Текст книги "Сольвейг (СИ)"
Автор книги: Кристина Милано
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 24 страниц)
Глава 28
Сольвейг провела рукой по водной глади, полуденное солнце припекало так сильно, что девушка скорее поспешила укрыться в шатре, между сундуков и свёртков купца Сигурда. Уплывая все дальше от Каттегата, Сольвейг больше не тешила себя мыслью увидеться когда либо с Харальдом. Вскоре величественные фьорды остались позади, лишь бескрайняя морская синева не имела ни конца ни края.
Слушая шум моря и поскрипывания весел, она вспоминала слова Ингеборг, когда та вместе с Иваром помогли ей бежать от верной смерти.
– Будь счастлива словенка! – Ингеборг крепко прижала девушку к себе, Сольвейг на секунду заметила грусть в ее глазах – Это Сигурд, – Она указала рукой на стоящего неподалёку немолодого викинга. Седина коснулась его висков, оттеняя некогда рыжие пряди. – Он отправляется в Гардарику, Сигурд везёт пушнину в словенские земли. Я все объяснила ему и он согласился взять вас на ладью. – Ингеборг перевела взгляд на Вышеня. – Обещай мне венд, что ты доставишь Сольвейг в целости! Эта девушка спасла жизнь моему отцу, лишь поэтому я помогаю ей!
Вышень нахмурился, пытаясь понять сказанное принцессой.
– Я беречь! Я охранять! – Тут же молвил он. Ингеборг довольно кивнула. Сольвейг была опечалена, в бухте куда привели ее Ивар и дочь конунга, мирно покачивался небольшой драккар купца Сигурда. Мужик сводил рыжие брови, его команда уже закончила погрузку и ожидала знака отчаливать от берега.
Сольвейг оглянулась в надежде увидеть Харальда хоть на миг! На глазах выступила непрошеная влага. Нет! Пусть варяг живет своей жизнью, на что она ему? Ингеборг права, он не сможет все время быть подоле неё, защищать от врагов. Уплыв бы Харальд в земли саксов, Ингемар все равно нашёл бы способ избавиться от неё! Даже конунг желает ее смерти.
Пока она здесь, сердце Харальда будет неспокойно. Пусть лучше он считает ее мертвой, чем живет в вечном волнении… Со временем его боль утихнет. А она…
– Вам пора. – Ингеборг взяла ее за руку, тёплый ветер ласкал белокурые, словно лён, пряди Ингвидоттир, – Ты поступаешь мудро Сольвейг, ты сохранила жизнь себе и Харальду. – Принцесса грустно улыбнулась, отчего в уголках рта появились морщинки – Твоя мечта исполнилась, ты возвращаешься домой.
В этот момент Сольвейг хотелось закричать, бросить все и найти Харальда, сказать как сильно она его любит, как мучительно больно ей расставаться с ним. На секунду девушка увидела в памяти его серые, как туманное утро – глаза, представила образ викинга, когда Ингеборг солжет ему о смерти Сольвейг.
– Что ты скажешь Харальду? – Не своим голосом спросила словенка.
Принцесса повела изящным плечом. Она повернулась к Ивару, воин слегка нервничал.
– Мы придумали легенду для конунга и для Харальда. Так как конунг велел убить тебя, Ивар скажет ему что выполнил приказ, а Харальду…
Ивар выступил вперёд, губы воина потрескались от ветра, на суровом лице викинга не дрогнул ни один мускул.
– Я скажу ярлу Харальду, что ты захотела сбежать. А после покажу ему лоскут твоего окровавленного платья, найденный в лесу. – Ивар чуть помедлил – Все подумают что на тебя напал медведь… после спячки они… бывают опасными. – Хирдман отвёл взгляд и прокашлял горло.
Сольвейг в ужасе прижала ладони к губам.
– Это чудовищно!
– Чудовищно то что мы идём на это ради тебя, словенка! Я не забыла твою доброту! Поэтому спасаю твою жизнь! Видит Один, пока ты здесь, Харальд может наломать дров! Он может убить Ингемара, пойти против конунга! Тогда в лучшем случае его ждёт изгнание… – Ингеборг говорила пылко, горячо. Она любила братьев, так же девушка любила и отца. Ее женское сердце до краев было наполнено добротой, – Даже если бы Харальд увёз тебя в своё поместье, конунг или Ингемар все равно нашли бы способ как извести тебя! Вернувшись с похода, Харальд начал бы мстить. А этого я совсем не хочу! Никто не хочет!
– Но Харальда ждёт ловушка! Ты должна ему об этом сказать! Ингемар пытается избавиться от него, победить в честном бою Харальда ему не под силу! Он желает его смерти не хуже моей! – ответила Сольвейг.
– Харальд не глупый мальчишка! Он все прекрасно понимает! Но обвинять Ингемара не стоит! Сейчас это всего лишь слова! Что если Ингемар не лжёт?
– Но…
Ингеборг отрицательно покачала головой.
– Не стоит говорить напраслину. Харальд поплывет в Мерсию и во всем разберётся! Он будет не один, с ним его хирд. – Она посмотрела куда то вдаль, – И если Ингемар его обманул, то тогда лишь Боги рассудят их. В любом случае один из братьев станет конунгом. – Заключила Принцесса.
Сольвейг горько улыбнулась. Так и есть. Если Харальд станет конунгом, то на севере начнётся смута, но все равно народ любит и признаёт Харальда. А тут ещё я! Безродная рабыня! Разве такая может стать княжной? Мало того что Харальд сам бастард, так ещё и невеста у него будет из бывших рабынь…Определённо она может испортить ему жизнь…
Сольвейг убрала руку Ингеборг. Я лишь мешаю ему… Так даже будет лучше. Со временем боль утраты притупится, Харальд найдёт себе достойную невесту, благородную северянку с которой будет счастлив. Она родит ему сыновей, таких же сильных и мужественных как он сам, а она… А как же ты? Сердце вдруг заныло, казалось весь мир стал безразличен ей когда холодный рассудок твердил, что они совсем не пара. Совсем не пара…
– У меня есть для тебя небольшой подарок, словенка. – Ингеборг хитро улыбнулась
– Подарок? Но ты и так спасла мне жизнь…
– От такого подарка я полагаю ты не откажешься! – Принцесса кому то махнула рукой, и в этот момент из кустарников выбежал Свейн. Мальчишка бежал к Сольвейг со всех ног, держа в руках небольшую поклажу с провизией.
– Сольвейг! Сольвейг! Я отправлюсь с вами! – кричал мальчишка, не веря своему счастью. Вышень удивлённо посмотрел на мальца. Розовощёкий подросток, с взъерошенными волосами, поравнялся с ними, тяжело дыша от быстрого бега.
– Свейн! Не может быть! – Протянула руки Сольвейг к мальчику – Ты отпускаешь его с нами? – Словенка вопросительно посмотрела на принцессу, та лишь слегка кивнула, отчего кудряшки на ее голове подпрыгнули как пружинки.
– Да, я подумала что малец будет не прочь вернуться домой. А тебе понадобится помощь, так что я отпускаю его!
Сольвейг бросилась к Ингеборг, как же она была рада затрать с собой мальца. Он больше не раб!
– Благодарю тебя княжна! Во век не забуду твоей доброты, словом добрым поминать буду! Ты так добра ко мне!
– Нам пора! – Сигурд поторапливал собравшихся – Я планирую уже к вечеру выйти в залив! Так что все на ладью!
– Благодарю тебя Сигурд! Пусть Один бережёт тебя! – Ингеборг посмотрела на викинга, давеча она передала ему увесистый мешочек с золотом. Мужчина никак не хотел соглашаться брать на борт бабу, да ещё втайне, это противоречило его натуре. Но Принцесса оказалась настойчива, а золото лишь помогло в этом.
Сигурд поклялся никогда никому не рассказывать о том что помог незнакомой словенке сбежать. Того желала Ингвидоттир.
Когда наконец драккар стал отчаливать от берега, викинги усердно работали вёслами затянув весёлую песню, Сольвейг долго смотрела на опустевший берег, где еще пару минут назад стояли Ивар и Ингеборг.
– Теперь все будет хорошо Лелюшка! – Теперь все будет по другому! – Вышень присел рядом, пытаясь заглянуть в лицо девушки, его глаза сияли радостью, парень радовался что нашёл девку. Только вот в дружине князя его хватятся… А! Будь как будет!
– На все воля богов… – Прошептала Сольвейг на норвежском, и вспомнила что забыла рассказать Ингеборг про рыжую саксонку. Эта мысль словно пчела, ужалила ее.
– Какая же я глупая! Глупая! – Словенка стукнула по деревянному борту драккара – Что же я натворила!
– О чем это ты? – Непонимающе удивился Вышень.
Викинги посмотрели в ее сторону, лишь Сигурд укоризненно покачал головой.
Два дня Харальд прочёсывал лес. Он спускался в деревню, искал Сольвейг возле скалистых берегов и на утесах фьердов. Викинг обошёл все поселение, проверил все комнаты и погреба, не веря в рассказ Ивара. Чёрная дыра образовалась в душе викинга, и с каждым днём эта тьма поглощала его, пожирала изнутри. Боль стала его спутницей, викинг не потерял Сольвейг, в тот день он потерял себя. Часть его души навсегда умерла. Войдя в избу Сольвейг, Харальд опустился на лавку и молча просидел там пол дня. Скупая слеза покатилась с глаз викинга, он молил богов что бы в этот момент никто его не увидел. Хотя какая разница? Ничто человечное не чуждо и викингу! Что же ты натворила, словенка?
Харальд со злостью набрасывался на Ингемара, думая что в этом замешан брат, волком смотрел на конунга, но девки так нигде не оказалось.
– Никто не трогал эту девку! Приди в себя Харальд! Завтра мы отплываем в поход, мне некогда возиться с чужими рабынями! – кричал Ингемар.
– Проклятье Локи! Зачем ей понадобилось бежать? Зачем?! – Харальд хватался за голову, пытаясь понять мотив Сольвейг. – Ответь мне Лейв! Кто прорубил дверь! Как так вышло что никто ничего не знает и не видел! Хель бы их всех побрала! Я опросил каждого раба, каждого жителя! Но все как сговорились! – Харальд грязно выругался. – Ей кто то помог сбежать, или сделал это намеренно, что бы …
– Убить ее? – Лейв задумался, терзания друга мучали его самого. Он видел как тяжело Харальду смириться со смертью словенки. – Послушай Харальд, я не думаю что это сделал Ингемар или кто либо ещё. Возможно он и хотел бы насолить тебе, но не сейчас. По крайней мере он мог сделать это после твоего отплытия, что бы прошло все без шумихи и тихо.
Харальд в сердцах пнул деревянный сундук, крышка его тут же подскочила и с грохотом захлопнулась обратно.
– Тогда кто?! Неужели баба сама, женским ножом сделала такую прореху в двери?! – Харальд тёр виски, тяжело дыша.
– Сегодня я узнал что у словенского князя пропал один воин из его хирда…
– И что! Какое мне дело до этого! Наверное отсыпается где то на сеновале после выпивки…
– Да, но его не могут найти уже двое суток. – Лейв смотрел как Харальд вдруг насторожился. Он повернулся к другу.
– Ты хочешь сказать что один из вендов, помог Сольвейг бежать? Тогда почему Ивар нашёл в лесу перепачканное кровью, платье Сольвейг?! Больше вещей там не было!
Лейв щёлкнул языком, поглаживая бороду.
– Я ничего не хочу говорить, но обстоятельства складываются таким образом, что вполне возможно они бежали вместе. – Рыжебородый развёл руками. – А там лишь богам известно что с ними стало…
Харальд прожигающим взглядом смотрел на друга. За эти два дня викинг не сомкнул глаз, Харальд сам на себя не подходил. Его сердце разрывалось от боли. Схватив с сундука секиру он направился к выходу.
– Надо сходить к словенскому княжичу, пока они не отчалили. Конунг как раз отправляет с ним хирд. Может Вадим что расскажет!
– Я с тобой! – Лейв поспешил догнать друга.
Завидев издали Харальда, Ивар занервничал. Но Харальд ничего ему не сможет сказать, никто не знает что это они с Ингеборг помогли словенке бежать.
Вадим негодовал, один из его дружинников пропал, когда парни осмотрели все окрестности, хлопца нигде не нашлось.
– Княже, так может он поженился на тутошней бабе – Шутили ратники, готовя далью к отплытию, – А мы тут ищем его!
– Говорят у них бабы колдовать умеют, речами сладкими заманивать!
Вадим сухо улыбнулся. Шутка ли, молодец пропал, как в воду канул.
К берегу подошёл Харальд, он направлялся прямиком к словенскому княжичу, как его остановил Аксель.
– Ярл Харальд, я принёс кольчуги и копья, мы можем отплывать! Парни поставили драккар на воду как ты велел!
Берсерк внезапно холодно посмотрел на молодого воина. Ему было все известно, что это он ударил его по голове в ту ночь когда погибла Ода, это он пытался изнасиловать Сольвейг. Сердце подсказывало ему, что отныне Акселя надо убрать из хирда.
И без того разъярённый Харальд крепко схватил парня за ворот рубахи. Лейв удивлённо воскликнул. Вокруг них собрались викинги.
– Отныне ты можешь убираться прочь с моего хирда! – Глаза Харальда налились кровью– Мне давно все известно! Хватай свою задницу и исчезни с моих глаз! – Харальд грубо толкнул его на песок. Униженный Аксель от обиды и злости поджал губы, отползая назад.
– Мы чего то не знаем? – К ним подошли Ульви и Асбьерн.
Харальд лишь отмахнулся.
– Не сейчас, мне нужен словенской княжич.
После того как Вадим ничего нового не рассказал Харальду, викинг ещё больше приуныл. Дружинник из хирда княжича на самом деле пропал, и скорее всего это он помог словенке сбежать, но как это возможно? Неужели этот венд знал Сольвейг и она по доброй воли согласилась с ним уйти? Нет, это не похоже на девку.
Викинг пустым взглядом смотрел на суетившихся на берегу воинов. Сидя на большом валуне, Харальд думал. А что если это просто совпадение? Что если Сольвейг на самом деле подрал медведь? Но тогда как она смогла открыть эту проклятую дверь? Вся эта история очень странная. Но лишь одно ясно – Сольвейг больше не с ним.
От этих мыслей викинг становился ещё мрачнее. Все стало безразличным после того как пропала девчонка.
Пропала или погибла? Во второе Харальд никак не хотел верить.
Даже Ингемар старался его не трогать эти дни. Лишь Ингеборг грустно вздыхала.
– Тебе стоит смирится и жить дальше. – Сестра не поднимала глаза на брата. Совесть ее мучала все эти дни, но девушка понимала что сделала хороший поступок. Когда нибудь она расскажет об этом Харальду, и он поймёт ее. Но вот простит ли?
Аксель побитой собакой остался сидеть на песке. Ивар заметил это, пытаясь замять гнев и недовольство словенского княжича, Ивар предложил Акселю вступить в дружину словен. Тем самым он убьёт двух Зайцев! Возместит Вадиму пропавшего Вышеня, и Аксель больше не будет мозолить Харальду глаза.
Вадим не смог отказаться от такого предложения, и довольный Аксель спустя время уже сидел в ладье славян, которые готовились к отплытию в Гардарику.
Затаив в душе обиду на Харальда, Аксель поклялся ещё вернуться в Каттегат и припомнить ему этот день, когда его с позором прогнали из хирда.
Через неделю плавания, Сольвейг, а ныне вновь ставшая Лелей, смирилась со своей судьбой. Дорога до дома была трудная, когда драккар Сигурда вошёл в русло реки, хирду приходилось тащить судно волоком, преодолевая каменистые пороги. На это уходило несколько дней, не раз приходилось плыть против течения и тянуть ладью за собой.
Вышень не сидел без дела, даже Свейн принимал участие, мальчик убегал далеко вперёд, проверяя течение реки.
Старый Сигурд был опытным мореплавателем, купец не раз бывал в словенских землях, которую варяги называли Гардарика.
Иногда задумавшись, Леля наблюдала за викингом. Почему то на его месте она представляла Харальда. Девушка помнила как драккар варяга проходил мимо тех или иных мест. Как его хирд точно так же толкал ладью…Тогда ещё она не знала какое место Харальд займёт в ее сердце.
Печаль свою Леля пыталась скрывать от Вышеня. Парень часами воодушевлённо рассказывал как нанялся в дружину князя, на дело ратное пошёл что бы найти ее.
– Как батюшка то твой рад будет! Он то уж десять раз пожалел… Что вот так все… – Вышень вдруг замолчал, понимая что не нужно было начинать этот болезненный для Лели разговор.
– Ты хотел сказать продал меня в полон? – Девушка посмотрела на него, зачем скрывать то что произошло? Парень слегка смутился.
– Леля, так я же к тебе с самыми добрыми намерениями! Ты не думай …
– Что ты имеешь ввиду?
– Так это…жениться хочу на тебе. Я уже и Сигурду сказал что ты невеста моя… – Вышень потупил взор, но потом продолжил-Лелюшка, ты не думай о плохом, люди они всегда говорить будут, а я тебя любить буду, я все понимаю. – Парень волновался, видимо он давно хотел затеять этот разговор, но искал подходящий момент. – Забрал я тебя от варяг проклятых, люба ты мне… Когда увидел тебя, так все внутри опять пламенем разогрелось.
– Любить будешь? – прошептала Леля, пытаясь унять слёзы – И после другого примешь? – Ее шёпот казался ей самой, громче крика. Ах Вышень!
Парень молча отвернул лицо. Сигурд что то громко выкрикивал хирду, Леля видела как тяжело в этот момент Вышеню.
– Не твоя вина что ты в полоне была. Не по своей воле…
– Перестань прошу… К чему сейчас все это?
Вышень вдруг жадно прижал ее к себе. Леля почувствовала чужой запах. Аромат чужого мужчины, который не предназначен ей. Вспоминая объятия Харальда, девушку всю затрясло.
– Отпусти меня! Не будет нам счастья! – горячие слёзы потекли из глаз словенки, в этот момент было больно не ей одной. – Не будет! Говорила я тебе уже когда то, так значит ещё раз скажу! За то что искал меня, спасибо тебе! А большего не могу предложить..
– Любой приму тебя, слышишь? И словом дурным не попрекну! Никогда! Не плачь! – Шершавые ладони Вышеня утирали слёзы с глаз девичьих. – Куда пойдёшь ты такая?..
– Какая? Скажи мне, какая я? – Леля пыталась убрать его ладони, прикосновения чужих мужских рук сводили ее с ума. Не нужен ей никто! Коли судьба у неё такая, то примет она ее. А против воли замуж идти, этого она не сделает. Да и жизнь парню портить не стоит. Сейчас говорит что слова дурного не скажет, а после колотить всю жизнь будет, как козу! Чужой! Чужой!стучало набатом в висках.
– Порченная я! Это ты хотел сказать, так значит я скажу сама!
– Пусть! Женой своей сделаю, горя знать не будешь! – Шептал Вышень как безумный, его взгляд пугал Лелю, не нужен он ей. И к отцу не пойдёт! Бабушка Белява примет ее, а там видно будет…
– Отпусти ее! – Голос Свейна словно отрезвил Вышеня. – Подумай о моих словах Леля. – Вышень недовольно посмотрел на мальчишку. Шапка, которую дал ему Сигурд, была велика, отчего смотрелось на голове мальчугана смешно и нелепо.
– Шел бы ты малец… – Не оборачиваясь, парень направился в другой конец ладьи.
Леля утёрла слёзы и натянуто улыбнулась.
– Все в порядке Свейн.
– Он тебя обидел? – Мальчик нахмурился.
– Нет! Совсем нет, мы просто разговаривали… – Лицо ее горело от прикосновений Вышеня. Ей хотелось броситься в реку, что бы отмыть с себя следы чужих рук.
– Если он тебя обижает, я могу защитить тебя! – Свейн показал в сторону Вышеня кулак. Леля вдруг звонко рассмеялась.
– Сольвейг… – Девушка вдруг вздрогнула от своего второго имени – Мне надо тебе кое что рассказать..
– Конечно, что то случилось?
Свейн слегка кивнул.
– Да, дело в том что я хочу остаться с Сигурдом. – В этот момент Леля почувствовала на себе взгляд викинга. – Он предложил мне остаться в его хирде, я хочу стать настоящим викингом!
– Но как же… – Леля опешила. – Мы плывём домой, вместе мы смогли бы отыскать твоих родных..
– Теперь я сам смогу их найти. Принцесса Ингеборг отпустила меня, и я хочу остаться с Сигурдом. Он сказал мне что я похож на его сына, который уже давно пирует с Одином. Я хочу сказать тебе спасибо за все.
Леля вдруг почувствовала что желание Свейна было искренним. Глаза мальчика светились огнём и мечтами о жизни настоящего воина. Девушка дотронулась до его плеча, мягко улыбнувшись.
– Что ж, раз это твоё желание, то я не смею держать тебя. Надеюсь у тебя все получится. Но знай что ты всегда можешь прийти ко мне, я помогу тебе, Святомир. – Свейн обнял Сольвейг, тёплые чувства наполняли их обоих. Где то внутри девушка чувствовала волнение за мальчика, но добродушная улыбка Сигурда тут же ее успокоила. Викинг незаметно для других подмигнул ей.
Глава 29
– Жгите костры, открывайте все ворота в поселение! – Ингеборг устало прижалась спиной к высокому частоколу, морщась от гари и дыма нескончаемой вереницы погребальных костров, принцесса облизала пересохшие губы. Некогда шумные улицы поселения, теперь были пусты, лишь те кого не тронула «чёрная лихорадка» помогали хоронить мертвых. Рабы выносили из главного дома мертвые тела.
– Госпожа, ещё трое… – Светловолосая служанка опустив голову неслышно подошла к принцессе. – Кажется наложница хевдинга Ингемара захворала, с утра она лежит в постеле, хотя вчера вместе со мной кипятила воду и поила больных…
– Саксонка? Помоги ей Один! Она же в положении! Сколько времени прошло, я думала она уже не подхватит хворь…
– Будем надеяться что это простое недомогание… – Еле слышно ответила служанка. После того как неделю назад от лихорадки скончалась Арна, Ингеборг пришлось найти новую помощницу, ей стала сестра юного Бьерна, Гунхильд.
– А как твой брат? Жар спадает?
– Нет Госпожа… с утра он просил увидеть вас… Бьёрн хочет вам что то рассказать, он просил меня передать вам, что это важно…
Ингеборг слегка кивнула. Досада и боль за своих соплеменников, которым она ничем не могла помочь, пронзали ее изнутри. За что Боги покарали их? Не помогали даже молитвы и жертвоприношения, чёрная лихорадка унесла с собой половину поселения, не пощадив никого. Как же сейчас ей не хватало словенской девчонки! Наверняка она бы помогла! Ингеборг не могла допустить распространения болезни, поэтому ей пришлось жечь все дни костры, отворить все ворота в крепости, начертить кровью жертвенных животных руны на высоком частоколе, что бы каждый кто подплывал к Хедебю видел, что входить опасно. Именно так и происходило множество раз, подплывавшие драккары ярлов заметив недобрые знаки, тут же разворачивали свои корабли обратно, купцы и торговцы так же не смели ступать на берег до тех пор пока болезнь не отступит. Никто не смел рискнуть и войти в поместье, не от кого было ждать помощи, поэтому Ингеборг надеялась лишь на свои силы.
– Ступай, вели воинам отнести их к остальным усопшим…
– Да Госпожа.
Ингвидоттир проводила Гунхильд грустным взглядом. Ее саму, как и немногих остальных, болезнь не коснулась. Принцесса с утра до поздней ночи вместе с рабынями присматривала за больными, варила целебные отвары, и сбивала жар каждому кому могла хоть чем то помочь и облегчить страдания.
Прошло три Луны как Харальд покинул Хедебю. Мрачный и молчаливый его хирд ранним утром отчалил от берега, не попрощавшись. После его отплытия, спустя несколько дней поселение покинул и Ингемар, отправившись в поход на Англию, забрав с собой большую часть воинов.
Болезнь пришла в Хедебю неожиданно, с холодным расчетом она забирала в свои объятия одного за другим, некогда крепких мужчин, здоровых женщин и румяных детей. Лихорадка не пощадила никого.
Тут и там слышались крики и плачь, стоны и мольба. Ингеборг несколько раз приносила жертву богам, добротных лошадей, коз и коров. Но Боги казалось были глухи к ее мольбам, с каждым днём дыхание смерти настигало ее повсюду. Когда уже здоровых мужчин в поместье осталось ничтожно мало, она собственными руками помогала выносить мертвых, разжигала погребальные костры, кипятила воду для больных, готовила похлёбку и кормила немощных.
В этот момент для неё стерлась грань между дочерью конунга и простой рабыней. Сейчас она несла ответственность за свой народ, за всех людей кто нуждался в ее помощи.
Ингеборг сглотнула горькую, вязкую слюну.
Волна боли вновь накрыла ее. Вчера она схоронила отца. Конунга похоронили как и положено его статусу и величию, чёрная лихорадка забрала Ингви. У несчастной Ингеборг даже не было времени оплакивать смерть родителя, повсюду были десятки умерших, которых приходилось скорее хоронить.
Всего три дня хватило что бы конунг покинул этот свет, никакие примочки и отвары не помогали сбить жар, уже в полубреду, Ингви вяло держал руку дочери.
Сидя на коленях перед его ложем, Ингеборг молча глотала соленые слёзы, крепко сжимая ладонь отца, чувствуя как с каждой минутой силы покидают его, огонь жизни вот вот погаснет в нем.
– Ингеборг… Дочь моя … – Шептал конунг, не открывая глаз, на его восковом лице выступили бусинки пота, принцесса промокнула лоб родителя влажной тряпицей.
– Я здесь отец, я рядом…
– Я скоро покину этот свет… Боги уготовили мне такую судьбу…И я приму ее с достоинством… Подай мне мой меч… пусть когда я умру, он будет у меня в руках…
Ингеборг тут же метнулась к сундуку отца, где лежало оружие. В позолоченных ножнах, украшенных рубинами, лежал меч конунга, доставшийся ему от своего отца. Конунг очень берег его, теперь настала пора передать его наследнику.
– Вот отец… – Ингеборг вложила в его слабую ладонь оружие, драгоценности на его рукояти надменно сверкнули в полумраке комнаты. Где то за стеной послышался громкий плачь ребёнка.
Конунг слабо стал перебирать пальцами по ножнам, дыхание его становилось все тяжелее.
– Настала пора передать его, передать в надёжные руки… – Ингви внезапно закашлял, из груди вырвался лающий кашель, принцесса приподняла слегка его голову, и поднесла к губам чашу с отваром. С большим усилим конунг сделал небольшой глоток и вновь опрокинулся на подушку. Влажные от пота волосы прилипли к лицу, Ингеборг бережно утирала его влажной тряпицей.
– Я передам его Ингемару отец, ты можешь быть спокоен… – Утешала его принцесса, стараясь не показывать слёзы при нем.
Конунг чуть приподнял ладонь
– Нет …Нет Ингеборг! Этот меч ты отдашь Харальду… Ты должна попросить у него прощения…В Мерсии, куда он отправился его ждёт ловушка, западня…Ингемар договорился с их королем, что когда Харальд приплывёт что бы разобраться и отомстить за смерть поселенцев, король Мерсии убьёт его, взамен Ингемар перестанет брать подать с их земель и оставит королевство в покое… – Конунг чуть приоткрыл глаза – Поселенцев никто не убивал… Таким способом Ингемар решил избавиться от Харальда, что бы наверняка унаследовать трон себе… – Ингви вдруг замолчал, Ингеборг слушала его не смея шевельнуться. Эта новость поразила ее до глубины души. Она всегда знала что Ингемар недолюбливает Харальда, но что бы так подло поступить с братом..
– И ты поддержал его в этом? – Прошептала она, не веря собственным ушам.
– …Я не хотел волнений среди людей…Бастард не может стать конунгом… но сейчас… сейчас я понимаю как малодушно я поступил…Именно Харальд должен стать правителем севера, это он должен был повести наших людей в поход… Ингемар проиграет бой, запомни мои слова девочка…
Ингеборг прикусила губу, горячие слёзы безмолвно капали с голубых глаз, ее родной отец и брат, так жестоко поступили с Харальдом.
– Это я приказал убить словенскую девчонку, я хотел что бы Харальда ничего не держало тут, что бы больше он не вернулся в Хедебю и не учинил расправу над Ингемаром, ведь тот наверняка бы прикончил девку, вдоволь натешившись ею…
– Но как он вернётся теперь! Король Мерсии и его воины убьют Харальда! Он в сговоре с Ингемаром! – В сердцах закричала Ингеборг, напугавшись от собственного крика. Девушка в крепко сжала тряпицу в руке, влага выступила из неё и закапала на пол.
Губы конунга дрогнули, изображая подобие улыбки.
– …После рассказа Ингемара, я долго думал. Потом тайно отправил драккар в Мерсию с посланием для короля. Харальду ничего не угрожает…
– Но тогда зачем он отправился туда?
– …Ингемар поступил дурно… Увы но мой законный сын алчный и подлый… такой не сможет достойно управлять людьми… когда Харальд вернется с Мерсии, а Ингемар с похода земель саксов, Харальд будет иметь полное право в глазах людей стать законным правителем севера. Народ узнает о том что подстроил Ингемар, люди перейдут на сторону Харальда и поддержат бастарда … из двух сыновей мне пришлось выбрать одного … и я сделал свой выбор… Именно Харальд принесёт процветания нашей земле…
– Но как же Ингемар?
– …Ему придётся смириться с моим решением… Моим последним решением…Я много думал, как сделать так что бы именно Харальд стал конунгом, но Ингемар сам помог мне в этом. Бастард не может стать правителем, но после подлости Ингемара, люди признают Харальда… – Конунг прижал ладонь дочери, принцесса почувствовала насколько холодной стала его рука – Скажи Харальду… скажи ему что я… Мне жаль словенскую девку… когда нибудь он простит меня… передай всем мою волю… конунгом станет Харальд… – Ингви внезапно глубоко вздохнул, ладонь его безжизненно опрокинулась на край шерстяного одеяла, Ингеборг тут же бросилась к нему
– Отец! Словенка жива! Ты слышишь? Отец! – рыдания принцессы наполнили всю небольшую комнату, склонив голову девушка прижала безжизненную ладонь отца к своим губам.
– Я все передам, я все сделаю как ты велел… Да прибудет с тобой Один, отец…Прощай на веки…
В последние тёплые дни лета, Ингеборг стала не на шутку тревожиться, Ингемар с хирдом ещё не вернулся с похода, да и от Харальда известей она так и не получала.
В отсутствие братьев, владения поселения перешли в ее руки, всего за пару месяцев она превратилась из беззаботной девчонки, в серьёзную и вдумчивую женщину.
Чёрная лихорадка скосила половину населения Хедебю, унесла жизни множества людей, включая конунга.
Настали трудные времена для севера, конунг мёртв, наследников пока кроме нее нет. На поселение стали нападать, каждый пытался предьявить свои права на земли Ингви, ярлы с соседних земель прознав о смерти монарха, стали наведываться к Ингеборг, тем более защитить теперь ее и народ было некому. Отца нет, а братья неизвестно когда вернуться, да и вернуться ли? А тут девка сидит на престоле, мужа нет, отца нет, да и воинов для защиты раз два и обчелся. Как такая править может?
В это воскресное утро к берегам Хедебю подплыл драккар ярла Хока. Ингеборг знала крутой нрав ярла, несколько раз она отказала ему, когда ещё отец был жив. Принцесса отвергла его предложение руки и сердца, не приняв дорогие подарки от Хоука. Тогда тот поклялся ещё вернуться, но Ингеборг не придала значение словам брошеных в гневе.
С ней был отец, был Ингемар и Харальд, а сейчас она одна и кажется теперь Боги не на ее стороне.
Накинув на голову платок, Ингеборг в сопровождении двух воинов, вышла встречать только что прибывшего Хоука.
Настроение ее было дурное, ничего хорошего не сулила встреча с ним. Поместье почти разорено, болезнь забрала десятки лучших воинов, провизии осталось ничтожно мало, амбары и кладовые опустели. И если сейчас Хоук и его хирд решит прибрать Хедебю в свои руки, то гордой Ингеборг предстоит вновь взять в руки оружие, и из последних сил защищать честь отца и свою собственную.
Спускаясь по крутому склону, Ингеборг печально вздохнула. Ее люди слишком слабы после лихорадки, да и большая часть уже давно мертва. Народ устал держать оборону от постоянных мародёров и нападений. Без крепкой руки, Хедебю так или иначе возьмут в осаду.
Ингеборг нахмурилась, это дурные мысли! Она истинная дочь конунга, Хоук ничего не посмеет ей сделать! Скоро вернуться братья, со дня на день! Она должна защищать свой народ и землю от посягательства голодных шакалов!
– Рада приветствовать тебя, Ярл Хоук. – Натянуто произнесла Ингеборг наконец выйдя в бухту. Сотня воинов ярла неспешно разгружали драккар, Ингеборг удивилась, что они делают? Разве она давала ему знак или разрешения располагаться в Хедебю?
