Текст книги "Небесный всадник. Том 8 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

– Неправильно. Ты шагаешь, а здесь надо скользить, понимаешь? Вот так, – продемонстрировал я. – Левой, правой. Ты так каталась на льду хоть раз? Просто на дотинках?

Она быстро покачала головой.

– Серьёзно? – недоверчиво переспросил я.

– Я же герцогиня. Была герцогиней, – напомнила она.

– Ещё скажи, что в снежки не играла.

– Я видела, как играют, – похвасталась Зирейя.

Же-е-есть…

– Ладно, не суть. Короче, смотри: не отрывая ноги раз, не отрывая ноги два. Движешься, как скользишь, и стараешься не клониться влево или вправо, а то… Оп!

Я поймал её, когда она уже падала на спину.

Короче, это было надолго. Вернее, не настолько долго, сколько занимает у обычных людей, но час тренировок мне пришлось то и дело ловить её, чтобы наша Зирейя оставалась красивой герцогиней, а не мной, которому до сих пор зубы не вставили. Кстати, надо будет попросить, чтобы этим вопросом занялись. Я уже как-то привык жить и без них, но хотелось бы, конечно, целостности.

В итоге уже через два часа герцогиня каталась так, будто у неё был опыт до этого. Тут, в принципе, ничего удивительного, потому что верх брали инстинкты небесной всадницы. Они быстро учились всему, что касалось физических навыков, тело адаптировалось и запоминало правильные движения куда быстрее, а потому даже такое, как катание на коньках уже во взрослом возрасте, далось человеку, который даже в снежки не играл, супербыстро.

И наблюдать за человеком, который с такой радостью носится по льду, было одно удовольствие. Реально, Зирейя была просто счастливым ребёнком, который почувствовал вкус жизни. Мне даже казалось, что она плакала, но, возможно, это от ветра или просто свет луны так падает, учитывая, что мы катались ночью.

Те служанки, что застали нас, наблюдали за этим с тем же восхищением. Движение, грация, скорость – её хоть сейчас на олимпийскую сборную отправляй.

– Ну как? – полюбопытствовал я, когда она проехала мимо меня.

– Странно!

– Странно как?

– Как будто плыву! Я плыву по льду! – и покатилась дальше. – Мне нравится!

Ей настолько понравилось, что она каталась даже тогда, когда я уже пошёл спать. Всё же у меня рабочие дни, а там ещё и дежурство намечается на сутки, что радует отдельно. Обожаю стоять на морозе, когда лёгкий ветер отмораживает тебе хлебало. Но утром я всё же зашёл на каток проведать, что там происходит.

А там происходила очередь.

Всадницы, те, что были сегодня свободны, столпились и наблюдали за тем, как Зирейя учит кататься Жаннель, и явно горели желанием присоединиться к этим тренировкам. Поэтому служанкам, которые хотели тоже попробовать, вообще не светило теперь покататься в ближайшее время.

Ну а к концу моего дежурства на следующий день была готова ещё одна пара, и когда я пришёл на каток, у меня её тут же начали отбирать.

– Ну дай, ну дай попробовать! – Аэль висла на меня.

– Давай делись, умник! Все хотят, а ты уже катался! – тут и Ирис присоединилась.

Кстати говоря, она совсем недавно от эльфов вернулась, наконец одержав верх в неравной схватке с пожарами. Поговаривают, очень много сгорело у них лесов, многие остались без дома, и основные смолонесущие древа были потеряны, однако даже такая победа над пожарами была лучше, чем выжженный лес.

– Самсон, было бы хорошо, если бы ты заказал сразу несколько таких штук на всех, не было бы давки, – произнесла Серафина, и при этом сама бочком-бочком пыталась у меня стащить мои коньки!

Короче, отобрали у меня коньки. Сучки… люблю этих оторв. Вон, уже между собой дерутся, ну разве это не прелесть? Ну а если без шуток, то да, со всеми недостатками и приколами они были мне уже близки.

– Значит, ты просто залил водой площадь и сделал железные ножи на ноги? – спросила Рондо, встав рядом. – И всё?

Ты посмотри, я думал, ты в отпуске с детишками сидишь. Чего вдруг вернулась сюда, заскучала по спокойствию? Естественно, я не задал этот вопрос, но спросил про другое.

– Есть планы повторить это где-нибудь?

– Нет. Можно зубы вышибить себе.

– Защита, – пожал я плечами. – К тому же есть и другие способы покататься более безопасно, чтобы было чем заняться.

– И чем же?

– Санки.

– Сани? – переспросила она.

– Нет, санки. Детские. Как большие сани, но совсем крошечные, чтобы один человек мог катиться.

– И куда их?

– С горы, – ответил я. – У вас с таким совсем не знакомы?

– Ну… у нас катаются на жопе, если упадут и с горы, но чтобы маленькие сани…

– Я могу сделать. И горку, и сани, чтобы кто хотел, мог покататься. Я говорю, это весело, сразу можно занять кого-нибудь на долгое время, а после такого спать будешь как убитый.

Я знаю, для кого ты интересуешься, Рондо. Теперь тебе не скрыть от меня свою плюшевую душу за вот этим едким лицом, ядовитым голосом и выражением лица, будто тебе в карман насрали. Теперь мы про тебя всё знаем, мать Тереза.

Короче, я сделал новое развлечение для всадниц. А заодно и для всех остальных. У меня были ещё идеи, как украсить наши серые будни. Во мне прямо проснулось желание привнести что-то новое. Конечно, что-нибудь типа дартса сразу отметалось, потому что они будут выбивать яблочко сразу, но вот тот же бильярд…

* * *

Уже близился конец зимнего месяца. Снег ещё будет держаться какое-то время, однако температура пойдёт в плюс. Эту зиму я провёл исключительно в шпиле, в дежурствах и патрулях, уже не надеясь зимой посетить своё поместье, как вдруг…

– Самсон? – Каталина появилась из ниоткуда, когда я уже тащился на каток.

К тому моменту кузнец наделал достаточно коньков, чтобы даже служанкам выпадала возможность чуть-чуть покататься. И да, теперь наши увлечения делились так: одни в свободное время развлекались в дополнительной реальности, другие катались. Библиотека просто вымерла, Тефея там явно скучала одна, иногда присоединяясь к общему безумию.

– Что?

– Серафина дала тебе отпуск. Можешь отправляться к себе домой.

– Уже? Я думал, мне там до лета ждать придётся…

– Ты особенный, – непонятно, едко она это сказала или просто факт подчеркнула. – Поэтому тебе можно чуть больше, чем нам. И заслуги твои заметнее по всем фронтам, поэтому да, к тебе относятся заслуженно благосклоннее.

– Э-э-э… спасибо. А насколько мне лететь?

– Тебя вызовут. Только верни сюда перед этим Вольфгана, хорошо? И обратись к Мелиссе, она просила. Эти дни в счёт не пойдут.

Зачем мне было захаживать к Мелиссе? С этой мыслью я постучался к ней в комнату.

– Заходи, – раздался её бархатный голос из-за двери.

– Ты уже знала, что это я?

– Ну только за тобой я и посылала, – улыбнулась она, обернувшись.

Мне нравилась комната Мелиссы. Уютная, тёплая, домашняя – ты заходил в комнату человека, которая могла многое сказать о своей хозяйке. Вспомнить мрачную комнату Каталины, где я чувствовал себя неуютно, будто в замке Дракулы оказался.

– А чего ты не катаешься? – поинтересовался я.

– Мне ещё делают коньки. С моими плюсами, – хлопнула она себя по заднице, – и весомыми аргументами, – взвесила груди на руках, – мне требуется чуть крепче ножи по льду, чем те, что есть.

Ножи по льду – так они назвали коньки. Я чувствую, что очень скоро это станет одним из самых популярных развлечений в столице на зиму, а потом и во всей империи.

– Ну… лады, а что за вопрос? – спросил я.

– Озидрисс.

– А что с ней не так?

– С ней всё так, Самсон. Чудесная, чуткая, робкая, кроткая девушка…

– Так, мы об одной и той же Озидрисс говорим? – уточнил я.

– Ну ты и балбес, – Мелисса дала мне щелбана. Такой мягкий, прямо с любовью. – Озидрисс такая, потому что молода и, естественно, ты парень, а она гордая агадарка, дочь воительниц и смелых солдат. Просраться она тебе даст, тут к гадалке не ходи, но в остальном она просто хорошая девушка, которая может как любить слепо и преданно, так ровно так же и защищать.

– Я не понял, где там кротость с робостью затесалась. Я то ли моргал в тот момент, то ли отворачивался…

– Увидишь. Ещё много раз увидишь. В любом случае, когда она забеременеет, сразу зови меня, ясно?

– С чего ты взяла…

– С того, что вы не в щёчку будете целоваться в одной кровати, – перебила она меня. – К тому же именно на это все и рассчитывают. Поэтому, Самсон. Сразу, как только, так сразу. И вот эти зелья… – она протянула мне целую сумку, – чтобы она пила и до, и после.

– Что это?

– То, что не даст случиться какой-нибудь случайной ошибке, из-за которой девушки умирают во время беременности, родов или рожают чудовищ. Спрячь получше, над этим трудились лучшие алхимики веелинского народа.

– Погоди, ушастые?

– Они знают толк в алхимии, – кивнула Мелисса. – Не хочется признаваться, но даже больше, чем мы сами.

– Ну… ладно, я передам ей, – кивнул я.

– Вот и отлично, – хлопнула в ладоши Мелисса. – Тебя на роды звать?

– Ну наверное, я всё же отец ребёнка…

– Горжусь тобой, – положила она мне руку на плечо.

– Чем?

– Просто горжусь, – второй рукой она взъерошила мне волосы, после чего обняла и утопила в сиськах. Секунд десять мяла мою голову то об одну грудь, то о другую, радуя мягкостью, после чего отпустила. – А теперь иди. Я жду хороших новостей!

И как я умудрился просрать секс с этой чудесной женщиной, мне интересно? Блин, а теперь уже вроде и всё, если будет с Ози, налево ходить как-то стрём, что ли. Мне своей матери хватило, чтобы понять, как быстро всё катится по одному месту, когда происходит такая херня. И катится не только семья, но и крыша, поэтому подобное для меня было табу. Что касается остального…

– Самсон, а ты куда? – Аэль, мне иногда казалось, что она меня преследует.

– Меня отпустили домой.

– Отпуск? Опять⁈ – она аж вся вытянулась. – А меня уже год не отпускают!

– Сочувствую…

– Можно мне с тобой⁈

– Боюсь, там будет вечеринка на одного человека, – слабо улыбнулся я. – Прости, Аэль.

– Да блин! – она прямо погрустнела вся. – Везёт тебе…

Ещё как. Меня теперь будут под лупой разглядывать. Спасибо, что в спальне наблюдателя за тем, как мы трахаемся, не поставят, а то я знаю, что они могли бы. Вон, в средневековье вроде такое практиковали, чтобы точно знать, что конкретный ребёнок от конкретного мужчины, а не какой-то нагулянный со стороны. Наверное, интересно было сексом заниматься, когда на тебя народ пялится.

Сочувствую, конечно, тем добрякам…

Глава 183

Перед отлётом я собрал свои пожитки, не забыв прихватить коньки и ма-а-а-аленький подарок для Ози, прикупленный на рынке у того гнома в довесок к арбалетам. Уверен, она будет в восторге.

– Ну что, жирный, в путь? – хлопнул я Бегемота по боку, которого вывели для меня на площадь. – Разомнёмся немного.

С этими словами я загрузился на дракона, проверил страховку, амулеты, после чего отдал мысленную команду, и тот свалился со шпиля, чтобы расправить внизу крылья и взмыть в небо. А навстречу нам дыхнуло непогодой: ласковым ветром и липким снегом, который будто провожал нас в путь, внезапно начавшись. Пришлось подняться повыше, чтобы не залепило полностью и взять направление на поместье.

Если честно, я немного волновался за Ози. Я не сомневался в Вольфгане, херни он не сделает по доброй воле, но, зная, как умеет выносить мозг хвостатая, могло получиться то, что в нашем мире было известно как «состояние аффекта». И здесь уже всякая херня могла произойти.

Но эти мысли не преследовали меня. Просто иногда мелькали, вызывая тревожность, но так же быстро уносимые встречным ветром. Что-что, а полёты на драконе действовали на меня очень успокаивающе.

Вылетел я специально под вечер, чтобы лететь всю ночь и прибыть ко дню. Да и ночью лететь было своё удовольствие, ведь, если подняться выше облаков, то тебе открывалось чистейшее космическое небо со всеми его созвездиями, газовыми облаками и лунами, одна из которых как Сатурн.

Блин, да я даже кратеры на её поверхности могу увидеть! А ведь наша планета могла быть точно такой же, произойди совершенно другие события в её прошлом.

В воздухе я встретил и рассвет, после чего пошёл на снижение, чтобы взглянуть и сориентироваться на местности. Уже не было той привычной картины, когда то тут, то там ещё виднелись поутру тусклые огни деревень и россыпь золотых паутинок в городах. Да, кое-где они встречались, но уже не в том масштабе, что раньше.

Зато свой край я узнал практически сразу. Знакомые белые полосы дорог меж деревьев, река, озёра и тёмные пятна на сером фоне лесов – деревни. А вон и мой замок, кстати, выглядит как брошенный камень.

Я специально пролетел на малой высоте, чтобы своими глазами взглянуть, как обстоят дела. И… обстояли они не так уж и плохо, как я думал. Все три деревни обзавелись какими-никакими, но стенами из частокола, на улицах бродили люди. У самых стен развели скотные дворы. Уже успев насмотреться на деревни, которые пережили наводнения зомби, наша справилась более чем отлично.

Но были и не очень новости – озёра. Они замёрзли.

Бегемот грузно приземлился на лёд, его ноги разъехались, и он на брюхе проскользил от берега до берега. Осторожно встал, втыкая когти в лёд, после чего посмотрел вниз. Я буквально слышал его мысль: «что за херня». Он топнул ногой, после чего подпрыгнул. Разок, другой – лёд затрещал, но выдержал.

– Боюсь, пока что без озёр, дружище, – похлопал я его по чешуе.

В ответ Бегемот упрямо продолжил прыгать на льду, после чего неуклюже взял разгон и взлетел. Его идею я понял сразу – прочитал из мыслей. Через несколько секунд он уже бомбардировал лёд огненными шарами, пока не очистил поверхность льда. Остались только некрупные обугленные льдины.

После этого дракон довольный приземлился на берегу, позволяя мне слезть.

– А тебе не холодно будет?

Я услышал что-то типа мысленного нет, после чего Бегемот медленно, с явным удовольствием залез в воду и был таков, оставив на поверхности лишь небольшие волны, по которым скакали льдины.

– Только смотри, чтобы лёд не замёрз, а то не выберешься! – предупредил я.

У меня, оказывается, не Бегемот, а целый Морж.

Тот махнул хвостом, и я едва успел увернуться от волны, которая бы окатила меня с ног до головы. Вот же говнюк…

Когда его чешуйчатая жопа скрылась под водой, я огляделся и по колено в снегу (а местами по пояс) отправился к дороге. И надо отдать должное: раньше жители жаловались, что тут зимой хрен проедешь, а сейчас всё было аккуратно расчищено и утрамбовано. Белая дорога на фоне белого леса, на ветвях которого ещё не успели спасть снежные шапки.

Моя дорога лежала рядом с одной из деревень. Правда, теперь хрен ты её увидишь, потому что её закрывал частокол. Стена из стволов деревьев, заострённые сверху и вкопанные в землю. Такая же картина ждала меня и в центральной деревне.

Ворота я нашёл по уже протоптанной тропе. Здесь с вершины стены стояла и стража. Едва я подошёл, один из них грозно крикнул:

– Кто таков, странник. Откуда будешь⁈

Честно говоря, я слегка опешил, что меня не узнали. Странник? Откуда будешь? Так, а я туда прилетел вообще? Бывает, что перепутал, все ошибаются. Но… да нет, всё верно, должно быть: озёра, деревни, дороги – я всё это помню. Тогда почему меня не помнят? Я вроде без шлема и лицо видно.

– Ну вообще я барон фон Хертвёрд, хозяин этих земель. Приятно познакомиться, – громко ответил я.

– Господин фон Хертвёрд? – с подозрением спросил другой.

– А что, у вас много сюда захаживает Самсонов фон Хертвёрдов?

– Да было несколько… самозванцев… – протянул он, не спеша приказывать открывать ворота.

– Ладно, а дракона вы не видели, который сейчас пролетел?

Оба покачали головой.

– Хорошо, ценю такую службу, – кивнул я. Нет, реально, теперь уж точно можно спать спокойно. Только вот я не хочу спать снаружи. – А можете позвать главу стражи или главную экономку?

– Они сейчас заняты.

– Они не могут быть заняты, когда их зовёт господин, – холоднее и с нажимом ответил я. – Когда я говорю, они должны явиться по первому требованию. Чем они вообще сейчас могут быть заняты⁈

– Они сейчас на совещании с госпожой и правительницей этих земель Дарзснейк.

Я, млять, чуть не поперхнулся собственными слюнями от такой новости.

– С хера ли она госпожа и повелительница⁈ Вы там ваще охерели⁈ Ничего не перепутали⁈ Я хозяин этих земель! – я пнул ворота ногой так, что они даже слегка вздрогнули. – А ну-ка, открыли эти ворота, пока я не выбил их к чёртовой матери!

Не, это чё за херня, я спрашиваю⁈ Она что, свой хвост попутала, на мои земли, сучка некрашеная, претендовать⁈ Я сейчас ей хвост на кулак намотаю!

Видимо, мой праведный гнев подействовал, потому что эти олухи засуетились, и через несколько минут, пока я пинал ворота, те наконец-то медленно отворились, пропуская меня. Я прошёл, чеканя шаг, вне себя от злости. Я всё могу понять, всё могу принять, но это, сука, мои земли, и я говорю, что и как здесь будет!

И да, я не виню солдат. Они лишь выполняют приказ той, кто решила назначить саму себя сначала регентом этих земель, а потом и полноправной правительницей. Тут ты особо и не поспоришь, ведь что может знать солдат? Ему сказали, что вот теперь она главная, он так и считает. И я сейчас ей натяну сиськи на хвост за такое.

Видимо, моё настроение было настолько красноречиво, что его почувствовали даже жители деревни: они спешили убраться с моего пути, с опаской поглядывали со стороны и провожали напряжённым и заинтересованным взглядом.

Кстати, мне кажется, или их стало заметно больше? Я имею в виду жителей деревни. Тут и дома, кажется, появились новые, и будто плотнее всё стоит…

Ладно, с этим я разберусь попозже, а сейчас на повестке дня хвостатая с её выходками. Как доберусь до неё, напомню, почему у неё погоняло Глиста. Вон уже, впереди ворота моего замка маячат.

С ноги я ударил по воротам. И пусть те даже не шелохнулись, зато какой звук сочный был. Хорошо, что не моих сломанных костей.

– Открывайте! Господин вернулся! – рявкнул я. – Быстро!

В двери ворот открылась смотровая щель, и на меня уставились испуганные глаза солдата.

– Господин фон Хертвёрд?

– А ты забыл, как твой господин выглядит? – прорычал я. – Открыл дверь.

– Да-да, сейчас. Только госпожа Дарзснейк подойдёт…

– Какая в жопу госпожа⁈ Я хозяин этих земель, а она даже не моя жена! Она, сука, гостья! Быстро, млять, открыл эти ВОРОТА, ПОКА Я, СУКА, НЕ ВЕРНУЛСЯ СО СВОИМ ДРАКОНОМ И НЕ ВЫБИЛ ИХ К ЧЁРТОВОЙ МАТЕРИ!

– Но она…

– Я тебе приказал, – я чуть ли голову в щель не просунул. – Я твой начальник. И даю слово, если ты не подчинишься, едва окажусь внутри, прикажу тебя высечь. В отличие от вашей «госпожи», которая власти над вами не имеет.

И нет, я не зазвездился – я отстаиваю то, что принадлежит мне. Это ведь как бизнес: у тебя есть работники, у тебя есть предприятия. Достались они по наследству, или тебе их подарили или передали – без разницы. Кто-нибудь позволил бы другому просто прийти и буквально перехватить всё? Вот то-то же. Это мои земли. Я не хочу, чтобы люди были моими рабами или что-то ещё, но я здесь командую.

Это. Моё. И я бы рад спокойно говорить, договариваться и так далее, но жизнь так устроена, что надо напоминать, кто здесь хозяин, а люди почему-то лучше воспринимают угрозы и громкий командный голос, а не спокойное общение.

Дверь открылась, и я прошёл мимо солдата. Здесь же уже было ещё человек семь, и выглядели они так, будто встречают не господина, а вторженца.

– Где эта хвостатая⁈ – огляделся я.

– Она сейчас выйдет…

– Я сам войду.

Ты посмотри, сучка какая. Я тут её приютил, а она уже всё в свои руки взяла. Ну не дрянь ли⁈ Я теперь понимаю, чего так Вольфган бесился. И могу представить его злость, когда я здесь меньше часа, а уже готов рвать и метать. Кстати, насчёт Вольфгана…

– А где Вольфган? Небесный всадник, которого прислали на защиту этих земель? – обернулся я, обратившись к одному из солдат.

– Он в рейде, – ответил тот испуганно и недоумённо.

– В каком рейде?

– Ну он сказал, что пойдёт зачищать соседние земли от мёртвых, и с тех пор мы его не видели.

Так…

– Когда он улетел?

– Видели месяц назад где-то, он прилетал, вроде за припасами и…

– Ясно. Куда он полетел? Соседнее графство Тьюрингов? Или виконство зачищает?

– Я… не знаю, господин фон Хертвёрд. Он просто прилетел и сказал, что улетает. Всё.

И пока я спрашивал, из замка выползла эта хвостатая сука.

Надо было видеть этот грёбаный пафос, который меня чуть обратно к воротам не смыл. Вышла такая деловая в составе целой делегации: с одной стороны Ценст, с другой Ярбёк – грёбаные предатели. Ещё и слуг бедных на мороз вытащила. Нахера тебе слуги, Глиста⁈ Боишься заблудиться по пути от дверей до ворот замка⁈

Она ещё и оделась как. Я не пойму, это что, дублёнка? Или платье? Дублёнка-платье? На подолах, которые то ли настолько широкие, то ли это действительно юбка, пушистый мех, на краях капюшона пушистый мех, на краях рукавов пушистый мех. И из этого меха в глубине виднеется её наглая улыбающаяся рожа. Такая счастливая, что аж ударить хочется.

Ози, я тебе сейчас шишку в жопу загоню…

– Кто это вернулся… – проворковала она. – А ты не сильно спешил, бросив меня тут, да?

Я сейчас задохнусь от недовольства. Девка берега попутала.

– Ты ничего не попутала? Ты сама захотела остаться, заливая про надежду и прочую ерунду. И я что-то не понял одного момента: с хера ли меня не пускают в собственный замок⁈

– Ну потому что я руковожу им, – оскалилась она и сняла с себя капюшон. Нихрена не изменилась.

– Это мой замок, подруга, – подошёл я ближе. – Ты здесь гостья и никак более, ясно?

– Конечно, – внезапно согласилась она. Нет, серьёзно, настолько внезапно, что я слегка опешил, ожидая, что эта Глиста сейчас будет со мной спорить. – Ты главный, ноль вопросов.

А потом вскрылась её гнилая хитрожопая натура.

– Проводите главного в покои, – кивнула она в сторону Ценст. – Он после дороги устал и хочет помыться.

Моя служанка поклонилась ей и направилась ко мне. Блин, ну это выглядело совсем стрёмно, будто душевнобольному или немощному просят помочь.

– А ну-ка стоять, – негромко произнёс я.

Видимо, в моём голосе что-то проскочило, потому что Ценст замерла, как вкопанная. Да и остальные как-то напряглись.

– Ози, идём, прогуляемся немного, – кивнул я в угол двора.

– Ну пойдём, прогуляемся, – ответила она со всей присущей дерзостью, задрав нос.

Едва мы сделали шаг, как Ярбёк и Ценст тут же последовали за нами. Я резко обернулся, рявкнув:

– Стоять на месте! Не дай бог увижу, что кто-то из вас шелохнулся или сдвинулся с места хотя бы на сантиметр…

Схватил Ози за локоть и потащил за замок.

Здесь находилось что-то типа заднего двора: телеги, поленница, всякий мусор, строительные материалы, старые уже ненужные вещи – то самое место на даче, куда сваливают всё подряд, ведь вдруг пригодится. Никогда не пригождалось. Но не суть, главное, что здесь никого не было.

Я подтолкнул Ози вперёд.

– Это что сейчас было, хвостатая? – прищурился я.

– А что было?

– Не строй дуру. Это какого хера под тобой ходит теперь всё поместье и не слушается меня?

– С чего ты взял? – невинно захлопала она глазками.

– Да с того, что меня даже в деревню не впускали! Да чего там, меня в замок не впускали! Типа надо разрешения твоего спросить! Ты ничего не перепутала?

– Ну так пока тебя не было, я тут и командовала вообще-то! – упёрла она руки в бока. – Или ты думал, что всё само собой тут устроится? Нет! Вообще нет! Я тут едва смогла всё удержать!

– И я благодарен тебе, но это мои…

– Наши.

– … люди и мой…

– Наш.

– замок. И нет никакого нашего на данный момент! – поднял я голос. – Вот выскочишь замуж за меня, тогда и поговорим! А так хрен тебе, а не наш!

– Да уже считай!

– А вот и нет! Я сейчас встану в позу, откажусь, и хрен там кто меня заставит! Скорее тебя поменяют.

Ози смолкла. Смотрела мне в глаза, не произнося ни слова. Секунда, другая, после чего спросила:

– Ты что, хочешь отказаться от такой хорошей и красивой меня, чтобы сюда пришла Резадрес и силой взяла тебя?

– А она может?

– О-о-о… она может, – закивала она. – Говорят, она и девушек силой брала в своё время.

– Жуткая…

– Не то слово, – и поёжилась. – Хотя мне говорили, что если там групповушка, то она там богиня прямо. За всех работает.

– Серьёзно?

Ози кивнула.

Я устало вздохнул.

– Короче, Ози, я не против, что мои слуги тебя слушают. И я не против, что ты заправляла здесь всем, пока меня не было дома. Но они должны знать, что я хозяин этих земель и в первую очередь должны слушать меня, а не тебя. Если будем вместе – лады, без проблем, пятьдесят на пятьдесят. Но сейчас это уже перебор. Представь, я бы пришёл к тебе домой и начал вести себя так, будто это я живу там, а не ты.

– Да, неловко вышло… – почесала она за ухом.

– Да не то слово. Я серьёзно, меня в замок не пускали, хотели твоего разрешения спросить. Это перебор.

– Наверное, из-за того, что они почувствовали во мне действительно сильную личность, которой даже приятно подчиняться, – Ози, конечно, с саморекламой не мелочилась. – Они тут вообще от рук отбились, вот я и прижала, напомнив их место.

– Не замечал такое за Ценст или Ярбёком.

– Не, они нормально, а остальные смотрели на меня так, будто шлюха по вызову. Я им и напомнила, кто тут главный. Короче, ты так и будешь ныть или мы есть пойдём?

– Сначала давай договоримся, что я здесь главный. Пока это мой дом, я тут управляю, а потом уже как пойдёт.

– А я ничего, – подняла она руки. – Они сами.

– Да как же. А где Вольфган? Куда он отправился в рейд?

– Этот дебил? К твоим соседям. Какой-то из крупных городов зачищает. У тебя же оттуда гости гостят, вообще охреневшие ублюдки, приняли меня, отбросы, за твою рабыню. Я, кстати, напомнила, где и место. Ну вот туда он и отправился. Надеюсь, не вернётся.

– Да надо бы… – вздохнул я. – Ладно, я полечу за ним, надо вернуть его в столицу, а ты тут пока готовься.

– К чему?

– Да хрен знает. К чему-нибудь. Кстати, мёртвых меньше стало?

– В разы.

– Ну и отлично. Короче, я скоро.

Когда я вышел на площадь, все так и стояли на местах, где замерли. Я лишь махнул рукой.

– Вольно. Можете двигаться.

– А где госпожа Дарзснейк? – спросил тут же Ярбёк.

– А вас это ипать не должно, мистер Ярбёк, – резко обернулся я. – Вас прислали сюда служить мне. Я ваш господин, а не Ози. И если что вас и должно волновать, то это как дела у меня. И да, ещё раз меня не впустят в мой замок, я убью вас. Вас, мистер Ярбёк, как ответственного за стражу, и тех, кто меня не впустил. Я достаточно ясно выразился?

– Да.

– Вот и отлично. Леди Ценст, это вас тоже касается. А теперь гуляйте.

С одной стороны, я всё понимаю. Тяжёлое время, зомби, смерти, угроза голода – и тут появляется Ози, которая берёт бразды правления в свои руки. Достаточно просто не косячить, чтобы люди в тебя поверили и подчинялись без лишних слов. А она, как я погляжу, мало того, что не косячила, так вполне вероятно, что ещё и принимала решения, которые оказались правильными. Хоть она и сучка, но не дура, а людям достаточно просто нормально жить, чтобы поддерживать своего правителя.

Короче, идеальная хозяйка поместья. К тому же все понимают, что очень вероятно моя будущая жена.

Поэтому да, логично, что её зауважали и стали считать своей госпожой. По факту, она стала хозяйкой, которая была с ними всё это время, следила, руководила и защищала, решая насущные проблемы. И в таких условиях легко позабыть, кто здесь главный.

И тем не менее, если в твоей квартире живёт квартирант, который хорошо заботится о доме и цветах, от этого его квартирой эта жилплощадь не становится.

Как бы они её тут ни уважали, какой бы хорошей ни считали, я хозяин этих земель на данный момент, а не мы. И очень херово, когда они об этом забывают. Я на горьком опыте прошлого знаю, что иногда надо не только напоминать, но и ставить на место зарвавшихся. В противном случае в один прекрасный день о тебя будут вытирать ноги. Да, понимаю, что это всё на фоне Ози, которая затмила меня, и тем не менее, такое надо пресекать, чтобы не забывали, кто главный.

Кстати, я догадываюсь и о конфликте Ози с Вольфганом. Та начала активно подминать под себя остальных, может, со злого умысла (чужая душа потёмки), может, из-за характера такого, но он был не из тех, кто подчиняется. Вот отсюда и конфликт.

* * *

Вольфган действительно обосновался в городе, который я однажды посетил и спас там семью упыря виконта. Найти его было несложно – на одном из домов поднималась струйка дыма топящей печи. Там я и десантировался.

Небольшой дом на улице, огороженной баррикадой с обеих сторон и с заколоченными окнами. Повсюду были уже замёрзшие тела зомби. Дверь в сам дом была открыта, и я без проблем попал внутрь. Сначала забеспокоился, а потом понял, что меня уже ждали.

Вольфган сидел без брони и ел за столом огромный кусок мяса с кружкой пива. У него по рукам и отросшей за эти месяцы бороде аж сок тёк.

– Приятного аппетита, – кивнул я.

Вместо приветствия он спросил:

– Уже побывал у себя?

– Имел удовольствие.

– Видел, как она подмяла под себя всех? – усмехнулся он, явно наслаждаясь моментом.

– Да, из неё выйдет чудесная хозяйка поместья. Даже непонятно, откуда у неё такой талант.

– Учитывая, что я слышал, это не талант – она просто охреневшая сука, которая не слышит «нет», а просто приходит и берёт.

– Как будто что-то плохое.

– Эта недочеловек должна знать своё место.

– Нечто подобное они говорят у себя на родине. Вот чуть ли не слово в слово, только уже про нас, – усмехнулся я, сев напротив. – Так значит, весь конфликт из-за того, что у неё не получилось тебя прогнуть?

– Прогнуть? Эта сука любит власть, и хер её что остановит. А остальные, этот сброд, им дай почувствовать тяжёлую руку, чтобы тут же броситься облизывать её, – фыркнул он. – А тебе небось такое же нравится, как собаке, бросаться к ней…

– Странно слышать это от человека, который был в том же положении на протяжении веков, Вольфган, не находишь? Верный пёс, который выполняет все приказы без вопросов… – я прикрыл глаза. – М-м-м… прямо иронично.

– Есть приказ и субординация…

– Один хрен, – перебил я. – Так что мы все в одном и том же дерьме.

Мне казалось, что он сейчас на меня с кулаками бросится после того, как я это сказал: замер и смотрел на меня пустым сосредоточенным взглядом, словно помешанный. Тут и ладони невольно на арбалеты легли – два выстрела прямо в глаза, и там, если не сдохнет, добить ногами.

Но после заминки Вольфган лишь усмехнулся.

– Вижу, зубки отрастил внезапно?

– Всегда были. Просто повода показывать мало бывает, – ответил я. – Меня прислали за тобой. Отзывают обратно в столицу.

– Следовало ожидать, – вздохнул он и положил мясо на тарелку. – Каждая война когда-то заканчивается…

– Расстроен?

– Чему? Тому, что возвращаюсь? Не очень. Завтра они найдут нового врага, и мы снова вернёмся к своему делу, – тяжело поднялся он из-за стола. – Будем убивать и насиловать, разорять и разрушать. Делать то, что мы любим и для чего созданы. У тебя ещё не появилось этого?