Текст книги "Лисья Нить (СИ)"

Автор книги: Марамак Квотчер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Ночью не спалось – вдобавок ко всему было душновато, а невдалеке почти без перерыва грохотали поезда – туда-сюда, туда-сюда. Калимма и Гохра, набузыкавшись кефира, дрыхли без задних лап, Трикси же поворочалась на лежаке и полезла в верхнюю дверь дома-курятника – она выводила на узкую ступеньку, с которой можно забраться на довольно просторную крышу постройки – там иногда сушили травы. Подложив лапы под голову, лисичка устроилась на валике ароматного мягкого сена – сверху мерцали звёзды, неярко светили фонари, то и дело отсвечивали прожекторы локомотивов. Послышался шорох когтей по дереву – извернувшись на узкой уступке, вылез Кефлон и сел рядом.

– Трикс, – негромко сказал трёххвостый, – Прости меня, я не хотел тебя обижать.

– О чём ты, Кеффи, – толкнула его она, – Забудь!

– Нет-нет, – Кефлон взял её за лапку, – Я больше никогда не хочу так делать! Ты же... Ты же самое дорогое что у меня есть, лисонька моя... Моё сокровище!

– Я люблю тебя, Кеффи, – счастливо вздохнула Трикси и лизнула его в нос.

– Триксёнушка, – заурчал Кефлон, обнимая её, – Как ты прекрасна!

Лисичка чувствовала его дыхание, ощущала сильные, но мягкие лапы... Она взглянула в глаза лиса, в которых ярко блеснул отсвет прожектора. Во всей Вселенной не было существа ближе и роднее... Трикси нежно потянула его за уши:

– Иди сюда, мой лисёнок.

Наутро они проснулись вместе, забившиеся в угол крыши – хвостов было достаточно, чтобы обложиться ими со всех сторон, как гнездом, да ещё и мягкое сено. Разбудила активная возня в доме, так что пришлось спускаться в прямом смысле на землю.

Хозяева хлопотали с кормом, и трёххвостые активно помогали им, дабы не проедать даром харчи. А харчи сдесь были отнюдь неплохие, счекрыженные либо на огороде, либо на соседних участках по обмену. Уж что-что а корм поселковые жители производили в избытке. Произведя таким образом, как выразились бы грызуны, аммортизацию, трёххвостые стали думать что сделать для дальнейшего расхлёбывания. Скарри тявкнула про местного "колдуна", как его называли, и спайдерфоксы решили за неимением ничего лучшего зайти к нему.

Домик – зелёный, из стандартных щитов – ничем не выделялся среди прочих в посёлке, разве что прямо возле него стояла высокая стальная башня в виде пирамиды – опора, на которую были подвешены провода, уходящие к другим таким же. Эта линия из проводов, пересекавшаяся невдалеке с другой такой же, показалась Трикси чем-то знакомой... Спайдерфоксов встретил старый седой шнерк, который весьма заинтересовался фактом их существования. Сие неудивительно, если прямо у входа на стене висела картина, изображавшая шелкохвоста. Шнерк, представившийся Кимом, заварил травяного чайку и уселся за стол. Хотя его явно распирало от желания задать штук триста вопросов, он чередовал их с ответами.

– Не,не, – улыбнулся он на вопрос Трикси, – Халинсава и другие города населены не роботами и не мертвецами. Это уж ты перегибаешь... Но в общем они и правда не особо живы. Ты сквозняк видишь?

– Слегка, – сказала Трикси, – Но Штуку над городом уже видела!

– Ага, – кивнул Ким, – Ну вот тебе и ответ. Медуза всё сжирает. Захавывает на корню.

– Почему медуза не захавывает сдесь? – резонно поинтересовался Кефлон.

– Несколько причин, эсэф. Во-первых ОТГэшники изначально живут не так, как все. Стараются больше создавать и меньше потреблять. Стараются улучшить мир. Будь мы одни на Паклухе, медуза наверно могла бы перенастроиться на нас. Но она настроена на массу, которая даёт ей пищу.

– Кажется вкуриваю помаленьку, – почесал за ухом Кефлон.

– Ну и мы со своими знаниями кое-как помогаем, – ухмыльнулся шнерк, показывая карту посёлка, – Смотрите вот на эти линии, они обозначают высоковольтные провода.

Трикси присмотрелась и среди мешанины линий увидела пятиконечную звезду, накрывшую весь посёлок.

– Те самые провода? – показала она за окно.

– Угу. Я считаю, что кое-какой толк от этого есть, – сказал Ким, – Это не стена, но на щупальца медузы действует.

– Живёте на свежем воздухе, – сложила лапы Калимма, – Дружно, главное. Вот вам мозги и не удаётся запудрить, так при чём тут эти башни с проводами?

– Понимаете ли, эсэф, – улыбнулся Ким, – Грань между тем что называется реальность и нереальность очень условная. Догадываетесь, про что я в данном случае?

– Нет, – призналась Калимма.

– Кажется да, – сказал Кефлон, – Вы хотите сказать – можно считать что башни не дают медузе выесть мозги жителям... но на самом деле так и есть. Ведь эту галиматью строили все вместе, вопреки мнению большинства. То есть башни как таковые тут ни при чём, это могли быть и ямы, к примеру.

– В общем да, – согласился Ким.

Они засиделись у старика аж до вечера, так как немало вопросов он всё-таки задал и пришлось рассказывать. Когда в синих сумерках четверо возвращались к дому, на фоне закатного неба прочными черными силуэтами торчали опоры, напоминая странные деревья. Трикси поверила, она чувствовала, что это самое, то что Ким называл медузой, а грызуны У-эффектом, не дотянется сюда, обколет щупальца об острые шипы на стальных башнях... Но этот островок был так мал!

На следующий день вернулась Контра – одна, с некоторой суммой денег и злая как тысяча гусей.

– Нас повязали, – объяснила она, – Кто-то накапал в полицию. Еле удрала... Грид сейчас в КПЗ в Халинсаве да и мне больше высовываться нельзя пока. Шьют незаконное предпринимательство.

– Это серьёзно? – нахмурился Кефлон, – Ну я имею ввиду его там за это... не повесят, к примеру?

– Нет, нет, – отмахнулась шнерковка, оглушая пол-ведра воды залпом, – Это фигня, невпервой, выпутаемся. Но теперь у нас совершенно связаны лапы и помогать вам мы не сможем.

– Ничего, Ко, вы уже здорово нам помогли, – сказала Трикси, – У меня уже кое-какие идеи есть. Дальше мы уж сами...

– Я не думаю что совсем сами, – заметил Кефлон, – Для идентификаторов мы невидимы но документов у нас по-прежнему нет.

– Зато у нас есть резонаторы и мазеры, – буркнул Гохра.

– Не тупи, Го. Если мы погрязнем в боевых действиях, на остальное времени не будет.

– В таком случае, – вздохнула Контра, – Вот адрес гридовского дяди, как я говорила он пилот, ему выбросить вашу капсулу в космос ничего не стоит. Если сочтёте нужным, поговорите с ним. А я пойду сдаваться, пока они не припёрлись сюда.

Отдав трёххвостым регенератор и добычу, с его помощью полученную, шнерковка пожала им лапы и бодро направилась по тропинке к остановке автобуса, виляя чёрным хвостом. А ведь дней десять назад она порывалась нас убить, подумала Трикси, и как скажешь, что у неё для этого не было повода?...

– Ниить-намотка, – протянула Калимма, – Управление Федеральных звёздных линий в Аоле, другой континент!

– Нам главное до моря добраться, – сказал Кефлон, – Будем автобусами, с пересадками. Долго но вроде бы без палива.

– Пойду собирать сумку, – кивнула Трикси.

–23–

Корабль высадил четверых недалеко от маленького портового посёлка на берегу полярного океана – колотун сдесь стоял столь изрядный, что никак не удалось бы обойтись без утеплённых спецовок. В этой части планеты стояла затяжная зима – длинный год растягивал и холодный сезон; под ногами скрипел снег и наледь, из низких серых облаков то и дело начинало сыпать. Как и рассчитывали спайдерфоксы, из наспункта можно было уехать на попутке в городок, оттуда в крупный город, и на местных автобусах, уже знакомых, добраться до цели. При всём при этом единственное, что они делали для маскировки – это стягивали хвосты, а более длинные уши и фиолетовые разводы сдесь никого удивить не могли. Кантоваться по транспорту пришлось долго, так что трёххвостые укутывались шарфами собственного выпуска, сплетёнными на корабле от нечего делать, грызли подлапный корм, купленый по торгточкам, и дрыхли.

Аол был крупным городом, центром одного из регионов Паклуха; конечно, чем ближе к нему, тем гуще становились завалы всяческой урбаньщины, но на некотором отдалении были видены вполне зелёные хвойные леса. Выйдя на автовокзале, четверо погрелись в кафе и решили не искать приключений на хвосты, а идти по городу пешком, по карте, не лезя в незнакомые транспортные средства. Как и прочие виденные на Паклухе, город был жутко сумбурен, перегорожен вдоль и поперёк и страшно неудобен – ни пройти, ни проехать. Вдобавок обильный снегопад настолько заваливал улицы, что машины вязли совершенно, так что возможно решение двинуть пешком было даже выигрышным по времени. Правда, во многих местах спайдерфоксы оказывались

единственными, кто шёл пешком, что немного выделяло их; зато в густой снежной каше вряд ли кто-то взялся бы пристально их разглядывать. Зверьки были достаточно пуховые, но несколько часов ходьбы по такой погоде, к тому же с непривычки, несколько утомили их, так что было решено найти временное место отсиживания. Нужно было ещё договориться с этим Варном о встрече, как минимум.

Недолго думая четверо завернули в большой парк, что был рядом с громадным зданием Управления ФЗЛ – учитывая завал снега, там ровным счётом никого не было, за исключением стайки местных приблудных животных, похожих на собак. Как опытный ныкальщик, Кефлон заставил всех снять обувь и идти некоторое время так – следы были похожи на отпечатки лап этих псовых, и разбираться точно никто не будет. Недалеко от входа начинался пруд, ныне напрочь замёрзший; спайдерфоксы перешли по льду неширокий пролив и оказались на островке, шагов сорок в длину и десять в ширину. Там среди заваленых плотной снежной шубой деревьев, в небольшой низине, они и расположились, намяв снег – все они прекрасно знали, как с удобством обустроиться в зимнем лесу, так как не раз это делали дома. Сыроватый снег отлично лепился, и буквально за десять минут трёххвостые окружили своё логово большими комьями, закрывшими от ветра.

– Теперь ещё ряда три, – показал Гохра, – Башенкой, и будет как дом. Надо лёд пробить достать воды...

– Не проблема, – достал мазер Кефлон.

Используя малую мощность, он нарезал изо льда куски и таскал к постройке, остальные утрамбовывали и ровняли. Возились они достаточно, но в итоге получилась вполне пригодная ледяная изба, с потолком – стены сходились кверху и образовывали купол. Утеплившись, в ней можно было дрыхнуть без зазрения совести. Уловив окончание активной фазы работы, заскучавшая Трикси слепила снежок и засандалила в ухо Калимме. Та сделала вид что не настроена на снежкокидание, но едва лисичка отвернулась, как в неё полетел основательный комок. Хохоча и подтявкивая, четверо носились вокруг ледника, швыряясь снежками, словно у себя дома. В конце концов Калимма загремела в выкопанную полынью и пошла сушиться, да и остальные тоже, усталые но довольные, сели рядком, глушить чай – воду грели в миске при помощи малюсенького кипятильника, питаемого от аккумуляторов ремиттера. Вокруг была сплошная снежная пелена – валил даже не то чтобы густо, но снежинки были такого калибра, словно вырезанные из бумаги – аж слышно, как падают. Уютно! Трикси сделала контрольный отзвон на корабль.

– Главное постарайтесь не попадаться на проверки, – цокал Марамак, – Где вы устроились?

– На островке в парке, – сказала лисичка, – Недалеко от Управления. Сдесь никого нет вообще.

– Хе-хе, – усмехнулся грызун, – Да, пусть попробуют вас найти... Кстати, там напротив музей освоения космоса, насколько я понимаю. Тоже сходили бы глянуть.

– Этот олух Варн будет только завтра, – сообщила Калимма.

– Ну и нить с ним, – сказал Кефлон, – Сейчас подрыхнем и пойдём музей посмотреть. Может наткнёмся на что интересное по нашей основной теме.

Ночь они преспокойно просопели в ледяной избе – обложившись хвостами и дополнительным утеплением, можно было согреться изнутри чаем и пару часов вообще не чувствовать холода. С утра небо более-менее очистилось, снегопад прекратился, температура кажется перешагнула за ноль и всё нападавшее начало медленно таять. В воздухе понесло весенней свежестью. Перекусив, спайдерфоксы в неплохом настроении пошли смотреть на музей. Собственно, это была довольно большая территория, на которой стояли ангары-павильоны, а между ними громоздились космические аппараты, поставленные на вечную стоянку. Входящих встречал блестящий тёмно-жёлтый корабль длиной шагов сорок, хищно выставивший вперёд многочисленные пушки. В музее было практически пусто – мало кого в Аоле интересовал этот древний хлам; встречались только редкие пожилые шнерки и микуры, зашедшие вспомнить молодость. Спайдерфоксы разбрелись по павильону, глазея на разложенное оборудование и макеты.

– Что мы тут ищем? – пожала плечами Калимма.

– Не знаю, – честно сказала Трикси, – Может, они проворонили и положили сюда что-нибудь с Пролесья...

– Что-нибудь, – произнёс Кефлон, задрав голову вверх.

Остальные тоже взглянули на потолок, на котором была нарисована карта.

– Это Пропия, – упавшим голосом произнесла Калимма, – Наша Пропия!

– Теперь придётся тебе раскопать, откуда была взята карта для этого рисунка, – сказал Гохра.

Трикси глядела на изображённые на потолке реки и горы – это было так странно, увидеть даже изображение Пролесья сдесь, за столько парсеков и тысячи лет времени! Какой-то шнерк просто перерисовал фотографию, даже не подозревая, что это!...

Озадаченные увиденным, четверо вышли из павильона. Была мысль поспрашивать сторожа, но вид свирепого петуха, который явно говорил "вот опять припёрлись пол пачкать" не располагал к этому. Они уже было направились к выходу с территории, как вдруг Трикси почувствовала, что видит что-то знакомое. Она остановилась и тщательно огляделась, но сразу не поняла, что именно. За ангаром стояла конструкция, напоминающая сквирский корабль, когда он без линзы – тонкий каркас из металлических "веток", и знакомые штуковины по бокам... Этот объект был меньше, и другой, цилиндрической формы – он напоминал вагон с тремя платформами друг над другом, высотой с три-четыре этажа и длиной тридцать шагов. Вся эта конструкция стояла на банальных стальных колёсах с резиновыми ободами, размером с два роста. Трикси провела лапкой по потрескавшейся от времени холодной резине.

– Это не ихняя, – твёрдо заключила она.

– А чья? – резонно поинтересовался Кефлон, – Ну-ка...

Подпрыгнув, он подтянулся и залез на боковую платформу, заваленную снегом. Трёххвостый шустро вскарабкался по лестнице выше, к цилиндровидным штуковинам; там оказалось нечто, похожее на пульт. Кефлон протёр рукавом наледь и стал разбирать буквы – не по-сквирски... пинглиш, что ли?

– Калли, брось прибор! – крикнул он, – Я хочу показать эту дрянь Мару.

Сделав несколько снимков, они отошли от конструкции и передали их грызунам по мобильнику.

– Угу. Так, – ответил Марамак, – Теперь спокойно выходите оттуда чтобы не светиться...

– А что случилось? – заволновалась Трикси.

– Пока ничего. Эта штука – транспортная капсула Е-класса, союзного производства. Модель чрезвычайно древняя...

– Древностью примерно 2200 лет?

– Хм... Да, возможно, уточню. Сейчас не светитесь возле неё, но пока и не уезжайте из города, ладно?

...

Марамак задействовал свой обычный способ подстегнуть мозги – принялся ходить по площадке корабля кругами, бормоча себе под нос; времени на подобные раздумья было сколько угодно, хроногенератор под лапой. Фира сидела за компом, глушила чай и неспеша просматривала архивы из местной сети.

– Ты понимаешь что это значит? – потряс лапами грызун, – Капсула!...

– Тип 043, – сказала Фира, – Такие называли "порыкинскими вагонами". В смысле после того как прибудет на место, останется только порычать над тем, что стало с грузом. Кто-то посеял...

– Определённо, – кивнул Марамак, – Вероятно, её нашли где-нибудь близко к метрополии микур, выковыряли частотный блок... и с помощью этого самого блока дотянулись до Пролесья!

– Но почему не дальше? – пожала плечами Фира, – Хотя...

– Именно! Тогда блок был один и они не умели воспроизводить его. Копировать научились только недавно, и как я понял, только до 2го уровня субкода. Он поддаётся нейтрализации?

– Нейтрализации поддаётся любая исполнимая часть, даже переписанная на другой носитель, – припомнила технические данные белка, – Что лично меня радует.

– Ещё бы! – квохтнул сквир, – Два щелчка по клаве, и у Федерации не будет никакого космофлота! Надо как-то срочно сообщать нашим, Фир! Ургх, не зря я не запустил почтовку! Только вот как её запустить теперь?

– А этот вагон. Конечно сделать полный кристалл для него мы не сможем, но если как-то запустить его? И пусть себе расстреливают, из атмосферы он выйдет и почтовку шиш запалят.

– Сварганить небольшую копию ЧЗБ ? Это отличная мысль, Фиришка! Только как.

В ответ Фира открыла на компе инструкцию на главе "как сделать копию ЧЗБ".

– Перепишем управляющие сигналы, – цокала она, – Хотя бы на коммуникатор. Прямо по сети. Должны запустить первый контур, а что нам ещё нужно? Разобъётся, конечно, но задачу выполнит.

– Разобъётся. Критично, над населённым районом...

– Хорошо, пух-голова! Рассчитаем чтобы ушёл к полюсу.

Марамак недоверчиво посмотрел на фотографии капсулы.

– Просто не верится, что набор сигналов оживит эту рухлядь, – сказал он.

– Угу. А то что трёххвостые из всех музеев, какие есть на планетах Федерации, попали именно в этот, верится? – фыркнула Фира, – Сдесь что-то не так с пространством, Мар. Глючит оно.

– Не думаю. У трёххвостых очень развита интуиция и другие чувства поверх обычных. Шнерки почти те же спайдерфоксы, вот и немудрено что Контра отправила их, как она думала, к Варну, а на самом деле – к капсуле!

– Я укушу тебя! – предупредила белка, – Брось эти предположения, мне головы не хватит всё это понимать!

– А не надо ничего понимать, надо писать сигналы.

–24–

Хотя благодаря хроногенератору возню с записью сигналов грызуны осилили за две секунды паклухского времени, операцию пришлось отложить на сутки из-за выходного дня. Спайдерфоксы долго составляли мнение, а на кой шиш вообще нужны эти выходные – на Пролесье этого не было и в помине, трёххвостые умели распределять своё время безо всяких условностей типа календаря; сквиры, хотя и были вынуждены считать дни, тоже никогда этим не заморачивались – так что соблазн залезть в музей был велик. Тем не менее, стойко решили ждать.

С самого утра невдалеке на замёрзшем пруду послышались весёлые взвизгивания и крики – выглянув, Трикси увидела нескольких молодых шнерков, расчищавших на льду площадку. Цель этой затеи скоро стала понятна – одна из шнерковок нацепила на обувь коньки и стала нарезать по площадке круги с воистину изумительной быстротой. Естественно, трёххвостые не могли не подойти потявкать.

– Привеет! Что это вы, с утра пораньше?

– Да вот решили растрясти хвосты слегка! Айда с нами! – весело крикнула на ходу шнерковка, и естественно пропахала носом в сугроб.

– Как тебя зовут? – улыбнулась Трикси, помогая ей подняться.

– Трикси, – огорошила её шнерковка, – А тебя?

– Тоже! – рассмеялась лисичка, – Тоже Трикси!

– Старое имя, – сказала шнерковка, – Я первый раз вижу. Говорят, больше подходит для спайдерфоксов...

Трикси (которая спайдерфокс!) положила молодой лисице лапку на плечо и посмотрела в морду – нить-намотка! Она словно в зеркало взглянула. Никакие различия, ни укороченные уши, ни более тёмный мех, не могли скрыть глубокого сходства. Шнерковка тоже что-то почувствовала, глядя на неё.

– Мы и есть спайдерфоксы, – тихо сказала трёххвостая.

Трикси-шнерк хотела усмехнуться, но не смогла. Округлив глаза, она осела в снег. Некоторое время она только глотала воздух, оглядываясь вокруг.

– Вы... вы из небесной страны? – наконец выдавила она.

– Считай что так, – улыбнулась Трикси, – Мы называем это "другая планета".

Высокий шнерк с заносом по льду тормознул рядом.

– Какая ещё планета, умоляю тебя! Вы что курили?

Трикси-шнерк растеряно поднялась на ноги и шмыгнула носом.

– Они правда спайдерфоксы, Меф, – сказала она, – Я это чувствую.

– Дэ? И где же ваши три хво... Хм. Ну допустим, – уставился на хвосты тот, – Но с чего вдруг?

Кефлон, вздохнув, намял снежный ком и уселся на него, подложив сумку. Калимма же с Гохрой были не намерены слушать о собственных похождениях, выпросили у шнерков коньки и стали самозабвенно кататься по кругу, баллансируя хвостами.

– Стоп, – поднял лапу Кефлон через десять минут, – Хорош, Трикс... Я своей Трикс... Теперь пусть они порассказывают.

– Да что нам рассказывать, – пожала плечами Трикси-шнерк, – В школе учимся. Я в седьмом, Мефлон в девятом...

– Опять стоп, подруга. Когда она говорила про "другую планету", у вас это пролетело насквозь через голову? В какой школе, чему учитесь, мы ни трески не знаем!

– Обычная школа, – сказал Мефлон, – Шнерки учатся в школе. Пятнадцатилетнее обязательное образование.

– Каждый день, пятнадцать лет? – обалдела Трикси, – За это время можно на магистра магии выучиться.

– Каждый день, – кивнула Трикси-шнерк, – А иногда и ночь...

– Не ной, Трикс, – фыркнул Мефлон, – Что делать, кому легко?

– Зачем это? – с ужасом и жалостью посмотрела на них лисичка.

– Потому что это будущее расы, – пафосно заявил шнерк.

– Пятнадцатилетнее, обязательное?! А если я не хочу? – спросил Кефлон.

– Заставят, – заверил Мефлон.

– Пуха с два, парень, пуха с два! – пробормотал спайдерфокс, распаляясь; он вытащил мазер и потряс перед мордой шнерка, – Ты знаешь что это за ерунда? Это всего лишь мазерная пушка! Но у всех ваших учёных, у всех ваших мозгляков нет ничего подобного! Одной этой намотенью я в порошок сотру всю эту вашу!...

– Хорош, Кеф! – дёрнула его за хвост Трикси.

– Нет уж! Всю эту вашу... цивилизацию, чтоб её! – Кефлон закрыл морду лапой, утирая выступившие на глазах слёзы, – Тупой щенок! Будущее расы... Посмотри! Посмотри вокруг, болван! Это – будущее?!

Спайдерфокс развернулся, поднял мазер и выпустил луч вдоль пруда – в воздух с рёвом взметнулись столбы пара, толстые льдины дыбились и крошились, как от удара огромного топора, и через весь водоём пролегла широкая полоса взломанного льда.

– Кееф, успокойся!! – закричала Трикси.

Шнерки, и те двое, и остальные, прислушивавшиеся к разговору, сидели по краям площадки, вжавшись в снег, в полнейшем ступоре, как испуганные щенки.

– Заставят... Вот так вас всех и заставляют! – с горечью рыкнул Кефлон, – Испугались, бедняги. Мазера они испугались! За свои хвосты испугались, щенки позорные! А торпеды клепать вы не испугались?!

– Мы никаких торпед не клепали... – шмыгнул носом Мефлон.

– Скотская ложь! – с отвращением произнёс трёххвостый, – Просто скотская! Вот ты! Ты, балбес старше меня! Тебя заставляют, и тебе удобнее подчиниться. Сегодня одно, завтра второе, и тебе решительно начхать, а что от этого будет другим. Вас так учат, я понимаю... Но твоего пня!! Неужели у вас в башке только крепления для ушей?! Торпеды, не делали... Ещё как делали! Ты! И ты, и ты! Лично, тупые щенки! Вы приложили к этому лапы, вы!

Кефлон наклонился к Трикси-шнерку; та отшатнулась.

– А ты знаешь что это, торпеда с антиматерией, милая лисичка?! Это пых! Пых и нет Пролесья!... А вам на это плевать! Вас заставляют! А где нельзя заставить – покупают! Как кур на базаре... – Кефлон упал на колени и спайдерфоксы впервые увидели, чтобы он заплакал, – Пых и нету... А им до лампочки...

– Кеффи, успокойся, – обняла его Трикси, – Пожалуйста...

Кефлон утёр слёзы и убрал за пазуху мазер. Он исподлобья оглядел шнерков, всё ещё боявшихся пошевелиться.

– Вот сидите и бойтесь, – сухо сказал он, – И всем вашим передайте, чтоб боялись. Пойдёмте.

Он развернулся и пошёл через пруд к островку; зашуганные трёххвостые посеменили следом за ним.

– Что с тобой, Кеффи, – заскулила Трикси, – Ты чуть не поубивал их!

– Этого бы я не сделал, – сказал Кефлон, – Но теперь всё, хватит. Мы возвращаемся на корабль. Мы будем сидеть там, пока он не окажется на Пролесье... Молчи, Трикс! Хватит. Пусть спасают себя от СНОСов сами... если смогут.

Четверо дошли до места стоянки; Кефлон принялся хмуро бросать в сумку вещи.

– Кеф, тебе надо остыть, – сказала лисичка, – Они же не...

– Никаких разговоров, – отрезал он, – Мы убираемся.

– Кефлон, – мягко, но настойчиво произнесла Трикси, – То что я говорила на корабле, никуда не делось. Если хочешь, можешь возвращаться.

Спайдерфокс выпрямился и повернулся к ней.

– Все возвращаемся, – процедил он, – Включая тебя.

– Если не захочу, не вернусь, – спокойно ответила лисичка, глядя ему в глаза.

Кефлон оскалил клыки. Было видно, что переклинило его сильно. Трикси переглянулась с остальными.

– Взяли! – трёххвостые навалились на него с двух сторон, подняли под лапы и потащили к полынье; несмотря на отчаянное повизгивание, Кефлона хорошенько макнули носом в ледяную воду.

Это возымело некоторый эффект – по крайней мере, он перестал делать неосмысленные вещи, а только сидел, утирая с морды воду, и глотал воздух. Наконец спайдерфокс поднял глаза на друзей.

– Простите... Не знаю что со мной.

– Вот, ты очнулся, – улыбнулась Трикси, – Я знала!

– Угу, – кивнул Гохра, – Но шнерков распугал основательно. Они ещё и в полицию накапают...

Над деревьями парка с воем прошёл какой-то чёрный летательный аппарат и лихо развернулся над прудом.

– Ой нииить! – схватился за уши Кефлон, – Они на импульс прибежали! Я чучело!

– Сматываемся! – подытожила Трикси.

Четверо применили все свои навыки бега по глубокому снегу, ибо попадаться не хотелось, а аэромобиль кружил над развороченным льдом, обшаривая местность. Едва спайдерфоксы оказались на улице за воротами парка и приняли скучающий вид, как навстречу им пронеслись несколько полицейских машин с воющими сиренами. Психанув на пруду, Кефлон дал луч полной мощности, и выброс такого количества энергии тут же был зафиксирован многими городскими службами. Казалось, из парка удалось удачно утечь, но это было отнюдь не всё – через квартал, там где скопище домов пересекала очередная улица, стали заметны натянутые жёлтые ленты и прохаживающиеся полицейские. Облава успела перекрыть весь периметр вокруг парка. Четверо юркнули в тёмный двор и перевели дух – вокруг были переполненные ящики с мусором, облезлые кирпичные стены; вглубь уходил узкий сводчатый тоннель, выводящий во внутренние дворы-колодцы.

– Ну спасибо, Кеффи, – фыркнула Калимма, – Удружил!

– Тсс, – шипнула Трикси, – Соображайте, что делать!

Машина со скрипом остановилась на улице за углом; послышалось бряцанье оружия и топот сапогов по асфальту, короткие команды. Мимо входа во двор быстро прошли несколько вооружённых шнерков. Трёххвостые инстинктивно спрятались за баки.

– Пойдёмте туда, дальше! – показал вглубь Гохра, – Может, они туда не пойдут.

Опасливо оглядываясь, четверо прошли по тоннелю в первый "колодец" – стены с окнами со всех четырёх сторон,и ни лесенки тебе, ни дырки какой! Дверь в подъезд, естественно, закрыта намертво. Пока они оглядывались, в проходе показались несколько спецназовцев-шнерков и неторопливо двинулись вперёд, тщательно заглянув и за баки, и внутрь баков. Они видели трёххвостых, но прочёсывали планомерно, и помойка отняла у них минуту-две. Спайдерфоксы были вынуждены убраться в следующий двор, выхода из которого не было вообще – старый тоннель был заложен кирпичём намертво. Гохра шустро подёргал все три двери – бесполезно. Полицейские тем временем дошли до первого двора, остановили вышедшего им навстречу шнерка и некоторое время что-то проверяли; один из них поглядывал на компанию, но без особого интереса.

– Нить-намотка, – прижалась к стене Трикси.

– Ещё какая, – подтвердил Кефлон, осторожно проверяя мазер.

– Ты что собрался делать?! – шипнула Калимма.

– А что теперь мне остаётся?!

Спецназовцы, всё так же неторопливо, но тем не менее растянувшись цепочкой и перегородив проход, приближались. Неожиданно раздался писк замка, дверь подъезда открылась и вышла Трикси-шнерк. Глаза её стали совершенно круглые, но надо признать, в ступор она не впадала, моментально увидев шеренгу полицейских и сообразив, что к чему.

– Аа, вот и вы, – громко сказала шнерковка, – Заходите!

Дважды упрашивать не требовалось – четверо оказались с внутренней стороны двери с рекордной скоростью. Прижавшись к стенам, они слушали, как полицейские обходят двор.

– Спасибо, – сказал Кефлон, – Ты это... прости что я так. Не выдержал.

– Ничего, – улыбнулась Трикси-шнерк, – Башку никому ведь не прожёг. Пойдёмте ко мне.

Они миновали стеклянную будку, в которой, едва помещаясь, сидела микура, сторожившая вход, и на лифте поднялись вверх по этажам дома. На пороге квартиры их встретил хмурый серый шнерк.

– Я тебе говорила? – сказала Трикси-шнерк, – Так вот они, лично.

Возможно, отец шнерковки и вышвырнул бы их вон, но не особо аккуратный Гохра не удосужился убрать пушку, которая теперь просто торчала из кармана куртки. Благодаря этому они оказались на тесной кухне, где выпили таки чаю – конечно, сдешний был куда слабее пролесского, но тоже сойдёт.

– Это всё хорошо, – выслушал короткий рассказ шнерк, – А нам до этого какое дело.

– Если вам нет дела до того, – сухо сказал Кефлон, – Распылят вас по космосу или нет, то никакого.

– Ты понимаешь, если вас тут найдут? Вот же селёдка, – схватился за голову шнерк, – Трикс, какого же пня ты их притащила! Ты хоть понимаешь!...

– Она кажется понимает, – начала слегка вскипать Трикси, – А вот ты ни трески.

Она отчётливо почувствовала, что заставило Кефлона палить из мазера по пруду... Так хотелось вмазать, чтобы этот шнерк хоть со страха, но стал бы что-то слушать...

– Вам шнерковским языком говорят, – нагнулась над столом Калимма, – Это даже не отвлечённые размышления. Вам грозит уничтожение. Лично вам, вашей семье. Ей, наконец!

– Но теперь-то что делать, – убито спросил шнерк.

– Заткнуться! – неожиданно рявкнула Трикси, – И по крайней мере не мешать, паутину вам на уши!

Шнерк некоторое время сидел молча, повесив голову.

– Хорошо, – тупо произнёс он и вышел с кухни.

– Хоть так, – вздохнул Гохра, – И то хлеб.

– Этот хлеб ещё нас заложит, – сказал Кефлон, – Как вить дать.

– Не надо, – шмыгнула носом Трикси-шнерк, – Он поймёт.

Несколько минут они сидели, слушая закипающий чайник, бормотание радио и вой сирен за окном; снаружи света проникало еле-еле, так что было жутко серо и темно. Опять начал наваливать снег...

– Так, – хлопнул по столу Кефлон, – Две фигни. Первая – присандалить коммуникатор на капсулу. Вторая – убраться отсюда.

– Я могу сделать, – сказала Трикси-шнерк.

–25–

– Вот! – показал за угол Кефлон, – Тама.

"Тама" была крыша на столбах посередь асфальтированной площадки, под которой стояли четыре оранжевые металлические тумбы с идущими от них шлангами. Рядом имелся ларёк с вывеской "АолАвтоФуел". К тумбе подъехал автомобиль, и назначение этой билеберды стало понятно – из шлангов наливали автомобильное топливо. Гохра нетерпеливо загремел пустыми канистрами.