Текст книги "Сольвейг (СИ)"
Автор книги: Кристина Милано
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)
– Доброй ночи принцесса.
Ингеборг вздрогнула словно ото сна. Девушка скользнула испуганным взглядом по Торольву и чуть улыбнулась.
– Рада видеть тебя в крепком здравии Торольв, как твои дела? Все ли хорошо с ярлом Гуннаром? Я не наблюдала его на тинге…
Торольв отпил немного из кубка.
– С милостью богов отец в добром расположении духа. Отец собирает урожай в Торхейме, и по правде говоря не горит желанием видеть ярла Отара, после смерти Хельги и Орма их дружба пошатнулась, отец считает его неразумным.
Принцесса лишь грустно покачала головой, она знала эту грустную историю двух влюблённых, прошлой осенью Харальд принёс столь печальную новость о смерти сестры и сына лодочника.
– Прекрасная Ингвидоттир, я хотел бы поговорить с тобой, я вижу ты чем то опечалена, – Торольв подсел поближе к девушке, осторожно оглядываясь по сторонам, но казалось остальным до них не было никакого дела, разговоры, эль и сытная еда делали своё дело. – Ты знаешь что я друг твоего брата Харальда. Ты можешь мне довериться, я клянусь что помогу тебе если…
– Кажется женское время за столом подошло к завершению, не так ли принцесса? – Невесть откуда появившийся Хоук навис над Ингеборг подобно грозовой тучи. – Моя невеста и будущая королева севера должна соблюдать все обычаи как и положено целомудренной деве. – Викинг метнул острый взгляд в сторону сидящего рядом с ней Торольва. – Я провожу тебя – Хоук протянул ладонь Ингеборг, девушке ничего не оставалось делать, как скорее встать из за стола и покинуть пиршество. Она посмотрела на друга Харальда так, как будто ей на самом деле было что рассказать, но смолчала.
– Доброй ночи Торольв. Тебе незачем волноваться, со мной все хорошо и я наконец счастлива. – ответила она на прощание, прежде чем Хоук увёл ее.
– Доброй ночи … – Торольв смотрел в след уходящей паре. Викинг заметил как крепко рука Хоука сжала ее предплечье, он что то в пол голоса говорил ей, Ингеборг молчала, опустив голову не поднимая глаз.
Больше Торольву так и не удалось поговорить с Ингвидоттир, все его попытки заканчивались неудачей. Хоук словно чувствовал когда Торольв оказался рядом с его невестой, и не оставлял ее одну.
На третий день Торольв собирался отплывать домой, на пиру был обговорён день свадьбы Ингеборг и Хоука, и так как девушка осталась сиротой, посаженным отцом решил стать Ярл Отар. Рабы варили праздничный эль, после того как он настоится, через десять дней состоится свадьба.
В вечернем сумраке Торольв шел на берег где его команда готовила драккар к отплытию. Внутри викинг испытывал неудовлетворение что ему так и не удалось переговорить с Ингеборг. Дальнейшие его попытки завести разговор с принцессой, могли бы привести к скандалу. Хоук мог бы истолковать их неправильно и подумать будто он хочет увести его невесту, тогда хольмганга было бы не избежать.
Прохладный ветер дул в спину викинга, дыхание осени постепенно стало ощущаться вечерами, Торольв немного поёжился. Его согревала мысль что совсем скоро он увидит свою ненаглядную Рунгерд. Но так же его печалила смерть друга – Харальда. На тинге все его заверяли, что к берегу прибились останки его драккара, и рыбаки вытащили из воды мертвые тела парней из хирда Ингвирссона. Судьба Ингемара занимала его меньше всего, он плохо знал сводного брата Харальда. Но раз его драккар так и не прибыл в Хедебю, значит Один забрал его в свои чертоги.
Погруженный в свои мысли, Торольв обогнул поселение и вышел на широкую тропу, усыпанную пожелтевшими листьями. Вдали маячили огни факелов, доносились голоса его команды, драккар был готов к отплытию.
Внезапно из за широко дерева появилась тень, Торольв потянулся к рукояти набедренного ножа, тень мелькнула в кустах и вышла ему на встречу.
– А ну стой если хочешь жить! – Крикнул викинг, но тень и не пыталась убежать, наоборот она двинулась к нему.
В полумраке викинг заметил лёгкое очертание женской фигуры, наконец когда он был на близком расстоянии, ему удалось разглядеть женской плащ. Баба!
– Кто ты такая? – спросил Торольв, подходя ближе, не убирая руку с оружия. Викинг заметил как из под капюшона выбились огненно рыжие пряди, незнакомка была хороша собой, раньше он никогда ее не встречал. Окинув ее быстрым взглядом, он заметил что баба в положении, через плащ виднелось что она ждёт дитя.
Девка чуть поклонилась, и прикрывая живот начала говорить.
– Мое имя Кассандра. Меня послала к тебе принцесса, я пришла просить тебя о помощи, достопочтенный Торольв, сын Гуннара. – Незнакомка протянула ему платок Ингеборг, в знак правдивости ее слов. – Принцесса сказала что тебе можно доверять, мне предстоит тебе многое рассказать. – Прибрежный ветер зашумел в коронах деревьев, капюшон плаща незнакомки сполз с головы, открывая взору викинга огненные локоны саксонки.
Глава 32
К осени совсем разболелись ноги у старой знахарки Белявы. Все больше и больше времени старая ведунья проводила в лесной избе, где все дела по хозяйству вела Леля. Корзины что они плели, охотно покупали на ярмарках. Так же, пока лес был богат на ягоды да орехи, Леля с благодарностью принимала его дары, которые тоже носила на продажу.
Даром жизнь в северных краях не прошла для Лели, Ивар научил ее ставить силки на мелкого зверя, охотиться на птицу, и плести сети для ловли рыбы из крапивы и болотной осоки, так же девушка часто видела как рабы ловили рыбу на лозняку – корзину с плетёным воронкообразным отверстием, куда и заплывала рыба.
Иногда с деревни кто приходил помощи просил у Белявы, то ребёнок с хворью какой, то роженица третьи сутки разродиться не может, даже к Лели как то народ попривык, но постыдное положение девицы незамужней, играло с ней злую шутку.
Осень пришла ранняя, холодная и промозглая, неспокойно стало в деревнях и городе, нападали друг на друга целые поселения, сжигая все на своём пути.
Дружинники князя стойко отбивали город, где с некоторых пор служил Аксель.
Выменяв однажды своё вышивание на куль с зерном, Леля собиралась уходить с торжища в воскресное утро. Собрали уж урожай с полей, лес дары свои раздал, да в осенний – желто красный наряд переоделся. Голодно стало в избе знахарки, с животом нынче теперь на охоту не набегаешься, а после того как разъехались купцы заморские, так и корзины плетенные некому стало покупать.
Бывало Горислав зайдет в лесную избу, то репы принесёт, то моркови на столе оставит, да все смотрит на дочь родную, а слов подобрать не может, лишь взглядом задумчивым пройдётся по животу ее округлившемуся, да с горя рукой махнёт и прочь уходит.
Закрыв платком голову, концами его через шею перевязав, Леля прижимала заветный куль к груди. Вечером хлеба напечет, думала она, да от голода слюнки потекли. Совсем плохо стало когда к городу пришли курши, пожгли дома, скотину позабирали. Что осталось у людей и то на подати забрали для дружины княжей.
С неба заморосил противный мелкий дождь, купцы убирали товары с прилавков, отгоняя голодную детвору, которая то и дело норовила то калач какой стащить или ещё чего повкуснее.
Уж закапали крупные капли дождя, как вдруг в спину ей громко закричали.
– Ух непутевая! И ходит все тут! Варяжская подстилка! – Леля на миг оглянулась, совсем неподалёку стояли тетка Росава, и мать Вышеня, Красимира, которая с надменной ненавистью смотрела на Лелю. Неужели сын хотел привести порченую девку домой! Уж отец то ему задаст дома! Неделю спину разогнуть не сможет!
– Это вот ее твой Вышень хотел в дом к отцу и матери привести! – Тетка Росава встала в свою любимую позу, упирая руки в пышные бока – Вот какова позорница! Блудница! Говорила я тебе, не верила мне! Поэтому то и прогнала сваху я вашу тогда, что бы позор на мою голову не лёг! Но правда сама вскрылась! Правду то не утаишь! Своемила то моя пригожей женой Вышеню станет, не то что эта, с чужим приплодом!
Лёля на миг остановилась, за все время, она уже привыкла к злым окликам и недобрым взглядам, но язык тётки Росавы был острее любого другого. В эту секунду ей показалось, как все же Своемила похожа на свою мать, такую же сварливую и злую как она сама. И как только батюшка жил с этой женщиной? Одного лишь братца Могуту жалко, да только на давала Росава им встретиться.
– И чего уставилась? А ну иди отсель! – Тетка Росава плюнула ей под ноги, утирая тонкие губы, которые растянулись презрительной нитью на лице и демонстративно отвернулась. Зеваки столпились возле голосившей бабы, с интересом ожидая продолжения брани.
Лёля не ответила на колкие высказывания, лишь с жалостью посмотрела на мать Вышеня, которая видимо скоро породнится с тёткой Росавой. Не зря в деревне говорят что после Иван купалы, Вышень к Своемиле сватов прислал. Ох и радости наверное было у сестры сводной, добилась таки. Тем и лучше, все ей надоедать не будет более.
Лёля покрепче прижала куль с зерном и не обращая больше внимания на тётку Росаву, направилась скорее к выходу, пока вдруг до ее ушей не долетели слова мачехи.
– Такая же как и мать ее, непутёвая! Уж сказывала я Гориславу, что нагулянная Лелька, не его дочь! Жена блудливая была, так и дочь теперь такая же! Яблоко от яблони…
Внутри у Лели в ту же секунду закипела кровь. Не так обидно было слушать гадости про себя, но когда речь зашла о матери родимой, которая так рано оставила ее, тут то девушку было не удержать.
– Змея ты тетка Росава! Да как смеешь ты матушку мою дурным словом поминать?! – Лёля почувствовала как руки ее просились схватить старую лгунью за космы, но Росава словно прочитала ее мысли и подойдя к ней в один шаг, сорвала с головы платок, больно пихая в плечи, отчего Леля не устояла на ногах и полетела прямиком в грязную лужу.
– Ах ты потаскуха срамная! Да я ж тебя кормила, поила! Как дочь родную воспитала!
– И как вещь ненужную продала за куль с золотом! – выпалила Леля, утирая лицо от грязи, – Перун накажет тебя Росава! Меня сколько угодно словами подлыми называй, а матушку не смей! – Леля окружённая толпой, которая собралась возле них в ту же секунду, поднялась из лужи, обронив заветный свёрток с зерном. Росава потемнела лицом, на шее ее выступили красные пятна. Она уже было кинулась вцепиться в лицо падчерицы, как внезапно незнакомый воин, невесть откуда взявшийся, словно пушинку оттолкнул ее от девушки.
– Не тронь! Не сметь бить девченка! – гаркнул он на ломаном местном наречии, преграждая Росаве дорогу. Мать вышеня, Красимира, тут же схватила за руку тётку Росаву и скорее повела прочь, пробиваясь сквозь гудевшую толпу.
– Видимо это и есть тот варяг что увёз Лельку с собой, пойдём ка отсюда! Иж как глазами зыркает, того гляди чего недоброе сделает!
Когда бабы скрылись из виду, толпа понемногу стала расходится, потеряв всякий интерес к Леле, которая пытаясь унять слёзы, собирала в грязи рассыпавшиеся зерна, онемевшими от холода пальцами. Перепачканная в грязи, униженная и в который раз опозоренная злым языком мачехи, Леля загребала в подол мокрого сарафана маленькие крупинки зерна.
– Вставай девчонка, – Викинг протянул ей широкую ладонь, покрытую мозолями. Леля от неожиданности не сразу признала своего спасателя. Одетый на местный лад, варяг больше походил на деревенского хлопца, кои носили ту же одежу что была на нем, нежели на северянина.
Девушка от растерянности и испуга охнула, она совсем не ожидала его увидеть, так внезапна была их встреча..
прошу прощения за грамматику и ошибки в миллионный раз)
Торольв взял шёлковый платок из рук саксонской девки, на нем действительно были вышиты инициалы Ингеборг, скреплённые по краям защитными рунами.
– Говори! – Ответил викинг, сжимая в руке тонкую материю, столь непривычную для огрубевших мужских ладоней. На секунду перед взором возникла красавица Рунгерд, кожа которой была в тысячу раз нежнее шёлковой тряпицы, а губы ее…
Кассандра натянув широкий капюшон на голову, огляделась по сторонам и в пол голоса произнесла.
– Нам стоит выйти к берегу, у Хоука везде есть уши и глаза, он хитер как лис и опасен как сам Локи! – Девушка вдруг зашагала вперёд, к маячившим огням факелов, которые были видны с берега, привлекая рукой за собой Торольва. Викингу не нравилось это все, но все же он решил последовать за странной незнакомкой. Шурша подолом платья, саксонка оглядывалась на Торольва, как будто боясь потерять его из виду.
Когда они оказалась на открытом берегу окружённым отвесными скалами, где их никто бы не смог подслушать, Торольв нетерпеливо начал -
– Теперь нас никто не может услышать, рассказывай все что тебе известно.
Кассандра взглянула в глаза Торольва.
– Все очень плохо воин, все что ты слышал на тинге – бессовестная лож! Хоук силой заставил принцессу Ингеборг выйти за него замуж!
Торольв вскинул брови от удивления.
– Как такое могло произойти? Все эти дни ее окружали сотни викингов, стоило ей лишь сказать слово…
– Все не так просто! – Перебила его Кассандра, смахнув с лица прядь огненных волос, – После того как Хедебю оправилось от лихорадки, по ночам на нас стали нападать разбойники, это были никто иные как воины Хоука! Они медленно но верно под покровом ночи убивали остатки выживших воинов, которые охраняли поместье, тем самым облегчая себе взятие в осаду Хедебю! – Кассандра чуть щурилась от ветра, не сводя взгляд от Торольва, – Когда же наконец после его ночных нападений в поместье почти не осталось мужчин, он спрятал свой драккар недалеко от Хедебю, где стал дожидаться возвращения Ингемара – Саксонка чуть опустила взгляд, ресницы ее задрожали, Торольв заметил как она старается не показывать боль, которая скрывалась в ее сердце – Подготовленный Хоук, вскоре узнал от своих дозорных что старший брат принцессы возвращается домой, и подло напал на него. Измученный и уставший хирд Ингемара, после долгого плавания и военного похода, не смог противостоять натиску Хоука. – Кассандра на минуту замолчала, ее взгляд скользил по высоком скалам, которые в ночной мгле казались страшными великанами Йотунами. – Хоук потопил драккар Ингемара, убив весь хирд, а его оставили живым и привезли в Хедебю как трофей. – голос рыжей девки чуть дрогнул, глаза ее заблестели от выступившей влаги, она незаметно для Торольва погладила выпирающий живот. – Ингеборг не хотела идти на поводу у Хоука, она была готова принять смерть чем по своей воле стать женой вероломного убийцы и бандита, но увидев еле живого Ингемара, избитого и раненого, ее последнего брата, ведь смерть о Харальде так опечалила ее…
– …Но развеселила Хоука … – Презрительно вставил Торольв, который теперь понял в чем дело. – Что было дальше?
Саксонка грустно улыбнулась. Торольв краем глаза увидел как парни из хирда поставили драккар на воду. Голоса команды обрывками фраз доносились до его слуха.
– А дальше не сложно догадаться Торольв, сын Гуннара. Он знал как Ингеборг любит брата, и как больно ей было видеть измученного Ингемара. Пригрозив, что если на тинге она не объявит его своим мужем, и не сделает его конунгом, то он тут же убьет Ингемара! – Произнеся последние слова, рыжеволосая саксонка больше не смогла сдерживать рыдания, слёзы ручьём потекли с ее глаз, нос тут же распух и покраснел. Не зная как поступать с плачущими бабами, Торольв небрежно потрепал ее по плечу, понимая что этот жест совсем не предназначен для того что бы успокоить. С бабами вообще не просто. Однажды он пытался унять рыдания Рунгерд, но после того как прижал девушку к себе, она отчего то заплакала с ещё большей силой. Но сейчас не об этом. Рассказ рыжеволосой разгневал его. Ублюдок Хоук за все ответит!
– Не стоит лить слезы, теперь когда ты мне все рассказала я обязательно что нибудь придумаю, я не брошу Ингеборг!
– Ты должен спешить если согласен помочь, теперь когда Харальд мёртв, принцесса не может никому доверять! Не будет Хоука, будет кто то другой, который станет видеть в ней лишь выгодную партию! Не каждый викинг сможет противостоять хирду Хоука. У него много кораблей, и сотни воинов, возможно есть даже наёмники…
Торольв нахмурился, отчего на переносице залегла небольшая морщина. Видать прежде чем напасть на Хедебю, этот шакал хорошо подготовился, понимая что его могут осадить в одночасье если все пойдёт не по плану. Но сейчас у него есть козырь, это Ингемар, горячо любимый брат принцессы, ради которого она сдалась без бою и сдала все свои позиции, опасаясь за жизнь любимого сородича.
– Передай Ингеборг, что она правильно поступила доверившись мне! Я поклялся Харальду что навсегда останусь ему другом, даже после его смерти! Мой долг спасти принцессу, и оставить трон Ингемару!
Кассандра вдруг покачала головой утирая пальцами мокрые разводы с лица.
– Нет. Перед смертью конунг оставил трон не Ингемару! Ярл Харальд должен был стать королем севера! Но Боги забрали его! Теперь он в Валлгале!
Торольв опешил, такого исхода событий он на ожидал! Конунг Ингви имел законного сына, но решил отдать бразды проявления именно Харальду, бастарду. В глубине души Торольв понимал почему конунг поступил именно так. Ингемар был заносчив, жаден и тщеславен, когда Харальд не имел и капли подлости в крови, да и его искусное владение мечом, десятки одержимых побед, за которые он никогда ничего не просил, возвышали его в глазах отца и всего народа.
Никто бы не стал оспаривать решение конунга, заняв бы Харальд трон, как например это до сих пор тайно делают викинги, осуждая решение Ингеборг выйти замуж за скользкого Хоука. Многие не довольны и того гляди начнётся смута! Как бы не свергнули Хоука с трона, на который он ещё не сел! Надо придумать дальнейший план действия, что бы спасти не только Ингеборг, но и Ингемара.
Саксонка закрыла лицо руками, пряча слёзы. После того как Бьёрн после отплытия драккаров, все рассказал принцессе, ее гневу не было придела. Перед тем как лихорадка забрала мальчишку, он в красках поведал Ингвидоттир все что услышал из разговора Сольвейг и Кассандры. Она приказала тут же убить саксонку, но узнав о ее интересном положении, решила дождаться братьев, что бы те сами решили участь рыжеволосой убивицы Оды, не смея трогать беременную женщину, котороя носила под сердцем ребёнка Ингемара.
– Почему ты так сильно плачешь? Тебя тревожит судьба твоей госпожи? Ты в тягости, побереги дитя, не терзайся! Теперь ступай к мужу, не гоже брюхатой бабе гулять по ночам. – Произнёс Торольв не понимая горькие слёзы рыжей девки.
– Я ношу дитя Ингемара, наследника престола. В моем чреве ребёнок севера, поэтому принцесса сослала меня в деревню, чтобы Хоук не узнал об этом, иначе он убьет меня! – Торольв оторопел, вот так новости, одна интереснее другой! Саксонка внезапно бросилась в ноги Торольву, ее волосы рассыпались по плечам, викинг совсем растерялся. Рыжая девка горько плакала заглядывая в его глаза, хватаясь руками за плащ Гуннарсона.
– Спаси Ингемара, он убьет его! Убьет! Я сама слышала, как Хоук говорил своим людям что после свадьбы, он избавится от него! Умоляю тебя! Он страшный человек, каждый вечер он избивает Ингеборг, напоминая ей как однажды она отказала ему! А ещё он сказал что если принцесса хоть кому нибудь расскажет, он тотчас передаст смерти Ингемара и сожжет все поселение!
Ярость бушевала в нем после каждого слова произнесённого саксонкой. Торольв поднял девку за плечи, поправляя на ней плащ, баба рыдала не на шутку.
– Ты знаешь где Хоук держит Ингемара?
Кассандра отрицательно покачала головой, ее губы дрожали, плечи вздрагивали от рыданий.
– Нет, этого никто не знает кроме людей Хоука. Но они словно верные псы, всюду следуют его указаниям. Везде стоят его воины, ходить по поместью без дела запрещено, возле каждой двери стоит охранник..
– Это я уже заметил… – Задумчиво произнёс Торольв. – Вот что, сейчас ступай, а после шепни Ингеборг что я принял ее просьбу и она не останется без ответа.
Кассандра чуть коснулась его плеча.
– Помни Торольв Гуннарсон, у тебя не так много времени, до проклятой свадьбы ты должен спасти нас всех, иначе всему придёт конец!
Рунгерд бросилась скорее к дверям, Харальд встал чуть поодаль, прислонившись к стене избы.
– Деда! – воскликнула Рунгерд, но старик тут же втолкнул ее внутрь, прикрывая за собой шаткую дверь, заговорил.
– Тсс! Чужака которого ты выхаживаешь, ищут! Дружинники из его хирда рыщут по всей деревне, он никто иной как сам..
– Харальд Ингвирссон! – берсерк демонстративно чуть поклонился, выйдя вперёд – Собственной персоной!
Рунгерд повернулась к викингу, затем перевела взгляд на старика, пытаясь не рассмеяться от его выражения лица.
– Надо же, как скоро ты пришёл в себя.. – Забормотал старик, рассматривая воина.
– Благодарю тебя отец, что приютил меня в своём доме! – Когда я наконец доберусь до дома, я щедро отблагодарю тебя, – викинг посмотрел на Рунгерд, которая наблюдала за дедом – И конечно же твою внучку, без которой я бы не выжил!
– Пустое, – махнул рукой старик Риг, – Хвала богам, твоя рана оказалась не смертельна!
– Ты говорил меня ищут? – поинтересовался Харальд.
– Ищут, уж всех жителей расспрашивали с самого утра!
Старик тут же распахнул дверь, пропуская на крыльцо викинга.
Возле небольшой ограды стояли Ульви, Лейв, старик Асбьерн и ещё пара воинов из хирда. Вид у них весьма потрёпанный, одежда покрылась пылью, лицо обросло щетинной, но главное что они были живы.
Викинги громко заголосили, приветствуя ярла.
– Локи бы тебя побрал, Харальд! – Закричал Ульви, обнимая Харальда – Клянусь Тором мы прошли десятки миль разыскивая тебя!
– Хвала Одину, ты жив! – воскликнул Лейв, хлопая по плечу берсерка.
– Я не надеялся уже увидеть вас, парни! – Отвечал Харальд, не скрывая своей радости, рассматривая друзей, которые оказались рядом весьма кстати. – Старик Асбьерн, ты немного исхудал, но твои глаза по прежнему горят огнём! Боги сохранили нам жизнь! Лейв, наверняка это молитвы Торы сохранили нас в ту ночь!
– Мы уже и не надеялись увидеть тебя живым Харальд! – говорил Лейв, искренне радуясь встрече – Сначала мы искали тебя на пустынном берегу, возле скалистых вод, по нашим подсчетам волна могла откинуть тебя именно туда. Сначала я нашёл Сигмунда – Лейв указал рукой на молодого парня, который служил в хирде Харальда, как только тот прибыл в Борнхольм, тот приветственно кивнул – После нашлись и все остальные, только Асбьерн появился на третий сутки, заметив дым от нашего костра. К сожалению остальных мы так и не смогли найти…
– Обыскав все побережье, мы дошли как оказалось сегодня, в земли ярла Гуннара. В деревне мы и повстречали старика Рига, который сообщил нам столь приятную весть! – Заключил Ульви. Парни ещё долго переговаривались меж собой, радуясь что все так хорошо закончилось для них, Рунгерд стала накрывать стол, приглашая воинов войти в дом. Уже во время трапезы, старик Риг поведал Харальду что его внучка невеста Торольва, чем удивил Харальда. Викинги с уважением смотрели на юную девицу, которая выходила берсерка.
После обеда, викинги умылись с дороги, поблагодарив старика Рига и его внучку, поторопились скорее в поместье ярла Гуннара. Рунгерд сказала Харальду что в Хедебю произошло большое горе, со слов Торольва, конунг умер от лихорадки а принцесса собирается замуж.
Харальд помрачнел от таких новостей, его взгляд уставился в одну точку, все остальные слова доносились до него белым шумом, проникая в сознание отдаленным эхом, словно через дымку. Отец мёртв! Его больше нет! Думал викинг, в душе тут же что то заскребло, завыло раненым зверем.
– За кого она собирается замуж? – Харальд прервал рассказ Рунгерд, такая скорая свадьба сбила его с толку. Ещё скальды не отпели тризну по конунгу, как баба решила выйти замуж, она в своём уме?!Он всегда считал Ингеборг мудрой девушкой, что движет ей в этот момент?!Рунгерд чуть вздрогнула, пожимая плечами.
– Я не могу знать всего, но вскоре вернётся Торольв, он тебе все расскажет! – Грозный вид берсерка напугал девушку, молчаливый, он сам того не заметил как в его ладони треснула глиняная миска, разливая по столу травяной чай, вперемешку с кровью. Викинги переглянулись меж собой, Рунгерд бросилась было подать полотно, утирая влагу со стола, но Харальд остановил ее, пораненная ладонь сейчас волновала его меньше всего. На Ингеборг это совсем не похоже, а что если девчонку окрутил какой нибудь проходимец? И где Ингемар? Неужели и он не вернулся? Тем лучше для него, тогда он не познаёт гнев Харальда, который просился выйти наружу. Его предательство не пройдёт бесследно, он будет держать ответ, а после и свой меч, пока Харальд не оборвёт его жалкую жизнь!
– Тогда нам пора! – вскоре викинги покинули домик Рига, направляясь в поместье ярла Гуннара.
Аксель помог собрать рассыпанные зерна, загребая крупинки широкой ладонью, Леля с опаской поглядывала на него, опасаясь как бы тот чего не выкинул. Помня его подлость, сейчас она была насторожена. Как вдруг ее осенило, если Аксель здесь, то должно быть где то поблизости Харальд! От этих мыслей ее бросило в жар, в висках запульсировало, оставив собирать зерно, девушка обратилась к викингу.
– Что ты здесь делаешь? Где Харальд, ты прибыл с ним?
Аксель не поднимая глаз, собрал остатки зерна, после чего сунул заветный куль ей в руки.
– Я больше не служу у Харальда в хирде, и понятия не имею где он.
– Но тогда как ты оказался тут? – изумилась Леля, чувствуя как внутри словно что то надломилось, после ответа Акселя. Харальд не приехал, он по прежнему считает ее мертвой. – Я подумала ты прибыл сюда вместе с ярлом?
Викинг покосился на Лелю, замечая в ней разительные перемены. Баба брюхатая, возможно именно из за этого он решил спасти ее от сварливой бабы, которая замахнулась на неё. Викинг не ожидал увидеть словенку, ведь в Хедебю ее считали мертвой, пропавшей без вести. А девка то оказывается жива.
– Я дружинник словенского княжича, теперь я защищаю ваши земли. – Аксель вдруг почувствовал неимоверную тягу в родные края, с которых прогнал его Харальд. В груди защемило, при воспоминании о родных фьордах, тут все было чужое и незнакомое. Люди косо поглядывали на него, называя варягом. – Харальд выгнал меня, теперь здесь мой дом, словенская девчонка.
Леля отвела взгляд. Ей не верилось что Аксель вдруг решил спасти ее, показав себя с совершенно другой стороны. Ведь скорее всего именно из за неё варяг изгнал Акселя. Ему бы следовало ненавидеть ее за это, а он наоборот защищает.
– Благодарю тебя Аксель… – ответила девушка, посиневшими от холода губами. – Ты изменился с момента нашей последней встречи… – Капли дождя неприятно затекали под ворот сарафана, все что ей сейчас хотелось, это лечь в тёплую постель и предаться своим мыслям, ведь Аксель напомнил ей о Харальде, в душе мелькнула надежда вновь увидеть любимого северянина, тогда бы все было иначе, иначе… – Мне пора, прощай викинг, и спасибо ещё раз! Ну, будь здрав! – Леля на прощание посмотрела на угрюмого Акселя и побрела прочь с ярмарки, смешиваясь в серой, безликой толпе людей.
Северянин хотел вдруг догнать ее, дать ей немного серебряных монет, спросить как она оказалась тут, но девчонка исчезла из виду. Аксель вдруг подумал, а что если он привезёт словенку назад в Хедебю? Может тогда Харальд простит его? Но сначала надо все узнать, как она оказалась здесь и что действительно произошло в тот день когда баба пропала. Эти мысли вдруг развеселили его, с помощью Сольвейг он вновь сможет вернуться домой, но вопрос захочет ли она? Как никак девка в тягости, что если она стала мужней женой?
Аксель огибая лужи, которые пенились и пузырились, тем самым предвещая дождь на весь оставшийся день, был погружён в свои мысли. Надо будет поговорить с девкой, возможно ещё не все потерянно. Подходя ближе в палаты дружинников, викинг глубоко вздохнул. Чужая земля она как мачеха, не приголубит подобно матери родной.
В те часы, когда Ингеборг могла побыть наедине со своими мыслями, сидя за вышиванием она думала о брате, потерять его она на могла. Тогда жизнь потеряет смысл. Сначала отец, потом гибель Харальда! Нет, она не могла допустить смерти Ингемара!
Хоук оказался сущим дьяволом, после состоявшегося тинга, викинг ещё на три дня продлил пир, пытаясь наладить отношения с недовольными ярлами и старейшинами.
Захмелевший викинг обещал построить на месте Хедебю, новый город, крепкий. Сотворить из него сердце севера, сделать из земли чистый пух, которая будет богата урожаем. Его пьяные бравады не особо действовали на остальных викингов, все с настороженностью взирали на будущего конунга, которому так легко досталась корона. Да, желающих могло оказаться куда больше, чем он мог себе это представить. Но пока есть Ингеборг, ему бояться нечего. Пускай метают гневные взгляды, подобно огненным стрелам, пойти против последнего «желания» Ингви никто не посмеет, опасаясь гнева Одина.
Хоук старательно пытался наладить отношения с ярлами, пытался казаться более гостеприимным и открытвм, изображая трепетную любовь к принцессе, тем самым вызывая у Ингеборг презрение. Как известно, у труса нет врагов, потому что с него нечего взять. И если он и дальше будет заискивать перед ними, то его положение окажется весьма шатким. Не по голове шапка, думала задумчивая Ингеборг, вспоминая твёрдую поступь Харальда, который бы уже давно сбил спесь с этого проклятого викинга, который превратил ее жизнь в сущий ад.
После того как с поместья все разъехались, Хоук вновь приказал Ингеборг прислуживать ему.
Во время трапезы, принцесса должна была разносить еду, подобно простой рабыни.
Ингеборг стойко держалась, не обращая внимания на его злые шутки и смех его хирда.
– Пошевеливайся принцесса, мой кубок опустел! – кричал хмельной Хоук, наблюдая за унижениями Ингвидоттир. – Живее, ваше величество! – подтрунивал он на манерный лад саксов, вызывая взрыв хохота у всех присутствующих его дружинников.
После ужина, он ждал ее в своих покоях, некогда принадлежавших конунгу.
Ингеборг приносила горячей воды, и мыла ненавистному викингу ноги, массируя пальцы и натирая загрубевшие мозоли розовым маслом из стеклянной баночки.
Превозмогая саму себя и собственное достоинство, принцесса молча делала свою работу, мечтая как однажды она вонзит в его сердце холодный кинжал.
– Сегодня ты пролила на мои штаны франкское вино. – Начал Хоук, наблюдая как тонкие пальцы Ингеборг трут его загрубевшие пятки. Наслаждаясь ее унижением, он продолжил – А знаешь ли ты сколько мне пришлось заплатить за это вино? Темнокожие рабы собирают драгоценные плоды винограда, затем юные девственные девы топчут ногами сие ягоды, выдавливая священный нектар. Греки называют этот напиток, дар богов. Но откуда такая бестолковая рабыня может знать это! – Левой ногой Хоук с силой оттолкнул Ингеборг от себя. От неожиданности девушка опрокинула ведро и больно ударилась головой о стоявший рядом сундук.
