Текст книги "Преданная. Хозяйка закусочной у дороги (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25

Эдриан

Сжимаю запястье Эмилии. Какая нежная, бархатистая у неё кожа…. Рука жены напрягается под моими пальцами.

– Ты?! – вспыхивает она, чуть округляя глаза. – Тьфу, напугал!

Резко отдёргивает руку, бросает на меня настороженный, чуть испуганный взгляд. И, не сказав ни слова, достаёт монеты, чтобы расплатиться с торговцем за охапку пряных трав.

Заметил её с другого конца ярмарки. Пришлось заехать мимоходом, по долгу службы колесил по местным дворам. Прямо бросилась в глаза! Со спины не признал, сбила с толку изящная, плавная походка. А как обернулась вполоборота, изучая прилавки…. В груди аж прострелило.

Наблюдаю за её быстрыми, слегка нервными движениями и закипаю. Гнев поднимается к лицу, ослепляет. Да что она о себе возомнила?

И не могу не отметить, что её лицо... словно посвежело. Эмилия буквально расцвела! Загорелая золотистая кожа, лёгкий румянец на щеках. Это так свежий воздух на неё подействовал?

Глаза у жены блестят. Даже походка изменилась, что и ввело в заблуждение. Движения плавные, отточенные, соблазнительные… Твою ж. На жену заглядываюсь?!

На надоедливую, капризную, избалованную Эмилию?! Совсем из ума выжил?

И дракон, мерзавец, довольно мурлычет, в грудине отдаётся вибрацией его протяжный рык. Тянется к ней, меня подстёгивает дотронуться. Провести рукой по волосам, зарыться в них пальцами, коснуться основания шеи….

Он тоже чувствует в ней перемену. Даже запах стал другим!

Проклятье, да как отвести от неё взгляд-то? Бесит эта внезапная растерянность.

– Что ты здесь делаешь? – раздражённо бросает Эмилия, не глядя на меня. Порывистыми движениями складывает травы и мешочки с пряностями в корзину. – Не ожидала тебя увидеть.

Ха! Конечно, не ожидала! Усмехаюсь про себя, засовывая руки в карманы брюк, чтобы не сделать глупость. Например, схватить её за тонкую талию и прижать к себе….

Эмииля делает шаг в сторону, отходит к следующему прилавку, где аккуратными кучками выложены сушёные ягоды и зерновые. Склоняется, нюхает, пальцами перебирает горсть риса. Демонстративно меня игнорирует! Словно я всего лишь помеха её торговому маршруту.

Охренела что ли?!

Но вместо того, чтобы одёрнуть её и развернуть к себе лицом, я плетусь следом. Как баран слежу за каждым мановением руки жены, будто околдованный. Внутри поднимается раздражение. На языке крутится сотня вопросов и колких фраз, но все кажутся неуместными.

Она нарочно выводит меня из себя, как делала сотню раз. Но сегодня я оказался не готов к наглости подобного рода. Не ожидал, как и она, встречи.

– По службе проезжал мимо, – сухо бросаю и мысленно матерю себя.

Нечего с ней объясняться! После всего, что учудила, она не заслуживает моего снисхождения.

Стою, как бедный родственник, у Эмилии за спиной, пока она крупы выбирает. Чувствую себя дерьмово. Встряхнись, идиот! Она же верёвки из тебя вьёт! Выставляет посмешищем перед всей округой.

Оборачиваюсь, скрипя зубами. Рядом топчется её служанка. Мнётся, понуро опустив глаза, поглядывает на меня и тут же прячет взгляд. И правильно делает.

Снова смотрю на Эмилию. – Куда ты столько всего набираешь? – вырывается со злости.

Она даже не оборачивается. – Готовлюсь к открытию, – бросает так же буднично, как если бы речь шла о смене погоды. – Открытию – чего? – шиплю и касаюсь её локтя, резко разворачиваю к себе лицом. Смеряю испепеляющим взглядом. – Заведения, – пожимает плечами, хлопая невинно ресницами. И как бы между делом, добавляет: – Закусочной, если быть точной.

Зависаю, всматриваясь в её похорошевшее лицо. Закусочной?!

– Ты рехнулась, Эмилия? – цежу сквозь зубы. – Какая закусочная? и кто же в ней готовить будет? Подавать? Неужели ты?!

Она морщит лоб и склоняет голову к плечу.

– А что такого, Эдриан? Мне же надо как-то выживать. Деньги сами себя не заработают. Не питаться же нам одними корешками с Ронни, согласись? Ты ведь меня выставил из своей жизни почти без гроша! – подаётся вперёд и тычет пальцем мне в грудь. – А нам кушать хочется. Да и просто… жить.

Честно, я охреневаю от такой наглости! Даже дар речи теряю. Хмурюсь и кривлю губы в насмешке.

– Всё купила? – раздражённо бросаю и киваю в сторону прилавка.

Поджимаю губы и, не говоря ни слова, выхватываю у неё корзину. Эмилия резко разворачивается ко мне, упрямо хватается за плетеную ручку тонкими пальчиками. – Отдай, Эдриан! Я сама!

– Давай не будем устраивать сцену, – шиплю, сдавливая пальцы крепче. Отрываю руку жены от корзины и сжимаю в ладони. Какая хрупкая, но сила в ней бурлит неожиданная. – У ворот ждёт мой экипаж. Пошли.

Эмилия выпрямляется, вспыхивает вся от макушки до кончиков ушей – злющая, но какая красивая, ехидны бы её побрали! – Сама пойду! – и всё-таки вырывает руку из моей хватки, встряхивается и вскидывает гордо подбородок.

Закатываю глаза и, так уж и быть, позволяю ей идти рядом. Больше не пытаюсь коснуться. Ронни глазеет на нас украдкой, белая как полотно от страха. И волочит корзину с какими-то пергаментными свёртками. Раздуваю крылья носа, принюхиваюсь. Хм-м-м, свеже мясо?

И для кого оно? Эмилия ни дня не стояла у печи, не знает, с какой стороны подходить к ней и как браться за кастрюлю! Ронни тоже не кухарка. Так кто готовит, а?

Плетёмся к экипажу по пыльной дороге. Краем глаза замечаю, как торговцы провожают нас взглядами. Отлично. Полдеревни увидит, как лорд Роквел тащит за собой жену с ярмарки. Именно то, чего мне не хватало для полного счастья.

Неужели Шарлотта оказалась права, и Эмилия нашла себе ухажёра? В этом-то захолустье?! При живом муже!

Потому и засияла, ага. И дурные мысли в бестолковую голову полезли! Ишь чего удумала! Закусочную значит, открывает! Так я и поверил!

Сжимаю пальцы на деревянной ручке корзины до хруста, того и гляди переломится.

А я ведь собирался к ней нагрянуть и собственными глазами убедиться в словах Шарлотты. Вернее, опровергнуть их. Не верилось, что эта идиотка осмелится завести любовника и водить его в дом, который купил я! Но Эмилия меня поразила….

Придушу обоих голыми руками. Сначала его, а потом и жену!

О, надеюсь, я застану его сейчас!

Вспыхнувший с новой силой гнев и жажда крови кретина, посмевшего касаться моей жены, придают ускорения. И последние шаги до экипажа преодолеваю за считанные секунды. Жена едва поспевает.

Садимся внутрь, экипаж покачивается. Я устраиваюсь по одну сторону, Эмилия и её служанка – напротив, обложившись корзинами. Ронни таращится в окно, старательно притворяясь, что её тут нет. А Эмилия... смотрит в противоположную сторону, подбородок гордо задран, губы плотно сжаты. В глазах мелькают мысли.

Что, бесишься? Не успеешь своего любовничка предупредить? Шею сверну ему одним щелчком пальцев, даже дыхание не собьётся. Ибо не хрен у меня за спиной изменять!

Силюсь унять бешеный пульс, кровь в венах кипит, дракон взволнованно извивается и жаждет прильнуть к ногам Эмилии. Совсем сдурел! Трясу головой, отгоняя наваждение, передёргиваю плечами, встряхиваюсь. Без толку. Всё равно смотрю на неё, как очарованный. На линию шеи, на плавный изгиб ключиц, на грудь, что чуть приподнимается при вдохе, и талию – тонкую, ладную, двумя пальцами можно охватить. По щеке бы костяшками пальцев провести…. Неожиданное желание, от которого простреливает и тяжелеет в паху.

Нервно потираю подбородок, хмурюсь и отворачиваюсь к окну. С чего вдруг... так тянет на неё глазеть?

В салоне повисает тяжёлая тишина. Никто ни звука не издаёт. Только стук колёс, да скрип кожи нарушают её. Какое-то зыбкое напряжение между нами проскальзывает – резко поворачиваю голову и перехватываю взгляд Эмилии, который она тут же отводит. Это что сейчас было? Кажется, я мурашками покрылся…. Любопытно. И вот мы подъезжаем к дому. Через стекло вижу – он тоже преобразился. Эмилия, не дожидаясь помощи, выскальзывает наружу, спешит к крыльцу, доставая на ходу из кармана платья ключи. Сам открывает дверь? Интересно. Раньше и пальцем не шевелила, пока за ней не поухаживают, руку не подадут.

Спрыгиваю на пыльную дорогу и хватаю корзину, иду следом. Стучу подошвами сапог о начищенный порог. Эмилия тянет время, ковыряясь ключем в замке. Ненароком заглядываюсь на её аппетитную задницу. Тьфу ты! Замечаю, как она на окна с опаской поглядывает. Ну уж нет, дорогая!

Подлетаю и сдвигаю её в сторону, сам отпираю дверь, распахиваю и влетаю внутрь.

Врываюсь в дом и замираю на пороге. Какого… Сглатываю и кручусь на месте в зале, чудом не выронив корзину. К горлу подкатывает волна жгучего гнева, руки сами сжимаются в кулаки. Пахнет древесиной и выпечкой. И кем-то посторонним!

А мебель новая откуда взялась? Занавески, стойка, полки…. Она не могла себе позволить так раскошелиться. Где бы деньги взяла? Что здесь вообще происходит?

Да ясно – что! А, скорее – кто!

Медленно оборачиваюсь, окидывая жену свирепым взглядом с головы до ног и обратно.

– Какого. Хрена. Тут. Происходит? – говорю медленно, с нажимом, чеканя слова. – Откуда всё это?

Эмилия останавливается и поднимает на меня широко распахнутые глаза, хлопает ресницами. Чувственные, идеально очерченные губки складываются в испуге в букву “о”.

– Отвечай! Немедленно!

Глава 26

Эмилия

В доме повисает гнетущая тишина. Стою, не двигаясь, и смотрю прямо на Эдриана. Он – на меня. Ронни жмётся у двери, будто надеется вжаться в косяк и исчезнуть.

Ну замечательно. Просто великолепно! И как теперь выкручиваться? Мысленно хмыкаю. Может, он ещё в шкафы полезет? Проверит под подушками? Что это вообще за сцена ревности? Ворвался, глазами сверкает, и, кажется, даже принюхивается.

Пока соображаю, как ответить, Эдриан надвигается на меня неторопливой походкой хищника. Во всём его виде неприкрытая угроза и гнев. Идёт прямо на меня.

Инстинктивно отступаю. Шаг. Ещё. Спина упирается в стену, и прохлада дерева будто обжигает сквозь ткань платья. Муженёк останавливается в полушаге. Смотрит сверху вниз, нависает, заслоняя свет. Ой, мамочки!

Попалась, как мышка. Покусываю нервно щеку изнутри. И-и-и что же сказать? А сказать надо, пока он не испепелил меня глазищами! Ах, ничего особенного, милый, это енот наколдовал! Какой-такой енот? Да приблудный, из огорода выпрыгнул и ка-ак давай удобства магичить. Ага! Явно прокатит. Тьфу ты, дело – дрянь!

С трудом сглатываю слюну, набираюсь смелости, как перед прыжком в ледяную воду. Поднимаю подбородок чуть выше и говорю с холодком:

– Ты чего-то хочешь, Эдриан? Или просто так стену изучаешь? Зачем приехал, м?

Он щурится, но молчит. А у меня внутри всё клокочет. От страха, злости… и чего-то ещё, чего я категорически отказываюсь признавать. Отголоски чувств прежней Эмилии? Стоит Эдриану в глаза посмотреть, как в животе растекается жар. Странно, но его зрачки вытягиваются, как у рептилии… Что за чертовщина?

Какой же всё-таки он обаятельный гад! Гипнотический взгляд, да и энергетика…. Рядом с ним как будто стоишь под линией высокого напряжения. Странное ощущение, пугающее и завораживающее.

По плечам пробегают мурашки.

Собираю остатки храбрости в кулак, натягиваю на лицо холодную маску и резко выскальзываю из ловушки между ним и стеной. Отхожу на безопасную дистанцию.

– Спасибо за доставку, – бросаю с деловым видом, перехватываю корзину с покупками из его рук и уношу на кухню.

Он настолько в шоке, что пальцы разжимает и позволяет это сделать. Остаётся на месте на секунду, а потом, переварив мои слова, идёт следом. – Отвечай же! – раздаётся за спиной. – Эмилия, я спрашиваю тебя, откуда всё это взялось?! Мебель, полки, занавески, стойка, новая посуда – ты думаешь, я идиот?

– Нет, разумеется, – роняю, не оборачиваясь, пока выгружаю корзину. Выкладываю книги на стол, специи ставлю на полку. Руки немного дрожат. С огнём играю, напрасно его из себя вывожу, но не могу остановиться.

Эдриан уже на пороге кухни, останавливается у меня за спиной, и от него жар исходит, как от открытой печи. – Я серьёзно!

– И я тоже, – пожимаю плечами и ищу глазами, куда бы пристроить третью, самую толстую книгу.

– Эмилия! – его голос срывается, и он делает шаг ближе.

Терпение муженька лопается. Он протягивает руку и выхватывает у меня книгу. Мельком смотрит на обложку и хмурится. А потом переводит взгляд на меня. Уголки его губ дёргаются и…. он смеется. Просто, блин, хохочет надо мной!

– Как видишь, я настроена весьма решительно, Эдриан, – сердито бросаю и даже ногой топаю для убедительности. – Не нахожу ничего смешного!

Отворачиваюсь, сыплю специи из мешочков в стеклянную банку. Весело ему, видите ли! – И вообще. С каких это пор тебе стало так важно, как я тут живу?

– Эмилия, – на выдохе произносит Эдриан, успокоившись, и кладёт книгу на стол. – А я ведь почти поверил, что ты загорелась идеей открыть закусочную. Теперь вижу – зря волновался. С поваренной книгой ты далеко не уедешь. Что ж, подожду, пока вдоволь наиграешься, увязнешь в долгах и прибежишь ко мне молить о помощи.

– Не дождёшься! – перебиваю его и жестом руки подзываю Ронни, приросшую к стене. – Иди-ка, завари господину успокоительного чайку с мятой, а то я начинаю переживать за него.

Разворачиваюсь к нему лицом, уперев кулачки в талию, и заявляю:

– Даже не сомневайся, всё у меня получится! Плохо ты меня знаешь, Эдриан!

– Отлично я тебя знаю, – небрежно отмахивается и проходит к столу с видом хозяина положения. Вальяжно усаживается на него.

– Ты знал ту Эмилию, с которой жил под одной крышей многие годы. А вот с той, которую выставил за порог, ты уже мало знаком. Я изменилась, Эдриан. И скоро я тебе это докажу!

Он открывает рот… и не находит, что сказать. Смотрит на меня, в лицо всматривается. Прочищаю горло и отворачиваюсь, избегая неловкой паузы.

Вот и отлично.

– Посмотрим-посмотрим, – хмыкает муженёк, наблюдая, как Ронни суетится перед ним, расставляя чашки и наливая в них кипяток. – Но ты не ответила на мой вопрос. Откуда взялись средства обставить зал, Эмилия?

Медленно выдыхаю. Плечи опускаются сами собой. Всё, хватит бодаться. Устала я. От его напора, от этого дня, от собственного страха быть уличенной в чём-то непристойном. Что бы там ни было – Эдриан всё равно уже что-то подозревает.

Наверняка Шарлотта нашептала, как только от меня вернулась!

Разворачиваюсь к нему, скрещиваю руки на груди.

– Мне помогает мой деловой партнёр, – говорю ровным голосом. – Он снабжает меня стройматериалами. А я... я просто стараюсь наладить своё дело. Когда пойдёт в гору – расплачусь с ним.

Эдриан прищуривается. Его взгляд становится колким, на лице пролегает тень недоверия.

– Какой ещё партнёр? – спрашивает сквозь зубы.

Пожимаю плечами, стараясь выглядеть как можно невозмутимее:

– Просто человек, который верит в мою идею. Я собираюсь зарабатывать, Эдриан. Не сидеть в пыли с протянутой рукой. У меня есть план. И я буду ему следовать.

Он молчит, но видно, как сжимается челюсть. Напряжение между нами нарастает. Одним текучим движением Эдриан поднимается со стула и делает шаг вперёд, я невольно отступаю к столу.

– Но мы всё ещё женаты, Эмилия. Или ты забыла? – негромко говорит он обманчиво мягким голосом. Протягивает руку, опускает ладонь мне на поясницу, чтобы не убежала далеко.

– А ты вдруг решил об этом вспомнить? – в моём голосе проскальзывает усталость. Куда-то не в то русло наш разговор понесло, кажется. – Когда я больше не путаюсь под ногами – заскучал?

– Ты могла бы обратиться ко мне, всё-таки не чужие люди друг другу. Но никак не связываться с малознакомыми типами.

– Да ладно? – вырывается у меня. – Не ты ли доходчиво дал понять, что видеть меня больше не желаешь?!

Он не отвечает. Только смотрит – долго, в упор. Выдерживаю его взгляд, стиснув зубы, дыхание сбивается. Ронни замирает с чайником в руках. Повисает напряжённая тишина.

И в этот миг, разумеется, за окном гремят колёса экипажа. Слышно, как возница тормозит лошадей. Только этого не хватало!

Эдриан резко отворачивается и уходит вглубь дома, распахивает дверь. А мы бежим следом, выглядываем из проёма кухни. Да твою ж! Кто бы сомневался. Неделя же прошла….

В ушах гудит кровь. Сейчас что-то будет!

Глава 27

Эдриан выходит на крыльцо и замирает. Внизу, у калитки, с приглушённым скрипом распахиваются дверцы экипажа, и оттуда неспешно выходит Ричард. Ветер играет полами его плаща, на лице играет вежливая, чуть лукавая улыбка.

Которая тут же с его губ сползает, стоит Ричарду встретиться взглядом с Эдрианом.

Мужчины замирают, уставившись друг на друга.

Останавливаюсь в дверях, приоткрыв створку ровно настолько, чтобы видеть, но не попасть в эпицентр грядущей бури. Рядом затаилась Ронни. Мы опасливо переглядываемся.

Они не двигаются. Смеряют друг друга оценивающими взглядами. Один как вырезанная изо льда статуя, другой – точно охотник, выжидающий подходящий момент.

В голове мелькает тревожная мысль: они ведь не знакомы… не должны быть знакомы. Тогда почему Эдриан так пристально на него смотрит? Будто рентген, сканирует, детали подмечает. Ой, чую, что-то здесь не так.

По каменному выражению лица Эдриана кажется, будто он сделал для себя определённые выводы. Явно не имеющие ничего общего с истиной. Он же думает, что мы с Ричардом любовники, да?

Как неловко получается….

– Кто это? – холодно, не поворачивая голову, бросает муженёк.

Судорожно выдыхаю. Ну вот и началось.

Вешаю на лицо самую приветливую улыбку, на которую способна в сложившейся ситуации, и спускаюсь с крыльца. Подбираю правильные, осторожные слова, которые сгладили бы момент.

Но Ричард меня опережает.

– Ричард Берк, – с безупречной вежливостью произносит он, слегка кивнув Эдриану. – Поставщик фермерской продукции… и знакомый, вернее – деловой партнёр леди Эмилии.

Он переводит взгляд на меня, и в его глазах проскальзывает лёгкое удивление, почти вопрос. Я глубоко вдыхаю, сдерживаю нервную дрожь. Пора брать ситуацию под свой контроль, а то того и гляди накинутся друг на друга.

Только разборок мне не хватало!

Мимо проносится экипаж, обдавая облаком пыли мужчин. Но они никак не реагируют, а я закашливаюсь и обмахиваюсь ладонью. В последнее время движение на тракте стало оживлённее из-за ярмарки.

– Мой муж, – говорю я и подхожу ближе к ним. – Эдриан Роквел.

Эдриан даже не предпринимает попытки поздороваться. И не пытается казаться дружелюбным. Стоит, как статуя, губы сжаты в тонкую полоску, а глаза – ледяные. Смотрит на Ричарда так, будто уже примеряет, каким заклинанием его испепелить.

Воздух между мужчинами так искрит, что возникает желание отойти от греха подальше. Становится тяжело дышать. Чувствую себя неуютно и закусываю щеку изнутри. Тишина давит на слух, Ронни за моей спиной неловко кашляет.

Прямо сцена из комедийной постановки в лучших традициях жанра! Только мне не до смеха совсем. Надо как-то выкручиваться и спасать Ричарда. А то Эдриан от него мокрого места не оставит!

Вот же муженек, а?! Ни себе, ни людям. Выгнал жену из дома, развестись хотел как можно быстрее, но припёрся и отпугивает других мужчин от меня! Ему-то что? Чёртов собственник….

– Леди Эмилия… – Ричард хмурится, взгляд на секунду становится неожиданно колким. – Вы не упоминали, что замужем.

Мой мозг лихорадочно пытается сообразить, что сказать. Эдриан поджимает губы ещё сильнее, желваками играет. Вот-вот взорвётся. Надо срочно вмешаться.

О, только бы они не сцепились прямо здесь!

– Не думала, что моё семейное положение имеет какое-то значение, – нахожусь я и небрежно пожимаю плечами. – Нашему сотрудничеству это как-то помешает, Ричард?

Берк приподнимает брови и устало улыбается.

– Разумеется, нет. Но раз вашему супругу не по нраву…. Хотелось бы быть в курсе подобных нюансов, чтобы избежать недоразумений. Было бы досадно стать жертвой внезапного приступа ревности исключительно из-за неверно истолкованной ситуации, не так ли?

Ничего себе он дерзкий! Мысленно усмехаюсь и кошусь на Эдриана. Что скажешь, дорогой? Становится всё интереснее….

В самом деле, чего он взъелся на ровном месте? Какое право имеет? Да, мы по-прежнему состоим в браке, но я и не совершала ничего предосудительного….

Наконец, Эдриан чуть подаётся вперёд, от него исходит жар такой трескучий, что кожу обжигает. Растираю плечи ладонями.

– Что ж, теперь вы в курсе, – его голос звучит на удивление ровно и спокойно. – Но всё ещё здесь. Что вам нужно от моей жены на самом деле?

Ричард выдерживает паузу, ни капли не смущаясь.

– Мы с леди Эмилией – деловые партнёры, – терпеливо повторяет. – Я поставляю продукты и помогаю с обустройством. Совсем скоро здесь откроется таверна. Мы договаривались...

Эдриан коротко хмыкает, от звука его голоса я вздрагиваю. Запускает руку под полу камзола, пальцы скользят к внутреннему карману. Вытаскивает сложенный кошелёк, небрежно отсчитывает несколько увесистых золотых и протягивает Ричарду, будто откупается от назойливого официанта.

– Благодарю за беспокойство. Выражаю признательность за проявленную инициативу, – произносит без интонации, чуть хмурясь. – Но, боюсь, мы более не нуждаемся ни в вашей помощи… ни в партнёрстве.

Меня охватывает коктейль эмоций – испанский стыд, возмущение и удивление. Внутри всё съёживается. Что он вытворяет, а?

Что мне теперь делать? Ричард хотя как-то помогал, пусть и не внушал особого доверия. А теперь на кого полагаться? Боюсь, сама я не вытяну открытие….

Воздух становится плотным, как густой туман перед бурей. Ричард смотрит на протянутые монеты, потом поднимает взгляд на меня. А потом снова на Эдриана.

– Что вы, милорд, – произносит он с мягкой усмешкой и… не берёт деньги. – Не стоит утруждаться. Но, полагаю, окончательное слово остаётся за леди Эмилией. Ведь это её таверна.

Ой-ой-ой… – думаю я и делаю шаг вперёд, готовясь утихомиривать двух альфа-самцов.

Вот только сама не уверена, что правильно поступаю….