![](/files/books/160/oblozhka-knigi-cel-si-380703.jpg)
Текст книги "Цель (СИ)"
Автор книги: Лаванда Риз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)
– А как на счёт диско? Власть имущих мужей на танцполе отирается не особо много, зато можно отжечь! Та-та-тадам ча-ча-ча! – завилял на месте Генри.
– Это сгодится.
И даже здесь Еву ожидал ещё один сюрприз. Удивительное, почти чудесное стечение обстоятельств.
Среди приглашённых танцоров, нанятых развлекать публику – она узнала одного особенного. Что сразу же вернуло её на много лет назад, к её первому поцелую, когда им обоим было по пятнадцать.
– Альварес. … И сколько раз, чертёнок, ты уже успел объехать вокруг земного шара?
Опешивший латиноамериканец медленно повернулся в её сторону. Он возмужал, раздался в плечах, но глаза оставались такими же озорными.
И он конечно же узнал её!
– Пусть я удивлён, что именно сегодня, но я нисколько не удивлён, что это ты! – выдохнул он, млея. – Привет, подсолнух! – на его симпатичном лице сверкнула белозубая улыбка.
– Здравствуй, Че. Ах, как же я рада тебя видеть! Сколько лет прошло! – не сдерживаясь, Ева сердечно обняла парня, позволив ему расцеловать себя в обе щеки. – Теперь я точно станцую.
– С огромным удовольствием. Не забыла ещё?
И тут Ева вспомнила, что Эджей всё ещё стоит за её спиной, вспомнила, что правила приличия требуют представить их друг другу.
– Эджей Тарик – мой молодой человек. Че Альварес – мой давний друг, если быть точнее первый парень, – она заметила мелькнувшее замешательство на лице Эджея, у него в уме явно не сходилась арифметика. – Мы с Че встречались полтора года, и с его стороны это было настоящее сумасбродство, если учесть, что латиносы и чёрные серьёзно враждовали тогда и до сих пор враждуют теперь. За наши с ним отношения, мой брат со своими дружками постоянно его поколачивали.
– Но это была горячая и азартная мексиканская любовь, – подтвердил Че. – Прямо сериал. Латиноамериканец, белая красавица и её черный брат с бандой отморозков.
– Че здорово танцует. Его тело просто создано для этого. Он и меня немного втянул. Ты не против, если мы с ним потанцуем?
– Нисколько, – покачал головой Эджей, посмотрев на неё взглядом с невысказанным вопросом.
Они танцевали легко, плавно, всецело доверяя друг другу. Глядя на танцующую пару, на то, как они прикасаются друг к другу, как смотрят друг другу в глаза – всегда можно сказать с точностью до девяноста пяти процентов, существует ли близость между партнёрами. И вот глядя на Еву и Че можно было твёрдо утверждать, что связь между ними если не есть, то уж точно была когда-то!
Светлые волосы Евы резко констатировали с чёрными, как смоль волосами смуглого Че. На нём была тёмная рубашка, с закатанными по локоть рукавами, и такие же тёмные брюки. Светлая, в золотистом девушка и весь в чёрном парень, обнимающий её сильными руками. Когда Ева танцевала – она становилась ещё красивее, и этого нельзя было не заметить.
У Эджея даже заныло сердце. Но больше всего его неприятно поразил перехваченный им взгляд Адама Пирса, который оказывается так же не сводил глаз с девушки, притаившись за спинами других. Именно в ту самую секунду предчувствие Эджея забило тревогу.
Он видел, что Еве хочется пообщаться со старым приятелем, поэтому Эджею даже пришлось сослаться на плохое самочувствие, чтобы поскорее утащить её с этого торжества.
– Голова? Спина? Может, лучше сразу к доктору? – беспокоилась в машине Ева, бросая на него встревоженные взгляды.
– Мне уже гораздо лучше. Это было что-то мимолётное. Особенно когда увидел, как на тебя пялится Пирс. Сколько живу ещё не встречал таких жутких глаз! … Если бы мы жили в средневековье, его бы точно причислили к колдунам и сожгли на костре, – добавил Эджей ворчливо.
– Он что-то задумал, – задумчиво протянула Ева, подтверждая подозрения Эджея. – До сегодняшнего дня я считала, что меня раздавит эта встреча, что кто-то из нас разорвёт друг друга на куски. Но к собственной гордости я выдержала столкновение с этим беспощадным сгустком тьмы по имени Адам. Правда не помню, дышала ли я…
– Ты ведь говорила, что у тебя было всего трое парней? – всё-таки не выдержал и спросил Эджей.
– Всё правильно. Че, Эрик и ты. Просто Адама я не считаю. Не логично правда, не считать того, от которого у меня родился ребёнок, – Ева вздохнула, снова подумав о сыне.
– Через неделю мы снова приглашены на вечеринку, – поставил её перед фактом Эджей. – Не кривись. Пришлось согласиться, иначе Генри от меня не отвязался бы. Тебе не кажется, что уже пора открыть ящик Пандоры? Пока Пирс не начал действовать в свою очередь, может, вытащим на свет божий его грязное бельё?
– Давай ещё раз всё взвесим. Я сильнее всего мечтаю о победе над Пирсом, но я и больше всех могу потерять. … Я так устала Джей.
Им пришлось отложить этот разговор до утра, потому что Ева была не настроена обсуждать кардинальные меры. Что-то удерживало её, интуиция подсказывала ей действовать более осторожней, и с некоторых пор она начала к ней прислушиваться.
А начало новой рабочей недели и вовсе отодвинуло эти планы ближе к выходным. Работы перед праздниками скопилось невпроворот, она возвращалась поздно, уставшей, почти разбитой. Сил хватало только на что-то перекусить, принять душ, даже любовью они теперь занимались раз в четыре дня и то по-быстрому.
Глава 6
Если она заканчивала не совсем уж поздней ночью, то до дома Ева предпочитала пройтись пешком, особенно если утром не удавалось выскочить на пробежку.
Сегодня у неё как раз было настроение прогуляться.
– Даже десяти метров не успела пройти, – проворчала Ева, доставая трезвонящий телефон. Звонок был от Адама Пирса и Ева заколебалась, вспоминая их предыдущий разговор на свадьбе и в итоге всё же нехотя взяла трубку.
– Да?
– Думаешь, я не понимаю, чего ты добиваешься? Засветиться, заручиться поддержкой, заработать денег на адвокатов. Это твой новый парень тебя надоумил? – по телефону его голос звучал ещё надменней.
Но Ева даже не догадывалась, что он не только разговаривал с ней по телефону – он ещё и наблюдал за ней при этом из машины, как она идёт по тротуару, нервно теребя свой длинный шарф.
– А у меня есть выбор Адам? Ну, кроме того, который устроит тебя. Я не собираюсь сдаваться! Я ужасно хочу увидеть сына, я тоскую по нему, брежу им каждый день. Мне не всё равно что с ним. Я не из тех матерей, которые рады избавиться от ранних детей к тому же ещё и рождённых от нелюбимых мужчин. Но своего сына я люблю! Он – это всё, что мне нужно в этой жизни.
– Сказала мать, бросившая четырёхмесячного младенца, ради пары пакетиков кокаина.
– Я его не бросала! – крикнула Ева в трубку, напугав пару прохожих. – Я думала, что вернусь до того, как он проснётся! О, ты наверное, был на седьмом небе от счастья, когда узнал, что я попала за решётку. Даже пальцем не пошевелил, чтобы что-то сделать! Прости, что нарушаю твою гармонию, но ты так просто от меня не отделаешься. Я буду упорно добиваться своих прав. Если на то пойдёт – меня устроят и грязные способы. Я ненавижу тебя, Адам Пирс!
– Не удивила. Таких как ты, ненавидящих меня, тысячи. А вот наш сын … – Адам на секунду замолчал, словно наслаждаясь её болью после произнесённых им слов, – Наш сын другого мнения. Ник обожает меня. Ты его не получишь Ева. Я плачу своим адвокатам и юристам заоблачные гонорары. Они сделают из тебя худшую мать на свете, и ни один судья не доверит тебе ребёнка.
Адам видел, как отключившись, она сунула телефон в карман, как пошатнувшись, оперлась о стену, растирая виски. Его слова ударили в нужную точку, было очевидно, что девушка расстроена.
– Больше меня здесь ничего не интересует, – небрежно бросил он водителю, – Можно ехать быстрее!
Но Ева не рассказала об этом разговоре Эджею. Просто пришла домой и завалилась спать, сославшись на сильную головную боль, не имея желания нагружать своей подавленностью человека, который и так отдавал ей всего себя.
Как бы Ева не уставала, каким бы не выдался предыдущий день – прошлый тюремный режим всё ещё давал о себе знать, на следующее утро она так же вставала ни свет ни заря. Поэтому Ева и приобщила себя к утренним пробежкам.
Несмотря на то, что на улице стоял декабрь – мороз за ночь спал, и в воздухе повис туман, окутывая улицы неприятной сыростью. Поёжившись, Ева побежала привычным маршрутом. В отличие от многих, она не любила слушать музыку во время пробежки – вместо этого она слушала звуки просыпающегося города: голоса людей, клаксоны авто, стук дверей, грохот мусороуборщиков. На одном из перекрёстков её обогнал мужчина в серой капюшонке, с которым она уже не раз сталкивалась во время своих пробежек, и на которого уже тихо злилась, потому что он словно нарочно бежал перед ней путаясь под ногами, не давая ей себя обогнать. Сегодня Ева даже свернула на другую улицу, лишь бы не портить себе настроение перед последним рабочим днём.
Некоторые девушки видели нечто романтическое и галантное в том, что их мужчина приносит им кофе в постель. У их же пары было всё наоборот – это она приносила ему кофе и свежие булочки в постель, ожидая пробуждения Эджея.
– Я ведь тебе ещё не говорила о своих чувствах к тебе? – было первое, что она произнесла, как только Эджей открыл глаза. Ева сидела рядом с ним, по-турецки подвернув под себя ноги.
– Могу предположить, что я тебе нравлюсь, – улыбнулся он.
– Нет. … Я люблю тебя, Джей, – её лицо оставалось серьёзным.
– Что это тебя так осенило? – сощурился он. – Никак собралась клянчить у меня ёлку?
Уличённая его проницательностью, Ева мотнула головой, сдерживая улыбку:
– Я сама неоднозначно отношусь к этому празднику. Но пришло время снова верить в чудеса, в хорошие добрые чудеса. Нам крайне необходимо окунуться в эту поголовную истерию безотчётной радости. Рождество уже через два дня, все добропорядочные люди наряжают в своих домах ёлку! И нам нужно! Это будет наше первое Рождество с тобой. Я уже приготовила тебе подарок. Пожалуйста, Джей. Ёлка очень даже впишется в интерьер.
– Я подумаю. … Любишь, говоришь? – в его глазах появился завлекающий игривый намёк. – Почему-то я тебе верю, – и он потянул её за рукав, оголяя плечо девушки.
В конце рабочего дня Эджей всё-таки позвонил, хотя Ева и так уже догадывалась, что ради неё он пойдёт на любые уступки:
– Это высокое, колючее хвойное недоразумение уже взгромоздилось в нашей гостевой зоне. Их теперь на дом развозят как пиццу. Но есть проблема. Игрушки.
– Отлично! Я всё устрою! – просияла девушка, чмокнув трубку телефона.
Адам Пирс снова тайно наблюдал за ней через окно своей машины. Сегодня вечером её лицо светилось радостью. И направилась она не домой, а в супермаркет. И Адам решил проследить за девушкой лично, незамеченным проследовав за ней в отдел ёлочных украшений. Ева выбирала их с таким непосредственным восторгом, почти с детской увлечённостью. Он несколько раз сдерживал себя в порыве подойти к ней. Её выражение лица для него было слишком личным, слишком подчёркивающим связь с похожими чертами их общего сына. С таким же умилением, пару дней назад их сын наряжал ёлку вместе с ним, вслух мечтая о том, чтобы его мама увидела, как высоко он уже может достать.
Адам шёл за ней до самого выхода из магазина. Внизу Ева задержалась, засмотревшись на малышей, бегающих возле огромной сверкающей огнями ёлки, пока их матери делали покупки. Один карапуз чуть не сбил её с ног, врезавшись в Еву на полном ходу, она еле-еле удержала в руках пакеты с игрушками. Ева рассмеялась, даже не подозревая, как пристально её оценивают холодные голубые глаза отца её собственного ребёнка.
Эджей предоставил ей полную свободу в украшении, тем более что тянуться с игрушкой к ветке, при этом опираясь на трость – было не слишком удобно. Он сидел рядом, составляя ей компанию.
– В детстве, приёмные родители не приносили нам ёлку, по большому счёту в трейлере её и некуда было ставить. Мы с Майком бегали в ближайший супермаркет, – вешая шары, Ева делилась с Эджеем своими воспоминаниями. – Иногда администрация приглашала ряженого Санту, он садился на стул с высокой спинкой, выслушивая запросы малышни. Я тоже пару раз забиралась к нему на колени.
– И что же ты у него просила? Вряд ли какую-нибудь куклу. Новых родителей?
– Нет, – улыбнулась Ева. – Я говорила, что хочу проснуться принцессой в огромном замке. Так и не сбылось. Видимо Санта Клауса и вправду не существует. Может, не пойдём завтра на эту вечеринку? – её шутка плавно перешла в горечь.
– А может, настало время проверить на прочность нервы Пирса? – вскинул на неё пытливый взгляд Эджей. – Пора действовать Ева.
Она нарочно собиралась как можно дольше, растянув свои сборы на полтора часа. Эджей терпеливо ждал, хотя его прищуренные глаза уже метали молнии.
Им повезло попасть в самый разгар вечеринки, когда некоторые гости разгорячённые напитками были уже в ударе, пытаясь влезть на шест вместо стриптизёрш.
– Это что, тематическая вечеринка? – с иронией бросила Ева. – Или это фестиваль свингеров?
– У Генри просто такая фишка – все его вечеринки пахнут сексом, – ответил Эджей, – Полная свобода и отрыв без всякого принуждения. Это его девиз.
– Я смотрю у него куча последователей.
– А вот и наша сладкая парочка! – развесёлым пьяным голосом воскликнул хозяин вечеринки, направляясь к ним держа под мышки какую-то девицу.
– Это Роми, – шепнул ей на ухо Эджей. – Дочь нашего мэра. Считает, что знает всё и обо всех, и уж точно не сомневается, что она бостонская принцесса.
– Ева! – Генри полез к ней целоваться в своей дурной манере. – Детка, я всё не могу забыть, как ты танцевала. Ты профессионалка?
– Просто способная, – хмыкнула Ева, чувствуя, что сейчас он потащит её танцевать. – Но сегодня я собираюсь быть солидарной со своим парнем, – Ева знала, что Эджей не любит намёки на его инвалидность, но она так же не хотела танцевать с этим озабоченным выскочкой Генри.
– А вот я думаю, что Джей как раз наоборот хотел бы, чтобы его девушка развлекалась на полную катушку! Поэтому давай, пойдём, покажем всем, как нужно танцевать! – оставив свою подругу, настырный парень всё-таки силой поволок её на танцпол. Ева зря бросала взгляды на Эджея словно утопающий – улыбаясь, он показывал ей поднятый вверх большой палец.
Её движения были красивыми и зажигательными благодаря её умению танцевать, а вот Генри был таким же пластичным, как и пьяным, и выглядел уморительно, даже не замечая, что Ева смеётся с него, а не потому что ей весело. К её счастью, ему очень быстро захотелось промочить горло.
Повиснув на Генри, Роми тем не менее шарила томным взглядом по гостям, контролируя прибывших и убывших.
– О боже, вы видели?! Здесь этот загадочный айсберг Адам Пирс! – вдруг оживившись, восторженно прошептала она, почему-то облизнувшись, словно появление Пирса вызвало у неё обильное слюнотечение. – Как всегда элегантный, холодный и мрачный. Как же он меня возбуждает! Никто не видел, чтобы у него была подружка или дружок, такие сплетни тоже ходят, будто он гей, – закатила глаза Роми. – Хотя запавших на него девушек, гораздо больше чем парней. Но, похоже, он робот из иной галактики. А мне бы так хотелось увидеть, как он вставляет свой пенис, – мечтательно протянула она.
– Да это печально, если учесть что пенисы всех остальных присутствующих здесь ты уже видела, – не сдержался её подвыпивший кавалер, хрюкнув от смеха.
Ева испытывающе покосилась на Эджея, но тот только пожал плечами с видом «с кем не бывает, я тоже делал глупости». Затем наклонившись к её уху, он тихо прошептал:
– Я думаю самое время дать им пищу для сплетен и спустить собак на Пирса. Роми мастер преподавать слухи в самом пикантном виде. Тем более ты завоевала их своим танцевальными талантами.
– Но это не ляпнешь просто так, с бухты-барахты, нужно подобрать точный момент, зацепить их своим откровением как можно глубже, – таким же шепотом ответила ему Ева.
– Фу, как неприлично перешептываться в компании друзей! – возмутилась Роми со свойственной ей приторностью. – Мне пора в дамскую, а так как я иду туда одна, то я очень скоро вернусь!
– Пожалуй, пригляжу за ней, – Ева переглянулась с Эджеем и добавила уже тише. – Может, выпадет возможность.
Но в коридоре, перед тем как свернуть в дамскую уборную следом за Роми, сзади кто-то бесцеремонно впился ей в руку выше локтя, затем другой рукой обхватил за талию и потащил её к запасному выходу рядом, буквально силой вытолкнув Еву на лестничную площадку. Все произошло так быстро и грубо, что Ева едва опомнилась, когда дверь за ними уже закрылась. И только теперь она увидела, кто это был.
– Слушай меня внимательно! – Адам одним движением припёр её к стене, доставая из кармана свой айфон. – Решим нашу проблему таким образом. Ты сейчас возьмёшь в охапку своего горе-жениха и тихо не прощаясь, покинешь этот бедлам. Если же ты решишь на гребне всеобщей симпатии выпустить навозных мух, которые будут жужжать, старательно вымазывая моё имя в дерьме – ты никогда не увидишь сына. Это я тебе обещаю Ева, даже если мне придётся идти против закона. Но если ты поступишь так как я прошу – мы встретимся завтра, только ты и я, и обсудим на каких условиях ты сможешь видеться с Ником, – его лицо оставалось таким же беспристрастным, и только холодные ледяные голубые глаза смотрели угрожающе. Адам показал ей экран айфона на котором открылась детская фотография. … Её сына.
Ева судорожно всхлипнула, потянувшись рукой. И Адам позволил ей взять свой телефон. Она бы заметила, если бы была в состоянии, и не свойственное ему проявление крупицы великодушия, и что его ладонь всё ещё лежит у неё на талии.
Дрожащими пальцами она листала фотоальбом, всматривалась в это улыбающееся детское личико и давилась слезами.
…Он определённо знал, как побеждать.
– Почему ты не озвучишь свои условия прямо сейчас? – измучено выдавила Ева, тщетно пытаясь разглядеть в этих мужских глазах хоть что-то.
– Хочу убедиться, что ты послушная девочка и действительно любишь Ника. У тебя есть шанс увидеть его в самое ближайшее время. Но всё зависит от тебя, – отрывисто произнёс он.
– Я сделаю, как ты сказал. Никто ничего не узнает!
– Отлично. Вот завтра и продолжим.
– Кто ему заменил мать? – с болью спросила Ева.
– Возможно, завтра я отвечу на все твои вопросы, – Адам оставался непреклонным. Поговаривали, что у «бостонской акулы» нет души, в эту секунду Ева была в этом абсолютно уверена.
– Прошу, ответь хотя бы на один! – взмолилась Ева, хватая его за рукав, видя, что он уже собрался уходить. – Адам прекрати быть таким садистом!
– Никто. Никто ему мать не заменял. Я не хотел, чтобы её место кто-то занял. Надеюсь теперь у тебя достаточно пищи для размышлений? – жёстко бросил он, направляясь к двери.
Ева возвращалась к Эджею на ватных ногах, словно Адам впитал в себя все её силы до последней капли. Ей хотелось упасть на пол, свернуться калачиком и на время перестать чувствовать. Чтобы вообще ничего.
– Мы уходим, милый. Прямо сейчас, – пробормотала Ева, беря Эджея под руку. – Кое-что случилось. Но об этом дома. Пожалуйста, всё слишком серьёзно.
– Ладно, но я ничего не понимаю, мы ведь собирались как следует повеселиться. Я уже пообещал Стефану и Лоре. Будет некрасиво, если мы уйдём не попрощавшись.
– Мне сейчас не до веселья и мне плевать на манеры! – с остервенелой злостью прошипела Ева, и по одному её виду Эджей понял, что что-то перевернуло душу его девушки.
– Это Адам, – заговорила в машине Ева. – Подкараулил меня в коридоре. Он заинтересован, чтобы его личная жизнь как и прежде оставалась в тени. Если я не дам ход информации и не стану требовать своих прав через суд – он согласен встретиться со мной завтра и обсудить условия моих встреч с сыном.
– Ты понимаешь, что всё это означает, Ева?! – победно воскликнул Эджей. – Что мы на верном пути, и что у нас есть шанс добиться для тебя равноправного родительского ухода за ребёнком. Нельзя отступать сейчас, мы прижмём его к стенке, и уже ты будешь ставить ему условия. И естественно завтра ты к нему одна не пойдёшь!
– Нет, пойду, – твёрдо заявила Ева, печально глядя на огни фар, несущиеся по автостраде и сияющие вывески рекламы. – Все наслышаны насколько принципиальным бывает Адам. Пойми, я не хочу упустить возможности увидеть Ника. …Вдруг, это случиться уже завтра. Адам показал мне его фото … боже, как же тяжело! ... Прежде чем делать очередной шаг, нужно услышать его условия, если они неприемлемы – будем добиваться суда, если же он предложит разумный выход, тогда проблема решена.
– Неужели ты думаешь, что он пойдёт на уступки без большей выгоды для себя? Не зря ведь его называют акулой. Он что-то задумал, и я переживаю за тебя Ева. Это безрассудство вот так доверится Пирсу.
– Мы не узнаем, пока я не встречусь с ним, милый, – Ева ласково повела ладонью по руке Эджея. – Не станет же он меня убивать, в конце концов!
Ева еле дождалась наступления следующего дня, меряя шагами квартиру и поглощая кофе в немереном объёме. Из-за бессонной ночи и ожидания – её нервозность просто зашкаливала. Она швыряла вещи, заламывала руки и постоянно вздыхала. Чтобы не нагнетать ситуацию Эджей не то что подойти, даже заговаривать с ней не пытался. Он видел, вернее даже чувствовал, что Ева сейчас не нуждается в его поддержке – ей поможет лишь разрешение этого напряжения ответным ходом Адама.
И Эджей терпеливо ждал на расстоянии.
Её телефон зазвонил около полудня.
– Да! – Ева почти прокричала, судорожно схватив трубку.
– Ну что ж, вижу, это условие ты выполнила, – прозвучал спокойный голос Адама. – Мы встретимся, как я и обещал. Машина будет ждать тебя через час. Устроит?
– Я четырнадцать часов варюсь в собственном соку, но так и быть один час я ещё выдержу, – процедила Ева.
Она наконец села, уставившись в одну точку и Эджей больше не мог молчать.
– Ты себя так до ручки доведёшь. Он ведь это специально делает! Если ты сорвешься, Пирс может преподать это как проявление агрессии. Это может быть ловушка, провокация.
– Я стараюсь Джей, я очень стараюсь не сойти с ума, – прошептала Ева, закрывая глаза.