Текст книги "Дикое сердце джунглей (СИ)"

Автор книги: Майя Вьюкай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

– А ты видишь здесь других ширни? – тем не менее переспросил мужчина именно у меня.

– Кто такие ширни?

Кажется, я впервые слышу это слово.

– Забавная шутка. – Незнакомец лишь усмехнулся и пояснять ничего не стал, решив, что я спрашиваю не всерьез.

Что ж… Получается, это однозначно не синъерция, но раз и реальностью это быть не может, то выходит, что я всего лишь сплю и пора выдохнуть от облегчения. Наверное, я отключилась на руках у Стэллера. Мои жизненные силы перешли к нему после исцеления, и я попросту потеряла сознание. Надеюсь, хоть не умерла от истощения и это не загробный мир, а то я точно не так его себе представляла.

– Если честно, – я растерянно осмотрела незнакомую местность, – то я и сама не знаю, что здесь делаю.

Сперва синъерция, теперь вот такие причудливые сны… Что дальше?

– Тогда просто вернись обратно. – Мужчина махнул рукой куда-то в сторону костра и принялся ловко распускать подпругу, чтобы снять с зеленой рептилии седло. – А я никому не скажу, что видел тебя здесь. Это будет наш маленький секрет.

Как благородно.

– Да я бы с радостью, – заверила его с искренней готовностью, – но почему-то не могу проснуться.

Прямо как во время синъерции… Это даже настораживает.

– Не можешь «проснуться»? – переспросил незнакомец.

– Ага, никак не получается.

Черт, надеюсь со мной действительно все в порядке, точнее, с моим телом. Я помню, как Стэллер сказал, что я вся горю... Хочется верить, что не в буквальном смысле. Должно быть, у меня снова начался жар.

Мужчина почему-то улыбнулся.

– Ты путаешь слова, ширни, – заявил он полную бессмыслицу, причем весьма добродушно, – хотя произношение у тебя довольно хорошее, не могу это не отметить. Акцент почти незаметен. Мой тебе совет, больше практикуйся. Рантхабе не такой сложный язык, как все говорят.

– Ран... что? Рантхабе?

– Да.

Я напрягла память, но даже близко никакого рантхабе не вспомнила.

– Что это за язык такой?

– Ты снова шутишь? – Мужчина хмыкнул, вешая седло на нижнюю ветку ближайшего дерева. – Рад, что у тебя хороший настрой.

– Разве по моему недоуменному лицу похоже, что я шучу?

– Еще как похоже, – подтвердил он, кивая. – Сегодня у всех какое-то игривое настроение. Даже и не знаю почему, хм… – Незнакомец задумался. – Вроде поводов для веселья у нас пока нет. Мы все застряли в этом лесу на ближайшие полгода как минимум. И я не говорю, что мне это не нравится, просто не хочу, чтобы наши старания прошли напрасно, а оно, вероятно, так и будет.

Я помрачнела.

– После того что случилось с Ашей, мое настроение вряд ли можно называть игривым…

Успокаивают лишь мысли о Стэллере.

– Кто такая Аша?

Я вздохнула.

– Да уже неважно.

Да и не хочется мне думать о ней хотя бы во снах. Для самотерзающих мыслей найдется прорва времени в реальности.

– Она одна из ширни? – вдруг заинтересовался мужчина. – Вы подруги?

Что за ширни, блин?!

– Ты уж прости, – извинилась я перед незнакомцем, – но я что-то совсем тебя не понимаю.

И это, если подумать, вполне нормально. Бредовые разговоры – естественное явление при высокой температуре, тем более если они происходят во снах. Другое дело, что у меня получается мыслить весьма ясно, а вот это уже необычно.

– Ты сказала, что не можешь «проснуться», – напомнил мой новый воображаемый друг.

– Да, сказала.

– Но хотела сказать, что не можешь вернуться в шардам, потому что заблудилась, верно? – Он снова улыбнулся. – Я могу тебя проводить, если хочешь.

– Но э-эм… нет. – Я в растерянности покачала головой. – Я правда не могу проснуться. – Хотя теперь понятно почему. Виной всему сильный жар. – При чем здесь какой-то шардам?

Мужчина привязал ящерицу к дереву и бросил на меня слегка прищуренный взгляд:

– Где твое клаймо, ширни? – вдруг молниеносно перевел он тему.

– Клеймо?

– Нет, клАймо.

– Что?

– Клаймо? – он потрогал рукой свою шею, будто этот знак должен был мне все мгновенно прояснить. – Где оно?

Не прояснил.

Вот ни капли вообще не прояснил.

– Да я и с первого раза вопрос прекрасно расслышала, у меня ведь нет проблем со слухом, просто не поняла его суть, как и суть многих других слов, что ты до этого произнес. Что такое клаймо?

– А ты не знаешь?

– Откуда же мне знать?

– Все знают, – пожал он плечами.

– Ну, видимо, все, кроме меня.

– Так не бывает.

– Да ладно тебе! – воскликнула я, чем явно удивила незнакомца. Он даже слегка опешил от моей эмоциональности. – Во снах бывает и не такое.

– Во снах? – переспросил, начиная смотреть на меня с каким-то подозрением.

– Ну да.

– То есть когда спишь? – переспросил снова, но уже с напором.

– Именно, – поддакнула ему в ответ. – Когда спишь и видишь сон, как, к примеру, сейчас.

Мужчина явно начал сомневаться в моем здравомыслии, поэтому переспросил еще и в третий раз:

– Ты точно уверена, что не путаешь слова?

– Было бы что путать.

– Это значит, что ты точно уверена или уверена, но не до конца?

– Более чем уверена. Такой ответ тебя устроит?

– Ладно, я понял. Скажи честно, – мужчина склонился ко мне, отчего наши лица оказались на одном уровне, – ты сейчас подшучиваешь надо мной?

– Ну разумеется, – фыркнула я, – делать мне ведь больше нечего.

Хотя, вообще-то, и правда нечего. Проснуться же я не могу.

– Возможно, тебе стало скучно, – предположил он, – и ты решила немного поразвлечься за мой счет. Я тебя не виню – торчать в лагере целый день на самом деле скучновато, я бы тоже не выдержал.

Скучновато?!

– О, мужик, – я нервно захихикала, – поверь, мне еще никогда не было так «весело», как в последние дни. Что ни день, то веселье, причем смертельное. Вот тебя когда-нибудь пытались сожрать рогатые пантеры? А доисторические птеродактили утаскивали в свои гнезда, чтобы накормить тобой своих детенышей-монстров? А меня утаскивали. Но знаешь что? Это еще не самое веселое.

– Неужели? – он выпрямился, озадаченный моими словами.

– Ужели! – передразнила его недоверчивый тон. – Я бы и рада немного поскучать для разнообразия, так сказать, но, увы, безмятежные дни остались в далеком прошлом. Понимаешь меня?

– Не совсем.

Что я делаю? Опять спорю со своим воображением. Хорошо хоть в прошлый раз Деклан оказался реальным, а я не вконец спятившей.

– Право рейхма тебе тоже ни о чем не говорит? – задал незнакомец еще один вопрос из разряда странных и абсолютно мне непонятных.

Я развела руками.

– А должно о чем-то говорить?

Он широко ухмыльнулся, и я обалдела, заметив острые клыки в его рту вместо обычных человеческих зубов. Ну кошмар вообще.

– Еще как должно, – заверил он меня и вдобавок подергал бровями, будто намекал на что-то… крайне неприличное.

Я сделала глубокий вдох и посмотрела на темное небо, на котором почему-то сияло три полумесяца вместо уже привычных двух, затем пощипала себя за бедро в надежде прийти в сознание, а когда щипания нисколько не помогли, то вновь посмотрела на мужчину. Он наклонил голову, и лицо у него стало такое задумчивое, будто он никак не мог разобрать, издеваюсь я над ним или говорю правду. Уж не знаю, к какому выводу он в итоге пришел, но, указав на мой грязный топ, насквозь пропитавшийся кровью Стэллера, с надеждой спросил:

– Ты пролила на себя ягодный сок?

Теперь уже я усмехнулась.

– Ну и где бы я столько сока взяла, интересно? – полюбопытствовала у него.

– Не знаю…

– Это не моя кровь, если что, – успокоила я своего несуществующего товарища, а то он как-то приуныл, даже грустным стал.

– В таком случае, – мужчина тяжело вздохнул, – мне придется отвести тебя к главнокомандующему.

И он поджал губы, словно ему претила эта мысль.

– К главнокомандующему? – Я даже присвистнула, ведь совсем не ожидала, что сон может пойти по такому неординарному пути развития. – Ладно, веди. – Теперь мне даже интересно узнать, что будет дальше. – Но зачем?

– Ты уж слишком подозрительно себя ведешь, ширни.

– Подозрительно? – удивилась я. – И в чем же это выражается?

– Как минимум в отсутствии субординации, развязном поведении и в игнорировании элементарных правил приличия.

Я чуть не засмеялась.

– Вообще-то это ты стоишь тут полуголый, – резонно возмутилась, – прикрыв свое достоинство небольшой тряпочкой, которая, если честно, – поделилась я своим наблюдением, – не особо там все и прикрывает у тебя, так что не надо мне говорить о приличии.

Если у меня получилось сдержать смех, то незнакомцу это не удалось. Вдоволь насмеявшись над моими словами, он сложил руки на груди и чуть ли не с укором произнес:

– Ты смотришь мне в глаза.

– И что? – Я совсем не поняла его претензии.

– Это неприлично.

– Серьезно?!

– К тому же ты стоишь слишком близко, много жестикулируешь и не опускаешь голову, когда я говорю.

– Да уж, – сыронизировала, – и впрямь срамота. И как это я посмела не опустить голову?

– Более того, ты позволяешь себе общаться со мной на равных, а это недопустимо, хоть и забавно.

Ну приехали!

– Единственное, в чем мы не равны, – признала я, – так это в росте.

– Но ты ширни.

– Звучит как обзывательство. Я тебе чем-то не нравлюсь?

– Вовсе нет. Дело не в том, кто ты, а в том, что я нашел тебя за пределами лагеря всю в крови, но кровь эта, как ты сама утверждаешь, не твоя. Мне кажется, ты собиралась сбежать и, возможно, даже украсть одного из ящеров, иначе я не представляю, с какой целью ты возле них терлась. А еще ты находишься в неадекватном состоянии с частичной потерей памяти. Думаю, в этой ситуации следует разобраться для твоего же блага. Возможно, тебе нужна помощь.

– Хорошо. – Я покивала, проникнувшись его доводами. – Тогда начинай разбираться, а я посмотрю, во что это выльется.

Если, конечно, не проснусь прежде, чем сон подойдет к своему логическому завершению.

– Молодец, что не сопротивляешься, – похвалил меня этот заносчивый тип и тут же предпринял попытку отвести к своему главнокомандующему, но его план провалился, едва он взял меня за плечо, а его рука прошла сквозь мое тело.

От такого поворота офигели мы оба, причем офигели по-разному. Незнакомец отшатнулся от меня, словно трехголовое чудовище увидел, а я в изумлении уставилась на свое тело, которое не просвечивало и не мерцало, но тем не менее было нематериальным. Нечасто мне подобное снится. В основном одни кошмары одолевают до самого утра. Хорошо, что сегодня обошлось без них.

– Это еще что за магия?! – взревел потрясенный до глубины души мужик. Глаза у него стали большие и круглые, как два огромных блюдца. Или нет… как две яркие машинные фары, светящие серебряным светом.

– Нет никакой магии. – Я пожала плечами. – Обычный сон.

– Да прям!

– Правду тебе говорю.

– Ты ведьма?!!

– А ты не первый, кто меня об этом спрашивает. Неужто я так на нее похожа?

– На ведьму-то?

– Ага.

– Совсем не похожа, но твоя магия очень даже ведьмовская.

– Да успокойся ты уже, а то покраснел весь, нет у меня никакой магии. Это все не взаправду.

– Ладно… – Незнакомец взял себя в руки и настороженно приблизился ко мне. – Не знаю, что это такое было, но сейчас я попробую еще раз.

– Хорошо. – Я с интересом уставилась на него, ожидая дальнейших действий. – Давай пробуй.

– Не говори так, – зашипел он.

– Как «так»?

– Будто подначиваешь меня.

– Но я не…

– Просто не говори!

– Да ладно-ладно! – я жестом показала, что закрываю рот на замок и выкидываю от него ключик в кусты. – Тогда я лучше вообще помолчу.

– Спасибо.

Он поднял руку и осторожно коснулся кончиками своих пальцев моего плеча. Точнее, попытался… опять. Его пальцы просочились внутрь меня, будто меня не существовало вовсе.

– Ты не можешь быть призраком. – Мужчина отчаянно замотал головой. – Это невозможно. Абсолютно исключено. – Он резко выдохнул и сделал шаг вперед, просачиваясь сквозь меня. Я ничего не почувствовала. Даже дуновения ветра не ощутила. – Но если ты все же призрак, – начал рассуждать он, – то почему у тебя отсутствуют характерные для мертвеца черты?

Я не стала отвечать, обещала ведь молчать.

– Но если не призрак, то кто? – Незнакомец обошел меня по кругу, изучая. – Человек? Ширни с магией? Это тоже исключено. Ты думаешь, что спишь… бред какой. Но если это правда и тебе снится сон, то как тогда… Сон! – Его вдруг осенило. Разве что лампочка над головой не зажглась. – Ну да, точно. Это же ощущается как сон, ведь происходит преломление сознания! – Мужчина оставил попытки материализовать меня, отступил на шаг и вкрадчиво так попросил: – А скажи-ка мне свое имя, ширни.

– Элиза, – ответила я с улыбкой, заинтригованно ожидая, когда он озвучит умозаключение, к которому пришел. – Элизабет.

– Элизабет, – повторил он по слогам. – Весьма нетипичное имя для наших краев.

– Ну уж какое есть. А свое скажешь?

– Архитэш.

– Ого! И это ты мое имя назвал нетипичным?

– Можешь звать меня Рэш.

– Не думаю, что это актуально, но спасибо.

Сны обычно не повторяются, так что вряд ли я еще когда-нибудь увижу этого полуобнаженного Архи…Рэша.

– Знаешь что, Элиза? – его физиономия приобрела загадочное выражение. – Пойдем-ка со мной.

– Отведешь меня к своему главнокомандующему?

– Нет.

Рэш направился в сторону лагеря, и я без промедления последовала за ним.

– А куда тогда? – не давало мне покоя любопытство.

– Увидишь. Но обещаю, там тебе понравится.

Даже так? М-м.

– Ловлю тебя на слове.

– Лови на чем хочешь, но свои обещания я всегда выполняю.

Рэш взглянул на меня с неожиданно озорной улыбкой, и я даже смутилась на мгновение.

– Так к какому выводу ты в итоге пришел? Если я не призрак и не ведьма, то кто же, по-твоему?

– Думаю, что все-таки человек.

– Пф… – Я скривилась. – Как банально.

– Отнюдь, – не согласился он.

– Я ожидала чего-то более интересного.

– А вот я, наоборот, не думал, что мой день станет настолько интересным под вечер.

– И интересным он у тебя стал благодаря мне?

Улыбка Рэша сделалась шире.

– Именно так.

– Ясно…

Джунгли определенно влияют на мой рассудок. Таких отборных снов в обычной жизни мне никогда не снилось.

Когда мы вышли к лагерному костру из темноты леса, я немного растеряла свой энтузиазм – и забавный сон постепенно начал казаться мне началом страшного и запутанного ночного кошмара… Вокруг костра сидели люди, которые о чем-то увлеченно переговаривались, жевали фрукты, похожие на люцерии, и жарили на вертеле какую-то мясистую дичь. Но при ближайшем рассмотрении я поняла, что никаких людей тут вовсе нет.

– Да не обращай ты на них внимания, – шепнул мне на ухо Рэш. – Идем дальше.

Но не обратить внимания на чувака, у которого из шеи торчала жабья башка вместо обычной человеческой, у меня как-то не получилось. И проигнорировать женщину-горгону с кучей шевелящихся змей на голове – я тоже не сумела. А уж когда заметила кентавров, мило о чем-то беседующих, парочку великанов ростом более трех метров, мужчину без лица и лохматую собаку, которая принимала активное участие в беседе, то не смогла сдержать нервный смешок. И вот этот мой тихий, практически беззвучный смешок почему-то услышали все, разом затихли и одновременно повернулись в нашу с Рэшем сторону.

Ну все…

Точно ночной кошмар!

– Ты ведь тоже их видишь, да? – зачем-то спросила я у Рэша, который, по сути, также являлся частью моего кошмара со своей сотней острых клыков и светящимися глазищами в придачу.

– Да было бы на кого здесь смотреть, – усмехнулся Рэш, беззаботно махнув рукой на монстров, которые уставились на меня в изумлении. – Давай, Элиза, иди за мной. Нам сюда.

Я поспешила за Рэшем, при этом старалась не замечать монстров, которые стали встречаться на каждом шагу, когда мы дошли до жилых палаток, расставленных в два длинных ряда между деревьев.

Мимо нас прошел мужчина с шестью глазами…

За ним еще одна жаба с человеческим телом…

Кентавр. Второй кентавр. Женщина с рогами. И снова кентавр.

Существо с крыльями и волчьей головой…

Кентавр.

– Ты там в порядке? – Рэш обернулся ко мне. – Что-то притихла.

Я проводила взглядом «человека», у которого на все лицо растянулась гигантская пасть, поежилась и честно призналась:

– Я просто иду и молча радуюсь, что это лишь сон.

Рэш понимающе кивнул.

– Никогда не встречала столько существ в одном месте? – проявил он чудеса дедукции.

– Мне всякие сны снились, но такое… впервые.

Почему-то дрожь берет от вида всех этих существ. Может, все дело в том, что они выглядят слишком реалистично?

– Мы почти на месте, – успокоил Рэш. – Еще немного осталось.

– Рада это слышать.

Он провел меня через весь палаточный «городок» к большому шатру из темной ткани с высокой крышей в виде купола. Я думала, нас остановят грозного вида шестирукие мужчины в доспехах из кожи и металла, которые перекрывали своими полуобнаженными могучими телами вход в шатер, но они увидели Рэша, опустили копья и моментально расступились.

– Заходи. – Рэш отогнул ткань шатра, галантно пропуская меня вперед.

Я вошла внутрь и буквально сразу замерла, осознав, что уже была здесь раньше. Этот шатер мне прекрасно знаком. Я никогда не видела его снаружи, но внутри… Да, я определенно была здесь. Помню те пушистые шкуры и этот стол с картой диколесья и кучей всяких отметок на ней.

Я скользнула растерянным взглядом по десятку незнакомых мне человекоподобных мужчин, которые стояли вокруг стола и обсуждали что-то, связанное с картой, затем подняла взгляд и посмотрела на того, кто сильно выделялся на фоне остальных. Он был выше и мощнее, одет по-другому. Намного опаснее всех тех монстров, что я видела у костра. Его внешность не пугала, а притягивала, но страх сковывал от той дикой мощи, что читалась в каждом его движении и уверенном взгляде огненных глаз. Он стоял прямо – такое чувство, что вообще не умел сутулиться, – и возвышался над остальными мужчинами устрашающей тенью. Суровый с виду, мрачно смотрящий на карту. Он выглядел властно и немного надменно, одним словом – непревзойденно.

– Деклан? – сорвалось его имя с моих губ.

Больше десяти пар светящихся глаз в один миг устремились в мою сторону. В шатре стало настолько тихо и безмолвно, что даже стрекотание ночного жука, ползущего вверх по опорной балке, показалось мне чуть ли не оглушающим.

Глава 12

Деклан вскинул голову и увидел меня, застывшую у входа в шатер. Его брови моментально взлетели вверх, а в золотистых глазах за считанные секунды разгорелось неистовое пламя, за которым я заметила искреннее и весьма сильное недоумение.

– Кто она такая? – озвучил повисший в воздухе вопрос один из присутствующих в шатре мужчин с кожей голубого оттенка и острыми ушами, как у эльфа.

Деклан не услышал его вопрос, а если и услышал, то не счел нужным на него ответить. Он смотрел на меня так же потрясенно, как и я на него, и, кажется, тоже пытался понять – какого черта я здесь делаю?

– И как она посмела так неуважительно обратиться к своему господину?! – в праведном гневе вопросил седовласый старик с глубоким шрамом, пересекающим его лицо наискосок. Он стоял по правую руку от Деклана и чуть ли не трясся от возмущения. Я ему явно не понравилась…

– Северная ширни, видать, давно не получала плетей, – усмехнулся мрачный тип с короткими рогами, который до моего появления что-то чертил на карте полупрозрачной линейкой, вокруг которой летали маленькие светящиеся огоньки.

– Значит, сейчас получит сполна, – пообещал старик.

– Лучше сразу взять да отрезать ей язык, – предложил какой-то изверг.

– Нет, это уже перебор…

– А они по-другому не понимают.

Деклан спокойно поднял руку, прерывая разговор о плетях и отрезанных языках.

– Это моя нэйра, – произнес он с восхитительной, присущей лишь ему интонацией бесспорного лидера. – Ваша будущая госпожа.

Все тут же замолкли. Старик поспешно схватился за сердце, затем за стол, будто испугался, что сейчас схлопочет инфаркт и упадет. Рогатый тип уставился на Деклана в ожидании, когда тот скажет, что пошутил. А изверг, предлагающий лишить меня языка, опустил плечи и виновато потупил глаза.

– Ты ранена? – первое, о чем у меня спросил Деклан.

– Нет, я… – Голова пошла кругом от переизбытка необъяснимых событий этой ночи. – Вроде бы нет.

Меня царапнули пантеры, но не сильно. Так что можно сказать, что и не ранена вовсе. По крайней мере, я не чувствую, чтобы у меня что-то болело.

– Но эта кровь на твоей одежде... – Деклан задержал взгляд на моем топе, который вместо темно-зеленого цвета приобрел ярко-бордовый.

– Кровь не моя.

Его хмурое лицо прояснилось, и он резко выдохнул.

– Хорошо.

До чего уж тут хорошего?

Снова какая-то неразбериха!

Сперва я чудесным образом исцеляю Стэллера, что само по себе уже необъяснимо и ни в какие рамки разумного не вписывается абсолютно, а потом сразу же оказываюсь в этом невероятном месте, кишащем всевозможными чудовищами из фильмов ужасов. И они ВСЕ меня видят! Хотя не должны видеть, ведь синъерция – это исключительно телепатическая связь между двумя существами. Между мной и Декланом! У меня не может быть синъерции со всеми монстрами в округе. Или… может? Или это не синъерция вовсе? Или Деклан мне что-то недоговаривает? А вдруг я все же умерла при исцелении Стэллера и теперь явилась сюда бестелесным призраком, чтобы донимать Деклана до конца его дней? Господи боже! Надеюсь, что нет. Я аж перекрестилась, поразив всех еще больше своими непонятными для них манипуляциями.

– Я нашел ее за пределами лагеря, повелитель, – подал голос Рэш за моей спиной. – Сначала я решил, что она одна из северных ширни, но ее речь и манера поведения были слишком вызывающими, даже чересчур провокационными, я бы сказал.

Провокационными?!

Я обернулась к Рэшу, собираясь спросить, что за чушь он несет, но внезапно обнаружила его стоящим на одном колене с почтительно опущенной перед Декланом головой, и все вопросы как-то разом улетучились.

– Я был бы несомненно рад сообщить, что нашел вашу нэйру, господин, и поиски можно заканчивать, но, к сожалению, – Рэш рассек рукой мое тело, показывая, что я нематериальна и состою из воздуха, – это лишь искусная иллюзия, какая-то неизвестная мне ведьмовская магия.

Как только Рэш договорил, все присутствующие в шатре вытаращились на меня так, будто увидели сказочное инопланетное существо с тремя головами и пятью копытами. Только Деклан сохранил самообладание.

– Оставьте нас, – приказал он холодно, не сводя с меня глаз.

Мужчины склонили головы и смылись из поля зрения быстрее, чем я успела дважды моргнуть. Деклана либо очень уважали, либо очень боялись… Рэш тоже исчез. И когда в шатре остались только мы с Декланом, все снова стало напоминать такую уже привычную, даже обыденную синъерцию, но в этот раз все однозначно было иначе. Даже ощущения у меня были другими, не такими, как прежде. Голова кружилась, и виски распирало изнутри, хотя раньше в синъерциях ничего подобного со мной не случалось.

– Выглядишь неважно, нэйра. – Деклан плавно обошел стол и направился ко мне… такой большой и горячий, в потрясающе красивой одежде, совсем не вычурной, но при этом богато украшенной мелкой россыпью драгоценных камней.

– Зато ты, как всегда, выглядишь просто превосходно, – ответила я ему без грамма лести.

Деклан несогласно покачал головой.

– В прошлую нашу встречу я был ранен. Помнишь?

– А теперь, – я махнула рукой на его безупречное тело, – на тебе нет ни одной свежей царапины.

Просто фантастика!

– Мои раны быстро заживают.

– И, видимо, исчезают без следа, да?

– Все зависит от тяжести ранения.

– Я тебя даже завидую.

– Не ты одна, – усмехнулся повелитель, но тут же прищурился, отчего в его глазах появился сверкающий блеск. – Как ты себя чувствуешь? – спросил он столь проникновенно, что у меня мурашки разбежались по спине от его вопроса.

– Даже и не знаю, что тебе на это ответить. – Я в смятении развела руками. – Чувствую себя странно… Я не понимаю, что происходит, и это меня сильно дезориентирует. Все вокруг кажется ненастоящим, временами ужасающим. Я не могу отличить сон от синъерции, а синъерцию от реальности – и это натурально сводит меня с ума, что очень утомляет, ведь я постоянно сомневаюсь во всем происходящем и в себе заодно. Ну а ты, – я переключилась на Деклана, – ты понимаешь, что происходит? Почему я здесь? Почему меня все видят? И неужели те монстры за пределами шатра, – меня передернуло, – на самом деле существуют?

Деклан напрочь проигнорировал мои вопросы. Похоже, это его фишка – игнорировать те вопросы, на которые нет желания отвечать. Впрочем, повелитель может себе это позволить.

– Я, вообще-то, спрашивал про твое физическое самочувствие, – пояснил он.

– О… ну ясно. – Я закатила глаза. – А мое ментальное здоровье тебя совсем, что ли, не волнует?

Деклан улыбнулся. Впервые с момента моего появления в шатре.

– С ним у тебя полный порядок, – заверил он с видом квалифицированного психоаналитика, – не переживай.

– С чего ты это взял? – удивилась я его такой непоколебимой уверенности.

– Ты неплохо держишься, учитывая тяжелые обстоятельства, в которых оказалась. Даже лучше, чем можно было ожидать от простого человека. – Деклан подошел ко мне практически вплотную, и мне пришлось хорошенько так запрокинуть голову, чтобы видеть его лицо, а не только массивные грудные мышцы, находящиеся на уровне моих глаз. – Будь с твоим «ментальным здоровьем» проблемы, – подытожил он, – то и вела бы ты себя совершенно по-другому.

– Это как интересно? Бегала бы по округе, размахивая руками и в панике крича: «Да что тут, мать вашу, такое творится?» – полюбопытствовала я у него с легкой язвительностью.

– Возможно.

– Знаешь, Деклан, я уже недалека от этого. Вот честное слово тебе говорю.

– В таком случае… – Он указал мне на выход из шатра и любезно предложил: – Можешь истерично вопить и бегать по моему лагерю сколько твоей душе угодно, хоть до самого утра. Никто не будет тебе мешать, обещаю.

Я одарила Деклана осуждающим взглядом.

– Очень смешно.

– А разве нет? – ухмыльнулся он.

– Нет!

– Точно не хочешь переполошить мой народ своими криками? Им бы не помешало взбодриться.

Я в сердцах всплеснула руками.

– Ты издеваешься?

Деклана моя реакция развеселила.

– Если только самую малость, – не стал он скрывать.

– Ну спасибо тебе за бесценную поддержку, повелитель. Она мне очень помогла.

– Послушай меня, нэйра. – Деклан спрятал улыбку и снова стал серьезным. – Нет ничего страшного в том, что ты не понимаешь многих вещей в мире, который тебе незнаком. Окажись я на твоем месте, я бы тоже многое не понимал. К тому же синъерция – сложная магия, одна из разновидностей высшей магии связи, и ты далеко не первая, кто в ней путается, но определенно первая чужеземка, которая так легко и быстро адаптируется ко всему новому и необъяснимому.

– Так, значит, это нормально, что меня сегодня все видят? – сделала я простой вывод из его слов.

Деклан с ответом замешкался.

– Не совсем, – в итоге произнес он уклончиво.

Но его расплывчатый ответ меня еще больше запутал.

– Что значит твое «не совсем»?

– Ты вышла за пределы синъерции, и поэтому тебя вижу не только я, но и все, кому ты попадаешься на глаза, – объяснил Деклан медленно, проговаривая каждое слово, видимо, чтобы чужеземная я, со своим полным отсутствием знаний о синъерции, поняла его с первого раза и ему не пришлось потом повторять. – С одной стороны, в этом нет ничего поразительного. Иногда подобное происходит с теми, чья магия сильно дестабилизирована из-за эмоционального потрясения, проклятия или магической травмы. Такие случаи редки, даже исключительны, но они случаются. Но с другой стороны… – Деклан вдруг заглянул в глубину моих глаз и пытливо прищурился, будто пытался увидеть в них что-то, чего раньше не видел. – Людям подобное не под силу, потому что у них магии нет и дестабилизироваться, соответственно, нечему. Все эти редкие случаи относятся исключительно к существам магических рас, а не к людям. Чтобы управлять материями синъерции или выходить за ее пределы, нужна магия – и магия особенного характера, которой до этого момента я у тебя не наблюдал.

Я нахмурилась.

– А теперь наблюдаешь, что ли? – Уж слишком неоднозначной была его формулировка.

Деклан неуверенно кивнул.

– В тебе что-то изменилось.

– Да-а… я вся в крови. Так уж получилось.

Выгляжу, наверное, незабываемо. Ну то есть даже если захочешь забыть, то фиг забудешь.

– Кровь здесь ни при чем, – отрезал Деклан и шагнул ко мне, сокращая расстояние между нами до минимума.

– Ты не сможешь меня коснуться, – напомнила я ему.

– Уверена? – его руки замерли в сантиметре от моих плеч.

– Да.

– Почему?

– Рэш неоднократно пытался. У него не получилось.

– Кто он такой? – задал Деклан неожиданный вопрос.

– Рэш? – удивилась я.

– Да, Рэш. Кто он?

Я снова нахмурилась.

– Тебе лучше знать тех, кто встает перед тобой на колени. Разве нет?

– Он не дракон, а ты не его нэйра. И пусть ты вышла за пределы синъерции, но это все еще наша синъерция, не забывай об этом.

Вопреки ожиданиям, широкие ладони Деклана уверенно легли на мои плечи и крепко их сжали. И снова волна покалывающего жара окатила меня с головы до ног, обжигая и вызывая изумленный вздох. Я невольно вспомнила наш невинный поцелуй и те головокружительные ощущения, что за ним последовали.

– Ты моя нэйра, – нагнувшись, шепнул Деклан мне на ухо, – и нет ничего, чтобы я не смог с тобой сделать.

Меня пробрала мелкая дрожь от его двусмысленного утверждения и той интонации, с которой он это утверждение произнес.

– Твои слова… – призналась я почему-то тоже шепотом, – звучат немного пугающе. Ты ведь это понимаешь?

Горячие губы коснулись моей щеки.

– Тебе не стоит меня бояться, – посоветовал Деклан вкрадчиво и оставил легкий поцелуй на щеке, отчего у меня по всему телу разлилось пульсирующее тепло.

– Но другие-то тебя явно побаиваются, – намекнула я на стремительное бегство мужчин из шатра.

– Другие – да, но тебе не стоит, – повторил Деклан и степенно выпрямился, после чего отступил от меня на шаг. – Большинство страхов обусловлены слухами, которые обо мне ходят. К счастью, ты их пока не знаешь.

– Эти слухи правдивы? – спросила я, когда наши взгляды снова встретились.

Звериные глаза Деклана сузились.

– Отчасти.

– Расскажешь хоть один? – выпалила я.

– Нет.

– Ну пожалуйста! Всего один. Любой, на твой выбор.

Очень хочется узнать.

Деклану моя просьба не понравилась. Он сморщил лоб и отвернулся, но, поразмыслив несколько секунд, все же решил ответить:

– Многие считают, что я сжигаю неугодных одним лишь взглядом. Другие полагают, что я способен спалить недоброжелателей силой мысли. Очень часто женщины пугаются моего внимания, потому что ходят слухи об изувеченных и обожженных телах, которые слуги замка втайне выносят из моей спальни по утрам.

Я скептично отнеслась к его словам.

– Это правда?

Деклан подарил мне неопределенную улыбку.

– Весьма отдаленная, – сказал он загадочно.

Класс…

– То есть доля правды в этих слухах все же есть? – ужаснулась я.