Текст книги "Преданная. Хозяйка закусочной у дороги (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 18

Эдриан

– О, Эдриан! Решила прогуляться по парку, но заметила твой экипаж, – обворожительно улыбаясь, мурлычет она. – Рада повидаться! Как у вас с Эмилией дела?

На миг отвожу взгляд, задумчиво смотрю на мостовую. Шарлотта дружбу водит с моей женой, вероятно, ей стоит знать.

– Эмилия теперь живёт за Астенбургом, в небольшой деревушке, – отвечаю на выдохе и хмурюсь.

Шарлотта слегка округляет глаза:

– О, сослал всё-таки? И правильно, Эдриан. Сколько она твоей крови попила. Я, конечно, люблю Эмилию как подругу… но она перешла все границы. Сама виновата. – Она хлопает густыми ресницами и склоняет голову к плечу, протягивая ко мне руку. Поглаживает по ткани камзола: – Бракоразводный процесс уже запущен? Или ты всё ещё сомневаешься?

Пожимаю небрежно плечами. Окидываю Шарлотту ненавязчивым взглядом. Фигурка у неё неплохая, и она прекрасно знает, как преподнести себя. И с манерами всё в порядке…. Незамужняя, между прочим.

– Всё не так просто, – отвечаю ровным голосом, будто мы обсуждаем погоду. – Процесс сложный, обременённый деталями. И... неожиданными препятствиями.

Шарлотта воспринимает это на свой лад. В её глазах вспыхивает игривый огонёк.

– То есть ты всё ещё связан, но уже почти свободен? Ох, а что же случилось? Ой, нет-нет, это меня не касается, – мурлычет она и, не дожидаясь ответа, хватает меня под локоть. – Тогда тебе просто необходима передышка от всей этой... нервотрёпки. Прогуляемся?

Позволяю Шарлотте взять меня под руку и увлечь в сторону. Мы идём медленно, ступая по усыпанной листвой дорожке старого тенистого парка. Над головой смыкаются ветви деревьев, сквозь которые солнечный свет падает мягкими бликами.

Пахнет липой, сырой землёй и цветами. Вдалеке звенит фонтан. Шарлотта приподнимает голову и подставляет лицо тёплым лучам. Кошусь на неё и отмечаю загадочную улыбку на губах. Чувственные, идеально очерченные…. Со стороны кто нибудь увидит и примет нас за парочку.

Да и плевать.

– Ты ничего не знаешь о снадобьях, которые нашли у моей жены в спальне?

Шарлотта останавливается, округляет выразительные глаза.

– О, Эдриан… – она наклоняется ближе, понижая голос до заговорщического шёпота. – Ты всё-таки узнал о них, да? Мне так жаль… – вздыхает, прикладывая ладонь к груди. – Она просила молчать. Мы же подруги!

– Так ты ей помогала? – холодно хмыкаю.

– Эмилия просила меня найти кого-то… ну, по женским вопросам. Разве я могла ей отказать?! – Шарлотта закатывает глаза. – Ты же понимаешь, я не знала, что именно она задумала. Ей нужны были снадобья….

– Против зачатия? – уточняю я, глядя прямо.

Она пожимает плечами и виновато улыбается:

– Ну да. У вас же были... напряжённые времена, как я понимаю. Она тогда сказала, что ребёнок сейчас – не вариант. Говорила, будто боится, что ты охладел и не поддержишь. Или что вообще уйдёшь. – Шарлотта вздыхает, хлопает ресницами. – Я, конечно, её отговаривала. Сказала, что ты заслуживаешь знать. Но ты же её знаешь, если решила, то не переубедишь. Упрямая до нельзя.

Я отвожу взгляд и выдыхаю сквозь стиснутые зубы. Напряжённые времена? Серьёзно? Так вот как Эмилия преподала. Ну-ну.

Шарлотта тем временем продолжает, как ни в чём не бывало:

– Рада, что ты всё-таки решился на развод. Так долго держался, терпел Эмилию. Хоть и зря, если хочешь знать моё мнение. Она не стоит тебя, Эдриан. И вокруг полно других женщин, готовых подарить тебе наследника. Тебе стоит задуматься о новом браке, не находишь?

Морщу лоб и качаю головой.

– Да, ты права.

Шарлотта, поигрывая тонким кружевным зонтиком, снова склоняет голову ко мне. И улыбается.

– Но знаешь, Эдриан… Всё же интересно, где теперь живёт наша дорогая Эмилия? Подруга как-никак. Надо навестить, проведать, утешить, если она в печали... – Она смотрит исподлобья, всё ещё держась за мой локоть. – Или хотя бы убедиться, что у неё есть всё необходимое. В таких... условиях, – последнее слово она почти мурлычет.

Я хмыкаю и изгибаю бровь.

– С моей женой всё в порядке, Шарлотта. Уверен, не пропадёт. Одним глазом, да присматриваю за ней, не волнуйся.

– Ах, Эдриан, – вздыхает Шарлотта, – ты же должен понимать, как много значит для женщин живое общение с подругами? Может, мне она расскажет то, чего никогда не поведает тебе.

Она смотрит пристально и хлопает ресницами. Отвечаю сухой улыбкой и отвожу взгляд. На самом деле, мне уже не так важно, что скажет Эмилия. Вопрос с разводом решённый, осталось восстановить Лигру, и мы распрощаемся навсегда.

– Что ж, я не против, – пожимаю плечами и мягко высвобождаю свою руку из цепких пальчиков Шарлотты. – Проведай её, раз есть желание.

Глава 19

Эмилия

Толком не зная, чего ждать, я протягиваю руку к еноту.

– Эй, давай без… – начинаю, но не успеваю договорить.

Он шипит и резко отпрыгивает в сторону, выпутываясь из плаща.

И-и-и-и начинается настоящий балаган!

Енот носится по комнате, держа кулон в лапах, как флаг победителя. Я кидаюсь за ним, уворачиваясь от подушек и летящих в меня гребня, зеркальца, горшка с цветком. Он забирается под кровать – я туда же, он выскакивает на комод – я следом. Подол платья наматывается на ногу, волосы лезут в глаза.

– Сдавайся! Ты, пушистая катастрофа! – кричу, когда он делает последнюю отчаянную попытку сбежать… и застревает в выдвижном ящике.

Да-да, прямо так: зад торчит наружу, хвост раздражённо дёргается из стороны в сторону.

Я замираю. А потом не выдерживаю и смеюсь.

– Ну вот и попался, дружочек, – подхожу, аккуратно приподнимаю лапки, отодвигаю ящик. – Сейчас, не дёргайся… Вот так. Всё, свободен.

Он вываливается из ящика с оскорблённым фырканьем, плюхается на ковёр и с укором на меня смотрит. Мы оба тяжело и часто дышим.

– Ронни! – кричу в сторону лестницы. – Принеси что-нибудь вкусное! У нас… наклёвываются переговоры.

Пока она не пришла, я сажусь на пол рядом с енотом. Он снова крепко прижимает кулон к груди, но уже не шипит. Разглядывает меня, изучает. Даже лапу тянет, чтобы потрогать мои волосы. Но по-прежнему насторожен.

Когда Ронни приносит ломтик сыра и половинку груши, он обнюхивает подношение с видом короля, которому принесли дань, и начинает есть.

А потом, наевшись, осторожно подходит ко мне и, немного поколебавшись, раскрывает лапки. Протягивает кулон, и тот переливается мягким золотистым светом.

– Это что, талисман? – шепчу я.

Енот только моргает. И забирается на кровать, устраивается рядом.

Долго разглядываю предмет, кручу пальцами. Похоже, это какой-то артефакт. Зверёк так дорожит им. Интересно, где он его нашёл?

Осторожно кладу кулон на прикроватную тумбочку. Он чуть вибрирует, будто живой. Или мне только кажется?

Енот, свернувшийся у подушки, уже спит без задних лап, подёргивая усами во сне. Вздыхаю, поправляю плед и краем глаза замечаю, что дверца прикроватной тумбы приоткрыта. Наверное, в погоне за енотом задела.

Поднимаюсь и подхожу, собираясь закрыть. Кошусь на зверька, стараюсь не разбудить. И вдруг – звяк! – из дверцы что-то вываливается на пол. Наклоняюсь и поднимаю. Маленький мешочек, запылённый и завязанный шнурком. Увесистый. А внутри монеты.

Что за ерунда? Я же всё здесь осматривала!

Моргаю и осторожно развязываю мешочек дрожащими пальцами. И вижу несколько серебряных монет и одну золотую. Ничего себе сюрприз!

– Ты издеваешься? – шепчу в сторону кулона и кошусь на дрыхнущего кверху пузом енота.

Артефакт спокойно лежит на тумбочке и ничем не напоминает магический предмет, обыкновенное старинное украшение.

На следующий день совпадения продолжаются. Стоит мне подумать, что нужны дрова – на заднем дворе обнаруживается аккуратно сложенная вязанка. Стоит прикинуть, чем бы подлатать крышу – Ронни сообщает, что в сарае обнаружились доски и ведро с крепкими гвоздями. Которые, разумеется, никто из нас не видел раньше.

К вечеру устраиваюсь с запиской книгой в кресле, кулон лежит передо мной.

– И что ты за чудо такое, а? – бросаю взгляд на енота.

Он лижет лапу после сытного ужина и даже не поднимает глаз на меня.

– Что ж, ладно, – вздыхаю, качая головой, и заношу в книгу всё, что волшебным образом появилось в нашем доме.

Надо учитывать каждую мелочь. Не верю я в удачу и бесплатные чудеса, за всё всегда приходится платить! И какой бы щедрый ни был этот кулон, думаю, с ним следует быть осторожными. И постараться ни о чём не загадывать, пока я не выясню, с чем имею дело.

– Госпожа! – зовёт с первого этажа Ронни. – Госпожа, к вам гости!

Кого там принесло? Мысленно ворчу и закрываю книжку, прячу её под подушку. Прохожу мимо устраивающегося на кровати енота и подмигиваю ему.

– Отдыхай, дружочек. Но постарайся никому не показываться на глаза, договорились?

В ответ он бурчит что-то и смачно зевает, заваливаясь на подушку. Вот деловой, а!?

Спускаюсь по скрипучей лестнице, придерживая подол платья. Ронни стоит в дверях с понурым видом и косится на меня исподлобья. Невольно напрягаюсь. Только не говорите, что Эдриан пожаловал!

Приближаюсь к распахнутой двери и встречаюсь взглядами с рыжеволосой девушкой в белой шляпке, которую безжалостно треплет поднявшийся ветер. Небо заволокло тучами. Похоже, будет дождь.

На гостье красивое голубое платье с рюшами, явно из города приехала. Выглядываю ей за спину и замечаю экипаж без опознавательных знаков. Хм-м-м.

А девушка ловит мой взгляд и лучезарно улыбается.

– Ну же, Эмилия! Неужели не рада меня видеть? Я ведь обещала приехать, – разводит руки в стороны, раскрывая объятия. – Привет, подруга дорогая! Впустишь меня?

Пауза затягивается. Всматриваюсь в лицо гостьи. Ни одного проблеска в памяти, кто такая, как зовут и откуда. Перевожу взгляд на Ронни. Может, она хотя бы намекнёт, как быть.

Но горничная смотрит с изумлением на меня, теребя край передника. Да твою ж….

Глава 20

Рыжеволосая гостья стоит на пороге с таким видом, будто оценивает, не запачкает ли туфельку, если ступит на крыльцо. Губы изогнуты в сочувственной полуулыбке. Глаза бегло скользят по фасаду, по мне… и по Ронни, которая застыла рядом.

На лице моей помощницы нет ни удивления, ни радости, только едва уловимая тень напряжения. Знает гостью. И явно не в восторге от её приезда.

Что ж, ладно. Придётся импровизировать.

Улыбаюсь так, будто мы сто лет знакомы:

– О! Ты приехала! Заходи скорей.

– Ну и в халупу он тебя сбагрил… – гостья театрально закатывает глаза, входя внутрь. – Вот же подонок! Прости, но я иначе его назвать не могу.

Прикрываю за ней дверь и делаю вид, будто меня нисколько не смущает ни её резкость, ни незваный визит.

Явно речь об Эдриане. Выходит, эта дамочка в курсе моей ситуации. В таком случае, попробую выжать из нашего общения информацию по максимуму.

– Привыкаешь? – Она оборачивается, бросает оценивающий взгляд на убранство зала: старые балки, вычищенный пол, корзинку с огурцами на столе. – Да тут в одиночку выжить – подвиг. А он, конечно, в своём особняке сидит, гордый, как павлин, и думает, что поступил по справедливости.

– Спасибо не в одном белье выставил, – произношу я осторожно, наблюдая за её реакцией.

Гостья вскидывает брови:

– Как ты можешь так говорить, Эмилия?! Выгонять жену – это подло. А после всего, что между вами было… Я-то надеялась, Эдриан одумается. Хотя, если честно… С самого начала было очевидно, что вы не подходите друг другу. – Она склоняет голову чуть набок и выдыхает. – Но ты держишься молодцом. Сильная ты. Я бы так не смогла. И если тебе что-нибудь понадобится – помощь, продукты, просто поболтать, то я рядом. Мы же подруги, – и выдаёт приторно сладкую улыбку, пожимая точеными плечиками.

– Спасибо, – говорю бесхитростно и жестом приглашаю её присесть. – Мы как раз собирались заварить чай.

– Только если ты расскажешь мне всё! – Она хитро сверкает глазками. – Я должна быть уверена, что справляешься с навалившимися невзгодами. Ты заслуживаешь лучшего, Эмилия. И Эдриан ещё получит по заслугам за то, как поступит с тобой.

У меня дёргается нервно уголок глаза. Мд-а-а-а. Рыжеволосая гостья с манерами актрисы и репликами из мыльной оперы, но явно из близкого окружения прежней Эмилии.

Неужели именно она писала мне через шкатулку? Имя бы узнать…

Но как это сделать и не вызвать подозрений?

Думай, Женька! Думай.

Пока я размышляю, выдавливая из себя приветливую улыбку, гостья проходит мимо меня, чуть склоняя голову. Веду носом, принюхиваюсь как можно незаметнее.

Ага-а-а! Улавливаю тонкий аромат парфюма – терпкий, с нотками жасмина и чего-то сладкого. Замираю и мысленно хмыкаю. Точно! Тот же запах, что и от последней записки из шкатулки. Значит, это она мне писала.

Уже что-то!

Тем временем гостья, ни капли не стесняясь, проходится по кухне. Щёлкает пальчиками по поверхности стула, словно проверяя на чистоту, проводит ладонью. А потом, прежде, чем присесть, с напускной брезгливостью смахивает с него несуществующую пыль.

– Завари-ка мне чаю, Ронни, – произносит она повелительным тоном, будто не раз уже так делала.

– Да, леди Шарлотта, – отвечает Ронни с натянутой интонацией и чуть склоняет голову, а я мысленно ликую.

Шарлотта. Прекрасно! У нас есть имя наглой рыжеволосой особы. Живём!

Теперь главное не проколоться на какой-нибудь ерунде.

Скольжу в кухню и бросаю на неё мимолётный взгляд, обходя стол. Значит, что мы имеем? Шарлотта – подруга прежней меня. А, может, не такая уж и подруга… В любом случае, играем дальше. Посмотрим, что из неё можно вытянуть. И вообще – зачем она явилась?!

Присаживаюсь за стол и складываю руки перед собой. Улыбаюсь гостье самой тёплой из своих улыбок:

– Надеюсь, чай тебе понравится. Мы собрали местные травы, очень душистые, а главное – полезные.

– Ох, Эмилия, пугаешь ты меня, – фыркает Шарлотта. – Травы? Собрали? Серьёзно?! Скажи ещё, что обзавелась огородиком и овощи растишь! Неужели такая жизнь тебе по вкусу? Ни за что не поверю, что моя подруга, столичная модница, устроилась в глуши, как сельская домохозяйка!

С трудом сдерживаюсь от порыва хмыкнуть и пожимаю плечами.

– А что такого? С грядки прямо на стол. Надо же как-то приспосабливаться к новым условиям. Я нисколько не горюю по прошлой жизни в городе. Здесь воздух чище и людей поменьше. Отдыхаю душой и телом, Шарлотта.

“Подруга” морщит носик и осуждающе качает головой.

Ронни ставит перед нами чашки с травами, наполняет кипятком. Пар поднимается над столом, аромат душицы и мяты наполняет кухню. Смотрю сквозь него на Шарлотту. Её глазки бегают, тонкие брови недоумённо изогнуты.

Не такого приёма она ожидала? Рассчитывала увидеть подругу в слезах и соплях, бьющуюся в истерике? Ха! Не дождётся.

Пока Ронни суетится у печи, поднимаюсь из-за стола и направляюсь за блюдом с тыквенным пирогом, который она испекла на завтрак. Делаю вид, будто занята шкафчиком, но взгляд неотрывно следит за гостьей.

Шарлотта удобно устроилась за столом, сложила ладони в замочек и смотрит по сторонам с выражением брезгливого интереса.

– Ты ведь мне писала про снадобья, – начинаю между делом, разрезая пирог на ровные кусочки. – Я как раз перебирала старые бутылочки… и подумала, что стоило бы пополнить запасы.

Ставлю блюдо на стол, и как бы невзначай смотрю ей в глаза.

Шарлотта моргает, театрально удивляясь.

– Ох, прямо все использовала? Ничего не осталось? – вздыхает и лезет в кружевную сумочку, которую держит на коленях. – Разумеется, я кое-какие привезла.

Выставляет передо мной три пузатых флакона с пергаментными этикетками.

– Напомни, какое из них для чего и как принимать? – проговариваю задумчиво, присаживаясь напротив. И, хмурясь, разглядываю надписи.

– Конечно, милая, – быстро кивает она и подаётся вперёд. – Но лучше бы тебе показаться в моей лечебнице. Подберём новое лечение. Ведь, как я понимаю, эти снадобья не помогли тебе зачать ребёнка?

Её цепкий взгляд ощупывает моё лицо, будто ищет трещины в реакции. Я лишь улыбаюсь, ровно и безмятежно. Вот же зараза!

И ведь не боится быть пойманной за руку!

Нет, я, конечно, допускаю, что в комнате Эмилии обнаружили совсем другие снадобья. И забрали в качестве вещественных доказательств её вины. Но не слишком уж много совпадений?!

– Пожалуй, ты права, – говорю, коротко кивая. – Обязательно наведаюсь, как время будет.

Шарлотта слегка хмурится, но тут же берёт себя в руки. И снова играет сочувствие:

– Бедная моя подруга. Прям какая-то чёрная полоса в твоей жизни!

После чая я делаю приглашающий жест, и мы с Шарлоттой выходим в огород. Она идёт с видом изнеженной дамы и морщит лоб, разглядывая грядки, цветы, деревья.

– Очаровательно, но дико для меня. Я предпочитаю видеть овощи в своей тарелке, а не торчащими из грязи.

Отворачиваюсь и закатываю глаза. Считаю до пяти и между делом спрашиваю:

– А как ты узнала, где меня искать?

Шарлотта чуть спотыкается на рыхлой дорожке, хихикает, поправляя юбку, и озирается на свой экипаж:

– Пришлось спрашивать у Эдриана, – говорит с напускной небрежностью. – Он сначала не хотел говорить. Представляешь? Стыдится тебя, похоже. Так противно, честное слово! Как будто это ты что-то ужасное сделала, а не он.

Понимающе киваю. Ага, как же! Поверила я тебе. Хотя… Какая мне разница?!

– Ну, я, пожалуй, поеду. Как-нибудь загляну ещё в гости, – добавляет с полуулыбкой. – Рада была повидаться, дорогая! Ты держись тут, ладно?

Провожаю её до калитки. Она уже забирается в экипаж, ставит ногу на подножку, как вдруг на дороге появляется ещё один.

Колёса тихо скрипят, когда экипаж останавливается перед домом, конь фыркает. Шарлотта замирает с занесённой ногой, не удержавшись от того, чтобы не оглянуться.

Из второго экипажа выходит знакомая фигура – Ричард.

Я невольно делаю шаг назад. Внутри всё замирает. Шарлотта смотрит на него, потом на меня. Слишком пристально. В её взгляде сквозит любопытство и что-то ещё – подозрение, азарт?

Ричард Берк задерживается возле дверцы экипажа, оглядывается на наш двор. И, чёрт побери, встречается взглядом со мной.

Шарлотта аккуратно опускает ногу обратно на землю и делает шаг в мою сторону.

Да бли-и-ин! Вот зачем его принесло так не вовремя, а?!

Глава 21

– Кто это? – спрашивает Шарлотта, не сводя глаз с приближающегося мужчины.

– Не важно, – отзываюсь я с самой доброжелательной улыбкой, которую только могу из себя выжать, и мягко подталкиваю её в сторону её же экипажа. – Тебе пора домой, дорогая подруга. Спасибо, что заглянула. Счастливого пути.

Шарлотта, ошарашенная тем, что её так открыто выпроваживают, моргает, потом со смешком качает головой:

– Ох, а ты зря времени здесь не теряешь, да? Предприимчивая Эмилия нигде не пропадёт. Так держать, дорогая!

– Приходится… как-то крутиться, – парирую я, открывая дверцу её экипажа.

Она медлит, с подозрением и любопытством косясь на Берка. Приподнимаю брови и указываю ей на распахнутую дверь. Давай же, залезай и катись колбаской. Нечего здесь разнюхивать. Достаточно уже жалом поводила.

Шарлотта обиженно фыркает и нехотя поднимается в экипаж, но перед тем, как захлопнуть дверцу, бросает на Ричарда ещё один цепкий взгляд.

– До встречи. И… будь осторожна с незнакомцами, – говорит с фальшивой тревогой в голосе и всё-таки уезжает.

Меня обдаёт дорожной пылью, когда экипаж срывается с места. Откашливаюсь, отмахиваясь ладонью. Тьфу ты! Неужели укатила?! Я уж подумала, что придётся заталкивать её силой.

Делаю глубокий вдох и медленно разворачиваюсь к Ричарду.

Он стоит, облокотившись на перила крыльца, изумлённо вскинув брови. А не слишком ли он деловой, а?

– Я, похоже, помешал, – говорит он, тактично улыбаясь.

– На самом деле, вы меня выручили, – признаюсь честно, подходя ближе. – Но я не ожидала так скоро вас увидеть. Что-то случилось?

Он чуть улыбается, а взгляд его по-прежнему внимателен и загадочен.

– Решил проведать, – говорит Ричард, отталкиваясь от перил и приближаясь. – Узнать, как у вас продвигаются дела. С таверной, с хозяйством…

– Сама себе удивляюсь, но мы наконец-то прибрались, – отвечаю, поправляя волосы, чтобы занять руки. – Правда, всё ещё немного хаотично. Работы выше крыши, а рук катастрофически не хватает.

А в мыслях добавляю: и денег. Особенно денег. Но вслух этого, конечно, не скажу.

Ричард улыбается чуть шире и кивает в сторону дороги:

– Тогда позволю себе немного вольности. Уверен, вы оцените.

Поворачиваю голову и вижу, как с пыльной тропы выкатывает ещё один экипаж. Гружёный, увязший под тяжестью мешков, досок и ящиков. Возница останавливается перед домом, встаёт, откидывает брезент, и я замечаю внутри дрова, муку, свёртки, похожие на ткань, и даже стройматериалы.

– Я подумал, что вам может пригодиться немного помощи. Хотя бы для старта, – говорит Берк и мягко пожимает плечами.

Ошарашенно смотрю на него, потом на экипаж. Да ну….

– Это… Всё для нас? Право, не стоило, Ричард. Я не могу принять такой подарок, а расплатиться с вами мне нечем.

Он небрежно отмахивается и, щурясь на солнце, оглядывает дом.

– Эмилия, мы же теперь партнёры. Нет ничего плохого в том, что я внесу свой небольшой вклад в общее дело. Партнёры должны поддерживать друг друга. Это просто жест доброй воли, не больше. Но если моя помощь вызывает у вас неловкость – считайте, что я рассчитываю на обед в качестве благодарности.

После чего подмигивает мне и, не дожидаясь ответа, идёт помогать вознице.

А я остаюсь стоять в шоковом состоянии, закусив губу.

Как же быть? Пустить его в дом? Но совсем не хочется, внутри всё протестует. Неправильно это….

Думай, Женька!