Текст книги "Расколотое море (ЛП)"

Автор книги: Кэтрин Коулс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

43 Лейкен

От грохота собственного сердца дрожали ребра.

– Джилли, не надо.

По ее лицу скользнуло нечто, почти похожее на печаль.

– Я буду по тебе скучать. Буду плакать на твоих похоронах. Но иначе нельзя.

Неужели Джилли действительно верила, что ей это сойдет с рук? Свидетелей было слишком много. Если только она не собиралась убить всех. Но это не вписывалось в ее план освободить их.

– Ничего не получится.

Я покосилась в сторону и увидела, что веревки на запястьях Айзека совсем ослабли. Он держал руки так, будто они по-прежнему связаны, но ему нужно было освободить еще и лодыжки.

Джилли фыркнула.

– До сих пор все шло идеально. Я оставила тебя управлять галереей, но я не дура. Нам нужен виновный.

Она направила пистолет на Айзека.

– После аварии Джейса он и правда впал в депрессию. Некоторые могли бы назвать его неуравновешенным.

Айзек напрягся на другом конце дивана.

– Как жаль, что душевная болезнь так захватывает человека. Это бывает весьма жестоко. Он убирал всех по одному. Сегодня явился сюда, терроризировал нас и взял в заложники. Но после начала нападений я всегда носила с собой небольшой пистолет. На всякий случай. Я спасу нас всех.

Она повернулась ко мне и рассмеялась.

– Ну, почти всех. Сначала он убьет тебя, Лейкен. Мне очень жаль. Но я сделаю все быстро. Выстрел в голову. Просто и чисто.

– Ты ебаная сумасшедшая сука, – прорычал Айзек.

Джилли резко развернулась, отвела руку и ударила его кулаком в нос. Он согнулся, а кровь хлынула ему в ладони.

– Ты сломала мне нос!

– Будет гораздо хуже, если не начнешь следить за языком.

Айзек остался согнутым, тихо постанывая.

– Какой же ты нытик.

Джилли провела рукой по волосам.

– Хватит, – тихо сказала я. – Все в этой комнате страдали. Мы все пережили самую страшную боль. Мы с Айзеком никогда не забудем. Но если ты нас убьешь, наши страдания закончатся.

Неужели Джилли думала, что Серена и Кей позволят ей это? Неужели ее разум исказился настолько, что она верила, будто потом они просто смирятся?

Джилли остановилась и, похоже, задумалась над моими словами. Я быстро взглянула на Айзека. Он возился с веревками на лодыжках. Ему нужно было торопиться.

– Она права, – сказала Серена, пытаясь приподняться в кресле. – После смерти они больше не будут страдать. Чтобы чувствовать боль, нужно оставаться в живых. Правда, мам?

Кей кивнула, по ее лицу по-прежнему текли слезы.

– Я не хочу, чтобы они умерли, Джилли. Я хочу, чтобы они помнили. Чтобы никогда не забывали моего мальчика.

– Прекратите! Все прекратите! Вы пытаетесь меня обмануть. Мы освободимся, только когда их не станет. Только так мы сможем исцелиться.

В голове Джилли сложилось чудовищное представление об исцелении. Я невольно задумалась, как ей удавалось столько лет скрывать болезнь и одержимость. Как она могла казаться настолько заботливой. Или она просто держала меня рядом, чтобы убедиться, что я скорблю как следует? Ведь до появления Боудена я не подавала ни единого признака, что пытаюсь жить дальше.

При мысли о нем сердце сжалось. Он уже потерял одну любимую женщину. Я не могла заставить его пройти через это снова. Не была уверена, что он переживет.

Айзек украдкой посмотрел на меня. Его руки и ноги были свободны.

В ушах загрохотала кровь.

– Я помогу, – беззвучно произнесла я.

Айзек кивнул и одними губами начал отсчет.

– Раз, два, три.

На счет «три» мы оба рванули вперед. Я могла лишь прыгнуть и броситься на Джилли. Но Айзек мог бежать. Из-за ран на голове он двигался неловко, и, скорее всего, у него было сотрясение. И все же я надеялась, что адреналина хватит, чтобы вырваться. До помощи были километры, но мне оставалось только верить.

Падая, я обхватила ноги Джилли и вцепилась изо всех сил, стараясь дать Айзеку как можно большую фору. Она ругалась и била меня ногами. Один удар пришелся в подбородок, и перед глазами вспыхнули звезды.

Моя хватка ослабла. Джилли вскочила и выбежала за Айзеком. Серена свалилась с кресла и поползла ко мне. Но от другого резкого движения я дернулась назад. Джекс сел и начал хлопать себя по карманам.

– Она забрала мой гребаный телефон.

– Домашний? – спросила я.

Он покачал головой.

– Мы отключили его в прошлом году. Все равно не пользовались.

Он подвинулся ближе и принялся развязывать мои руки.

– Доберись до сарая, возьми ключи от рабочего пикапа и гони отсюда что есть сил.

– Поедем все.

Как только руки освободились, я занялась лодыжками.

Джекс перешел к веревкам Серены и покачал головой.

– Поедете вы с Сереной. Маму и папу она не тронет.

Я надеялась, что он прав. Освободив ноги, я встала. Меня повело, и я схватилась за диван.

Серена тут же оказалась рядом и вцепилась в мою руку.

– Ты справишься. Обопрись на меня.

– Никому не двигаться, – процедила Джилли, снова втолкнув Айзека в дверь.

Теперь кровь стекала по его плечу, пропитывая рубашку.

Меня затошнило. Этого не могло происходить. Мы были так близки к свободе.

Айзек резко откинул голову назад и ударил Джилли в лицо.

На его губах было одно слово:

– Бегите!

44 Боуден

Хейз остановился перед домом Грейнджеров, и мы выбрались из его внедорожника. Вокруг стояла зловещая тишина. Мы обменялись взглядами и направились к крыльцу.

Хейз поднял руку, чтобы постучать, но после первого же удара дверь распахнулась внутрь. Одной рукой он достал пистолет из кобуры, а другой потянулся к рации. Вызвал подкрепление и велел подъехать без сирен.

Хейз протянул мне ключи.

– Жди во внедорожнике. Подкрепление скоро будет.

Вместо того чтобы подчиниться, я достал пистолет из кобуры.

– Я не позволю тебе войти туда одному.

И уж точно не оставлю Лейкен одну.

Хейз тихо выругался, но снова сосредоточился на доме.

– Держись за мной.

Я подчинился, но взглядом обшаривал все доступное пространство. Надеялся увидеть темные волосы и золотистую кожу. Янтарные глаза, которые заглядывали в самую мою душу.

– Управление шерифа округа Карсон! – крикнул Хейз.

– Мы здесь! – отозвался женский голос. – Здесь!

Мы вошли в гостиную, по которой словно пронесся ураган. Столы и стулья были опрокинуты. Женщина склонилась над Айзеком, прижимая руки к его плечу. Это наверняка была Кей. По ее щекам текли слезы.

– Она выстрелила в него. Просто взяла и выстрелила.

– Я буду в порядке, – прохрипел Айзек. – Вы должны поймать эту суку.

– Кого? – рявкнул Хейз.

– Джилли. Она гонится за Лейкен и Сереной. Совсем рехнулась. Это она всех убила.

Кей разрыдалась еще сильнее.

– Мне так жаль. Я не знала.

– Он?.. – спросил я, кивнув на мужчину, безвольно обмякшего в кресле.

– Жив, – ответила Кей. – Просто под наркотиками.

Хейз снова схватился за рацию.

– Господи.

Он начал передавать диспетчеру сведения, но я уже двигался.

– Куда они побежали? – спросил я у Айзека и Кей.

– Через переднюю дверь, – выдавил он.

– Джекс достал из сейфа ружье и побежал за ними! – крикнула Кей, когда я рванул к выходу.

Сердце билось так сильно, что дрожали ребра, а кровь ревела в ушах. Я должен был найти Лейкен. В голове мелькали один за другим страшные варианты. Не стоило оставлять ее здесь одну.

Хейз мгновенно оказался у меня за спиной.

– Я велел тебе держаться позади.

– Мне плевать, что ты велел. Я должен найти Лейкен.

– Не веди себя как идиот и не дай себя убить.

Я уже открыл рот, чтобы возразить, когда воздух расколол выстрел. Все внутри оцепенело, а затем я побежал на звук. Он доносился со стороны сарая и хозяйственных построек.

Легкие горели, но я заставлял мышцы работать быстрее. Хейз бежал рядом, не отставая ни на шаг. Раздался еще один выстрел. Ближе. Сбоку от сарая.

Мы бросились туда. Когда мы почти обогнули угол, кто-то врезался в меня. Миниатюрная фигура. Темные волосы. Золотистая кожа.

Лейкен издала сдавленный звук.

Я резко притянул ее к себе.

– Все хорошо. Я держу тебя.

– Джилли. У нее пистолет. Она стреляет.

– В сарай! – рявкнул Хейз. – Запритесь в кабинете и ждите подкрепления. Я сообщу им, где вы.

На этот раз я послушался и потянул Лейкен к зданию. Я мог думать только о том, чтобы спрятать ее. Укрыть за запертыми дверями и толстыми деревянными стенами.

Когда мы вбежали внутрь, лошади заржали. Несколько забили копытами по дверцам стойл.

– Туда, – сказала Лейкен.

Я побежал туда, куда она указала, втолкнул ее внутрь и закрыл за нами дверь. Повернул замок. Не засов, а хлипкая защелка в ручке, но хоть что-то.

Я подошел к Лейкен, внимательно ее осматривая. Одна сторона лица опухла, а возле глаза зияла глубокая рана.

– Ты ранена.

Я осторожно ощупал ее лицо. Все тело Лейкен дрожало.

– Джилли винит нас всех. Сказала, что мы должны умереть.

Что, черт возьми, произошло за последние несколько часов? Потом разберемся. Сейчас мне нужно было лишь обнять Лейкен.

Я убрал пистолет в кобуру и прижал ее к себе.

– Я рядом.

– Лейкен, – нараспев позвала Джилли. – Я знаю, что ты здесь.

Ее голос звучал почти по-детски, словно она играла. От этого тона у меня по коже поползли мурашки. Я прижал палец к губам.

– Посмотрим, насколько ты благородна. Ты говорила, что любила Джейса. Отдашь жизнь за его сестру?

Лейкен застыла в моих руках.

– Не выходи, Лейк! Она убьет нас обеих! – закричала Серена.

– Заткнись! Ты никогда не скорбела по нему как следует. Наверняка именно из-за тебя твоя мать так сломлена.

Их голоса звучали близко. Слишком близко.

По лицу Лейкен потекли слезы.

– Я должна ей помочь.

– Хейз ее услышит. Подкрепление уже едет.

На лице Лейкен сменяли друг друга чувства. Боль. Горе. Решимость. Она направилась к двери, но я потянул ее обратно.

– Серена права. Выйдешь туда – и вы обе погибнете. Дай вам обеим шанс.

Слезы полились еще сильнее, но Лейкен кивнула. Я снова достал пистолет и приготовился ко всему.

По бетону застучали шаги. Затем наступила тишина. Настолько мучительная, что хотелось вырвать себе уши.

Дерево затрещало, и дверь распахнулась. Джилли с силой толкнула Серену в мою сторону и подняла пистолет.

Все происходило короткими, рваными вспышками. Полсекунды между вдохом и выдохом. Словно я двигался в густой патоке. Блеск оружия насмехался надо мной, пока я отталкивал Серену в сторону. Я не успевал поднять свой пистолет.

Глаза Лейкен расширились, в них вспыхнули паника и страх. Я не мог ее потерять. За столь короткое время она стала для меня всем.

Я сделал единственное, что мог.

Бросился вперед.

Воздух расколол выстрел. Грудь пронзила ослепительная боль.

А затем я начал падать.

45 Лейкен

Мы рухнули на пол с тяжелым глухим ударом. Я тут же вцепилась пальцами в пол и попыталась выбраться из-под Боудена. Он не двигался и не издавал ни звука. Нет. Нет. Нет. Этого не происходило. Я не могла его потерять.

Раздался еще один выстрел, и на этот раз на пол рухнула Джилли. Но я почти не заметила, как она закричала и забилась от боли.

Я перевернула Боудена на спину. Темно-красная кровь покрывала его грудь, расползаясь по свитеру. На мгновение мои руки зависли над ним, не зная, что делать. Остановить кровь. Сейчас имело значение только это.

Я с силой прижала ладони к его груди, и Боуден болезненно застонал.

– Боуден. Открой глаза.

Слезы текли по щекам и падали на мои руки. Я навалилась на него всем весом.

Джилли кричала, пока Хейз надевал на нее наручники. Этот звук резал слух.

– Боуден, пожалуйста.

Его веки дрогнули, а затем снова замерли.

Мне хотелось отдать ему свою кровь. Разорвать вену и перелить ее в него.

Над нами легла тень, и я резко подняла голову. Джекс опустился на пол рядом. Он протянул руку, собираясь что-то сделать, но я ударила его по ней.

– Нет! Не трогай его. Не смей его трогать.

В его глазах вспыхнуло возмущение.

– Я хочу проверить пульс.

– Нет. Ты убьешь его, лишь бы сделать мне еще больнее. Ты не имеешь права к нему прикасаться.

Я уже рыдала. Все тело сотрясалось, где-то вдали выли сирены, а Джилли кричала еще громче.

С лица Джекса исчезли все краски.

– Я не стану. Я просто хочу помочь. Я учусь на парамедика.

– Нет! – закричала я. – Уйди от нас!

Рыдания становились все сильнее. Чьи-то руки схватили меня за плечи, и я начала отбиваться ногами. Хейз выругался, но не отпустил. Лишь крепче сжал меня.

– Парамедики уже здесь. Дай им помочь.

Но я не могла. Какая-то часть меня была уверена, что только я способна удержать Боудена в живых. Только я могу его спасти.

– Нужна помощь! – крикнул Хейз.

– Черт, – выдохнула помощник шерифа Янг и помогла Хейзу оттащить меня от Боудена.

Я кричала и отбивалась.

А потом просто сломалась.

Обмякла в руках Хейза и выпустила наружу все, что держала внутри.

Я раскачивалась взад-вперед на стуле в приемном покое. Жесткий пластик впивался в позвоночник, но я была благодарна каждому всплеску боли. Хотелось, чтобы тело болело. Может, тогда сердце перестало бы казаться растерзанным на куски.

Меня пробрала дрожь. Через мгновение мне на колени упала толстовка. На лице Беккета застыло беспокойство.

– Надень. Пневмония сейчас никому не поможет.

Я натянула теплую ткань через голову. С мокрыми волосами ничего поделать не могла. В больнице мне предложили принять душ, потому что я была вся в крови. В крови Боудена. Ее было так много, что я не понимала, как он до сих пор дышит.

По дороге сюда у него остановилось сердце, но парамедикам удалось снова его запустить. Боуден был сильным. Самым сильным мужчиной из всех, кого я знала. Он был бойцом – ради себя и ради меня.

К горлу подступил всхлип, но я проглотила его. Адди попыталась взять меня за руку, но я отдернула ладонь. Не могла. Не хотела, чтобы ко мне кто-то прикасался.

Я хотела лишь чувствовать теплую руку Боудена в своей. Ощущать его пламя, согревающее каждый сантиметр кожи. Видеть, как ярко горит золото в его карих с зеленью глазах.

Глаза обожгли слезы, несколько капель вырвались наружу. Я чувствовала на себе взгляды остальных. Сдержанное беспокойство Эверли. Суетливую тревогу Хэдли. Она была одной из парамедиков, которые спасали Боудена. Она знала, насколько все плохо.

Калдер провел ладонью по ее спине. Но не стал нас успокаивать. Как пожарный, он знал, что благополучный исход никто не гарантирует.

Я снова начала раскачиваться.

В дверях появился Хейз, и я замерла.

– Что-нибудь?

Он покачал головой.

– От врачей пока ничего. Я связался с родителями Боудена. Они уже едут.

О боже. Его родители. Они и так пережили слишком многое.

– Джилли? – спросил Беккет.

– Сквозное ранение плеча. Ей наложили швы и оставят на ночь под наблюдением. Потом переведут в психиатрическую клинику. Суд решит, способна ли она предстать перед судом.

Этого было недостаточно. Сколько жизней она разрушила? И все это время притворялась заботливой тетей.

Меня накрыла тошнота, и я поняла, что сейчас лишусь всего, что оставалось в желудке. Я вскочила со стула и бросилась к единственному туалету за углом. Дверь с грохотом распахнулась, а я рухнула на пол. Меня выворачивало снова и снова.

Прохладные руки убрали волосы с моего лица.

– Хватит. Там уже ничего не осталось, – тихо сказал Хейз.

Я приказывала телу остановиться. Прекратить эти судороги. Но будто какая-то часть меня считала, что так можно все исправить. Наконец приступы ослабли и совсем прекратились.

Я села на пятки, а Хейз спустил воду. Он помог мне подняться и подвел к раковине. Пока я полоскала рот, он высунул голову за дверь.

– Найдите ополаскиватель.

Я продолжала полоскать, пытаясь избавиться от мерзкого вкуса. Наконец кто-то принес маленький флакон. Я держала жидкость во рту, пока вся мерзость не исчезла. Жаль, что так нельзя было смыть и все остальное.

Хейз осторожно взял меня за плечи и развернул к себе. Наклонился, чтобы поймать мой взгляд.

– Держись. У тебя еще столько всего, за что стоит бороться. Не сдавайся. Мы с тобой уже выбирались из тяжелых ситуаций. Выберемся и из этой.

Глаза наполнились слезами, и я уронила голову ему на грудь. Хейз обнял меня.

– Боуден борется за тебя. А ты борись за него.

– Буду, – прохрипела я.

Тело дрожало. Хейз открыл дверь туалета.

– Давай посадим тебя.

Мы вышли в коридор и увидели двух женщин в медицинской форме, которые быстро шли к нам.

– Семья Боудена Кавано?

Я так сильно сжала руку Хейза, что наверняка оставила синяки.

– Я его девушка.

Женщина постарше кивнула.

– Я доктор Падман, хирург мистера Кавано. Его состояние остается тяжелым, но мне удалось восстановить поврежденную вену и извлечь пулю. Ближайшие двадцать четыре часа покажут больше.

– Он выжил. Он жив.

Губы женщины тронула улыбка, и она похлопала меня по руке.

– Он жив. Медсестра Смит проводит вас к нему.

– Иди, – сказал Хейз. – Я все расскажу остальным.

Я кивнула и уже шла следом за медсестрой по коридору. Не произнесла ни слова, пока она вела меня к лифтам и поднималась со мной на несколько этажей. Я не отставала ни на шаг, пока мы шли в отделение интенсивной терапии. Медсестра нажала кнопку вызова, и нас впустили.

Она остановилась перед открытой дверью.

– За него дышит аппарат. Есть и другие устройства, которые поддерживают работу организма и не дают телу перенапрягаться. Я знаю, они пугают, но они помогают ему.

– Спасибо.

Слова прозвучали так, будто произнесла их не я. Мой голос был почти неузнаваем.

Медсестра Смит отошла в сторону, и я вошла.

От увиденного воздух исчез из легких. Столько трубок и проводов. Повязка закрывала всю грудь. Лицо опухло. А его глаз я не видела.

Боудена было почти не узнать. И все же какая-то часть его души звала мою. Его пламя не погасло и тянуло меня ближе.

Я двигалась, будто не управляла собственным телом. Пересекла линолеум и опустилась на очередной неудобный стул. Позвоночник пронзило ударом, но я почти не заметила.

На ближайшей ко мне руке не было ничего, кроме больничного браслета. Я взяла ее в свои ладони. От тепла его кожи слезы хлынули по щекам. Мне казалось, что я чувствую в этой руке биение его сердца.

– Борись, – прошептала я. – Пожалуйста, борись. Я не могу тебя потерять.

46 Боуден

Жжение в груди начало вытаскивать меня из клубящейся тьмы. Боль напоминала раскаленное клеймо. Неистовая и непрерывная. Я попытался отстраниться от нее, но чья-то рука крепко сжала мою.

– Боуден. Вернись ко мне.

Я знал этот голос. Но понадобилось несколько драгоценных мгновений, чтобы вспомнить, кому он принадлежит. Лейкен.

Темные волосы. Янтарные глаза. Золотистая кожа. Сила. Уязвимость. Огромное сердце.

Я сражался с тьмой, пытаясь добраться до ее света. Она стала для меня маяком почти сразу после нашей встречи. С того самого момента, когда я впервые заглянул ей в душу через фотографию.

Мои веки затрепетали, яркий свет резанул по глазам. Лейкен сильнее сжала мою руку.

– Боуден?

– Привет, – хрипло выдавил я.

В следующую секунду она поднесла к моим губам трубочку.

– Пей маленькими глотками. У тебя в горле была трубка, поэтому оно болит.

Прохладная вода казалась райским нектаром, но после нескольких глотков она убрала трубочку.

– Медсестра велела не давать тебе слишком много, иначе тебя может стошнить.

Мысли заметались, пока я пытался собрать обрывки воспоминаний. Перед глазами мелькали картины. Мы бежим с Лейкен. Прячемся в кабинете. Джилли. Пистолет.

– Ты цела? Тебя не ранили? – Я попытался приподняться, но ослепительная боль вырвала у меня ругательство.

– Не двигайся. – Лейкен положила руки мне на плечи, а ее глаза наполнились слезами. – В тебя стреляли. Ты закрыл меня собой. – Ее голос надломился, слезы покатились по щекам. – Ты чуть не умер. Твое сердце остановилось.

Черт. Все оказалось куда серьезнее, чем я мог представить. Но это не имело значения. Я поднял руку и коснулся ее щеки.

– Скажи, что с тобой все хорошо.

– Благодаря тебе. – Она прижалась лбом к моему и замерла на несколько секунд. Когда Лейкен выпрямилась, я заметил, как боль исказила ее лицо. На щеке темнел синяк, а рядом заживала рассеченная кожа.

– Тебе больно.

Она покачала головой.

– Я просто последние несколько ночей спала здесь на раскладушке. Вот и все.

– Почему ты не поехала домой?

Лейкен посмотрела на меня так, словно я получил травму головы, а не пулю в грудь.

– Я не собиралась тебя оставлять.

– Ложись сюда, – приказал я.

Она раздраженно вздохнула.

– У тебя в груди скобы. Я не полезу к тебе в кровать.

– Только с одной стороны. – Теперь я чувствовал, что боль сосредоточена слева. – Иди сюда.

Лейкен медленно поднялась и обошла кровать. Она двигалась скованно, и я понимал, что ей гораздо больнее, чем она показывает. Первым делом я позвоню Адди и попрошу отвезти Лейкен домой. Но только после того, как сам удостоверюсь, что с ней все хорошо.

Лейкен осторожно присела на край кровати.

– Ложись.

– Избалованная кинозвезда, – пробормотала она.

Я рассмеялся и тут же пожалел об этом.

– Не делай так, – сказала Лейкен. – Позвать медсестру? Тебе нужно обезболивающее?

– Мне нужна только ты.

Она сразу смягчилась. Медленно легла рядом и свернулась возле меня. Ее пальцы переплелись с моими.

– Мне было так страшно.

В груди запекло, но на этот раз рана была ни при чем.

– Прости меня.

– Тебе не за что извиняться. Это мне жаль. Я ничего не заметила. Ни разу не подумала, что Джилли может так сильно нас ненавидеть.

Я водил большим пальцем по тыльной стороне ее ладони.

– Не думаю, что это заметил хоть кто-то.

– Пока не стало слишком поздно.

– Хейз ее задержал? – После первого выстрела все расплылось.

Лейкен кивнула.

– Он ранил ее в плечо, но ничего серьезного. Сейчас она в тюремном медицинском отделении.

– Все остальные целы?

Она придвинулась немного ближе.

– Айзек лежит на несколько этажей ниже. Он полностью восстановится, но ему понадобится физиотерапия.

– А Грейнджеры? – Я заметил, что Лейкен не сказала о них ни слова.

– Они заходили узнать, как ты, но я просто не смогла… Я пока не готова.

Я наклонил голову и прижался губами к ее виску.

– Лейкен.

– Для меня это слишком. Ярость Джекса. Разочарование Кей из-за того, что я решила жить дальше. Все это только сильнее распаляло Джилли. Я скоро с ними поговорю. Просто сейчас не могу. И не могла, пока ты лежал здесь без сознания.

– Хорошо. Делай все в своем темпе. Только не затягивай слишком надолго. Такая злость может пустить корни, а они были тебе второй семьей.

Лейкен напряглась.

– Твои родители здесь.

– Черт. – Я совсем забыл об Илае и о том, что они собирались приехать. – Где они?

– Твой отец только что отвез маму в отель отдохнуть. – Она принялась теребить нитку на одеяле. – Они так сильно тебя любят. И очень переживали. Мне нужно написать твоему отцу.

Я сжал ее руку.

– Пусть отдохнут. Когда они вернутся, их будут ждать хорошие новости.

– Они будут так счастливы.

– Они виделись с Илаем?

– Твой отец встречался с Хейзом и один раз видел Илая. Но адвоката ему нанимать не стал. Илая уже везут обратно в тюрьму округа Лос-Анджелес.

Горло обожгло. Я не хотел такой участи ни для Илая, ни для родителей. Но ему пора было столкнуться с последствиями своих поступков. И, похоже, родители наконец решили ему это позволить.

Я снова коснулся губами виска Лейкен, наслаждаясь шелковистым прикосновением ее кожи.

– Это хорошо.

– Не могу поверить, что он пытался тебя похитить.

– Он окончательно утратил способность мыслить здраво. Остается надеяться, что ниже падать уже некуда и это заставит его взяться за ум.

Лейкен придвинулась еще ближе.

– Я тоже надеюсь. Ради вас всех.

Я позволил себе согреться ее теплом. Ничто не исцелит меня быстрее, чем осознание, что Лейкен рядом.

– Я люблю тебя.

Она подняла на меня глаза.

– И я тебя люблю.

Я смотрел, как в золотистом янтаре ее глаз вспыхивают и пляшут искры.

– Это любовь навсегда, Лейкен.

Она напряглась.

– Не надо. Пожалуйста, не обещай мне вечность. Однажды у меня ее уже отняли. И я едва не потеряла тебя.

Сердце болело за все, через что ей пришлось пройти. А еще я был в ярости на Джилли за то, что она заставила Лейкен страдать снова. Я проглотил все это и легко коснулся ее губ.

– Тогда я пообещаю тебе сегодняшний день. Завтра повторю свое обещание. И буду делать это каждый день, пока мы не состаримся и не поседеем.

Глаза Лейкен заблестели от невыплаканных слез.

– Мне нравится этот план.