Текст книги "Просто ещё одна летняя влюбленность (ЛП)"

Автор книги: Лира Пэриш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

– Вот и она, – говорит Фэллон, бросая разговор на полуслове. – Женщина сезона.

– Ой, замолчи.

– Венди, – Саммер хлопает по стойке, – ты выглядишь так, будто светишься.

– Это мой загар. Сезон.

– Выкладывай, – говорит Фэллон.

Я смотрю на нее так, чтобы она поняла: поговорим позже.

– О, я, видимо, пропускаю контекст, – говорит Сильви. – Что происходит?

– Не знаю. – Я пожимаю плечами. – В пансионе остановился горячий парень, и все пытаются свести меня с ним после того, как он купил мне кофе. Он милый.

– Похоже на любезный жест, – соглашается со мной Сильви.

– Это классический флирт, – говорит Саммер. – Ты выглядишь так, будто в хорошем настроении.

– Это не запрещено.

– Просто подозрительно, – добавляет Фэллон со смехом.

– Как семейная жизнь? – спрашиваю я Сильви, потому что перевести разговор с меня – важно. Она пожимает плечами, но уголок ее рта выдает ее.

– Нормально. Это понарошку. – Она отпивает кофе. – Все это знают.

– Просто договоренность, – повторяет Саммер. – О, ты говорила с Джози на этой неделе? Я никогда не была так благодарна за смену темы.

Фэллон кивает.

– Сбор средств будет грандиозным. Кэл организовал целый бар с бесплатными напитками, а Миа говорила о декорациях для фото. Учитывая, что осталось три недели, она уже заручилась поддержкой местных предприятий. Я видела листовку на доске объявлений у Рынка У Океана.

Все, что я могу, – гордо улыбнуться.

– Она невероятна в этом. Я несколько раз спрашивала, чем могу помочь, и она просто сказала мне быть в день мероприятия и общаться с людьми.

Чуть больше недели назад моя младшая сестра вошла в холл с цветным блокнотом, наклейками на каждой закладке и предложением, которое я чуть не проигнорировала. Но это другое. Она организована, целеустремленна и делает это из любви к пансиону. Это так много значит, и она заслуживает огромной похвалы за это.

– Тебе стоит участвовать в соревнованиях по серфингу, – говорит Фэллон, когда разговор затихает.

– Нет.

– Ты выглядела невероятно там, с Картером. Все на пляже остановились посмотреть. Даже я.

– Это было ничего, и ты это знаешь. Она пожимает плечами.

– Было?

Я смеюсь.

– Ты участвуй, и я тоже.

– Правда? – Ее брови поднимаются. – Ладно, договорились.

– Я, эм...

– Нет. Я регистрирую нас обеих.

– Блядь, – шепчу я. – Надо было держать рот на замке.

– Мммм. – Фэллон кивает. – Думала, ты уже это усвоила.

– Блин, мне пора, – говорит Саммер, спрыгивая со стойки и закатывая глаза. – Дэйтон действует мне на нервы.

Дэйтон – ее сводный брат, который был главной головной болью в ее жизни. Они ненавидят друг друга столько, сколько я себя помню.

– Удачи, – говорю я.

– Она ему понадобится, – говорит она. – Мне нет.

– Мне тоже пора, наверное, – говорит Сильви. Они направляются к пляжу вместе.

Когда они скрываются из виду, Фэллон поворачивается ко мне.

– Ну? Как дела с Картером?

Я прикусываю губы, и она визжит.

– Я ничего не могу сказать, – говорю я ей. – Я обещала.

– Ни слова больше, – говорит она. – Я знаю, что все хорошо. Я видела это выражение лица раньше. Мне достаточно простого кивка.

Я киваю, и она хлопает в ладоши. Ее восторг заразителен, но я стараюсь не поддаваться.

– Блядь, я так завидую. Обещай мне по-детски, что когда-нибудь расскажешь. Когда это перестанет иметь значение.

Я протягиваю палец, мы сцепляем их и скрепляем рукопожатием. Когда я иду к двери, хватаю брусок воска.

– Добавь это на мой счет.

Я останавливаюсь и поворачиваюсь к ней. Я прохожу через магазин и встаю перед стойкой.

– Мне нужно тебя кое о чем спросить, – говорю я, понижая голос и изучая ее, чтобы не пропустить ни одного признака.

– Хорошо. Не могу гарантировать, что отвечу. – Она кладет мой воск в пакет и протягивает обратно.

– Почему ты не встречаешься с Кемпом? – спрашиваю я. – Вы двое всегда отлично ладите. Из нее вырывается тихий смех.

– Кемп? Мы друзья.

– И? Вы можете быть и любовниками.

– О, Вен. Этого не случится, – говорит она. – Но я кого-нибудь найду, я уверена. Ты даешь мне надежду.

Мы прощаемся, и по дороге домой я прохожу мимо почтового ящика в конце подъездной дорожки. Там стопка конвертов разного размера, и на автопилоте я перебираю их. Там листовка о лодочных турах, и затем я вижу одну для Пляжного Мероприятия «Сисайда». Это заставляет меня так широко улыбнуться. Следующее – открытка от гостя, который останавливался в прошлом месяце. Последний конверт – из плотной кремовой бумаги с тем знакомым весом, который я узнаю. Моя улыбка мгновенно исчезает, когда я вижу вверху

«Прибрежное Наследие», ООО. Я разрываю его, доставая дорогую бумагу из конверта.

Гейл,

Они начали использовать ее имя, а это значит, что расстояние сокращается. Я продолжаю читать. Язык стал более личным, даже бодрым, а предложение удвоено. Они меняют стратегию. Мы будем рады возможности посетить объект и обсудить ваше видение будущего вашей семьи. Мы готовы к переговорам.

Мои руки дрожат. Если они сядут напротив бабули и положат чек на 2,4 миллиона, она согласится. Я сглатываю, делая прерывистый вдох. Я складываю бумагу и засовываю в задний карман. Первые два вызывали у меня злость. Этот меня пугает, потому что они больше не кружат как акулы – они приближаются.

Такие корпорации знают, что визит и рукопожатие сделают больше, чем любое число на странице. Бабуля предложит им сладкий чай и устроит экскурсию. Они завоюют доверие и будут делать комплименты, искренне интересуясь историей. К тому времени, как они уйдут, она будет убеждена, что они заботятся об этом месте так же, как и она.

Картер спускается по лестнице с кружкой кофе в руке. Он останавливается.

– Все в порядке? – спрашивает он.

– Да, – говорю я, направляясь к стойке регистрации.

Его глаза следят за мной по комнате. На секунду я думаю, что он спросит снова, но он не спрашивает. Я рада, что он понимает намек, потому что это не то, что я хочу обсуждать с кем-либо. Мысль о потере пансиона вызывает у меня физическую тошноту. Я достаю конверт из кармана и бросаю его на дно ящика стола, куда спрятала остальные.

По крайней мере, сбор средств Джози поможет снять стресс, вместе с бронированием Картера.

– Когда наш следующий урок? – спрашивает он.

– Я проверю условия на завтра.

– Дай мне знать. – Он ставит кружку в раковину и поднимается наверх.

Каким-то образом стресс, под которым я постоянно нахожусь, легче игнорировать, когда он рядом.

Глава 15

На набережной слишком людно для вторничного дня. Туристы в неоновых купальниках толпятся у витрин магазинов. Какой-то ребенок, не старше пяти лет, роняет свое мороженое на тротуар. Большой клубничный шарик разлетается на куски, и он плачет так, будто наступил конец света. Как только появляются слезы, мама поднимает его и обещает еще одно. Слезы прекращаются.

Я иду без цели, что для меня в новинку. В Нью-Йорке каждый мой шаг был оправдан расписанием. Вчера я дочитал последнюю книгу в мягкой обложке, а сегодня утром отнес ее в книжный контейнер рядом с гостиницей.

Фургон «Соленые Страницы» стоит в конце набережной у спуска к пляжу. Боковая дверь открыта, и перед ним установлено несколько стеллажей. Я проходил мимо несколько раз, но хотел сначала дочитать все, что было в списке, и сдать книги, прежде чем покупать новые.

Я видел женщину за прилавком с Джози в гостинице, но мы никогда официально не встречались. Она напевает под Эда Ширана из динамика на приборной панели. Серебряные браслеты на ее запястьях звенят при каждом движении, когда она расставляет стопку ярко-розовых книг на складном столе. Судя по тридцати секундам, что я здесь стою, она из тех людей, у которых никогда не бывает незнакомцев.

– Привет! Добро пожаловать в «Соленые Страницы». Ищешь что-то конкретное? – Она сияет на меня.

– Просто смотрю.

– Знаменитые последние слова. – Она движется ко мне. – Я Миа. Ты из «Сисайда», да? Я тебя видела.

– Картер. Я живу в гостинице на лето.

– Правда? Готова поспорить, будешь скучать, когда уедешь. Что любишь читать? – Она встает рядом со мной, сканируя полки, будто мы выбираем вместе.

– Все, что может удержать мое внимание. Обычно люблю триллеры, но не сноб в плане жанров.

– Понятно. Как тебе Остров Коконат-Бич?

– Мне не скучно. Погода хорошая. Отличная еда. Люди дружелюбные. Пять из пяти. Очень рекомендую.

– Ты сильно изменился с момента приезда. – Она улыбается, затем достает книгу с полки, смотрит на обложку и качает головой.

– Верное замечание, – говорю я, просматривая обложки передо мной. Покупать книги по обложке – это рулетка для читателя.

– Может, дело в гостинице. Большинство, кто приезжает злыми, уезжают с улыбкой. Это прибежище для разбитых сердец. – Она говорит это небрежно, будто о погоде на острове.

Я усмехаюсь, но она не смеется.

– Ты шуткуешь, – говорю я.

– Это общеизвестный факт среди местных. Те, кто там останавливаются, обычно меняются. Много разведенных приезжают. Те, кто переживает горе. Выгорание. В этих стенах есть магия, и те, кому нужно исцеление, его получают.

Я смотрю на нее, вспоминая, что говорила Риз – о том, как она приезжала сюда после развода.

– Звучит очень по-шамански.

– Спроси Джози, когда увидишь ее. Спроси Гейл. Вообще-то, спроси Венди. – Она затягивает хвост туже. – Как думаешь, почему она там остается? Может, потому что ее разбитое сердце нуждается в лечении?

– Или потому что она управляет этим местом и должна быть на месте? – Я бросаю это ей с усмешкой. – Я не ведусь на это.

Миа переходит к другому стеллажу, сдвигая книги, чтобы освободить место для других, которые достает из коробок.

– Венди – хороший человек. В детстве она была для нас с Джози примером для подражания. Наша группа друзей всегда равнялась на нее. В сезон гнездования Венди заставляла нас всех помогать в спасении морских черепах. Она организовывала уборки пляжа ежемесячно и уговаривала местные бизнесы жертвовать материалы. – Тихий смех срывается с ее губ. – У этой женщины самое большое сердце из всех, кого я знаю, и каждый парень, с которым она была, обращался с ней так, будто она временная.

Она вытаскивает книгу, читает обложку и возвращает на место. Все это выглядит так, будто она просматривает книги, но тишина, которую она оставляет после этой фразы, целенаправленна. Это мое предупреждение.

– Это прискорбно, – говорю я, оставляя остальные мысли при себе.

– Действительно прискорбно. – Миа поворачивается ко мне. – В последнее время она выглядит счастливее.

– Правда? Я не заметил разницы с момента моего приезда.

Она удерживает мой взгляд на мгновение дольше, чем необходимо.

– Ты бы не заметил. Именно тогда это изменилось.

Миа тянется к среднему стеллажу и достает книгу в мягкой обложке с парнем на обложке, стоящим перед домом.

– Прежде чем осуждать, эта книга невероятна. Идеальное летнее чтение, которое разобьет тебя в лучшем смысле. Саванна Коллинз – невероятный автор. Все ее книги основаны на реальном опыте. Повсюду куча пасхалок.

– Правда? – Я перелистываю ее и читаю обложку.

Она забронировала отпуск, чтобы исчезнуть. Он был единственным, кто не позволил ей этого сделать. Границы временной интрижки стираются.

Хранить его в тайне означает потерять единственного мужчину, который когда-либо видел настоящую ее.

Я перечитываю снова. Во второй раз еще хуже. Либо эта женщина знает, что делает, либо у вселенной больное чувство юмора, и, судя по выражению лица Мии, я ставлю и на то, и на другое.

– Звучит круто, правда? – Она наклоняет голову, легко читая меня. Я моргаю и возвращаю книгу.

– Романтика – не моя чашка чая.

Она стучит пальцем по обложке, и браслеты звенят.

– Ты мог бы кое-чему научиться. Если только ты не трус.

Мои брови хмурятся, когда она толкает книгу обратно ко мне.

– Или, что, ты считаешь себя слишком интеллектуальным для этого? Все мужчины должны быть обязаны читать по одной романтической книге в месяц. Мир стал бы гораздо лучше.

– Блядь, ладно. Я покупаю. Не надо меня доставать, – говорю я и тянусь к другой книге со старым жутким домом на обложке, но она бьет меня по руке.

Ее улыбка не меркнет.

– Ты получишь только эту и прочитаешь ее. Потом можешь вернуться и выбрать свое приключение. Должно занять не больше недели.

Я усмехаюсь, пролистывая страницы.

– Я могу закончить это за день.

– Хочешь золотую звездочку? – Она подмигивает, берет книгу и сканирует. – Двадцать долларов. Лучшая инвестиция на этой неделе.

Я протягиваю ей пятьдесят. Она дает сдачу, я кладу ее в банку для чаевых, покрытую ракушками. Это напоминает мне лампу в гостинице.

– Джози сделала. У нее бизнес по поделкам из ракушек. Тебе стоит поговорить с ней, – говорит она, убирая роман в маленький бумажный пакет с логотипом «Соленых Страниц» на лицевой стороне.

– Зачем?

– Потому что она могла бы тебе помочь. Но в любом случае, приятного чтения! – Она машет, пока я ухожу.

– И, Картер? Если ты сделаешь больно Венди, ее друзья заставят тебя пожалеть, что ты вообще приехал на Остров Коконат-Бич.

– Тебе не о чем беспокоиться, – говорю я.

– Я и не беспокоюсь, – говорит Миа. – Приятно было снова тебя видеть, Картер. Хорошего дня. Миа фактически провела собеседование, предупредила и запугала меня, не переставая улыбаться.

Я возвращаюсь в гостиницу по пляжу с туфлями в одной руке и пакетом в другой. Песок горячий под ногами, солнце палит на плечи, но я не могу сдержать улыбку. Жизнь так охуительна, даже если весь остров сговаривается свести меня с Венди.

Сначала бариста в кофейне, которые вымогали у меня шестьдесят баксов за молчание и рисовали сердечки на стаканчике Венди. Теперь Миа, которая, кажется, знает больше, чем я подозревал.

Вернувшись в комнату, я принимаю душ и переодеваюсь в шорты. Послеполуденное солнце лениво висит в небе. Я открываю роман и понимаю, что герой скрывает от героини, кто он на самом деле. Это слишком близко к дому, и я задаюсь вопросом, поняла ли Миа, кто я на самом деле. Мои ноздри раздуваются. Блядь, надеюсь, что нет.

«Люди, которые там останавливаются, обычно меняются тем или иным образом. Много разведенных приезжает. Те, кто переживает горе. Выгорание. В этих стенах есть магия, и те, кому нужно исцеление, получают его».

Я читаю два часа, и книга лучше, чем я ожидал.

Внизу дом гудит обычными звуками гостей. Водопровод скрипит – обычно это происходит, когда на втором этаже используют горячую воду. Кто-то не придерживает экранную дверь, и она хлопает.

Время проходит, и стук в дверь отвлекает меня.

– Войдите, – говорю я через плечо.

– Привет.

Венди заходит с стопкой свежих полотенец. Ее волосы собраны в небрежный хвост на макушке. Фиолетовое поло «Сисайда» заправлено в шорты. Она кладет полотенца в ванную и подходит к балконной двери.

– Я думала, ты дочитал последнюю книгу вчера?

– Да. Заглянул в «Соленые Страницы». – Я закрываю книгу и показываю обложку. – Миа посоветовала. Ее брови поднимаются.

– Роман?

– Роман об отпускном романе. Меня запугали и пригрозили на выходе. Венди закрывает глаза.

– Я убью ее.

– Она хороша в своем деле. Я не понял, что меня допрашивают, пока не стало слишком поздно.

– Это Миа. И это при том, что Джози выглядит на ее фоне любительницей. Моя сестра вытянет из тебя всю жизнь, даже не заметив.

Я кладу чек в книгу и закрываю ее. Венди смотрит на нее.

– Хорошая?

– Вообще-то, да. Ты слышала об этом авторе? По-видимому, многие ее книги основаны на реальном опыте,

– объясняю я.

Венди смотрит на имя.

– О, да. Я читала одну из ее книг раньше. Огромная фан-база. Она сжимает губы и сдерживает смех.

– Никогда не ожидала, что ты будешь читать романтику.

– Честно говоря, я читаю много разных жанров.

– Это довольно горячо, – признается она.

Я усмехаюсь, встречая ее взгляд. Она выглядит расслабленной, даже спокойной.

– Она упомянула кое-что об этом месте.

– О, мне не терпится узнать. – Венди выходит на балкон и облокачивается на перила, повернувшись ко мне, ожидая, пока я продолжу. Ветер сильно дует, и она закручивает хвост в неряшливый пучок.

– Миа сказала, что сломленные люди приезжают сюда, и многие уезжают исцеленными. Она убеждена, что в стенах есть магия.

Это заставляет ее усмехнуться.

– Это слухи.

– Да. Но обычно в слухах есть доля правды.

– И?

– Ты веришь в это? – Я откидываю голову на спинку стула.

– Хм. Меня никто никогда не спрашивал об этом.

Акустическая гитара доносится на ветру, и она поворачивается к воде.

– Это звучит нелепо, но легенда гласит, что каждый постоялец уезжает другим, чем приехал. Многие, кто оказывается здесь, имеют что-то, что нужно исцелить внутри.

– Это не звучит нелепо. Надеюсь, это работает. Она ухмыляется.

– Я тоже.

– Поэтому ты здесь? – спрашиваю я.

– Честно? – Она вздыхает. – Да.

– Тогда придется рассказать, сработало ли. Мне было бы любопытно узнать. Она кивает.

– Ты тоже расскажешь? Если изменишься здесь?

– Да. – Я сглатываю.

Венди отводит взгляд. Звук волн бьется внизу, и никто из нас не говорит, кажется, целую вечность. Уголок ее губ приподнимается.

Я встаю со стула и подхожу к ней. Она достаточно близко, чтобы я чувствовал запах ее сладкого шампуня. Ее пальцы находят край моей футболки, и я веду ее обратно в комнату, закрывая штору у двери. Ее ладони скользят по моему животу, мышцы напрягаются под ее прикосновением. Ее пальцы обводят линии моего пресса, будто она запоминает меня.

– Я хочу тебя, – шепчет она.

– Ты уверена? – спрашиваю я. Ее рот касается моего.

– Я жду, когда ты перестанешь быть джентльменом. Мы танцуем вокруг этого с того дня, как ты приехал.

– Я не хочу спешить, – признаюсь я.

– У нас заканчивается время, – напоминает она, кладя телефон на тумбочку. – Ты уезжаешь третьего августа. Я беру ее лицо в ладони и целую так, как хотел с тех пор, как она вошла в мою комнату.

На вкус она как клубника, я зажимаю ее губу между зубами и всасываю. Звук, который она издает, бьет прямо в мой член.

– Блядь, Венди.

Ее руки скользят по моей груди, снимая футболку. Я прижимаю ее к себе, и жар ее тела повсюду. Мы отступаем назад, пока ее ноги не касаются матраса. Она садится, увлекая меня за собой.

Океанский воздух наполняет комнату, когда я укладываю ее на простыни. Ее хвост разметался по пушистому белому покрывалу. Золотые искорки в ее карих глазах ловят свет, и она позволяет мне любоваться собой, прежде чем я добираюсь до края ее поло.

Я стягиваю его, затем тянусь за спину, чтобы расстегнуть бюстгальтер. Загар от купальника пересекает ее плечи. Я провожу по ним ртом. Дрожь пробегает по ней, когда мой рот смыкается над ее соском, язык кружит вокруг вершины.

– Картер. – Мое имя срывается с ее губ так тихо, что я почти его не слышу.

Я перемещаюсь между ее грудей и по животу. Она сжимает мои волосы, когда я достигаю ее тазовой кости, и рывок пронзает меня.

Я стягиваю ее шорты и прижимаюсь ртом к влаге на ее трусиках.

– Такая мокрая для меня.

– Всегда. – Ее дыхание перехватывает.

Я остаюсь там, добавляя давление, прежде чем стянуть их с нее. Венди садится, ее грудь полностью открыта, когда она тянется к моим шортам.

– У меня нет презерватива, – объясняю я.

– Я на противозачаточных. Пожалуйста, – почти умоляет она, расстегивая пуговицу, затем стаскивая ткань вниз до моих ступней.

Я двигаюсь вперед, и она откидывается назад. Я устраиваюсь между ее бедер, прижимаясь членом к ней. Я добавляю давление, но не продвигаюсь дальше. Ее взгляд удерживает мой в теплом свете.

– Готова? – спрашиваю я.

– Да, – говорит она.

Медленно вхожу в нее. Она тугая, и ощущение близости с ней вот так захлестывает меня. Блядь, это так хорошо. Я закрываю глаза. Ее губы приоткрываются, и она выдыхает мне в ухо, пока ее ногти легко царапают мои плечи. На секунду я останавливаюсь, давая ей время привыкнуть.

– Хорошо? – спрашиваю я.

– Идеально. Продолжай.

Я вхожу до конца, и стон срывается с моих губ. Она принимает меня всего, до основания. Ее дыхание поверхностно у моего рта.

У меня был секс, но это не то, для чего у меня есть описание. Это более эмоционально. Затем ее бедра двигаются, и мы начинаем двигаться вместе.

Первые толчки медленные, потому что я хочу чувствовать каждый ее сантиметр.

Когда ее ноги обхватывают мою талию, угол меняется, и я вхожу глубже. Она выдыхает, и ее спина выгибается от матраса. Мой член скользит от основания до кончика, на этот раз сильнее.

– Смотри на меня, Вен, – бормочет она.

Ее глаза встречаются с моими, и слишком много эмоций проносится через меня одновременно. Мы находим ритм вместе, ее бедра поднимаются навстречу моим.

– Картер. – Ее тело напрягается, и я не останавливаюсь.

Моя рука скользит между ее ног, и я медленно кружу по ее клитору. Ее рот приоткрывается, и я остаюсь там, повторяя движение, пока ее дыхание не становится прерывистым.

Стон вырывается из моего горла, когда она кончает вокруг меня, сжимая так чертовски сильно. Я просовываю руку под ее поясницу и приподнимаю ее бедра над матрасом. Она скулит, пока я трахаю ее сквозь это.

– Моя кареглазая девочка, – шепчу я.

Она тянется и проводит большим пальцем по моей губе, как я делал ей на балконе. Эта нежность разрушает меня.

Это не просто влюбленность, и я целую ее глубже, зная, что она – все, что я искал.

Мой темп увеличивается, и ее руки снова впиваются в покрывало, пока она изо всех сил пытается молчать. Мы задыхаемся. Но затем ее рот открывается, и все снова сжимается. Ее киска сжимает меня так сильно, что я едва могу двигаться, пока она кончает волнами.

– Блядь, – шепчет она. – Я никогда... не дважды.

Я погружаюсь в нее в последний раз и кончаю сильно, с ее именем на губах.

Ветер с балкона остужает пот на моей спине. Ее дыхание успокаивается, пока мое пытается его догнать.

– Ого, – говорит она.

– Ага.

«В этих стенах есть магия, и те, кому нужно исцеление, получают его».

Возможно, Миа не шутила.

Я участвовал в марафонах, работал без остановки, покупал недвижимость и самолеты, и ничто не заполняло пустоту.

Я поворачиваюсь на бок и притягиваю ее к себе. Венди кладет голову мне на грудь и слушает мое сердцебиение. Я держу ее, и впервые шум прекращается. Она даже не знает моего имени.

Венди делает дрожащий выдох и придвигается ближе.

– Ты в порядке? – спрашивает она.

– Да, – говорю я ей в висок.

Она прижимается губами к моему плечу.

– Твое сердце колотится.

– Да? – спрашиваю я, накручивая ее волосы на палец.

– Да.

– Я в порядке, просто взволнован.

Венди смеется, прижимаясь ко мне. Она придвигается еще ближе, и ее рука обхватывает мой живот. Она вдыхает меня и вздыхает.

Я не хочу говорить о правилах или сроке годности. То, что только что произошло, и эмоции, которые я испытал, изменили для меня все, и я думаю, что для нее тоже. Я не думаю, что кто-то из нас понимает, что на самом деле означают эти отношения.

Она целует меня в подбородок и выскальзывает из кровати.

– Я сейчас вернусь.

Я смотрю в потолок и слушаю текущую воду. Свет с балкона отбрасывает мягкое свечение. Ее телефон загорается на тумбочке.

Экран вспыхивает. Появляется превью изображения.

Это фотография ее с парнем на пляже. Его рука на ее заднице, а она целует его, смеясь. Ее волосы длиннее, чем сейчас.

За ним следует еще одно сообщение.

Оно остается включенным пять секунд, прежде чем экран гаснет.

Дверь ванной открывается, и Венди возвращается в одной из моих футболок. Она не смотрит на телефон. Она забирается в кровать и устраивается под моей рукой.

Я притягиваю ее как можно ближе.

– Оставайся еще ненадолго, – говорю я.

– Я бы хотела. – Она наклоняется и целует меня.

Ее дыхание выравнивается, и я натягиваю одеяло на нас.

Ее бывший не выбрал ее, и это сломало ее, а теперь он пытается вернуться.

Но я так же виноват. Она видела настоящего меня. Она просто не знает моего настоящего имени.

Я не думаю, что Венди понравился бы Дайсон Бэнкс. Я даже, блядь, не уверен, что он нравится мне самому.