![](/files/books/160/oblozhka-knigi-cel-si-380703.jpg)
Текст книги "Цель (СИ)"
Автор книги: Лаванда Риз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)
Глава 9
Через время она уже мчала на своём байке. Эджей целый день не беспокоил её, дабы не отрывать от общения с сыном и Ева всем сердцем была благодарна ему за это. Она успела соскучиться, поэтому открывая дверь, она улыбалась в предвкушении встречи.
Первое что бросилось ей в глаза это повсюду расставленные зажженные свечи и лепестки роз. Дойдя по выложенной дорожке Ева нашла Эджея, поднос с фруктами и сладостями, шампанское и море цветов в вазах. Как только она подошла ближе тихо заиграла её любимая музыка.
– Мне так тебя не хватало, – влюблённо улыбаясь, произнёс Эджей. – Ева я готов ждать тебя вечно, безотрывно смотреть на тебя и неустанно целовать, поддерживать и оберегать. Для меня ты как порыв свежего воздуха, как рассвет, как глоток воды. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Ева Мартин-Холл ты выйдешь за меня? – с этим словами он раскрыл протянутую к ней ладонь, на которой скромно красовалось обручальное кольцо.
У Евы мелькнула мысль, что для сегодняшнего дня это уже слишком. Она точно знала, что не готова, что свадьба это последнее к чему бы она стремилась в своей жизни и что ей до жути не хочется огорчать Эджея.
– Ты же знаешь как ты мне дорог, как я люблю тебя, – выдохнула Ева, переполняемая эмоциями. – И я бы с радостью вышла за тебя Джей. Но именно сейчас я не могу принять кольцо, хотя очень хочу. Прошу, пойми меня правильно, – взмолилась она, потянувшись к нему, чтобы обнять.
– Почему? Из-за Пирса? – нахмурился Эджей, обиженно отстраняясь.
– Из-за хрупкости ситуации. Он невыразимо сложный и опасный человек. Мне нужно время, чтобы разобраться в том, как одновременно живя своей жизнью, уживаться ещё и с Адамом.
– Так мы должны оборачиваться на этого типа? Может тебе нужно его разрешение?! – вспылил Эджей, с яростью швырнув поднос и опрокидывая вазу с цветами. – Как до этого дошло Ева?! У вас уже какие-то свои планы?
– У меня есть ребёнок Джей, которого приходится делить с этим чокнутым, потому что он его отец и единственный опекун. Я не могу рисковать ни тобой, ни сыном. Здесь необходима выдержка и возможно компромисс. Ты же сам меня этому учил!
– Он предлагал тебе стать полной семьёй? – догадавшись, протянул Эджей, обессилено опускаясь на кровать, не переставая играть желваками.
– Да. И я отказалась. Я сказала ему, что люблю другого. Тебя Эджей. Нельзя его злить сейчас, мало ли что ему взбредёт в голову в отношении тебя.
– Ева, – Эджей удрученно вздохнул. – Ты что не видишь ситуацию со стороны? Ты ослепла от материнского счастья? Если Адам Пирс не получает того что хочет – он сравнивает преграду с землёй. Простой ход у него не получился – он пойдёт закручено. Нужно было сразу бить по его проклятой ахиллесовой пяте, а ты отдала контроль в его руки. Может, тебе уже начать собирать вещи?
– Прекрати. Я что-нибудь обязательно придумаю. Ты должен мне верить Джей. Ничто не заставит меня больше поступать вопреки моим желаниям и никто больше не загонит меня в угол. Вот о чём я постоянно помню.
Атмосфера тем не менее была безвозвратно испорчена, а ожидания омрачены горечью. Поэтому вместо помолвки, романтического вечера и занятия любовью, как планировал Эджей – они просто легли спать. С таким ощущением, что находятся под наблюдением кого-то третьего.
***
На свободе Ева даже полюбила вставать пораньше и каждый день планировать свой распорядок. Вне стен тюрьмы каждое действие и решение воспринималось иначе, их ценность была более выразительна и наглядна. Но и страх потери самостоятельности, свободы выбора тоже стал более ярким.
Проснувшись, сначала она обычно бегала, затем на обратном пути покупала свежие булочки и кофе, и приходя, будила Эджея, которого иногда затаскивала с собой в душ, это был их особый ритуал пробуждения, нацеленный на заряжение позитивом на целый день.
Этим утром Ева как обычно побежала по краю пешеходной дорожки, предусмотрительно выглядывая типа в серой капюшонке, которого про себя прозвала «мудаком» и который уже откровенно её бесил. Мало того, что его целью было обогнать её каждый раз, так он ещё при этом делал неожиданные выпады, толкая её на бегу в кусты. Поэтому Ева собиралась проучить нахала и наконец рассмотреть его лицо, которое он постоянно прятал под надвинутым капюшоном.
Парень появился как всегда возле гостиницы, следуя за ней на одном из перекрёстков, в своей неизменной серой капюшонке. Ева замедлила бег, позволив ему почти догнать себя, а потом присела, сделав вид, что завязывает шнурок. Ему пришлось бежать впереди, но спешил он не особо, видимо давая ей возможность нагнать себя. Иногда её преследователь слегка поворачивал голову, держа её в поле зрения. Вот эти заигрывания она и намерилась решительно пресечь. Ева рванула изо всех сил, прибавив скорости, но не для того, чтобы его обогнать. Она с силой толкнула его в сторону, и когда он упал на траву, она оседлала его сверху, сорвав капюшон. Вот только она никак не ожидала увидеть того, кто лежал под ней, пронизывая её холодным, пристальным взглядом.
– Это был ты?!!!– выдавила она, оторопев, всё ещё прижимая его плечи к земле. – Постоянно? … Адам чёртов ты Пирс!!! Ты следил за мной?
– Видела бы ты выражение своего лица Ева. Это просто бесценно, – со спокойным высокомерием протянул он, даже не пытаясь подняться, хотя эта сцена происходила на глазах у прохожих.
– Да ты просто больной на голову! – негодовала Ева.
К ним трусцой уже бежали двое полицейских.
– Сэр, у вас какие-то проблемы? – прокричали копы, почему-то посчитав жертвой того, кто был снизу.
Ситуация оказалась двоякой, Ева не знала зачем и что будет дальше, либо Адам специально разыгрывал её, либо она дала ему повод, чтобы её выходку оформили, как агрессивное нападение. И не придумав ничего лучше, не меняя своего положения всадницы, Ева поцеловала Адама в губы с настоящим отчаяньем. Но не просто поцеловала, чтобы закрыть ему рот – она увлекала его этим эротичным поцелуем, вкладывая всю возможную страсть, чтобы у него даже мысли такой не возникло – пожаловаться на неё копам.
– Похоже, у них нет проблем, – с иронией протянул один из полицейских. – Сэр, мэм, вы в курсе, что законом штата запрещено заниматься сексом у проезжей части. Я говорю это для того, чтобы вы случаем не увлеклись и не продолжили в том же духе! Вы меня слышите?
– Да! – рявкнула Ева, оторвавшись всего лишь на секунду, после чего продолжила снова, пока копы не отошли подальше. Причём Адам и не думал возмущенно отталкивать её, похоже, его даже устраивало такое положение вещей, и от этих поцелуев он получал одно лишь удовольствие.
– Если ты собралась зацеловать меня до смерти, то я не слышал, чтобы от этого умирали, – произнёс он, когда она отстранилась от него, чтобы отдышаться. – Хотя это уже далеко не первый случай, когда на меня бросаются с поцелуями. И как мне это расценивать Ева, особенно если брать во внимание нашу пикантную историю?
– Всё зависит от того, как это было тобой задумано, – процедила Ева, со злостью глядя на него. – Это ты мне скажи, что всё это значит?!
– Пошли, я угощу тебя кофе! – легко вскочив на ноги, Адам схватил её за руку, снова натягивая на себя капюшон. Эта его самоуверенность, эта связь между ними в лице общего сына просто не оставляла ей других вариантов. И Еве пришлось идти с ним, опять вынужденно играя по его правилам.
В небольшом кафе, почти напротив того дома, на верхнем этаже которого находилась квартира Эджея, Адам заказал им булочки и кофе, причём именно то, что обычно брала сама Ева.
– Боишься быть узнанным, и тем не менее следишь за мной, появляясь в людных местах, – первой заговорила Ева, сидя с ним за столиком у окна. – У тебя есть свой частный парк, почему ты не устраиваешь пробежки там?
– Ощущение от этого поцелуя будет ещё долго преследовать меня, – в его голосе слышалась ирония, хотя лицо оставалось привычно беспристрастным.
– Адам как у тебя так получается?! Годы изнурительных упражнений над собой? – не выдержала Ева. – Это что раздвоение личности? Ты ответишь мне хотя бы на один вопрос?!
– Я объяснял вчера, ты плохо слушала. Мои редкие эмоции и чувства направлены лишь на тех, кто меня волнует. В своём доме, с тобой и Ником мне ничто не мешает открыто выражать эти эмоции, но при посторонних свидетелях я предпочитаю держать всё под контролем. … Прикольно вышло с копами. Интересно, что ещё ты можешь натворить от страха, – коротко, но Адам всё же улыбнулся, встретившись с ней взглядами.
– Адам, какого … зачем ты почти каждое утро уже на протяжении месяца бегаешь и если можно так назвать дразнишь меня? Ты нарочно ждал, пока я тебя тресну?
– На самом деле Ева, и это уже не должно тебя удивлять – я постоянно следил за тобой с момента твоего освобождения. Сам лично редко, у меня для этого есть спецы. Я знаю о тебе всё, я хотел знать всё, и я буду знать обо всём, что с тобой связано. Я даже знаю, где для тебя сделали фальшивый паспорт. А на счёт пробежки … мне хотелось видеть тебя живьём, поэтому я приезжал в этот квартал, чтобы позадирать тебя. Меня это будоражит. Я кайфую от этого ощущения, – со своего места Адам пересел вплотную к ней, зажав в углу, с явным желанием продолжить целоваться.
– Адам нет! – Ева сделала попытку его оттолкнуть.
– И сколько, по-твоему, у тебя получится это оттягивать? Буквально полчаса назад тебя не останавливали никакие моральные принципы. Здесь недалеко есть приличная гостиница.
– Тебя ведь тоже не удивит, если я скажу тебе, что ты мне не нравишься Адам, я не люблю тебя, и не хочу заниматься этим без каких-либо чувств. У меня ведь есть выбор, правда, я ведь не загнана тобой в тупик? – в её глазах вспыхнуло воинственное пренебрежение. И Адам послабил хватку, зная, что и Ева может показать зубы.
– Для меня любовь не основной ингредиент, я этого от тебя и не требую, – он смотрел ей прямо в глаза, но теперь его холодный акулий взгляд уже не так пугал её. – Просто тебе нужно осознать Ева, что для меня ты пока единственная женщина, которая будит во мне желание. И это не пройдёт как насморк. Рано или поздно ты будешь спать со мной, потому что это одна из моих целей.
– Если я один раз тебе уступлю, ты успокоишься? Оставишь меня в покое? – сухо, по-деловому спросила она.
– Короче Ева, похоже, ты не вникаешь, и меня это начинает злить, – Адам поднялся, собираясь расплачиваться. – Пока.
– До встречи, – буркнула Ева, потянувшемуся к ней Адаму, послушно чмокнув его в щёку.
– И совсем-совсем не странно, – прошептала она себе после его ухода.
Ева разбудила Эджея, только когда уже была полностью собрана на работу. Она не хотела чтобы он видел её выражение лица, не вынесла бы его проницательности. После случившегося с Адамом ей требовалось время, смена обстановки и эмоциональная встряска, чтобы взглянуть на ситуацию под другим углом. А любовь к Эджею в данном случае затмевала её трезвое рассуждение. Она улыбнулась ещё сонному парню, поцеловала его и выпорхнула за порог.
Где-то в середине дня её выдернула к себе Ванда.
– Как мальчик? – сдержанно кивнула она, указывая на стул. Это означало, что её босс и потенциальная свекровь не прочь поболтать.
– До сих пор кажется, что я сплю. Я конечно люблю сына, но не представляла, что до такой степени, – Ева сразу же засветилась изнутри. – Он чудо, милый и подвижный как все дети в его возрасте. Адам уделял ему много времени и внимания, нужно отдать ему должное, как отцу. Ник уже сносно читает по слогам, считает, рисует, строит невообразимые крепости, учится играть на фортепьяно. Я обожаю его, и скорее всего обожала бы я его любым. У него мой цвет волос, разрез глаз тоже мой, вот только они голубые как у Адама. Эта встреча … когда я обняла его, – Ева покачала головой, прикрывая глаза, вновь переживая в сердце промелькнувший волнующий момент. – О, у меня же есть фотки, сейчас покажу!
– Хорошенький, действительно чем-то похож на тебя, – кивая, Ванда с интересом разглядывала фото в телефоне. – Улыбчивый, не в отца. …Мне показалось, или ты вдруг изменила своё мнение об Адаме Пирсе? – всё подмечающая Ванда не упустила преобразившейся интонации Евы.
– Не пойми меня неправильно, – вздохнула девушка, – Адам это сплошная головоломка, жуткий деспот и он всё ещё остаётся большой проблемой. Но когда я вижу, как он улыбается Нику, ощущаю, что он в сыне души не чает – я почему-то перестаю на него злиться. В домашней обстановке у Адама Пирса совсем иная политика поведения, не вяжущаяся с этим образом королевской кобры, бостонской акулы или как там его ещё прозвали, – Ева поймала взгляд Ванды. – Адам намекнул мне, что не прочь, чтобы мы стали полной семьёй со всеми вытекающими обязанностями естественно. … Эджея это сводит с ума. Такое впечатление, что мне придётся выбирать между своим ребёнком и любимым парнем. А я ни за что этого не хочу! Ума не приложу, как поступить.
– Ого! Семью?! … У него либо есть чувства к тебе, либо у этого паршивца изощрённое понятие юмора! – лицо Ванды вытянулось.
Ева отрицательно покачала головой:
– Вряд ли это можно назвать чувствами, Адам вообще не похож на обычных мужчин, ты же общалась с ним. Главное то, что у меня к нему нет никаких чувств, я люблю твоего сына, – Ева ещё раз тяжело вздохнула. – Не знаю верить ли слухам, доказательств нет, но поговаривают, что некоторые конкуренты Адама бесследно исчезали. Я боюсь за Эджея, то, каким тоном говорит о нём Адам. … Я в таком тупике Ванда, … что даже уже саму себя жалею. Надеюсь только, что потянув время, я найду способ как перехитрить Адама Пирса.
– О, Ева, – горько выдохнула Ванда, вскинув на неё умный проникновенный взгляд. – Какой бы ты не сделала выбор – счастье уже никогда не будет полным. К сожалению, нам женщинам в нашем мире приходится часто выбирать между мужчиной и ребёнком. Я была в похожей ситуации. Богатый красавец муж, что правда гулящий и частенько поднимающий на меня руку или сын, который не должен был видеть таких отношений. Я не задумываясь выбрала Эджея, ушла ни с чем, но нашла в себе силы поднять и сына и бизнес. И больше ни разу не позволяла мужчинам вытирать об себя ноги. Согласна, у тебя ситуация немного отличается, и я не завидую тебе девочка. Ты уверена, что не хочешь попробовать уладить проблемы через суд?
– Честно говоря, открытая война с Адамом меня теперь пугает, как и то, что тогда мои встречи с сыном отложатся на неопределённое время. Это может травмировать Ника. Я ненавижу колебаться, но тем не менее продолжаю мучатся в сомнениях! – Ева в сердцах хлопнула себя по коленям.
Телефон Ванды прервал беседу. И девушка собралась по-тихому улизнуть из её кабинета, но Ванда знаками показала, чтобы та не спешила.
– К нам из Глобала направляется рабочая группа, им нужна реклама новых квартир. Настаивают на твоём участии Ева. Возьмёшься за разработку?
– То есть, мнение на счёт меня этот умник кардинально поменял? – хмыкнула Ева. – Скажи им, что я завалена другими проектами, у меня действительно куча дел. Мне только делового пересечения с Пирсом сейчас и не хватает!
– Я попытаюсь, но у его помощницы был такой истеричный голос, будто он её там под дулом пистолета держит…
Только в этот день ей похоже не суждено было уйти в работу с головой. На этот раз Еву отвлёк уже её сотовый звонком с личного номера Адама Пирса:
– Ты можешь подъехать на Блэзер? – без обиняков потребовал он.
– Зачем? – нервно поинтересовалась Ева.
– Хочу показать тебе свой новый квартирный комплекс.
– Зачем?
– Потому что у тебя неординарный подход к рекламе. Мне сказали, что ты занята, но я не хочу кого угодно – теперь я хочу только тебя Ева. В профессиональном плане естественно, – добавил он с сарказмом. – Меня цепляют твои проекты, некоторые вещи ты чувствуешь лучше остальных, поэтому бьёшь всегда в точку.
– Адам, ты же понимаешь, что наша мягко говоря щекотливая ситуация призывает к здравому смыслу? А здравый смысл советует тебе нанять другого рекламщика. У меня в команде есть отличные ребята, которым близка моя концепция. Они тебя услышат, поймут, и сделают конфетку.
– Ты приедешь или нет?!! – прорычал он в трубку. – Советую сказать да, раз уж ты заговорила о здравом смысле. И я буду здесь не один, если тебя это успокоит!
– Хорошо, – сдалась Ева, почувствовав угрозу, словно разговаривала по телефону не с человеком, а с хищником. – Когда?
– Прямо сейчас.
Он действительно был не один. С ним были миловидная молодая помощница, ещё одна – дизайнер, и мужчина постарше, по всей вероятности главный бухгалтер.
От парня в капюшонке сейчас он разительно отличался! Начиная с идеально сидящего на нём костюма темно-синего цвета, белоснежной рубашки и отполированных туфель, до высокомерной манеры держать голову и надменного взгляда. Ева начала немного разбираться в этих казалось бы одинаковых ледяных взглядах. Сегодня этот взгляд был тихо взбешенный.
– Ева, – сухо кивнул он ей, обратившись по имени. – Мы посмотрим три демонстрационные квартиры. Их обставила Моник, – Адам кивнул на дизайнера. – Если ты с ней незнакома.
Но Ева оказалась с ней знакома, приходилось пару раз пересекаться по работе.
– Даже если рекламные ролики будет создавать кто-то из твоей команды, я бы хотел услышать твоё собственное видение.
– Что ж, давайте посмотрим, мистер Пирс, – не выдавая их личных отношений, с чувством собственной значимости согласилась Ева.
Ева относилась к той категории людей, которые могли уважать себя лишь после того, как сделали работу качественно, без единого намёка на халтуру. Ева костьми ложилась, но доводила свои проекты до совершенства, ощущаемого ею на интуитивном уровне.
С такой же внимательностью она отнеслась и к предварительному осмотру рекламируемого товара. Она осматривала каждый обставленный уголок, впитывала атмосферу, создавала в воображение возможные образы. После сорокаминутного осмотра, в течение которого она не произнесла ни слова, предоставляя возможность излагаться дизайнеру, Ева наконец была готова вынести свой вердикт.
– Ну что ж, буду критиковать, – круто повернулась она на каблуках. – Вы готовы меня выслушать? Без обид Моник. Итак. Я увидела интерьеры трёх разных стилей. Живенько, ультрасовременно, со вкусом. …Но! Вам не удалось их оживить. Если пустить это в рекламу в таком виде – люди увидят просто стены, просто красивую мебель и стильные дизайнерские заморочки. Скорее всего, они сразу подумают о непомерной цене на жильё в этом районе. Нам же нужно обставить квартиру так, чтобы она сразу заставила влюбиться в себя, подать идею, вызвать положительные эмоции, чтобы потенциальный покупатель уже не думал о цене. Покупатель должен безумно её захотеть, мечтать о ней, думать снова и снова. Нужно взять три стиля и вложить в них душу, характер, чтобы создавалось ощущение родного дома. Цель такой рекламы, заставить человека почувствовать – это моё, это именно то, что мне нужно. Концепция моего видения на самом деле очень простая – чувства. Если затронуть некоторые из них – они сами сыграют свою роль. …Одну из квартир нужно представить местом, где живёт семья с детьми – светлая, бурлящая, полная позитива, радостных надежд и милого бардака. Фотографии улыбающихся родителей, беззубых детских улыбок, детские игрушки. Только не красиво расставленных под линейку, а разбросанных, как будто малыш только что был здесь. ….Вторую квартиру нужно представить в мужском холостяцком стиле – элегантную, слегка по-дерзки небрежную, пропитанную свободой и творчеством. Нужно многозначительно преподать независимость мужчины, словно для неё только этой берлоги и не хватает. Эдакая территория самодостаточного гордого льва. …И наконец, третья – молодожёны. Пара влюблённых. Тут тоже огромное поле для фантазии. Романтика, ощущение секса во всём – как смята постель, какие чашки стоят на столе, свечи, счастливые лица на фото, вид из окна, желательно вечерний. В них оживут истории, и люди захотят их прожить и написать свои, – Ева посмотрела на Адама, взгляд которого не скрывал восхищения. – Что скажете, мистер Пирс?
– Полностью согласен и одобряю. Моник прими во внимание эти детали. Сара отмени мою встречу назначенную на два часа, – приказал он секретарше, – Виктор, завтра я хочу увидеть предварительную смету. На этом всё. Дальше мы сами, – быстро отдал он распоряжения, не спуская глаз с Евы. – Ева, поднимись со мной на крышу, – и лицо Адама приняло такое выражение, спорить с которым было чрезвычайно опасно.
Ева почувствовала, что подчиниться будет мудро, что её согласие – это её шаг в их непростой шахматной игре, после его хода конём.
Но когда они вышли из лифта в апартаменты будущего лофта, Адам больше не стал сдерживаться, так как на этом этаже они были одни.
– Как мне переманить тебя к себе Ева? Как?! – выдохнул он раскрепощаясь, всплеснув руками. – Я хочу тебя в свою компанию, – Адам сложил ладони в умоляющем жесте. – Ты бесподобна! Господи, в тебе вызрел первоклассный специалист!
– Благодаря тебе, – с грустью усмехнулась Ева. – Если бы ты не бросил меня в тюрьме, я бы не ощутила такую сумасшедшую мотивацию работать над собой.
– Ура мне, – скривился Адам. Но потом его глаза приняли совершенно иной взбудораженный оттенок. – Если я вдруг пойму что влюблён в тебя, и у меня спросят когда это случилось – я вспомню именно этот момент, как слушал тебя сегодня с открытым ртом, – его голос можно было назвать сексуальным, и в этот момент он был очень далёк от жесткого безразличия. – Я просто слушал и гордился тобой Ева. Меня распирало такое странное чувство – секрет, который мы делим на двоих, и никто не знает, что именно нас связывает и эта связь делает нас друг для друга особенными, … близкими, – выдержав паузу, он продолжил. – Ты знала, что я никому и никогда не говорю комплиментов? Тебе же я почти спел хвалебную оду! – подойдя к ней, Адам без всякого привлёк её к себе, словно подпись на его владение этой девушкой уже была давным-давно поставлена. Их игра продолжалась, вынуждая каждого из них делать свой ход.
– Ты мне льстишь, – Ева подняла на него свой спокойный взгляд, хотя ей было ох как не просто сохранять спокойствие. В её в душе жалось как и опасение от этого уединения, так и ликующая взлетевшая до небес самооценка. Слова Адама всё-таки возымели своё действие, хотя она и допускала возможность его очередной уловки. – Вокруг тебя вьётся столько женщин, ты просто всегда знаешь, что кому сказать, даже если они не вызывают у тебя интереса. Это же не мешает тебе использовать людей, верно?
– Ты издеваешься? Даже слегка обидно, – его брови действительно обиженно изогнулись. – Я никогда не был так откровенен, как с тобой сейчас. Ты большая молодец Ева. Ты просто находка. Я даже теперь не знаю, что меня притягивает в тебе больше всего, – с такой же стопроцентной уверенностью в себе, Адам поцеловал её в губы, чередой коротких нежных поцелуев, вызвав у девушки непроизвольный трепет. Ева даже не ожидала от себя подобного отклика.
– Адам, прошу тебя. … – Внешне Ева оставалась холодной, не давая ему возможности понять её истинного состояния. Она пыталась оттянуть этот момент как можно дальше. – Ты хотел мне что-то показать.
– Вид из окна, – нехотя спохватился он. – Ты не задумывалась, что в тебе есть и дизайнерская жилка? – не отпуская её руки, Адам подвел её к огромному в пол окну, откуда открывался действительно потрясающий вид на старую часть города и частично парк. – Когда я впервые поднялся сюда, взглянул – я почему-то сразу почувствовал уют в этих пустых стенах. Потому что вдруг подумал о тебе. Странная штука Ева – ты начинаешь занимать в моей голове слишком много места.
– Я слышу отчаянье в голосе бостонской акулы? – поддела его Ева, тогда как Адам встав позади неё снова прижал её к себе.
– Не дождёшься. Пока что это только предложение мира, – он собственнически поцеловал её в шею, и Ева ещё раз прочувствовала эту напрашивающуюся необходимость. Что именно сегодня, именно здесь, в этой огромной пустой квартире с прекрасным видом сверху на раскинувшийся под ними город – он получит от неё то, чего добивался. Она не сможет ему противостоять. Не сейчас. Так было нужно. Нужно было пожертвовать ладьёй.
– Скажи, ты ведь устроилась в рекламную фирму Ванды, только лишь для того, чтобы подобраться ко мне поближе? – прошептал Адам. – Я готов взять тебя в свою компанию на вип условиях. Ближе будет некуда. Соглашайся.
– Теперь в этом нет необходимости. Меня устраивает моя команда. Мы с ними подружились. И там нет вечно всё контролирующего ужасного Адама Пирса, – с иронией тихо произнесла она в ответ.
Ева непроизвольно вскрикнула от того, как он сжал её бёдра. Адам тоже всё понял, по тому как она не препятствовала ему. Хотя, если он отдал своей секретарше распоряжение изменить его расписание, значит, он понял об этом ещё раньше.
Её юбка поползла вверх. По всей видимости, он не собирался её раздевать. Ева слышала, как Адам расстегивает ремень и ширинку. Рванув на ней колготки, вначале он принялся ласкать её пальцами, проникая глубже, убеждаясь, что она действительно готова.
– Расслабься, ты напряжена, – шепотом произнес он, одновременно целуя её за ушком. – Ты всё делаешь правильно Ева, поэтому мы оба получим удовольствие, – после этого он осторожно вошел в неё, издав слабый стон облегчения.
Адам сам задавал ритм, диктовал правила. По правде, Ева отвыкла от такого мужского напора и доминирования партнёра, потому что секс с Эджеем намного отличался от того, что происходило сейчас с Адамом. Но как бы она не пыталась этого не замечать – ей нравилось то, что она возбуждала его. Упираясь ладонями о стекло, Ева закричала, не в состоянии противиться накрывшему её оргазму. Следом за ней Адам издал дикий стон удовлетворения, сжав её изо всей силы.
– Мне этого мало, – хрипло выдавил он. – Это была всего лишь маленькая разминка, нужно заняться этим основательно, до изнеможения. Вымотай меня Ева, иначе нужного результата ты от меня так и не получишь.
Снова взяв её за руку, он молча повёл её за собой.
Сначала к лифту. Затем в одну из демонстрационных квартир.
Она не сопротивлялась как раз потому, потому что она поставила слишком много своих ожиданий на этот результат. И всё-таки её не покидало жутко странное ощущение, когда она шла за этим мужчиной, чувствуя, как по её ногам стекает его сперма.
– Предположим, это будет квартира молодожёнов, – деловито произнёс Адам, раздеваясь. – Пусть здесь запахнет сексом, Ева, – его глаза блестели, пожирая каждое её движение пока она снимала с себя одежду.
– Ура мне, – скривился Адам. Но потом его глаза приняли совершенно иной взбудораженный оттенок. – Если я вдруг пойму что влюблён в тебя, и у меня спросят когда это случилось – я вспомню именно этот момент, как слушал тебя сегодня с открытым ртом, – его голос можно было назвать сексуальным, и в этот момент он был очень далёк от жесткого безразличия. – Я просто слушал и гордился тобой Ева. Меня распирало такое странное чувство – секрет, который мы делим на двоих, и никто не знает, что именно нас связывает и эта связь делает нас друг для друга особенными, … близкими, – выдержав паузу, он продолжил. – Ты знала, что я никому и никогда не говорю комплиментов? Тебе же я почти спел хвалебную оду! – подойдя к ней, Адам без всякого привлёк её к себе, словно подпись на его владение этой девушкой уже была давным-давно поставлена. Их игра продолжалась, вынуждая каждого из них делать свой ход.
– Ты мне льстишь, – Ева подняла на него свой спокойный взгляд, хотя ей было ох как не просто сохранять спокойствие. В её в душе жалось как и опасение от этого уединения, так и ликующая взлетевшая до небес самооценка. Слова Адама всё-таки возымели своё действие, хотя она и допускала возможность его очередной уловки. – Вокруг тебя вьётся столько женщин, ты просто всегда знаешь, что кому сказать, даже если они не вызывают у тебя интереса. Это же не мешает тебе использовать людей, верно?
– Ты издеваешься? Даже слегка обидно, – его брови действительно обиженно изогнулись. – Я никогда не был так откровенен, как с тобой сейчас. Ты большая молодец Ева. Ты просто находка. Я даже теперь не знаю, что меня притягивает в тебе больше всего, – с такой же стопроцентной уверенностью в себе, Адам поцеловал её в губы, чередой коротких нежных поцелуев, вызвав у девушки непроизвольный трепет. Ева даже не ожидала от себя подобного отклика.
– Адам, прошу тебя. … – Внешне Ева оставалась холодной, не давая ему возможности понять её истинного состояния. Она пыталась оттянуть этот момент как можно дальше. – Ты хотел мне что-то показать.
– Вид из окна, – нехотя спохватился он. – Ты не задумывалась, что в тебе есть и дизайнерская жилка? – не отпуская её руки, Адам подвел её к огромному в пол окну, откуда открывался действительно потрясающий вид на старую часть города и частично парк. – Когда я впервые поднялся сюда, взглянул – я почему-то сразу почувствовал уют в этих пустых стенах. Потому что вдруг подумал о тебе. Странная штука Ева – ты начинаешь занимать в моей голове слишком много места.
– Я слышу отчаянье в голосе бостонской акулы? – поддела его Ева, тогда как Адам встав позади неё снова прижал её к себе.
– Не дождёшься. Пока что это только предложение мира, – он собственнически поцеловал её в шею, и Ева ещё раз прочувствовала эту напрашивающуюся необходимость. Что именно сегодня, именно здесь, в этой огромной пустой квартире с прекрасным видом сверху на раскинувшийся под ними город – он получит от неё то, чего добивался. Она не сможет ему противостоять. Не сейчас. Так было нужно. Нужно было пожертвовать ладьёй.
– Скажи, ты ведь устроилась в рекламную фирму Ванды, только лишь для того, чтобы подобраться ко мне поближе? – прошептал Адам. – Я готов взять тебя в свою компанию на вип условиях. Ближе будет некуда. Соглашайся.
– Теперь в этом нет необходимости. Меня устраивает моя команда. Мы с ними подружились. И там нет вечно всё контролирующего ужасного Адама Пирса, – с иронией тихо произнесла она в ответ.
Ева непроизвольно вскрикнула от того, как он сжал её бёдра. Адам тоже всё понял, по тому как она не препятствовала ему. Хотя, если он отдал своей секретарше распоряжение изменить его расписание, значит, он понял об этом ещё раньше.
Её юбка поползла вверх. По всей видимости, он не собирался её раздевать. Ева слышала, как Адам расстегивает ремень и ширинку. Рванув на ней колготки, вначале он принялся ласкать её пальцами, проникая глубже, убеждаясь, что она действительно готова.
– Расслабься, ты напряжена, – шепотом произнес он, одновременно целуя её за ушком. – Ты всё делаешь правильно Ева, поэтому мы оба получим удовольствие, – после этого он осторожно вошел в неё, издав слабый стон облегчения.