Текст книги "Ода чуждых земель (ЛП)"
Автор книги: Лаура Таласса
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)
Я смотрю на Деса.
– А когда это мы встретимся с элитой?
ГЛАВА 11
Нет, я не собираюсь встречаться с элитой.
Да, вероятно, все-таки придется.
Нет, не сегодня.
Да, ведь Дес заботится о моих чувствах.
Нет, забота о моих чувствах не заставит меня избежать встречи с элитами, когда придет время.
Видимо, встречаться с важными феями-шишками часть любовного договора, который я подписала.
Ох. Если бы я могла прожить жизнь без встреч с другими супер-сильными феями, то сочла бы это за победу. Деса более чем достаточно.
Он останавливает меня перед таверной, и я ее хорошенько разглядываю. Она выглядит, как и остальные. Тот же резной деревянный фасад, те же яркие огни, натянутые поверх навеса, тот же липкий вид, который говорит о том, что место пережило десятилетия разлива пива.
Честно говоря, мне нравятся такие. Веселье, без излишеств, хороший алкоголь. Единственные недостатки этой ситуации в том, что, первое, мы в другом мире, а не на Земле, и второе, я не могу пить, благодаря погашению, которое Дес потребовал у меня несколько недель назад, о, и третье, я иду в бар все еще в тренировочной броне. На данный момент одежда больше похожа на кожаные вырезы, чем на натуральную кожу.
Торговец открывает дверь для меня, и мы входим в паб. Один за другим буйные посетители замечают нас. В считанные секунды место накрывает мертвая тишина.
– Эм, что должно случиться? – шепчу я Десу, который не удосуживается отвечать. В дальнем конце помещения стул отодвигается назад, и громадный, неуклюжий фейри ступает вперед, хотя с ним понятие «фейри» довольно-таки растяжимо.
Лицо со шрамами, разодранная кожаная одежда и дикие рыжие волосы заставляют меня думать, что он скорее похож на пирата, чем на фейри. Коричнево-золотые глаза суровы, пока он направляется ко мне и Десу. Никто больше в заведении не двигается; все глаза прикованы к нам.
– Какого черта ты здесь делаешь, Бастард? – спрашивает он хриплым голосом.
Мои брови улетают на потолок. Думаю, что еще никто не оскорблял Деса при мне.
В помещении теперь царит какая-то другая тревожная тишина, будто кто-то зажег спичку рядом с кучкой пороха, и каждый готовится к взрыву. И затем, как бывает в фильмах, оба начинают смеяться и бросаются в крепкие душераздирающие объятия.
Чта-а-а?
Я недоверчиво пялюсь на них. Хоть убейте, я никогда не понимала мужчин, неважно из какого они мира.
Наглый фейри отстраняется, чтобы оглядеть моего любимого.
– Как, блин, ты поживаешь, Десмонд?
Десмонд. Неудивительно, что вся комната затихла. Эти люди видят своего короля. Он, должно быть, убрал все заклинания, которые наложил на себя, прежде чем мы вошли в бар.
Дес кивает с лукавой улыбкой на лице.
– На самом деле, очень даже хорошо, брат мой. Действительно хорошо.
– Ха! Я знаю эту улыбку, – говорит рыжеголовый фейри, хлопая его по спине. – Кого ты развел на этот раз? Или, – его глаза обращаются на меня, – украл жену? Прошла вечность, как ты в последний раз привел сюда девушку, мерзавец.
Иу, божечки. Я могла бы прожить и без этой информации.
Сейчас рыжеголовый говорит уже мне:
– Остерегайся его, – и трясет плечо Деса. – Он любит портить женщин, прежде чем избавляться от них.
Портить женщин? Огромная волна ревности растет во мне.
Наконец, Дес показывает мне признаки присутствия.
– Это не так. Совсем. – Он одаривает меня тяжелым взглядом, будто пытается извиниться.
Я думаю, что такое поведение Деса вполне справедливо. В конце концов, ему пришлось спокойно выдержать семь лет, зависая с другими людьми, пока неосознанно воплощал мое последнее желание. Поэтому я спокойненько стисну зубы, выслушивая небольшую историю о похождениях моей пары.
Рыжеголовый фейри снова пересматривает меня. В этот раз, он, должно быть, заметил что-то иное, потому что сказал Десу:
– А она – не очередная, верно?
– Нет. – Дес все еще пронзает меня напряженным, пылким взглядом.
Он смотрит на Торговца еще некоторое время и потом приподнимает брови.
– О-о, – произносит он, – это та девушка, которую ты искал?
Дес кивает. Фейри поворачивается ко мне снова и стискивает меня в объятии, от которого я почти задыхаюсь.
– Тогда добро пожаловать в семью, – говорит он рокочущим басом. – Искренне сочувствую, что Торговец достался тебе в качестве пары.
Наконец он выпускает меня, переведя взгляд с меня на Деса, как горделивый отец. Это так странно.
– Черт меня подери, – говорит фейри, втягивая глубоко воздух через ноздри. – Это все меняет к лучшему. – И хлопает по руке Деса. Затем, видимо, опомнившись, что мы стоим чуть ли не на пороге бара, он выпаливает: – Ну, пойдемте, позвольте мне угостить Бастарда и его невесту выпивкой. Это меньшее, что я могу для вас сделать.
Я никому не невеста, но решаю не уточнять ему об этом. Я живу с Десом, занимаюсь любовью с Десом и связана с Десом. Кольцо и клочок бумаги будут крайне излишними.
– Почему он продолжает называть тебя «Бастард»? – спрашиваю я Деса, когда его шаловливый друг ведет нас к одному их грязных столов.
Шум в таверне еще больше обостряется.
– Потому что таковым я и являюсь, – произносит Дес.
– Я думала, ты знал своего отца, – удивляюсь я. Разве в книге не написано было, что Король Ночи рожден в королевском гареме? Разве он не знал отца, если было действительно так?
– Я узнал о нем, когда был подростком, – говорит он. – Перед этим, – продолжает Дес, – меня относили к «Бастарду».
Кровь приливает к лицу.
– Но ведь я так тебя назвала, – говорю я, подавленная. Никогда не думала, что слово является фактическим ярлыком. (прим. Ублюдок и Бастард являются идентичными словами. Бастард – заимствовано из английского языка. По этому Калли ранее называла его не Бастардом, а Ублюдком, так как слово использовалось в ругательной форме.)
Друг Деса останавливается у столика, и мы с Десом садимся за него.
– Ангелочек, – произносит он низким голосом, – уверяю тебя, все в порядке.
Не чувствую по этому поводу, что все в порядке…
Рыжеголовый друг Торговца садится напротив нас, ударяя по столу.
– Три медовухи, – кричит он бармену в другом конце комнаты. Когда его внимание опять переключается на нас, глаза начинают поблескивать. – Десмонд, мой старый друг, ты не представил меня официально своей паре.
Дес опирается рукой на смолистую деревянную поверхность и смотрит на меня.
– Калли, – указывает он Рыжеголовому, – этот никчемный сукин сын – Федрон. Федрон, это моя пара – Каллипсо.
Федрон берет меня за руку.
– Поистине приятно, – говорит он серьезным голосом. Не зная, что мне еще сделать, я киваю, пожимая ему руку.
– Приятно познакомиться.
Федрон, очевидно, еще один друг Деса, который кажется мне непонятным. Я все еще привыкаю к тому факту, что у Деса есть друзья. И, фактически, их больше, чем у меня.
Это как-то удручающе.
Новая группка фейри входит в бар. Женщины с двумя мужчинами между ними. Они проходят через комнату, одежда на которых была более открытой и прозрачной, чем нужно. Группы переходят от стола к столу, руки гладят плечи и руки многих клиентов.
Федрон замечает, куда я смотрю.
– Проститутки, – уточняет он.
Я поворачиваюсь к нему.
– Я не вчера родилась.
Клянусь, что слежу за языком, но просто не всегда.
Федрон улыбается мне, оглядывая сверху вниз.
– Даже Бастард нашел себе ровню. – Он наклоняется вперед. – Скажи мне, Десмонд, все человеческие женщины такие сварливые на Земле?
Дес одаривает его щегольской улыбкой.
– Только самые лучшие.
– Оу! – Федрон смеется. – И они такие же пылкие в постели!
Данное высказывание меня конечно удивляет.
Разговор прерывается барменом, который ставит нам напитки. Я корчусь в разочаровании, когда смотрю на стакан с янтарной жидкостью перед собой.
Все еще не могу пить.
На другом конце комнаты свистит один из клиентов.
– Мой король! – выкрикивает он, откидываясь назад. – Когда ты уже, наконец, подойдешь и поздороваешься со старыми друзьями?
Медленная, ленивая усмешка проскальзывает на лице Деса.
– Я надеялся избежать этого рока, – кричит он в ответ.
Я наблюдаю за всем этим в шоке, потому что познаю иную часть Деса, которая сыра, не обработана и груба по каемкам. Я ничего не говорю, но сейчас он мне напоминает всех офицеров Политии и охотников за головами, с которыми работала, будучи частным сыщиком. Я не удивлена тому, что симпатизирую этой стороне Деса, несмотря на его грубость.
Фейри гогочет.
– Ага, ты все еще можешь. Моя задница слишком древняя, чтобы подняться со стула.
– Не слишком древняя, чтобы ошиваться здесь, – отмечает Дес.
Фейри снова хохочет уже вместе с остальными. Дес, видимо, хочет пойти поболтать с другими, как оказывается, старыми друзьями.
Я слегка толкаю его в плечо.
– Иди. – И киваю в сторону тех фейри. Дес сначала мнется, но потом, приняв решение, встает, забирая выпивку с собой.
– Буду через минуту, – обещает он.
Я смотрю, как он шагает прочь, выдвигая еще один стул подле друга и садится, расставив ноги по обе стороны.
– Что ты сделала с моим другом? – спрашивает Федрон.
Я с насмешкой смотрю на него.
– Не имею понятия, о чем ты говоришь.
Федрон трясет головой.
– Он ждал, пока ты не разрешила ему, прежде чем пойти поговорить. И с тех пор, как вы вошли, у него было, по крайней мере, две возможности, когда Дес мог бы, и забрал бы у тебя что-то, если бы хотел.
Я хмурюсь.
– Он и здесь торгуется? В Потустороннем мире?
– О, да. Все гребаное время. Сейчас нечасто, конечно, потому что Десмонд – король. Но тогда, когда он здесь жил, он и панцирь у черепахи мог отобрать; Дес был хорош.
Уж я-то знаю, насколько Дес хорош.
– Думаю, он уже доказал мне это множество раз. – Я поднимаю запястье, показывая Федрону множество рядов черных бусин. – Каждая из них – долговая расписка.
Он щурится на браслет.
– Так вот как он поймал тебя. Хитрый дьявол.
Я наклоняюсь вперед, положив руки на стол.
– Так вот как я поймала его, – поправляю я.
Федрон фырчит, смеясь.
– Тогда Десмонд мерзавец, раз позволил тебе так думать. Ни за что на свете он бы не оставил столько услуг не выплаченными, если бы только не планировал удерживать тебя, с твоего согласия или же против воли.
Против воли?
Мысли, должно быть, отпечатываются на лице, потому что Федрон объясняет далее:
– Ты, наверняка, много не знаешь о фейри, – говорит он. – Ни одна из них не позволит уйти своей паре только потому, что та выразила свое недовольство.
Это больше, чем немного ужасающее.
– Дес не из таких.
Федрон опять фыркает.
– Король-то Ночи? – Его взгляд переходит на Деса, смеющегося и хлопающего по спине какую-то фею с несколькими тату на лице. – Он – самый худший из них.
– Я так не думаю, – говорю я. Было несколько моментов, когда фейская сторона Деса преобладала над ним, но он всегда отодвигал ее назад и всегда ради меня.
Взгляд Федрона скользит по мне сверху вниз.
– Возможно, ты просто не сопротивлялась достаточно, чтобы подтолкнуть его к краю.
Это затыкает меня. Я не была из тех, кто жестко играл с Торговцем. Обычно так делал Дес со мной, и мы оба это знали.
– Поверь мне, – продолжает Федрон, – этот мужчина отчаянно нуждается в тебе. Он, может, и не говорит этого, но… – Он опять смотрит на Деса, чей взгляд случайно касается моего. Торговец подмигивает мне, когда замечает, что я на него пялюсь. – Попробуй быть понастойчивее, – говорит Федрон, – и увидишь. Он не отпустит тебя.
Как целое предложение может наполнить тебя как удовлетворением, так и страхом? Больше всего мне нравится то, что Дес каждой клеточкой хочет быть моим также, как и я его. Но мысль о том, что он заставляет меня оставаться с ним, с той частью, что не учитывает мои желания и нужды, пугает.
Это не Дес. Нет. Но думаю, что не хочу обсуждать это с Федроном целый вечер.
– Откуда вы знаете друг друга? – интересуюсь я, меняя тему.
Федрон делает глоток медовухи, прежде чем ответить.
– Он присоединился к Ангелам Тихой Смерти, когда я был лидером.
Мои брови укатываются на затылок. Не то, что я удивлена, что Федрон был лидером банды или что Дес сблизился с ним. Думаю, я больше поражена тем фактом, что Дес, король фей, и я здесь, в баре на Барбосе, зависаем с Федроном, который, вероятно, является профессиональным преступником. Черт, я, возможно, сижу в помещении, полном преступников. И Король Ночи не наказывает их, он с ними заодно.
Федрон наклоняется вперед.
– Теперь скажи мне: у тебя есть сестра…?
Кто-то кричит, и, слава богу, прерывает нас. В углу бара стол опрокидывается, медовуха разливается повсюду, и фейри, что спокойно сидели до этого, теперь накидываются на друг друга. Те, кто не дерется, устремляют взгляды на Деса. В ответ на их широко раскрытые глаза, Дес поднимает стакан в безмолвном тосте.
Торжественный крик пронзает помещение, и, к удивлению, он исходил не из уст тех фейри, что были за столом в углу. Подключились и другие феи. Бьется стекло, ломаются столы, свистят кулаки. К крикам подключаются проститутки, слезая с коленей и разбегаясь в разные стороны.
– Это не будет по истине удачной ночью, если хоть одна драка не завяжется, – отмечает Федрон, хватая выпивку, когда встает.
И вот подходит Дес.
– Пора идти, ангелочек.
– Мы можем потусоваться у меня на хате. Я пойду домой через часок или около того, – предлагает Федрон.
– У нас планы, но спасибо, брат мой.
– Позаботься о маленькой возлюбленной, – говорит он Десу, подмигивая в мою сторону. – Не давай мне повода приходить по твою душу. Я все еще могу надрать тебе зад. И, ради богов, мужик, в следующий раз останьтесь подольше. У меня едва получилось развратить твою девчонку.
– Резонно, – произносит Дес, пожимая ему руку. – Позаботься о себе.
Мы расстаемся с рыжеволосым фейри под звуки бьющегося стекла и криков.
Улицы Барбоса такие же шумные. Там еще больше фейри легкого поведения разгуливают по дорогам, флиртуя с подозрительными мужчинами и женщинами. Еще несколько драк на улице, группка фейри, освистывающие женщину, что посылает им воздушный поцелуй, и еще один, что стоит на крыше, выдыхая огонь из уст, который принимает форму дракона. Таких было полно – некоторые танцуют на балконах, перелетая от одного здания к другому или просто вырубаясь прямо на улицах города.
Мы проходим факелы, огонь в которых поддерживается на газу, и колеблющиеся огни, свет которых танцует на лице Деса; все это заставляет меня думать, что я нахожусь в другом времени, ну, как и в другом месте.
Дес делает глубокий вдох.
– Такое место ни с чем не сравнится, – произносит он бодро.
Что там сказал Федрон ранее? Дес тут жил? Я едва могу представить, как Торговец бродил по закоулкам, совершая сделки с пьяницами, которых становилось все больше. Если бы Дес олицетворял город, то он был бы Барбосом. Огни, хаос, преступность, секс, восхищение. Это все часть того, кем он является.
В основном, по пути нам попадаются бары, бордели и игровые залы. На тротуарах перед ними стоят уличные торговцы, продающие товары. Дес останавливает нас перед одним. И я смотрю на разложенные предметы.
– Ножи? – спрашиваю я, приподнимая брови.
– Кинжалы, мечи, булавы, топоры, – поправляет он меня, указывая на различные орудия. Как будто в них есть какая-то разница. – Я полагаю, что тебе нужно выбрать собственное оружие, раз учу тебя драться.
Мой взгляд скользит от него к лезвиям. Я никогда не была из тех опасных дамочек, что носит при себе оружие – это больше похоже на Темпер – и, глядя на все эти острые предметы, я до сих пор так и думаю.
Женщина, продающая их, начинает объяснять преимущества и недостатки различных рукояток и длин лезвий. Все это превращается в фоновый шум. Когда я смотрю на них, я вижу кровь и жестокость, от которых убегала все время.
Дес наклоняется ко мне ближе.
– Ты – не жертва, ангелочек, – напоминает он мне. – Только не здесь, в Потустороннем мире. Возьми оружие. Сделай так, чтобы следующее существо, что перейдет тебе дорогу, пожалело об этом.
Это дьявольские, злые слова, но сирена от них лишь крепчает. Черт, сломленная девушка даже становится уверенней.
Я – не жертва.
С полной серьезностью и убеждением я начинаю изучать оружие, сравнивая кожаные рукояти с металлическими, загнутые лезвия с зазубренными.
– Проведи по ним рукой, – предлагает фейри по другую сторону стола. – Нужный сам взовет к тебе.
Я трясу головой, готовая сказать ей, что я – не фейри, и это мне не поможет, но Дес берет мою руку и направляет к столу ладонью вниз, ближе к орудиям.
Намек ясен: просто попытайся. Когда он отпускает мою руку, я глубоко вздыхаю. Это не сработает. Я все равно начинаю двигать рукой по всем изделиям.
– Медленнее, – указывает продавец.
Отодвигая скептицизм в сторону, я замедляю движения. По началу, ничего не происходит.
Сюрприз, сюрприз. Как только я собираюсь повернуться к Десу и сказать ему о провале, начинаю чувствовать. Легкое покалывание, но это привлекает мое внимание к столу. Хорошо, эта некая магия все-таки может действовать на меня.
Как магнит, рука двигается к правой стороне стола. Замедляется, затем останавливается. Я убираю руку, чтобы увидеть, какое оружие неосознанно выбрала. Кинжал не более пятидесяти сантиметров от рукояти до кончика. Ручка сделана из лабрадоритового камня, а на самом лезвии вырезаны фазы луны.
Для оружия он ужасно миленький.
– Мудрый выбор, – комментирует продавец. – Лезвие сделано из ближайших руд к Царству Смерти, а металл излит из крови титанов. Рукоятка выполнена из Многоликого Камня. Мощное оружие, сделанное для достойной личности.
Чудненько. Я просто рада, что рука не приземлилась на здоровый боевой топор в конце стола.
– Мы возьмем комплект, а также пояс для кинжалов, – говорит Дес, подходя ко мне. Из-за стойки продавец вытаскивает другое лезвие – парное тому, что я только что выбрала – как и пояс с ножнами.
Я колеблюсь.
– У меня нет на это денег.
Дес смотрит на меня, как на драгоценность, прежде чем отдать женщине монеты.
– Это подарок.
Я привыкла к подаркам от Деса. Когда была подростком, он покупал мне всевозможные безделушки. Но я больше не подросток, а кинжалы – не безделушки.
Но все же, принимаю их. Я беру кинжалы с поясом у женщины, проводя по ним руками.
– Надевай, – убеждает он.
Мне не нужно больше убеждений. У меня все еще могут быть оговорки относительно владения оружием, но я не собираюсь лгать, закрепляя пояс на талии и вставляя в ножны кинжалы по обе стороны от бедер; это заставляет чувствовать себя сильной и опасной. Впервые с тех пор, как прибыла в Потусторонний мир, я снова чувствую себя так.
Всего-то нужно было пару орудий.
ГЛАВА 12
Дес не слишком разглагольствовал об Арестисе к тому времени, как мы покидаем Барбос и летим к наименьшему из парящих островов в Царстве Ночи, так что ничего от него не ожидаю.
Я лечу подле Деса, не обращая внимания на его настроение. Ночной воздух теребит мне локоны, как любовник, теплый поток воздуха несет нас с Десом через измерение.
Полет по-прежнему захватывающий, как и в первый раз, когда взмыла к небу, и я коротко задаюсь вопросом, как вообще спокойно вернусь к ходьбе. Перед тем, как Дес научил меня летать, все, чего я хотела, чтобы эти животные черты исчезли. Сейчас не знаю, откажусь ли вообще от них, чтобы быть нормальной. Конечно, крылья дают о себе знать, когда проходишь через узкие проемы или спишь на спине, что почти невозможно, но они также открывают и иную сторону во мне, ту, что дика и свободнее, чем Каллипсо Лиллис, одинокий частный детектив.
Это довольно долгий полет до Арестиса, и, когда я, наконец, вижу остров, то удивляюсь, какой он темный. Большинство мест, которые мы посещали, были ярко освещены. Только Мемнос, Земля Кошмаров, походила на эту темноту; и увиденное вызывает у меня волнение.
Я быстро осматриваю нижнюю часть острова, где сотни, если только не тысячи, пещер усеивают скалистую поверхность. Несколько минутами позже мы уже полностью достигаем Арестиса, и мне удается хорошо разглядеть самый маленький и бедный остров Царства Ночи.
Я вижу ряды скромных и невзрачных коттеджей, построенных вдоль мелкого ручья, где вода блестит под звездным светом. Странные растения растут внутри и вокруг краев русла реки, но за пределами этого места – пустыня.
Дес все еще безмолвен, когда мы вдвоем садимся на мерцающий песок, который покрывает большую часть того, что можно увидеть. Остров небольшой, вероятно, всего шестнадцать километров в длину или около того. Некоторые из других плавающих островов казались массивными, но это место… оно похоже на запоздалую мысль, забытую большей частью Потустороннего мира.
Может поэтому он нравится мне. Есть что-то привлекающее в царившем здесь одиночестве. И здесь, так далеко от остальных городских огней, чувствуется, будто существуют только я, Дес и бескрайний океан звезд.
– Здесь я вырос, – говорит он так тихо, что я почти не слышу.
Мое внимание переходит от скромного пейзажа к нему.
– Правда?
Кажется невозможным, что такой красиво сложенный, как Дес, вышел из этих несчастных, запустелых земель.
Он рассматривал все отдаленным взглядом, будто затерялся в воспоминаниях.
– Мать работала городским писарем. – Он указывает на скопление зданий вдалеке. – Она обычно приходила домой с запятнанными пальцами и пахла пергаментом.
Я едва дышу, боясь, что любое, что сойдет с моих уст, нарушит рассказ.
– Мы были так бедны, что даже не жили в собственном доме. – Дес выглядит одновременно и счастливым, и огорченным, пока вспоминает. – Мы жили в пещерах Арестиса.
– Можно посмотреть, где именно? – прошу я.
С лица Деса стираются все эмоции.
– Его больше нет. – Он смотрит мне в глаза. – Но могу показать тебе пещеры.
***
Я наклоняю голову, пока пробираюсь по пещерам под поверхностью Арестиса. Скала здесь превратилась в лабиринт из сотовых структур. В этом месте таится печальная красота, как радуга в масляном пятне.
Туннели холодные и сквозные, тесные и влажные.
Здесь жил Дес.
Мой возлюбленный, Король Ночи, проводил дни – года – в этих пещерах. Такое существование, кажется, жестоким в таком волшебном месте, как Потусторонний мир.
– Твоя мать вырастила тебя здесь? – спрашиваю я.
Его мать, писарь. Та женщина, как утвердил Дес, которой я бы понравилась. Та женщина, которая, должно быть, когда-то была частью королевского гарема.
Дес кивает с напряженной челюстью, когда мы проходим через туннели.
Я осматриваю мрачные пещеры. Здесь царит некая темная магия, глубоко внутри камня. Она состоит из отчаяния и желаний, несбывшихся вожделений и мечтаний, что навсегда заперты.
Как получилось так, что сын, рожденный в королевском гареме, очутился здесь? И как мальчик, что рос здесь, стал королем?
– Что насчет отца? – любопытничаю я, переступая лужу.
– Забавно, что ты спросила о нем… – То, как он говорит, не чувствуется совсем забавным.
Он позволяет словам исчезнуть в небытие, и я решаю не давить на него. Впереди нас туннель переходит в кратер размером с футбольное поле. До сего момента мы были на нижнем уровне поверхности, но здесь звезды мерцают над головой, сияя в углубление в форме чаши. Дес выходит вперед и вышагивает по кратеру, огромными ботинками поднимая вверх пыль.
Где-то рядом с центром он встает на колени. Белые волосы, широкая, мускулистая спина, татуировки и эти крылья, которые он упрямо отказывается скрывать, выглядят так привлекательно – очень чарующе и весьма трагично.
Он мой личный сорт спасения, но у меня создается впечатление, что сейчас Дес – тот, кто нуждается в спасении. Я подхожу к нему сзади, кладя руку ему на плечо.
– Это место, где она умерла, – произнес он тихо.
Я чувствую, как желудок падает от признания. У меня нет подходящих слов. Дес смотрит на меня. Он очень редко позволяет мыслям отражаться на лице, но прямо сейчас Десмонд не пытается отгородиться, и я остро ощущаю всю ту боль, которая была в нем.
– Я смотрел, как она умирает.
У меня перехватывает горло. Я не могу себе представить. Одно дело – видеть, как монстр в виде отчима истекает кровью на кухонном полу, а другое – наблюдать за тем, кого любишь, как он умирает.
Я обхожу его, чтобы встать спереди, и он обхватывает мою талию. Затем Дес поднимает низ рубашки и прижимается поцелуем к мягкой коже, потирая ее большими пальцами. Я зарываюсь пальцами ему в волосы, ослабляя кожаный ремешок, что сдерживает их.
Эта трагедия, возможно, произошла очень много лет назад, но сейчас похоже, что все это разворачивается в памяти моей пары, как свежие события.
– Что случилось? – интересуюсь я тихо.
Я почти ничего не спрашивала. Бог свидетель, есть воспоминания, которыми я ненавижу делиться.
Он глядит вверх на меня с распущенными волосами.
– Мой отец.
ГЛАВА 13
Мой отец.
Если это не предчувствие, то тогда не знаю, что почувствовала.
Дес встает, расправляя крылья. Затем прочищает горло.
– На этом достаточно. – Он берет меня за руку. – Есть еще одно место, куда я хочу тебя сводить прежде, чем мы отправимся в Сомнию.
Я все еще горю желанием расспросить Деса о родителях, но и по языку его тела понятно, что с меня хватит секретов на эту ночь. Возможно, на многие ночи.
Неохотно я взлетаю к нему в небо. Понятия не имею, куда он хочет со мной отправиться, но когда под нами исчезает Арестис, я осознаю пределы нашего визита. Не будет тура по оставшимся местам острова, никаких изучений местности и обсуждений жизни Деса здесь.
Это последнее – единственное, о чем хочу знать больше всего. Я продолжаю собирать кусочки прошлого Деса из разных источников, но они поднимают лишь больше вопросов, чем ответов. Все, что я знаю: Дес родился в королевском гареме Царства Ночи, но вырос в Арестисе. Он перебрался на Барбос и присоединился к «братству», потом в какой-то момент стал почетным солдатом и королем. Он наблюдал, как умирала мать, и винил отца. О, еще в течение всего времени он строил карьеру на Земле в качестве Торговца.
То, что я не знаю: да практически все остальное.
Ветер ерошит его волосы и одежду, пока мы летим. Здесь, посреди ночного неба, он выглядит совершенно спокойно. Не могу сказать, надел ли он тщательно скрытную маску или же действительно оставил отчаянную боль в Арестисе. Однако, я, наконец, могу увидеть у загадочного Торговца его собственных демонов.
Этот полет довольно длинный, чем другие, и к тому времени, когда мы спускаемся, уже не остается сил.
Плавающий остров, на который мы прилетели, кажется, усыпан блестящими водоемами и залитыми лунным светом полянами. Здесь и там разбросаны искусно построенные виллы и несколько храмов. Вдали – мерцающий город, белые стены которого освещены огнями. Дес направляется прямо к нему.
Когда мы приближаемся, разбросанные дома начинают все больше и больше сближаться, постепенно меняясь от сельских к городским. Сам город стоит на краю острова, белые здания строятся вдоль скалы. Через остров протекает переливающаяся река, воды которой светятся ультрамариновым цветом. Когда она достигает конца острова, то разливается за край, и водопад превращается в туман сотнями метрами ниже.
Мы пролетаем мимо центра города и следуем вверх по течению реки, склоняясь к внутренней части острова, затем взлетаем над холмами, откуда река светится лентой далеко внизу. Вскоре холмы становятся горами, поверхность которых покрыта густой, цветущей листвой.
Мы начинаем лишь спускаться, когда приближаемся к особенно просторному горному пику. Здесь стоит роскошный из белого камня дом, украшенный всеми марокканскими атрибутами, как у дворца Деса.
Мы облетаем его, приземляясь на переднем дворе. Единственные звуки вокруг нас – тихие стрекочущие цикады и журчание потоков воды.
Я кручусь, осматривая впечатлительное здание и гору под ним.
– Добро пожаловать на Лефис, – говорит Дес. – Город Влюбленных.
Он берет меня за руку, ведя по дому с кафедральными потолками и кафельными полами; единственный свет исходит из десятков ярких фонарей, которые висят на потолках над нами. Края арочных дверных проемов инкрустированы более раскрашенными плитками цвета изумруда, индиго и хурмы. Толстые, окрашенные колонны держат широкие потолки, из-за чего место ощущается еще просторнее, чем на самом деле.
Сколько бы я не захотела упиваться этим домом, внутри мы не задерживаемся и выходим на задний двор. Тут стоит огромная беседка, занавески которой развеваются в ночном воздухе. За ней следует река, что светится бледным сине-зеленым цветом.
Люминесцентная река каскадом ниспадает в мелководный водоем перед нами. С другой стороны вода льется дальше вниз по горе. Дес отпускает мою руку и тянется назад, чтобы снять футболку через голову. Магия разъединяет материал, когда он сходит с суставов крыльев, и потом переформировывается назад.
Торговец отбрасывает футболку, сокращая путь через беседку в сторону воды. Затем поднимает ногу, снимая один ботинок, потом другой.
И смотрит на меня через плечо.
– Нужна помощь, ангелочек? – спрашивает он.
Перед тем, как ответить, я чувствую, как одежда сама по себе ослабевает и магически сползает с тела, как кожура от банана. Я издаю небольшой визг, когда она скользит по коже, падая кучей к ногам и изящно оставляя меня голой. Дес шагает ко мне, и последняя часть из его одежды падает вниз. Я когда-нибудь привыкну к его виду во всей красе или к тому, как он смотрит?
Доходя до меня, он останавливается. Затем, взяв мое лицо в руки, глубоко целует.
– Я годами представлял, как приведу тебя сюда, – признается он, когда прерывает поцелуй.
– Правда?
Он вновь берет меня за руку, идя назад через беседку к реке.
– Много раз.
Я осматриваю пейзаж свежим взглядом. Мысли о том, что он воображал, как приведет меня сюда, вызывало головокружение, хотя я и сама представить не могла, что такое место вообще существовало.
Его голос становится низким.
– В дали друг от друга, когда я думал о тебе, многое себе воображал и фантазировал.
Божечки. Просто сказанные им слова вызывают во мне волну жара. То, как он смотрит на меня, помогает не меньше. Будто я – его звездный свет, а он – тьма, готовая поглотить меня.
– Возможно, – он отходит назад к краю воды, погружая в нее ногу, – если ты раскроешь свои карты сегодня, я даже поделюсь несколькими креативными идеями – за свою цену, конечно.
Я довольно-таки уверена, какова будет цена, что он просит, и буду более чем готовой заплатить.
Сначала воды касаются пальцев ног, затем кончиков крыльев. Сантиметр за сантиметром мое обнаженное тело погружается в водоем.
Есть что-то в этом месте, в тяжелом запахе жасмина, влажной земли в воздухе и опьяняющем чувстве от полного внимания Деса ко мне, отчего перехватывает дыхание и тяжелеют веки. Грудь набухает, а вожделение отдается болью в лоне. Вероятно, это все остров – Город Влюбленных, или, возможно, странная магия между нами, но он полностью поработил меня.
