любезно пояснил повелитель. – Это райгал?

Да кто ж его знает?

– Если райгалом называют летающего доисторического динозавра вот с такенным клювом и громадными крыльями в придачу, то, да, возможно.

Мужчина небрежно махнул рукой, мол, ерунда.

– Райгалы не едят такую мелкую дичь, как ты, – сообщил он. – Они предпочитают крупную добычу.

– Правда, что ли? – вырвалось у меня до ужаса саркастическое.

Капитана самолета они слопали в мгновение ока. И их ничуть не смутило, что он был тощий, как смерть, и уже поглоданный червями. Видать, птички не из брезгливых нам попались.

– Мелкую живность райгалы приносят исключительно своим подрощенным птенцам, – просветил меня повелитель с отчетливой издевкой в ответ на мой неуважительный сарказм. – Вот те рады будут тобой полакомиться.

Я скривилась.

– И этот факт должен был меня успокоить?!

– Вроде того.

– Так вот – не успокоил!

– Что ж, очень жаль.

– Если я не проснусь, то меня в любом случае укокошат. А уж кто это сделает – мамаша-птица или ее подросшие детишки-людоеды, не имеет существенного значения.

Мужчина понимающе кивнул. Лицо его слегка разгладилось, отчего сделалось немного (самую капельку) добрее, несмотря на властный вид и хищные зрачки, как у плотоядного аллигатора, глядящего на меня из засады.

– Ты правда думаешь, что спишь? – спросил он уже более мягко.

Я без сомнений подтвердила:

– Я в этом уверена.

– Почему? – попросил разъяснить.

– Просто знаю, что сплю, и все тут. Это чувство ни с чем нельзя перепутать.

Повелитель задумался.

– И как часто тебе снятся незнакомые мужчины иных рас?

Иных рас? Что?

– Я редко запоминаю сны, так что не могу сказать точно.

Незнакомец чуть подался вперед.

– Но если ты спишь, – вопросил он у меня вкрадчивым шепотом, – а я – нет, то как мы сейчас разговариваем?

Я даже слегка растерялась от такой постановки вопроса.

– Ты просто в моей голове, – разъяснила я ему на пальцах. – Плод воображения и не более того. Понимаешь? – Зачем я вообще ему все это объясняю? – Я даже не вспомню о тебе, когда проснусь.

Таинственная улыбка озарила мужское лицо.

– Это вряд ли, – сказал он.

– Почему?

– Обо мне так просто не забывают.

Плавным движением, полным легкости и грации, повелитель поднялся на ноги, распрямил спину и посмотрел на меня уже сверху вниз. Значительно так сверху! Прям вот ОЧЕНЬ значительно! Я даже и не ожидала, что он окажется настолько высок… и мускулист… и так необычно одет, словно испанский аристократ семнадцатого века. За его спиной расправился темно-бордовый плащ, украшенный такими же драгоценными камнями, как в массивных кольцах на пальцах. Под плащом показался кожаный жилет и рубашка, а на ногах – темные приталенные штаны и высокие, чуть ли не до самых колен сапоги, тоже кожаные и с блестящими камнями на пряжках.

– Прозвище «повелитель», – пробормотала я, с оторопью и интересом рассматривая его лицо, и бронзовую кожу, и темные, слегка вьющиеся волосы, столь шикарные и лоснящиеся, что захотелось спросить, каким шампунем он пользуется, – тебе очень идет.

Мужчина сделал ко мне решительный шаг, обдав холодным потоком воздуха и ароматом чего-то лесного, вроде свежесрубленного можжевельника.

– Рад это слышать, – произнес он сдержанно и без вопросов протянул руку, желая коснуться моего лица так самоуверенно, будто считал, что вправе это сделать. Я аж обалдела от такой наглости. А уж как обалдел он, когда я подскочила и со всей дури впечаталась в его широкую грудь своим лицом. Конечно же, я этого не хотела, просто что-то большое и сильное толкнуло меня в спину и вынудило оказаться в объятиях повелителя. Я поспешила отстраниться, пока сон не приобрел эротический оттенок, а оно мне на фиг не надо, но что-то снова притянуло меня к мужской груди магнитом. Повелитель медлить не стал и сам отступил от меня, явно не обрадовавшись такой дерзости с моей стороны, но уже через две секунды мы вновь оказались в тесных объятиях друг друга, не в силах разъединиться, как бы оба не старались.

– О нет! – надо мной раздался страдальческий мужской стон. – Только не это. Только не ты… Не сейчас.

Не я?

– Не я – что?

А затем яркая вспышка света резанула по глазам, вынуждая зажмуриться. Запястья заболели, словно их открытым огнем обожгло. И нос онемел, все же грудь у повелителя оказалась просто каменной, о такую можно кинжалы гнуть, ну и носы ломать. Этот тип не из плоти и крови состоял, а из камня и железа. И снова странно, ведь боль от удара я сполна ощутила, а вот как себя недавно щипала, не почувствовала совершенно. Что-то изменилось… Сон будто стал более реальным, наполненным настоящими ощущениями.

Необъяснимое притяжение продолжалось около минуты. Я поймала себя на мысли, что это первые объятия с мужчиной за последние несколько лет. И наверное, одни из самых продолжительных чуть ли не за всю мою жизнь. Но как только невидимый магнит ослаб, повелитель отшатнулся от меня с раздраженным шипением.

Я потерла ушибленный нос и вскинула голову, собираясь спросить, что это такое вообще было, но все вопросы мигом вылетели из головы от увиденного. Передо мной стоял злой… нет, не просто злой, а разъяренный, прямо-таки бешеный мужик с почерневшими от гнева глазами, которые были направлены на меня, как на предмет его всепоглощающей ненависти и отвращения.

Не понимаю…

Почему сон так резко изменился? И почему повелитель изменился? На смену привлекательному мужчине пришел пугающий своим видом и несдержанной яростью незнакомец. Однако и это не самое удивительное. Я опустила взгляд и увидела сверкающие красные нити, которые тянулись от моих опутанных запястий к мощным запястьям повелителя, соединяя нас и связывая друг с другом.

– Надеюсь, – выдавил он сквозь зубы, продолжая сверлить меня гневным взглядом, – ты хотя бы из знатного северного рода.

– Нет, – назло ему сыронизировала я, слишком уж презрительно он на меня смотрел, а мне такие взгляды совершенно не нравились, – из самого бедного, какой только существует.

На самом деле моя семья далеко не бедна. Горнолыжный бизнес в Аспене растет и процветает, а отец снимает с него все сливки. Другое дело, что эти сливки я только видела, но никогда их не пробовала. Отец даже мои операции отказался оплатить, заявив, что я сама виновата в аварии и мне не следовало бросать семью ради достижения «глупой», по его мнению, и неосуществимой мечты.

– Прекрасно… – Повелитель от моих слов прям расчувствовался, в смысле разозлился и расстроился еще больше. – Самая невыгодная партия во всем мире досталась именно мне. Просто потрясающе.

О чем он вообще? Что за партия?

Я не успела расспросить о причинах его ярости. В комнате неожиданно поднялся сильный ветер, который в мгновение переключил внимание повелителя. Ни дверей, ни окон поблизости не было, ветер возник буквально из ниоткуда – посшибал книги с полок, закружил в воздухе листы бумаги и разлил чернила на столе.

Мужчина осмотрел устроенный ветром хаос и снова воззрился на меня, причем с обвинением.

– Ты ведьма? – озвучил он пришедший ему на ум вопрос. Весьма обидный, кстати.

– Только если меня разозлить, – буркнула я хмуро.

Повелитель издал горестный вздох.

– Значит, в тебе нет ни капли магии? – пришел он к логичному выводу, который ему абсолютно не понравился.

– А должна быть? – опешила я от абсурдности его слов, да и вообще от нелепости всей этой ситуации.

– У моей избранницы? – рыкнул он. – Конечно же! А как иначе? – Его потемневшие глаза стали практически черными. – Я никогда не планировал связать свою жизнь с… – он сцепил зубы и, указав на меня, прошипел: – простой человеческой девкой. Да еще и с севера. О милостивые Боги! – Мужчина вскинул руки к высокому потолку. – Видно, я очень перед вами провинился, вот только не могу понять, в чем именно. Может, подскажете мне?

Веки налились тяжестью, и я почувствовала, что начинаю просыпаться от этого необычного и причудливого сна. Наконец-то! Давно пора. А то я уже окончательно перестала понимать, о чем мы вообще говорим. Магия? Боги? Избранница? Что за чушь?

Ветер подхватил меня, словно легкое облачко, и начал стремительно утягивать в темноту. Вот только тяжелая мужская рука помешала ему это сделать. Повелитель грубо схватил меня за запястье, бесцеремонно останавливая от пробуждения. Красные нити на наших руках засияли еще ярче, а затем постепенно погасли и растворились в воздухе, но ощущение, что мы связаны, осталось и даже не думало растворяться.

– Скажи мне, кто ты такая! Твое имя, – потребовал мужчина сердито. В его глазах засверкали грозовые молнии. – Я должен знать.

Я поморщилась. Он тянул меня в одну сторону, ветер в другую. Весьма неприятное чувство.

– А я должна немедленно проснуться! – заявила ему, вырываясь. – Отпусти сейчас же!

Он пытливо прищурился.

– Из какого ты клана?

У меня глаза на лоб полезли. Какие еще кланы? Нет, я определенно не понимаю, о чем речь.

– У меня нет клана!

И жизни не будет, если я вовремя не проснусь.

– Нет клана? – искренне удивился повелитель, но потом сразу же нахмурился, явно не поверив мне – Что это значит, мелкая лгунья?

– То и значит. Пусти!

Отпускать он меня однозначно не собирался, но ветер оказался сильнее и мощным потоком вырвал меня из захвата мужской руки.

До чего же странный сон.

Очень странный.

Очень.

***

Из забвения меня вывели легкие щепки.

Я застонала, с трудом возвращаясь в сознание и приходя в себя после яркого сна, который на удивление мне удалось запомнить в мельчайших подробностях, чего обычно со мной не случалось. Все сны, как правило, вылетали из головы сразу же после пробуждения. Но только не этот… Рассвирепевшее лицо повелителя до сих пор стояло перед глазами, и в голове звучал его глубокий голос. А еще запястья немного жгло, будто их по-прежнему опутывали волшебные сверкающие нити.

Кто-то активно щипал меня за ноги, за волосы, за одежду. Не больно, но и приятного мало. Я открыла затуманенные глаза и в изумлении уставилась на жирненькое лысое нечто с малюсенькой головой и непропорционально огромным клювом. Оно, нахохлившись, как курица на холоде, сидело на моей груди и сосредоточенно пыталось оторвать блестящую пуговицу от кофты. Птенец? Я моргнула. Ну точно, птенец! Еще страшненький, крохотный, размером с упитанную куропатку. Я перевела взгляд и увидела еще с десяток жирных птенцов, которые прыгали вокруг моего тела на тоненьких длинных лапках и старательно пытались отклевать от меня наиболее сочные куски мяса, но вот досада – одежда мешала им добраться до вкусного тела.

– А ну, пошли прочь! – прочистив горло, я зашипела, отмахиваясь от будущих плотоядных монстров. – Кыш! Кыш!

Птенцы птеродактиля испуганно закудахтали, услышав мой голос.

– Нечасто в вашем рационе бывают люди, да? – догадалась я, испытывая невероятное облегчение оттого, что я все еще жива и даже не покалечена. Ну разве что голова немного трещит, и плечи ноют, но это ерунда, даже кровь из ран уже не сочится. – Непривычно слышать человеческую речь?

Вконец перепугавшиеся птенцы кинулись от меня врассыпную. Похоже, их жертвы обычно менее разговорчивы и более мертвы. Наверное, чудовище притащило меня в гнездо и оставило на съедение детенышам, решив, что я померла. Вот же блин!

Я засуетилась.

Надо сваливать из гнезда, пока птица не вернулась и, чего доброго, не добила крайне живучую добычу, то есть меня. Сколько я провалялась в отключке? Час? Два? Больше? Такое чувство, что сон был очень долгим. Точно надо сваливать отсюда поскорее.

Морщась от боли, я перекатилась на живот, медленно встала на четвереньки, подползла к массивному бортику гнезда из толстого тростника, перегнулась через него и посмотрела вниз.

– Вот ведь гадство…

Тошнота моментально подкатила к горлу от столь серьезной высоты.

– Вашу ж пернатую мать-перемать…

До земли оказалось метров тридцать, не меньше. А это, на минуточку, высота десятиэтажного дома. И еще, как назло, веток у дерева почти не было.

Я запустила пальцы в волосы, нервно их взлохмачивая.

Чтобы спуститься на землю, придется ползти вниз по гладкому стволу, что практически приравнивается к изощренному способу самоубийства.

Что делать?

Я точно убьюсь, если начну спускаться. Но и оставаться в гнезде тоже нельзя. Помощи ждать не от кого. Никто не придет меня спасать. Я сама за себя. Или спущусь на землю и умру в джунглях от инфекции, жажды, когтей какого-нибудь зверя. Или не спущусь и однозначно умру намного быстрее в пасти птеродактиля. Даже и не знаю, какой вариант выбрать. Захотелось плакать и одновременно хохотать без остановки. Нездоровое какое-то желание.

Ладно…

Я рвано выдохнула.

Надо спасаться.

Времени на размышления нет. Чудовище может вернуться в любой момент. К тому же в школе у меня была пятерка по физкультуре. По канату я забиралась без проблем. Вот только школу я закончила четыре года назад, а после этого никаких канатов в моей жизни и в помине не было.

Собрав остатки мужества, я осторожненько перелезла через тростниковый бортик гнезда на самую верхнюю ветку дерева. Она жалобно затрещала под моим весом, но не прогнулась.

Одно хорошо – в соседних гнездах щебетали такие же маленькие птенцы. Взрослых особей нигде не было видно. Никто не обращал внимания на мой триумфальный побег, который в любой момент мог закончиться трагической кончиной.

Я подползла к стволу дерева с необычайно гладкой корой, обхватила его руками и ногами, истерично похныкала, прикинув расстояние до земли, и начала медленно спускаться вниз.

– Держись крепче или упадешь! – шептала я себе, плавно скользя по стволу. – Не смотри вниз! Держись крепче. Не смотри вниз! Вот так, молодец. Еще немного. Совсем чуть-чуть.

Спуск был долгим и выматывающим. Через пять минут у меня уже вовсю дрожали руки от усталости, ноги плохо слушались, но все же слушались, и ступни немели. Пот тек по лицу струями. Ладони все взмокли от жары. Несколько раз я чуть не сорвалась вниз, до крови разодрала грудь и живот о неровности на стволе, зацепилась волосами за сучек, выдрала себе целый клок волос из растрепавшейся косы, успела поплакать и возненавидеть всех представителей пернатых.

– Наконец-то… Спасибо, господи! Спасибо…

Достигнув земли, я рухнула в густую траву и с протяжным стоном растянулась под деревом, наслаждаясь прохладой и стараясь не думать о червях, жуках, клещах, пауках, змеях и прочей мерзости, которая наверняка водилась в этой самой траве.

– Спасибо, спасибо…

Меня так и тянуло свернуться калачиком и забыть обо всем хотя бы на пару минут, но эту роскошь я не могла себе позволить несмотря на полное изнеможение.

Безумно хотелось пить и обработать раны на плечах. Я боялась даже представить, что буду делать в этой глуши без антибиотиков, если занесу в кровь инфекцию. Раны от когтей птицы глубокие, и в них уже попала грязь. Жжется!

Я отогнала гнетущие мысли. Побеспокоюсь о ранах позже! Сейчас все равно нет ни воды, ни лекарств, ни бинтов. Надо вставать и искать дорогу обратно к долине. Одной мне в джунглях долго не протянуть. Что я буду есть? Я не умею охотиться и рыбачить! Да и ружья с удочкой у меня все равно нет! Какие растения здесь съедобны? У всех плодов, что растут на деревьях, отпугивающий яркий цвет. Вдруг они ядовиты? Наверняка ядовиты! Мне нужно найти выживших, тех пассажиров, кто не спятил. У группы людей шансов выжить намного больше. В конце концов, можно будет съесть кого-то из группы, если голод совсем одолеет. Шутка, конечно, но с долей правды.

Решено! Возвращаюсь в долину. Если потороплюсь, то, может, даже успею добраться до нее до темноты.

Я заозиралась по сторонам, пытаясь определить, куда именно мне нужно идти. Кажется, м-м-м, на северо-восток или на северо-запад или… подождите-ка. Черт! Я не запоминала дорогу, пока болталась в когтях пернатого людоеда. Но кажется, все-таки на северо-восток. Вот бы сейчас раздобыть компас и карту. Не то чтобы я отлично разбиралась в картах или знала, как правильно обращаться с компасом… Ну да ладно, и без них справлюсь. Жаль, что в детстве я не ходила в походы. Да и вообще никогда не ходила в походы. Надо было учиться на географа, а не на онколога. Знания географа мне бы сейчас очень пригодились. С какой стороны растет мох на деревьях? Я задумалась. Вроде бы с северной стороны, да? С чего бы ему расти на южной, верно? Теперь остается дело за малым – найти мох.

Я нервно усмехнулась, понимая, что с моими познаниями природы я, скорее всего, умру до заката солнца и вместо мха найду смертельные неприятности.

***

Удивительно, конечно, но до заката я все же дожила. С трудом, вообще-то, но дожила. И дело тут не в моем везении, просто закат наступил довольно быстро – я только и успела, что отойти от деревьев с гнездами, запутаться в зарослях колючего тростника, получить с десяток новых синяков и царапин, споткнуться о поваленное дерево и угодить в овраг с тучей насекомых, как на джунгли начали опускаться густые и плотные сумерки.