Текст книги "(Не)Попаданка 2: Древняя кровь (СИ)"

Автор книги: Кристина Абрамова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

Тут, кстати, становится понятно недовольство оборотней. Судя по всему, они уверены, что Корицу избили из-за меня. И, кстати, это к лучшему. Пусть лучше думают так, чем то, что вепря покалечили в знак неуважения и пренебрежения темноморцами!

Но, по сути, странно все это. Кто мог справиться со здоровенным оборотнем? Уверена, что Златан связался не с мелкой шпаной из подворотни, – справиться с вепрем могли только профессионалы, эдакие костоломы высокого класса. А это, в свою очередь, подводит нас к чему? К тому, что подстава была хорошо организована. Даже случай хороший подвернулся – Златану запретили, но он все равно попытался меня умыкнуть и вроде как за это и поплатился…

М-да… Мутно все как-то. Единственное, что знаю точно, так это то, что к избиению непричастен упырь.

Во-первых, у него, как и у Вельского, алиби – ночь Феликс провел у меня, – а во-вторых, он не идиот, чтобы так подставлять всех в ответственный момент…

Впрочем, пусть с избиением Корицы разбирается полиция, а мне грех не воспользоваться случаем и не просмотреть бесову газетенку! Вытянула из ящика стола «Светлогорский вестник», уложила его к себе на колени под столом, чтобы, не приведи боги, никто из посетителей не застал меня за чтением прессы, и с внутреннем трепетом начала просматривать первую страницу.

На первой полосе располагался подробный список запланированных праздничных мероприятий.

'Вся Русславия с головой окунулась в праздничные торжества, связанные с подписанием мирного договора с Темноморским княжеством. Эпицентром народных гуляний стал наш Светлогорск, куда съехались тысячи туристов со всех концов страны и сопредельных государств.

Из оговоренного заранее расписания мероприятий следует, что поезд его величества Владимира Третьего прибудет на вокзал нашего города к девяти часам утра в воскресенье. Правительственный кортеж проедет по главному проспекту Светлогорска, дабы поприветствовать всех горожан и гостей города.

В одиннадцать утра состоится торжественная встреча делегации великого князя Рутгера. Примечательно, что свой приезд в Светлогорск главы государств решили использовать в качестве платформы для проведения нескольких важных официальных встреч. Таким образом, известно, что Владимир на протяжении трех последующих дней должен будет встретиться с представителями оборотней и эльфов для обсуждения вопросов, связанных с дальнейшим развитием отношений между нашими странами.

Для простых граждан все это время будут открыты ярмарки и площади для гуляний и уличных представлений. Всего отпраздновать долгожданный мир можно в девяти точках Светлогорска, но центральным событием следующей праздничной недели считается маскарад, который начнется в среду на главной площади города сразу после подписания мирного договора. Вход на маскарад свободный, но наличие праздничного костюма – обязательно!'

Ух ты, маскарад! Круто! С интересом перелистнула страницу и болезненно сжалась, ибо весь разворот был посвящен прошедшей встречи эльфов. Тут даже снимки прилагались: вот фото величественного эльфийского дирижабля, плывущего в ясном небе; вот Сириниэль, спускающийся по трапу; а вот – крушение аэростата и обезумевшая толпа. Не буду это читать, не могу. Лишь мельком отметила, что в конце статьи приведен перечень выплат пострадавшим, о которых вчера говорили Феликс с Петром Аркадьевичем.

На следующем развороте оказалась колонка новостей, случившихся за неделю. На первом месте была напечатана статья под названием «Новые назначения», где говорилось о том, что подбором новых начальников Светлогорска руководил лично государь Владимир Третий (надо думать, подбирал людей, исключительно лояльных себе), а вот следующий заголовок заставил недовольно поджать губы.

«Правительственный прием после трагедии на Совиных пастбищах: излишество или необходимость?»

М-да… Понятно, что Анфиса взъелась на то, что ее не пустили на бал, но… Здесь лишь одно хорошо: на развороте в числе прочих обнаружилось и фото Иды. Девушка была запечатлена в компании Ярослава на крыльце здания администрации, судя по всему, фото было сделано уже после того, как мы с Айжаной и нашим сопровождением ушли домой. Под фото было краткое пояснение, что «барышня на снимке – начинающая оперная певица, которая скрасила вечер высокопоставленных персон своим дивным пением. Особо отрадно то, что птица столь высокого полета выбрала для приема наряд местной мастерицы мадам Коко, что держит небольшой магазин готового платья на Медовой улице». О! Здорово, вот и Коко засветилась!

Следующая страница посвящалась криминальной хронике. Несколько пьяных драк, избиение Корицы в какой-то подворотне и сообщение о двух пропавших без вести девицах…

Так пролистала еще парочку разворотов, чтобы вздрогнуть и во все глаза уставиться на свое фото в самом конце разросшейся газетенки!

Репортеры умудрились заснять меня у здания администрации в компании Петра Аркадьевича. Видимо, запечатлен момент, когда мы спускались к машине, дабы отправиться на встречу эльфов.

«Редакционное расследование! Вероника Воронцова – дочь Петра Полевского?»

Вмиг всю меня затопило возмущение. Что⁈ Чья я дочь⁈ Вот же… Боги! Ведь в глубине души я не поверила Вельскому! Просто не поверила, что репортеры могли так… Ух!..

Оторопело уставилась перед собой, громко пыхтя, просидела так пару мгновений, затем глубоко вздохнула и мужественно углубилась в чтение.

«На этой неделе случилось еще одно громкое назначение. Речь идет о должности помощника градоначальника, которую с легкостью отдали пришлой девице без денег, связей и опыта работы. Да-да, дорогие наши читатели, речь идет о небезызвестной Веронике Воронцовой, которая, по легенде, пришла в Светлогорск чуть менее месяца назад из глухой горной деревушки, устроилась здесь работать подавальщицей в трактире „Алк-аш“ и уже спустя неполных две недели вскружила голову бывшему шефу Особого отдела полиции Всеволоду Вельскому. Все прозвучавшее кажется какой-то невероятной фантастической историей, не так ли?»

Конечно, так! Вы же все это и выдумали!.. Да чтобы вас бесы пожрали, журналюги поганые! У, отцепиться все не могут! Ишь ты! «Без денег и опыта работы», «вскружила голову бывшему шефу Особого отдела!» И ведь никому не докажешь, что я просто помогаю Полевскому с сортировкой мелких документов, а история с Вельским так и вовсе бред чистой воды…

«А что если все совсем не так, как нам кажется?»

О, да неужели⁈

'Что если история барышни Воронцовой куда как проще? Давайте порассуждаем на эту тему. Что если у князя Петра Аркадьевича Полевского имеется никому неизвестная незаконнорожденная дочь, которую любящий родитель хочет вывести в свет?

Допустим, что отношения графа Вельского и барышни Воронцовой начались давно, и Петр Аркадьевич всей душой одобрил эту связь. Но при условии! Граф обязательно должен жениться на барышне. А когда это лучше всего сделать? Разумеется, в дни общего народного ликования. Всего-то и надо, что перевести дочь на более престижную должность своего собственного помощника, и все: мезальянс с графом Вельским уже не будет казаться таким очевидным.

Этот союз будет выгоден всем: барышня получит статус супруги высокопоставленного русского чиновника и титул графини, Вельский – любимую женщину, а Петр Аркадьевич наконец-то исполнит мечту об узаконенных правах и высоком своей младшей дочери.

Ждем сообщения о свадьбе графа Вельского в ближайших выпусках «Светлогорского вестника». Как видите, таинственная история барышни оказалась куда как очевидной и простой!'

Ну все, супруга Полевского меня теперь точно убьет.

* * *

Между тем день тянулся своим чередом. Спустя час Полевский вызвал меня к себе и сообщил, что вечером состоится совещание по поводу завтрашнего посещения штаба командования русских войск.

– Информация важная, так что вам также надлежит быть. Идите пока работать, милая барышня, с другими участниками обсуждения я свяжусь лично.

И верно: Петр Аркадьевич предупредил о совещании Бутурина и Вельского, связался с еще несколькими чиновниками и даже позвонил Феликсу. Правда, в этот раз долгого разговора не вышло, господа лишь договорились о том, что Полевский сообщит упырю итоги совещания все так же, по магофону. Сам Феликс был чем-то очень занят и присутствовать на собрании не мог.

В назначенное время в приемную потянулись чиновники, виденные мною ранее и совершенно незнакомые. В итоге в кабинете Полевского сгрудилось аж десять человек, включая господ дознавателей. Я, поняв, что все приглашенные уже явились, зашла в кабинет одиннадцатой, и… собственно, совещание началось.

– Итак, дорогие друзья, я собрал вас здесь, чтобы проговорить основные моменты завтрашнего мероприятия, – начал Петр Аркадьевич. – Спешу напомнить, что указанное событие имеет историческое значение, оно должно состояться, несмотря ни на что.

Полевский зорко оглядел присутствующих в кабинете, дабы все прониклись важностью момента.

– Итак, – повторил босс, – встреча государя с военными состоится в Западном пределе – это одно из самых защищенных и безопасных мест на юго-западной границе, так что командование русских войск для встречи Владимира переместилось туда. Прошу заметить, что выступление государя намечено на два часа пополудни, но учтите, что сама крепость расположена в пяти часах езды от Светлогорска. Выдвигаемся мы с вами от южных городских ворот в девять тридцать утра. Будьте любезны, господа, не опаздывайте! Ждать никого не будем.

Полевский строго оглядел собравшихся и продолжил:

– Далее. Время проведения мероприятия решено максимально сократить. То есть перед военными выступит только государь. По завершении речи Владимира нам надлежит переместиться в зал заседаний для распития игристого вина и неофициальных поздравлений, в ходе которых будут награждены особо отличившиеся солдаты и офицеры. Но на это не более тридцати минут. Далее мы разделяемся – если вы захотите, то сможете остаться в крепости и продолжить кутеж, если же нет – сможете отбыть с нами назад в Светлогорск. Максим Михайлович, – обратился Полевский к Бутурину, – я знаю, что маршрут между Светлогорском и крепостью вами изучен досконально и план защиты государя много раз отработан. Будьте любезны, введите нас в курс дела.

– А говорить особо не о чем, – пожал плечами дознаватель. – Обеспечивать безопасность его величества и прочих присутствующих на мероприятии будут сотрудники полиции и Государственной службы охраны. После выступления государя в крепости, а также получасовой пирушки нам всем надлежит вернуться в город. Поедем одним хорошо охраняемым кортежем, никаких проволочек в пути быть не должно. По приезде в город разделяемся. Каждый двигается к месту своего проживания, государя увозим в городскую резиденцию Мирона Кренделя. Все.

– Хм… Большое спасибо, Максим Михайлович. У собравшихся есть вопросы?

– Государь прибудет в Западный предел самостоятельно? – спросил один из господ.

Ответил ему Бутурин:

– Да. Его величество со свитой, а также высшее военное командование и некоторые гражданские чины прибудут в крепость самостоятельно.

– У меня также есть вопрос, господин генерал-лейтенант, – обратился к Бутурину еще один чиновник. – Надеюсь, что ваш ответ будет честным. Меры по охране его величества предприняты весьма серьезные, и, судя по всему, не без основания. Стало быть, у вас есть информация о готовящемся покушении на государя?

В зале мигом стало тихо и как-то мрачно. С одной стороны, было страшно за государя… но и за себя любимых всем присутствующим было тоже боязно…

– Вам нечего опасаться, господин генерал-губернатор, – отозвался молчавший до того Вельский. – Государь должен всегда находиться под надзором взвода телохранителей. Что касается усиленной охраны самого события, это лишь меры, продиктованные здравым смыслом. Сами понимаете, этот мир важен для Русславии со всех сторон, да и концентрация чиновников самого высокого ранга обязывает… Ну и, если вам так будет легче, я вот в Западный предел не еду и остаюсь здесь координировать действия силовых структур, – улыбнулся уголком губ Всеволод Александрович.

В помещении воцарилась задумчивая тишина.

– Ну что же, коли ни у кого более вопросов нет, то считаю собрание оконченным. Дорогие друзья, встретимся завтра у южных городских ворот. И помните, что в девять тридцать утра мы должны уже двинуться в путь одним слаженным кортежем.

Господа скоро разошлись, и я тоже начала собираться домой. Попрощавшись с Петром Аркадьевичем, который, по обыкновению, задерживался на работе, направилась на выход из приемной, где сразу же была перехвачена поджидавшим здесь Эрмином.

– Вероника Сергеевна, вы уже освободились? Вас велено сопроводить в трактир, накормить ужином и проследить, чтобы вы без глупостей ушли в свою комнату готовиться ко сну.

Я уже хотела возмутиться, но орк продолжил:

– Вероника, извините, но у меня приказ начальства. Сам Феликс Родимович загружен работой и поужинать сегодня с вами не сможет. Ну а я сразу после ужина в вашей компании тоже к нему присоединюсь… Мы все очень устали, а до подписания договора – еще целых четыре дня. Сердечно прошу вас: не усложняйте мне жизнь, хорошо?

Последняя фраза прозвучала особенно тихо и устало.

А я подумала и… кивнула. Попрощалась с Полевским, который предупредил, что заедет за мной в трактир ровно в девять часов, убрала со стола и мирно потопала за Эрмином, стараясь загнать подальше сожаление по поводу отсутствия упыря. Да, мне очень приятно, что он обо мне позаботился, и все же хотелось бы видеть его лично.

Глава 23

Глава 23

В трактире я наскоро перекусила, наблюдая за тем, как мой «конвоир» совсем «незаметно» поглядывает в сторону снующей рядом Айжаны. После ужина Эрмин ушел назад на службу, не забыв напомнить мне о важности здорового сна и опасности поздних шатаний по городу. Впрочем, ввиду последних событий – не очень-то и хотелось! Так что, придя в свою комнату, я сразу же завалилась спать… Наверное, это покажется странным, но вырубилась я практически сразу, так и проспав всю ночь без сновидений и явлений…

И вот спустя час после подъема мы с Петром Аркадьевичем и водителем Борей резво катили по залитым солнечным светом улочкам, наслаждаясь утренней прохладой и новым летним днем. Честно говоря, я почему-то была уверена, что шеф подвезет до Западного предела еще и Феликса с Эрмином, однако же ни упырь, ни орк с гостевого этажа так и не спустились, а сам Полевский их отсутствие никак не прокомментировал. Видимо, Феликс остался ночевать где-то на службе и нагонит нас по дороге.

А за окном между тем проносились пестрые пейзажи мирного южного города. Пару раз мимо проплывали яркие шатры праздничных ярмарок, от которых доносились залихватские крики, веселые голоса и радостный визг. Далее проехали через набережную, затем миновали Главное полицейское управление.

Через какое-то время наш автомобиль уже бодро мчал по наезженной дороге в сторону заставы с поднятым шлагбаумом. Там с внешней стороны символических городских ворот нас ждал кортеж из шесть автомобилей, двое из которых были вместительными полицейскими «минивэнами».

Завидев притормозивших нас, люди, стоящие около автомобилей, быстро забрались внутрь своих машин и слаженной вереницей двинулись в путь. Причем первым на дорогу выехал легковой черный полицейский автомобиль, а замыкали шествие те самые крупные микроавтобусы…

Так, стоп, я не поняла, а где, собственно…

– Петр Аркадьевич, а Феликс Родимович едет в какой-то из этих машин? – обмирая от неприятного предчувствия, вопросила я.

– Нет, милая барышня, Феликс не едет в Западный предел, у него много дел в Светлогорске, а его подручный Эрмин отбыл в крепость гораздо раньше нас.

– Понятно, – тихо проговорила я.

Боги, я была уверена, что мы поедем в крепость вместе с Феликсом!

– Вероника Сергеевна, – внезапно окликнул Полевский, – я хотел предупредить: по сути, наше присутствие на сегодняшней встрече формально, мы просто посидим в первых рядах приглашенных гостей, послушаем государя и отбудем восвояси… И все же будьте предельно внимательны! Видите ли, сегодня утром я имел сомнительное удовольствие беседовать с господином Сириниэлем. Эльфы настаивали, чтобы мы взяли их с собой.

Я непонимающе моргнула. Э-э-э… То есть Сириниэль оборзел настолько, что потребовал дать ему доступ к военному объекту, где планируется важное мероприятие исключительно для «своих»?..

– Эти ушастые совсем уже, да⁈ – раздраженно воскликнула я, забыв, где и с кем нахожусь.

– Очень похоже на то, – усмехнулся шеф. – Разумеется, господин Сириниэль утверждал, что эльфы просто хотят быть «вместе со своими друзьями в столь важный день», правда, при этом он не забыл припугнуть меня нормами международного права, согласно котором мы обязаны пускать «дорогих гостей» на любые объекты, какие бы они ни пожелали посетить.

– Боги, такие нормы действительно существуют⁈

– Существуют, к сожалению! – вздохнул Полевский. – Правда есть в них одна оговорка: пускать иностранцев нужно везде, кроме объектов стратегического значения. А действующая пограничная крепость, несомненно, является одним из таких вот объектов… Так что ушел Сириниэль ни с чем.

Я покачала головой. Наглости эльфам не занимать. И да, надеюсь, Сириниэль все же не станет владыкой, а то с Эльдолеоном в итоге будут воевать абсолютно все соседи!

* * *

Тем временем наш кортеж бодро катил по накатанной дороге. За окном чирикали птицы, легкий ветерок играл с листвой деревьев, солнечный свет разливался по дороге и лазоревому небу, что оглаживало пики далеких снежных гор. Красота, лепота и сплошное удовольствие!

Спустя пять часов езды меня уже ничего не радовало. Только и хотелось, что быстрее выйти из машины да размять затекшие ноги и спину! Все же местные автомобили только с виду элегантные и удобные, а на деле же до наших современных машин по части комфорта им еще ой как далеко!

Подпрыгивая на кочках, нетерпеливо вглядывалась в окно в ожидании конца пути и потому не пропустила момент, когда густой лес внезапно расступился и мы выехали на обширное поле, где в паре километров от нас возвышался он… Западный предел.

Вообще крепость с поэтичным названием представляла собой здоровенный суровый форт округлой формы. Именно форт, ибо никаких защитных стен вокруг выстроено не было. Мне сразу на ум пришли классические питерские дворы-колодцы, ибо Западный предел, по сути, являлся таким вот колодцем. Правда, колодец этот был хмурым, неприступным и крайне опасным.

Когда подъехали близко, стали видны многочисленные окна-бойницы. Я поежилась от внезапного ощущения, будто бы крепость смотрит на нас настороженно и оценивающе, прикидывая степень возможной угрозы и способы нашего устранения…

Между тем автомобили преодолели последние сотни метров, отделяющие нас от крепостных ворот. С глухим шипящим звуком шины прокатились по гравию, дабы притормозить у тяжелого шлагбаума с дежурившими здесь постовыми. Далее последовала небольшая заминка, когда из первого автомобиля нашего кортежа вышли Бутурин и еще парочка сотрудников Особого отдела. Они подошли к караульным, обменялись с ними парой фраз и показали какие-то документы.

Офицер, судя по всему, главный в карауле, придирчиво осмотрел бумаги, подозрительно оглядел наши автомобили, но таки отдал часть Бутурину и кивнул своим солдатам: дескать, все чисто, этих можно пропускать! Далее весь наш кортеж въехал на обширный двор крепости. Борис подрулил к веренице стоящих здесь автомобилей и наконец остановился.

Обрадовавшись, я тут же выбралась из машины… Здесь хотелось бы сказать «легко выпорхнула», но чего уж врать? Вывалилась, как сухая коряга! Оказавшись на воле, всей грудью вдохнула чистейший воздух с ароматом луговых трав, хорошенько потянулась и только потом огляделась вокруг.

Внутренний двор Западного предела оказался размером с футбольное поле и, судя по всему, в другое время пустовал, если не считать тренировок личного состава, – повсюду были установлены различные спортивные снаряды, а двор опоясывала полоса препятствий. Сегодня же все свободное пространство Западного предела было забито под завязку. Солдаты и офицеры – высокие мощные орки, привычные моему взгляду люди и коренастые гномы, – вышли сюда, дабы увидеть и услышать то, как государь объявит об окончании изматывающей тридцатилетней войны.

Собственно, мы и припарковались в самом «хвосте» той самой толпы – из своих автомобилей начали выходить чиновники и их секретари, двери «минивэнов» распахнулись, выпуская слаженную команду городовых, которые тут же разбрелись по явно заранее оговоренным местам. Также я обнаружила городовых по периметру двора. Полицейские и мужчины в черной форме (сотрудники госохраны, видимо) виднелись и в толпе военных.

Внезапно поняла, что неосознанно высматриваю в толпе совершенно конкретного человека, но… его здесь нет.

Под руководством Петра Аркадьевича и Бутурина мы проследовали на другой конец «футбольного поля», где возвышался деревянный помост, украшенный государственными флагами Русславии. Оставалось пройти еще каких-то пару шагов, когда дорогу нам заступил весьма представительный мужчина средних лет.

– Петр Аркадьевич, здравствуйте! Вы прибыли четко по графику! Скорее занимайте места, начало через минуту.

– Здравствуйте, Викентий Валерьевич!

– Да-да… – рассеянно отозвался мужчина и тут же повысил голос, обратившись ко всей нашей компании: – Дорогие друзья! Места почетных гостей расположены в первом ряду. Для вас установлены стулья, а на них – таблички с вашими именами, так что здесь не ошибетесь. Ваши помощники и секретари могут расположиться сразу за вами во втором ряду. Будьте любезны, рассаживайтесь скорее, мы начинаем.

После сказанного господин развернулся и куда-то спешно ушел.

– Это секретарь государя, – ответил мне на невысказанный вопрос Полевский.

– О! – только и смогла выдохнуть я.

Наши с Полевским места нашлись быстро – они располагались строго по центру импровизированного «партера». К слову, рядов здесь было куда больше, чем два, и заполнены они были в основном крупными подтянутыми мужчинами в военной форме. Представительниц прекрасного пола, кроме меня, не было вовсе. Впрочем, особо поглазеть по сторонам не вышло. Во-первых, неприлично, во-вторых… Началось.

Приглушенный гул голосов тут же стих, когда на помост вышел… Эрмин! Правда, одет он был не как обычно – могучий торс орка сегодня обтягивал черный мундир офицера Государственной службы охраны. Строгая форма невероятно шла Эрмину, вытягивая его, подчеркивая ладную фигуру и очерчивая рельефный торс. Эх, жаль, Айжана его не видит! Уж она бы точно оценила!..

Широко улыбнулась своим мыслям и поймала взгляд Эрмина. Орк улыбнулся уголками губ, но практически сразу же перевел взгляд в толпу. Осмотрев собравшихся цепким профессиональным взглядом, Эрмин остался на сцене, лишь сделал шаг назад и кивнул кому-то, приглашая на помост. Получив добро, на сцену вышел секретарь государя.

Встав за трибуну, он обратился к почтенной публике:

– Господа и… дамы. Сегодня – великий светлый день. День воцарения долгожданного мира. Текст исторического соглашения между русским и темноморским государствами готов, обговорен и полностью утвержден заинтересованными сторонами. Положения мирного договора вам зачитает и разъяснит его светлейшее величество, государь всея земель русских, правитель Северных земель и Восточного предгорья Владимир Третий.

Толпа военных разразилась приветственными возгласами, а на помост твердой решительной походкой взошел…он .

* * *

Меня словно ударили под дых. На какое-то мгновение я забыла, как дышать, потому что… Потому что виденный мною ранее портрет, равно как и фото в кабинете Полевского, прекрасно передали и безупречно правильные черты лица, и атлетически сложенную фигуру, затянутую в строгий черный мундир, чем-то похожий на форму стоящего за государевой спиной Эрмина.

Между тем под перекрестным огнем сотен глаз Владимир встал за трибуну, положил перед собой текст речи, расправил широкие плечи и цепким взглядом окинул собравшуюся перед ним толпу. Долю секунды рассматривал военных, а затем взгляд его синих глаз остановился на мне.

Наверное, это разыгралось буйное воображение, но мне показалось, что смотрел на меня государь чуть дольше, чем на собравшихся здесь военных. Чуть дольше, чем это было бы незаметно. Между тем Владимир взглянул на лежащие перед ним записи, а затем… вновь перевел взор на меня. Все! Я готова, меня можно выносить!

Судорожно вздохнула, поняв, что под пристальным взором монарха пропустила пару вдохов. По щекам разлился пожар, а в ушах зашумело. Было очень неловко, и… и я сильно засмущалась. Уставилась на свои колени и не слышала ничего вокруг, так что умудрилась пропустить добрую часть вступительной речи.

– … который приближал весь наш славный народ долгие тридцать лет, наконец настал, – разлился по внутреннему двору неприступной крепости твердый, хорошо поставленный голос. – С великой радостью, с чувством полного душевного удовлетворения сообщаю вам, верноподданные сыны Русславии, что кровопролитной, тяжелой и изматывающей войне пришел долгожданный успешный конец.

Со стороны сотен военных, заполнивших внушительный двор крепости, послышался тихий гул одобрения. Государь смотрел на подданных открыто и прямо, но… его взгляд неизменно возвращался ко мне!

Такой явный интерес Владимира льстил, но в то же время дико нервировал. Почему он так на меня пялится? Вот ни за что не поверю, что я ему понравилась… Может, у меня лицо грязное? Или одежда порвана, или… Гм… так, стоп. Да я же здесь единственная женщина! Судя по всему, Владимиру просто-напросто интересно, кто я такая! От столь простого объяснения аж от сердца отлегло! Владимир не проявляет ко мне какого-то особого интереса, просто больше здесь нет женщин.

Как-то разом стало совсем уж спокойно. Я выпрямила спину, перестала краснеть и с интересом стала следить за государевой речью.

– Да, – между тем продолжил его величество, – итоги темноморской компании мы подводим не в павшей столице оборотней, а здесь, в Западном пределе, на приграничных территориях. Но выходим мы из войны не как проигравшие, но как победители!

О как! Впрочем, гул одобрения стал куда как громче.

– С гордостью сообщаю вам, добрые друзья мои, что вашим упорством и силой русской дипломатии удалось заполучить все права и привилегии, которые еще много лет назад задумал добыть для Русславии мой батюшка, светлейший государь Иван Алексеевич. Таким образом, Русславия получает в арендное бессрочное пользование восточный берег Темного моря – участок земли, равный одной тысячи двумстам квадратным километрам и включающий в себя стратегически выгодный район Зеленого полуострова, где планируется выстроить отвечающий всем современным требованиям военно-морской порт. Кроме того, по соседству с нашей новой базой военного флота планируется построить прибрежный город с удобной гаванью для гражданских судов торгового и иного назначения…

Владимир говорил и говорил, а собравшаяся толпа внимала ему, застыв в восторженной тишине. Надо ли упоминать, что за всю свою речь государь ни разу не взглянул на лежащий перед ним листок?..

– В перечень оговоренных к сдаче территорий вошло еще и магиниевое месторождение. По данным геологической службы, запасов магиния здесь хватит на несколько сотен лет, и, разумеется, разработка руды теперь полностью ляжет на плечи русских горнозаводских компаний. От разработки руды Русславия будет получать шестьдесят пять процентов прибыли. По подсчетам Русского аналитического ведомства, задуманные нами проекты выйдут на полную окупаемость уже спустя пять лет после заключения мира, еще через два года русское государство будет получать внушительные прибыли. За этот период мы создадим около миллиона рабочих мест, что подстегнет развитие экономики, а значит, и развитие инфраструктуры, и социальное строительство.

Владимир в очередной раз окинул собравшихся зорким взглядом.

– Я не буду углубляться в дебри социально-экономических прогнозов, скажу лишь, что общий экономический рост через ближайшее десятилетие составит более семидесяти процентов, что как нельзя более благополучно скажется на благосостоянии нашего народа!

Владимир говорил что-то еще, но, казалось бы, большая часть подданных его уже не слушала. Все были слишком поражены. Ну еще бы! Государь фактически посулил в скором времени чуть ли не манну небесную! Дай боги, чтобы все получилось так, как обрисовал Владимир, дай боги!

Я сама чуть не присвистнула, слушая о планируемом «большом скачке». Если удастся осуществить задуманное, то… то это будет невероятным прорывом!..

– А мы?.. В чем в ответ уступим мы⁈ – внезапно раздался выкрик из толпы.

А и правда, в чем⁈

Судя по всему, критическое мышление от обрисованных перспектив покинуло не всех – таки остался среди нас один здравомыслящий человек.

Государь между тем, услышав окрик, сузил глаза и пристально посмотрел на военных, силясь отыскать крикуна, затем коротко взглянул на стоящего неподалеку секретаря и произнес:

– По большому счету, никаких тяжелых последствий для Русславии мирный договор не несет. Главная наша обязанность – это стабильные выплаты арендной платы за приморские территории. Кроме того, на плечи Русславии полностью перекладываются все экономические издержки по добыче и переработке магиния, все же тридцать пять процентов прибыли будет утекать темноморцам по праву владения. Кроме того, именно наша казна будет оплачивать строительство военно-морской базы, города-порта и отвечать за подведение всей необходимой инфраструктуры к ним…

Владимир замолчал, словно бы раздумывая, следует ли продолжать, но в следующее мгновение что-то для себя решил и проговорил:

– А еще у темноморского князя Рутгера, судя по всему, есть матримониальные планы на мой счет – речь идет о его дочери Ядвиге… Но с этим я как-нибудь разберусь сам, – под тихие смешки закончил государь.

А что? Все верно. Мирные договоры, как правило, и скрепляются свадьбой отпрысков двух сторон…

– Засим спешу откланяться, господа и дама, всем спасибо за внимание!

Обширный двор Западного предела разразился гулом аплодисментов и восторженными криками. Владимир резко развернулся и твердой стремительной походкой покинул трибуну…

Э-э-э… Мне сейчас послышалось или он и впрямь сказал: «Господа и дама»⁈