Текст книги "Рассвет боли (ЛП)"
Автор книги: Кэтрин Диан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)
В ответ Вэс издал звук, похожий то ли на стон, то ли на рычание. Рис повернулся в его объятиях и опёрся на локти, выражаясь предельно ясно. Он хотел, чтобы Вэс вошёл в него сильно и глубоко, был грубым, даже жестоким, но Вэс провёл рукой по спине Риса.
– Просто заставь меня кончить, – прорычал Рис.
– Наберись терпения, – сказал Вэс хриплым голосом, наклоняясь над Рисом, и его эрекция скользнула между ног Риса, задевая его набухший член.
– Бл*дь! – Рис закричал от нахлынувших ощущений.
Руки Вэса обхватили его и слегка изменили положение, прежде чем он понял, что происходит. Вэс всё ещё находился у него за спиной, но Рис уже не стоял на коленях и локтях, а лежал, вытянувшись, частично на боку. Скользкий член Вэса двигался у него между ног, задевая яйца. Рис дрожал от ощущений, от того, как Вэс стал настаивать на другом виде удовольствия.
И когда Вэс убрал свой член между ног Риса и прижался к его отверстию, он не вошёл в него таким грубым толчком, которого требовал Рис. Он входил медленно, останавливаясь каждый раз, когда Рис напрягался, поглаживая его руками, успокаивая голосом. Только когда он погрузился до упора, и Рису стало комфортно, только тогда он дал ему то, что тот требовал.
Рис вскрикнул от первого же сильного толчка. Его член ударился о матрас.
Вэс отстранился и снова вонзился в сладкое местечко, вызвав у Риса потрясённый стон. Рис был готов кричать, чтобы Вэс трахал его всё сильнее и сильнее, требовать этого, добиваться того, чего он хотел. Но Вэс полностью контролировал его тело, и Рис мог только стонать от каждого идеального глубокого толчка.
Вэс обхватил Риса одной рукой для опоры. Его другая рука скользнула вверх по руке Риса, туда, где он сжимал простыни. Вэс просунул свои пальцы между пальцами Риса, заставляя цепляться за него, а не за простыню.
Вэс вбивался в него до тех пор, пока в мире не осталось ничего, кроме интуитивного осознания того, что Вэс внутри него, позади него, накрывает его, трахает его. Рис застонал от нарастающего удовольствия, от того, как оно пронзало каждый нерв в его теле и вытесняло всё остальное из его головы.
– Кончай.
От этого приказа наслаждение просто взорвалось. Рис закричал, когда его член дёрнулся и излился горячим потоком. От крика Вэса, от пульсации члена Вэса, изливающегося внутри него, Рис содрогнулся и застонал, переживая последние отголоски своего оргазма.
Когда он начал сворачиваться калачиком, ошеломлённый интенсивностью этого и чувствуя себя чертовски уязвимым, Вэс обвился вокруг него, обнимая так, словно никогда не собирался отпускать.
Глава 18
Рис держался немного впереди остальных, пока Тишь прочёсывала Мёртвую Зону. Их маршрут был согласован таким образом, чтобы все работали поодиночке, но близко друг к другу, охватывая как можно больше территории, но не теряя возможности быстро сблизиться.
В наушнике Риса раздался голос Кира:
– Рис, ты слишком спешишь.
– Это вы, ребята, медлительны, – сказал он в свой коммуникатор.
– Это не гонка. Притормози, чёрт возьми.
Рис вздохнул. Он терпеть не мог, когда они общались через коммуникаторы. Он мог проигнорировать сообщение, но не мог игнорировать голос Кира в своём ухе. Это всё равно что быть на привязи.
Не помогало и то, что прочёсывание Мёртвой Зоны, по мнению, Риса занимало первое место в списке скучных дел, которые приходилось делать Тиши. Было ли это важно? Да, конечно. Прочёсывание местности держало демонов в напряжении, не позволяя им создавать большие ячейки. Это также обновляло данные Тиши о потенциальном росте популяции.
Но это означало, что нужно было идти в одиночку по пустой улице ночью, когда темнота была достаточно густой, чтобы послужить лёгким прикрытием. Это означало, что нужно было сохранять тишину и бдительность, не видя ничего интересного и не делая ничего интересного. И это означало, что разум Риса хотел блуждать, позволяя его ногам, чувствам и инстинктам делать всю работу, в то время как его мысли метались повсюду.
И после всего, что произошло прошлой ночью? Его мысли ещё как метались, чёрт возьми.
Они с Вэсом потрахались. Его до сих пор поражало, что мужчина, о котором он мечтал месяцами (но никогда не ожидал получить от него ничего, кроме сердитого взгляда), кончил в него. Дважды. А потом, сколько, четыре часа назад? Этот великолепный мужчина упал на колени на кухне, когда они готовили завтрак. Он стянул с Риса спортивные штаны, взял его твёрдый член (да, в тех штанах это было заметно) в рот и сосал его, пока Рис не кончил Вэсу в глотку с такой силой, что у того подогнулись колени.
Но, Боже, как Вэс его трахал.
Несмотря на холод, тело Риса вспыхнуло при воспоминании о том, как Вэс двигался рядом с ним, внутри него, заставляя его разлетаться на куски. Рису нравилось быть пассивом, но обычно это заставляло его чувствовать себя немного… не в своей тарелке. Вот почему он почти никогда этого не делал.
Но с Вэсом? Он хотел этого снова, прямо сейчас, чёрт возьми.
Но каждый раз, когда он мысленно прокручивал все эти волнующие моменты, по его венам пробегал остужавший его холодок, потому что прошлой ночью было и другое дерьмо. Например, то, что Вэс видел его шрамы.
Бл*дь, бл*дь, бл*дь.
Рис не мог поверить, что был настолько беспечен. Честно говоря, звонок Кира с вопросом «где ты, мать твою, пропадаешь», когда они с Вэсом были обнажены и возбуждены и собирались снова трахнуться, немного отвлёк его.
Но дело скорее в том, что ему было… комфортно. С Вэсом. Из-за того, как Вэс его трахал, и из-за того, что Вэс доверял ему такое тяжёлое дерьмо.
Рис ненавидел то, через что Вэсу пришлось пройти. Как он нашёл своих родителей? Бл*дь. Вэс избегал подробностей, но Рис понял, что это было неприглядно.
И быть таким изолированным все эти годы, пока он выслеживал их убийц? А после? Рис знал, каково это – быть изолированным, когда… ну, когда ты не можешь разобраться в собственном дерьме.
Рис потёр запястья о куртку, чувствуя, как они чешутся.
Насчёт этого. Вэс позволил ему легко соскочить с крючка, но он наверняка задавался вопросами.
Это была одна из дюжины веских причин, по которым Рис не заводил отношений. Рано или поздно это всплывёт снова.
Были ли это отношения? Сердце Риса учащённо забилось при мысли об этом. Часть его хотела сказать: «Чёрт возьми, нет, это просто влечение, мы просто трахаемся». Часть его зациклилась на Вэсе и сказала: «Вот этот – мой».
И всё это было совершенно очевидно, когда они вошли в Бункер несколько часов назад. Брови Талии взлетели примерно на километр. На лице Луки появилось выражение, которое говорило: «Ах. Это всё объясняет». Нокс обеспокоенно оглядел Риса и так занервничал, когда тот отвёл взгляд, что Кир, который уже сообразил, что к чему, посоветовал ему пойти перепроверить связь. А Ронан так свирепо смотрел на Вэса, что Рис в конце концов пнул его под журнальным столиком.
Рис не винил их за то, что они шокированы. Он сам тоже был шокирован.
Ещё более поразительным был тот факт, что он проспал днём не менее трёх часов. Он всё равно проснулся, когда Вэс ещё был мёртв для всего мира, и выскользнул в гостиную с телефоном, где посмотрел поистине крышесносный документальный фильм о чёрных дырах. (Он не мог не задаться вопросом, есть ли связь между чёрными дырами и порталами, созданными демонами. В этом был смысл, да?)
Когда сонный Вэс появился из спальни – чёрт, было что-то трогательное в том, как он нащупывал выключатель – он забеспокоился о том, что Рис не спал. Рис, возможно, позволил ему поверить, что он только что проснулся. Ему не нужно было, чтобы Вэс беспокоился о подобном дерьме или портил Рису празднование того, что он считал невероятным успехом.
Потому что после того дерьма в особняке лорда Тайсана? И всех воспоминаний, пытающихся выползти из своих могил, как чёртовы зомби?
Три часа полноценного сна, а потом задротский кайф на диване, зная, что Вэс поблизости? Это в миллион раз лучше, чем долгие бл*дские часы после рассвета, которые он ожидал провести, запертый в комнате в штаб-квартире или в «Ластере», запертый в своей собственной голове.
Из-за такой муторной работы сегодня Рис прямо сейчас чувствовал края этой ловушки настолько, что, услышав детский плач, сначала подумал, что это у него в голове.
Затем его ботинки остановились, тело напряглось, и все блуждающие мысли исчезли. Он почувствовал рычание, вырывающееся из груди, прежде чем услышал его. Кир, должно быть, тоже услышал, потому что в наушнике раздался его голос.
– У кого-то что-то есть?
Понизив голос, Рис заговорил в коммуникатор.
– Я слышу плач ребёнка. Один квартал впереди, переулок справа от меня.
– Оставайся на месте.
Рис не стал спорить. Там плакал ребёнок. Он не станет ждать.
– Черт подери, Рис, – рявкнул Кир ему в ухо, когда отсутствие ответа говорило само за себя.
Рис призраком перенёсся к выходу из переулка. Что ж, смотрите-ка, он всё-таки смог проигнорировать голос Кира, звучавший у него в ухе.
Пока он прочёсывал тёмное узкое пространство, его кожу покалывало от предупреждения «кто-то-за-тобой-наблюдает». Быстрый осмотр крыш ничего не выявил, поэтому он отогнал это чувство, как делал уже несколько раз за сегодняшний вечер. В безмолвной жути Мёртвой Зоны было легко испытывать подобные чувства.
Из-за почти полного отсутствия освещения даже острое зрение вампира не могло разглядеть ничего, кроме основных деталей переулка: три мусорных контейнера (в одном переулке?), груду сломанной мебели и забор из металлической сетки, образующий тупик. Рис не мог видеть демонов, но чувствовал исходящий от них запах серы. Всё это говорило о том, что это ловушка, но это не имело значения, когда Рис снова услышал приглушённый плач. Звук доносился из-за самого дальнего мусорного контейнера.
С шивой в одной руке и пистолетом 45-го калибра с глушителем в другой он призраком перенёсся на крышку того мусорного контейнера. Он почувствовал, что под ним притаились четыре демона, но успел застрелить только двоих, прежде чем инстинкт заставил его призраком перенестись с этого насеста. Пули ударили в кирпич там, где несколько секунд назад был он сам.
Приземлившись на мусорный контейнер над стрелками, Рис выстрелил в голову одному из них, прежде чем спрыгнуть в гущу демонов и вступить в рукопашную схватку. Его глаза привыкли к этому новому уровню темноты, что позволило ему разглядеть трёх противников в непосредственной близости от него. Он уклонился от удара топором, по пути нанеся удар кому-то в пах своей шивой. Поднявшись, он размахнулся и ударил другого демона под подбородок.
Из глубины переулка раздались выстрелы, возвещая о прибытии остальных членов Тиши. Затем ситуация начала развиваться стремительно.
Рис развернулся и нанёс сильный удар по шее, снеся голову с одного замаха. Во вспышке испепеления демона Рис заметил направленный на него пистолет как раз вовремя, чтобы увернуться и отделаться царапиной на плече, вместо того чтобы получить пулю в сустав.
Однако прилетевший стул застал Риса врасплох. Он попал ему прямо в грудь, отбросив назад. Демон, который задел его пулей, мог бы добиться большего успеха при втором выстреле, если бы Нокс не схватил ублюдка и не швырнул его о кирпичную стену.
Огни Бездны теперь полыхали по всему переулку, освещая всё вокруг. По меньшей мере две дюжины демонов, отказавшись от своих обычных иллюзий человечности, чтобы щеголять жутковатыми короткими рогами и клыками, устроили Тиши нешуточную тренировку. Тихо свистели пули, выпущенные из стволов с глушителем, в адском свете сверкали клинки, а мебель, подброшенная телекинезом, врезалась в стены. Или в тела.
Рис быстро проверил команду. Со своей обычной эффективностью Кир методично прорубался сквозь ряды противников. У Нокса закончились то ли патроны, то ли терпение, и он пустил в ход кулаки. Талия прыгала вокруг, как обезьяна-ниндзя. Учитывая, что Лука не следил за ней, как это было у него в привычках, он, должно быть, оставался на высоте. А Вэс?
Сегодня он выполнял задачу присмотра. За Ронаном.
Сердце Риса, казалось, вдвое разбухло при виде того, как Вэс прикрывает его брата. Если бы Ронан заметил это, он бы разозлился, но за ним нужно было следить, и что-то явно оповестило Вэса об этой детали.
Ронану приходилось непросто. Все это знали, и Ронан ненавидел, что все это знали. Ронан ненавидел, что все так чертовски волновались. Он работал в два раза усерднее, чем когда-либо, но боль и изнеможение изматывали его. Он становился медленнее.
Но Вэс прикрывал его, так что Рис смог беспрепятственно вернуться к первому мусорному контейнеру, на который он приземлился, и откуда услышал плач. Всё, что он там нашёл – это демонов.
Рис пригнулся, развернулся и прорубил себе путь сквозь них, выскочив в поисках ребёнка на открытое пространство, как только они рухнули. Он уловил движение над головой и, подняв глаза, увидел, как Лука перепрыгивает с одного здания на другое, явно преследуя что-то.
Быстро спрятав оружие в ножны, Рис перенёсся призраком вверх по стене здания, молниеносно перепрыгивая с одного оконного карниза на другой. К тому времени, как он добрался до верха, Лука уже перемахнул на следующую крышу. У Риса не было возможности догнать его, потому что из ниоткуда появился демонический лорд.
Рис двигался слишком быстро, чтобы замедлиться. Он врезался прямо в покрытую толстой кожей гору демонической плоти высотой в два с лишним метра и отскочил назад. Он бы упал на задницу, если бы когтистая хватка не поймала его за горло.
Рис выхватил свою шиву из ножен и нанёс пылающий разрез в открытой подмышке демонического лорда. Уродливый ублюдок взревел, тонкие губы растянулись, обнажив бивни как у кабана, глаза сверкнули, а массивные крылья широко распахнулись. На голове, там, где череп прикрывал чешуйчатый гребень, рога грубо загибались назад.
Выхватив пистолет из кобуры, Рис успел сделать два выстрела в массивный торс, прежде чем пара огромных когтей полоснула его по телу. Поскольку его горло всё ещё было зажато в тисках, уклониться было невозможно. Рис мог только блокировать. Он выставил свою 35-сантиметровую шиву на траекторию предстоящего удара, рассекая руку демонического лорда. Когти сомкнулись вокруг раны, превратив порез в сильный удар кулаком – по крайней мере, так оно и было бы, если бы сзади не прогремели два выстрела, заставивших массивное тело дёрнуться и содрогнуться в судорогах.
Воздух хлынул в лёгкие Риса, когда когти отпустили его. Он прыгнул, изо всех сил замахиваясь на ненадолго обнажившееся горло…
Демонический лорд исчез.
Когда его шива вместо твёрдого тела, на которое он целился, встретилась с пустым воздухом, у Риса не было шансов приземлиться на ноги, поэтому ему пришлось сгруппироваться и перекатиться. Он вскочил на ноги, высматривая любые признаки присутствия крылатого ублюдка.
Ушёл.
Лука, придя к такому же выводу, опустил пистолет.
– Ты ранен?
– Я в порядке, – прохрипел Рис своим измученным горлом. – Они сбежали с ребёнком?
– Рис, я всё это время был наверху и ни разу не видел ни одного ребёнка, – Лука говорил осторожным тоном, который заставлял Риса нервничать. С ним и раньше разговаривали в таком тоне. Ничего хорошего из этого не выходило. – Я заметил, что кто-то наблюдает за нами, вероятно, вампир из движения. Вот за кем я гнался. Я отпустил его, чтобы вернуться и помочь. Ты уверен, что слышал плач?
– Я… да, – ответил Рис, но по его коже побежали мурашки. Может, это всё-таки было у него в голове?
Они с Лукой подошли к краю крыши, чтобы понаблюдать за схваткой внизу и понять, где они нужны. По-видимому, нигде, потому что огни Бездны полыхали повсюду, а Тишь рассредоточилась по переулку, производя зачистку.
– Ты сможешь спуститься? – спросил Лука так, словно не верил, что Рис остался цел и невредим.
Ему никто никогда не верил. Это очень раздражало.
Вместо ответа Рис призраком перенёсся на землю, не обращая внимания на уколы боли, которые, безусловно, не считались за «пострадал». Он приземлился на тротуар за несколько секунд до Луки, намереваясь подчеркнуть своё утверждение «я же тебе говорил». Однако этот момент испарился, когда Кир прошествовал по пылающему переулку. Языки пламени освещали лицо и тело комудари, подчёркивая его сжатые кулаки и агрессивные движения, не говоря уже о яростно оскаленных клыках.
Дерьмо.
– Какая часть фразы «оставайся на месте» была тебе непонятна, Рис?
– Я услышал плач ребёнка.
– Я бы сделал то же самое, – вызвался Нокс, как настоящий друг.
Кир бросил через плечо:
– Я знаю об этом, Нокс, и в таком случае я бы надирал твою задницу вместо его.
– Да, окей, да, – пробормотал Нокс, пятясь назад и оглядываясь в поисках какого-нибудь занятия.
Здесь было много людей, которые прямо сейчас искали, чем бы заняться. Только Вэс шагнул вперёд, и его взгляд скользнул по Рису, словно он проверял, всё ли с ним в порядке, но, слава богу, он не вмешался, когда яростный взгляд Кира снова метнулся к Рису.
– Не было никакого ребёнка, – подчеркнул Кир.
Да, Рис понял это и, с одной стороны, почувствовал облегчение. С другой стороны, он был вне себя от ужаса.
– Они проигрывали зацикленную запись из фильма.
О, слава Идайосу. Он всё-таки не сошёл с ума. Рис не успел насладиться своим облегчением, потому что Кир ещё не закончил.
Комудари подошёл ближе, напирая на Риса.
– Не действуй вопреки моим приказам на поле боя, – видимо, Рис выглядел недостаточно раскаявшимся, потому что Кир прорычал низким и угрожающим голосом: – Мне нужно объяснять тебе, почему я здесь главный?
– Нет, босс, – натянуто ответил Рис.
Наконец, Кир уступил. Он посягал на границы Риса насчёт личного пространства и знал об этом, потому что сделал шаг назад. Рис медленно выдохнул с облегчением, чувствуя, что напряжение спадает, но стараясь этого не показывать.
Кир обратился ко всем.
– У нас явно бл*дская проблема. Это была ловушка. Что означает, что кинотеатр, вероятно, тоже был ловушкой.
– На крыше был демонический лорд, – сказал Лука.
О, точно. Рис совсем забыл об этом. Взбучка от Кира производила такой эффект на людей.
Когда все пятеро членов Тиши, которые не были на крыше, в шоке повернулись к Луке, это почти напоминало отрепетированный кусочек хореографии.
– Телепортатор, – добавил Лука в своём обычном невозмутимом стиле.
– Ты в порядке? – спросила Талия, когда Нокс затих, а Ронан пробормотал: – Бл*дь.
Рис подпрыгнул, обнаружив, что Вэс внезапно оказался намного ближе, чем был минуту назад. Его взгляд упал на горло Риса, где, вероятно, уже начали проявляться следы хватки демона.
– Я не видел телепортатора уже несколько десятилетий, – сказал Кир.
– И это не единственная наша проблема, – продолжил Лука. – До того, как появился демонический лорд, я преследовал какого-то придурка, который наблюдал за нами. Вампира.
– Они работали вместе? – спросила Талия.
Проведя большую часть своей жизни в компании профессиональных убийц, известной как Орден, она не была так хорошо знакома с демонами, как остальные члены Тиши.
Лука покачал головой.
– Союзы вампиров и демонов очень редки.
– Но не неслыханны, – заметил Кир. – Вампир, похитивший Клэр, – Нокс зарычал, – работал с демоническим лордом. Но мы обсудим это позже. Нам нужно вернуться к фургону и убраться с улиц. Давайте пошевеливаться!
Глава 19
Критас телепортировался на путь убегающего вампира, который закричал и бросился на землю, как обычно делали вампиры в присутствии Критаса. Это всегда доставляло ему большое удовольствие. Он не получил такого удовольствия от другого вампира, с которым проделал это сегодня вечером. Конечно, этот вампир был одним из Тиши, и он продемонстрировал как твёрдость, так и мастерство, которые Критас тестировал последние несколько месяцев.
Нелегко проверить их, когда их было так трудно найти, они рыскали по всему городу, убивая демонов направо и налево. Поначалу многие из его ловушек не срабатывали, но Критас учился предсказывать их поведение.
Слухи об этой команде дошли до Бездны много лет назад, но гибель от их рук другого лорда – Сораса прошлой осенью, глупца, но всё же лорда – сделала их устранение приоритетной задачей. Критас мог бы поручить это дело более мелкому лорду, но с некоторыми вещами приходилось разбираться лично.
Тишь, однако, оказалась более проблематичной, чем он предполагал. Даже один её член в одиночку был опасен, и они так быстро приходили друг другу на помощь. Раны Критаса, хотя и быстро заживали, громко напоминали об этом.
Возможно, ему удастся успокоить свою гордость, выбрав более лёгкую добычу.
Не желая, чтобы всё закончилось слишком быстро, он превратил это в игру, опустившись на четвереньки и обходя съёжившегося вампира, щёлкая когтями и подёргивая крыльями.
– Почему ты наблюдал за ними? – спросил Критас, потому что любопытство взяло верх.
Вампир, мужчина постарше, судя по седине в его тёмных волосах на висках, поднял руки в тщетной защите. Серебряное кольцо блеснуло в свете далёких звёзд, привлекая внимание Критаса. Он бросился на него. Вампир снова закричал, забился, но Критас крепко схватил его за запястье и поднял руку с кольцом, изучая знакомый символ в виде круга с двумя точками. Если смотреть с одной стороны, то точки напоминали демонические рога. Если смотреть с другой, то это были клыки вампира.
– Верующий, – удивился Критас. – Интересно.
– Да! – воскликнул вампир, казалось, внезапно вспомнив, что демоны были союзниками его предков.
Это не спасло бы его от Критаса. Времена Тёмного Лорда Кадароса, принца демонов, сына женщины-вампира и тёмного бога Вимоноса, давно канули в лету. Ещё двести лет назад Братство Тёмного Принца было бледной имитацией преданных последователей принца.
– Мы на одной стороне, – взмолился вампир.
– Я так не думаю. Моя сторона убивает вампиров в вечной мести вампирам – твоему виду. В конце концов, именно твой вид убил Тёмного Лорда. Или ты не вампир, живущий среди вампиров? И, судя по твоему виду, живёшь неплохо.
Критас отбросил руку вампира. Может быть, он побежит и доставит Критасу удовольствие от погони.
Вампир, однако, уже поднимался на ноги. Он поправил свой сшитый на заказ пиджак и принял надменный вид – как будто Критас не мог убить его одним взмахом когтей.
– Я прячусь среди них, как волк прячется среди овец. Я должен был быть среди них, чтобы найти это – и я нашёл. Мы нашли. Братство.
– Это? – крылья Критаса подрагивали.
– Ты знаешь, о чём я говорю. О ком.
Критас остановился, затем снова двинулся вперёд.
– Потерян, – прорычал он. – Невозможно.
Вампир усмехнулся, выглядя слишком комфортно, как будто что-то знал. Этот звук вызвал у Критаса раздражение. Но… он всегда мог убить этого дурака позже. Было бы нетрудно снова заставить его закричать. Однако сейчас Критас предпочёл бы услышать, что он скажет.
Глава 20
Вэс запер дверь пентхауса и активировал охранную сигнализацию. У него в груди возникла странная боль при виде того, как Рис положил свой мотоциклетный шлем на кухонный остров и бросил рюкзак на пол. Ему нравилось, что Рис здесь, что его вещи в его квартире. И на этот раз Рис был здесь не в рамках их задания. Рис был здесь просто для того, чтобы быть здесь.
– Это ощущается так странно, – прокомментировал Рис, снимая куртку, – приносить вещи.
– Почему странно?
Рис положил свою куртку на кухонный остров, словно не знал, куда ещё что-нибудь положить. Он отстегнул ремни кобур на бёдрах и сложил оружие туда же.
– Я просто не привык к этому.
Вэс чуть было не сказал «Может, тебе стоит привыкнуть», но сумел сдержаться. Он не был уверен, как Рис отреагирует на такое. Поэтому вместо этого он подошёл к Рису у островка и обнял его. Когда Рис ответил тем же жестом, его лицо озарила великолепная улыбка.
– Ну, кто бы мог подумать, – сказал Рис, и его блуждающие руки опустились к заднице Вэса, – я уже чувствую себя лучше.
Вэс прильнул к этим улыбающимся губам в поцелуе. Рис сразу же открылся ему, издав нуждающийся стон, когда язык Вэса проник в его рот. Вэс почувствовал, как удлиняются клыки Риса и его собственные. Они ещё не кормились друг от друга, не то чтобы Вэс не фантазировал об этом, как в отдающей, так и в берущей роли. Он хотел этой связи с Рисом, нуждался в ней.
Он не станет брать сегодня, даже если Рис предложит. Не с этими синяками на горле, не с царапиной от пули, которую зашили в штаб-квартире час назад. Слава Идайосу, что не случилось чего хуже. Демонический лорд, чёрт возьми. Рис мог серьёзно пострадать. Или даже хуже.
Рис льнул к нему в поцелуе, его мощное тело прижималось к Вэсу, встречая его с такой же силой и жаждой. Вэс содрогнулся в предвкушении контакта кожа к коже – прикосновений, поцелуев, поглаживаний, траха. Он жаждал этого, близости, примитивного познания тела Риса, возможности чувствовать на физическом уровне, что Рис жив, здоров и находится совсем рядом.
Рис прервал поцелуй.
– Я знаю, ты сердишься на меня.
– Я не сержусь на тебя.
Рис издал звук, выражающий недоверие, и отстранился, направляясь к дивану. Усевшись там, он начал расшнуровывать ботинки. Чёрт возьми, Вэс надеялся избежать этого, пока у него не появится шанс разобраться со своими мыслями. У Риса была чертовски хорошая интуиция. Выиграв минутку на подумать, Вэс снял куртку и повесил её на крючок у двери. Затем он схватил куртку Риса и повесил её рядом со своей. Краем глаза он увидел, что Рис наблюдает за ним, и заметил лёгкую улыбку на его лице.
Вэс отважился вернуться к кухонному островку, где отстегнул свои набедренные кобуры, чтобы положить оружие на стойку. Затем он поставил ногу на перекладину стула и наклонился, чтобы расшнуровать ботинки.
– Я не сержусь. Я… Чёрт, я не знаю, – очевидно, минутка на размышление не помогла.
– Это потому, что я пошёл в переулок один, и ты подумал, что это было действительно глупо…
Вэс резко выпрямился.
– Остановись немедленно, потому что это не первый раз, когда ты говоришь что-то о том, что я считаю тебя глупым, и это меня очень расстраивает, по-настоящему расстраивает, Рис. Я не только никогда так не думал, но и всё больше и больше осознаю, насколько ты умён. Так что не говори такого дерьма.
Рис выглядел сбитым с толку и немного выбитым из колеи.
– Все говорят, что я совершаю глупости.
– Я подозреваю, что они имеют в виду безрассудство, и да, ты это делаешь.
Это, похоже, раздосадовало Риса, хотя его не раздражало, что его могут посчитать тупым.
– Не то чтобы я не оценивал риски. Я просто, – Рис пожал плечами и вернулся к ботинкам, – принимаю решения, отличные от тех, которые могли бы принять некоторые люди.
Вэс стиснул зубы. Ему было что сказать о подходе Риса к оценке рисков, который, казалось, всегда заключался в том, что риск для него самого был приемлемым. Но Вэс хотел вернуться к сути проблемы.
Он убрал ногу с перекладины стула и снял ботинок, затем перешёл ко второй ноге.
– Это не потому, что ты зашёл в переулок. Я бы поступил так же, так что я мало что могу сказать по этому поводу. Это…
Вэс снял второй ботинок и занялся носками.
– Что? – в голосе Риса звучал ужас. – Боже, просто избавь меня уже от моих страданий.
Вэс скрестил руки на груди и посмотрел через весь свой пентхаус на красивого мужчину, сидящего на диване, обеспокоенного и совершенно не понимающего, почему его поведение раздражает людей. Вэс видел это чертовски ясно: Рис действительно понятия не имел, как сильно он пугает людей.
– Я не могу за тобой угнаться, – признался Вэс. – Во-первых, я не могу переноситься призраком так, как ты. Ты в мгновение ока оказался на том здании. Прошлой ночью ты пронёсся призраком двадцать пять километров до Резиденции, а потом вступил в бой, как ни в чём не бывало. Я видел, как ты спарринговал, я видел, как ты дрался. Я не могу угнаться за тобой.
Что-то похожее на страх промелькнуло в глазах Риса.
– Что ты хочешь сказать?
– Я говорю, что ты мог пострадать, и я не смог бы добраться до тебя. Как я могу помочь, как я могу вообще что-либо сделать, когда я отстаю на целую чёртову милю?
Рис обмяк с явным облегчением.
– Я думал, ты ведёшь в другом направлении.
– Что? Ты думал, я такой самодовольный и не могу смириться с тем, что ты лучше меня? Я уверен в себе, но я знаю, каков я, и я не таков, – он указал на Риса.
Рис вернулся к сниманию ботинок, которые некоторое время пробыли у него на ногах незашнурованными и нетронутыми. Он нахмурился. Он больше ничего не говорил, пока не разделся до босых ног и не встал, как будто то, что он хотел сказать, должно было быть озвучено стоя.
– Присматривать за мной – не твоя обязанность.
Вэс выдержал взгляд Риса, не принимая и не отвергая этого. Логически он понимал, что Рис прав. Но в глубине души, в глубине сердца? Всё ощущалось вовсе не так.
Рис продолжал.
– У нас целая команда. Сейчас семь членов команды, семеро. Мы все поддерживаем друг друга, прикрываем друг друга. Иногда ты будешь прикрывать меня. Иногда я буду прикрывать тебя. А иногда ты прикрываешь кого-то другого, как это было сегодня с Ронаном.
Вэс не был готов отойти от своего первоначального посыла, но что тут скажешь? Рис прав, и Вэсу надо с этим смириться, чтобы работать в команде. То, что сердце Вэса сжималось из-за Риса, не означало, что остальные пятеро не имели значения.
– С Ронаном всё в порядке? – спросил Вэс.
Он заметил тёмные круги у него под глазами ещё тогда, в Бункере. И хотя Ронан всегда был резок, в его угрюмости появились резкие «я-чувствую-себя-дерьмово» нотки, которых Вэс не помнил с прошлой осени.
– Я не знаю, – ответил Рис мрачным тоном, в котором сквозило явное беспокойство. Он отвернулся и подошёл к огромным окнам, остановившись, чтобы полюбоваться видом на город. Некоторое время он молчал. Вэс держался на расстоянии, давая ему пространство.
Однако, когда Рис повернулся, выражение его лица просветлело, и он заговорил почти дразнящим тоном.
– Возможно, это одна из причин, по которой Кир включил тебя в штат на сегодняшний вечер. Вот и накрылось медным тазом твоё намерение ограничиться одной ночью.
Вэса выбивало из колеи, что Рис мог так намеренно менять тон, откладывать вещи на потом, скрывать всякое дерьмо. Он был хорош в этом. Но Вэс не раз видел, что скрывается за улыбкой: в «Рубайяте», у лорда Тайсана. И он видел те очень красноречивые шрамы на его запястьях, от которых Рис пытался отмахнуться, как от пустяка – как будто такое вообще могло быть пустяком. Рис чувствовал всё глубоко, даже если притворялся, будто это не так.
Но Вэс тоже был готов покончить с этим тяжёлым дерьмом, и, хотя ему было труднее переключать передачи, он старался соответствовать беззаботному тону Риса.
– Ну, королевский указ уже разрушил мои планы.
