Текст книги "Развод с прошлым (СИ)"

Автор книги: Марина Безрукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Глава 28

Яна

Это был не самый сложный маршрут, но вода после дождей поднялась, и река клубилась водоворотами, будто демонстрировала свое плохое настроение. Цвет был тоже под стать – мутно-серый, хмурый.

Артур, как всегда шел первым. Я за ним. Ему приспичило проверить новый маршрут, который он составлял две недели, и никакие капризы природы остановить его не могли.

Уперев взгляд в затянутую гидрокостюмом спину, я лавировала среди клубящихся волн и с тоской думала о том, как я устала быть игрушкой в его руках. Отворачиваясь от брызг, орудовала веслом, ощущая беззвучную, тупую злость. И мечтала, чтобы это поскорее всё закончилось.

Вот тогда это и случилось. Его лодка наскочила на скрытый под водой камень, и Артура выбросило за борт. В стремнину. Я видела, как он падал. Нелепо растопырив руки, как надувная кукла.

Скрывшись на мгновение в ледяной воде, он вынырнул метрах в трех от моей байдарки. Откашлялся. Его сделанный на заказ шлем, сбился набок. Наши взгляды встретились. В его глазах не было страха, только привычное требование. И я как всегда должна была подчиниться.

– Весло! – крикнул он, отплевываясь от воды, заливающей рот и нос. – Быстро!

Я должна была протянуть ему весло и подтащить к себе. Но вместо этого я замерла, а время растянулось, как мыльный пузырь, который выдувают сквозь узкую щель.

Резкий, жесткий удар, еще один, я тоже на что-то налетела, еле удержав равновесие. Он что-то крикнул, но шум воды заглушил слова. Секунда, две, три… И Артур скрылся в стремнине.

Следствие признало произошедшее несчастным случаем. Всё-таки экстремальный спорт, элемент риска присутствует постоянно. А я стала думать – «помогла» ли я Артуру умереть? Ведь впервые за годы брака я не выполнила его приказ. Я вышла из-под контроля и освободилась.

Так закончилась история красивой провинциалки и мужчины, который был похож на тайфун. Такой же мощный и безжалостный, подчиняющий всех и всё под себя. Громкий, властный, с атлетическим телом и взглядом, который не спрашивал, а приказывал.

Я была хрупкой и не знала, на кого опереться в большом городе. Артур меня не защитил, он меня присвоил. Как присваивал всё. Трофей, редкий цветок или сложный горный маршрут. Я стала его собственностью, которой он распоряжался по своему усмотрению. И которую он мог заставить прыгнуть выше головы, в прямом и переносном смысле.

Его смерть могла бы подарить мне свободу физическую и свободу финансовую. Но второй не случилось. Выяснилось, что большая часть шикарной жизни Артура была в долг. Бизнес оказался провальным и фактически работал, чтобы обслуживать убытки и имидж его владельца.

Кредиторы налетели, как стервятники. Магазины, оборудование, снаряжение и даже квартира ушли на покрытие долгов. Вместо счетов и активов мне достались папки с требованиями коллекторов и судебные иски. Хорошо, помог выпутаться старый юрист, один из знакомых Артура, с которым потом пришлось полгода спать.

Единственное, что у меня осталось – это небольшой личный счет, накопленный тайком на черный день. Юрист помог сохранить крошечную точку с оборудованием, которую я по сей день пытаюсь раскрутить. Получается, когда лучше, когда хуже.

Но магазин мне малоинтересен. Потому что у меня есть мечта.

Рука соскользнула с зацепа, и я чуть не сорвалась.

– Осторожнее! – послушался испуганный крик снизу.

Я поморщилась, повиснув на пальцах. Переставила удобнее ноги. Вот что значит нырять в прошлое. Прошло уже два года, а Артур так меня и не отпускает, и словно с того света продолжает вставлять палки в колеса. Никто из мужчин, которые были после, мою идею не поддержал.

Пока я не встретила Ивана. Иван был антиподом Артура. Он не требовал раз за разом проходить опасные пороги, не смеялся над страхом и не заставлял играть перед клиентами роль безбашенной оторвы.

Ваня приносил цветы. Спрашивал, как прошел мой день и слушал ответ. Разделял мои увлечения, хотя и видно, что даются они ему с трудом. Вот и сейчас следит снизу, ходит вдоль стены, как беспокойная кошка, высматривающая своего котенка.

И самое главное – кажется, Ваня это тот человек, который поможет мне осуществить мою мечту.

Вдохнув еще раз пахнущий резиной и магнезией воздух, я начала спускаться вниз. Чувствовала неотрывный взгляд Ивана на себе, и мне было приятно, как он смотрит на мои мускулы и восхищается моей силой.

Спрыгнув на покрытие, я отряхнула руки и посмотрела на Ивана горящими глазами.

– Видел? Я всё-таки дошла до верха.

Иван улыбнулся и протянул мне бутылку воды. Мне стало приятно от его заботы. Сделав глоток, я вытерла рот тыльной стороной ладони и выдохнула:

– Хватит на сегодня. Подкинешь меня в магазин?

Вместо ответа, Ваня привлек меня к себе и с нажимом поцеловал. За перегородкой заулюлюкал Ягуар и его подружка. Иван покраснел, а я рассмеялась и показала другу язык.

В магазин мы добрались быстро. Вечерние пробки уже давно рассосались, я специально это время провела на скалодроме. Привыкла, что пик активности у меня приходится на ночь. Ваньке, конечно, тяжело. Он любит ложиться пораньше, но ради меня идет и на эти жертвы. Артур никогда бы так не поступил. К черту Артура, – качнула я головой.

– Смотри, – сказала я, когда мы сели у низкого столика.

В полумраке торговый зал выглядел тоскливо. Полки с дорогим снаряжением и пахнущие нейлоном товары часто оказывались невостребованными. Все друзья Артура от меня отвернулись, и иногда казалось, что на самом деле, они подозревают меня в его гибели. Хотя сами же резвились на его костях, потроша «империю» магазинов до донышка.

Я положила на колени папку с бумагами и посмотрела на Ивана.

– Это не просто база отдыха. Это «Вне сети». Улавливаешь?

– Типа цифрового детокса? – приподнял брови Иван, и мне захотелось его расцеловать.

Он не ухмыльнулся, не обозвал мою идею «идиотской и бабской», как это сделал когда-то Артур, а, кажется, заинтересовался. Открыв папку, я вынула большие листы, на которых были изображены стеклянные модули с видом на условную реку и скалы, зона для медитаций в сосновом бору, частная вертолетная площадка, банный комплекс с прозрачной крышей, чтобы можно было смотреть на звездное небо, а также бассейн для флоатинга.

– Здесь не будет Wi-Fi в общем доступе, только иногда и в лобби. В идеале хочется, чтобы гости сдавали телефоны в специальный сейф и получали их только по выезду. Никакого интернета и, конечно, телевидения. Персональные гиды-психологи, йога на природе, сплавы с элементами коучинга. В общем, всё для тех, кто устал и хочет сбежать от цивилизации. И заплатить за этот побег. За настоящий побег.

Иван внимательно рассматривал эскизы, перебирал листы, задерживая взгляд то на одном, то на другом.

– Ян, это… масштабно, конечно. Очень. Ты продумала смету?

Я нетерпеливо взмахнула рукой.

– Вань, это всё потом. Главное, земля, разрешение, строительство…

– Но, Яна… это же…

– Это мечта, Ваня, – тоскливо закончила за него я. – Мечта.

Вздохнув, я начала складывать листы в стопку. Ваня вгляделся в мое лицо и осторожно коснулся предплечья.

– Что тебе для этого нужно?

– Земля, – быстро ответила я. – С остальным я справлюсь. У меня есть на примете один участок. Ты же риелтор. У тебя же, Ванечка, связи. Ты же сможешь договориться. И найти подход.

На этих словах я медленно опустилась перед ним на колени и потянула вниз молнию на своей майке.

Глава 29

Лаура

Сидя перед большим зеркалом, я завершала ритуал. Последний взмах кисточкой, и идеальный макияж готов. С легкой улыбкой вгляделась в отражение. Его не портила даже яркая подсветка. Последняя операция, выполненная в Швейцарии, сотворила реальное чудо.

Ни одной морщинки, ни намека на усталость, свежа и прекрасна, как и должна быть жена Айдара Тагирова.

Пальцы вдели в уши серьги – бриллиантовые капли, подарок мужа на прошлый Новый год. Холодные, как и его взгляд, когда он их вручал. Пускай смотрит, как хочет. Важно ощущать вес камешков на мочках и знать их стоимость. На правой руке блеснуло крупным бриллиантом обручальное кольцо и тонкий браслет из белого золота. Остальные кольца сняла – Айдар не любит, особенно при гостях. Хотя я не вижу ничего плохого, когда украшений много.

Но пустить капельку яда в кровь мужу всё же хотелось, и потому платье приглушенного цвета «пыльной розы» было оставлено в гардеробной, а взамен появилось ярко-красное, с открытой спиной.

Может быть, хотя бы так Айдар перестанет смотреть сквозь меня, и в его холодных глазах промелькнет раздражение или неодобрение. Быть невидимкой иногда надоедает.

Повернула голову, проверяя укладку. Крупные иссиня-черные волны были собраны на одной стороне заколкой с кристаллами, открывая изящную линию шеи и серьгу. Протянув руку, выбрала аромат. Вместо холодного минерального – горячий, пряный, с нотками красного перца и имбиря.

По телу растеклось приятное тепло, рождая внутри тихое, настойчивое возбуждение. Мысли, вопреки железной дисциплине, упрямо уползали в одну и ту же сторону. К его постели. К нашей постели. К холодному царству из египетского хлопка, где месяцами мы спим, как чужие люди, вынужденно оказавшиеся в одном номере.

Сегодня мне хотелось, чтобы всё было иначе. Чтобы, вернувшись домой после ужина, он не прошел молча в свой кабинет, а потянул меня в спальню. Чтобы в его глазах вспыхнул голод. Чтобы его руки, привыкшие по вечерам перебирать документы, стянули с меня это платье.

Иногда приходила соблазнительная мысль о любовнике, но риск разоблачения остужал похлеще ледяного душа. Могут поползти сплетни, и это даст идеальный предлог для развода. Тело не соглашалось. Оно скучало по прикосновениям, но распалившуюся страсть приходилось усмирять игрушками, которые хранились в ящике тумбочки.

Я взглянула на часы – через полчаса выезжать в ресторан, а Айдар еще не вернулся. Хотел ехать прямо из офиса, но я настояла, чтобы переоделся. Всё-таки будут приличные люди. Трудно с этими мужиками.

Тимур тоже скривился, услышав о моем желание отметить его день рождения в «Миллэте». Дата не круглая, но я решила превратить этот день в событие. Любой повод хорош, чтобы напомнить, что семья Тагировых цельная, успешная и блестящая.

Всё должно быть безупречно. Для гостей и в особенности для Айдара. Из Питера он прилетел раздраженный, поэтому сегодняшний вечер призван вернуть его в лоно семьи, напомнить, что деловых вопросов и поездок стало слишком много. А сам Айдар отдалился настолько, что ужасное слово развод всё чаще преследует меня в кошмарах.

Но эта отвратительная юридическая процедура невозможна ни при каком раскладе. Как невозможно отменить закон тяготения. Мой статус должен оставаться при мне. Лаура Тагирова – это если хотите, уже бренд. Мой главный капитал и смысл жизни.

Снизу послышался шум. Наконец-то… Осторожно ступая тонким каблуком, я начала спускаться с лестницы.

– Дорогой, ты вовремя. Как раз успеешь переодеться. Я приготовила в спальне костюм…

Он остановился на первой ступеньке, скользнул по мне безразличным взглядом и усмехнулся.

– Спасибо за заботу. Но я большой мальчик и мог бы сам решить, что сегодня надену.

Я пропустила эту шпильку мимо ушей. Дождалась, когда он поднимется, и поймала его за руку. Он замер, глядя куда-то в сторону.

– В ресторане всё готово. Я проверила. И знаешь… Тимур сказал, что придет с девушкой. Ты можешь такое припомнить? – защебетала я, стараясь вывести его из мрачного оцепенения. – Я нет. Видишь, наш мальчик становится серьезнее и…

Айдар осторожно выдернул из моей руки пальцы и пошел по направлению к спальне. Я смотрела ему в спину, еле сдерживаясь, чтобы не зашвырнуть вслед белые каллы, стоящие тут же, в высокой вазе. Хоть бы дежурный комплимент сделал, истукан! Хотя бы в щеку поцеловал! Нет, идет, как мимо пустого места!

– Мы опаздываем, поторопись, – выпалила я, уже не скрывая досаду.

Айдар даже не обернулся. Дверь в спальню закрылась с тихим щелчком. Сжав пальцы так, что хрустнули суставы, я подобрала подол платья и осторожно спустилась вниз.

Домработница, высунувшая было нос из кухни, тут же спряталась обратно. Вышколенная прислуга прекрасно научилась читать мое настроение, и сейчас ко мне лучше, и правда, не приближаться. Выпью стакан воды, чтобы снять напряжение, иначе улыбка на фото будет неестественной, да и гостям незачем видеть, как натянуты мои нервы. Особенно Ленке и Найле. Они только и ждут малейшего прокола с моей стороны, чтобы как две сороки, захлебываясь, понести во все стороны сплетни.

Нет, дорогуши, в нашей семье всё и-де-аль-но.

Автомобиль бесшумно подкатил к входу в ресторан. Швейцар в ливрее бросился открывать дверцу. Первым вышел Айдар, подал мне руку. Я намеренно неспешно выбиралась из салона, чтобы продлить это ощущение. Всё как будто по-настоящему! Пусть все видят и завидуют.

Двери распахнулись, и на нас обрушился прорывающиеся сквозь легкую музыку приглушенные голоса, аромат духов, таявший в аромате белых орхидей, украшавших зал и столы.

Отвечая на приветствия, я со светской улыбкой окинула взглядом интерьер. Прекрасно! Всё, как я задумывала. Каждая деталь подчеркивает мой безупречный вкус, а главное, статус.

Каждые три шага приходилось останавливаться и обмениваться короткими вежливыми фразами, принимать поздравления и выслушивать комплименты. Настроение сразу подскочило – наконец-то я оказалась в своей стихии. Я здесь всем нужна и всё внимание достается мне.

От восхищенных и завистливых взглядов я таяла. Я была королевой, которую сопровождает король.

– Мам, пап, – махнул рукой Тимур. – Наконец-то! Меня вечно дрючите, что я опаздываю, а сами…

И не успела я сделать ему замечание за лексикон, как сын продолжил:

– Знакомьтесь, это Наташа.

Я, вежливо улыбаясь, перевела взгляд на девицу. Ничего себе. Красивая, одета хорошо, не нашего круга, конечно, но старается.

– Добрый вечер, Наташа. Очень приятно, – я постаралась, чтобы мой голос звучал чуть теплее.

Наташа засияла.

– Добрый вечер, – сказал Айдар. – Рады знакомству.

Наташа улыбнулась еще шире и посмотрела на Тимура. Наверное, хотела без слов похвастаться, что понравилась родителям. Айдар задержал на ней взгляд дольше обычного. Я увидела, как почти незаметно дернулась мышца скулы. Почему он смотрит на эту девочку так? Знает про нее что-то?

Но Айдар уже отвернулся к другу семьи, выслушивая про достойную смену.

Дальше вечер потек, как обычно. Только вот Айдар время от времени всё посматривал на Наташу, будто так и не смог разгадать какую-то загадку.

Глава 30

Айдар

Как только появилась возможность уйти в тень, я это сделал. Выбрал столик у окна, спрятался за высокой кадкой с пальмой и превратился в незримого наблюдателя за праздником. Покручивая в руке бокал с водой, смотрел кино, которое, впрочем, мне совсем не нравилось.

Под сияющей люстрой, будто на сцене, восседала Лаура. Вызывающе красное платье кричало о снобизме, деньгах и праве на всеобщее внимание. Каждый жест отточен, словно у заводного механизма – наклон головы, когда смеется, легкое касание руки собеседника, томное потягивание вина из бокала.

Это был спектакль, и скорее всего, окружающие тоже об этом знали. Знал и Тимур, который отбывал положенное время только потому, что не хотел ссориться с матерью. Ведь благодаря ей он получил заветный подарок и уже, наверное, прокатил эту девушку, Наташу, по улицам Казани.

Взгляд, уставший от показухи жены, скользнул в сторону.

И там, возле окна с картинкой вечернего города, я увидел совсем другое. Тимур что-то с жаром объяснял Наташе, а она не сводила с него глаз. Вот она рассмеялась, поправила рукой волосы, и в этом жесте снова промелькнуло нечто неуловимое, но до мурашек знакомое.

Слушая Тимура, который, копируя мать, картинно выгнул бровь, Наташа повернула голову. Свет от люстры упал на ее скулу и линию щеки, и этот ракурс, кажется, расставил всё по своим местам.

Анна не сказала мне, как зовут ее дочь, но сомнений почти не осталось. Нужно только подойти и, изображая светскую беседу, завести разговор о ее родителях. Я усмехнулся, наблюдая за детьми. Если бы ты проводил больше времени с сыном, то, возможно, уже и знал бы, кто эта Наташа и насколько у них всё серьезно.

До меня долетел смех Лауры. Я не сдержался и поморщился. Нет, надо что-то с этим делать. Конечно, развод. И это будет потяжелее, чем выстроить с нуля бизнес. Лаура за свой статус будет биться, как тигрица.

Она не раз говорила, что наш брак выделяет ее среди всех прочих. У ее статусных подруг беды сыпались одна за другой. У многих мужья нашли молоденьких любовниц, завели на стороне детей. С кем-то развелись, кого-то задвинули на роль жены лишь на бумаге, и на этом фоне наша с Лаурой пара смотрелась, как оплот надежности и стабильности.

Лицемерно сочувствуя подругам, Лаура дома смаковала подробности их разводов, подсмеивалась над глупыми клушами, которые не смогли удержать мужика, и снова и снова втыкала острый шип в их сердца, демонстрируя наш брак, как витрину благополучия. И женской состоятельности.

Словно услышав мои мысли, Лаура обернулась, нашла меня глазами и нежно улыбнулась. Потом, показывая на серьги, принялась что-то рассказывать закадычным своим подружкам.

Я снова посмотрел на Тимура и Наташу. Потер подбородок. Нет, нужно обязательно узнать. Влезать в их беседу не хотелось, и я решил дождаться более подходящего момента. Чтобы это не выглядело, как допрос. Смущать девушку совершенно не хочется, она и так оробела от всей этой пышности и блеска.

Неожиданно рядом со мной выросла Лаура. Наклонилась к уху, обдав шлейфом терпких духов.

– Дорогой, не забудь пригласить меня на танец…

Клюнула в щеку и направилась к Тимуру. Наташа встрепенулась и расплылась в фальшивой улыбке, потянувшись навстречу моей жене. И сразу же исчезло всё, что делало ее похожей на Анну. Словно стерли ластиком.

Я нахмурился: неужели мне это сходство привиделось? Сейчас передо мной оказалась совсем другая девушка. В ее лице промелькнуло что-то хищное, будто она скопировала Лауру. Как в природе, молниеносно поменяла окрас, добавила жесткости скулам и приторности улыбке. Удивительно. Сейчас вся троица казалась просто одним клоном. Будто Лаура их заколдовала.

А тебя? – задал я себе вопрос. Тебя разве не заколдовала? Иначе почему ты уже год думаешь о разводе и до сих пор не сделал ни одного шага в этом направлении? Чего ждешь?

Я попытался отогнать эти мысли. Уж очень они неприятны. И напоминают о том вечере, когда Лаура играючи уничтожила самое ценное, что у меня оставалось.

В тот вечер я вернулся домой поздно, после провальных переговоров. Ситуация была очень серьезной, и я искал точку опоры. Будь у меня Алсу, этой точкой стала бы она. Выслушала бы, перебирая тонкими пальцами мои волосы, напоила чаем и обошлась без советов, но это помогло бы найти правильное решение.

Но от Алсу у меня остался только образ, скрытый в ненадежной памяти, наша с ней фотография и две открытки, которые она подписала мне на день рождения и Новый год.

Я сразу направился в кабинет, к своему столу, в ящике которого хранил коробку со своим прошлым. Где Алсу обнимает меня за шею, а в ушах звенело ее нежное «Айдарчик, отпусти!» На поблекшей фотографии я дурачусь и несу ее на руках по лугу с цветущими маками, а она смеется, запрокинув голову.

Упав в кресло, нашарил в кармане пиджака ключ, потянулся к ящику стола и замер. Он был приоткрыт. Но я точно помню, что запирал его. Я делаю так всегда. Не хочу, чтобы кто-то кроме меня мог видеть то, что мне ценно.

Сердце ёкнуло, предчувствуя недоброе. Я рывком выдвинул ящик. Схватил коробку и откинул крышку. Помню, даже зажмурился, потому что уже всё понял. И кто взломал ящик, и что увижу в коробке.

Но мои опасения не оправдались: в коробке не было обрывков. Только легкий, вздымающийся в воздухе пепел, который я, застонав, попытался поймать. И еще записка, где школьным ровным почерком было выведено: «Дорогой. Не цепляйся за прошлое. Оно мешает нашему будущему. Я позаботилась о том, чтобы ты стал свободен. Для нас. Для наших целей. Любящая тебя Лаура».

От ярости побелело перед глазами. Я ринулся к ней в спальню, налетел в полумраке на этажерку, с которой посыпались какие-то безделушки, чем разбудил маму. Они с отцом остались в тот вечер у нас ночевать.

– Айдар, опомнись! Айдар! – повисла у меня на руках мама, мгновенно считав по белым от ярости глазам, куда я рвусь и что хочу сделать. – Прошу тебя. Ради отца.

Не за себя просила, за отца, который только-только восстанавливался после микроинфаркта. И я послушал. Но сделанное Лаурой, отделило меня от нее толстой ледяной стеной. Непрозрачной, мутной и очень прочной.

Да, надо было разводиться уже тогда. Но вскоре заболел Тимур, две недели у него была высокая температура, и никто не мог найти причины. К счастью, обошлось, но что это было, доктора так и не определили. Потом слегла моя мама. Следом, будто уловив мои мысли, мама Лауры, которая относилась ко мне всегда, как к сыну.

Гнев улегся, как остывший пепел в жерле вулкана, и я почему-то решил, что развод ничем не поможет. Слушать вопли Лауры, видеть слезы родителей, трепать им нервы, а Лаура не преминет их впутать, махнул рукой. Выведу Тимура в люди и уйду сам.

И вот всего одна встреча напомнила мне, что я зря себя хороню, что может быть есть у меня еще возможность стать счастливым. И любимым.

– Айдар! – я вскинул голову.

Улыбаясь змеиной улыбкой, Лаура многозначительно приподняла брови, намекая на приглашение. По залу лилась медленная музыка. А я и не заметил, припоминая обиды. Никакого желания поддерживать спектакль Лауры не было.

И я не стал.

Потому что с новой силой вспомнил последний вечер в Петербурге. Как я, закончив разговор, вернулся к столику, где должна была ждать Анна. Сначала подумал, что она вышла в дамскую комнату, но потом заметил, что на вешалке нет ее пальто. Машинально схватился за телефон и понял: я не знаю ее номер, только место работы и, наверное, смогу найти дом загородом. Но не станешь же, как маньяк преследовать и ломиться туда почти ночью.

Куда она ушла? Почему? – опустился я в кресло.

Случайно разблокировал экран и всё понял. Пропущенный вызов от Лауры. Анна поняла, что я женат и тактично исчезла.

Вернувшись в номер, я начал строить план. Как рано утром, еще до самолета, я поеду к ней и всё расскажу. Выложу, как на духу. Она поверит. Обязательно поверит. Потому что впервые за многие годы я ощутил такое же тепло у сердца, какое чувствовал с Алсу.

Но утром мне пришлось ехать в офис, возникли непредвиденные сложности, а оттуда в аэропорт.