Текст книги "Ода чуждых земель (ЛП)"

Автор книги: Лаура Таласса

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

– Да, я убил его. Он причинил боль мой возлюбленной.

– Хм-м-м. – Мара делает глоток.

Ее глаза перемещаются на меня, изучая с любопытством.

– Каково это было – быть заключенной Карнона? – спрашивает она меня.

Сердце набирает обороты. Я делаю уверенный вздох.

– Было как в аду. Во всех смыслах. – Я горда тем, что голос звучит стойко. Может, я себя ужасно чувствую, но звучу, как уверенная в себе.

Мара немного подается вперед со слабым бликом в глазах.

– Он тебя изнасиловал…?

– Довольно. – Сила нарастает в голосе Деса.

Королева Флоры усаживается на стуле прямо, делая еще глоток шампанского. Аж кожа шевелится от ее вопроса, от ее тревожащего меня интереса.

– Я полагала, что Карнон стоял за исчезновениями женщин, – произносит она, – но факт остается фактом: заклятие не снялось. Кто-то еще дергает за струны.

В комнате пробегает холодок.

– Мы пришли к такому же заключению при ходе дел, – говорит Дес.

– Как и мы, – добавляет Янус.

Оба взгляда правителей встречаются. Я-таки уверена, что масло и воду будет проще смешать, чем помирить этих двоих.

Создается впечатление, что эдакое соперничество предшествует мне. Свет и тьма, постоянно сражающиеся друг с другом

– Что я нахожу интересным, – обрывает нас Грин Мен, – так это детей спящих женщин.

Все взгляды переходят на него. В этом разговоре он так далеко еще не заходил.

Он опускает приборы на опустошенную посуду.

– Эти дети пьют кровь и пророчествуют – характерные черты, проявляющиеся в Царстве Ночи.

Это маленькое откровение немного затаивается в воздухе.

Характерные черты, проявляющиеся в Царстве Ночи.

Он четко намекает: кто бы не рожал этих детей, они – ночные феи, и единственная фея Ночи, достаточно могущественная, чтобы обладать магией, которую имеет Похититель Душ…

Губы Деса изгибаются в злобной улыбке, все лицо становится ужасающим.

– Поэтому вы думаете на меня. Что я изнасиловал этих женщин и породил таких детей.

Идея не то, что смехотворна, она отвратительна.

– Почему сразу изнасиловал, – созерцательно произносит Мара. Она смотрит разоблачающе в глаза Десу. Мои волосы встают дыбом от такого вида.

– Я слышала истории о твоих победах. Кто может сопротивляться чарам Короля Ночи?

Мои пальцы впиваются в подлокотники, и мне приходится усердно бороться с гневом.

– Ребят, вы серьезно? – влезаю я. – Любая из женщин говорит, что Карнон и только Карнон касался их.

– И все же точка зрения моей пары остается прежней, – говорит Мара. – Дети из гробов имеют характерные черты ночных фей, не фей Фауны.

Это та самая загадка, с которой я столкнулась, когда пришла увидеть детей в королевские ясли. Ненавижу, что теперь все перевернуто, чтобы возложить ответственность на мою пару. Дес тем временем даже не пытается развеять обвинения против него. Он просто продолжает пялиться на Мару с той же злобной усмешкой на лице, никак не затронутый ее словами.

– Почему мы должны в это верить? – вступается Янус. – Я слышал, что тебе понадобилась неделя, чтобы спасти пару от Карнона. Почему так долго, Флинн?

Этот вопрос… ударяет больно. Забудем о том, что эти правители болоболят о желаемом. Почему Дес ждал так долго?

Десмонд вновь облокачивается на сидение, высокомерно глядя на остальных.

– А что, если это был я? Что, если я, используя свою бесконечную силу, устроил все это, чтобы свергнуть безумного короля? Что бы вы предприняли? Что бы смогли сделать?

Мара с Янусом переглядываются.

Король Дня наклоняется вперед с напряженным выражением лица.

– Что было бы необходимым.

Я чувствую глубину силы Деса, сидя в этой самой комнате. Она также обширна, как вселенная, и темная, как ночь.

Если он был жесток, если он был злым… ничто бы не остановило его. Если бы он был жесток и коварен, это бы никак не повлияло на нашу связь.

Нравилось бы мне или нет, я бы все еще была его.

ГЛАВА 30

Дети из гробов имеют характерные черты Царства Ночи.

Кожа покрывается мурашками, несмотря на то, что снаружи тепло.

– Почему у тебя заняло так много времени, чтобы высвободить меня? – интересуюсь я у Деса, когда мы направляемся в нашу комнату. Я не хочу, чтобы это звучало обидно или обвиняюще, но часть меня чувствует это все.

Дес останавливается, поворачиваясь ко мне, и наклоняет голову.

– Ты всерьез восприняла их слова?

Я не знаю, что сказать, пойманная между собственной неуверенностью и секретами Деса.

– Мне просто нужно знать, – говорю я спокойным голосом.

Дес кривит губы, затем оглядывается вокруг, смотря на фей, что гуляют в садах. Все предельно ясно: это не слишком уединенное место.

Он кивает на огромный кедр, где мы расположились, и разворачивает крылья.

– Следуй за мной.

Прежде чем я могла спросить его, что он собирается делать, тот устремляется в воздух, его массивные крылья выглядят неуместно при ярком свете дня. Все вокруг нас останавливаются и наблюдают.

Вздыхая, я разбегаюсь, позволяя крыльям поднять меня в воздух. Дес приземляется на одной из высоких веток кедра. Неуклюже я присоединяюсь к нему, едва переступая ветку и падая. Он подхватывает меня за талию, выдавая хриплый смех, что отдается у меня внутри.

Торговец не может быть плохим, не может. Возможно, мы оба тронутые на голову, и, конечно же, Дес поубивал несколько людей, но он не может быть злым, скорее… святым грешником.

Я устраиваюсь на ветке так, что ноги свисают вниз; крылья касается щиколоток, а плечо – Деса. С такой высоты феи выглядят, как маленькие жучки. Я вдыхаю свежий лесной воздух, пока верхушка дерева лишь слегка покачивается от ветра.

– Тем утром, утро, когда ты пропала, – начинает Дес. – Ты даже не… – Его голос обрывается, и я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него. Он далек от того самоуверенного засранца-короля, которым был на уединенном завтраке Мары. Теперь я могу ощущать боль в его словах.

– Поначалу, я подумал, что ты ушла от меня, – говорит Десмонд. – Думал, что ты сбежала, как сам делал раньше с тобой в старшей школе. В последующие дни я жалел, что это не так. Но чашка кофе на столе изменила мои мысли. Она просто стояла снаружи на столике, все еще полная. А ты из тех людей, кто не оставит чашку кофе нетронутой.

Я немного улыбаюсь, потому что это правда; я никогда не позволю вкусному кофе пропасть.

– И в этот момент я осознал, что ты не просто ушла, тебя забрали. Сразу наступила злость, страх… – Дес замолкает и трясет головой. – Я прочесал всю Землю в поисках тебя, а затем и Потусторонний мир. С каждой пройденной минутой страх все больше просачивался под кожу. И это… – Десмонд проводит рукой по волосам, издавая смешок, – это было в разы хуже, чем семь лет ожиданий. Намного хуже. Я собирал информацию из всех сделок по крошкам, и все равно у меня заняло несколько дней, чтобы очутиться в Царстве Фауны.

Сердце сжимается, когда смотрю на Деса, вспоминающего те дни, когда меня похитили. Я ничего из этого не знала.

– Мне нужно было найти тебя. Я должен был. То, как работает моя сила… секреты, которые слышу… голоса, которые говорят мне, в чем нуждаюсь – все это недобро молчало.

Секреты? Голоса?

Он тянется к моей руке, прижимая ее тыльной стороной к губам. Я чувствую легкую дрожь от прикосновения, будто его воспоминания все еще реальны.

– А что насчет связи? – спрашиваю я. – Ты не мог найти меня по ней?

Я слышала рассказы о родственных душах, которые могут найти друг друга по связи; она для них словно компас, указывающий направление к паре.

Дес отрывает взгляд от горизонта.

– Есть кое-что в нашей связи, в чем я тебе не признался…

Не знаю, как от одного предложения можно почувствовать что-то дурное, но я это ощущаю. Даже желудок скручивается.

– И что же? – Я едва могу произнести слова.

– Ангелочек, наша связь… не совсем реальна.

ГЛАВА 31

Когда я прихожу в комнату Темпер, она выбирает, что надеть. Сегодня ее волосы заплетены в десятки кос, в которые вплетены кристалики и спирали из золота.

– Что случилось, чика? – говорит подруга после того, как я плюхаюсь на кровать и наблюдаю за ее переодеванием, облокотив голову на руки.

– Ничего…

Да все.

– Не буду лгать – у этих фей такие же классные наряды, как и секс, – утверждает Темпер, бросая мне один из них.

Я решаю никак не реагировать на данное заявление.

Почему я пришла сюда? Темпер почти напевает себе под нос. Явно же, что дела у нее с Малаки идут хорошо. Она сейчас в похотливом состоянии, которое значит, что подруга не настроена на грустные истории.

– Так что произошло? – интересуется она, когда начинает раздеваться.

– Ничего.

Темпер фыркает.

– Сучка, мы с тобой друзья уже с десятилетие. Хватит дрочить вялый член.

Я морщусь.

– Ходить вокруг, Темпер. Ходить вокруг да около.

Подруга поворачивается ко мне.

– Разве похоже, что эти хреновы выражения меня как-то волнуют? Просто выпаливаю то, что на уме.

– Мы с Десом не являемся формальной парой. – Слова вылетают с шепотом.

Она делает паузу в переодевании, выставляя оголенную грудь наружу.

– Что ты имеешь в виду?

Я хватаю лифчик из кучи вещей рядом с собой и кидаю ей. В растерянности она начинает надевать его.

Даже сейчас слышу слова Деса на верхушке дерева.

Ангелочек, наша связь… не совсем реальна.

– Когда я была у Карнона в тюрьме, Дес не мог найти меня, потому что, даже если мы и являемся парой… наша магия несовместима.

– Несовместима? – переспрашивает Темпер, выглядя озадаченной. – Это самая нелепая фигня, которую когда-либо слышала. Как она может быть несовместимой?

– Я – человек. Он – фейри. Наша магия исходит из разных миров. – По той же причине мои чары не работают на феях, и поэтому темная сила Карнона не действовала на меня.

Но не похоже, что силы человека и фей полностью не могут взаимодействовать – Дес же использует на мне свою магию, – но когда касается слияния двух наших сущностей… связь несовершенна.

Темпер хмыкает.

– И вы все же родственные души друг другу?

Я киваю, потом упираюсь подбородком на тыльную сторону ладоней. Это были единственные слова, которые Дес подчеркивал снова и снова.

Ты – моя пара.

– Ну и хорошо, забей тогда, – говорит Темпер, натягивая наряд. – В конце концов, у тебя есть любовь всей твоей жизни. Остальным из нас приходится довольствоваться ею по старинке.

Я хватаю одну из подушек и зарываю в нее лицо.

– Агх, ты права.

– Конечно, права. – Подруга замечает у меня подушку. – Ах, поверь, ты не хочешь с ней обжиматься. Я прекрасно помню, как использовала ее как подпорку, когда Малаки…

– Фу! – Я отбрасываю подушку в сторону, пока Темпер смеется во всю.

– Детка, твое лицо было глубже в подушке, чем член Малаки во мне.

– Не хочу слышать столько много подробностей.

Ужасно. Много.

– Он огромен, – говорит Темпер, плюхаясь ко мне на кровать. – Но, знаешь, предельно огромный. Мы обе знаем, что есть неуместно здоровые члены.

Я воплю. Ну, правда, зачем сюда пришла?

– И когда парень начинает двигаться, – продолжает она, – он становится перфораторным молотком…

Ладно, это видение, будто тридцать различных пыток в одно время.

– … за который приходится держаться всеми силами.

Я поднимаюсь с кровати.

– Хорошо, время для историй закончено.

– Не веди себя так, словно не хочешь знать.

– Да знаю я, и это тоже знаю.

Никому не надо выслушивать детали от Темпер.

– Ты готова? – спрашиваю ее, когда она заканчивает переодеваться.

– Агх, ты такая зануда, – говорит она, затем трясет волосами и хватает свои вещи. – Готова.

Мы выходим из комнаты и направляемся в сады, что расположены под нами. Срезаем через дворы и останавливаемся, когда доходим до столика со стульями, усаживаясь за него. Где-то в течение минуты мы не разговариваем, а просто смотрим на фей, которые бродят в округе.

– Ну, – произносит Темпер, наконец, вспоминая обо мне, – где же всеми любимый преступник?

– Тебе придется быть по точнее, используя такое определение. – Мы-то уж с ней знаем многих таких.

Темпер вздыхает.

– Торговец.

– А… на встречах. – Те, что предназначены только для правителей. Я должна быть там; в разговоре будут затрагиваться отчеты о пострадавших у Карнона. Но традиция запрещает мне, поэтому я здесь, бью баклуши с Темпер.

Тут появляется человеческая женщина, которая несет нам чайный набор и тарелку бутербродов с обрезанной корочкой. Я напрягаюсь, видя клейменную кожу на запястье, когда она ставит все на стол.

Рабыня.

Быть обслуженной ею как-то неправильно. Если бы женщина сама решила быть официанткой, то разговор был бы уже другой, но принимать услуги от человека-раба…

Ее взгляд опущен, когда она начинает разливать для нас чай.

Я пытаюсь как-то снять напряжение.

– Все в порядке, мы сами справимся. Спасибо, что принесла нам чай.

Она не смотрит на меня, даже когда кивает. И, черт, я чувствую себя отстойно за то, что делаю и не делаю прямо сейчас, потому что рабство превращает все неприятное.

Женщина отворачивается, чтобы уйти.

– Эй, подожди, – говорит ей Темпер.

Но та никак не реагирует.

– Эй, – кричит подруга, – я с тобой разговариваю.

Женщина останавливается. Затем, колеблясь, поворачивается к нам.

Темпер хлопает по свободному сидению рядом с ней.

– Садись.

Женщина выглядит так, будто самое последнее, что она бы хотела, это есть, но неохотно все-таки садится.

– Как тебя зовут? – спрашивает Темпер и пододвигает тарелку бутербродов к женщине с чашкой чая.

– Гладиола. – Она нервничает, переглядываясь между нами.

– Привет, Гладиола, я – Темпер, а она – Калли, – говорит подруга, представляя нас. – Ты знаешь, кто мы такие?

Нерешительно Гладиола кивает.

– Значит тебе известно, что я могу надрать зад каждой фее, что выбесит меня, и что Калли может заставить тебя сделать все, что ей вздумается?

Ну, замечательно, принуждение и запугивание порабощенной женщины. Так я и планировала провести Солнцестояние.

Гладиола кивает вновь.

– Ох, прекрасно. Что ж, теперь, когда все прояснилось, давай наслаждайся небольшим перекусом вместе с нами. – Темпер толкает тарелку Гладиоле еще ближе. – Так, скажи мне, какие последние сплетни ты слышала?

Гладиола бросает на меня взгляд.

– Мне не разрешено разговаривать с вами.

– Почему нет? – интересуется Темпер. – Мы все здесь люди.

Она просто трясет головой.

– Ну, давай же, – подбадривает ее подруга, – все хорошо, мы просто хотим немного посплетничать.

Я настороженно смотрю на Темпер, пытаясь понять, во что она играет.

Гладиола с дрожью вздыхает.

– Феям некомфортно, что человеческая женщина станет Королевой Ночи.

– Я не собираюсь становиться королевой, – произношу я.

Женщина посмотрела вниз на руки, что лежат на коленках.

– Они также не доверяют Королю Ночи. Он убил другого короля, и феи Фауны хотят отомстить. И… – Она колеблется.

– И что? – настаивает Темпер.

Гладиола сжимает коленки.

– Народ говорит, что за исчезновениями стоит Король Ночи.

Желудок переворачивается. Это уже вторая личность, которая говорит мне об этом.

– Они говорят, – продолжает Гладиола, – что больше никто не может быть Похитителем Душ, кроме него.

От беспокойства мурашки ползут по телу. Это просто слухи.

Гладиола опять переглядывается между нами.

– Могу я уйти?

Прежде чем мы с Темпер могли ответить, из садов к нам подбегают солдаты Ночи.

Некоторые из них несутся мимо нас, пока я не ловлю одно за рукав.

– Что происходит?

Он почти не останавливается, пока не видит, кто его тормозит. Страж делает глубокий вдох.

– Еще один солдат пропал.

ГЛАВА 32

Еще один солдат пропал. Это все, на чем я могу сконцентрироваться вечером, когда феи опять наслаждаются очередными плясками во дворце Флоры. С момента прибытия три солдата Ночи, четыре Фауны, один Дня и два Флоры пропали с дворов королевства. Числа ошеломляют, даже для Похитителя Душ.

Кто бы он ни был, мужик становится настойчивее… или теряет надежду.

Все эти обстоятельства бросают на фестиваль темную пелену. Даже этот вечерний бал более унылый, чем последние два. Разговоры приглушенные, и заметно, как феи переглядываются через плечо, будто бугайка может выпрыгнуть и схватить их, когда те не видят.

Сегодня, вместо того, чтобы наслаждаться вечером, Дес, как шарик от пинг-понга бегает от одного должностного лица к другому, получая информацию, делая предположения и выслушивая беспокойства. Даже сейчас, когда ему предполагается веселиться, Десмонд работает. Я наблюдаю за ним; его руки скрещены на груди, пока тот наклоняется вниз, чтобы выслушать фею Флоры.

– Я удивлен, что он оставил тебя одну. – Янус появляется рядом со мной, выглядя, как солнечное утро.

Почти сразу же во мне вскипает паника.

Он не заберет меня; я пытаюсь успокоиться. Уж точно не отсюда.

И меня пронзает еще более острая мысль.

А что, если Янус стоит за недавними исчезновениями?

Конечно, он не был здесь в первый вечер, когда двое мужчин пропали, но король украл меня, в чем категорично уверена.

– А я удивлена, что ты не плетешься за ним, предлагая помощь и советы. – Я горда тем, что голос не дрожит, пока говорю.

– Хотел выпить, – Янус поднимает бокал, – и сделать перерыв. – Он играет с вином. – Кроме того, нахожу Короля Ночи невыносимым… без обид.

Я смотрю ему в глаза некоторое время. Все в нем сотворено, чтобы казаться теплым и привлекательным, от загорелой кожи до золотых волос и ярких голубых глаз. Но все же нахожу его холодным, очень-преочень холодным.

Ты забрал меня. Мы оба это знаем.

– Должно быть, ты ненавидишь меня, – говорит Янус тихо, не отстраняя взгляда.

– Ты признаешь то, что сделал? – Не могу поверить, что мы действительно говорим об этом.

– Я не трогал тебя.

– Мы оба знаем, что это неправда, – произношу я.

– Да всевышний бог, – говорит он, поднимая глаза к небу, – это правда.

Я чувствую себя не в своей тарелке. Каждую секунду, пока стою здесь и разговариваю с этим мужчиной, ощущаю, как на шаг приближаюсь к самой смерти.

– Послушай, – говорю я, наклоняясь вперед, – не знаю, Похититель ли ты Душ или просто работаешь с ним, но докажу, что вся эта хрень причастна к тебе, больной сукин сын.

Я дрожу, мне страшно, отчего во мне уровень адреналина подпрыгивает настолько, что можно машину поднять, но при этом просто посмотрела своему похитителю в глаза и выпалила эти слова.

Черт подери, чувствую себя безбашенной.

Я собираюсь уходить, но Янус ловит меня за запястье.

– Подожди…

– Не прикасайся ко мне, – предупреждаю я.

Услышав разговор, Дес сосредоточивает внимание полностью на нас.

Янус отпускает запястье, будто обжегся им.

– Я произносил речь перед народом, когда тебя похитили. У меня есть доказательства.

Тени крадутся в углах помещения.

– Я тебе не верю, – говорю ему, но уже не в первый раз за день сомневаюсь. Может, все было не так?

Внезапно все мысли стираются, когда Дес материализуется передо мной.

– Янус, тебе следует отвалить от моей пары. – Крылья Деса начинают разворачиваться, когти на них выглядят, как смертоносное оружие. – Не разговаривай с ней, – Десмонд делает шаг вперед, – не смотри на нее, – еще один угрожающий шаг, – не подходи к ней. – Они уже почти касаются друг друга носом. – Для тебя она вообще не существует.

Вокруг нас комната уже затихла. Я довольно-таки уверена, что каждый ожидает повторение драки прошлого вечера.

Янус кажется невозмутимым.

– Ты забываешь свое место, Флинн. В моих правах разговаривать со всеми здесь присутствующими, являются они парами или нет.

Голос Деса становится низким, что только мы вдвоем можем слышать его.

– Я не говорил тебе, как было легко убить Карнона? Кости сломались, как прутья, а тело взорвалось, как переспелый фрукт. – Десмонд зловеще улыбается. – Прикончить его было проще простого. Не делай той же ошибки, что и он. Оставайся, бл*ть, подальше от моей пары, или я убью тебя, как убил безумного короля.

Предупреждение Деса явно ставит Януса в безвыходное положение. Я потираю руки, наблюдая, как Янус уходит в толпу, допивая вино и хватая другой бокал с ближайшего стола.

Крылья Торговца медленно возвращаются на свое место, а тьма рассеивается.

– Ты в порядке? – спрашивает Дес, поглаживая мое плечо, и затем рассматривает, будто Янус мог навредить мне во время разговора.

Я киваю, делая неровный вздох.

– Все в порядке. Просто он… напугал меня до усрачки. – Говорю и наблюдаю за Королем Дня, который разговаривает с Марой и Грин Меном; все трое осторожно посматривают на меня с Десом.

Торговец издает хриплый смешок, испарив вместе с ним остатки гнева.

– А я-то беспокоился, что этот козел тебе понравится.

Я помню, что Дес рассказывал мне о Короле Дня, как тот любил правду и честность, и красоту, и бла-бла-бла.

Сквозь меня проходит дрожь.

Дес обхватывает мое лицо ладонями.

– Мы можем уйти. Прямо в эту секунду. Мои поданные упакуют вещи и сопроводят нас. Янус не может ступить на земли Царства Ночи без моего ведома, и он знает, что если сделает это, то его ожидает смерть. – Глаза Торговца сверкают озлобленностью.

Возможно, Дес и правда произошел от демонов. Я вижу в его взгляде, что что-то жаждет насилия больше, чем даже сирена.

– Все, что тебе нужно, это сказать одно слово, – говорит он.

Предложение ужасно соблазнительное. Если я останусь, то еще несколько дней буду терпеть все это.

Но если мы уйдем…

Если уйдем, то Дес будет выглядеть слабым и виновным.

Я трясу головой.

– Посмотрим.

Десмонд смотрит на меня несколько секунд, после чего кивает.

– Если ты передумаешь…

– То скажу тебе, – заканчиваю я за него.

В последующем часу разговоры следуют за разговорами, поскольку мы с Десом обходим все помещение. Теперь, расхаживая подле Торговца, мне не отвертеться от разговоров с феями. Агх. Несмотря на это, народ все также отчаянно пытается не замечать моего присутствия. Это было бы довольно забавно, если бы только не бесило.

Я – человек, а не мусор в виде человека, который валяется на полу. Не стоит притворяться, что меня не существует.

Несмотря на усилия Деса, мне все-таки удается сбежать. Когда я отхожу от него, он кидает на меня такой взгляд, что заставляет меня сжать браслет на запястье.

Думаю, что отплачу ему позже за то, что оставила его страдать в одиночку.

Я слоняюсь между столами с множеством рядов из бокалов вина, уже созревшего для потребления, которое я не прочь начать дегустировать.

Цепляю один, немного вдыхая аромат, после того как делаю первый глоток.

Как, мать их, хорошо.

Несколько минут спустя после побега, я осознаю, что мне не с кем вступить в разговор. Малаки с Темпер подозрительно отсутствуют, поэтому решаю поискать в толпе Итериэль, задаваясь вопросом, присутствует ли она сегодня. Но если та здесь, то ее не видно.

Я делаю еще один глоток. Единственные феи, которых я знала, это правители. Гребаный Янус, который выслушивает болтовню феи из элиты Фауны, и Мара, танцующая среди того, что можно назвать открытой оргией. Ее гарем кричит вокруг нее, руки и губы прижимаются к ее коже. Странно видеть их, вращающихся по кругу, пока на фоне играет струнный квартет; странно то, что я вообще смотрю.

Мне в отчаянии хочется отвести взгляд… но не могу.

Черт, где Темпер, когда она так нужна? У нее был бы немаленький комментарий по поводу того, что происходит.

Но вместо подруги я вижу Грин Мена. Он направляется ко мне, и я подавляю стон.

Только не он.

Мен следит за моим взглядом.

– Ты привыкнешь к этому, – произносит тот.

Я делаю значительный глоток вина.

Иисус, Иосиф и Мария, я так рада, что могу пить вновь. Мне сразу стало понятно, что с феями лучше иметь дело в состоянии опьянения.

– Феи Флоры не всегда моногамны… даже те, у кого есть пары, – продолжает он.

Мне плевать, и не очень-то хочу об этом знать.

– Хм, – произношу я и только.

– То же самое можно сказать и про предыдущих Королей Ночи. Не исключая отца твоей пары.

Грин Мен пододвигается чуть ближе, отчего у меня задергалась рука в нужде оттолкнуть его куда подальше.

– Я в курсе.

Смени тему, Грин Мен. Прошу, во имя любви ко всем ангелочкам, поменяй тему.

– И, скорее всего, как будущая королева Царства Ночи, вы сами будете открыты для… столь гедонических развлечений.

Не знаю, предлагает ли он мне или испытывает терпение, но, тьфу, этот парень омерзителен.

Я корчу лицо.

– Не буду.

Мара хватает одного из ближайшего к ней мужчину и целует глубоко в танце, пока другой сжимает ее грудь.

… И это при ее паре, что стоит рядом со мной, наблюдая за всем этим.

Этот гнусный фактор уж точно из ряда вон выходящий.

– Однажды вы привыкните к естественности такого рода, и, полагаю, сочтете, что она может быть неким высвобождением. У меня самого много, много любовниц… хотя из человеческих женщин – ни одной.

Ладно, это явно было предложение.

Я ставлю вниз бокал, и, когда ситуация не улучшилась (хотя дала ей шанс), я толкаю от себя Грин Мена на несколько шагов назад.

– Поумерь пыл, приятель.

И мне нужно больше вина. Мне нужно все вино, что находится здесь.

– И какие планы у Короля Ночи на вас, смертную? – интересуется Мен, смотря вниз на меня с усмешкой, все еще упираясь грудью мне в ладонь.

Я смотрю Грин Мену в глаза.

– Что, прости? – Че это за вопрос вообще был? Я – пара Деса, а не какая-то тачка на прокачку.

– Производить на свет наследников, – громко произносит Грин Мен, – это, должно быть, стоит у него на первом месте по решению, учитывая его возраст и ваш рассвет сил.

Производить наследников?

Производить… наследников?

Такое чувство, что я давлю на кнопку быстрой перемотки в мозгу; мысли несутся на искажающей пространство скорости, пока не останавливаются на одном очень важном факте.

У нас с Десом был незащищенный секс.

У нас с Десом был незащищенный секс.

О боже, боже, боже мой.

Для данного разговора внезапно становится недостаточно вина даже всего мира.

Рука падает с груди Грин Мена.

Я не пила противозачаточные, а Дес не надевал презервативы. Твою ж, бл, черт, а-а-а.

Каким идиотом надо быть, чтобы забыть обо всем этом? Ответ, конечно же, очевиден.

Мы с Десом никогда не поднимали тему детей, не считая одного признания, которое он выудил из меня, когда сказала ему, что хочу от него детей.

Но не прямо же сейчас. Что если…, о боже, что если… я беременна?

До меня доносится голос Мена:

– …феи не так хорошо фертильны, как люди.

Агх, этот хрен никогда не заткнется. Где можно нажать на кнопку «катапультирования» из разговора?

Боковым зрением я улавливаю Темпер, которая входит в зал, застенчиво разглаживая платье.

Вот оно, мое спасение.

– Темпер… Темпер! – кричу я, в голосе отчетливо слышно ноты паники.

Она оглядывает толпу, пока не находит меня. Ее выражение меняется, когда видит, кто стоит рядом со мной, и, благословите ее до скончания веков, Темпер начинает пробираться сквозь толпу с решительным взглядом.

– С вами все в порядке? – интересуется Грин Мен, глаза которого горят скорее от возбуждения, чем от беспокойства.

Будто Мен не знает, как влияет словами на меня.

Я сканирую толпу, найдя в ней Деса, стоящего ко мне спиной. Он – единственный, с кем мне надо об этом поговорить, но он погряз в разговорах, и тем более, я и впрямь не хочу обсуждать с ним поднятый вопрос.

Темпер налетает на нас.

– А ну-ка отвалил, Грин Мен, королеве нужно больше вина.

Прежде, чем он смог как-то отреагировать, подруга хватает меня за руку и тянет за собой в сторону.

– Боже, я люблю тебя, – говорю ей.

– Черный Иисус тоже любит тебя, моя шальная телочка. – Темпер слегка стукает бедром о мое.

– Мне нужно выбраться отсюда, – говорю я, не желая комментировать то, что подруга светится от счастья, или то, что ее волосы немного взъерошены в стиле секса.

– Что-то не так? – спрашивает она, осматривая меня сверху вниз. – Выглядишь, будто внезапно встретилась с покойными бабушкой и дедушкой.

Я сглатываю.

– Расскажу тебе, просто… – осматриваю фей вокруг нас, и, понижая голос, договариваю, – не здесь.

Темпер сжимает губы, осматривая меня вновь, но затем кивает. Мы уже почти доходим до двери, как я слышу голос Мары.

– Калли!

Я закрываю глаза. Нам же почти удалось.

– Хочешь притворимся, что мы ее не слышали? – спрашивает подруга.

– Калли! – зовет Мара вновь, на этот раз более настойчивее.

Я вздыхаю и качаю головой.

Мы обе поворачиваемся. Королева Флоры больше не на танцполе, а стоит выпивает там, где я только что стояла с Грин Меном, который теперь исчез с поля зрения.

– Ты должна подойти сюда. – Она подзывает меня, пока толпа ее мужчин оглядывают нас с любопытством.

– Я не упоминала, что эта женщина охренеть как не нравится мне, – говорит Темпер подле меня. – Только посмотри на эту самодовольную улыбку. Она выглядит, как какая-то сука, которая пытается подружиться с тобой, чтобы потом украсть парня.

Именно поэтому мы с Темпер друзья. Девчонки поймут.

– Ох, мне, вероятно, стоит пойти, – говорю я.

Быть парой короля фей имеет свои недостатки. Я провела подростковые года тихоней, и последующие, которые заставили людей забыть о моем существовании. Но сейчас, будучи парой короля, сложно быть невидимкой.

Темпер опускает палец в вино, вдумчиво помешивая им. Если у нее такой взгляд, значит прямо сейчас она помышляет над заклинанием.

– Если Мара тебя выбесит, дай мне знак, и я спасу тебя без каких-либо лишних вопросов.

Я киваю.

– Спасибо, что прикрыла мне спину, Ти.

– Спасу в любое время… ох, и позже хочу услышать, что ты там намеревалась сообщить, – говорит она, пока отходит.

От возникшего неудобства в виде разговора с Грин Меном я сглатываю.

Я могу быть беременной.

Киваю и расхожусь с Темпер, делая большой вдох, пока направляюсь к Маре, которая хихикает вместе со своими мужчинами. Она переводит глаза на меня, и взгляд ее становится острее.

– Что ж, расскажи мне, как вы с Десмондом познакомились?

Я гляжу на мужчин, что окружают нас. Каждый выглядит, как чертов хищник. Это явная причина, почему мне хотелось держаться подальше от Потустороннего мира. Этот народ может сожрать живьем.

Мара замечает, куда направлено мое внимание.

– Не волнуйся за них. Ну, я умираю от нетерпения услышать эту историю.

Мне рефлекторно хочется соврать, как и в прошлом, когда касалось нашей с Десом встречи, но прежде еще раз оцениваю слушателей.

А знаете, что? Почему бы мне не рассказать им правду?

– Первый раз мы встретились с Королем Ночи вечером, когда я убила отчима. Он помог мне спрятать тело.

Какой-то момент все молчат.

И затем один из мужчин начинает смеяться. Один за другим. Даже Мара корчится от смеха.

– Что я говорил вам о людях? – говорит мужчина другому. – Они опорочивают о себе любую незначительную вещь.

Я хмуро смотрю на него, пока Королева Флоры не отвлекает меня.

– Ну и ну, – говорит Мара, – у вас столько общего с Десмондом. Неудивительно, что он так очарован тобой. Женщина, вырванная прямо из глубин его сердца.

Я хмуро смотрю и на нее.

– К чему это вы клоните?

Она увиливает от разговора, делая глоток напитка.

– Не мне тебе об этом рассказывать. Кстати говоря о рассказах, мне думается, у тебя достаточно историй на тему времени, проведенного у Карнона.