Текст книги "Пепел тебя (ЛП)"
Автор книги: Кэтрин Коулс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)
46
ХЭЛЛИ
Я тихо постучала в дверь кабинета Лоусона, но ответа ждать не стала и сразу ее открыла. Я устала от дверей между нами – и реальных, и эмоциональных. С тех пор как три дня назад появился Энсон, Лоусон замкнулся. По ночам он по-прежнему обнимал меня, часто целовал и даже говорил, что любит, но внутрь не пускал.
Едва я вошла, Лоусон захлопнул папку, над которой корпел, и метнул на Энсона взгляд, приказывая сделать то же самое.
Энсон двигался куда медленнее, будто мое хрупкое сложение его не особенно заботило. Он поднял на меня глаза. Даже в обрамлении темных кругов их острота говорила о том, что он замечает то, что другие упускают. Но тени, клубившиеся в глубине, выдавали: увиденное преследует и его тоже.
– Подумала, вам может понадобиться обед, – сказала я и поставила поднос на одно из немногих свободных мест на складном столе, который Лоусон устроил у себя в кабинете.
С тех пор как приехал Энсон, они работали здесь. Отчасти из-за его неприязни к полицейским участкам, отчасти потому, что Лоусон не хотел оставлять меня одну. Те несколько раз, когда они выходили, Лоусон звонил Холту, чтобы тот побыл со мной. После записки с угрожами я его понимала, но знала и то, что так вечно продолжаться не может.
– Спасибо, – сказал Лоусон. – Я мог и сам сходить.
Я прикусила щеку изнутри.
– Когда-нибудь она тебе за это голову откусит, – пробормотал Энсон себе под нос.
Лоусон резко выпрямился.
– Прошу прощения?
Энсон, не глядя, кивнул в мою сторону.
– Вся эта защита, на которой ты так зациклен, еще аукнется. С каждым днем она злится все больше.
– Профайлеры, – пробормотала я, будто это было ругательство. После похищения меня допрашивали с полдюжины таких специалистов, и каждый считал, что сумеет вытянуть из меня что-то, что поможет найти человека, который забрал меня и остальных. Не вышло ни у кого.
Лоусон нахмурился, глядя на меня.
– Я просто не хочу, чтобы тебе приходилось смотреть на это. Или говорить об этом больше, чем нужно.
– Речь обо мне, да? – надавила я.
Они осторожничали с тем, чем делились, но Энсон обмолвился, что у всех жертв похожий профиль. Такой же, как у меня. Светлые волосы. Начало двадцатых. Миниатюрная.
Мышца под глазом Лоусона дернулась.
– Мы не знаем…
– Хватит, – резко оборвала я. – Я не сломаюсь. До сих пор не сломалась.
– В этом есть резон, – пробормотал Энсон, отпивая черный кофе. Я была уверена, что это единственное, чем он вообще питается.
Лоусон тяжело выдохнул, опуская голову в ладони и сжимая переносицу.
– Прости.
Чистое изнеможение в его голосе смягчило меня. Я обошла стол и села рядом. Подняла руку и начала разминать узлы у него на шее.
– Я скучаю по тому мужчине, который верит, что я могу все. Что я достаточно сильная, чтобы справиться с чем угодно.
Лоусон поднял голову.
– Я никогда в этом не сомневался. Но то, что ты можешь, не значит, что ты обязана.
– Справедливо. Но мне не нравится, когда меня отстраняют. Особенно когда скрывают то, что касается меня.
Он наклонился, прижимаясь лбом к моему.
– Понимаю.
– Если вы сейчас начнете целоваться, я уйду обратно в домик, – пробормотал Энсон.
– Заткнись, придурок, – отрезал Лоусон.
На лице Энсона не мелькнуло и тени улыбки, но что-то подсказывало: ему хотелось. Просто он давно разучился. Его цепкий взгляд скользнул ко мне, пронзительный.
– Хочешь помочь?
Я выпрямилась.
– Да.
– Я не знаю…
Я оборвала Лоусона взглядом.
– Ладно, она помогает, – тут же сказал Лоусон.
Энсон фыркнул.
– Мы составляем профиль по текущим убийствам, а потом сравним его с профилем убийств пятилетней давности.
Я сцепила пальцы под столом.
– Рид Холл или Лен Келлер подходят под этот профиль?
Это был вопрос, который я до сих пор боялась задать, но он разъедал меня изнутри. Лен Келлер все еще числился пропавшим. С тех пор как он вышел из больницы, его никто не видел. А Рид затаился. Он шумел насчет иска против Лоусона за нападение и против департамента за незаконное увольнение, но адвокат Лоусона считал это пустыми угрозами.
Энсон откинулся на спинку стула.
– По возрасту подходят: от тридцати до сорока пяти, хотя Келлер на границе диапазона.
– Ты говоришь без уверенности, – заметила я.
– Потому что ее нет. Холл слишком хаотичный. Ленивый. А Келлер, по-моему, недостаточно психически устойчив. Но они могут прикрывать. Чтобы быть уверенным, мне нужно их допросить.
Я помолчала.
– Ты почти звучишь так, будто уважаешь того, кто это делает.
Мышца на челюсти Энсона бешено дернулась.
– Не уважение. Понимание. Это разные вещи.
Раздался тявк, и Тор влетел в кабинет. Я подхватила его и прижала к груди.
– Как ты снова выбрался из вольера?
Лоусон ухмыльнулся.
– Надо было назвать его Гудини.
– Надо было. Надеюсь, он нигде не оставил нам «подарок».
Он поморщился.
– Я проверю.
Я взглянула на часы на стене.
– Черт. Мне пора бежать.
Лоусон напрягся.
– Куда?
– У Тора запись на прививки, – напомнила я.
Он кивнул и поднялся.
– Я отвезу.
– Не обязательно. Я туда и обратно.
Выражение его лица стало жестким.
– Никуда одна. Пожалуйста, Хэлли. Мне нужно знать, что ты в безопасности.
У меня сжалось сердце от страха в его голосе.
– Он прав, – сказал Энсон, тоже вставая. – Ходить одной по делам не стоит того, чтобы из-за этого погибнуть.
Лоусон бросил на него убийственный взгляд, но Энсон его проигнорировал.
– Можем поработать с файлами в машине, пока Хэлли будет возиться с щенком.
Лоусон что-то пробурчал себе под нос, но Энсон уже направлялся к двери.
Я развернулась и уткнулась Лоусону в грудь.
– Прости, что я была колючей.
Он обнял меня и поцеловал в макушку.
– А я прости, что вел себя как навязчивый ублюдок.
– Ублюдок – это, пожалуй, слишком. Но спасибо, что пустил меня внутрь.
Губы Лоусона скользнули по моему виску.
– Я никогда не смогу держать тебя на расстоянии. Ты во мне, Хэлли. Въелась до самых костей. И я не хотел бы иначе.
– Люблю тебя, Блю.
– Я тоже тебя люблю.
Он мягко развернул меня к двери.
– Поехали, сделаем щенку прививки.
По дороге в город было тихо. Я невольно наблюдала за Энсоном, пока он просматривал папку на коленях. За тем, как его глаза быстро скользят по напечатанным строкам. С каждой минутой, проведенной над этими материалами, он будто темнел. И все равно оставался. Ради Лоусона.
Лоусон припарковался прямо у входа.
– Ты уверена, что не хочешь, чтобы я зашел с тобой?
– Все будет хорошо. Правда, Тор?
Тор тявкнул и хлопнул лапой мне по щеке.
Я рассмеялась.
– Это у него «да». Мы ненадолго.
Выбираясь из внедорожника, я подняла взгляд. С неба падали крупные хлопья снега. Какая разница с тем, что было всего несколько дней назад. Меня передернуло, и я поспешила к двери ветклиники. Первый снег всегда выбивал меня из колеи. Слишком много воспоминаний. И хотя я знала, что в Сидар-Ридж снег уже был раньше в этом году, в Чикаго его еще не выпадало.
Хлопнула дверь, и я обернулась. Лоусон шагал ко мне. Прежде чем я успела что-то сказать, он обнял нас с Тором и поцеловал меня долго и глубоко. Внизу живота снова затрепетало – верный признак нарастающего жара.
– Это зачем? – спросила я, все еще не до конца переведя дыхание.
– Люблю тебя. Хочу, чтобы ты это знала. Я никогда не сомневаюсь в твоей силе. Прости, если моя забота заставила тебя чувствовать иначе.
Я растаяла, коснувшись губами его губ.
– Я тебя люблю. Спасибо, что веришь в меня.
Лоусон прижался лбом к моему.
– Всегда.
Тор гавкнул и цапнул Лоусона за подбородок.
Лоусон усмехнулся и отступил.
– Похоже, он защищает свою территорию.
Я улыбнулась.
– Мой маленький защитник.
– Напиши, если понадоблюсь внутри, – крикнул Лоусон, забираясь обратно в машину.
Я кивнула и повернулась к двери клиники, но замерла, увидев Кейтлин. Она стояла неподвижно, с переноской для кошки в руке, и сверлила меня взглядом. Было ясно, что она видела сцену с Лоусоном и ей это не понравилось.
Я глубоко вдохнула и пошла к двери.
– Кейтлин, – поздоровалась я.
Ее взгляд стал еще злее.
– Это ненадолго.
Мои губы дрогнули.
– Повторяй это себе почаще.
Я обошла ее стороной и распахнула дверь. Меня обдало теплым воздухом, и маленький нос Тора задергался от обилия запахов.
Сьюзен широко улыбнулась мне из-за стойки.
– Как там наш сладкий Рыжик? Ой, прости, Тор.
Я усмехнулась.
– По уши в проказах, хаосе и очаровании.
– Как и положено всем щенкам. Пойдем, я подготовила кабинет.
Она провела меня по коридору к открытому смотровому кабинету.
– Доктор Миллер сейчас подойдет.
Я кивнула и покачала Тора на руках, пока он принюхивался к знакомым запахам своего первого дома.
С противоположной двери раздался тихий стук. Она открылась, и появился Дэмиен.
– Хэлли, рад тебя видеть. – Он присел на уровень щенка. – И тебя тоже, Тор.
– Спасибо, что приняли нас в учебное время.
– Да без проблем. Слышал, в доме Хартли сейчас неспокойно. Важный гость.
Я поморщилась. К немалому раздражению Лоусона и Энсона, слухи разлетелись со скоростью пожара: в городе бывший профайлер, помогающий с делами об убийствах.
– Друг Лоусона приехал помочь с расследованием.
Дэмиен тихо замычал, готовя шприц.
– Это хорошо. Все и правда на нервах.
Я кивнула, не зная, что еще сказать.
Дэмиен набрал препарат из флакона. А потом начал насвистывать. По спине у меня выступил холодный пот, когда комнату заполнила мелодия Ring of Fire Джонни Кэша.
Зрение поплыло, воспоминания с грохотом ударили по стенам моего сознания.
Дэмиен поднял взгляд от своей работы.
– Я всегда знал, что ты особенная, Хэлстон.
И тут он рванулся вперед.
47
ЛОУСОН
Энсон постукивал ручкой по краю папки, пока вокруг нас усиливался снег, уже ложась плотным слоем на землю.
– Я хочу составить список всех мужчин от тридцати до пятидесяти пяти, которые контактировали с Хэлли с момента ее возвращения в Сидар-Ридж.
В животе снова скрутило от мерзкого предчувствия.
– Ты думаешь, он и сейчас с ней на связи?
Энсон поднял взгляд, уловив напряжение в моем голосе.
– Пять лет назад район, откуда пропадали женщины, был куда более растянутым. Как и места, где находили тела. А теперь все все сильнее сходится к Сидар-Ридж.
– Потому что она здесь.
Он кивнул.
– Думаю, он не смог бы удержаться и не попытаться с ней связаться. Слишком уж велик соблазн. Записка это подтверждает.
У меня заходили желваки.
– Хэлли в основном держится рядом с домом, но все равно есть школы детей, магазины и заведения, куда она ходит. Список получится длинным.
– Длинный список лучше, чем никакого, – ответил Энсон. – Будем сужать его постепенно. Человек за человеком.
Я знал, что он прав. Нужно было с чего-то начинать. Просто казалось, будто у нас ничего нет. Меньше чем ничего. А люди продолжали умирать.
Дверь ветклиники распахнулась, и наружу выбежала Сьюзен с Тором на руках. Лицо у нее было белое, глаза распахнуты.
Я выскочил из внедорожника прежде, чем изо рта вырвалось хоть слово.
– Что случилось? Где Хэлли?
Сьюзен дернулась, оглядываясь по сторонам.
– Я… я не знаю. Мне показалось, я слышала какой-то звук. Почти как крик, но не совсем. Потом Тор начал бешено лаять. Я вернулась проверить, все ли в порядке. Но их не было.
– Кого не было? – резко спросил Энсон.
– Хэлли и доктора Миллера. Я нигде не могу их найти.
Мир вокруг будто замедлился. Кровь в жилах стала тяжелой и холодной. Хэлли. Моя Маленькая плутовка. Она доверилась мне, чтобы я ее защитил.
– Покажите, – рявкнул Энсон.
Его голос вырвал меня из воронки мыслей, и я широким шагом последовал за Сьюзен в клинику. Она повела нас по коридору в смотровой кабинет. На первый взгляд все было на своих местах. Но на столе лежали шприц и флакон.
Энсон наклонился, вчитываясь в этикетку. Потом выпрямился и посмотрел на меня.
– Кетамин.
– Не может быть, – возразила Сьюзен. – Мы используем его для седации. Тору нужны были только прививки.
В ушах загрохотала кровь. Ровный стук сердца звучал как взрыв каждые пару секунд.
– Где Миллер паркуется? – мой голос был неузнаваем. Без эмоций. Пустой. Мертвый.
– Т-там, – быстро сказала Сьюзен и повела нас через вторую дверь в подсобное помещение. Там стояли несколько клеток с собаками и кошками, но ничего необычного не бросалось в глаза. Она направилась к задней двери. – Она всегда заперта. И с сигнализацией, у нас здесь рецептурные препараты. Я не понимаю, как кто-то мог попасть внутрь. Их что, увели? Хэлли и доктора Миллера?
Во мне все скрутило узлом, когда я встретился взглядом с Энсоном.
Он отвернулся, окидывая помещение быстрым взглядом.
– Здесь еще кто-то работает? Ассистент? Другой врач?
– Н-нет. То есть да. Но наш веттехник сегодня на больничном. Она вчера отравилась едой, – запинаясь, сказала Сьюзен.
Пищевое отравление накануне дня, когда Хэлли должна была привезти Тора. Слишком уж удобно.
Энсон посмотрел на маленькую парковку. Там помещались всего четыре машины, а сзади ее плотно обступал лес.
– Это ваша машина или доктора Миллера?
Сьюзен кивнула в сторону бордового Subaru.
– Моя. Его внедорожника нет. Его тоже украли?
Горло жгло так, будто туда плеснули кислоту.
– Мне нужно, чтобы вы отменили все записи до конца дня. Никого больше не пускайте в здание. Это место преступления.
Я мерил шагами пространство вдоль стены конференц-зала. Кожа казалась тесной, будто тело стало для нее мало, а сердце колотилось так, словно вот-вот вырвется из груди.
С одной стороны стола пальцы Энсона мелькали над клавиатурой ноутбука. Команда из охранной фирмы Холта вытащила все, что смогла найти на Дэмиена Миллера. Энсон просматривал данные, сверяя их с тем, что собрал раньше.
С другой стороны стола Холт, Грей, Кейден и Роан склонились над картами местности, пытаясь понять, с чего начать поиски. В доме Миллера не нашли никаких следов, других объектов недвижимости за ним не числилось. Сейчас криминалисты прочесывали его жилище, надеясь отыскать хоть что-то, что даст нам зацепку.
Кто-то из офицеров выдвигал версию, что Хэлли и Миллера могли похитить вместе, силой усадив в машину Миллера. Возможно? Да. Вероятно? Нет.
Миллер забрал ее. Женщину, которая за столь короткое время стала для меня всем. И одному Богу известно, что он с ней сейчас делает.
Чья-то рука легла мне на плечо.
– Ло.
Глубокий тембр отца сделал боль еще острее.
– Мне нужно двигаться, – пробормотал я. – Если остановлюсь, меня просто разорвет.
Отец сжал плечо сильнее.
– Мы ее найдем.
Я резко развернулся к нему.
– Ты этого не знаешь. Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать.
Он взял меня за оба плеча, так крепко, что стало больно.
– Я знаю одно: никто из нас не остановится, пока мы ее не найдем.
К горлу подступила желчь. Он был прав. Я знал, что моя семья не откажется от Хэлли. Но что мы обнаружим, когда наконец доберемся до нее?
Дело было не только во мне. Мама поехала забрать мальчишек из школы, чтобы они были с ней и Рен. Но я знал, что они вне себя от ужаса. Они влюбились в Хэлли так же сильно, как и я.
– Я не могу ее потерять, – прохрипел я. – Не думаю, что смогу жить без нее.
Глаза отца наполнились слезами.
– Тебе не придется.
– Я ее люблю, – прошептал я.
– Я знаю. – Он крепко прижал меня к себе. – Знаю.
В зале поднялась суета. В конференц-зал широким шагом вошел Нэш, за ним Клинт и Абрамс. Его лицо было застывшей маской ярости.
Мир вокруг обрушился.
– Что? – выдавил я.
Нэш сглотнул.
– Мы нашли трофеи в подвале. Больше двух десятков. Украшения, водительские удостоверения, пряди волос. И не только за последний год. – Он посмотрел прямо на меня. – Прости, Ло. Это он. С самого начала это был он.
48
ХЭЛЛИ
Дрожь пробежала по телу, когда я перевернулась на спину и облизнула губы. Голова словно была набита ватой – и рот тоже. Одеяло казалось шершавым и чужим. Я моргнула, пытаясь привыкнуть к слабому свету в помещении.
Картинка складывалась обрывками, пугающими кадрами, один за другим, и каждый добавлял новый кусочек пазла. Грубый каменный потолок. Тонкий матрас на полу. Цепь, прикованная к лодыжке металлическим браслетом. И хлипкая белая ночная сорочка.
Дыхание сбилось, стало частым и рваным, когда меня накрыла паника. Только не здесь. Только не снова.
Перед глазами заплясали темные пятна, пальцы закололо. Я не могла потерять сознание. Не сейчас. Не здесь.
На мне все еще был бюстгальтер и нижнее белье. Хотя бы это. Я сдержала всхлип, рвавшийся наружу.
Я попыталась сосредоточиться на дыхании, замедлить его. Но казалось, что легкие больше мне не подчиняются. Они болели и жгли, отчаянно хватая воздух.
Я до боли прикусила щеку изнутри и заставила себя думать о чем угодно другом. О чем угодно. Перед глазами возникло лицо Лоусона. Его бережные прикосновения. То, как дергался уголок его рта, когда он называл меня Маленькой плутовкой. Как вспыхивали его голубые глаза, когда я знала, что он меня хочет.
На этот раз всхлип вырвался. Лоусон. Мужчина, который дал мне все. Напомнил, какой сильной я могу быть. Показал, сколько радости может быть в обычной жизни. Разделил со мной троих самых удивительных мальчишек.
Сердце сжалось, когда в голове всплыли образы Люка, Дрю и Чарли. Они тоже дали мне все: смысл, смех, любовь.
Покалывание в пальцах чуть ослабло, дыхание стало ровнее. Я до боли впилась ногтями в ладони. Я не потеряю своих мальчиков. Не сейчас. Не после того, как только обрела их.
Я села и осмотрела помещение – если это вообще можно было так назвать. Дрожь снова прошила тело, когда я осознала, где нахожусь. Это было то самое место, где меня держали пять лет назад. Там, где начались мои пытки.
Полиция и ФБР так и не нашли пещеру, где он удерживал женщин, прежде чем убивать их. И хотя после моего побега поиски продолжались еще почти полгода, в итоге решили, что он покинул эти места.
Только это был не он. Не безликий кошмар. Это был Дэмиен.
Во рту болезненно пересохло. Ничто не складывалось. Ветеринар, которого я видела таким мягким с животными, таким терпеливым с детьми. Как он мог быть тем, кто насиловал, пытал и жестоко убивал?
Еще тогда мне казалось, что его голос иногда менялся. Но чтобы так играть роль, нужна практика. Очень большая.
Дыхание снова участилось.
Я закрыла глаза и представила лицо Лоусона. Его сильную, покрытую щетиной челюсть. Нос, чуть искривленный. Голубые глаза, которые каждый раз спасали меня, стоило в них посмотреть.
Дыхание снова выровнялось.
Я открыла глаза и начала изучать пещеру вокруг. Я знала, что в скале есть множество естественных камер. И знала, что существует длинный туннель, ведущий наружу. Я могла бы пробежать его.
Дэмиен забрал мою обувь, вероятно думая, что так мне будет сложнее сбежать. Но он должен был знать лучше. Я изорву ноги в кровь, лишь бы уйти от него.
Я опустила руки к лодыжке и кандалы. Он был ржавый, но из толстого металла. Я проверила замок – держался крепко. Потянула за место, где цепь крепилась к браслету. Там тоже ничего не поддалось.
Я поднялась на ноги, и мир на мгновение поплыл. Я уперлась ладонью в стену, чтобы не упасть. Камень был ледяным и влажным, словно по нему стекала вода. Меня снова пробрала дрожь, будто я только сейчас осознала, как здесь холодно.
Я прошла вдоль цепи к скальной стене. Она была закреплена болтами, как и раньше. Сначала я попыталась провернуть их пальцами, но они намертво сидели в камне. Потом дернула саму цепь. Ни малейшего люфта.
За глазами жгло от горячих слез. Я выберусь. Я найду способ. Я уже побеждала его однажды. И сделаю это снова.
Воспоминания о той ночи обрушились разом. О том, как он продлил мои пытки. Я была в таком состоянии, когда он вернул меня в камеру, что даже не стал запирать. Он решил, что я сломлена. Что я никогда не попытаюсь сбежать. Но он ошибся.
– Она так красиво смотрится дома, на своем законном месте.
Я резко обернулась на голос, отразившийся от стен. Руки сами поднялись в защитном жесте.
Дэмиен рассмеялся, низко и густо.
– Ты всегда дралась лучше всех. Поэтому ты у меня особенная.
Я промолчала. Не знала, не сделает ли все только хуже то, что я скажу. Я помнила, как быстро он мог выйти из себя.
– О, Хэлстон. Не нужно стесняться. Тем более с мужем.
– Ты мне не муж, – выплюнула я, слишком легко забыв прежнюю осторожность. Но я знала, что для него значит слово «муж». Знала, что именно он считает вправе у меня отнять. Он мог резать меня до кости, но я никогда не позволю ему забрать это.
Дэмиен цокнул языком.
– Ну-ну. Больше не нужно изображать недоступность, Хэлстон. Я здесь. Разве я не доказал свою преданность? Терпение? Чего тебе еще от меня нужно?
Я снова до боли прикусила щеку.
– Они поймут, что это ты. Они нас найдут.
Он снова рассмеялся – звук был неправильным, до жути.
– О, они будут знать, что я забрал тебя. Будут знать, что до тебя у меня было множество несовершенных невест. Но здесь нас никто никогда не найдет. – В тусклом свете блеснули его белые зубы. – Сколько времени эти неуклюжие агенты ФБР искали эту пещеру? Они так ее и не нашли.
Меня снова пробрала дрожь.
– Почему?
Я не смогла удержаться от вопроса. Столько потерянных жизней. Ради чего?
Дэмиен медленно двинулся ко мне.
– Разве я не заслуживаю идеала, Хэлстон? Я много работаю. Помогаю бесчисленным животным. Я хороший опекун для своего сообщества. Но мне на глаза всегда попадаются шлюхи и предательницы. Как еще мне найти невесту? Я должен проверить их достоинство.
– Достоинство? – прохрипела я.
Его губы изогнулись в улыбке.
– Красота и ум, но прежде всего сила. Мне нужна женщина, которая не поддастся искушению. Которая не сломается. Это всегда была ты.
Меня снова передернуло. Я ломалась только втайне, когда знала, что его нет рядом. Тогда я позволяла себе слезы боли. Но никогда – при нем.
– Разве ты не видишь, что так было предначертано? Я никогда не думал, что ты вернешься сюда. Полагал, что ты навсегда останешься жить с тем своим братом.
К горлу подступила желчь от осознания, что он следил за мной. Наблюдал издалека.
– А потом ты сама подошла ко мне и улыбнулась.
Мой самый страшный кошмар стал реальностью. Я не узнала бы человека, который меня похитил, даже если бы он прошел прямо передо мной.
– Ты так и не сломалась. Именно поэтому я знаю, что ты – та самая. Тебе больше не нужно ничего доказывать, Хэлстон. Теперь ты можешь уступить мне. Я увезу тебя отсюда. У меня готовы поддельные паспорта. Мексика? Канада? Куда захочешь. Просто скажи, что выйдешь за меня замуж. – Дэмиен протянул руку и коснулся моего лица тыльной стороной пальцев.
Я резко отпрянула от его прикосновения.
Даже в полумраке я увидела, как его лицо пошло красными пятнами. Дэмиен сорвался, его руки сомкнулись на моей шее, и он впечатал меня в стену.
– Я предлагаю тебе весь мир, и вот как ты меня благодаришь? Отлично, – выплюнул он. – Я с радостью заставлю тебя кричать.
